Джеймин Ив - Магический Компасс

Переведено специально для группы
˜”*°•†Мир фэнтези†•°*”˜ http://Wfbooks.ru
Название: Magical Compass / Магический Компасс
Автор: Джеймин Ив / Jaymin Eve
Серии: Supernatural Prison #5 / Тюрьма Сверхъестественных #5
Перевод: maryiv1205
Редактор: maryiv1205

Аннотация
Тайсон Компасс, один из знаменитых Четверняшек Компассов, не из тех магов, которые привыкли жить с сожалениями. За исключением одного: Грейс Картер.
Грейс, ведьма-целительница, которую он отверг много лет назад.
После полного исчезновения из его жизни, она вернулась и перевернула его мир с ног на голову. Между ними вспыхивает сильное влечение, но она не забыла и не простила его грубого отпора, когда они были подростками. Тайсон делает все возможное, чтобы доказать, что никогда больше не причинит ей боли, и как раз в тот момент, когда он думает, что у них может быть шанс, ей снова приходится уйти.
Она заставляет его пообещать, что он не последует за ней, и он выполняет это обещание так долго, как только может. Но после почти двух месяцев молчания ему надоело ждать. Он собирается найти свою девушку. С небольшой помощью братьев он выслеживает ее только для того, чтобы обнаружить, что ее предала семья… подвергла пыткам… ранила.
Его ярость не знает границ, и он сделает все, что в его силах, чтобы привлечь ее семью к ответственности. Чтобы выяснить, почему они отвернулись от нее.
Раскрыв эти секреты, он поймет, что Грейс — гораздо больше, чем просто ведьма-целительница. Она владеет секретом, который может спасти Волшебную Страну. Или уничтожить ее.

«Магический компас» — это дополнительный рассказ, действие которого разворачивается в мире «Тюрьм Сверхъестественных». Он содержит 90 000 слов и является самостоятельным изданием. Вам следует сначала прочесть трилогию «Тюрьма Сверхъестественных», чтобы лучше понять мир и предысторию.
Порядок книг серии «Тюрьма Сверхъестественных»:
1 — Отмеченная Драконом
2 — Мистики дракона
3 — Пара Дракона
Дополнительные сюжеты:
4 — Сломанный Компасс
5 — Магический Компасс
5.5 — Луи
6 — Элементарный Компасс.

Оглавление
Мир Сверхъестественных тюрьм
Прочие термины
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22

Мир Сверхъестественных тюрьм
По всему миру существуют магически скрытые города, полностью заселенные пятью сверхъестественными расами: Оборотнями, Вампирами, Магами (ведьмами/колдунами, чародейками/чародеями), Фейри и Полуфейри (огры, тролли, гарпии, горгульи, русалки и т. д.). Все они живут вместе в относительном мире.
Со многими из этих городов граничат тюрьмы, в которых содержатся сверхъестественные преступники. Эти преступники заключены там, чтобы мир, и особенно люди, находились в безопасности от них. За исключением Гильдий — специально отобранных семей, которые помогают сверхъестественным сообществам приобретать вещи в человеческом мире и, при необходимости, интегрироваться, — никто из людей не знает об этих расах.
Стратфорд, штат Коннектикут, является городом сверхъестественной тюрьмы в США, контролируемым советом из пяти могущественных «супов» [сверхъестественных существ], по одному от каждой расы. Тайсон Компасс возглавляет магов. Его братья-четверняшки, Максимус, Брекстон и Джейкоб, являются лидерами вампиров, оборотней и фейри.
Четверняшки — соратники по стае Джессы Леброн, волчицы-оборотня, и её сестры-близняшки Миши Леброн. Грейс, их подруга и талантливая целительница, помогала им во время битвы с королем-драконом.
Это история Тайсона и Грейс.

Прочие термины
Истинная пара (True Mate) — предначертанный союз. Пары имеют физическую и ментальную связь, но только между сверхъестественными существами одного вида (т. е. оборотень и оборотень). Драконы-оборотни способны разговаривать в сознании своих пар.
Избранная пара (Chosen Mate) — союз, выбранный между сверхъестественными существами. Продолжительность времени зависит от вовлеченной пары. Может быть между любыми расами и иногда даже с людьми.
Полукровка (Half-Breed) — потомство от спаривания сверха и человека. Обычно у них нет ничего, кроме некоторых обостренных чувств. Живут обычной человеческой жизнью.
Гибрид (Hybrid) — потомство двух разных сверхъестественных рас. Потомство вампира и оборотня будет гибридом обеих рас. В некотором смысле слабее полнокровных сверхъестественных существ.
Драконы-оборотни (пара дракона) (Dragon Mated) — драконы-оборотни не являются генетическими и не могут быть унаследованы. Они рождаются только тогда, когда душа дракона решает соединиться со сверхъестественным существом. Эти двое становятся связанными, суп с драконом. Очень редкие и очень могущественные существа.

Глава 1

ТАЙСОН КОМПАСС

— У вас должна быть хоть какая-то информация о том, где Грейс! — Я спорил с членами ковена Тринити уже двадцать минут. Двадцать минут, которые я не имел права тратить впустую.
До сих пор они твердили мне, что её семья, возможно, переехала в Орегон или Чикаго. Может быть, даже в Канаду. Проще говоря, они не имели ни малейшего понятия.
— Все сверхъестественные существа обязаны оставлять записи о своих перемещениях. Маги делают это в своих ковенах и в Совете. У меня нет времени прочесывать архивы Совета, так что мне нужно, чтобы вы сказали мне это сейчас.
Кэт была высокой длинноногой брюнеткой с кожей темной, как полночное небо, и поразительными зелеными глазами, напоминающими пенный морской прибой. Она глубоко вдохнула и сморщила нос в мою сторону:
— Грейс никогда ничего нам не говорила. Она не оставила записей о местонахождении своей семьи. Она уехала почти десять лет назад, и, хотя вернулась на короткое время, почти всё его она провела с вашей стаей.
Чувство отчаяния начало медленно вгрызаться в мое нутро. Это ощущение потери контроля вернулось. По мере того как росла моя тревога, часть меня начала опасаться, что я готов разрушить мир, который мы так усердно спасали, лишь бы найти свою ведьму.
Отвернувшись, я с грохотом распахнул дверь и покинул центральную хижину ковена, не проронив больше ни слова. Волна облегчения от всех ведьм внутри последовала за мной, что сразу вызвало подозрения: они что-то скрывают. Конечно, в мире супов у каждой расы были свои секреты, которые они держали поближе к сердцу. Даже будучи членом Совета, я не мог приказать им раскрыть информацию. Не без веских оснований. Которых на данный момент у меня не было.
Солнце стояло высоко, пока я вышагивал обратно через Стратфорд. У большинства молодежи шли занятия, как и у некоторых старших супов, проходивших специализированное обучение. Технически мы с братьями всё еще числились в колледже, но из-за наших обязанностей редко попадали на лекции. Мне не очень нравилось, что мы выпустимся раньше срока, не закончив специальные курсы. Но опять же, я мало что мог сделать. Наша работа сейчас — управлять американскими сверхами. На школу времени не оставалось.
Я огляделся, проходя через деловой сектор: магазины технологий, IT-отделы, игровые секторы. Привычка следить, нет ли чего подозрительного, стала частью моей повседневной рутины. Мы получали жалобы и просьбы через специальный почтовый ящик и сервер. Раз в неделю мы просматривали их все. Это по большей части позволяло Стратфорду — и остальным американским супам — функционировать гладко. Но мне нравилось и самому присматривать за порядком во время прогулок.
Наш город был самодостаточным. Сверхъестественные существа, живущие здесь, вели бизнес, выращивали еду, торговали и редко взаимодействовали с людьми. Для тех немногих вещей, которые мы не могли добыть или создать магией, мы использовали специализированную группу высококвалифицированных людей, которые хранили наши секреты за огромное вознаграждение. Гильдии.
Я начал подумывать, что мне придется обратиться к ним, чтобы найти Грейс другими путями — через банковские счета и прочее. Я уже навел справки через сеть тюрем для супов. Грейс не регистрировалась ни в одном из сообществ, что, скорее всего, означало, что она вне мира сверхов. Так что мне, возможно, придется думать как человеку, чтобы найти её.
Где-то должен быть след, и я не успокоюсь, пока не найду его.
Миновав крыльцо, я пошел вдоль леса, надеясь, что деревья подействуют своей привычной магией. Успокоят меня. Я чувствовал себя… неуправляемым. По большей части я был магом, но, очевидно, мы с братьями были не теми чистокровными существами, коими себя считали. Мы были гибридами, и с тех пор как мы объединились в связь Четверки, я получал огромные дозы энергии оборотня, фейри и вампира — они перемешивались, меняя мою магию мага. Я справлялся с этим не очень хорошо. Контролировать себя в таком состоянии было в новинку, и, честно говоря, я был в этом полным профаном.
— Есть новости о Грейс?
Мягкий голос донесся до меня, и я обернулся, увидев Мишу на заднем крыльце. Одним легким движением я перемахнул через перила и встал рядом с ней. Её спокойная энергия окутала меня, и часть гнева внутри утихла. Несколько месяцев назад присутствие Миши не возымело бы такого эффекта. Я ей совсем не доверял. Но теперь… что ж, теперь она была ценным другом и членом нашей стаи. Одной из моих лучших подруг, если честно.
Миша была миниатюрной, с волосами темными и блестящими, как черный бриллиант, бирюзовыми глазами и руками, занятыми крошечным существом. Пусть она была одной из моих новых друзей и соратников, я обожал её до смерти. Она сделала моего брата счастливее, чем я когда-либо его видел, и в последнее время часто помогала мне справляться с моим дерьмом. Я с трудом мог вспомнить нашу жизнь до того, как она в ней появилась.
— Словно сквозь землю провалилась, — ответил я на её вопрос, и в словах просквозило разочарование.
Я протянул руки, и Миша передала Лили, мою племянницу, прямо мне. Я осторожно придерживал крошечную головку малышки, успокаиваясь еще сильнее, пока прижимал девочку к себе. Прикрыв глаза на миг, я глубоко вдохнул, уткнувшись носом в Лили. От неё пахло дикой магией, природой и чистой энергией. С её темными кудряшками и синими глазами она была одним из самых милых существ, что я видел — могущественная и совершенная.
Сверхи годами пытались выяснить, что может нас обуздать. Оказалось, это под силу крошечным требовательным младенцам — таким как Лили, Эви и Джексон (последние двое — близнецы Джессы и Брекстона).
Видя Максимуса и Брекстона счастливыми, остепенившимися, с детьми… этого было достаточно, чтобы и я захотел того же. У меня всё это могло быть давным-давно, если бы я не вел себя как идиот, когда Грейс впервые проявила интерес, но тогда время было неподходящим. И я оттолкнул её. Был не готов остепениться.
Но я всегда знал, что она особенная. Её душа звала меня, а я игнорировал это.
Награда «Тупой козел года» определенно достается мне.
Миша облокотилась на перила — перила, которые я построил своими руками несколько лет назад, — и мы оба уставились на лес, граничащий с нашим домом. Она ждала, когда я продолжу тему с Грейс, поэтому я попытался привести мысли в порядок, начав с самого главного:
— Я должен найти её. Меня не покидает чувство, что-то не так. Я ждал так долго из-за своего обещания и из-за того, что мы застряли в битве с Кристоффом, но… черт, я должен был пойти за ней в первый же день, как она уехала. Должен был довериться инстинктам и убедиться, что она в порядке.
Лили завозилась, и я похлопал её по спинке мягкими движениями — теперь я был экспертом в этом маневре. У меня не было выбора, пришлось учиться быстро: Джесса вечно впихивала мне одного из близнецов, пока пыталась понять, как заткнуть второго. Ей достались шумные дети; Лили была спокойнее. Но я любил их всех с такой яростью, что захватывало дух.
Дети умеют это делать — захватывать твою душу и никогда не отпускать.
Прекрасное лицо Миши прорезала тревога, она положила руку на мой бицепс, инстинктивно предлагая утешение так, как это делают все оборотни — через прикосновение.
— Ты чувствуешь её? Какую-нибудь ментальную связь? Попробуй еще раз.
Миша была новичком в нашем мире и не до конца понимала тонкости сил разных рас. Она не знала, что моя сила подсознательно тянулась к Грейс с момента её отъезда, но безрезультатно — что я испробовал все трюки из своего арсенала, чтобы убедиться, что она в порядке.
Но, как и у её близняшки Джессы, у Миши была упрямая жилка — скрытая под мягкой натурой, но она была там, — и я видел, что она ждет, что я попробую прямо сейчас. Я почувствовал, как уголок моих губ дернулся: меня окружали властные женщины.
Закрыв глаза, я замедлил дыхание до глубокого ритмичного «вдох-выдох», нуждаясь в том, чтобы успокоить свой центр, прежде чем подключиться к огромным пересекающимся лей-линиям энергии окружающего мира. Как у мага, волшебника, моя сила была основана на природе. Всё в природе содержит энергию… вибрирующие частицы… существующее тепло, которое можно использовать.
Я чувствовал эту энергию и видел линии, питающие мир. Маги могут привязывать свою энергию к линиям и поглощать часть силы для заклинаний. Лей-линии под Стратфордом были сильны, что стало одной из причин, почему это место изначально выбрали для тюрьмы.
Когда я подключился, горячий источник магии в моем центре впитал энергию лей-линии, и я использовал её, чтобы усилить свою мощь. Мне не всегда нужны были линии, у меня была своя магия, но если я хотел максимального эффекта…
Магов учат использовать слова — древние и могущественные, чтобы направлять энергию. Слова не создают заклинание, они лишь гарантируют, что твои намерения направлены верно. Только очень тренированный разум может придавать форму силе без слов. Нужна абсолютная концентрация. Даже у многих колдунов — коим я еще не стал — с этим возникали проблемы.
— Revealisa localian… Грейс Картер. Покажи мне, — прошептал я, высвобождая энергию. Она вырвалась из меня с силой. Я держал фокус. Мне нужно было знать, что она в порядке.
Грейс! — мой ментальный крик эхом отозвался в магии, и я почувствовал темный оттенок энергии. Это заклинание было разработано, чтобы найти её общее местоположение — например, находится ли она в штате Калифорния? Точнее оно бы не показало, но оно должно было сообщить мне, что она жива и где-то в Америке.
Но в ответ — тишина.
— Я пытаюсь выследить её уже больше двух месяцев, — прорычал я в сторону Миши, не открывая глаз и продолжая тщетные поиски. — Чтобы убедиться, что она в порядке, не нарушая обещания… но она словно перестала существовать. Сначала я думал, что она как-то блокирует меня, но… теперь я волнуюсь.
Последовала короткая пауза, прежде чем Миша спросила:
— А ты пробовал искать её, когда вы объединены в Четверку?
Тяжело выдохнув, я открыл глаза.
— Да, пробовал с братьями на прошлой неделе. — Когда мы объединяемся, наша энергия супов растет экспоненциально, давая нам беспрецедентный уровень мощи. — Как она могла просто исчезнуть?.. — Я отказывался верить, что она мертва. Этот вариант даже не рассматривался.
Моя магия вспыхнула внутри; только Лили в моих руках удерживала энергию от взрыва. Миша издала печальный звук; ей нравилась Грейс. У обеих была спокойная аура, успокаивающая окружающих. Успокаивающая меня.
— Я не совсем понимаю, как работают эти штуки ведьм и магов. Ты мог бы найти любого мага, если бы захотел?
Я покачал головой, приподнимая Лили выше, чтобы она опиралась на мое плечо. Она начала радостно гулькать, в восторге от того, что может смотреть по сторонам.
— Я могу уловить только общую вибрацию, если хорошо знаю их энергию. Грейс… я должен был найти её без труда. Её след должен быть сильнее любого другого.
«Если только она не твоя истинная пара». Эта внутренняя мысль полоснула меня, как лезвие — глубоко и больно. Неважно, сколько раз я убеждал себя, что истинная пара или нет, я могу выбрать Грейс… я хотел эту связь. Я хотел всего.
Печаль Миши углубилась. Я чувствовал вихрь низкой, давящей энергии вокруг неё. Она реагировала на разочарование, которое наверняка отражалось на моем лице.
— Может, у Макса будет идея, как её найти. Он только что был на собрании, оно уже закончилось. Он будет здесь через минуту.
Её глаза на мгновение затуманились, и я понял, что она ментально говорит с моим братом. Каким-то прекрасным капризом судьбы разделение наших четверных сил означало, что у Максимуса было достаточно энергии оборотня-дракона Брекстона, чтобы слышать мысли своей пары. Чем, как правило, были благословлены только драконы. Везучие ублюдки.
Прохладная энергия вампира просочилась на крыльцо; Максимус быстро приближался. Его спешка не была сюрпризом — он ненавидел находиться вдали от своей пары и дочери. Что было объяснимо. Едва прошел месяц с тех пор, как сумасшедший колдун едва не уничтожил нас всех.
Улыбка тронула губы Миши, смывая прежнюю грусть.
— Я рад, что у вас двоих появилась ментальная связь. Воображаю, какое новое измерение это придает связи пар. Такое единение — это нечто особенное.
Как только я заговорил об их связи, лицо Миши по-настоящему просияло. Лили зашевелилась в моих руках, словно реагируя на счастье матери.
— Ментальная связь — это лучшее, что я могла представить. Я думала, что буду ненавидеть это вторжение. Та часть меня, что выросла среди людей, восстает при мысли о ком-то в моей голове. Но с Максом… это идеально.
Её тон смягчился:
— Я знаю, ты тоже это испытаешь однажды. Грейс — твоя истинная пара, Тай. Я очень сильно это чувствую. Нам просто нужно вернуть её в Стратфорд, дать связи время. У нас с Максом это тоже не было мгновенно.
В её словах была правда, и мне нравилась её уверенность, но мне было трудно цепляться за надежду. Дела шли паршиво уже какое-то время: сначала Живокость — король драконов, потом Кристофф пытался нас уничтожить. В последнее время нас пытался убрать один сумасшедший ублюдок за другим. Наверное, этого следовало ожидать — мы сильны, могущественны и являемся самыми молодыми лидерами Совета сверхъестественных в Америке. Но я бы не отказался от передышки от маньяков с манией величия.
Разочарование вырвалось из меня рыком:
— Мне нужно совершить восхождение и стать колдуном. Я недостаточно силен. Может, мне нужна полная мощь, чтобы суметь дотянуться до Грейс.
Нити энергии колдовства просачивались в мою кровь уже несколько недель. Это было похоже на акулу, ждущую подходящего момента, чтобы уничтожить добычу — планирующую разорвать мою версию мага и переформатировать меня в нечто иное. Что-то по-настоящему грозное. Я только хотел, чтобы оно уже, черт возьми, поторопилось. Несмотря на годы общения с природой и богами, мне всё еще нужно было работать над терпением.
Тяжелые шаги сапог возвестили о появлении вампира. Он прошагал через лес, перемахнул через перила и приземлился на веранде. Не теряя времени, он подхватил Мишу в свои объятия.
Покачав головой, я развернул Лили так, чтобы мы оба смотрели в лес.
— Не волнуйся, малышка, дядя Тай тоже думает, что твоим родителям пора снять номер. Желательно тот, где нас нет.
— Заткнись, придурок, — прорычал Максимус, подходя ко мне, всё еще прижимая к себе свою пару. — И отдай мне дочь. Живо.
Требовательный, властный козел. Вампиры и оборотни были собственниками в худшем смысле слова, и винил ли я его? Ни черта подобного. Лили была само совершенство.
Я бы убил или умер за наших троих детей в ту же секунду, не раздумывая, без колебаний.
Наклонившись, чтобы поцеловать её в мягкую младенческую щечку, я передал её брату. В ту же секунду, как она оказалась в руках Максимуса, его глаза потемнели, а ледяная аура смягчилась, став почти теплой. Он крепко обнял её; прижатая к нему, она казалась совсем крошечной.
Пока он осыпал поцелуями её щеки и носик, он шептал:
— Привет, прелесть, папочка скучал сегодня по тебе. — Лили хихикнула и потянулась к нему ручками.
У меня не было опыта в общении с детьми. До этого наплыва малышей в нашей стае вокруг было совсем мало младенцев. Но я был почти уверен, что Лили бьет все рекорды развития для своего возраста. Ей едва исполнился месяц, а она уже смеялась, тянулась к вещам, переворачивалась и даже поднимала голову, оглядываясь. Джексон и Эви были такими же. Черт, эти дети практически ползали. Но раз они были первыми естественно рожденными оборотнями-драконами, все ожидали, что они захватят мир к тому времени, как начнут ходить.
Нам говорили, что близнецы будут самыми могущественными из всех супов, способными контролировать все четыре расы… и они могут стать как добром, так и злом. Конечно, если они выберут зло, им придется сначала пройти через свою мать, а никто — абсолютно никто — не мог обвести вокруг пальца Джессу Леброн. Она будет держать их в узде, даже если это станет последним, что она сделает.
Когда Максимус закончил приветствовать пару и дочь, он повернулся ко мне:
— Скоро уезжаешь из Стратфорда? Пойдешь за целительницей?
Миша уже ввела его в курс дела, и было приятно, что не пришлось повторяться. В его голосе не было осуждения или мнения, но через нашу четверную связь я чувствовал, что он не хочет, чтобы я уходил. Он волновался. Пройдет еще много времени, прежде чем кто-то из нас сможет спокойно выпускать другого из виду. Слишком много смертей, слишком много врагов.
— Ага, я и так слишком долго ждал.
Я почувствовал жар энергии Брекстона за мгновение до того, как он вышел на крыльцо, а следом за ним послышались более легкие шаги Джессы. Близнецов с ними не было, но я слышал агуканье изнутри, и было нетрудно догадаться, что происходит. Там были две пары бабушек и дедушек, а также Нэш, наш новый младший брат; все пятеро были помешаны на детях. Джонатан и Лиенда Леброн, а также мои мама и папа редко выпускали внуков из виду. Нэш, несмотря на то что всю жизнь провел в плену в тюрьме Стратфорда, был одной из самых добрых душ, что я встречал. Малыши обожали его, а он их в ответ — так же яростно.
Джесса пересекла деревянную террасу и обняла меня, крепко прижимаясь, когда я ответил на объятия. Она была крутой во всех смыслах, но её сердце было чистым золотом. Она любила глубоко, без границ. Просто не трогайте её тортики, и она всегда прикроет вам спину.
— Уезжаешь, Тай? Думаешь, это безопасно? Мы можем поехать с тобой.
Я поцеловал её в макушку.
— Да, я уезжаю, и нет, вам не нужно ехать со мной. У вас тут мелюзга и обязанности. Кто-то из Совета должен оставаться в городе.
Глаза Джессы сменили цвет с сапфирового на темный, мутный, и я вспомнил, где она только что была.
— Есть изменения касательно Луи?
Её лицо осунулось, она поморщилась и выдохнула:
— Нет! Ни единого гребаного изменения. Я перепробовала всё, что могла придумать. Сегодня я орала на него пять минут без остановки. Всё еще никакой реакции.
Луи был одним из самых могущественных колдунов из ныне живущих. Он был без сознания с тех пор, как победил Кристоффа, одержимого демоном колдуна. Он рискнул жизнью, чтобы спасти наши, и теперь находился в состоянии полусознания. Он был здесь, но в то же время его не было. Я беспокоился с первой же ночи, но теперь мне было по-настоящему страшно.
Мы все по очереди сидели с ним, надеясь, что кто-то из нас найдет способ вернуть его. Мое разочарование от этого было почти таким же сильным, как от ситуации с Грейс. В последнее время я терпел неудачи по всем фронтам.
— Мы должны что-то сделать, — сказал я, и в моих словах просквозила тревога. — Возможно, придется искать помощи за пределами стаи.
Луи был скрытным человеком, но мы сделали всё, что могли. Это было выше наших сил.
Брекстон обнял Джессу, притягивая её к себе. Её расстройство заставило его внутреннего дракона насторожиться.
— Ты прав, это за пределами наших знаний. Кто второй после Луи по силе?
Мы все задумались; шкала власти в нашем мире менялась довольно быстро. Ну, кроме первого места — Луи восседал там долгие годы. Когда-нибудь я превзойду его, в этом я не сомневался, но не так. Я бы сделал что угодно, чтобы вернуть ему былую силу. Я не хотел побеждать таким образом.
— Марко и Элизабет — двое из самых сильных, — решил я.
Марко, из Уэльса (Великобритания), вел здесь, в Стратфорде, класс колдовства. Настоящий монстр, а не человек — он больше подошел бы на роль оборотня-медведя, но умудрялся быть изящным и ловким в заклинаниях. Элизабет, крошечная блондинка-пикси, жила где-то в Америке. Ей было под двести лет, она устала от мира сверхов и предпочла жить среди людей.
— Я свяжусь с ними, — сказал Брекстон, сосредоточив всё внимание на Джессе. Он отпустил её талию лишь для того, чтобы обхватить её лицо ладонями. — Всё будет хорошо. Луи — крепкий ублюдок, он не позволит этому демону сломить себя. Возможно, ему просто нужна небольшая помощь.
Джесса тяжело сглотнула, и я видел, как напряжено её тело. Луи был ей как брат, и она винила себя в его состоянии. Мы все считали его членом нашей стаи. Даже я, несмотря на свое желание утереть ему нос во всем, что касается магии.
Когда одинокая слеза скатилась по щеке Джессы, в глазах Брекстона вспыхнул желтый огонь. В его груди зазвучал рокот — его дракон был недоволен. Джесса запрокинула голову, встречаясь взглядом со своим гораздо более высоким партнером, и вдруг вскрикнула, напугав нас всех:
— Жозефина… черт! Она сказала, что поспрашивает и узнает о Луи. Нам нужно отправиться в Волшебную страну и найти её.
Жозефина раньше была связана с Джессой, но через жертву теперь обитала в теле королевы драконов. Она унаследовала все знания королевы и контроль над драконами, что делало её нашим лучшим шансом помочь Луи.
Миша выпрямилась, перестав опираться на Максимуса.
— Но обязательно ли идти в Волшебную страну? Есть способ связаться с ней отсюда?
Джесса покачала головой, её черные волосы рассыпались по плечам.
— Нет, между нашими мирами нет простой связи, а её визиты всегда случайны. У меня буквально нет способа связаться с ней, кроме как отправиться к ней самой.
В груди Брекстона всё еще рокотало, когда он произнес:
— Там опасно. Даже если ты пробудешь в Волшебной стране всего день, тебя не будет рядом с близнецами неделями. Я думаю, будет лучше, если я пойду… один.
Джесса отступила на шаг, и я понял, что она сейчас устроит Брекстону разнос. Ничего она не ненавидела больше, чем чрезмерную опеку. К несчастью для неё, Компассы были устроены именно так. Мы защищаем то, что принадлежит нам. Её грядущую тираду прервало появление матери в дверях с Эви на руках.
— Она хочет к мамочке, — сказала Лиенда Джессе.
Взгляд Джессы прикипел к дочери, и если у любви есть облик, то он был написан на лице этой волчицы. Тепло, обожание, трепет — она пропала окончательно. Бросившись через веранду, Джесса подхватила малышку, прижимая её к груди и вдыхая аромат Эви. Её глаза закрылись, и умиротворение сменило напряжение на лице.
Когда она снова открыла глаза, она посмотрела на Брекстона.
— Ты прав. Я не оставлю их одних и без защиты, пока они так уязвимы. — Она снова прижалась головой к мягким светлым волосам Эви и тяжело вздохнула. — А главное, я не хочу их оставлять. Это разобьет мне сердце. — Её взгляд стал неподвижным. Хищным. — Я не хочу, чтобы ты шел без меня, но мы также не можем позволить Луи угаснуть.
Тут вмешался я:
— Мы с Джейком пойдем в Волшебную страну. У нас нет ни пар, ни детей, которых пришлось бы оставлять. Мы — идеальный выбор. Просто дайте мне несколько дней, чтобы сначала найти Грейс. — И, надеюсь, убедить её простить меня. — Тогда я буду свободен, чтобы отправиться за Жозефиной.
Джейкоб будет не против плана. Он всегда готов к приключениям.
— Прямо сейчас я приступаю к поискам Грейс. Надеюсь закончить с этим к концу недели.
Лили уже спала на плече Максимуса; он похлопывал её по спине.
— С некоторой удачей, к тому времени как ты найдешь Грейс, Луи уже очнется, — сказал вампир. — Мы всё равно поговорим с теми могущественными колдунами. Возможно, они дадут нам зацепку.
Я кивнул.
— Да, это было бы лучшим вариантом, но если этого не случится, я пойду в Волшебную страну. Луи спас наши жизни, мы обязаны сделать всё ради него.
Брекстон больше ничего не сказал, но и выглядел он не особо в восторге от нового плана. Он любил сам разбираться с опасными задачами и чрезмерно опекал всех нас.
Я не волновался. Мне просто нужно было убедиться, что с Грейс всё в порядке; я сойду с ума, если это не случится в ближайшее время. А потом я сосредоточусь на Луи. Мы с этим могущественным чародеем не всегда ладили, но я знал без тени сомнения: будь я в беде, он бы нашел способ мне помочь. Пришло время и мне сделать то же самое для него.

Глава 2

ГРЕЙС КАРТЕР

Тьма никогда не была тем, чего я боялась. Страх темноты — это на самом деле просто страх перед неизвестным, а мои чувства даже в раннем детстве были достаточно острыми, чтобы всегда знать, кто там притаился. Мама говорила мне, что большинство монстров неровня моей магии, и я ей верила. Её советы никогда не подводили меня — до этого момента.
Последние шестьдесят восемь дней, четырнадцать часов, двадцать пять минут и несколько секунд с хвостиком я была отрезана от всякой энергии. Запертая в мире боли и мрака, я сидела и ждала своей неизбежной смерти. Потому что тело может выдержать лишь определенный предел, и мое почти его достигло.
Дверь наверху с грохотом распахнулась, и я выпрямилась. Слишком рано! Прошло всего четыре дня — кажется — с последнего сеанса пыток. Обычно визиты были регулярными. Я грубо отмечала дни на стене, и между ними проходило около шести суток.
Что изменилось? Впервые за несколько недель укол страха пронзил онемение в груди. Что они приготовили для меня сегодня?
Первые лучи света обожгли глаза. Я так привыкла к темноте, что привыкать к освещению было больно. Я заерзала на жесткой деревянной плите, служившей мне постелью. У меня была лишь тонкая простыня, чтобы укрыться, а здесь, внизу, было холодно. К тому же я получала лишь одну жалкую порцию еды в день и еженедельные пытки — видимо, всё это делалось для того, чтобы я оставалась слабой.
Также они использовали блокиратор, чтобы подавить мою энергию и силы.
Они преуспели блестяще: я была слабее, чем когда-либо в жизни. Но… я еще не сломалась. Что, честно говоря, немного удивляло. Обычно я не была сторонницей сильных эмоций. Побочный эффект домашнего обучения, не иначе. Я была ведьмой типа «сиди дома, читай книгу, собирай пазлы». Я не давала сдачи. Я вообще никогда не дралась.
Но время здесь изменило меня. Мое тело могло быть слабым, но остальная часть меня собиралась держаться до победного конца. Встав, как я всегда делала при их приближении, я высоко подняла голову. Пусть я не самая свирепая среди супов, но могла притворяться ею до тех пор, пока была способна стоять.
Когда я выпрямилась, боль в спине взорвалась новой волной — резкой и свежей. Исцеление занимало всё больше времени после каждого допроса. Но поскольку я ничего не могла с этим поделать, то заставила боль утихнуть, шире расставила ноги и сжала кулаки. Инстинктивно я потянулась к своей магии, одновременно пытаясь нащупать лей-линии. В обоих местах я не нашла ничего, кроме гулкого пустого пространства.
Ко мне приближались две пары шагов, разные и отчетливые. Я узнала обе. Тяжелый топот принадлежал Сукину Сыну. Я отказалась называть его как-либо иначе после одной из его «сессий». У СС был настоящий творческий талант в обращении с ножом для резьбы. Во время первого круга пыток я кричала не замолкая.
С тех пор я заперла свою боль на замок — ни слов, ни криков. Я больше не доставлю им такого удовольствия. Я сосредоточилась на единственном месте, которое им еще не удалось взломать: на моем разуме. Там я была со своей семьей, настоящей семьей, а не с этими монстрами. За два месяца плена я узнала очень мало о том, почему я здесь. Они твердили, что им нужно «выпустить» что-то, скрытое внутри меня. Учитывая, что я была обычной ведьмой-целительницей, то была уверена, что они ошибаются.
— Доброе утро, солнышко. Как поживает моя любимая кузина? — вторые шаги, более легкие и быстрые, принадлежали Тревору, моему голубоглазому блондину-кузену и истинному демону во плоти. Этот ублюдок определенно был в моем списке смертников. Спираль тьмы разлилась в моем сознании, принеся с собой очень дурные мысли. Эта тьма становилась сильнее с каждым порезом и синяком. Может, это ту тьму они хотели выпустить? Или это был продукт того, что они со мной сделали? В любом случае, мне уже было плевать.
Мерцающий фонарь в руках СС отбрасывал тени на стены моей маленькой камеры. В первые дни я оглядывалась по сторонам при каждом проблеске света, но теперь я знала здесь всё. Я была в подвале, в крошечной клетке. Деревянный настил и унитаз. Это единственное, за что я была благодарна этому месту.
— Надежда на твое сотрудничество явно не оправдывается, так что мы переходим к фазе два, — Тревор продолжал буравить меня своими неестественными темно-синими глазами. Их оттенок был каким-то плоским… или, может быть, его глаза просто были мертвыми. Как и его душа.
Его заявление пугало больше всего.
Они что, до этого миндальничали со мной? Мое тело было покрыто шрамами, ожогами и ранами. Меня ломали, били и разбивали на столько осколков, что тело больше не казалось моим. Конечно, физически раны заживали. Но эмоциональный и ментальный ущерб никуда не делся. Если бы я не была из сильного ведьминского рода, я могла бы умереть от некоторых пыток. Но эй, время еще есть, верно? Особенно теперь, когда они повышают ставки.
Тревор отступил, фонарь в руке. СС открыл дверь и сделал приглашающий жест, мол: «После вас». Я не шелохнулась. СС громко выдохнул и впервые за сегодня заговорил:
— Тебе не обязательно каждый раз выбирать трудный путь. Результат всё равно один, так зачем добавлять боли в свой день?
Я так сильно стиснула зубы, что казалось, они треснут под давлением; ногти впились в ладони до крови. Мускулистый маг сделал шаг ближе, бросаясь на меня. Я была вялой и слабой, но я уже знала его повадки. Я знала, как он движется. Мне удалось нанести приличный удар ему в горло и полоснуть ногтями по лицу, прежде чем он обхватил меня руками.
Он сжал меня так крепко, что его дыхание хрипело у моего уха. В этот раз я оставила на нем отметину, что дало мне маленькое чувство триумфа. Я буду бороться с ними, пока не останется другого выхода — пока я не умру.
Обычно в этот момент меня приковывали цепями к решетке двери, но на этот раз СС вышел из комнаты, и, следуя за слабым светом впереди, мы двинулись по какому-то коридору, а затем к лестнице.
Я висела на груди высокого мага, зажатая двумя мощными руками; моя избитая и исцарапанная спина кричала от боли. Ребра были сломаны во время прошлой пытки и еще не до конца срослись. Мои ноги болтались в воздухе, и я брыкалась изо всех сил. Я должна была попытаться, сейчас или никогда. Это была лучшая возможность сбежать за два месяца — я наконец-то была вне клетки и не на цепи.
Хватка на моей груди усилилась. Я задыхалась и металась; перед глазами заплясали темные пятна от внезапного наплыва света.
В других обстоятельствах я могла бы заплакать, увидев первые лучи солнца за долгие недели. Мой первый взгляд на что-то, связанное с природой — я была ведьмой; мы привыкли регулярно общаться с Матерью-Землей. Но мои слезные протоки давно пересохли. Тем не менее, я не сводила глаз с танцующих лучиков света.
В тот момент меня осенило — пока я была заперта в этом подвале, мир продолжал вращаться. Люди, которых я люблю, были где-то там, даже не подозревая, что со мной случилось. Мой кузен обожал издеваться над тем, что меня никто не придет спасать, но эти колкости меня не задевали. Я сама сделала так, чтобы меня не искали. Я попросила — нет, потребовала — личного пространства. Решение, о котором я пожалела как минимум миллион раз с тех пор, как ушла от Тайсона.
Тайсон Компасс. Впервые за долгое время настоящая вспышка эмоций потрясла меня, от чего грудь и легкие заныли, пока я пыталась вдохнуть. С ним всегда было так. Слишком много эмоций. Слишком сильно. Огромный потенциал для счастья, но еще больший — для разбитого сердца.
Глаза всё еще горели, но когда я отвернулась от света, я поняла, что мы находимся в знакомой, хорошо освещенной комнате. НЕТ! Я никогда не видела ничего, кроме подвала, но я знала эту комнату.
Я точно знала, где нахожусь.
За огромными панорамными окнами раскинулся зеленый луг, на котором я сотни раз играла в детстве. Я была в доме своей бабушки, куда и направлялась, когда меня похитили.
Тревор посерьезнел, запрокидывая голову, чтобы взглянуть на меня.
— Не пытайся звать на помощь, весь дом магически запечатан. Никаких звуков наружу или внутрь. Никакой магии. Это мертвая зона.
Мужчины быстро двигались по дому. Всё было открыто и залито светом; отполированные деревянные полы бабушки ярко блестели, мансардные окна и проемы впускали естественный солнечный свет. У неё были новые шторы с узором из ярко-пурпурных роз. Полная противоположность моей темнице в подвале. Ад с кусочком рая наверху.
Я старалась не думать о том, куда они могут меня вести. Или где мои бабушка с дедушкой. Неужели Тревор и им причинил вред?
Я на миг задумалась, не прервать ли свое молчание. Может, мне удастся спровоцировать Тревора на какую-нибудь глупость или вытянуть информацию, но каждый раз, когда я открывала рот, ничего не выходило. Часть меня знала: если я издам хоть звук, то просто начну кричать и уже никогда не остановлюсь. Ярость и боль внутри меня были реальными — темными и штормовыми, ждущими выхода. Тьма снова выросла в моем сознании, и я попыталась успокоиться. Я чувствовала: если эта яма с мутными щупальцами выйдет из-под контроля, я потеряю что-то очень важное. Например, саму себя.
Мои глаза неистово дергались от яркого света. Слабая и уставшая, я бы долго не протянула в таком состоянии, но не могла сдаться. Не теперь, когда я знала, что моя семья может быть в беде.
Коридор петлял по милому дому. Я представляла, как однажды буду жить здесь… после того как окончательно откажусь от мечты о бревенчатой хижине у леса в Стратфорде.
Хижины Компассов.
У нас с Тайсоном вечно не совпадало время, и теперь у меня не было надежды на будущее с ним. Вообще никакой надежды. Только жгучее желание отомстить и выяснить, что случилось с моей семьей. Это то, что заставляло меня бороться.
Они притащили меня в солярий в задней части дома. У окон стояли два человека, залитые солнечным светом.
В этот момент я получила ответы на многие вопросы.
Крик зародился в моем горле, и мне стоило огромных усилий не выпустить его на волю. Боже, нет! Я внезапно поняла, в чем будет заключаться эта новая форма пытки, и, честно говоря, я бы её не пережила. Взгляд моей мамы встретился с моим с другого конца комнаты. Джой Картер была магически связана по рукам и ногам; её прекрасные ледяные синие глаза, огромные и блестящие, смотрели на меня — так она выглядела, когда собиралась заплакать. Мои губы задрожали, тело забилось в конвульсиях, когда я попыталась вырваться к ней.
Позади неё стояла моя бабушка. Мать моего отца. Да уж, она явно не была в беде. Она сама всё это подстроила. Ярость, более мощная, чем я когда-либо чувствовала в жизни, сотрясла меня, когда я уставилась на неё, борясь с СС.
Мне следовало догадаться. Именно загадочный звонок от бабушки — что-то о важных семейных новостях — заставил меня сорваться из Стратфорда. Мне приказали немедленно ехать домой, так как это вопрос жизни и смерти. Я прыгнула на первый же рейс, и не успела я выйти из частного аэропорта для супов, как попала в засаду — меня ударили каким-то оглушающим заклинанием, и следующее, что я помню, — это пробуждение в камере пыток. Я думала, что это всё затея кузена, что он сошел с ума, решив, что во мне скрыта особая магия.
Я ошиблась. Тревор был на побегушках. Бабушка была вдохновителем.
Она сделала шаг вперед, таща мою мать за собой.
— Здравствуй, Грейс.
Она звучала как бабушка — холодная, смертоносная версия. Её темные глаза не искрились, как в моем детстве. Они были летальными и хищными.
— Грейс! — повторила она.
В том, как она произносила мое имя, было что-то скользкое, столько темных и зловещих подтонов. Это было похоже на то, как смотреть в лицо дьяволу и знать, что он пришел за тобой, чтобы наказать. Она подошла ближе, улыбка тронула её щеки. Она была стара даже для супа, так что морщинки и седина уже начали проступать.
— Ты готова помочь нам, Грейс? Теперь ты взрослая. Твоя энергия начинает просыпаться.
Боже, как бы я хотела, чтобы она перестала называть меня по имени. Каждый раз по спине пробегал холодок. Я не отвечала. Мои глаза были прикованы к матери, которая выглядела испуганной. Она открывала и закрывала рот, но звука не было — должно быть, они лишили её голоса. Каким-то образом бабушка обходила блокиратор магии.
— Я дам тебе последний шанс, — сказала Злая Бабуля. — Последний шанс стать частью революции. У тебя ключ к огромной власти. К Волшебной стране. Ты можешь выбрать сторону, темную или светлую.
Моя голова дернулась в её сторону, и руки СС сжались на мне сильнее — я почти забыла, что он всё еще держит меня. Это был первый раз, когда она упомянула Волшебную страну, что могло бы стать огромным прорывом в информации, если бы я понимала, о чем она говорит. Как умирающий мир, из которого много лет назад массово эвакуировались супы, мог содержать что-то нужное ей? И какое отношение это имеет ко мне? Темная или светлая сторона? Эм, тут и думать нечего.
Эти мысли улетучились, когда бабушка издала смешок — глубокий хриплый звук, от которого снова стало жутко. Она собиралась превратить наши с мамой жизни в ад.
— Ты не оставила мне выбора, Грейс. Если бы твой отец был здесь, он бы согласился с тем, что я собираюсь сделать.
Где мой отец? Дедушка? — я хотела накричать на неё, задать все вопросы, но времени не было. Быстрым движением она прижала нож к щеке моей матери. Я забилась сильнее, сражаясь с громилой, удерживающим меня. Безмолвные крики сотрясали мое тело; голос отказывался повиноваться, хотя внутри было столько боли, что рано или поздно она должна была вырваться наружу.
Тьма взорвалась перед глазами, словно чернила, растекающиеся по разуму и крови, когда покрытое рунами лезвие без сопротивления вошло в плоть моей мамы. Я не могла ничего сделать, кроме как бороться и смотреть, пока бабушка вырезала замысловатый путь разрушения на её щеках. Красный цвет ярко расцвел на золотистой коже, капли падали на плиточный пол.
— Ты можешь остановить это, Грейс. Всё, что тебе нужно сделать, — это дать мне то, что я хочу.
— Она отказывается говорить. Не думаю, что она знает, как отдать это тебе, бабуль.
Тревор казался разочарованным, его слова были резкими. Но в одном он был прав. Я понятия не имела, чего она от меня хочет. Если бы в моих силах было отдать ей что угодно, я бы сделала это, чтобы спасти мать.
Бабушка подошла ко мне вплотную. Я отпрянула, насколько могла, ударившись затылком в грудь СС. Энергия, исходящая от неё, вибрировала против моей собственной, заставляя волосы на теле встать дыбом. Заклинание тишины в этом доме никак не скрывало её тьму, и та тьма, что жила во мне неделями, совсем не боялась злой бабули. Наоборот, она, казалось, была ей рада.
— Грейс просто нужно небольшое наглядное поощрение, — сказала бабушка Тревору. — Сила внутри неё. Мы знаем, что это правда. Эти ледяные ублюдки, может, и придумали, как спрятать её, как изгнать нас, но они не смогли избавиться от неё совсем. Так что теперь нам просто нужно найти ключ, чтобы отпереть её.
Я очень хотела, чтобы сумасшедшие люди сидели дома, держали безумие при себе и не беспокоили остальных. Было бы здорово, если бы они еще и не размножались, но так как меня бы здесь не было без неё, придется отложить это желание.
Закончив свой монолог, бабушка вернулась в другой конец комнаты и принялась резать вторую щеку моей матери. Я безвольно повисла в руках захватчика, совершенно лишенная сил. Ну, почти всех. Тьма внутри меня, горячая и штормовая, заполняющая меня, пропитывающая каждую частицу моего существа, казалась пугающей, дикой и совершенно неуправляемой.
Не в силах больше отворачиваться, я снова встретилась взглядом с матерью, надеясь, что она знает, как мне жаль. В тот миг, когда наши взгляды столкнулись, она улыбнулась. Я видела этот взгляд много раз в жизни и точно знала, что бы она сказала мне, если бы могла говорить.
Это не твоя вина.
Хотела бы я в это верить.
Она дрожала, пока глубокие порезы множились на её коже; бабушка ухмылялась, опуская нож всё ниже и ниже, задевая яремную вену, двигаясь к ключице. Моя энергия пульсировала, тени танцевали. Каждое нажатие ножа могло стать для мамы последним. Даже если бы мы не были в этой магической мертвой зоне, такие раны заживали бы очень долго. Я узнала клинок — он был из нашей семейной сокровищницы, выкованный на крови фейри в землях Волшебной страны. Ходили слухи, что он способен убить любое магическое существо.
Мое тело начало нагреваться и пульсировать в такт той магии, что еще оставалась во мне. Тьма, копившаяся внутри, также восстанавливала мою ведьминскую энергию.
Приняв мгновенное решение, я ударила СС, который ослабил бдительность. Два удара в сонную артерию — и мне удалось выскользнуть, кубарем скатившись на пол. Я вскочила и бросилась прямо на бабушку, которая тоже не ожидала атаки, врезалась в неё, отталкивая маму в сторону. Мы с бабушкой проломили стеклянную стену позади нас.
Я чувствовала порезы, но игнорировала их, когда мы тяжело рухнули на землю, и бабушка издала хриплый звук. Большинство новых ран меня не беспокоило, но особенно горячая пульсация боли в правой руке привлекла мое внимание. Святое дерьмо. Клинок фейри торчал из моего плеча.
Как только я осознала это, пульсация охватила всю кожу, наполняя меня энергией, которую я не знала и не понимала. Или мне так казалось. Очевидно, моя собственная магия знала эту энергию очень хорошо. Обе силы столкнулись, и я почувствовала прилив света и мощи, не сравнимый ни с чем.
Часть теней отступила, и впервые из моего горла вырвался крик. Я выгнула спину и мотала головой из стороны в сторону, сражаясь с болью и давлением. Моя кожа натянулась, казалось, я сейчас взорвусь и выпущу всю ту энергию, что бушует внутри. Холод охватил меня; вены наполнились льдом; по спине побежали мурашки. Эта ледяная энергия вцепилась в тени и оттолкнула их еще глубже, пока они не превратились в крошечный осколок тьмы в самой глубине моего существа.
Мне казалось, что я должна замерзнуть — температура тела резко упала, но вместо этого пришло чувство бодрости. Я была свободна.
Я всё еще сидела верхом на бабушке, придавливая её к земле, так что, хотя её смешки были тихими и хриплыми, я легко их слышала.
— Я знала, что тебе просто нужно небольшое вдохновение, — сказала она сквозь приступы смеха.
Я не была бойцом; мои навыки лежали в области исцеления и более мягких форм магии. Я могла общаться с природой, успокаивать диких животных, вдыхать жизнь в тех, кто был на грани, но никогда я не выбирала насилие. До этого момента.
Мой кулак врезался в лицо старой колдуньи, и вся магия внутри придала удару дополнительную мощь. Круг красного, а затем синего цвета вспыхнул на её морщинистой щеке, а когда я отдернула руку, там остались мелкие чешуйки льда. Тени снова метнулись вверх; тьме понравилась моя склонность к насилию. Я чувствовала их удовлетворение. Обычно это напугало бы меня, но я закончила быть жертвой. Я приму свою темную сторону, если это поможет сбежать и спасти маму.
Я ударила бабушку снова, и её смех оборвался, когда голова мотнулась в сторону. Голоса позади стали громче, и я поняла, что у меня есть всего секунды, чтобы встать и защититься. Откатившись в сторону и встав, я обхватила обеими руками рукоять ножа, всё еще крепко сидевшего в плече. Как только я коснулась его, пульсация усилилась, и мое дыхание вырывалось ледяным туманом. Стиснув челюсти, я боролась с черными пятнами перед глазами и, досчитав про себя до трех, глубоко вдохнула и рванула эту дрянь из своей руки. По крайней мере, попыталась.
Лезвие было острым, но зазубренным в нижней части, и когда я попыталась вытащить его, оно пошло с сопротивлением. Шаги приближались, паника боролась с адреналином. Я потянула сильнее. И как раз когда я была готова сдаться и оставить его в ране, нож наконец выскользнул из плеча. Кровь хлынула потоком, но я лишь мельком взглянула на рану, прежде чем перехватить нож в боевую стойку; рука была скользкой от крови.
Сосредоточившись на Треворе, я почувствовала, как лед в груди, который жег почти как огонь, начал растекаться по телу и конечностям. Собрав все свои скудные познания о тренировках, я использовала свою новую морозную силу и выпустила её одним мощным залпом в сторону кузена и СС, которые окружали меня. У меня не было слов, чтобы направить её, только чистая энергия с одной мыслью: уничтожить их.
Огромный луч света залил двор, такой сильный и яркий, что я ничего не видела перед собой, даже дом. Раздались крики — кузен и СС пытались понять, атаковать им или бежать. Казалось, они ослепли. Не теряя времени, я направилась к дому, или туда, где он, по моему мнению, находился. Мне нужно было добраться до мамы.
Однако прежде чем я достигла здания, свет на кончиках моих пальцев погас, и мир обрел четкость и резкость. Большинство морозной свежести ушло, но ледяной огонь всё еще жил в моем центре.
Я тут же оглянулась на нападавших. Какого. Черта? Я моргнула несколько раз, пытаясь осознать увиденное. Всё было заморожено. Моя бабушка наполовину поднялась с земли, её лицо застыло в изможденной гримасе. Кузен и СС стояли в пяти футах от меня в атакующих позах. Мне не удалось их отшвырнуть, но они были покрыты тонким слоем инея, который, казалось, удерживал их в стазисе.
И это была не самая странная часть. Там, где стояла моя мать, теперь кружился портал энергии, заполняя собой почти весь солярий. Мама исчезла. Ноги задрожали, когда я сделала шаг к дому, отчаянно пытаясь понять, что только что сотворила моя магия.
— Мама! — мой шепот-крик был едва слышен. Кажется, я разучилась пользоваться голосом за то время, пока подавляла его.
Босые ноги хрустели по осколкам стекла на зеленом газоне, добавляя новых ран моему истерзанному телу. Я изрядно разнесла окна, когда набросилась на бабушку. Не думала, что ударила её так сильно, но каким-то образом я вынесла целую стену, и мы обе приземлились ярдах в пятидесяти. По крайней мере, теперь ясно, почему кузену потребовалось столько времени, чтобы добраться до меня.
Когда я наконец дошла до дома, у основания стены оставался примерно метр кирпичной кладки, так что я подтянулась и залезла в солярий. Быстрый взгляд через плечо подтвердил: магия, заморозившая похитителей, всё еще действовала. У меня было время осмотреть кружащуюся массу белой искристой энергии. У меня было подозрение, что это, как и замороженные ублюдки, — работа ножа, который я всё еще сжимала в руке. Это не была моя обычная энергия, так что я могла лишь предположить, что позаимствовала её у оружия.
Я держалась в трех футах от мощного портала. Его энергия давила на мою, или, точнее, звала её, заставляя лед в моем центре снова расширяться, пока я пыталась разглядеть, не упала ли мама где-то рядом.
— Мама? — попробовала я снова, голос всё еще хрипел.
Я подошла чуть ближе, но нигде не видела её и не чувствовала её энергии. Она, должно быть, провалилась в портал. Я колебалась: позвать на помощь или прыгнуть следом? Трудно было решить. Я была не в том состоянии, чтобы кого-то спасать. Я едва могла переставлять ноги.
Но это была моя мама. Я не могла её оставить.
Вытерев потные ладони о грязные лохмотья одежды, которые я носила неделями, я сделала один глубокий вдох, подняла ногу и вошла в серебристое марево. Жар, почти невыносимый — в основном из-за холода в моем теле, — окутал конечность. Я замерла, зависнув в портале: одна нога «там», остальная часть меня — «здесь».
Как раз когда я собиралась сделать последний шаг, кто-то схватил меня сзади и рванул назад, прочь от портала. Прочь от матери. Прямо в руки ублюдков, которые последние недели делали всё, чтобы уничтожить меня.
— Куда это ты собралась, по-твоему? — Тревор выглядел одновременно раздраженным и восторженным. Он дрожал, свирепо глядя на меня. — Чем это ты нас заморозила?
Я понятия не имела, а если бы и знала — не сказала бы.
Он улыбнулся широкой ухмылкой, и меня пробрала дрожь страха. Он крепко держал меня за левую руку, таща по битому стеклу к двум другим магам, которые молча ждали. Я боролась, но он был силен и полон решимости, а я была тяжело ранена. Кровь всё еще капала из раны на плече, орошая землю за нами.
Клинка больше не было в руке. Черт. Должно быть, я выронила его, когда он меня схватил. Похоже, мне придется противостоять им безоружной. За все мои двадцать пять лет я никогда не видела бабушку такой счастливой. Улыбка до ушей, черные глаза сверкают, щеки розовые. Я продолжала сопротивляться, но физически не была соперником кузену, и через секунды я стояла между ними тремя.
Бабушка, которая была на пару дюймов ниже меня, похлопала меня по щеке. На мгновение показалось, что в её глазах мелькнуло тепло, но как только она открыла рот, я поняла, что ошиблась.
— Спасибо за помощь, дорогая. Это именно то, что мне было от тебя нужно. — Она еще раз похлопала меня по щеке и повернулась к Тревору. — Нужно запереть её обратно в подвал, пока я не найду… его. Как только я установлю контакт, я узнаю, как найти остальных, и тогда мы сможем уничтожить клетку. — Её взгляд переместился на СС. — Избавься от свидетелей.
Видимо, полезность СС только что исчерпалась.
В мгновение ока Тревор выхватил меч из заплечных ножен. Он был длиной с его руку; должно быть, он был магически замаскирован. Я никогда раньше не видела, чтобы он им пользовался; он предпочитал «ручной труд» при пытках.
СС выругался и потянулся за своим оружием, но кузен взмахнул мечом, чисто перерезав ему шею. Голова мага с выражением абсолютного шока покатилась по газону. Мне было наплевать — его смерть не была потерей для мира, и, что важнее, я вот-вот должна была вернуться в свою клетку. Тревор не утащит меня туда без боя.
Его клинок светился ярким синим пламенем: он был заговорен Эриди, магией, которая усиливает боевые навыки и мощь оружия. Похоже, в этой «мертвой зоне» были лазейки. Мой ледяной залп сработал, заклинания на предметах тоже. Это дало мне надежду найти еще одну щель в защите, чтобы обрести свободу.
К этому моменту энергия внутри превратилась в крошечный комок льда, который, казалось, окончательно обосновался в моем центре. По крайней мере, лед сдерживал чернильную тьму — эти две энергии были противоположностями, и ни одна не хотела уступать место другой.
Мне следовало бы задуматься о том, что происходит в моем магическом центре, но всё мое внимание занимал Тревор. Он повернулся ко мне, пока бабушка уходила прямо к серебристому порталу. Когда кузен открыл рот, не иначе чтобы начать хвастаться, я с силой ударила его коленом в пах. Должно быть, он предвидел это, потому что слегка довернул корпус, и я промахнулась, но всё же задела бедро, заставив его согнуться пополам.
Выудив из памяти все уроки спарринга, я применила прием, который был визитной карточкой Джессы Леброн: развернулась и ударила его ногой в голову. Это было легко, так как он всё еще был наполовину согнут. Его меч со звоном отлетел в сторону футов на десять, а сам он повалился на бок. Я не теряла ни секунды, бросившись вслед за бабушкой.
Позади послышался топот. Черт, черт, черт. Тревор уже вскочил и несся за мной. Я не ожидала, что сильно его покалечу — он был намного крупнее и сильнее, — но неужели небольшая фора — это слишком большая просьба?
Он поймал меня, не дав пробежать и пяти шагов, резко дернув за раненую руку, и я использовала инерцию, чтобы ударить его левым локтем в челюсть с такой силой, что рука онемела. Теперь обе руки были бесполезны.
— Ах ты, сука драная, я хотел дать тебе передышку и вернуть в клетку целой, но теперь, пожалуй, я на тебе отыграюсь.
Удерживая меня на месте, он замахнулся и сильно ударил меня в лицо. Перед глазами посыпались искры; мне удалось тряхнуть головой как раз вовремя, чтобы увидеть следующий удар. Он врезался в щеку с такой силой, что кости хрустнули, и меня отшвырнуло назад. Голова ударилась о твердую землю, тьма взорвалась в глазах. Голова тут же начала пульсировать.
Тяжелый вес придавил меня; грубые руки рванули одежду. Что за чертовщина? Он собрался меня изнасиловать? Как только эта мысль промелькнула, он разорвал мою хлопковую рубашку, обнажив грязный белый бюстгальтер. Его глаза прикипели к моей груди, и он издал низкий свист.
— Давай немного поразвлечемся, прежде чем я тебя запру.
Он закрыл мне рот рукой, когда я открыла его, чтобы закричать. Затем он наклонился совсем близко и прошептал:
— В конце концов, мы всего лишь троюродные брат с сестрой, а тело у тебя вполне ничего.
Желчь обожгла горло, желудок взбунтовался. Будь в нем хоть крошка еды, меня бы вырвало, но я могла только хрипеть и дергаться, пытаясь вырваться, но тщетно. Всё было бесполезно; он прижал меня, его руки были крепкими, а тело — тяжелым.
Губы скользнули по моей ключице вниз. Он убрал руку от рта, чтобы лучше перехватить мое сопротивляющееся тело.
— Не заставляй меня вырубать тебя, — предупредил он. — Мне нравится, когда девчонки в сознании. Люблю этот страх. Это дает мне чувство власти.
— Я убью тебя, — сказала я, и впервые мой голос не хрипел. Я снова поискала энергию внутри, и лед отозвался, но вяло, будто его снова подавляли; зато темные щупальца оживились… казалось, они были заинтригованы… или даже возбуждены.
Мне не нравилась эта тьма.
Тревор грубо впился в мои губы. Я открыла рот, чтобы укусить его, надеясь оторвать пол-лица, но он отстранился раньше.
— Улыбнись мне, красавица. Через пару минут ты вернешься в клетку, так что наслаждайся.
— Минуты, — усмехнулась я, пытаясь вызвать в себе хоть каплю бравады.
Он снова нахмурился, и я дернула головой, избегая тяжелой пощечины. Она задела щеку, и тут его руки потянулись к моим штанам, водя пальцами по пуговицам. Я продолжала бороться и брыкаться, отчаяние смешивалось с тошнотой. Я не считала зазорным звать на помощь. Я начала молиться богам, семье, всем, кто мог услышать.
Я думала о Тайсоне и звала его — мага, который владел моим сердцем и душой, мага, который причинил мне боль, но также подарил мне больше радости и надежды, чем я когда-либо ожидала.
Я звала своего избранного спутника.
Тайсон! Пожалуйста, услышь меня. Мне так жаль. Я не должна была уходить от тебя.
Мой безмолвный плач эхом улетел в мир, в ту связь, которую я всегда чувствовала, но так и не решилась коснуться. Я позволила его высокомерному, великолепному лицу проплыть в моем сознании. Эти взъерошенные рыжеватые волосы, глаза — восхитительная смесь золотистого и рыжевато-коричневого, способные растерзать меня одним лишь взглядом. Если это мой последний миг, я проведу его с ним. Кузен мог отнять у меня многое, но это он отнять не в силах.

Глава 3

ТАЙСОН КОМПАСС

— Иногда я задаюсь вопросом, как люди умудрились зайти так далеко и не вымереть как вид, — мое рычание заставило Джейкоба покачать головой, а на его губах заиграла ироничная усмешка. Но я знал, что он со мной согласен. Люди — это просто пустая трата кислорода.
Джейкоб подался вперед в своем кресле.
— Ну, они определенно делают всё возможное, чтобы истребить самих себя.
Мы оба неудобно втиснулись в слишком маленькие стулья, упираясь коленями в стол. Я был в минуте от того, чтобы окончательно сорваться: ярость внутри закипала, и ни один из моих обычных трюков не помогал её унять.
— Сколько, черт возьми, времени нужно, чтобы найти адрес?
Мой контакт в гильдии работал в одном из лучших полицейских управлений Нью-Йорка. Он уже дал мне один адрес родителей Грейс, но тот оказался пустышкой. Теперь он проверял её остальную родню. Она упоминала бабушку и дедушку. Грейс часто гостила у них в детстве. Я помнил, как она исчезала почти на всё лето.
— Прошло всего два дня с тех пор, как мы начали поиски, Тай. Я уверен, что с Грейс всё в порядке, — Джейкоб ничуть меня не успокоил. Наоборот, сделал только хуже.
Волны магии поднимались во мне, и на этот раз они казались сильнее прежнего. Мое терпение было на исходе. Я вскочил и принялся мерить кабинет шагами. К счастью, прежде чем я натворил глупостей — например, разнес бы эту комнату на мелкие кирпичики, — дверь открылась, и вошел Тони.
— Простите, что заставил ждать. Информация была зарыта глубже, чем я ожидал.
Он не сел. Он пододвинул папку Джейкобу, прежде чем повернуться ко мне. Тони едва заметно вздрогнул, когда наши взгляды встретились; почти неуловимо, но я почувствовал, как ему неуютно. Не будь он опытным офицером с годами службы и подготовки в гильдиях, он бы точно не сохранил такое самообладание.
— Они в Висконсине. Прайри-Фарм, если быть точным. В округе ходят слухи о возможной преступной деятельности на ферме дедушки и бабушки Грейс. Странно вот что: семья годами жила без единой жалобы, а за последние полгода их набралось больше десятка. Взрывы, пожары, вандализм. Пока местным властям не удалось ничего доказать, но время подозрительно совпадает.
Я переглянулся с Джейкобом. Он сохранял свою обычную безупречную маску — ни один волосок не выбился из прически. Типичный фейри. Я видел, что его не волнуют какие-то пожары или взрывы. Меня тоже, но за Грейс мне было по-настоящему страшно.
Тони продолжил:
— Я не думаю, что лезть туда вслепую — хорошая идея. Дайте мне пару дней, я свяжусь с друзьями в том штате. Узнаю больше.
Я покачал головой, уже направляясь к двери.
— Не беспокойся о нас. Спасибо за помощь.
Кивнув ему на прощание, мы с Джейкобом покинули здание.
Когда мы вернулись в джип, Джейкоб открыл папку так, чтобы мы оба могли видеть содержимое. Внутри была пачка фотографий. Как только он разложил их на картонной обложке, моя кровь вскипела, и я потерял контроль над магией. Уличные фонари над нами разлетелись вдребезги, осыпав лобовое стекло мелким градом осколков.
— Нам нужно быть там прямо сейчас, — прорычал я. Руки покалывало, словно я держал в них готовое заклинание, хотя это было не так.
Он захлопнул папку, скрывая снимки десятка мертвых коров, лежащих на боку с вырезанными на шкурах древними диаграммами. Классические символы черной магии.
С колоссальным усилием я обуздал энергию, но покалывание в ладонях осталось. От Джейкоба повеяло жаром, когда он включил передачу и ударил по педали. Стихия огня в его силе фейри рвалась наружу точно так же, как моя магия. Но он не испепелил нас на месте, так что держался чуть лучше меня.
Он чеканил каждое слово, входя в поворот на безумной скорости:
— На машине уйдут дни. Нам нужен портал.
Обычно в такой магии мы полагались на Луи, но так как его не было рядом, всё ложилось на меня.
— Давай свернем в какое-нибудь укромное место, я попробую во всем разобраться.
Джейкоб бросил на меня скептический взгляд, но, как верный брат, просто продолжил гнать на запредельной скорости в сторону промзоны. Через несколько минут мы нашли идеальный тупик для заклинаний в темных переулках. К тому моменту, как Джейкоб с визгом затормозил, я уже выскочил из машины, даже не потрудившись закрыть дверь. Этот автомобиль нам больше не понадобится.
Мы зашли в мрачный переулок у заброшенного склада. Чем дальше мы углублялись, тем меньше света пробивалось сквозь грязь этого забытого места. Я уже тянулся к своей энергии, позволяя ей пульсировать в теле.
Было облегчением дать этой бушующей силе задачу. Отсутствие природы вокруг мешало: люди почти уничтожили всё своими бетонными джунглями, но если копнуть достаточно глубоко, земля всё еще там.
Пока у меня есть доступ к лей-линиям, всё будет в порядке.
— Здесь мощная концентрация, — Джейкоб замер, настраиваясь на свою магию. Я использовал лей-линии, он — стихии. Наши силы гудели в унисон, хотя и были разными. — Если от портала будет магический откат, люди его не заметят.
Я расширил восприятие, чтобы проверить местность. Никого. Ни сердцебиения, ни вони человеческого присутствия. Даже бездомные обходили этот переулок стороной, что обычно означало территорию кого-то влиятельного. Но это был человек, не суп, и при всей моей штормовой энергии я почти желал, чтобы хозяева этого места заявились. Небольшая разминка бы не помешала.
Мне нужно было видеть четко, поэтому я зажег магический огонек на ладони и поднес его к полицейской папке. Я пропустил детали при первом взгляде, надеясь найти что-то более полезное, чем снимки изуродованных животных. Мне нужна была зацепка, прямая связь с фермой в Висконсине.
Старое, выцветшее фото заставило мою руку на миг замереть: бабушка и дедушка Грейс, а между ними — маленькая Грейс. Тот же прекрасный овал лица «сердечком», круглые щечки, сияющие глаза. Она выглядела счастливой. Любимой.
— С ней всё будет хорошо, — Джейкоб вернул меня в реальность, помогая унять бушующий поток страха и тьмы. Я не ответил. Внутри всё еще грызли сомнения.
Отложив это фото, я перебрал остальные, пока не нашел нужное. Убирая папку, я сунул детское фото Грейс в карман, а второе оставил в руке. Это был четкий снимок фермы: большой белый дом с террасами по периметру. Джейкоб забрал у меня папку, чтобы я мог сосредоточиться на образе. Я знал основы открытия портала. Это как сложить нить, натянутую между Нью-Йорком и Висконсином, пополам много раз, пока два конца не окажутся рядом. Расстояние сокращается магически, а не физически.
Теоретически сильный колдун мог открыть портал в любую точку мира, а такие, как Луи, — даже в соседние миры. Но я был молод. Я знал теорию, но еще не дошел до практики. Не полагалось пробовать магию такого уровня, пока ты не становился полноценным колдуном. Много неопытных ведьм и колдунов сгинуло в лабиринтах лей-линий.
— Мы тут не молодеем, Тай. Может, оставишь самокопания на потом?
Я отвесил Джейкобу подзатыльник, не отрывая взгляда от снимка. Красивый дом: веранда с креслами-качалками, огромный участок земли. Я легко мог представить, как маленькая Грейс бегала здесь. Она никогда не была дикаркой, как Джесса, но в ней всегда чувствовалась свобода и близость к природе.
Используя фото как мишень, я твердо расставил ноги и направил энергию сквозь себя в бетон. Она застряла в искусственном покрытии, но я вливал еще больше мощи, пока она не пробилась к земле. Я глубоко вдохнул, когда энергия природы ударила в ответ. Земля безгранична и самодостаточна.
Я чувствовал присутствие братьев. Наша связь была сильна; наши силы переплетались, нарушая границы рас. Я крепко держался за эту связь, проникая всё глубже в почву, выискивая мощный источник энергии. Это не заняло много времени: вибрирующая мощь отозвалась на мою, полная всех элементов Матери-Природы: ветра, дождя, роста, жизни и смерти. На мгновение я потерял ощущение собственного «я», чувствуя себя ничтожным перед этой первозданной силой.
Тайсон! — окрик Брекстона остро пронзил мое сознание.
Грейс… Я не подведу её.
Каким-то образом я вырвался из транса и обрел фокус. Шепча древние слова, я потребовал открыть дверь в Висконсин. Образ фермерского дома стоял в голове нерушимой стеной. Вихри силы закружились между моим телом и энергией, которую я зарыл глубоко в землю, пока они не поднялись сквозь бетон и не вернулись ко мне. Глаза распахнулись… я даже не заметил, как закрыл их.
Перед нами возник портал. Джейкоб фыркнул и хлопнул меня по плечу.
— Приятно видеть, что ты всё еще оправдываешь статус отличника.
Ублюдок. Да, я азартен в учебе, но не видел в этом ничего плохого. Я подошел к мерцающей массе. Портал был меньше тех, что открывал Луи, но казался стабильным.
— Ты уверен в этом? — Джейкоб всё еще сжимал папку. — Почему у меня чувство, что мы окажемся посреди океана?
Я открыл рот, чтобы ответить, но тут мой слух прорезал крик. Грейс! Грейс в беде. Не раздумывая, я бросился в магический портал; энергия на миг окутала меня, а затем выбросила с другой стороны. Если бы не паника и ярость, я бы восхитился тем, что совершил, но сейчас была только одна мысль — Грейс. Я рванул по лужайке перед домом, точь-в-точь как на фото. Переход выкинул нас довольно далеко от здания, что сбило меня с толку, пока я не врезался в стену магии. Щит отбросил меня на несколько ярдов. Я вскочил в мгновение ока, Джейкоб уже был рядом.
— Щит? — спокойно спросил он, в его голосе не было и тени той паники, что колотила меня. Грейс кричала. Она в беде, а магия преграждает путь.
— Да, по ощущениям как щит Стратфорда, — процедил я.
Я провел руками по барьеру, чувствуя плотное переплетение заклинаний. Он был мощным, древним, созданным кем-то, кто мастерски владел искусством плетения щитов — великим колдуном или колдуньей. Он был чуть менее сложным, чем в Стратфорде, но так как у нас был Луи, а у них нет…
В любом случае, сломать его будет той еще задачкой.
— Почему ты так ломанулся через портал? — спросил Джейкоб, пока мы оба изучали преграду.
Я не прекращал работу.
— Ты разве не слышал крик с той стороны? Это был голос Грейс.
— Нет, я ничего такого не слышал, — в его голосе появилось беспокойство.
Я резко обернулся к нему. В зеленых глазах Джейкоба разлилась мшистая тьма; наконец-то и он заволновался. Я же был за пределами этого состояния — я был в другой вселенной.
— Она кричала, — повторил я, и мы снова повернулись к щиту.
Джейкоб недовольно зарычал.
— Я не чувствую ни людей, ни супов поблизости, значит, они внутри. Сквозь такую магию звук не проходит.
Формально он был прав, но я знал, что слышал. Грейс внутри, и ей плохо. Я должен попасть туда сейчас же.
Я потянулся к Джейкобу, и он сразу понял, что мне нужно. Мы сцепили предплечья, и связь между нами вспыхнула. Полное соединение Четверки — это как сунуть руку в трансформатор. Удар был резким и быстрым: наши тела и энергия ожили, между нами затрещали искры. Это не так мощно, как когда мы касаемся друг друга вчетвером, но лучше, чем ничего.
Джейкоб вливал в меня свою энергию, пока я пытался найти способ взломать щит. Мне нужно было заклинание, чтобы распутать эту магию.
В памяти всплыло одно старое заклятие… Я использовал его раньше, чтобы рушить барьеры, но никогда — такие сильные. Но я обязан был попытаться.
Высвобождая магию, я зачерпнул еще немного энергии земли, поднял обе руки, позволяя силе течь и формироваться в шар. Связь Четверки всё еще теплилась. Пока магия вливалась в сферу, неестественный жар, мучивший меня последние месяцы, подскочил еще на уровень. Огонь в моем центре был моей силой колдуна. Луи говорил, что я близок к цели, что моя сила балансирует на грани эволюции.
Она нужна мне сейчас. Чтобы спасти Грейс.
Я призвал этот огонь, позволяя ему поглотить меня. Эта обугливающая боль — ничто… просто мелкая помеха на пути к могуществу. Я слышал легенды. Я знал, что эволюция из мага в колдуна — процесс болезненный, особенно если его подгонять.
Мне было плевать.
Зубы скрипнули, челюсти свело судорогой, руки дрожали, пытаясь удержать сферу. Я знал, что Джейкоб тоже чувствует ожог; невозможно полностью изолировать его, когда мы так связаны, но он просто стоял рядом. Его энергия удерживала меня на земле, когда казалось, что я могу потерять себя. Вот почему магам запрещено пробовать силу не по уровню. Слишком легко позволить силе овладеть тобой, и тогда пути назад не будет.
Огонь разворачивался под кожей, прорезал мышцы и органы, обновляя каждую часть меня.
Тайсон…
Голос промелькнул в сознании — отчаянный вздох, пропитанный ужасом, болью и борьбой. Череда проклятий сорвалась с моих губ в тот же миг, когда я метнул сферу. Мое вознесение еще не завершилось, но этот шепот точно принадлежал Грейс.
Время вышло.
Контроль на миг ускользнул, когда сфера врезалась в защитный купол. Я бы упал на колени, но Джейкоб удержал меня. Стряхнув дезориентацию, я направил всю силу в заклинание. Я не остановлюсь, пока барьер, отделяющий меня от Грейс, не рухнет. Во мне накопилось слишком много ярости и мощи. Последние месяцы я был бомбой замедленного действия.
Мне следовало прийти раньше.
— Тебе нужно прервать поток силы! — крик Джейкоба пробился сквозь мои мысли. Я понял, что продолжаю вливать энергию. Она уже поднялась и окутала весь щит.
Я забыл произнести слова вслух.
— Lectus unravelen medicine crestin! — взревел я.
Треск был такой силы, что в округе вылетели стекла — обереги взорвались, разбрасывая искрящуюся магию во все стороны. Нас с Джейкобом повалило на землю, но я вскочил в ту же секунду и припустил к дому.
— Кажется, ты малость переборщил с мощью для этой сферы, — хмыкнул Джейкоб, поравнявшись со мной. Мы оба бежали, озираясь на разрушения.
Сам щит взорвался, так что всё, что было внутри, уцелело, но окружающий лес и посевы, которым не повезло оказаться снаружи, были просто сплющены. Счастье, что я не подорвал нас самих.
Тяжелая энергия разлилась в воздухе, когда мы приблизились к дому. Я бежал к парадному крыльцу, но приглушенный вскрик заставил меня сменить направление. Я бросился к задней веранде. Солнце нещадно палило, и я чувствовал жар от Джейкоба — он призвал свою любимую стихию.
Когда я вылетел из-за угла, мой мир замер. Время словно остановилось на секунду, пока мозг пытался осознать сцену. Грейс на земле, на ней верхом сидит мужчина. Её рубашка разорвана по центру, лохмотья свисают в стороны. Грейс царапается и брыкается, пытаясь его скинуть, но он слишком тяжел и силен, он придавливает её своим весом. Моя ярость достигла предела, какого я никогда не знал: словно вулкан взорвался внутри, огонь выжег вены, и всякая логика исчезла.
Ни Грейс, ни нападавший не заметили, что щита больше нет. Они не подняли голов, когда я несся к ним. Когда между нами осталось несколько футов и я понял, что не промахнусь, я выпустил сферу энергии. Теперь она была с красно-золотым отливом — моя колдовская сторона пробуждалась. Шар врезался в этого смертника, отбросив его ярдов на шесть от неё.
Широко распахнутые темные глаза Грейс встретились с моими; беззвучные рыдания сотрясали её грудь, пока она пыталась стянуть края рубашки и подняться. Я чувствовал её боль, и это лишь подстегивало мой вулканический гнев. На лице были синяки, щека распухла, правый глаз почти не открывался.
Он ударил её.
Он. Мать. Его. Ударил. Её.
И похоже, он собирался её изнасиловать. А может, уже… я не мог даже додумать эту мысль. Я знал одно: он покойник.
Я повернулся к нему, зрение пульсировало. Он вызвал мерцающий шар силы — блекло-оранжевый.
— Стой, или я уничтожу тебя! — крикнул он, выставляя шар перед собой.
Я не стал тратить слова, просто пошел на него. Мои глаза наверняка красноречивее любых слов обещали ему миллион способов мучительной смерти. Он побледнел и дрожащими руками прошептал: «Lumina», запуская в меня магический снаряд. Я едва коснулся своей энергии, чтобы просто отмахнуться от его заклинания паралича. Оно улетело в сторону и безвредно упало в поле.
Он попытался бежать, и тогда из моей груди вырвалось рычание. Я хлестнул своей силой, чтобы обездвижить его. Моя мощь была неизмеримо выше его жалкой «люмини», и я не использовал слова… только намерение. Это было опасно для боевых заклинаний, которыми я еще не владел в совершенстве, но мне было абсолютно плевать.
Ублюдок боролся с моими путами, но его силы были ничтожны. Когда я подошел к нему, он начал что-то лепетать, слова путались. Я просто схватил его за горло и поднял над землей. Я подождал мгновение, чтобы наши глаза встретились, чтобы он по-настоящему осознал: это его последний миг на земле. А затем я всадил кулак ему в лицо. Кости хрустнули под костяшками; его щека и нос просто исчезли после первого удара.
— Я убью тебя, — сказал я спокойно, наконец обретя дар речи. — Но сначала ты пострадаешь.
Мой кулак врезался в его лицо снова, и снова, и снова, пока там не осталось ничего, кроме крови и костных обломков.
Рука легла мне на плечо. Единственная причина, по которой я не обернулся и не атаковал, — знакомый импульс её нежной энергии. Она сжала мой бицепс, и у меня перехватило дыхание. Моя магия потянулась к её силе и слегка отпрянула, почувствовав разницу. Её энергия казалась холоднее… темнее… но в ней всё еще были искорки моей Грейс.
Треск силы пробежал по груди и шее. Глаза Грейс расширились; уверен, она почувствовала то же самое. А затем наши силы столкнулись с мощью тысячи взрывов. Это было похоже на то, что случилось с моим вознесением, но глубже — это была перестройка моей ДНК. Самой моей сути.
Истинная связь пары.
Я отбросил бездыханное тело мага, позволив ему мешком рухнуть на землю, и повернулся к ведьме.
— Тай… — её тихий шепот пробился сквозь слепую ярость; крупица здравомыслия начала возвращаться ко мне. — Всё хорошо. Я в порядке.
Её длинные тонкие пальцы всё еще крепко сжимали мою правую руку.
Я поднял руку, чтобы коснуться её лица. Синяки уже исчезли, лицо вернулось в норму — её регенерация была невероятной. Впервые с момента прорыва щита образ её избиения отошел на второй план.
Всё, что я видел — её идеальное лицо, крошечные веснушки на носу, заметные только вблизи, искорки в темных глазах, полные розовые губы, рыжие волосы, висящие спутанными прядями. Я понимал, что пялюсь на неё как ненормальный, но не мог остановиться. Истинная пара. Связь сработала мгновенно и мощно. Было почти невозможно не обхватить её, не прижать к себе каждой клеточкой, чтобы защитить от всех ужасов мира. Но я уже опоздал. Несмотря на быстрое исцеление, на коже всё еще были порезы. На плече зияла глубокая рана, сочившаяся кровью. Но хуже всего были тени, затаившиеся в глубине её глаз. Она прошла через ад.
Ярость снова вспыхнула во мне, и земля под ногами задрожала. Я был на грани того, чтобы вызвать какое-нибудь стихийное бедствие — магия и гнев так и сочились из меня.
Грейс снова попыталась меня успокоить, её мягкость обволакивала меня.
— Ты спас меня, Тай… и я чувствую… мы истинная пара. — Она звучала ошеломленно, но при этом как-то безэмоционально.
Интересно, не стало ли катализатором связи то, что она коснулась меня сразу после того, как разблокировалась моя колдовская сторона? Весь этот поток магии между нами — он, похоже, и запустил процесс.
— Кто еще сделал это с тобой? — прорычал я, слова давались с трудом. — Я убью каждого из них.
Она тяжело сглотнула, и тень пробежала по её лицу. На секунду она стала совсем не похожа на прежнюю Грейс.
— Моя бабушка. Это всё она. — Она глубоко вдохнула. — Но прежде чем мы начнем мстить… мне нужна твоя помощь.
Прежде чем я успел ответить, вперед вышел Джейкоб. Он был рядом, прикрывая нам спины. Я огляделся по сторонам, заметив неподалеку еще одного супа, обезглавленного, и развороченную стену дома. Место выглядело как зона боевых действий.
Огонь сорвался с рук Джейкоба и поглотил мага, которого я превратил в кровавое месиво. Тот сгорел за секунды. Грейс смотрела на это без единого слова; её глаза оставались сухими и жесткими. Она не отвернулась, пока от её мучителя не осталась лишь горстка пепла.
Он уже исчез из моей памяти — всё внимание было приковано к рыжеволосой ведьме. Когда она наконец снова посмотрела на меня, я смог заговорить — более-менее спокойно.
— Скажи, что мне нужно сделать.

Глава 4

ГРЕЙС КАРТЕР

Часть меня стыдилась признаться в этом, но в те последние мгновения с Тревором, когда он придавил меня, разрывая одежду… я почти сдалась. Я была настолько истощена — эмоционально, физически и морально, — что мысль о том, чтобы сражаться еще хоть секунду, казалась невыносимой. Я просто хотела, чтобы всё закончилось.
Я до сих пор не уверена, почему не опустила руки и не приняла свою судьбу, но я благодарила всех богов за то, что этого не сделала. За то, что каким-то образом нашла в себе силы бороться дальше. Удержаться ради самой себя… и ради Тайсона.
Стоя на дрожащих ногах, чувствуя боль от множества ран, ощущая, как разрывается сердце от всего пережитого, я сосредоточилась исключительно на Компассах. Тайсон и Джейкоб пришли за мной.
Золотисто-карие глаза Тайсона встретились с моими, и мне пришлось на мгновение замереть, чтобы восхититься тем, как он потрясающе красив. Темная загорелая кожа, мужественные черты лица, волевая челюсть и нахмуренные брови.
Истинная пара.
Я почти не поверила, когда связь активировалась, но это не стало сюрпризом. Для меня эта связь была там всегда. Просто ему потребовалось гораздо больше времени, чтобы это осознать.
Я чувствовала, как она гудит между нами — связь, подобной которой я никогда не знала. Слияние не только сердец, это было нечто на уровне души, переплетающееся в моем центре, в моей магии. Мелкие ледяные вихри разлетались во все стороны, но темные щупальца оставались притихшими. Им не нравилась моя связь с Тайсоном, как и магия льда.
Странно.
Казалось, в моей энергии происходит какое-то расщепление личности. Мое тело словно разбили на четыре части: одна хранила лед, другая — тьму, третья — мою ведьмовскую целительную силу, а четвертая — связь с Тайсоном.
Я была благодарна судьбе за эти узы, но знала, что Тайсон будет ждать прежнюю Грейс. Ту, нежную. А не эту надломленную версию меня, которая с удовольствием наблюдала за тем, как мой кузен сгорает заживо. И раз не было гарантии, что я когда-нибудь стану прежней, захочет ли он эту новую, искалеченную Грейс?
В его глазах светилось беспокойство, и я тяжело сглотнула. Что бы ни произошло между нами, я буду в вечном долгу перед ним. Он уничтожил Тревора почти без усилий, что вполне в духе Компассов. Если бы мой кузен знал, с кем имеет дело — он знал их имена, но не знал в лицо, — он бы исчез в ту же секунду, как они появились.
Его самонадеянность его и сгубила, и я считала это справедливым. Темная часть меня, казалось, была недовольна тем, что я не прикончила кузена сама, но у меня еще осталась бабушка. Это успокаивало.
— Скажи, что мне нужно сделать.
Ком в горле стал почти невыносимым. Я видела, что он готов на всё ради меня. Впервые я чувствовала это так отчетливо.
Подавив старые обиды, я заговорила:
— Моя бабушка… это всё её рук дело. Она заманила меня сюда, она пытала меня. Ей что-то было нужно от меня, что-то, что я не могла дать до сегодняшнего дня. — Я глубоко вздохнула, горло болело после стольких недель молчания. — Она вонзила в меня старинный могущественный клинок. — Я коснулась плеча, которое всё еще ныло. — И это дало мне всплеск ледяной силы. Эта энергия открыла проход, и думаю, что и бабушка, и мама ушли через него. — Я указала на серебристый портал в оранжерее. Парни на миг отвели взгляды, чтобы осмотреть его, а затем снова уставились на меня. Под их тяжелыми взорами было неуютно, но я продолжила.
— Мне нужно пойти за ними и спасти маму, но я… я очень истощена. Они держали меня в плену два месяца и… — Я осеклась, не в силах продолжать. Разговор об этом делал всё слишком реальным. Оживлял воспоминания. Я хотела запереть их под замок, чтобы никто не мог их коснуться.
Тайсон снова зарычал, его глаза вспыхнули чистым золотом. Эти внезапные звериные звуки заставили меня замереть. Обычно он не рычал так… как Брекстон или Максимус. Маги всегда были спокойнее, ближе к природе. Все Компассы были вспыльчивыми и жесткими, но Тайсон, которого я знала, был в основном расслабленным и веселым.
Кто этот суп передо мной? И почему, черт возьми, мое тело тянется к нему, желая прижаться всем существом? Остынь, девочка. Тебя чуть не изнасиловали, помнишь?
Это подействовало как ушат холодной воды на мои гормоны. Тайсон всё еще не мог говорить от ярости, в его груди продолжало рокотать.
Я повернулась к Джейкобу и тихо спросила:
— Он в порядке?
Фейри-Компасс широко ухмыльнулся. Как всегда, его безупречность немного сбивала с толку: бело-платиновые волосы, травянисто-зеленые глаза, золотистая кожа и искрящаяся энергия фейри. Перебор, честное слово. Любого одного из этих качеств хватило бы, чтобы соблазнить кого угодно. Я всегда восхищалась Джейкобом, но он не был «моим» Компассом. Я предпочитала более грубую мужскую красоту — ту, что была в избытке у Тайсона.
Тем не менее, я приняла объятия Джейкоба.
— Рад снова тебя видеть, ведьмочка-целительница. Нам тебя не хватало, — его голос был теплым и искренним.
Рычание Тайсона стало громче. Я отстранилась. Понимая, что мы никуда не продвинемся, пока он ведет себя как безумный, я твердо посмотрела на него:
— Перестань рычать на меня, Тайсон Компасс, и начни использовать слова. Я не понимаю на хищном.
Он склонил голову набок, выражая замешательство. А потом произошло нечто странное. Он улыбнулся. Широкой, захватывающей дух улыбкой, которая, казалось, осветила его изнутри.
Тогда я всё поняла. Поняла, почему ему так трудно справляться с эмоциями.
— Ты вознесся до колдуна, — прошептала я, прижав руку к горлу. — Не то чтобы я удивлена, но… ты такой молодой. — Конечно, он стал самым молодым. Он был одержим идеей побить рекорд Луи. Соперничающий засранец.
Его голос, когда он наконец заговорил, был хриплой лаской на моей коже:
— Мне пришлось вознестись, чтобы пробить щит. Грейс… мне нужно коснуться тебя. Я должен знать, что ты в порядке. А потом мы пойдем за твоей мамой.
Внутри меня всё замерло. Эта нужда в его голосе была больше, чем я когда-либо надеялась получить от него. Я шагнула в его жар. Его огромное мускулистое тело окутало меня, идеально соприкасаясь с моими изгибами. Его руки были как стальные обручи.
Прилив эмоций через нашу новую связь был слишком сильным для моего усталого тела, и ноги подкосились. В то же мгновение он подхватил меня на руки. Я годами видела, как Компассы носят Джессу, и втайне ненавидела это. Но сейчас я была слишком вымотана, чтобы спорить. К тому же, это была фирменная фишка Компассов.
С тяжелым вздохом я закрыла глаза и прижалась головой к его плечу.
— Прости, — пробормотала я. — У меня просто не осталось сил бороться.
Он начал поглаживать меня по спине.
— Теперь ты у меня, и я больше тебя не отпущу. Я знаю, нам через многое нужно пройти, но я докажу тебе, Грейс, что достоин быть твоей парой. Я сделаю так, чтобы ты гордилась мной.
Я уже гордилась, но это не отменяло того, что я была сломлена. Вдыхая его запах — землистый, свежий, как хвойная мята, — я позволила себе еще одно мгновение покоя. Мгновение, чтобы притвориться, что всё в порядке.
Но реальность вернулась. Я сосредоточилась на своей магии целителя, которая слишком долго была отрезана от природы. Игнорируя лед и тьму, я призвала свою исконную силу. Чистая энергия земли потекла в меня, заживляя раны и наполняя пустой резерв. Я смогла поднять голову и попросила Тайсона спустить меня на землю.
Джейкоб наблюдал за нами с забавным выражением лица.
— Я очень рад за вас обоих. Эта связь — такая, какой она и должна была быть всегда, — его улыбка стала шире, и он отбросил свои загадочные замашки фейри: — Тай не затыкался о тебе все те два месяца, что тебя не было.
Я почувствовала, как кровь отлила от лица, а Тайсон издал сдавленный звук.
— Прости, маленькая ведьма. Я должен был прийти раньше. Это всё моя вина.
Его мука была почти осязаемой.
— Ничто из этого не твоя вина, — твердо сказала я. — Я сама просила тебя держаться подальше. Это моя вина, что я такая упрямая ведьма.
Часть боли ушла из его ауры, и он наградил меня сексуальной ухмылкой.
— Мне как раз нравятся упрямые маленькие ведьмы, так что даже не думай меняться.
Было уже поздно — я уже изменилась. Но упрямство, похоже, никуда не делось. С помощью магии я быстро привела себя в порядок, насколько это было возможно. Остальное подождет, пока мы не найдем маму.
Когда я закончила, Тайсон сказал:
— Нам пора. Я не знаю, сколько еще продержится портал.
Я повернулась к оранжерее. Кожа всё еще зудела от затягивающихся ран. Не зажила только рана от ножа на плече. Словно услышав мои мысли, Тайсон провел рукой по моей руке. Тепло последовало за его движением, и я расширила глаза — рана затянулась на глазах.
Он совершил исцеляющую магию без слов. Его энергия стала невероятно мощной после вознесения.
— Ты прав, нужно идти. Бабушка причинит маме боль, если найдет её первой.
Адреналин подстегнул меня. Плечо почти не болело. Энергия била ключом — было ли это результатом связи с Компассом или того клинка?
Подойдя к порталу, я увидела, что он не ослабевает. Джейкоб преградил мне путь.
— Что ты дела…?
— Этот путь ведет в Волшебную страну. Ты сказала, что сама вызвала этот портал? Только колдун высокого уровня может соединять миры.
Я открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова.
— Откуда ты знаешь, что там Волшебная страна? — спросил Тайсон. — Он выглядит иначе, чем обычный переход.
Он был прав: магия была гуще, цвета глубже, энергия мощнее.
— Я никак не могла создать портал в Волшебную страну, — наконец сказала я. — Я недостаточно сильна.
— А тот всплеск энергии, когда бабушка… ударила тебя ножом? — лицо Тайсона ожесточилось. — Могло ли это породить проход?
Я кивнула.
— Когда холод разлился по венам, я почувствовала силу. Это пробудило что-то во мне.
— Где этот клинок? — спросил Джейкоб.
— Он исчез, когда кузен вытащил меня из дома.
Тайсон достал из кармана старую фотографию.
— Как твоя семья могла так поступить? Они не выглядят как психопаты.
Я узнала фото — мне было пять или шесть лет, я гостила на ферме. Мои лучшие детские воспоминания. Но, вспоминая сейчас, я поняла: всё это было заслугой дедушки, а не бабушки. Она всегда была где-то на заднем плане, холодная и незаметная.
Предательство семьи ударило с новой силой. Я разорвала фото в клочья, с трудом сдерживая крик.
— Моя бабушка никогда не была теплой, но она старалась. А Тревор всегда был скользким подонком. Я рада, что он мертв.
Пора было идти. Не предупредив парней, я шагнула в портал. Магия плотно окутала меня, желудок взбунтовался. Когда я оказалась на другой стороне, меня едва не вырвало. Оглянувшись, я увидела, что портал начал исчезать. Паника охватила меня, но в последний миг из мерцающего воздуха выпрыгнули два гиганта в армейских ботинках.
Тайсон сразу нашел меня взглядом. Я чувствовала вину за свой безрассудный поступок, но он не стал меня отчитывать — лишь обдал теплом через нашу связь.
— Похоже, портал был привязан к тебе, — заметил Джейкоб. — Как только ты вошла, он начал закрываться.
Я огляделась. Мы стояли в пустыне. Красная земля… или песок, простирающийся до горизонта. Было не жарко, скорее влажно, в воздухе пахло солью.
— Это Волшебная страна? — нахмурилась я.
— Одна из ее частей, — Тайсон встал у меня за спиной. — Думаю, это Жемчужные Луга.
Я присмотрелась к «красной земле». Это была не грязь. Это была бескрайняя равнина из измельченных драгоценных камней. Рубины.
Джейкоб зачерпнул горсть. Камни сияли, хотя солнца не было.
— Почему они измельчены? — спросила я. Мы использовали камни в заклинаниях, и чем крупнее был кристалл, тем лучше.
— Как будто это защитный покров, — предположил Джейкоб. — Хотя я не чувствую от них силы.
Мы двинулись вперед.
— Этот мир ведь не пуст? — спросила я тихо. — Нам всегда говорили, что фейри бежали отсюда, потому что мир умирал.
— Он точно не умирает, — заверил Тайсон. — Кто-то очень хотел, чтобы супы не совались в Волшебную страну, и я хочу знать, почему.
Мы начали подниматься на дюну из рубинового песка.
— Ты выглядишь здоровее, — заметил Тайсон. — Мне так жаль, что я не нашел тебя раньше. Если бы я только знал…
Он не договорил, но я знала: он бы сделал всё. Я была идиоткой, пытаясь заставить его доказывать свою верность до того, как меня похитили.
Я коснулась его предплечья.
— Не вини себя. Я знала, что ты придешь. У меня была вера в тебя.
Его глаза вспыхнули золотом. Он провел рукой по своим волосам, и я заметила:
— Ты снова подстригся?
Он невесело ухмыльнулся:
— Это напоминало мне о тебе. Напоминало не лажать, иначе в следующий раз останусь лысым.
Я невольно рассмеялась. Впервые за два месяца.
— Эй, голубки, посмотрите на это! — крикнул Джейкоб с вершины холма.
Тайсон переплел свои пальцы с моими.
— Прости, маленькая ведьма. Мои шутки сейчас не к месту.
— Всё в порядке. Я не хочу, чтобы ты переставал быть собой.
Мы поднялись к Джейкобу. Он указал влево, и мы замерли.
Пресвятые угодники! Куда, черт возьми, привел нас мой портал?

Глава 5

ТАЙСОН КОМПАСС

Перед нами раскинулся город, начинающийся у подножия холма и уходящий далеко вглубь красных земель. Огромные, внушительные красные ворота стояли в самом центре — высеченные из рубинов, они возвышались на три или четыре этажа. Их многогранные поверхности отбрасывали красные лучи света, несмотря на отсутствие солнца в розоватом небе. Неужели здесь всё высечено из рубинов?
Немного перебор, но ладно.
Моё внимание привлекла мерцающая волна видимой силы, то поднимающаяся, то опадающая над городом. Она распространялась по землям, и когда эта мощь прошла сквозь переднюю ограду, а затем и сквозь нас, я напрягся. Однако ничего не произошло, если не считать легкого скачка моей внутренней энергии. Возможно, это была просто естественная волна силы, создаваемая всеми этими рубинами.
Грейс выдернула свою руку из моей, широко раскрытыми глазами уставившись вниз. Её челюсть слегка отвисла, кулаки были сжаты перед собой. Она выглядела одновременно заинтригованной и напуганной. Я изо всех сил старался не сгрести её в объятия, не впиться в её губы, чтобы почувствовать их вкус. Какой бы яростный зверь ни проснулся внутри меня вместе с узами пары и силой колдуна… он не был под контролем. Я едва держал себя в руках. Понятия не имею, как мои братья жили с такой дикостью внутри.
Я любил всё контролировать.
По крайней мере, я мог отпустить одну часть своего страха и гнева. Грейс не изнасиловали. Облегчение, которое я почувствовал, было за гранью слов. Никто и никогда не должен подвергаться такому насилию, и если я когда-нибудь узнаю, что какой-то суп виновен в подобном, я прикончу его на месте.
Слава богу, я успел вовремя, чтобы убить её кузена. Он всё же распускал руки, но сексуального насилия не было, и я принимал эту победу там, где мог. Я даже задавался вопросом, нужен ли я ей был в итоге. Она сражалась как воин, несмотря на то, что была истощена голодом и ранена.
Эта воля к борьбе… она меня удивила. Не то чтобы Грейс была слабой — совсем наоборот — но она всегда была воплощением логики и спокойствия. Нежный целитель. То, что я увидел сегодня, было другой её стороной, более темной. Даже сейчас… её великолепная кожа заживала, возвращаясь к своему обычному безупречному состоянию; её рыжие волосы, хоть и спутанные, в пятнах грязи и крови, всё равно светились тем естественным сиянием. Снаружи она казалась прежней, но её аура и суть ощущались… иначе.
Меня убивало то, что я не мог позаботиться о ней. Я немного подлечил её раньше, она смыла большую часть крови и починила одежду, но я мог бы наколдовать ей совершенно новый наряд, надеть обувь ей на ноги. Но я не стал, потому что она, казалось, хотела стоять на собственных ногах, быть независимой. И я буду уважать её желания.
К тому же, это могло быть к лучшему. Мы были в Волшебной стране — мире магии, которого я не понимал, а я всё еще сражался со своей новой энергией колдуна. Меньше всего мне хотелось, чтобы заклинание сработало против нас.
Конечно, если Грейс попросит о помощи, все правила полетят к черту.
Словно отвечая на эту мысль, сила внутри меня вспыхнула. Я закрыл глаза, так как они наверняка светились золотом, пока пытался снова не потерять контроль. Последнее, что нам было нужно — это оповестить всё в Волшебной стране о нашем присутствии, а огромный выброс энергии из меня определенно сделал бы это.
Тихий голос Грейс прервал мои мысли:
— Ты в порядке?
Сглотнув горечь в горле, я кивнул.
— Я в порядке. А ты? Тебе что-нибудь нужно? Еда или вода?
Она была слишком худой, и каждый раз, когда её хрупкость попадалась мне на глаза, я выходил на новый уровень бешенства. Но мне нужно было дождаться, когда она сама захочет моей помощи.
— Я в норме. Просто готова найти маму. — Её внимание вернулось к городу, и я крепко сжал кулаки.
Брекстон бы уже закинул Джессу на плечо, игнорируя её вопли. Несмотря на то, что я перенимал его звериную натуру, я еще не достиг его уровня импульсивности. Пока что.
Если моя энергия продолжит вести себя так же… кто знает.
— Нам стоит спуститься в город. Мама и бабушка могли оказаться там. — Грейс ерзала, выглядя так, будто готова была сорваться с места в любую секунду.
Её план не был блестящим. Просто войти в неизвестный город в Волшебной стране. Насколько мы знали, это место могло быть полно опасностей за пределами наших самых страшных кошмаров. Скорее всего, это ловушка.
Я открыл рот, чтобы озвучить возражения, но она поймала мой взгляд, и каким-то образом я в итоге произнес:
— Конечно, нам стоит проверить, не там ли твоя мама.
Черт возьми. Каждый раз, когда она направляла на меня эти темные, бездонные глаза, я сдавался. Я наконец-то начал понимать, как Джесса заставляет Брекстона делать всё, что ей вздумается.
Джейкоб фыркнул, забавляясь тем, как я теряю рассудок. Улыбка Грейс осветила её тонкие черты, и я решил, что оно того стоит. Пока она не пострадает. А уж об этом я позабочусь.
— Спасибо! — сказала она с такой сильной эмоцией в голосе, что по мне прошла волна облегчения. Когда мы только нашли её, её голос был слишком плоским… мертвым.
Она развернулась и начала спускаться с холма. Она была высокой даже для супа — почти доходила мне до подбородка босиком — но всё равно казалась такой миниатюрной. Неземной. Её родители не могли знать этого заранее, но имя Грейс (Грация) ей идеально подходило. Это было во всем, что она делала — врожденное изящество.
Мы с Джейкобом прибавили шагу, чтобы догнать её, потому что она явно собиралась нестись прямо вниз без всяких колебаний.
— Компассы падают как мухи, — сказал Джейкоб, бросая в мою сторону ехидную ухмылку.
Я вскинул бровь.
— Завидуешь, брат?
Мой брат покачал головой, его смех прозвучал как музыка на ветру. Затем он удивил меня, посерьезнев настолько, чтобы сказать:
— Возможно, ты прав. Вы все — везучие ублюдки.
Между нами промелькнул момент понимания; в его лице читалось так много недосказанного. Я видел, что он готов остепениться, но при этом никуда не спешил. Мы могли быть молодыми по меркам мира супов, но наши расы были созданы для поиска пар. Такова наша природа. А это значило, что мы всегда чувствовали, будто чего-то не хватает, пока их не находили. Я чувствовал это влечение последние несколько лет, и только когда Грейс вернулась в мою жизнь, инстинкт ударил по мне со всей силы. Потребность. Она была и всегда оставалась недостающей частью моей души.
Грейс уверенно шагала вперед, но прямо перед воротами замедлилась, дожидаясь нас.
— Как они могли так вырезать камень? — пробормотала она, и её глаза округлились. — Где они вообще нашли хотя бы один необработанный самоцвет такого размера, не говоря уже о двух?
— Понятия не имею, — нехотя признался я. Я любил во всем разбираться. — Но чем ближе мы к этому городу, тем сильнее его энергетический резонанс. Это мешает моей магии колдуна. Наверное, это была не лучшая идея — эволюционировать в колдуна прямо перед приходом сюда.
Так же сильно, как я ненавидел чего-то не знать, я не любил признавать слабость. Но Джейкоб и Грейс заслуживали знать, что я не полностью контролирую ситуацию.
— Скажи мне, если будешь на грани, — произнес Джейкоб, не отрывая взгляда от возвышающихся перед нами ворот. — Мы можем снова соединиться. Я попробую перекачать часть твоей энергии в себя.
Джейкоб всегда был в контроле. Он отлично знал свои пределы. Обычно я тоже, но колдовство было совершенно новой ситуацией.
— Договорились. — Я кивнул брату, сосредоточившись на воротах. — Ни у кого больше нет ощущения, что этот город заброшен?
Грейс сделала шаг вперед прежде, чем я успел её остановить, приложив руку к ближайшей колонне рядом с главными воротами, которые, как и следовало ожидать, были сделаны из рубинов.
— Я не чувствую внутри ни одной живой души. Ни сердцебиения, ни жизни, ни магической ауры.
Джейкоб выпрямился, решительное выражение лица прорезало его черты жесткими линиями.
— Это не значит, что внутри никого нет. В Волшебной стране много необычной магии. Нас учили заклинаниям, которые скрывают города. Заклинаниям, имитирующим смерть. Землям со смещающимися ликами и галлюцинациями. То, что мы видим здесь, может не быть реальностью.
Все фейри посещали секретные уроки о Волшебной стране. Им преподавали их историю и знания об этом крае, чтобы ничего не было потеряно и забыто из их родного мира. Джейкоб был связан клятвой о неразглашении, и никто из нас не ждал, что он нарушит эти узы. Однако в последнее время он сам делал это несколько раз, и я верил, что это потому, что он больше не чувствовал себя исключительно фейри. Его преданность менялась.
— Думаю, нам всё равно нужно найти способ попасть внутрь, — решительно сказала Грейс, не убирая руки от колонны. — Особенно если есть шанс, что это просто маскировка, чтобы отговорить нас от входа.
Я не был удивлен. Она была полна решимости, и уважал это в ней. Я был просто рад, что здесь и могу проследить, чтобы она не бросилась безрассудно во что-то, с чем не сможет справиться.
Сделав еще несколько шагов вперед, я ударил обеими ладонями по воротам и сильно толкнул. Там не было ни видимого замка, ни ручки, только тонкая линия света посередине, где соединялись две створки. Несмотря на все мои усилия, они не сдвинулись ни на миллиметр. Джейкоб подошел помочь, мы оба вложили в толчок всю свою силу. Мои бицепсы и мышцы спины напряглись от усилий.
Ничего. Ворота были запечатаны магией; нам не удастся открыть их грубой силой. Не убирая рук от рубинов, я ощутил низкое ровное гудение энергии под ладонями.
— Может, попробуем заклинание? — Магия была лучшим средством против другой магии.
Джейкоб кивнул.
— Какое ты имел в виду?
Грейс прижалась ближе к моему боку.
— Я могу помочь, — сказала она. — Моя энергия снова в полную силу.
Пытаясь игнорировать то, как её мягкое тело прижимается к моему, я окинул взглядом её лицо. Она буквально светилась здоровьем, выглядя гораздо менее изнуренной и уставшей, чем можно было ожидать от человека, которого пытали и морили голодом неделями.
— Ты быстро восстановилась после стольких недель истощения.
Я хотел напомнить ей, что это нормально — не перенапрягаться, при этом не выглядя так, будто я указываю ей, что делать. Я на собственном горьком опыте усвоил, что женщины не любят, когда ими командуют, даже если у меня самые лучшие намерения.
Её тонкие брови сошлись на переносице, когда она склонила голову набок.
— Я в порядке, Тай. Мне не нужна ма… Я в порядке. Можешь перестать за меня беспокоиться. С тех пор как бабушка ударила меня ножом, во мне появилось столько лишней энергии. Это странно, но я не жалуюсь. Я не чувствовала себя так хорошо уже много лет.
Это ничуть меня не успокоило.
— Что за новая энергия? — Я чувствовал, что она изменилась; её аура стала другой.
Она пожала плечами:
— Та холодная, ледяная энергия, о которой я тебе говорила.
Я чувствовал, что она не договаривает, но сейчас было не время давить на неё. Я протянул руку и осторожно коснулся её лица. Она едва заметно вздрогнула, но не отстранилась, когда я обхватил пальцами её щеку и подбородок.
Наша связь пары вспыхнула, и в моем сознании расцвел отблеск её присутствия. Он исчез прежде, чем я успел за него удержаться.
— Твоя энергия сильна, — прошептал я, приблизив свое лицо к её. Я почти чувствовал вкус её губ, пока говорил. Наша связь напряглась, и я почувствовал, как в груди зарождается стон. Энергия заискрилась между нами, её губы приоткрылись, вырвалось несколько прерывистых вдохов. Я хотел поцеловать её больше, чем сделать следующий вдох, но она не была готова. Я не стану давить, буду ждать вечность, если потребуется. Даже если это меня убьет.
Каким-то образом я нашел в себе силы отстраниться. Острое желание ударить кулаками по каменной преграде захлестнуло меня, но я сдержался. Насилие не было выходом, даже если бы от него мне стало легче. То, насколько я был в бешенстве в тот момент, пугало меня самого — то, что всё это случилось с ней, что Грейс пострадала от рук тех, кому должна была доверять. Это было невыносимо.
— Думаю, я попробую энергетическую стену, — выдавил я, каждое слово было резким и коротким. — Вам обоим лучше отойти. С моей новой силой я не хочу, чтобы кто-то попал под отдачу.
Оба сделали несколько шагов в сторону — всё еще слишком близко, но я понимал, что дальше их не сдвинуть. Подавив очередное ругательство в адрес упрямых супов, я попытался найти то спокойное состояние ума, в которое обычно вхожу перед магической работой. Оно всё еще было там, спрятанное глубоко под всей этой бушующей энергией. Шепот тишины прошел сквозь меня, когда я подключился к странным лей-линиям этого мира. Я не узнавал их рисунок. Вместо того чтобы идти параллельно и пересекаться в определенных точках, они напоминали гигантскую загогулину. Очень запутанно.
Во всех мирах были лей-линии, но здесь они были толстыми и необработанными, будто энергия была новой, чистой и незапятнанной — сила в её чистейшем виде, без той порчи, что преследует земные линии. Земля страдала, искалеченная годами перенаселения, загрязнения и химических войн между людьми. Здесь всё было иначе, что снова заставило меня задуматься: почему же все покинули Волшебную страну?
Когда первозданная мощь смешалась с моей собственной, часть конфликтующей энергии колдуна утихла, словно её приручила гораздо большая сила, и она улеглась на свое место. Я втайне надеялся, что так оно и останется, потому что я, скорее всего, сошел бы с ума, если бы энергия продолжала так яростно сопротивляться мне.
Ты, должно быть, самый молодой колдун в истории.
Я слышал смех Луи, напоминающего мне об этом. Меня прошибло током. Луи! Черт, я так был поглощен Грейс, что забыл о необходимости помочь и ему. Раз уж я в Волшебной стране, полдела сделано. Я найду Жозефину прежде, чем мы уйдем.
Как только я установил прямую связь с линиями, то сформировал слова заклинания в уме и одновременно придал форму первозданной энергии своими четкими намерениями. Открыть ворота. Когда я почувствовал, что готов, я произнес заклинание вслух: «Bruticus formulae».
Мои ладони, широко раскрытые перед собой с разведенными пальцами, стали проводником силы. Мне нравилось использовать руки для заклинаний. Сжимать их в кулаки — отличный способ перекрыть поток, когда дело сделано.
Заклинание вырвалось из меня мощным порывом; передо мной сформировалась стена энергии.
— Открыть ворота!
Сила ударила из меня с такой мощью, что меня отбросило на несколько футов назад, мои ботинки проехались по рубиновому песку. Я с облегчением увидел, что с Грейс и Джейкобом всё в порядке, их только немного обдало ветром. Брат частично заслонил мою пару, защищая её. Я ничуть не удивился — она была семьей, а мы приглядываем за своими. Всегда.
Моё заклинание колотило по воротам с такой силой, что земля дрожала. Лей-линии фейри… чертовски круто.
Мне понравилось, как они усмирили мою колдовскую энергию, словно девчонку, поставив её на место. Впервые за несколько месяцев я чувствовал, что полностью контролирую ситуацию. Ворота заскрипели, в щели появилось больше света, но это длилось лишь мгновение, прежде чем они снова захлопнулись.
Мать твою. Это заклинание с чистой энергией фейри обладало силой в тысячу тонн.
У меня не было выбора, кроме как отозвать энергию. Я бы остался совсем без сил, если бы поддерживал заклинание дольше. Я дал ему рассеяться. Грейс и Джейкоб подошли ко мне, как только моя стена силы безвредно рассыпалась на землю.
— У кого-нибудь есть план Б? — спросила она, нахмурившись.
Мы с Джейкобом обменялись взглядами, но я видел, что он в таком же тупике, как и я.
— Не уверен, что сработает что-то стихийное, — размышлял брат. — Огонь не подействует на рубин, по крайней мере, на том уровне жара, который я могу создать. Ветер тоже, особенно если стена Тайсона не помогла. Вода бесполезна, и я не вижу здесь источника, который мог бы использовать.
— Остается Земля, — закончил я за него. — Может, мы сможем сдвинуть грунт и пройти под ними?
— Пожалуйста, попробуйте, — взмолилась Грейс, прижимаясь к плечу Джейкоба. — Я чувствую, что это место связано с моей мамой, или, по крайней мере, бабушка прячется здесь. Мне нужны ответы. Мне нужно выяснить, что, черт возьми, происходит и почему она это сделала.
В глазах Грейс промелькнула паника; они казались черными как ночь.
— Я сделаю всё, что смогу. — Лицо Джейкоба помрачнело, когда он увидел боль Грейс. Он коснулся рукой её щеки. — Мы найдем твою маму. Мы найдем ответы.
Грейс несколько раз кивнула, закусив дрожащую нижнюю губу.
— Спасибо. Черт, я знаю, что вы оба делаете всё возможное, чтобы помочь мне и моей дурацкой семье, на что ни один из вас не подписывался. — Она опустила голову. — Я даже не подумала о том, что вас обоих не будет на Земле неделями, и никто даже не знает, что с вами случилось. Ваша семья решит, что вы мертвы.
Джейкоб притянул её для объятий, и я постарался не зарычать. По крайней мере, сдерживать раздражение было проще, когда колдовская часть меня была спокойна. Проще напоминать себе, что Грейс хоть и моя, но я ей не владею. Это две разные вещи. Мы с Грейс принадлежим друг другу. Это не дорога с односторонним движением. И я доверял своему брату. Я дам ему как минимум тридцать секунд, прежде чем вмажу за то, что он распускает руки.
— Тебе не нужно чувствовать себя виноватой, — прошептал Джейкоб ей в макушку. — Все знали, что мы ищем тебя. И мы вообще-то планировали отправиться в Волшебную страну сразу после этого.
Её глаза перестали блестеть, губы больше не дрожали, когда она отстранилась.
— Вы и так собирались сюда? Почему?
Она пропустила так много событий за эти месяцы — она не знала ни о младенцах, ни о Кристофе.
— Нам нужно много чего тебе рассказать, — сказал я, протягивая руку и притягивая её ближе к себе. Может, я и работал над доверием и отказом от собственничества, но за один день я мог вынести лишь определенное количество испытаний. Особенно в такой день. — Но сначала давай проверим, сможем ли мы прорыть подкоп под этим городом.
Джейкоб сделал несколько длинных шагов вперед и остановился перед воротами. Опустившись на колени, он погрузил руки в рубины, которые были измельчены в мелкий песок.
Безумие — думать, что мы на Жемчужных Лугах. Я слышал об этой земле. Джейкоб проговорился как-то вечером, вскользь описывая Волшебную страну. Большинство супов думали, что здесь есть всего несколько отдельных земель, но, по словам моего брата — и из того, что я видел сам — внутри крупных территорий существовало множество миров поменьше. Волшебная страна была огромна, и я сомневался, что многие знают все ее секреты.
Джейкоб наклонился вперед, его волосы начали приподниматься и парить над головой, когда он подключался к стихиям. Свет отражался от его светлых прядей, рубины отбрасывали на них красные блики. Его волосы теперь были длиннее моих; он отращивал их, и они почти касались кончиков ушей. Это должно было усложнить укладку, но он справлялся.
Мы с Грейс пошатнулись, когда под землей пронесся гул — будто под ногами промчалась камнедробилка — а затем всё снова стихло. Джейкоб не шелохнулся, поэтому я подошел к нему и встал у плеча. Перед ним образовалось расчищенное пространство; рубиновая пыль исчезла, но примерно в трех футах под ней находился сплошной слой красного цвета.
— Земля тоже сделана из рубина? — спросил я, опускаясь на колени рядом с ним. — Как это, черт возьми, возможно?
Он покачал головой, всё еще держа руки перед собой; с них сыпались мелкие крупицы рубинов.
— У меня плохое предчувствие насчет этого места. Жемчужные Луга не должны быть такими. Это… что-то другое.
— Дерьмо, — сказал я, резко поднимаясь. Я закинул голову, пытаясь оценить масштаб преграды. — Мы можем перелезть?
Я и так знал ответ. Ворота и забор были высотой в три этажа, и зацепиться было абсолютно не за что.
Грейс тяжело выдохнула.
— Может, нам стоит просто пойти дальше. Если нам так трудно попасть внутрь, сомневаюсь, что мама или бабушка справились.
В ней вскипело разочарование, и она с силой пнула главную дверь подошвой.
— Почему ты просто не откроешься, тупой кусок дерь… — Она замолчала на полуслове, когда рубиновая дверь бесшумно треснула, распахнулась, и Грейс ввалилась внутрь.
Я бросился за ней, боясь, что дверь закроется, оставив нас снаружи и разлучив с ней. Я не собирался так рисковать. Мы с Джейкобом проскочили целыми и невредимыми, и двери не закрылись.
Я поднял ошеломленную Грейс.
— Эта дверь открылась просто потому, что я попросила? Что за чертовщина? Какая дверь делает такие вещи? — Она бормотала, слова натыкались друг на друга. Это было очаровательно и напоминало мне ту Грейс, которую я помнил с детства. Сейчас она была такой сдержанной, закрытой, и мне нравился этот мимолетный проблеск её растерянности.
Она вцепилась руками в мою рубашку, прижимаясь к моему боку, и та часть меня, что была собственником, взревела. Я обнял её свободной рукой, поглаживая по спине, безмолвно успокаивая, прежде чем наконец сказать:
— Неважно, что произошло. Важно лишь то, что мы внутри и можем искать твою маму.
— Ты прав, — сказала она, слегка отстраняясь. — На мгновение потеряла концентрацию. Из-за этого места я чувствую себя странно.
Я окинул её взглядом, ища трещины в её броне. Но её глаза были сухими, лицо — бесстрастным. Я еще не видел, чтобы она плакала, и это… беспокоило меня. Супы плохо переносят подавление травмы. Не все из нас плачут, но все мы эмоциональны; мы кричим, ругаемся и деремся. Мы выплескиваем свое дерьмо наружу, а не держим внутри, где оно пожирает нас.
Грейс вела себя несвойственно себе. Она закрылась, и я понятия не имел, что произойдет, когда это перестанет быть вариантом. Но я буду рядом с ней. Срыв может быть неизбежен, но она не останется с ним один на один. Я позволил ей отступить, давая ту свободу, которой она желала, хотя это шло вразрез со всеми моими инстинктами.
Глубоко вздохнув, она повернулась, чтобы идти вглубь рубинового города, но тут же обернулась и коснулась открытых ворот.
— Закройся, пожалуйста. — Её голос был легким и мягким, на этот раз в нем не было приказа. Но это не имело значения — ворота бесшумно закрылись.
— Ну, провалиться мне на этом месте, — сказал Джейкоб, и на его лице впервые отразилось замешательство. — Никто не сможет это объяснить.
Я проглотил ответ, потому что что я мог возразить? Грейс всегда была супом с самыми заурядными способностями среднего уровня. Помимо таланта целителя, она никогда не проявляла способностей за пределами нормы. Подобные демонстрации обычно случались с Джессой и Брекстоном, со сверхъестественными существами, наделенными не просто обычной душой. Что наводило на вопрос: кто же такая Грейс на самом деле?

Глава 6

ГРЕЙС КАРТЕР

Я могла управлять рубиновыми дверями. Совершенно нормально, правда? Может, мне стоило попробовать это еще несколько лет назад — просить неодушевленные предметы исполнять мою волю. Я тратила уйму энергии, открывая двери сама и убираясь в своей комнате. Быть целителем, вероятно, было не моим истинным призванием. Я могла бы стать геммологом, возвращающим камни к жизни.
Круговорот мыслей довел меня почти до истерики, пока я изо всех сил старалась контролировать все те части меня, что были в ужасе. Еще сегодня утром я думала, что умру — во мне пробудились тени и лед, а теперь я в Волшебной стране, с Тайсоном — моей парой, — и заставляю рубиновые двери двигаться. Можете называть меня персонажем сказки.
Без сомнения, для мира Компассов это был вполне обычный день. Наверное, стоило учесть это, когда я пыталась понять, как у меня всё это получается. Спишу всё на близость к Четверняшкам. Это объяснение не хуже любого другого.
Оба парня смотрели на меня одинаковым взглядом. В нем не было ничего плохого — скорее много интереса и трепета, но мне всё равно было не по себе. Я не привыкла быть в центре внимания. И я не привыкла быть той, кто спасает положение секретными крутыми навыками. Я была целителем, которую увезли из Стратфорда в шестнадцать лет, обучали на дому, давали частное образование в искусстве исцеления и фактически изолировали от сверхъестественного мира. Я всегда чувствовала себя посторонней и, вероятно, всегда буду.
Я не спасала положение.
Ты спасла жизнь Миши, — напомнил тихий голос внутри.
А следом другой добавил: Ты не спасла Кардию.
С самой битвы с королем драконов я старалась не думать о вампирше, которую убили прямо у меня на глазах. Нас сблизило наше положение в стае; мы обе были чужаками. Даже Миша, выросшая как человек, казалась большей частью всего этого. Она - близнец Джессы, она - оборотень, она важна для них. Я видела это, когда она чуть не умерла. Кардия ненавидела её больше всех из-за Максимуса. Она верила, что он так и не забыл Мишу, и эта боль, должно быть, съедала её, хоть она никогда об этом не говорила.
Из-за собственного чувства вины я не спрашивала, как дела у Максимуса или Миши. Уверена, я многое пропустила. В плену меня не интересовало ничего, кроме собственной боли. Я была почти уверена, что больше никого из них не увижу. Но теперь… теперь у меня был еще один шанс. Может, я смогу найти свое место в их стае. Я отличный целитель. Я чувствую тончайшие нюансы боли супа, могу точно определить проблему и исправить её в меру своих сил. Благодаря домашнему обучению и тренировкам я была чертовски хороша в своей специальности. Но после Кардии я потеряла к этому вкус, а потом Тревор еще сильнее разрушил мою целительскую сторону.
Я найду дорогу назад. Я не позволю ему влиять на меня из могилы. Я не дам ему победить.
В моих шагах появилась новая уверенность, когда я отвернулась от закрытых теперь ворот и направилась в город. С обеих сторон от меня пристроились Компассы.
— Довольно круто, маленькая ведьма, — пробормотал Тайсон, наклонившись к самому моему уху.
Я подавила двойное желание улыбнуться и броситься в его объятия. Он делал всё, чтобы мне хотелось касаться его — постоянно. Но это была плохая идея. Я была слишком сломлена и должна была разобраться в себе, прежде чем потеряться в нашей связи.
Нам обоим нужно было время.
Но… проклятье. Почему он должен быть таким идеальным? Не только внешне, не только потому, что он один из немногих мужчин, рядом с которыми я чувствовала себя защищенной, но и благодаря доброте его сердца и души. Тому, как он всегда заботился о животных в лесу, ухаживал за деревьями, отдавал столько же, сколько получал. Тому, как пристально он наблюдал за мной. Как прикрывал мне спину. Я видела, как он изо всех сил старается заботиться о мне, не посягая на свободу, которой я так жаждала. Тот факт, что он вообще пытался… что ж, это значило для меня всё.
Первое, что я заметила в Тайсоне еще подростком, было его чувство юмора. Он всегда улыбался этой кривоватой улыбкой с ямочками. В четырнадцать его мальчишеская внешность была прекрасной, но более невинной. Теперь в нем не осталось ничего мягкого или невинного — и мне, пожалуй, нравились обе версии.
— Ты теперь больше похож на своих братьев. — Слова вылетели раньше, чем я успела их остановить, но когда они отозвались эхом, я поняла, насколько это правда. Не во всем, конечно, но пропасть между их личностями сокращалась. Интересно, связано ли это с их связью. Я видела, как они объединяются, и это была магия совершенно иного уровня, истинное сочетание силы, энергии и первобытной мощи.
Тайсон задел меня плечом, и мое тело отреагировало мгновенно… кожа заколола, ладони увлажнились, внизу живота всё сжалось.
— Наша связь Четверки меняет нас, — сказал он, подтверждая мои мысли. — У нас нет «чистых» душ. Видимо, каждый из нас несет в себе души четырех рас супов, и сейчас мы начинаем превращаться в этот странный гибрид.
Святые угодники. Это что-то новенькое. Я всмотрелась в его лицо, но не увидела ни грамма шутки.
— Значит, ты сможешь оборачиваться и… тебе нужно будет пить кровь?
Он пожал плечами.
— Понятия не имею. Пока мы остаемся сильнее связаны со своей изначальной расой. Но со временем… кто знает.
— Вы узнали это, пока меня не было? — Еще никогда я не была так расстроена из-за своего похищения. С пытками я… справлялась, но пропустить всё на свете? Мне это не нравилось.
Он кивнул.
— Мы многое узнали за последние несколько месяцев.
Я сглотнула комок в горле.
— Мы потеряли столько времени. Я… мне не следовало вести себя как стерва, когда я только вернулась. Ничего хорошего не вышло из того, что я цеплялась за свой гнев.
— Куда ты уехала, когда мы были подростками? — Его вопрос шокировал меня. Я не ожидала, что он вообще думал о моем первом отъезде. — Очень надеюсь, что ты уехала не из-за меня?
Я не смогла сдержать ухмылку.
— Не слишком ли ты самонадеян?
Он усмехнулся, даже не пытаясь это отрицать.
— Мои родители — учителя. Они получили работу в частной школе для супов рядом с бабушкой. Мы переехали поближе к ним.
Он был близок в расчетах времени, но мои родители получили работу еще до того, как я призналась ему в чувствах. Это и стало причиной, почему я призналась — мой последний шанс перед отъездом.
— Джессе следовало вправить мне мозги, — прорычал Тайсон, в его глазах вспыхнуло золото.
На этот раз я рассмеялась по-настоящему.
— Она и не должна была передавать такие сообщения. Мне следовало понять: если я не была готова сказать тебе сама, значит, я не была готова к отношениям.
Его руки свободно висели вдоль тела, кулаки были сжаты. Между нами гудела энергия, и мне больше всего на свете хотелось коснуться его.
— Но ты вернулась. — В этой фразе я услышала полувопрос.
— Мои родители решили попутешествовать, а я была готова отдохнуть от загородной жизни. Как полностью квалифицированный целитель, я подала прошение в совет о возвращении. Никаких проблем не возникло.
— Что здесь, черт возьми, происходит? — Слова Джейкоба прервали наш разговор, и я поняла, что он отошел в сторону и рассматривает странный рубиновый фонтан. Мы с Тайсоном постоянно это делали: терялись в своем собственном мире, забывая, что реальная жизнь… серьезные вещи, происходят прямо вокруг нас.
Когда мы повернулись к Джейкобу, рука Тайсона коснулась моей щеки. Это было так быстро, что я могла бы подумать, что мне привиделось, если бы не обжигающий след, который она оставила.
— Я рад, что ты вернулась.
Я тяжело сглотнула, дыхание стало неровным, когда наши взгляды встретились. Мой взор скользнул к его губам, и всё внутри сжалось от нужды. Не знаю, сколько еще я смогу это выносить…
— Вам двоим нужно снять номер, и под «снять номер» я имею в виду: хватит пялиться друг на друга так, будто вы трахаетесь глазами, и начните помогать мне выяснять, что здесь произошло.
Губы Тайсона слегка дрогнули, хотя он не сводил с меня глаз.
— Я с удовольствием вкатаю тебя в землю, Джейк.
Фейри усмехнулся, поворачиваясь обратно к фонтану. Сделав еще один глубокий вдох, я тряхнула головой и каким-то образом заставила себя отвернуться. Джейкоб был прав, нам нужно во всем разобраться. Мне нужно спасти семью.
Подойдя к Джейкобу, я заглянула в странный рубиновый фонтан.
— Думаешь, это один из городов, заброшенных, когда фейри ушли на Землю?
Тайсон провел кончиком пальца по гладкому камню.
— Это одна из самых странных вещей, что я видел, а учитывая нашу жизнь, это говорит о многом.
За фонтаном тянулась дорога, достаточно широкая, чтобы по ней могли проехать две машины. По обе стороны стояли небольшие здания, дома или хижины с толстыми рубиновыми стенами и дверями. Здесь не было ни единой вещи, не высеченной из рубина.
Лицо Тайсона снова стало жестким, руки напряжены, он был готов к нападению.
— Я до сих пор не чувствую здесь ни одной живой души, кроме нас, но при таком количестве магии в воздухе невозможно понять, что скрыто.
Мы начали пробираться через город, придерживаясь главной дороги. Тайсон постоянно маневрировал так, чтобы частично прикрывать мой тыл и бок, при этом удерживая меня четко между собой и Джейкобом.
Мы подошли к огромной статуе, расположенной прямо посреди пути. Она изображала мужчину-фейри высотой в двадцать футов. Детали терялись в красном камне, но на нем была корона со смертоносными зубцами, а его улыбка была широкой и жуткой.
— Последний правитель? — Джейкоб рассмеялся. — Думаю, он мог бы заказать себе статую и побольше.
Я усмехнулась.
— Ну же, не говорите мне, что вы, четверо, еще не заказали для Стратфорда статуи лидеров совета Компассов?
Тайсон ухмыльнулся, отклонившись назад, чтобы рассмотреть монумент.
— Могу представить, как предлагаю это Брекстону. Он бы захотел статую высотой в сто футов, потому что именно такого размера она должна быть, чтобы точно отразить его мощь.
Я покачала головой.
— А ты намного скромнее его? Ну да, конечно. У вас всех нездоровый уровень уверенности.
Он пожал плечами.
— Мы просто хорошо осознаем свои способности. Кроме того, определенный уровень уверенности важен. Так мы держим остальных в узде.
— Вы могли бы попробовать добиваться уважения, — предложила я, но мой тон был не таким резким, как хотелось бы. Их уверенность была своего рода милой — и раздражающей.
Улыбка Джейкоба стала шире.
— Супы уважают силу, так что их уважение у нас уже есть только благодаря этому. Но наша уверенность — это то, что заставляет их по-настоящему верить в нас. В наши способности. Как можно ожидать, что другие будут полагаться на тебя, если ты сам в себе не уверен?
Хм, ну, это было справедливое замечание. Признаю этот раунд за ними. Я склонила голову перед Джейкобом, и он лениво подмигнул мне. Самодовольный засранец.
Когда мы обходили статую, часть тьмы, что таилась под моей магией, рванулась вверх, и зрение помутилось. Рубин сполз со статуи, обнажая фейри под ним. Это был темнокожий мужчина с густыми, жесткими волосами цвета воронова крыла. Его нос был длинным и острым, глаза — широкими и оценивающими. Я моргнула несколько раз, и изображение исчезло — я снова смотрела на рубиновый монумент.
Что за чертовщина? Ладно, официально… я схожу с ума.
Чтобы отвлечься, я выпалила первый пришедший в голову вопрос:
— Как все в Стратфорде? Случилось что-нибудь после битвы с королем-драконом?
Джейкоб и Тайсон обменялись мимолетным взглядом над моей головой, и из того, что я уловила в этом взгляде, случилось многое. Я тут же забыла о своих тенях и странном психическом срыве, сосредоточившись на них обоих.
— С малышами Джесс всё в порядке? Она ведь уже родила… да? — Мой голос прозвучал с оттенком паники. Чувство вины за то, что меня не было рядом, чтобы помочь при родах, накрыло меня. Я любила эту стаю. Я признала их своими давным-давно, еще до того, как они узнали, кто я такая. Я должна была быть там.
Тайсон расслабил боевую стойку; он был напряжен с того момента, как мы шагнули за рубиновые ворота. Взмахом руки он позвал нас идти дальше. Мы разговаривали, углубляясь в этот странный город.
— С её детьми всё хорошо, — сказал он, и мягкая эмоция тронула его черты. — Джексон и Эви. Они уже потрясающие, и они полностью обвили своих родителей и всех нас вокруг своих крошечных требовательных пальчиков. Не говоря уже о всех этих обожающих бабушках и дедушках, которые ходят за ними по пятам.
Бабушки и дедушки. Слово ударило меня в грудь, как пуля. Остается надеяться, что эти малыши никогда не узнают такого предательства, какое узнала я.
— Миша тоже родила дочку, — продолжил он, — и она такая же ошеломляющая и умная, как её кузены. Максимус одержим. Он не тот папочка, с которым захочется столкнуться в темном переулке. Сейчас он такой же яростный и раздражающий, как Брекстон.
— У Миши и Макса родился ребенок? — выпалила я, часто моргая, пока мозг пытался обработать услышанное.
— Черт… — услышала я ворчание Тайсона, прежде чем он заговорил. — Я и забыл, как много ты пропустила. После битвы произошло много всего.
— Вот тебе краткое содержание, — вмешался Джейкоб. — Миша забеременела, когда была с Максом в свои первые дни в Стратфорде. У неё не было обычных циклов фертильности, потому что её силы были заблокированы…
Он продолжал говорить еще какое-то время, объясняя безумные события, которые я пропустила. Роль Кристофа во всем этом меня не удивила. Я всегда ненавидела бывшего лидера магов. От него разило злом каждой порой.
— Так Макс и Миша всё это время были истинной парой? Его связь с Кардией была фальшивой? — Я, должно быть, выглядела как выброшенная на берег рыба — глаза навыкате, рот открыт. — То, что происходит с вами, четверыми… Это как одна из тех человеческих мыльных опер.
Тайсон издал звук недоверия. Они бы никогда не сравнили себя с людьми, но это было ближайшее сравнение, которое у меня нашлось.
Когда мы проходили мимо чего-то, похожего на рубиновую игровую площадку, я сказала:
— Я доверяла Кардии. — Мои слова были пропитаны яростью. — Я доверяла ей. Она делала то же самое со мной. А теперь вы говорите мне, что всё это было ложью? — Может, мне больше не нужно её оплакивать. Она сама выбрала свою судьбу, когда попыталась навредить моим друзьям.
В груди Тайсона зарокотало, и мне показалось, что если бы я могла заглянуть внутрь него, я бы увидела темные вихри магии.
— Это был Кристоф, прежде всего. Он хотел снова править советом. Хотел вернуть власть. Решил связаться с демонами, стал затронутым демонами, а потом потерял контроль.
Затронутый демонами? Это… страшно. С темными духами шутки плохи.
Тут мне в голову пришла мысль.
— Могут ли демоны быть причиной, по которой бабушка забрала меня?
Я отчаянно нуждалась в объяснении, но что-то в этом казалось неправильным. Тайсон протянул руку и взял меня за руку.
— Есть такой шанс. Активность демонов растет. Может, тебе стоит рассказать нам всё, что произошло, всё, что она говорила за последние месяцы.
Мне не хотелось, но я больше не могла медлить. Джейкоб подошел ближе, слушая, пока я говорила приглушенным, торопливым тоном. Я старалась быть максимально сухой в изложении, это помогало не сорваться. Я начала с телефонного звонка, засады в аэропорту, а затем — о времени на ферме. Я ничего не утаила, детально описывая пытки.
Я закончила словами:
— Я до сегодняшнего дня не знала, что за всем этим стоит моя бабушка. Я имела дело только с Тревором и тем вторым. Они упоминали, что им нужна информация, но это было больше похоже на то, что им просто нравится ломать меня. — Я попыталась вспомнить, что произошло, когда меня вывели из подвала, но всё было как в тумане. Слишком много шока и адреналина. — Моя бабушка упоминала об открытии клетки, о том, что я понадоблюсь ей позже, но… я не знаю, что всё это значило.
Ярость Тайсона была ощутимой, она исходила от него волнами, ударяя в мой центр и вызывая смятение в моей собственной энергии. Теням не нравилась его энергия, но ледяная магия была в восторге. Впервые с тех пор, как меня ударили ножом, она начала снова разворачиваться. Холод заструился по венам, и я на миг прикрыла глаза.
— Ты в порядке, Грейс? — Его беспокойство заставило меня распахнуть веки, и я уставилась на него.
Ледяная энергия мгновенно исчезла, свернувшись обратно в маленький бутон. Нахлынуло разочарование, но я проигнорировала его, шагнув ближе к Тайсону. Его руки автоматически обвили меня, и я прижалась лбом к его груди.
— Я в порядке. Ты спас меня.
Он так сильно сжал зубы, что я услышала хруст его челюсти. Я запрокинула голову, видя, как он открывает рот, но слова не шли.
Джейкоб бросил на него взгляд.
— Последняя вспышка проблем с демонами беспокоит. Нам может понадобиться провести расследование в демоническом царстве.
Руки Тайсона сжались сильнее, крепко прижимая меня к его груди. Вспышка паники кольнула меня от этого резкого движения, и мои недавно развившиеся инстинкты выживания сработали — я уже собиралась вырваться назад, — пока до меня не дошел его запах. С глубоким вдохом вся эта паника утихла, и я почувствовала, как расслабляюсь.
Глухие слова пророкотали надо мной.
— Не уверен, что смогу удержаться и не убить твою бабушку, — сказал он.
Его признание не напугало меня. Напротив, оно утешило.
— Даже если она тронута демонами, она должна была сама впустить тьму. Так что… право первого удара за мной.
Часть жесткого гнева покинула Тайсона, и он поставил меня на ноги. Я даже не заметила, что он оторвал меня от земли. Он продолжал крепко держать мою руку, поворачиваясь к Джейкобу.
— Согласен насчет демонов. С тех пор как мы разгромили тот аукцион супов, у меня плохое предчувствие на их счет. Похоже, им больше не хочется оставаться в своем царстве.
Очевидно, в «кратком содержании» событий многое осталось за кадром. Аукцион супов? Сколько же всего произошло, пока меня пытали? Хуже того, похоже, не я одна пострадала в последнее время.
— Мне так жаль, что меня не было рядом, чтобы помочь вам всем. Я чувствую, что подвела всех.
Взгляд Тайсона сфокусировался на мне, его хватка усилилась. Все мысли вылетели из головы. Я забыла, что только что говорила, забыла, что мы находимся в потенциально смертельной ситуации, что моя мама пропала и, возможно, находится в руках тронутой демонами колдуньи. Я забыла всё, кроме Тайсона, когда он наклонился ко мне совсем близко.
— Ты никогда никого из нас не подводила. Скорее это мы тебя подвели. Но это больше не повторится. Ты одна из нас. Ты всегда должна была быть одной из нас, а наша стая… наша семья… мы держимся вместе.
Моя свободная рука прижалась к его груди, к его сильному и ровному сердцебиению.
— Вы моя семья. Моя стая.
У ведьм не было стай, но мне было плевать.
В его карих глазах закружилось золото, взгляд стал глубже. Мои эмоции достигли некомфортного предела, поэтому я отвернулась к рубиновому городу.
— Нам нужно продолжать поиски, — сказала я охрипшим голосом.
Мы зашли уже глубоко, и казалось, что нас полностью окружил красный цвет. Тайсон еще несколько мгновений вглядывался в мое лицо, прежде чем уступить. Мы направились к огромному зданию, которое, казалось, заполняло весь горизонт. Если судить по форме, это был дворец.
— Я просто проверю кое-что вон там, — сказал Джейкоб, быстро сворачивая с тропы.
Тайсон выругался.
— Джейк, нам не стоит разделяться.
Брат проигнорировал его, и прежде чем я успела добавить свое возражение, меня уже тянули за фейри-Компассом.
Каким-то образом он уже скрылся из виду. Здесь дома стояли вплотную друг к другу, навесы свисали по бокам, закрывая окна и двери. Мы нашли его через несколько домов, перед одним из крупных строений. Оно походило на таверну, и входная дверь была подперта и открыта настежь.
— Ты что-то нашел? — спросила я, задыхаясь от волнения. — Мою маму?
Он покачал головой.
— Нет, не твою маму. Прости. Этот открытый проем привлек мое внимание, и я решил проверить. Только заглянул за угол, но, думаю, мы ошибались, считая это просто рубиновым городом. Это… вам обоим лучше посмотреть самим. — Он отступил в сторону.
Я знала без тени сомнения, что Тайсон не пустит меня первой, потому что он был вот таким защитником, и раз мне было всё равно, я даже не пыталась прорваться вперед. Когда он шагнул вперед, я с радостью увидела, что его обычный цвет глаз вернулся — этот глубокий золотистый медовый оттенок. На его лице проступила искорка веселья, и я снова вспомнила юного Тайсона. Его белые зубы блеснули, когда он сказал:
— Джесса бы прирезала меня, если бы я попытался войти первым, даже если это было для её защиты.
Я покачала головой, тень улыбки скользнула по моему лицу.
— Я не альфа и не лидер. Не пойми меня неправильно, у меня нет проблем с тем, чтобы идти первой. В конце концов, мы равны. Но если тебе так спокойнее, я не буду спорить.
Его ленивая улыбка в сочетании с блестящими глазами вызвала у меня весьма неуместные мысли. Сексуальный колдун. Черт бы его побрал.
Он наклонился совсем близко.
— Там, где это важно, ты всегда будешь первой.
Новые волны сильного жара вспыхнули внутри, и мне пришлось сжать бедра, чтобы унять это ноющее чувство. Я не сомневалась, что буду более чем удовлетворена после ночи с Тайсоном. Реакция тела прямо сейчас говорила мне, что он заводит меня сильнее, чем это должно быть законно, но… сегодня меня еще и чуть не изнасиловали. Наверное, изнасиловали бы, если бы Тайсон не появился. А значит, ментально я не была готова. Неважно, что твердило мое тело.
Этой мысли хватило, чтобы утихомирить разбушевавшиеся гормоны, и я снова смогла сосредоточиться на деле. Осторожно войдя в комнату, я подождала мгновение, пока зрение адаптируется. Естественного света было очень мало, лишь несколько лучей пробивались сквозь толстые рубиновые окна.
Тайсон выпустил магический свет, и когда комната стала отчетливо видна, я тихо ахнула. Ноги стали свинцовыми, когда я сделала еще шаг внутрь. Это была таверна с длинной барной стойкой вдоль одной стены, столами и стульями, разбросанными по большому залу. Табуреты стояли вдоль всей стойки.
— Как такое могло случиться? — Голос осип от шока.
Комната была заполнена человекоподобными фигурами. Они сидели на табуретах, стояли вокруг столов. Каждый из них был полностью покрыт рубиновой оболочкой, в точности как статуя снаружи. Тайсон прошел в центр, глядя на стол, за которым сидели четверо фейри.
— Это выглядит так, будто они просто обедали, и вдруг всё оказалось заковано в камень. — Я говорила почти шепотом. Было ощущение, что это склеп и мне нужно говорить тихо, уважительно.
Едва заметное движение челюсти Тайсона привлекло мое внимание. Похоже, он боролся за самообладание.
— Мне с самого прибытия казалось странным, что такой большой город высечен из рубина. Я думал, это просто из-за магических свойств камней, но зачем это нужно, если здесь не было фейри, чтобы ими пользоваться? Твоя теория звучит логичнее. На этот город наложили заклятие. Рубин держит их в плену.
— Вот почему в воздухе так много магии, — выдохнула я. — Черт! Может ли моя мама быть здесь, одной из жертв? Могло ли её заковать так быстро? Мы следующие?
Выражение лица Тайсона смягчилось, он обхватил ладонью мое лицо, и я прижалась к его руке, нуждаясь в утешении.
— Не думаю. Здесь чувствуется печать времени, будто это случилось очень давно.
С самого начала мы все чувствовали, что город заброшен.
— Они все мертвы? Или заклятие можно снять и вернуть их к жизни?
Он провел большим пальцем по моей челюсти, отпуская меня и снова поворачиваясь к рубиновым фейри.
— Понятия не имею, и не думаю, что мы найдем здесь ответы. Нам нужно поговорить с кем-то, кто больше смыслит в Волшебной стране и этой магии. Нам также нужно знать, какое именно заклинание было использовано. Иначе я не знаю, как ему противостоять. Нам нужна помощь Луи.
Голос Тайсона звучал лишь слегка раздраженно, что было явным прогрессом по сравнению с тем, как он обычно отзывался о могущественном колдуне. Луи в нашем мире был почти богом. Его сила в сочетании с таинственностью, которую он излучал — о, и эта внешность топ-модели — составляли интригующий коктейль. Мне до сих пор казалось безумием, что Джесса — его подруга.
— Значит, если мы придумаем, как спасти Луи, возможно, поймем, как спасти и их всех?
Мне оставалось только надеяться на это. Непостижимо думать, что кто-то наслал заклинание, чтобы похоронить этот город заживо. Что все фейри здесь могут быть мертвы. Или хуже — живы и заперты. Мой пульс участился, я с трудом втягивала воздух в легкие. Обычно я не страдала клаустрофобией, но от такой мысли любой начнет задыхаться.
Тайсон начал выводить меня наружу, и, бросив последний взгляд на таверну, я покинула здание. Джейкоб стоял, прислонившись к дому, выглядя спокойным, за исключением его глаз — они больше не были ярко-зелеными, а стали цвета темного мха, сквозь него вибрировало напряжение.
— У нас могут быть проблемы, — это было первое, что он сказал. — Я наблюдал за этими волнами энергии, и хотя это лишь малая часть, они становятся сильнее с каждым разом. Я беспокоюсь о том, что может случиться на пике того цикла, в котором они находятся.
Больше ничего не нужно было говорить. Мы все понимали, как работает магия. Особенно теперь, когда знали, что над этим городом висит заклятие. Кто знает, что оно сделает, когда поймет, что мы здесь незваные гости. Лично я точно не хотела закончить как рубиновая статуя.
Босые ноги казались преимуществом, когда мы сорвались на бег к главным воротам. Рубин был мягким, я не проваливалась глубоко. Я всегда предпочитала ходить босиком, чтобы чувствовать естественную вибрацию земли. Ворота легко открылись по моей команде, и никто из нас не остановился, покинув город за считанные секунды.
— Нам стоит обойти его, держаться на расстоянии. Подальше от направления, куда движется волна.
Никто не спорил с Джейкобом. Мы просто прибавили темп, несясь по зыбучим рубиновым пескам. Город был единственным строением в поле зрения. Всё остальное — лишь бесконечная красная равнина.
— Как думаете, все эти камни были стерты в мелкую крошку для того, чтобы их можно было легко превратить в жидкость и заковать город? — спросила я, стараясь дышать ритмично.
Ответ Тайсона был спокойным:
— Вполне возможно, но что я действительно хочу знать — почему дверь отреагировала на тебя? Будто она была связана с твоей магией.
— Если она связана с моей магией, это может значить, что и заклятие связано с ней, верно? Но… как? Я никогда раньше не была в Волшебной стране.
Прежде чем кто-то успел ответить, нас накрыла очередная волна энергии. На этот раз она была достаточно сильной, чтобы хлестнуть по мне, обжигая открытые участки кожи.
— У этой была хватка, — пробормотал Тайсон сквозь стиснутые зубы. — Понятия не имею, как всё это связано с тобой, но раз уж ты открыла сюда проход с Земли, нам придется как минимум рассмотреть эту мысль.
Он был прав, но сейчас было не время об этом беспокоиться. Мое чувство тревоги росло. У парней ноги были гораздо длиннее моих, но мне нравилось бегать. Это было занятие, в котором я теряла себя с детства. Было что-то умиротворяющее в стуке ног по дороге. Только я и тишина. Я и природа.
— Жаль, что связь Четверки не решила поделиться способностью превращаться в дракона, — проворчал Тайсон.
Он не был похож на шутника, и я не удержалась от вопроса:
— Так действительно есть шанс, что ты когда-нибудь сможешь оборачиваться? — Я просто не могла себе этого представить.
Его мощные ноги ритмично работали рядом со мной, я заставляла себя бежать быстрее, чтобы не отставать. Я начала чувствовать легкое жжение усталости — слишком долго я не бегала, — но ничего критичного.
— Шанс определенно есть, — подтвердил Тайсон. — Макс и Миша слышат мысли друг друга. Их связь пары похожа на связь драконов-оборотней.
Что за чертовщина?
— Тогда почему мы не слышим мысли друг друга?
Часть меня испытала облегчение. В моей голове было много того, что должно было оставаться под замком, но большая часть меня хотела именно такой связи.
Напряженная челюсть Тайсона подсказала мне, что он чувствует то же самое.
— Понятия не имею. Может, во мне еще недостаточно оборотня? Или, может, мне не достанется именно эта черта. — Он повернул голову, его лицо расслабилось, и он одарил меня улыбкой с ямочками. — Наша связь совсем новая, и мы оба и так перегружены эмоциями и стрессом. Тебя держали в плену, я только что вознесся. Думаю… нам просто нужно время.
— У Макса и Миши это произошло сразу?
— Нет, не сразу.
Почему-то после этого мне стало легче. Если нам суждено получить ментальную драконью связь, это случится, когда придет время. Когда мы оба будем эмоционально готовы к этому. А если нет — мы справимся.

Глава 7

ТАЙСОН КОМПАСС

Я приготовился к следующей волне. Мы бежали достаточно долго, чтобы нас накрыло уже трижды, и с каждым разом сила существенно возрастала. Следующая волна, которую я видел катящейся к нам по красному ландшафту, собиралась врезаться в нас с мощью чертового товарного поезда. На этот раз я мог реально потерять контроль над своей колдовской стороной, потому что на какую бы энергию ни реагировала моя собственная, здесь происходило нечто запредельное.
Когда она приблизилась, мы все остановились и взялись за руки. Нам нужна была цельная стена силы, чтобы устоять на ногах. Глубоко вдохнув, я заблокировал всё внутри и замер, каким-то образом сумев сдержать стон, когда ударная мощь отбросила меня назад. Жалило это дерьмо как сука, но меня это заботило меньше, чем мысль о том, что Грейс снова причиняют боль. Моим первым инстинктом было направить в неё немного исцеляющей энергии, хотя она — прирожденный целитель и, вероятно, посмеялась бы над моей жалкой попыткой. Я имею в виду, я кое-что знал — все маги знали основы, — но она была великолепна.
— Я в порядке. — Она улыбнулась мне. С тех пор как активировалась наша связь, я не мог скрыть от неё ни единой эмоции, даже когда пытался. — После последних нескольких недель это пустяки.
Мне пришлось снова бежать, иначе я бы сказал или сделал что-то, о чем пожалел бы. Мне очень нужно было кого-нибудь избить до полусмерти — предпочтительно кого-то из тех, кто предал Грейс, — но так как рядом никого не было, пришлось сосредоточиться на беге.
— Эта магия просто жесть, — прохрипел Джейкоб. — Сначала прирост был небольшим, но последние две волны — это огромный скачок. Она нарастает быстрее, чем я ожидал.
Он был прав. Эти магические волны беспокоили меня по нескольким причинам. Мало того, что они могли быть связаны с рубиновым заклятием, сковавшим эти земли, они также были созданы для того, чтобы будоражить энергию, создавать её еще больше, и это работало. Моя магия снова скакала внутри меня, и конца этому не было видно. С такой скоростью следующая волна, вероятно, отбросит нас обратно в город.
Грейс легко держала темп. Она была бегуном. Даже когда мы были моложе, она могла часами носиться по лесу, часто в сопровождении целой вереницы животных. Их тянуло к ней, и я не мог их винить. Я не раз подумывал последовать за ней, но обычно успевал остановиться прежде, чем выставлю себя полным идиотом.
Тёмные глаза встретились с моими, расширяясь, когда наши взгляды сцепились.
— Думаешь, следующая волна будет последней перед завершением цикла заклятия? — спросила она.
Я кивнул.
— Было ощущение, что прошлая волна была на грани. Следующая определенно может стать финальной для этого цикла.
Я не хотел её волновать, но и лгать не собирался… если мог этого избежать. Я снова смотрел вперед, желая заметить опасность раньше, чем она набросится на нас.
— Простите, что втянула вас обоих в это дерьмо, — пробормотала Грейс ровным голосом.
— Ты нас ни во что не втягивала. И мы будем в порядке...
Мерцание зелени отвлекло меня, и я замолчал. Я начал сканировать красный горизонт, пытаясь понять, что увидел. Когда мы спустились, а затем поднялись на еще одну небольшую насыпь, я увидел больше зеленого, а затем немного синего. Как только Грейс и Джейкоб заметили эти всплески цветов, их темп ускорился. Как и мой. Мы все знали, что должны выбраться из красных земель, пока не стало слишком поздно. Наконец-то появился проблеск надежды.
— Волна снова нарастает, — выдавил Джейкоб.
Он был прав. Футах в двадцати от нас начал формироваться вихрь красной энергии. Это, должно быть, была точка инициации, и нам предстояло увидеть самый первый выброс. Грохот заглушил всё остальное, когда красный песок закружился и столкнулся.
Призывая всю новую мощь, что жила во мне как в колдуне, и надеясь, что, может быть, капля вампирской скорости тоже просочится, я обхватил Грейс за талию и перекинул её через плечо. Она издала недовольный звук, и я понял, что у меня будут проблемы, если мы выживем.
— Твои ноги слишком короткие! — взревел я. Мы с Джейкобом теперь неслись во весь опор, наши шаги были мощными и ровными.
Она что-то крикнула мне в ответ, но я пропустил это мимо ушей, когда мы приблизились к точке инициации. Мы должны были прорваться до того, как волна высвободится. Если она ударит по нам на таком близком расстоянии, мы трупы — либо потому, что поднявшийся рубиновый песок накроет нас, как тех, в городе, либо потому, что сила волны разнесет наши тела в клочья. В любом случае, проверять не хотелось.
— Черт, быстрее, Джейк! — Мы не успевали. Разрывы в волне закрывались, и скоро она должна была выстрелить.
Она поднялась высоко, а мы всё еще были слишком далеко от свободы. С резким толчком связь между мной и Джейкобом встала на место без всяких усилий или раздумий. Каким-то образом наша энергия почувствовала, что нам нужен дополнительный импульс, и соединила нас. По мне прошла шокирующая вибрация. Я почувствовал холодную металлическую энергию вампира, смешивающуюся с моей собственной, и огненную мощь дракона. Оба были хищниками и были быстрыми, и с этой силой я стал гораздо большим, чем просто пользователем магии.
Последним рывком я подобрался достаточно близко, чтобы швырнуть Грейс сквозь небольшой просвет в волне, а затем нырнул следом. Мои руки и ноги задели энергию; я прижал их плотно к себе. Этого касания хватило, чтобы понять: каким бы ни было это заклинание, оно было темным. Впервые волна была наполнена тенями, похожими на поток разъяренных грозовых туч, готовых пронестись по красным равнинам, сметая всё на своем пути.
Я один раз перекувырнулся и вскочил на ноги одновременно с Грейс.
— Где Джейк? — крикнул я. Он был прямо рядом со мной, когда я прыгнул. Я шагнул вперед, высматривая еще один просвет в волне. Грохот был почти оглушительным, пока волна готовилась к выбросу.
Когда я подошел к темной стене, из неё пробилась рука, и я прыжком поймал её, дергая изо всех сил. Я не оставлю Джейка на той стороне, что бы ни случилось. Появилась большая часть его руки, но как бы сильно я ни тянул, я не мог вытащить его целиком на нашу сторону. Заклинание удерживало его.
Грейс встала рядом со мной, обхватив тонкими пальцами предплечье Джейкоба, добавляя свою силу к моей. Он сдвинулся еще на дюйм, когда волна издала последний рев и рухнула, разливаясь по красным землям.
Мы с Грейс покатились назад, рука Джейкоба всё еще была крепко зажата в моей, когда он вылетел вместе с нами. Резко вскинув голову, я смотрел, как эта темная волна пронеслась по земле и скрылась из виду. Грохот всё еще отдавался в ушах, даже когда затих. Я перевел всё внимание на Джейкоба и отпрянул, увидев, что произошло.
Твою же мать, черт побери!
Вся его часть, кроме правой кисти и трех четвертей предплечья, была закована в рубин.
— Джейк, держись, мужик. Я вытащу тебя оттуда.
Грейс упала рядом со мной, потянулась к моему брату, ухватившись за ту единственную часть, что не была превращена в камень, и прижала пальцы к его пульсу.
Её глаза прикрылись.
— Он еще жив, — сказала она почти сразу. — Но все показатели его жизнедеятельности аномально низкие.
— Что это значит? Он умирает? — Я старался не дать своему гневу и страху выплеснуться наружу. Это не было виной Грейс, но я не мог контролировать резкость своего тона. Это был мой брат. Я не собирался жить в этом гребаном мире без него, так что его смерть не была вариантом, который я готов был принять.
Дыхание прерывалось в груди, пока я ждал её ответа, и я уже готов был взорваться, когда она наконец сказала:
— Не думаю. Спад выравнивается... больше не падает. Показатели низкие, но стабильные, будто его тело впало в состояние комы.
Мой кулак сжался в песке под нами, пока я боролся за контроль… в песке, который больше не был красным. Впервые после прыжка сквозь волну я огляделся.
— Ты видишь это? — спросил я.
Грейс не отошла от Джейкоба, но подняла голову, чтобы посмотреть вместе со мной. Я встал и повернулся на триста шестьдесят градусов. Мы были на краю огромного круга из настоящего золотого песка, какой можно найти на пляже. Вокруг него, разделенные на квадранты, раскинулись четыре драгоценных луга. Рубиновый, сапфировый, изумрудный и… чистый и сияющий… алмазный. Похоже, то же самое заклятие из рубиновых земель затронуло их все.
Повернувшись к Грейс, я ожидал увидеть шок на её лице. Но она выглядела почти задумчивой. Будто это было ей знакомо.
— Ты узнаешь эту землю? — спросил я резко, а потом захотел сам себе дать пинка за такой тон.
К моему удивлению, она лишь усмехнулась моему тону, покачав головой.
— Когда это ты стал таким нетерпеливым, Тайсон Компасс? Ты всегда был самым спокойным.
Пожав плечами, я приложил усилия, чтобы вернуть ей улыбку.
— Мои идиоты-братья плохо на меня влияют.
В груди сжалось, когда я посмотрел на Джейкоба — неподвижного, покрытого рубином. Слой был настолько толстым, что я даже не мог понять, что это он заперт под ним.
Грейс откашлялась.
— Это как стоять в центре драгоценной радуги.
Да, чертовски жуткой радуги, которая превращает живых существ в статуи.
— Мы здесь застряли? — спросила она, поднимаясь на ноги. — Все эти земли кажутся покрытыми своими собственными драгоценными камнями, значит… заклятие лежит на всех них, так?
Она пришла к тому же выводу, что и я. Я понятия не имел, есть ли хоть какое-то место, безопасное от этого заклинания. Ну, за пределами этого золотого участка.
— Нам нужно помочь Джейку, но если мы тоже превратимся в статуи, это не поможет. — Я мерил шагами землю, пытаясь сообразить. — Я мог бы попробовать открыть портал обратно в Стратфорд, но так как в моей жизни я успешно прошел сквозь него всего один раз, я не уверен, что он не схлопнется, оставив нас застрявшими между мирами.
Я бы никогда не рискнул ею, а если бы я шагнул первым, то оставил бы её здесь без защиты. Шагнув обратно к Джейкобу, я нагнулся и взял его свободную руку, ища нашу связь.
Джейк…
Я снова попытался связаться с ним. В конце промелькнул какой-то отблеск, но настолько краткий, что я усомнился, не вообразил ли я его. Потянувшись сознанием дальше, я попытался связаться с Брекстоном и Максимусом, но, кроме затихающих нитей их расовой силы, я ничего не получал.
— Блядь. — Я издал тихий рык раздражения, мои кулаки сжались, когда руки упали с руки Джейкоба. Мое ругательство, должно быть, застало Грейс врасплох. Она немного вздрогнула, но почти мгновенно пришла в себя. — Джейкоб вне пределов моей досягаемости, как и другие мои братья. Возможно, нам придется рискнуть: выбрать одну из этих драгоценных земель и попытать счастья. Сейчас волна начнет новый цикл, так что у нас есть немного времени.
Грейс ничего не сказала, она просто переступала с одной босой ноги на другую, её ветхая одежда болталась на слишком худом теле. Большие глаза смотрели на меня, их цвет был настолько темным, что они почти сливались с зрачками. Её глаза всегда очаровывали меня. Как они могли быть такими темными и при этом такими бездонными?
— Я готова, когда скажешь.
Верно. Побег.
Я подхватил тяжелую тушу брата и закинул его на плечо. Я один раз споткнулся; он был жестким, как длинная деревянная доска, и верхняя часть намного перевешивала нижнюю. Я боролся минуту или две, пробовал кучу разных положений, но так и не смог найти способ легко сбалансировать его. Я не смогу бежать достаточно быстро с его весом, чтобы выбраться отсюда до волны.
— Может, нам придется оставить его? — предложила Грейс.
Я резко вскинул голову, наши глаза встретились над Джейкобом. С фырканьем я осторожно опустил его обратно на землю, подходя ближе к ней. Мои слова были резкими:
— Ты так мало от меня ожидаешь? С чего ты взяла, что я когда-нибудь оставлю своего брата? Кого-то из своей стаи?
Её лицо было бесстрашным; она смотрела на меня смело, бросая вызов.
— Я вовсе не ожидаю от тебя малого. Я не проверяла твою верность снова, Тай. Если на то пошло, твоя преданность своей стае безупречна. Больше, чем что-либо, что я видела.
Она плотно зажмурила глаза, лоб прорезала морщинка. Было ощущение, будто она только что ударила меня в грудь. Боль, которую она проявила в этом одном маленьком движении, зависть, которую я услышал в её голосе… черт, я настоящий козел.
Я протянул руки и обнял её.
— Что ты делаешь? — пробормотала она, когда я притянул её ближе.
— Ты, Грейс Картер, значишь для меня больше, чем любое другое сверхъестественное существо в мире. Мои братья — моя семья, но ты — мое всё. Я оставлю Джейкоба здесь, если это будет лучшим вариантом для нас, чтобы получить помощь, чтобы я мог спасти тебя. Я вернусь за ним, конечно, но ты — мой приоритет номер один.
Одинокая слеза скатилась из уголка её глаза, и когда влага коснулась её щеки, она отпрянула, будто была абсолютно шокирована тем, что может плакать. Она тяжело сглотнула, это движение было отчетливо видно на её тонкой шее, и я не мог ждать больше ни секунды. Я склонил голову, мои губы коснулись её губ прежде, чем её тихий вздох удивления успел прозвучать.
Поцелуй начался немного нескладно — я застал её врасплох, и это был наш первый поцелуй. Но это длилось лишь мгновение. Она прижалась ко мне, запрокинув голову и приоткрыв губы. Мой голод по ней вспыхнул с ревом, и мой язык скользнул между её губ, доминируя над ней. Владея ей.
Наши рты двигались в унисон, и, несмотря на то что мы были в отчаянной ситуации, потребовалось бы заклятие куда мощнее драгоценного, чтобы оторвать меня от неё. Без усилий я поднял её, и она, ни секунды не колеблясь, обхватила ногами мою талию. Я усилил хватку, сильнее вжимаясь своими губами в её, всасывая её полную нижнюю губу, изучая её вкус и запах, чтобы запечатлеть их в памяти навсегда.
Наш поцелуй замедлился, и крупицы рассудка просочились сквозь нужду. С последним прикосновением мы отстранились. Мои руки остались вокруг неё, удерживая её тело как можно ближе. Её руки крепко обхватывали меня за шую, она вся была прижата ко мне. Я хотел войти в неё, почувствовать каждую часть её тела против моего. Но сейчас было не время.
Глубоко дыша, я уткнулся лицом в изгиб её шеи.
— Ты в порядке? Я не причинил тебе боли… ведь так?
Я знал, что не причинил ей боли физически. Её расширенные зрачки, частый пульс и отвлекающе эрегированные соски говорили мне об этом. Но она через многое прошла, и я должен был ждать, пока она сама сделает первый шаг. Часть моего беспокойства утихла, когда она еще сильнее прижалась ко мне, её губы коснулись моей щеки. Я почувствовал её счастье через нашу связь, поэтому не стал сопротивляться, когда она расцепила ноги, желая снова встать на землю.
Она не отошла от меня, просто встретилась со мной взглядом, одна её рука была прижата к моей правой грудной мышце, пальцы сжимали рубашку.
— Ты не причинил мне боли, Тайсон Компасс.
Слава богу. Жгучая интенсивность развернулась в моем центре и поднялась к груди. Её присутствие в моем разуме стало сильнее, по мере того как наша связь крепла. Она встала на место, и следом потекла странная энергия, просачиваясь в мои мысли. Я потянулся к ней.
Грейс…
Я позволил слову затихнуть.
Ответа не было, хотя она нахмурилась, будто что-то услышала.
— Ты чувствуешь меня в своих мыслях? — спросил я. — Слышишь меня?
Она покачала головой, затем запнулась.
— Не знаю, я ощущаю что-то… чувствую твое присутствие сильнее, чем раньше, но на самом деле не слышу тебя.
Если мы когда-нибудь выберемся отсюда, нам нужно будет поговорить с Брекстоном. Я хотел знать, как работает эта штука с драконьей парой. Я хотел такую связь с Грейс, и что-то подсказывало мне, что это возможно, что она совсем рядом, просто пока вне досягаемости.
— Мы не можем оставить Джейкоба, — прошептала она, возвращая нас обоих к реальности.
Этого поцелуя пришлось ждать долго, и мне больше всего на свете хотелось продолжить прямо сейчас. Но она была права, сначала нам нужно выбраться отсюда. Нам нужно помочь моему брату.
— И… прости за то, как я с тобой обошлась. — Её внезапное признание удивило меня, но я не перебивал. — Было неправильно сбегать после битвы с королем-драконом. Я была глупой и наивной. Таскалась со своей болью, будто это было какое-то огромное бремя. Я была ребенком, Тай, и как бы тяжело ни было последние два месяца, они дали одно. Я повзрослела.
Я покачал головой.
— У тебя было полное право не доверять мне. И я никогда не хотел, чтобы ты взрослела так. — Если бы только я мог убить её кузена еще раз. Он просто недостаточно пострадал.
Она прижалась теснее, её тепло проникало в меня. Её легкого аромата жасмина было достаточно, чтобы мои чувства вспыхнули.
— Если ты не хочешь, чтобы этот милый и терпеливый Тайсон исчез, — сказал я хриплым шепотом, — тот самый, который будет вечно ждать, пока ты будешь готова, то тебе лучше отойти. Потому что сам я, кажется, не могу.
Она разрушала меня каждым нежным прикосновением, каждым моментом, когда возвращалась ко мне из той тьмы, что жила внутри неё.
Она усмехнулась и отступила. Это небольшое пространство дало мне шанс сосредоточиться и снова взять свое тело под контроль. Она всё еще улыбалась, когда я наконец повернулся к ней. Правый уголок моих губ дернулся вверх при виде неё. Я ничего не мог с собой поделать — она была чертовски милой, когда была счастлива.
— Так вот, — сказала она, — я тут подумала… если ты не можешь создать портал обратно на Землю, то, может быть, ты сможешь создать его в какое-нибудь другое место в Волшебной стране.
Я кивнул.
— Оставаться в этом мире будет в разы проще. Даже с учетом странной магии этих земель. Думаю, это наш лучший вариант.
Порыв ветра бросил её длинные пряди ей на лицо и грудь, и в этот момент она никогда не выглядела более похожей на воина — гордая, решительная, сильная и смелая. Для меня было честью, что судьба выбрала её моей парой. Но, как и все воины, она не знала, когда пора остановиться. Я видел глубокую усталость в её глазах, темные круги под ними. Ей нужно было отдохнуть.
Но моя упрямая маленькая ведьма никогда в этом не признается, так что мне придется сделать вид, что это нужно мне.
— Я потратил сегодня много энергии, и моя колдовская сторона еще не успокоилась. Я буду чувствовать себя увереннее с порталом, если сначала отдохну пару часов. Будем дежурить по очереди.
Она кивнула, её уверенный фасад на мгновение дрогнул.
— Я никогда не могла уснуть у бабушки. Всегда боялась, что они нападут на меня, когда я буду без сознания. Постоянно быть начеку — это… изматывающе.
Я подавил первый порыв, не желая снова расстраивать её множеством ругательств, готовых сорваться с языка. Я вел внутреннюю борьбу, не зная, что сказать, пока не понял, что ей нужно от меня только одно. Поддержка.
— Я защищу тебя, Грейс. Всегда. Иди отдохни. Я дежурю первым.
Она хотела поспорить. Я видел это по тому, как она несколько раз открывала и закрывала рот, но в конце концов усталость взяла свое, и она придвинулась ко мне.
— Мне только нужно на секунду уединиться. — Она заерзала на месте. — Нужно в туалет.
Я улыбнулся, радуясь, что ей становится комфортнее со мной.
— Без проблем. Я пока еще раз проверю состояние Джейкоба.
Я старался не следить за ней слишком пристально, лишь убедился, что она не ушла слишком далеко. Я сосредоточился на брате, с облегчением отметив, что его низкие показатели жизнедеятельности остаются стабильными.
Грейс вернулась через несколько минут, выглядя еще более уставшей, чем прежде. Мы оба опустились рядом с Джейкобом, используя его как опору для спины. Он определенно надерет нам задницы, когда мы его освободим, и он узнает об этом.
Грейс привалилась ко мне, пытаясь устроиться поудобнее. Я дал ей поворочаться минуту, пока наконец мое нетерпение не взяло верх. Приподняв её, я усадил её прямо между своих бедер, обнимая руками.
Она напряглась, но лишь на секунду, прежде чем я почувствовал, как она обмякла, откинув голову мне на грудь. Она издала довольный вздох, который отозвался во всем моем теле, вплоть до самого члена, прижатого к её идеальной заднице. Закрыв глаза, я откинул голову назад и начал читать про себя заклинания — любые, лишь бы напомнить своему телу и нашей связи, что сейчас ей важнее всего сон. Через несколько секунд её дыхание начало выравниваться, и пока она издавала милые звуки во сне, я позволил себе разглядывать линии и изгибы её лица. Мне нравилось, какая у нее тонкая кость, но при этом чувствовалась сила. Я всё еще страстно желал её, но, что более важно, я был счастлив просто держать её. Защищать. Для этого я был рожден.

Глава 8

ГРЕЙС КАРТЕР

В Тайсоне не было ничего мягкого. Совершенно ничего.
Меня окружали твердые, широкие мускулы; его грудь представляла собой переплетение рельефных линий и плоскостей, обтянутых загорелой кожей. Несмотря на это, я не уверена, что когда-либо спала так глубоко, как в тот момент, когда он укутал меня в свои объятия и позволил отдохнуть, прижавшись к нему. Должно быть, я была запредельно измотана, потому что, казалось, я только успела устроиться поудобнее, вдыхая его свежий аромат — запах леса, но это был чисто его запах, запах Тайсона, — как свет для меня погас.
Какое-то время мыслей не было вовсе, но как только сознание начало возвращаться, вернулись и кошмары. Пока меня держали в подвале, они мучили меня редко — в основном потому, что я не позволяла себе спать достаточно долго, чтобы видеть сны. Но иногда они приходили: тьма заполняла мой разум, словно густой, коварный дым, от которого невозможно было спастись, как бы далеко и быстро я ни бежала, как бы ни сражалась и ни кричала.
Сначала дым не казался таким уж страшным, несмотря на зловещее предчувствие. Настоящий ужас охватывал меня, когда он настигал. Эти темные щупальца забивали мне рот и глаза, перекрывая все чувства, пока я вслепую билась против врага, которого не могла победить. Я сражалась и беззвучно кричала, пока последние удары моего сердца не замирали. И тогда, в момент смерти, я обычно просыпалась.
— Грейс, открой глаза! — Требование проникло в подсознание как раз в тот момент, когда я боролась с дымом. — Малышка, очнись же, черт возьми. Давай.
Я несколько раз кашлянула, в груди хрипело, пока я боролась с беспамятством, которое продолжало тянуть меня назад. Тайсон. Я пробивала себе путь к нему, используя нашу связь пары как ориентир. Наконец-то у меня появился якорь в этом безумном мире. С судорожным кашлем я вырвалась из сна, широко открыв глаза и прерывисто вдыхая воздух. Огромные ладони обхватили мои плечи, притягивая ближе, пока он изучал мое лицо. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы успокоиться и встретиться с ним взглядом.
Его глаза пылали золотом — режим полной магии. Он транслировал все виды энергии и выглядел яростным.
— Что случилось, Грейс? Ты начала бормотать, а потом заплакала. Слезы лились по твоим щекам, пока ты спала. — Его лицо было как гранит, твердое и непреклонное, а взгляд был прикован ко мне. Большой палец поднялся и вытер мою правую щеку, убирая влагу, которую я даже не заметила. — Не делай со мной такого больше. Я не мог тебя добудиться.
Несмотря на то что сердце всё еще колотилось от остатков сна, у меня вырвался смешок.
— Простите, Ваше Величество. В следующий раз я постараюсь сдерживать свои эмоции, когда на меня нападет какой-нибудь жуткий сон.
Он покачал головой, и его следующие слова прозвучали еще суровее:
— Не смешно, маленькая ведьма. А теперь колись, что, черт возьми, только что произошло.
Его требовательный тон меня не задел — он волновался, ему было не плевать. Я никогда не обижусь на него за то, что наконец вижу эту его сторону.
— Я рассказывала тебе про свою ледяную энергию, но… есть кое-что еще. Когда я была в плену… эта тьма начала кружить вокруг моего магического центра. Сначала она была крошечной, но каждый раз, когда они причиняли мне боль… она росла. — От одних слов об этом внутри зашевелились тени. Ледяной островок снова нанес удар, подавляя их. Будто во мне жили вечно дерущиеся брат с сестрой.
Тайсон, чья мрачность никуда не делась, всё еще ждал продолжения. Информации о самом сне.
— После того как эта тьма появилась внутри, мне начал сниться этот сон. Изредка. Всегда один и тот же. Появляется этот дымный туман и полностью поглощает меня, медленно захватывая власть. С последним ударом сердца я просыпаюсь.
Каким-то образом его выражение лица стало еще мрачнее, и я снова оказалась прижата к его груди.
— Сейчас я в порядке, — промурлыкала я, уткнувшись в него. — Это просто сон.
Его тело задрожало под моим.
— Не «просто» гребаный сон, Грейс. Даже если игнорировать время, когда это началось, или списать всё на стресс от ситуации, остается факт: это ненормально — видеть один и тот же сон снова и снова. Тем более такой мрачный. Ненормально чувствовать темные щупальца вокруг магического центра. В самой нашей основе заложен свет… так откуда там тьма? — Он устало потер лицо рукой. — Тобой пытаются манипулировать, и с меня хватит. Это прекратится, так или иначе.
Увидев, как он отделал Тревора, я ни капли не сомневалась в его словах. И всё же, сейчас было не время. У нас были дела поважнее.
— Мы разберемся, Тай. Я рада, что теперь ты знаешь всё, что со мной там происходило. Так легче. — И правда, я уже чувствовала, как с плеч свалился груз. — Были какие-то проблемы, пока я спала? Сколько я пробыла в отключке?
На секунду мне показалось, что он не позволит сменить тему, но он лишь покачал головой и дал мне отстраниться.
— Проблем не было. Ты спала несколько часов. Магические волны снова начались. Они формируются вокруг нас, а затем расходятся по всем четырем землям. Наша теория подтвердилась: ни через одну из них идти не безопасно.
Поднявшись на колени, я повернулась к нему. Его длинные ноги всё еще были раскинуты по обе стороны от меня, тяжелые мышцы отчетливо проступали сквозь темные брюки.
— Я чувствую себя намного лучше. Я посторожу, пока ты поспишь.
Ленивая улыбка коснулась его губ, и я вдруг почувствовала себя кроликом, которого оценивает пантера. Хищник и добыча. Это вызвало неловкость, но я не отступила. Тайсон был пугающим, но не так, как Тревор. Мой кузен был монстром. Тайсон — кем угодно, но только не этим.
Внутри всё сжалось от его взгляда. В этом взгляде было всё, и я бы хотела видеть его на его лице еще много лет. Мои губы приоткрылись, язык скользнул по ним, чтобы увлажнить. Во рту пересохло, и дело было не только в жажде. Дело было в Тайсоне. Я хотела снова поцеловать его, так сильно, что в груди возникла почти физическая боль.
Вчера у нас был первый поцелуй, и этого не хватило даже на самую малость. Часть меня желала, чтобы этого никогда не случалось, потому что теперь я ни о чем другом не могла думать — я не была уверена, что вообще захочу когда-нибудь перестать целовать своего Компасса. Но, увы, как и всё остальное в моей жизни, сначала нужно было сделать кучу дел. Спасти маму, спасти Джейкоба и вытащить наши задницы из Волшебной страны. Тайсон и я… нам придется подождать.
Золото немного выцвело из его глаз, когда они медленно вернулись к своему естественному цвету.
— Ты ляжешь спать? — спросила я, всё еще стоя на коленях между его ног.
Он покачал головой и медленно встал.
— Нет, я в норме. Энергия восстановилась, пока я отдыхал. Моя колдовская сторона снова под контролем.
Я умудрилась вскинуть брови и прищуриться.
— Под контролем? Вот так просто, в стране с такой странной магией?
Он пожал плечами, одарив меня кривоватой ухмылкой.
— Ты же меня знаешь, для меня нет почти ничего невозможного, если я настроюсь.
Я фыркнула — что, конечно, было крайне «соблазнительно». Его ухмылка стала шире, и я почувствовала, как щеки обдает легким жаром. Я ждала его обычного остроумного замечания, но он просто протянул руку и помог мне встать.
— Пойдем, нам пора на Остров Сияющих. Там живут боги, слившиеся с драконами. Если я смогу найти Жозефину, дракона-пару Джессы, возможно, мы получим ответы.
Я помнила те мгновения, когда видела величественного золотого дракона, истинную королеву. Она казалась мудрой и могущественной, и её дочь унаследовала большую часть этих знаний. Она должна что-то знать.
Без колебаний я вложила свою ладонь в его, чувствуя его силу, когда он обхватил мою руку и с легкостью потянул вверх. Затем, прежде чем я успела сообразить, что происходит, он наклонился и запечатлел поцелуй на моем лбу. Он был теплым и долгим, мои глаза невольно закрылись. Он отстранился слишком быстро и отошел на несколько футов.
— Стой там, — предупредил он. — На случай, если моя попытка открыть портал даст осечку. Не хочу, чтобы ты оказалась на линии магического удара.
Мы оба знали, что магия непредсказуема. Неважно, где я стою. Если заклинание сорвется, проблемы будут у обоих. Но если это придаст ему уверенности, я подыграю. Создание заклинаний во многом зависит от ментальной стойкости и подготовки — именно поэтому большинство молодых магов не могут стать колдунами: ментально они просто не готовы. Тайсон, при всей его мощи и самоконтроле, всё еще боролся с этой ментальной частью.
Что неудивительно. Я была немного старше Четверки — мне недавно исполнилось двадцать пять (как раз когда я была в плену, «день рождения мечты», ага), — и мне казалось, что я еще в десятилетиях от готовности к росту силы. Мне нравились мягкие приливы и отливы энергии внутри. Исцеление звало меня, когда я чувствовала болезнь или рану у супа. Я не хотела ничего большего. Та ледяная энергия была слишком тяжелой, и я была рада, что она больше не течет по моим венам.
Мои мысли прервались, когда я сосредоточилась на своей паре. Он замер, глаза закрыты, руки подняты по сторонам. Его сильно загорелая кожа мерцала от энергии, и я знала, что его глаза сейчас золотые.
В груди сжалось, и нога сама двинулась вперед. Что-то внутри меня откликалось на его магию, подталкивая ближе. Я заставила себя остановиться, боясь отвлечь его.
Слова, которые он шептал, были слишком тихими. Я сделала несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться в ожидании результата. Мерцание на его коже расширилось, наполняя воздух искрами, которые были почти такими же яркими, как алмазные земли за нашей спиной. У меня перехватило дыхание, когда это сияние превратилось в портал.
Он выглядел иначе, чем те, что я видела у колдунов раньше, но я была уверена, что он сработает. Тайсон был слишком азартен, чтобы соглашаться на что-то меньшее, чем успех во всем, за что берется. Напряжение покинуло его плечи; грудь расширилась, когда он глубоко вздохнул и повернулся ко мне.
— Кажется, получилось. Пойдем вместе. Лучше не разделяться, когда вокруг столько опасностей.
Я согласилась, кивнув ему. Он отступил назад и поднял своего брата, каким-то образом уложив его на плечо и при этом подхватив мою руку под свою свободную руку. Проход был не очень большим, и обычно через него проходят по одному, чтобы магия оставалась стабильной, но я была рада, что он не хочет разлучаться.
Наши взгляды встретились перед вихрящейся массой магии.
— Готова? — он усмехнулся с вызовом на лице. — Что самое худшее может случиться, верно?
Вспышки воспоминаний о пытках сдавили мне горло. На секунду я потеряла контроль над эмоциями, над тем плотным ящиком, в который запирала всё плохое. Улыбка Тайсона медленно угасла, он внимательно всмотрелся в мое лицо.
— Я не позволю ничему случиться с тобой. — В его тихом обещании звучала окончательность, будто это были не просто слова. Это была истина, за которую он готов был умереть.
Мой «ящик» снова захлопнулся, контроль вернулся.
— Я знаю. Я верю тебе, Тай. Давай сделаем это.
Прежде чем мы успели раздумать, мы шагнули вперед одновременно. Магия окружила меня со всех сторон, она была плотной, перехватывающей дыхание. Когда я могла бы дрогнуть и остановиться, Тайсон заставлял нас двигаться. Он не отпускал меня и не отпускал своего брата. Должно быть, удерживать баланс с нами обоими было почти невозможно, но он справлялся.
Как раз когда мне показалось, что я больше не вынесу этого ощущения клаустрофобии, нас вышвырнуло наружу в вихре силы. Приземлившись на ноги, я быстро огляделась. Мы были на краю утеса. На горизонте раскинулись четыре моста.
— Это Остров Богов? — спросила я.
Тайсон покачал головой, переукладывая брата поудобнее на плече.
— Нет, я даже не пытался открыть портал прямо в их мир. Это выше моих нынешних способностей. Придется идти длинным путем.
Меня это устраивало. По крайней мере, мы выбрались из драгоценных лугов, и казалось, стали на несколько шагов ближе к Жозефине, у которой, надеюсь, найдутся ответы.
— И какой мост? — Я всмотрелась в них. Ни один не казался явно ведущим в земли божественных драконов.
Тайсон шагнул вперед и громко позвал:
— Остров Богов!
Лучи света прорезали мосты, настолько яркие, что я на миг потеряла ориентацию, а когда зрение прояснилось, остался только один мост — гораздо более масштабная и величественная версия четырех прежних. Время было на вес золота, поэтому мы оба отправились в путь без промедления. Я заставляла свои уставшие ноги двигаться, не обращая внимания на голод. После двух месяцев пыток я могла вытерпеть небольшой дискомфорт. Возможно, в детстве я и была «принцессой» — богатой и изнеженной, привыкшей к лучшему, но пытки изменили меня в корне. Я стала сильнее, более приспособленной к тьме, которая всегда преобладала в нашем мире.
К той тьме, что всегда была в мире Тайсона.
Сначала мы бежали по мосту молча. Он тянулся на многие мили, как и красные земли.
— Хочешь, я помогу с Джейкобом? — спросила я спустя какое-то время, беспокоясь, что он тащит такую ношу.
Тайсон, конечно же, только покачал головой.
— Всё в порядке, я справлюсь. Если я правильно помню прошлый раз, осталось недолго.
Упрямый суп будет тащить Джейкоба, пока у него руки не отвалятся.
— Просто помни, что эта наша «штука с парой» означает разделение бремени. Так что не строй из себя мачо только ради принципа. Я тоже кое-что могу. Я здесь, чтобы помогать тебе.
Тайсон рассмеялся, и это было так похоже на его прежний беззаботный смех, что мое раздражение немного утихло.
— «Штука с парой»? Вижу, мне не стоит беспокоиться, что мое эго раздуется рядом с тобой.
Мне даже нравилась его уверенная заносчивость. Судьба выбрала мне пару, который был не только добрым и верным, но и самым молодым магом, ставшим колдуном, и обладателем особой связи Четверки, которая спасла мир.
А что ты приносишь в этот союз?
Я попыталась заглушить этот коварный голосок внутри — тот самый, что с удовольствием напоминал мне о моих слабостях и неудачах, тот, который Тревор так легко пробуждал во мне.
Тепло коснулось моей шеи, и я вздрогнула так сильно, что вскрикнула. Слишком часто меня хватали за это место перед тем, как причинить сильную боль. Но как только мятный запах Тайсона коснулся моих чувств, я расслабилась.
— Я не знаю точно, о чем ты думаешь, но мне не нравится выражение твоего лица и эта печаль, которую я чувствую через нашу связь.
Тайсон умудрялся удерживать брата одной рукой, а другой утешать меня: его большая ладонь легла мне на щеку и челюсть, обхватывая шею сзади и притягивая к себе, окружая своим теплом. Он постоянно касался моего лица. И мне это нравилось.
— Ты просто… это слишком, — призналась я. — Слишком много супа. Слишком много мужчины. Слишком много силы. Слишком много уверенности. Я чувствую, что мне чего-то не хватает, понимаешь…
Я на миг замолчала, увидев, как выражение его лица стало убийственным, а затем выпалила остальное.
— Я не жалею себя, я реалистка. Я всегда понимала, почему ты не считал нас подходящей парой. То есть, я знаю свои сильные стороны и довольна тем, какой я сверхъестественный индивид. Я люблю быть целителем. Но… ты — это слишком.
Качнув головой, он наклонился и крепко прижался своими губами к моим; всё мое красноречие испарилось, когда всё мое существо было поглощено огнем, вспыхнувшим в центре. Поцелуй был коротким, почти мимолетным касанием, прежде чем он отстранился ровно настолько, чтобы прошептать мне в губы:
— Ты совсем себя не видишь. Твоя доброта. Твое чистое сердце. Твои целительские навыки, которые буквально спасают жизни. Мне не нужна никакая другая, что бы там ни плела судьба.
Он отвернулся, в десятый раз перекладывая Джейкоба, а я чуть не превратилась в лужицу прямо на мосту. Мое тело не сможет долго выносить это притяжение между нами. Я просто сгорю. Вдохнув прохладный воздух, я наконец почувствовала, как легкие расправились, и, нуждаясь в действии, рванула вперед. Тайсон мгновенно оказался рядом, не испытывая трудностей с темпом, несмотря на вес брата.
Спустя целую вечность бега мост начал сужаться, а впереди забрезжил яркий свет. Он ощущался магическим, что подтвердилось, когда моя энергия встрепенулась при приближении. Свет был настолько интенсивным, что мне пришлось закрыть глаза, когда мы сошли с моста. А когда я снова смогла их открыть, мы больше не были при свете дня. Мы стояли в пустыне вечной ночи.
Миллиарды звезд усеивали небо над нами. Я обернулась в поисках моста, но позади не было ничего, кроме бескрайней пустыни и, возможно, редких групп деревьев вдалеке.
Лицо Тайсона не изменилось, но я поняла, что-то не так. Поднялся неестественный ветер, и, в отличие от рубиновых земель, здесь мы действительно стояли среди движущихся песчаных дюн, которые хлестали по нашим телам.
— Это неправильно, — сказал Тайсон.
— В каком смысле? — Я придвинулась к нему ближе, прикрывая лицо рукой от разбушевавшейся стихии.
— В прошлый раз мы прибыли в прекрасный оазис, похожий на остров, окруженный бирюзовой водой. Это… совсем не то.
Я прижалась к его широкой спине, частично прячась от песка.
— Думаешь, это место может меняться? Земля в конце моста? Или что-то случилось с Островом Богов?
Его брови были нахмурены, в глазах читалась тревога.
— Понятия не имею, но есть только один способ узнать.
Он зашагал вперед, достаточно медленно, чтобы я могла держаться за ним. Я чувствовала, что ему нравится защищать меня даже в малом, и жалела, что не могу сделать того же для него, но в данной ситуации его габариты побеждали.
Мы сделали всего десять шагов, когда земля вокруг нас начала содрогаться. Я только успела услышать крик Тайсона:
— Держись!
Затем земля под нами разверзлась, и мы начали падать.

Глава 9

ТАЙСОН КОМПАСС

До этого последнего года я мог бы по пальцам одной руки пересчитать случаи, когда я по-настоящему волновался или боялся. Жизнь была сплошной легкой прогулкой.
Но в последнее время это происходило ежечасно. Особенно сейчас. То, что Грейс появилась в моей жизни, превзошло все мои ожидания, но вместе с этим привалила и куча стресса. Я должен был оберегать её. Она была мне нужна.
Я начал понимать, почему Брекстон в детстве всегда был таким серьезным засранцем. Он был истинной парой Джессы — Джессы, которая никогда не следовала правилам, была дерзкой, прямолинейной и сильной. В детстве она влипала в неприятности чаще, чем мы четверо вместе взятые, и никогда не отступала ни на дюйм, если что-то вбивала себе в голову. Брекстон всегда стремился защитить её, и теперь я наконец-то это осознал. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы Грейс была в безопасности, и к черту последствия. Проблема была в том, что мы находились в землях случайной магии, и я понятия не имел, что ударит по нам в следующий момент. Остров, который я ожидал увидеть над Обителью Богов, изменился, превратившись в бесплодную пустыню. По крайней мере, вход в воду, кажется, остался прежним — это давало слабую надежду на то, что мы не летим сейчас навстречу своей смерти.
Было так же темно, как и в прошлый раз. Я не видел Грейс и не чувствовал её рядом. Но наша связь гудела, подсказывая, что она близко. Из-за веса Джейкоба я падал быстро. Я изо всех сил старался удержать его, зная, что иначе он пойдет камнем на дно озера.
Показался отблеск воды, и прямо перед тем, как погрузиться, я прошептал заклинание иллюминации, отправив луч света парить над ледяной гладью за миг до того, как она поглотила меня. Инерция и вес Джейкоба сильно и быстро толкнули меня вглубь, но мне удалось выровняться и рвануть вверх.
Когда моя голова показалась над поверхностью, я с облегчением увидел свой магический свет сверху и голову Грейс, покачивающуюся в пяти футах от меня.
— Ты в порядке? — Я усиленно работал ногами, чтобы держаться на плаву.
Она кивнула и подплыла ближе.
— Я в норме, но, кажется, здесь в воде кто-то есть. — Её голос слегка дрожал, глаза метались по сторонам. — Что-то двигалось вон там.
Я проследил за её жестом и заметил вспышку чешуи.
— Не беспокойся о них. Пока наши намерения чисты, и мы не желаем зла благословенным существам здесь, они нас не тронут.
Змееподобным стражам в прошлый раз приглянулась Джесса, потому что она была парой дочери королевы драконов. У нас с Грейс не должно быть такого влияния на них, так что, надеюсь, они останутся в стороне и не напугают её до смерти. Тяжело осознавать, что в темноте вокруг тебя плавают монстры.
Она быстро взяла себя в руки и успокоилась. Я призвал энергию и создал небольшое водяное ложе под Джейкобом — он был слишком тяжелым, чтобы я мог плыть с ним на руках, — а затем протянул руку и взял Грейс за ладонь.
— Пойдем, нужно выбираться из воды, пока у меня яйца не отмерзли.
Я сказал то же самое в прошлый раз. Если это вообще возможно, сегодня вода казалась еще ледянее.
Грейс закатила глаза.
— Твои яйца в порядке. Почему мужчины проводят столько времени, беспокоясь о своем «хозяйстве»?
Я рассмеялся.
— Похоже, тебе нужно провести исследование в этой области… уделить время знакомству с моим «хозяйством», чтобы ты могла сама ответить на свой вопрос.
Я ожидал, что она снова закатит глаза или, может, ударит меня — как сделала бы Джесса, — но вместо этого она закусила нижнюю губу, а её расширенные глаза стали еще темнее.
Черт возьми. Ей повезло, что мы в воде в окружении лох-несских чудовищ...
— Ты чертовски красивая. — Слова просто сорвались с губ. Сейчас было не время выпускать наружу свои нежные чувства, но видеть её такой: волосы мокрые и темные, рассыпавшиеся по плечам, веснушки на носу, глаза, полные жажды — её обычно изысканный и безупречный облик стал диким и необузданным. Мне это нравилось. Очень.
Она всё еще смотрела на меня, её губы блестели и были приоткрыты. Тяжело вздохнув, я сосредоточился на пристани, увлекая её за собой. Вода плескалась за спиной, пока мы плыли, но я не оглядывался. Джейкоб оставался рядом; мое сердце всё еще сжималось каждый раз, когда я смотрел на него. Лучше бы нашелся способ исправить это, иначе кто-то умрет.
Небольшой прилив облегчения накрыл меня, когда в магическом свете показались доки. Между кромкой воды и настилом было около шести футов, так что сначала я подсадил Грейс, а затем повернулся к Джейкобу. Я пытался экономить энергию на случай атаки, но у меня не было выбора, кроме как использовать заклинание левитации.
Грейс наклонилась, пока я шептал инкантацию, добавляя свою энергию к моей; Джейкоб взлетел без проблем. Вскоре последовал и я, используя мощные толчки ногами… и капельку магии. В отличие от Луи — чертов выпендрежник — я не умел просто взлетать на такую высоту.
Мы высушили одежду магией, после чего я снова закинул Джейкоба на плечо и повел нас прочь. Когда небо начало светлеть, я погасил свой свет. Джейкоб казался всё тяжелее, но я нес его без жалоб. Он сделал бы то же самое для меня.
— Слушай, я так и не извинилась за то, что обрезала тебе волосы, но… я была неправа. Прости.
Извинение Грейс застало меня врасплох.
— Тебе не за что извиняться. Это я вел себя как придурок. Ты просто разговаривала с Кревом. Я это знал. В конце концов, он - часть твоего ковена. Я перегнул палку.
Она хмыкнула.
— Ну, ты мог бы выразиться помягче, а не «Держись подальше от всех мужиков, Грейс. Это просто ходячие члены, которым от тебя нужно только одно». — Она драматично понизила голос, передразнивая мое необдуманное предупреждение.
Я невольно провел свободной рукой по волосам; сейчас они были едва ли три дюйма длиной, а по бокам еще короче. Мне даже нравилось. Так было гораздо проще.
— Я сходил с ума, видя, какая ты с ним открытая и дружелюбная. Я был ревнивым ослом и заслужил то, что получил.
Она замолчала, склонив голову набок и изучая меня.
— Мы оба вели себя как ослы. И сейчас всё это кажется таким глупым.
Мы вошли в густой лес, наша связь мощно вибрировала между нами. Мне нравилось, что мы залечивали старые раны и были честны друг с другом. Это были важные шаги для закрепления связи. Я знал по обоим своим братьям, что ни одна из связей истинных пар не давалась легко и без своей цены. Меня это устраивало, пока я знал, что в итоге мы с Грейс придем к цели.
Грейс отвлеклась на прекрасный мир вокруг. Мы оба любили природу, и в здешней растительности была какая-то дикость, непохожая на земную — будто ею никто не правил, но при этом она оставалась элегантной и ухоженной. Розы и живые изгороди переплетались, создавая сад, достойный королевских особ, коими местные обитатели, по сути, и являлись.
Мы миновали внутренний двор и подошли к величественному замку.
— Что это за место? — наконец выдохнула Грейс, её голос был легким и звонким, как колокольчик.
— Это Земля Богов, — ответил я.
Мы переступили порог, выходя на дикие, бескрайние просторы. Как только в поле зрения появилось темно-синее небо, тяжелая вуаль энергии окутала мое тело, и в груди что-то хрустнуло. Джейкоб соскользнул с моего плеча, рухнув с глухим стуком, и я сам повалился на землю, больно ударившись коленями о траву. В груди вспыхнул пожар, я закинул голову и взревел.
— Тайсон! — отчаянно закричала Грейс, и я начал бороться с тем, что пленило меня.
Не сопротивляйся зверю.
Требование в моей голове было четким, каждое слово отдавалось энергией миллиона голосов. Это была не Грейс. Еще один хриплый крик вырвался из моих губ, когда моя грудная клетка, а за ней и каждое ребро, начали дробиться. Боль продолжала расходиться волнами, конечности ломались и меняли форму, зрение и мысли сдвигались, пока я переставал быть Тайсоном Компассом.
И всё же каким-то образом я им оставался.
Связанный с драконом.
Это было похоже на молитву, произнесенную прерывистым шепотом. Она заполнила мой разум, и всё во мне изменилось. Это был метаморфоз.
Иди ко мне, дитя.
Дитя? Зверю не понравилось это слово, но он не стал спорить. По сравнению с древним тембром этого голоса, мы оба чувствовали себя новорожденными, впервые выходящими в мир.
Наше тело двинулось вперед, я приоткрыл глаза, следуя за голосом. Что за адское пламя? Мир больше не был таким, каким я его помнил. Тысячи цветов рассыпались перед глазами: в небе я видел сотни оттенков синего вместо одного-единственного цвета, который был там до сдвига.
Словно я прозрел после долгих лет слепоты.
— Тайсон? — Маленький голос звучал тревожно. Я чуял страх и беспокойство, исходящие от неё.
Я повел длинной шеей, и когда Грейс попала в поле зрения, всё снова начало обретать смысл. Часть сверхъестественной сути перетекла обратно в дракона, и я смог вернуть себе частицы самосознания. Дракон. Я превратился в дракона. Ноги были немного неустойчивыми, пока я делал первые пробные шаги, стараясь не грохнуться. Ходить на четырех лапах и быть так высоко от земли — это было непривычно. Крылья за спиной постоянно напрягались, сбивая равновесие, но я был полон решимости добраться до своей пары.
Она не сдвинулась с места, сияя миллионами искрящихся огоньков. Я не понимал, что это за огни. Казалось, будто Грейс сама была алмазом, чьи грани сверкали на весь мир.
Я опустил длинную морду к её лицу, и единственным проявлением её страха было легкое вздрагивание и её запах. Я не причиню тебе вреда. Я попытался направить эти слова прямо ей в голову, и она вздрогнула от неожиданности.
— Я слышу тебя! — воскликнула она, в её глазах вспыхнул свет, прогоняя страх. — Ты такой красивый, Тай.
Я наклонил голову набок, и она поспешно добавила:
— Красивый и смертоносный. Твой дракон просто… невероятен.
Инстинкт наполнил меня желанием лететь, охотиться и сражаться. Прежде чем я успел остановиться, мои крылья широко распахнулись и мощно заработали. Я оторвался от земли, часть меня всё еще соображала, чтобы не задеть Грейс, проносясь мимо. Как только я оказался в глубокой синеве неба, чистая радость переполнила меня, и я потерял всякое ощущение своей сверхъестественной стороны. Я был зверем. Наконец-то свободен.
Я не знал, как долго парил в небесах, но в конце концов вспомнил, зачем я здесь и что оставил Грейс и Джейкоба в неведомой стране. Меня захлестнули решимость, тревога и гнев. Я никогда не должен был оставлять её. Как я мог позволить дракону так полностью завладеть мной?
Ты больше не потеряешь контроль. Это было лишь первое переплетение души дракона и мага. Я присматривала за Грейс и Джейкобом. Тебе не о чем беспокоиться.
Жозефина?
Да.
Я снова позволил дракону вести, и он точно знал, куда нас направить. Связь между мной и Грейс гудела в моей огромной груди, и скорость возросла.
Я иду к тебе, пара.
Я почувствовал прилив её тепла через связь и понял, что она меня услышала. Она и Джейкоб были на небольшой поляне у живописного ручья. Он журчал мимо того места, где сидела Грейс, опустив ноги в воду. Красная статуя Джейкоба была прислонена к дереву, а неподалеку, на открытом лугу, припал к земле массивный мерцающий золотой зверь. С моим драконьим зрением золото королевы было наполнено дюжиной или более цветов.
Мы легко приземлились и тут же склонили голову перед королевой.
Поднимись, пожалуйста. Вы — семья. Семья не кланяется мне.
Огромные золотые глаза встретились с моими, когда я поднял голову, и удовольствие запульсировало в груди. Тем не менее, часть меня была полностью сосредоточена на Грейс, я умудрялся смотреть на них обеих одновременно.
Обернись обратно. Мы сможем поговорить, когда ты снова будешь контролировать себя. Твой дракон слишком молод, чтобы справиться со своей потребностью в Грейс. Он не понимает брачную связь и те эмоции, что вы делите.
Обернуться. Точно. Это должно быть легко. Боль от превращения была еще жива в памяти, но мне было плевать. Мне нужно было вернуть свой облик. Закинув голову, я взревел, разжигая угли в груди. Жар становился невыносимым. Прежде чем я понял, что происходит, этот огонь поднялся к горлу, и пламя вырвалось из моей пасти.
Это настолько напугало моего дракона, что он ослабил хватку, и я затянул его энергию глубоко внутрь себя. Мне потребовалось несколько попыток, чтобы вернуться в человеческую форму, но в итоге я оказался на четвереньках, голый, глубоко глотая воздух, будто пробежал тысячечасовой марафон. Когда я пошатнулся, пытаясь встать, маленькие ладони скользнули по моей груди, и руки Грейс крепко обхватили меня.
Она ничего не говорила, просто уткнулась в меня, не заботясь о моей наготе. Маги обычно более щепетильны в вопросах наготы, особенно по сравнению с оборотнями. Но я всегда относился к этому спокойно, скорее как Луи, чем как остальные представители моей расы.
Может, в Грейс тоже есть немного от оборотня.
— Как думаешь, мы можем попросить золотого дракона исчезнуть? — прошептала она мне в грудь, поднимая лицо к моему. Её щеки были нежно-розовыми, зрачки расширены, когда она сжала мои бицепсы. Я усмехнулся и глубоко поцеловал её в губы, наши языки на миг сплелись.
Мне нужно было немедленно одеться, иначе ситуация грозила выйти из-под контроля. Выругавшись, я призвал энергию, создавая одежду. К счастью, магическая одежда сама облегает части тела, потому что это был единственный способ засунуть мой каменный стояк в штаны, не сломав его. Я не прикасался к другим женщинам с тех пор, как Грейс снова появилась в моем мире. Она была единственной для меня. И хотя я был не против подождать, после первого превращения в дракона и того, как она только что прижалась ко мне, мой самоконтроль пошел прахом.
Собрав в кулак остатки железной воли, я сумел взять себя в руки, и мы с Грейс подошли к Жозефине.
— Грейс, ты помнишь связанную с Джессой… Жозефину… королеву драконов.
Грейс склонила голову, одарив её милой улыбкой.
— Для меня честь познакомиться с вами официально.
Честь для меня, — её голос эхом отозвался в моей голове и, несомненно, в голове Грейс тоже. — Как моя связанная? Как малыши?
Я улыбнулся теплоте, звучавшей в её голосе.
— С Джессой всё отлично. Она очень скучает по тебе и надеется привезти малышей в гости, когда они подрастут.
Золотой дракон издала звук, похожий на мурлыканье.
Я бы очень этого хотела, но Волшебная страна сейчас не самое безопасное место для посещений. Демоны проникают в эти земли, заключая союзы с тенями. Нам предстоит война, и я не хочу, чтобы молодые пострадали.
— Тени пробудились? — Я не забыл предупреждение Луи из прошлого раза: в интересах каждого было, чтобы они никогда не проснулись.
Жозефина кивнула массивной головой.
Да. По крайней мере, одна скрывается в Волшебной стране. Именно из-за теней истинные фейри и полуфейри бежали отсюда. Поскольку одна из них остается на свободе, они не вернулись.
— Значит, эта тень свободна уже долгое время? — Прошло много-много лет с тех пор, как фейри бежали. — А значит, новая угроза возникла потому, что кто-то освобождает остальные тени.
— Мы должны их остановить! — Грейс была полна решимости.
Да, мы не должны позволить им выйти на свободу. Если все они будут выпущены, Волшебную страну поглотит тьма. Она ненадолго замолчала, переводя взгляд на Грейс. — Я рада, что ты добралась сюда. Ты — один из ключей к темнице теней, Грейс… Её имя в голосе королевы прозвучало как перезвон ветра. — У тебя есть предназначение, которое было скрыто от тебя. Земля Сверкающих Дворов защищала Волшебную страну больше лет, чем помнит история. Они были прокляты, и теперь пришло время вернуть их… пока тени не достигли своих целей.
Грейс запнулась, отвечая:
— Земля Сверкающих Дворов? Вы имеете в виду те четыре драгоценных луга, откуда мы только что пришли?
Жозефина кивнула.
Да, когда-то это были четыре сильнейшие земли в Волшебной стране, каждая из которых была благословлена связью с драгоценным камнем, который они использовали для удержания теней. Я не знаю, что произошло, но… были произнесены заклинания, и принцесс спрятали. Магия, поддерживавшая клетку, ослабла, позволив теням набраться сил.
— Значит, эти драгоценные луга, или их народ, удерживали теней в заточении? — Я пытался сложить воедино загадочное откровение дракона.
Да, тени заперты в самом центре Волшебной страны. Это клетка, охраняемая драгоценными дворами. Какое бы заклятие ни было наложено, оно обратило камни против их сородичей и держит их в ловушке. С каждым днем, пока луга находятся под чарами, клетка, удерживающая теней, слабеет. У нас мало времени.
— Какое отношение к этому имеют демоны? Они работают вместе с тенями? — Демоны никогда не выходили у меня из головы.
Да, они заодно. Демоны хотят открыть проход из своего мира. Они хлынут в Волшебную страну, а отсюда… ну…
— Они отправятся на Землю, — закончил я за неё.
— Так что же нам делать? — Голос Грейс снова зазвучал твердо. — Как нам разрушить это заклятие? Освободить тех, кто в ловушке, чтобы они помешали теням сбежать?
Ты уже знаешь ответ на этот вопрос, принцесса Грейслин из Алмазных Лугов. Тебе просто нужно заглянуть внутрь себя. Найди остальных трех принцесс, и ответ станет ясен.
Грейс ахнула, на её лице отразились замешательство, недоверие и еще миллион сложных эмоций. Я тоже переваривал услышанное, но не был… удивлен. Грейс была особенной. Она так ярко сияла, что этого невозможно было не заметить — разве что если ты идиот-четырнадцатилетка. Но я больше не был слеп. Мой дракон видел алмазы, проступающие на её коже, и Жозефина это подтвердила.
Грейс продолжала хлопать глазами, приоткрыв рот, поэтому я вернул внимание к золотому дракону.
— Почему бы вам просто не сказать нам точно, что нужно сделать, чтобы освободить эти земли?
Я знаю немногое. Кое-что скрыто от меня. Было скрыто от моей матери. Но есть одна вещь, которой я могу помочь вам…
Она подошла к Джейкобу, опустив длинную морду к его рубиновой груди. Вспышка золотого света, последовавшая за этим, была ослепительной. Я только успел сделать пару шагов вперед, как рубины замерцали и растаяли на моем брате. В следующее мгновение я был рядом с ним, обхватив его за плечо, чтобы он не упал. Грейс подбежала к нам и крепко обняла его.
Я повернулся к королеве.
— Вы можете сделать это с остальными, кто попал в ловушку?
Она покачала главой.
У меня нет сил освободить их всех. Мне жаль.
Я ожидал такого ответа, но всё равно было досадно.
— Спасибо за Джейкоба, — сказал я с уважительным кивком, возвращаясь к брату.
Он уже стоял самостоятельно, оглядываясь по сторонам затуманенным взглядом.
— Что, черт возьми, произошло? — Его голос был хриплым, он выглядел сбитым с толку, его зеленые глаза остекленели.
— Ты попал под рубиновое заклятие. Как ты себя чувствуешь?
Он еще пару раз моргнул, фокусируясь на мне.
— Ничего не помню. Просто чувствую себя немного потерянным.
Прежде чем я успел сказать что-то еще, через нас троих прошла волна энергии. Нас с Грейс отбросило назад. Джейкоб издал громоподобный рев, рухнув на колени. На этот раз мне довелось наблюдать за превращением в дракона со стороны. Энергия мерцала вдоль тела Джейкоба, которое росло и менялось, на руках и ногах проступала чешуя.
Он был ярко-зеленым, переходящим в оливковый к когтистым лапам. Золотые сферы глаз моргнули мне перед тем, как он взмыл в воздух и улетел.
Я повернулся к Жозефине, которая всё еще ждала рядом.
— Как это возможно? Быть драконьей парой? У нас уже есть сверхъестественная раса, и это должно было проявиться при рождении. Мы теперь двойные существа, как была Джесса?
Вы четверо — нечто за пределами всех прежних знаний. Души драконов ждут сильнейших для связи, и нет никого более способного справиться с этой связью, чем вы, Четверняшки. Один обрел связь при рождении, остальные трое — когда придет время.
Очередная загадочная чушь, но… я приму это.
Я не могу в это поверить. Тайсон и так был за пределами моих мечтаний, а теперь он еще и гребаный дракон.
Слова были немного нечеткими, но они исходили от Грейс. С радостным возгласом я подхватил её на руки.
— Я слышал тебя, — сказал я, поднимая её над землей, чтобы видеть её лицо. — И серьезно, Алмазная Принцесса, похоже, это ты у нас «за пределами мечты».
Она сморщила нос, и я понял, что она не до конца верит в то, что она — эта Грейслин. Я прижался к её губам один раз, а затем еще раз для долгого поцелуя.
— На самом деле это не имеет значения, маленькая ведьма. Возврата нет. Я выбрал тебя задолго до того, как между нами вспыхнула связь истинных пар. Я выбирал тебя. Не. Смиряясь. Ни. С. Чем.
Ярость последних слов удивила даже меня самого.
Впервые с тех пор, как я нашел её на ферме, её лицо дрогнуло. Агония вырвалась из того ящика, в котором она была заперта, печаль ударила по нашей связи. Когда слезы покатились по её щекам, я крепко обнял её.
— Всё нормально, отпусти это. Я не дам тебе упасть. Я никогда не дам тебе упасть, малышка.
Всхлип сорвался с её плотно сжатых губ, за ним еще один и еще. Затем, словно прорвало плотину, она прижалась ко мне, заходясь в рыданиях. Я крепко держал её, пока она выплакивала свою боль и обиды… свои страхи и неуверенность. Теперь, когда наша связь стала еще крепче, я чувствовал эти эмоции очень остро. Я видел те щупальца тьмы, впивающиеся в её ауру. Она говорила о них со страхом, и мне было неприятно обнаружить, что они так глубоко укоренились внутри неё. Стали настоящей частью её энергии.
Однако, когда её рыдания начали затихать, часть теней исчезла. Я подумал, что этот выплеск помог. Если всё будет по-моему, это только начало. Она снова будет жить в свете. Я об этом позабочусь.

Глава 10

ГРЕЙС КАРТЕР

Мне хотелось кричать, чтобы облегчить давящую тяжесть скорби в груди, орать так долго и громко, как только возможно, бить и пинать всё вокруг. Поскольку единственным объектом в ближайшем радиусе был Тайсон, я решила не выплескивать агрессию. Я просто рыдала горячими, солеными слезами, цепляясь за него, как за последний якорь в этом мире.
В тот момент я осознала, что доверяю ему полностью. Он никогда не использует мою слабость против меня. Для меня это значило невероятно много.
— На это нужно время, — шептал он, прижимаясь ко мне и предлагая утешение. — Не пытайся пережить всё это за один день. Ты на свободе всего… сколько, двадцать четыре часа? Можешь приходить в себя столько, сколько потребуется.
Я вытерла глаза о его мягкую рубашку, просто дыша и позволяя его присутствию успокоить меня. Мы прорвались сквозь последний барьер нашей связи; теперь в моем сознании постоянно ощущалось его присутствие. Это было странно, но мне нравилось. Я знала, что могу «задвинуть» этот уголок сознания, если захочу уединения, но… мне было приятно чувствовать его рядом.
— Как я могу быть принцессой фейри? — Я отстранилась ровно настолько, чтобы видеть его лицо. — Я родилась на Земле. Меня не прятали. У меня были родители и чокнутая бабка, и я ведьма-целительница. Если бы я была фейри, наверняка были бы какие-то признаки.
Его руки сжались сильнее, притягивая меня обратно.
— Может быть, как и у Джессы, часть фейри в тебе была заблокирована. Я не знаю, как у тебя могла быть семья и при этом сохраниться магические способности, но… твоя бабка что-то отперла в тебе тем клинком. Ты открыла портал сюда. Мы должны как минимум изучить возможность того, что ты больше, чем просто ведьма.
Хотя я была согласна с его логикой, мой мозг всё равно отказывался воспринимать это… я — принцесса фейри? Это не имело никакого смысла. Конечно, я чувствовала себя немного иначе с тех пор, как побывала в плену у бабки, но… фейри… королевская кровь? Нет уж.
Я перевела взгляд туда, где спокойно ждала золотая дракон. Увидев этого огромного зверя, я вспомнила, что Джейкоб всё еще где-то в небе. Скоро он вернется, как вернулся Тайсон, когда его медово-золотистому дракону надоест новообретенная свобода. Я поймала себя на том, что пристально разглядываю Тайсона, пытаясь понять, изменился ли он. Те же взъерошенные волосы, широкие плечи, избыточный рост, но теперь в нем чувствовалась опасность — что-то похожее на то, что исходило от Брекстона. Дикий огонь в этих темнеющих глазах.
Он потянулся ко мне, медленно привлекая к себе, а затем запечатлел твердый поцелуй на моих губах. Энергия пронзила мое тело. Сердце колотилось как сумасшедшее, но всё остальное внутри меня двигалось в ритме медленного, глубокого жара. Это было сбивающе с толку. И идеально. Мучительно дразняще. Каждый поцелуй заставлял меня желать большего.
Я замерла, услышав крик. Тайсон с недовольным ворчанием отстранился и мгновенно перешел к действиям. Он подхватил меня и поставил себе за спину, принимая защитную позу и закрывая меня собой. Крик показался мне смутно знакомым, и я пыталась сообразить, кого он мне напоминает, выглядывая из-за плеча своего пары. Он продолжал оттеснять меня назад, увеличивая дистанцию между нами и тем, кто приближался.
Жозефина поднялась на ноги, её массивное тело двигалось бесшумно. Тайсон взглянул на неё, вглядываясь несколько долгих мгновений. Между ними что-то произошло, и он расслабился, опуская руки. На этот раз, когда я попыталась выглянуть, он позволил мне это. Вспышка иссиня-черных волос попалась мне на глаза, и я точно поняла, кто кричал.
Джесса была в десятке футов от нас, когда принялась отчитывать своего соплеменника.
— Тайсон Компасс, у тебя должно быть чертовски хорошее оправдание тому, почему ты исчез, не сказав ни слова! У меня руки чешутся отрезать твои яйца и засунуть их в банку на полку!
О нет, дорогая, сначала тебе придется пройти через меня. Яйца Тайсона — мои.
Его забавный взгляд встретился с моим, и я вспомнила, что теперь он слышит мои мысли.
Ты можешь подержать мои яй…
Я шлепнула его по руке, прерывая его остроумный ответ. Жозефина прошла мимо нас, из её груди исходило вибрирующее довольство. Но Джесса видела только Тайсона. Она выглядела разъяренной, пока вышагивала к нам, обмотанная белым муслином на груди — она несла ребенка.
Я поймала себя на том, что засматриваюсь на этот крошечный бугорок дольше, чем следовало. Я всегда любила детей, их невинность и безусловную любовь, но не была уверена, что хочу своих. Это убеждение только окрепло после дней, проведенных с Тревором и бабкой. Мир был мрачным местом, и я не была уверена, что хочу приводить в него новых невинных существ.
Тайсон продолжал выглядеть развеселенным. Его глаза искрились, пока он смотрел на подругу по стае, которая топала к нам.
— Ненавижу тебя, Тай! И Джейкоба тоже! — прорычала она. — Я с ума сходила от беспокойства. Думала, вы оба мертвы. Я уже еду для ваших поминок выбрала!
Любовь Джессы к еде была легендарной. Несомненно, она выбирала меню для их похорон с большой тщательностью и заботой. Тайсон содрогался от беззвучного смеха, осторожно заключая её в объятия, стараясь не потревожить ребенка.
— Неужели кто-то из моих идиотов-братьев не знал, что мы живы?
— Она нам не верила! — крикнул Максимус в нескольких ярдах от нас. Миша была у него на руках; у неё на груди тоже висел сверток с ребенком.
Так много новых младенцев в их стае. Снова волна противоречивых эмоций накрыла меня, и снова я отказалась о них думать. Вдалеке появился еще один мужчина — гигантский, пугающий, потрясающе красивый оборотень-дракон. Он шел не спеша, с непринужденной легкостью. У него на груди тоже был сверток — Брекстон нес второго из их близнецов.
Когда Брекстон подошел ближе, Максимус поравнялся с ним. Миша метнулась вперед, бросаясь к Тайсону. Он сменил позу, высвободив одну руку из объятий Джессы, чтобы обнять её сестру.
— Я так рада, что вы в порядке. — Голос Миши дрожал, на глазах блестели слезы. Максимус издал негромкий рык, его рука легла на плечо пары, притягивая её обратно к себе.
— Я тоже рад, хотя и хочу надрать тебе зад за то, что заставил девочек волноваться, — проворчал вампир.
Миша покачала головой.
— Ты волновался не меньше моего, большой ты лжец.
Я бросила гневный взгляд на Тайсона. Я знала, что он и Джейкоб врали мне раньше, говоря, что никто не будет о них беспокоиться. Я повернулась к его семье.
— Мне так жаль. Всё это — моя вина. Там был портал, моя мама пропала, и… мы не осознавали, что окажемся в Волшебной стране. А потом застряли.
Я замолчала, чувствуя на себе взгляды. Меня окружали одни из самых могущественных и влиятельных сверхъестественных существ в моем мире, но, в отличие от прошлых разов, я не чувствовала неловкости. Я перестала беспокоиться о том, достаточно ли я хороша. Не то чтобы мне было плевать на них. Нет. Просто если они не захотят принимать меня в стаю такой, какая я есть, я не собиралась меняться.
— Грейс? — В голосе Джессы прозвучала нотка недоверия, когда она отстранилась от Тайсона и сделала шаг в сторону, чтобы встать передо мной. — Что с тобой случилось? Ты выглядишь…
— Как дерьмо, — закончила я за неё, зная, что почти не уделяла внимания своей внешности с момента пленения. Я залатала несколько дыр на одежде, но больше ничего не делала.
Джесса покачала головой, её великолепные волосы развевались на легком ветерке.
— Нет, я хотела сказать, что ты выглядишь… иначе. Потрясающе иначе. Сильной и уверенной. Я никогда не видела в тебе столько дикой свободы. — Её улыбка осветила лицо, и она из просто «красивого супа» превратилась в нечто абсолютно захватывающее. Джесса и Миша были ослепительны, это неоспоримо; у них были лица в форме сердечка, высокие скулы, полные губы — за такие лица женщины по всему миру платят огромные деньги. Но, хотя я всегда завидовала Джессе, меня волновало не её лицо. Меня волновало её место в стае — любовь, сила и защита, которыми она была окружена в любое время.
— Теперь это есть и у тебя, — сказал Тайсон, поймав мою мысль. Затем он повернулся к семье. — Грейс держали в плену, её семья её пытала. Мне пришлось стать колдуном, чтобы спасти её, и когда я это сделал, сработала наша связь истинной пары.
Максимус и Брекстон хлопнули брата по плечу, отчего тот пошатнулся. Джесса и Миша снова обняли его, а затем все четверо обняли меня.
Включая Брекстона, что было самым шокирующим.
— Добро пожаловать в нашу семью, — сказал он, отстраняясь. В этот момент мое сердце готово было разорваться от полноты чувств. Крошечный писк прервал момент, и Брекстон мгновенно перешел в режим «защитного папочки».
Пока он разматывал сверток с дочерью, Джесса подошла к Жозефине, и они долго обнимались. Она обхватила руками её чешуйчатую голову и шею, и мне показалось, что золотые глаза дракона заблестели. Когда они наконец отстранились, сына Джессы тоже вытащили из слинга; у него была целая копна бело-блондинистых волос. Что было… неожиданно. Оба близнеца были шокирующе светловолосыми по сравнению со своими очень темноволосыми родителями.
У дочери Миши и Максимуса были темные кудри.
— Ребята, у вас получились просто великолепные дети, — сказала я, и сердце сжалось, когда Тайсон взял Лили из рук Миши.
— Привет, красавица, ты совсем выросла с нашей последней встречи, — ворковал он с малышкой, прежде чем повернуться ко мне. — Это Лили. — Он протянул её мне, и огромные сине-зеленые глаза моргнули, глядя на меня.
Я обнаружила, что протягиваю руки, чтобы взять у него крохотного ребенка.
— Сколько ей? — спросила я, не сводя глаз с её личика.
Не уверена, что когда-либо видела настолько совершенного ребенка. Ну, за исключением её кузенов-близнецов. Эти трое малышей когда-нибудь будут разбивать сердца, а их грозные папаши — разбивать лица. И я всё это увижу. Я буду их семьей.
— Ей… думаю, скоро два месяца. — Он повернулся к Мише, и та подтвердила кивком.
Я тяжело сглотнула, и как раз когда собиралась вернуть Лили, её маленькая ручка поднялась и легла мне на щеку. От этого мягкого прикосновения у меня вырвался всхлип, и я начала бороться со жжением в горле и глазах. Я и так выплакала сегодня слишком много слез; пора снова взять себя в руки. У нас много дел.
Тайсон внимательно наблюдал за мной, его глаза потемнели, в них проглядывали золотые нити. Я не могла точно определить его эмоции, но какими бы они ни были, происходящее сильно его затронуло. Я была благодарна, когда звук хлопающих крыльев отвлек всех. В небе появился зеленый дракон, скользя по воздушным потокам, и в конце концов тяжело приземлился неподалеку.
Брекстон передал дочь Максимусу и шагнул вперед, загораживая нас. Я чувствовала вибрацию в его груди даже с пяти футов. Он готовился обернуться и защитить нас, если потребуется. Тайсон протянул руку и положил её на плечо брата. Смелый человек. Я бы не рискнула тронуть оборотня-дракона в процессе трансформации.
— Всё в порядке, Брекс. Он нас не тронет.
Брекстон повернул голову к брату, и в тот же миг произошла вспышка энергии, золотистый свет, и перед нами предстал обнаженный Джейкоб. В воцарившейся тишине половина присутствующих на поляне смотрела на него с широко открытыми глазами и отвисшими челюстями. Наконец Джесса перевела взгляд на Жозефину, своего связанного дракона.
— Вам всем придется кое-что объяснить. И ничего не утаивать.
Потребовалось много времени, больше часа, чтобы вся история была рассказана. Я была благодарна Жозефине за то, что она создала еду и напитки для всех, позволив мне немного восстановить силы. Еда в Волшебной стране превосходила все ожидания. Я могла бы стать зависимой от этого взрыва вкуса в каждом кусочке.
Тайсон рассказывал нашу историю: про драгоценный мир, наш путь сюда, про то, как парни теперь связаны с драконами… про тени и демонов, которые стали проблемой, и про то, что нам нужно с ними разобраться.
Все пристально посмотрели на меня, когда Жозефина сказала, что я — алмазная принцесса, но никто не усмехнулся и не выказал удивления. Казалось, я была единственной, кто не мог до конца это осознать. Джесса просто сказала: «Теперь ты в стае Компассов, ты — истинная пара. Это логично».
Я не знала, что на это ответить, поэтому просто сосредоточилась на трех младенцах, которые ползали на животиках по мягкому покрывалу, также наколдованному Жозефиной. Драконья магия оказывалась лучшим видом магии.
Джесса повернулась к своему дракону:
— Если Грейс — скрытая принцесса фейри, то… для этого должна быть причина. То, что она теперь «раскрыта», кажется… неправильным. Что это значит для её пребывания здесь? Что произойдет?
Ничего не произойдет, пока все четыре принцессы не объединятся. Но ты права в одном: заклятие, которое хранило и скрывало их, начало разрушаться. Это началось, когда Грейс достигла совершеннолетия, и продолжилось после того, как она открыла портал. Чем больше проявляется их энергия, тем легче тем, кто их ищет, будет их найти. Этого нельзя допустить. Обладая кровью четырех земель, они могут открыть темницу. Вы должны освободить Драгоценные Луга прежде, чем тюрьма ослабнет еще сильнее.
И для этого потребуются все четыре принцессы, если верить её словам. На лицах у всех отразились тревога и решимость. Брекстон стоял со своим обычным молчаливым и пугающим видом. Максимус приобнял Мишу, притягивая её ближе. Глаза Тайсона пылали золотом, кулаки были сжаты, пока он молча наблюдал за мной. Мы сидели в нескольких футах друг от друга, но было ясно, что я — его единственная цель.
— Если мы будем исходить из теории, что я… принцесса. — Определенно, теории. — То нам нужно найти остальных трех прежде, чем это сделает тот, кто на них охотится. Как нам это сделать?
Вам понадобится мощное заклинание. Я бы посоветовала использовать кровь Грейс, чтобы оно было точнее. Это даст вам небольшое преимущество перед следопытами, которые охотятся за вами.
— Какое заклинание?
Я знала несколько базовых поисковых заклинаний, но ничего похожего на то, что описывала Жозефина. Найти трех существ, скрытых магией, будет непросто.
Вам нужно найти «Ле Татана», первозданную книгу магии, — сказала Жозефина, и я услышала гул голосов вокруг. — Она находится в тюрьме. Той, что посреди Антарктиды.
Ну конечно. Антарктическая тюрьма была самым опасным местом в мире, не только из-за преступников, но и из-за магических артефактов, погребенных глубоко под снегом и льдом. Холод помогал приглушать часть энергии, а отсутствие поблизости людей или супов минимизировало ущерб в случае магического резонанса.
Джесса повернулась к Брекстону:
— Насколько сложно тебе будет организовать доступ в эту тюрьму? Пожалуйста, только не говори мне, что нам снова придется туда вламываться.
Миша тяжело вздохнула.
— Было бы очень мило на этот раз обойтись без тайных проникновений.
— В прошлую тюрьму мы не прокрадывались, — напомнил ей Максимус.
— И это был такой «приятный и расслабляющий» опыт, — огрызнулась она. — Я голосую за расслабление снова.
Брекстон издал звук, похожий на ворчание дракона, и все замолчали.
— Совет Антарктической тюрьмы — не самые большие наши фанаты. Они считают нас слишком молодыми для управления американским филиалом. Там заседают сильнейшие старейшины и вожди, те, кто был членами советов в других странах и накопил достаточно власти и мудрости, чтобы справляться с этой конкретной тюрьмой.
Максимус вставил:
— Так что это будет непростая сделка, но мы сделаем всё возможное, чтобы войти туда легально. Если мы объясним, с чем столкнулись, надеюсь, они позволят нам найти это заклинание.
Держитесь вместе, — голос Жозефины снова прозвучал в наших головах. — Вашу стаю нельзя разделять. Разделенные — падете. Вместе — взлетите.
Миша издала расстроенный звук.
— Мы не можем брать детей в такой опасный мир. Кто-то из нас должен остаться.
Наши взгляды обратились к трем малышам, которые продолжали гулить и играть. Они были удивительно спокойны, и я гадала, не приложила ли к этому руку королева драконов.
Если вы оставите их здесь со мной, я защищу их до вашего возвращения.
Я почувствовала тревогу четырех родителей. Им эта идея не понравилась, и я их не винила.
— Их нужно кормить, — выдавила Миша дрожащим голосом. — У меня с собой нет молока для Лили.
Джесса кивнула.
— У меня тоже. И даже если мы найдем заклинание немедленно, время между двумя мирами движется странно. Невозможно знать, как долго нас не будет.
Жозефина выпрямилась во весь рост, возвышаясь над нами.
Существует магия стазиса, которую я могу использовать. Она создаст вокруг них купол и остановит время. Это древняя и сложная магия, но вы находитесь в землях Золотых. Первозданная магия. Я смогу это сделать — синхронизировать время в их куполе с земным временем.
Мы все придвинулись ближе друг к другу, и впервые в жизни я почувствовала узы стаи между этими существами. Я чувствовала их и была их частью.
— Я не хочу их оставлять, — твердо сказала Джесса, глядя на детей. — Хотя я доверяю Жозефине как себе, я всё же считаю, что мы должны держать их при себе. Мы — лучшая защита для них.
Брекстон, Максимус и Миша заметно расслабились. Мне тоже стало легче от этого решения. Джесса всегда была лидером, по крайней мере в их стае. У Брекстона было больше власти, но у Джессы была вся власть над ним, так что последнее слово оставалось за ней.
Брекстон поддержал свою пару.
— Я согласен. Без них мы все будем отвлекаться. И я согласен с Жозефиной: вместе мы сильнее, а наши дети — часть стаи, так что… мы держимся вместе.
Я услышала довольное ворчание золотого дракона. Она величественно кивнула головой в знак согласия.
Вам стоит поторопиться. Время уходит. Вам нужно заклинание. Вам нужно найти принцесс. Вам нужно освободить земли.
Джесса выпрямилась.
— Луи… ты не сказала мне, как спасти его. — Она повернулась к своему дракону. — Сейчас в Стратфорде работает колдунья, но её возможности на исходе. Пожалуйста, скажи, что ты что-то нашла?
Луи заперт между мирами, но он не оставил вас. Он борется. Если вы остановите тени и помешаете демонам открыть портал, вы найдете ответы на многие вопросы. Вы найдете его.
Наступила ошеломленная и тяжелая тишина, пока каждый из нас обдумывал эти серьезные слова. Тяжесть немного отступила, когда справа от нас появился золотой портал, и мы сосредоточились на том, что должны сделать. Детей пристегнули к родителям, и мы все вошли в портал. Уходя, я бросила последний взгляд на Жозефину.
Остерегайся теней, — прозвучал её голос у меня в голове. — Используй их. Не давай им использовать тебя.
Я была в сильном замешательстве, проходя сквозь вязкую магию и выходя в знакомый лес. Тайсон ничего не сказал, когда мы оказались в Стратфорде, прямо перед домом четверняшек. Это последнее сообщение, должно быть, предназначалось только мне. Хотела бы я знать, что оно означает. То темное присутствие в моем центре? Или нечто большее?
Меня отвлек голос Брекстона:
— Мы направляемся в ратушу. Нужно поговорить с советом Антарктики. — Он размотал Эви и, прежде чем я успела возразить, передал её мне в руки. — Пристегни её, тебе придется нести её, когда мы отправимся. Так я смогу сражаться и защищать стаю.
Я тяжело сглотнула, но протестовать не стала. Он был прав. Конечно, я умела драться — все супы умели, — но он был на голову выше меня по силе и способностям. Он мог превратиться в гребаного дракона. Было бы глупо лишать нас главной защиты из-за того, что ему нужно нести дочь.
Выражение лица Тайсона было нечитаемым, пока он смотрел, как я прижимаю крошечного ребенка к плечу. Я чувствовала себя немного неуютно; нежелательные эмоции давили на меня, но прежде чем стало совсем плохо, он нежно поцеловал меня в лоб.
— Береги себя, пара. Скоро увидимся.
Он развернулся и присоединился к братьям.
— Ждите нас в доме, возьмите оружие и теплую одежду, — скомандовал Джейкоб. — Мы скоро вернемся. — Никто не стал спорить.
Четверняшки сорвались с места, стремительно исчезая в стороне города; через секунду их уже не было видно. Я последовала за Мишей и Джессой на крыльцо и в дом. Как только мы зашли внутрь, обе девушки начали распутывать детей.
— Нам нужно покормить их и сменить подгузники, — объяснила Миша, пока я неловко стояла, прижимая Эви. — Чтобы они были спокойны во время поездки.
Я понятия не имела, как сохранить ребенку жизнь, так что поверила им на слово. Джесса опустилась на диван, прижимая Джека к груди. Он начал возиться у её соска, и она бросила на меня ироничный взгляд.
— Этот парень так же помешан на еде, как я, и так же помешан на сиськах, как Брекстон. Никто не предупреждал меня, сколько чертова времени я буду проводить с высунутыми сосками.
Я даже не пыталась скрыть ухмылку; она расплылась по моему лицу, ощущаясь чем-то непривычным и… приятным. Внутри меня жила тьма, но был и свет. И если я в чем-то и была уверена, так это в том, что лучший способ бороться с тьмой — это зажечь свет настолько яркий, чтобы он стер всё остальное. Предупреждение Жозефины осталось со мной, но мне стало легче. Быть частью этой стаи казалось шагом в правильном направлении.

Глава 11

ТАЙСОН КОМПАСС

— В какой момент мы собираемся обсудить тот факт, что трое из нас теперь оборотни-драконы? — вопрос Джейкоба не застал меня врасплох. То, что я теперь дракон, занимало каждую мою мысль, не занятую Грейс.
— Это невероятно и вызывает привыкание, — в моем тоне проскользнул трепет. — Эта мощь, эта тишина, когда паришь среди облаков…
— А меня бесит, что я теперь единственный, у кого нет дракона, — вставил Максимус.
— Не парься, Жозефина сказала, что мы все обернемся, когда придет время.
Он выглядел слегка успокоенным и кивнул мне.
Брекстон на удивление молчал об этом новом повороте. Не то чтобы у кого-то из нас было время с этим освоиться — на нас сыпалось одно откровение за другим. Но я ожидал, что он хоть что-то скажет. Без сомнения, он был полностью сосредоточен на текущей задаче: получить приглашение в «Йесте», Антарктическую тюрьму. Нам нужно было попасть туда, и быстро; судя по всему, у этих драгоценных принцесс заканчивалось время.
Я потянулся по нашей связи и нащупал Грейс. Она приводила себя в порядок в ванной, выглядела счастливой и спокойной, так что я оставил ей личное пространство. Мне не нравилось оставлять её в нашем доме — и не потому, что я сумасшедший одержимый ублюдок (ладно, отчасти так и есть), а в основном потому, что я только что вернул её после пыток, и на неё всё еще охотились. Если она снова исчезнет, я сойду с ума. Мои ипостаси колдуна и дракона вырвутся на свободу, и я понятия не имею, каким будет финал.
— Лидеры совета! — крикнул нам тролль, мимо которого мы промчались. Я мельком заметил его грубые, похожие на кору черты лица и понял, что это Джерак, лидер полуфейри.
Мы помахали в ответ, но останавливаться времени не было, и это его разозлит. Снова. Джерак просил о встрече последние несколько дней, надеясь спланировать следующее собрание, но наши графики никак не совпадали. Нам вечно не хватало этого чертова времени.
Как мы должны управлять сообществом супов, когда мы постоянно заняты спасением мира от уничтожения?
— Я никогда не хотел быть лидером совета, — прорычал я, борясь с приливом энергии в груди. Мало того что мне приходилось разбираться с колдовском, так теперь в этот коктейль добавился еще и дракон. У судьбы определенно дерьмовое чувство юмора.
— Я всегда был с тобой согласен, в какой-то мере, — заявил Максимус. — Но мне хотелось славы. — Он провел рукой по волосам, оставив их торчать ежиком. — Кто бы мог подумать, что к двадцати трем годам мы вляпаемся уже в третий по счету кризис мирового масштаба.
В самом начале я был единственным, кто выражал беспокойство по поводу руководства советом. Мало того что я чувствовал, что мы слишком молоды — как мага, меня учили, что нельзя брать на себя вещи, пока ты к ним не готов, — я еще и хотел свободы после выпуска. Свободы путешествовать между общинами супов. Охотиться на сверхъестественных преступников. Это то, для чего, как я чувствовал, мы подходим лучше всего.
Мы всегда выходили на небольшие задания, помогая ловить нарушителей, но я был готов к серьезным делам.
Джейкоб удивил меня, согласившись:
— Наша жизнь слишком хаотична для должности, требующей столько времени и политического маневрирования. Но это не та работа, на которую подаешь резюме… или с которой можно уволиться. Нас готовили к этому всю жизнь… — Его мелодичный голос затих. — Мы ведь не можем просто уйти, верно?
Брекстон покачал головой, приковав наше безраздельное внимание — в основном потому, что до этого он молчал.
— Мне не нравится мысль об уходе, но мы справляемся не лучшим образом. Мы нарушаем правила на каждом шагу, и только потому, что другие советы еще не прижали нас к стенке, нам не задают вопросов. Нам действительно нужно серьезно обдумать наше будущее как лидеров совета.
Мы прервали разговор, когда в поле зрения показалась ратуша. Наш темп замедлился; вокруг было много супов, наблюдающих за детьми, играющими на улице. Эта центральная часть Стратфорда — в особенности фонтан — была популярным местом встреч. Мы поднялись по парадной лестнице и вошли в зал. Офис находился сбоку; мы лавировали между пустыми рядами кресел, чтобы добраться туда. Брекстон направился прямиком к компьютеру, так как это был самый быстрый способ передать сообщение.
Электроника плохо ладит с магией, текущей в телах сверхов, но есть несколько марок телефонов и компьютеров, которыми мы можем пользоваться. Иначе нам пришлось бы очень долго ждать ответа от Антарктиды. Они даже ограничили портальные переходы на своей территории из-за специфики того, что охраняют. Нам пришлось бы тащиться пешком за много миль, а в тех ледяных условиях это было бы жестко.
Опустившись в кресло, Брекстон стал суров, его глаза полыхали сине-желтым. Мне стало интересно, будут ли мои глаза делать так же теперь, и как в это вплетется золото магии. Золото было первозданной магией, из которой рождались драконы, так что, вероятно, это одно и то же.
Всплеск древней, земной энергии ударил по мне, и я почувствовал, как за спиной раскрылись призрачные крылья. Черт. Это не был полноценный сдвиг, я оставался в человеческом теле, но казалось, что на мне верхом сидит спектральный дракон.
Подойдя к ближайшему окну, я изучил свое отражение. Мои глаза были иссечены желтым и коричневым, сквозь них проходили золотые вены, придавая им позолоченный вид.
— Глаза гибрида, — сказал Максимус, звуча одновременно впечатленно и раздраженно.
Обернувшись к нему, я увидел радужные лучи света, исходящие от его тела. У меня включилось драконье зрение.
— Может, всё дело в том, что ты держал Мишу и Лили. Драконы буквально вырывались из-под кожи при том первом сдвиге, так что… определенно хорошо, что это не случилось, когда они были у тебя на руках.
Часть раздражения исчезла с его лица.
— Если причина в этом, то я согласен оставаться обычным старым вампиром.
— Соединение установлено, — сказал Брекстон. Мы с Максимусом пересекли комнату и встали у него за спиной. Мой призрачный дракон исчез, когда я задвинул его поглубже в свою энергию.
— Алло…
Хриплый голос вибрировал от возраста и мощи даже через компьютер. Мы все подались вперед, чтобы увидеть умудренного опытом супа в маленьком окошке вызова. На вид ему было близко к концу его долгой жизни — где-то от семисот до тысячи лет, в зависимости от расы. Вспышка узнавания поразила меня. Я знал этого супа. Он был оборотнем-львом… если я правильно помню уроки истории. Лоренцо Джованни. Он много лет был лидером в Европе, перемещаясь между советами и городами. Он был старейшиной, могущественным и почитаемым.
— Спасибо, что приняли наш вызов, — сказал Брекстон, не сводя глаз с экрана. — У нас есть срочный вопрос для обсуждения, и он потребует нашего визита к вам в «Йесте».
Лоренцо сложил руки домиком и откинулся назад.
— Вам придется объяснить подробнее, прежде чем я вообще рассмотрю возможность пустить вас через наши системы безопасности. Единственная причина, по которой я вообще принял этот вызов — уважение к тому, что вы четверо недавно сделали для сверхъестественных сообществ.
Гребаные львы, вечно такие высокомерные и гордые.
Брекстон, должно быть, решил, что проще выложить всё как есть, потому что он пустился в объяснения. Он рассказал обо всем, что мы узнали от Жозефины, о задаче, над которой мы работаем, и о том, что будет означать открытие врат между Драгоценными Лугами — что тени окажутся на свободе, а вместе с ними и демоны.
Лоренцо не перебивал и не шевелился, пока Брекстон говорил. Казалось, он внимательно слушает, и даже когда мы закончили, он продолжал смотреть на нас поверх сложенных рук.
Нетерпение грызло меня, и я уже собирался потребовать ответа, когда он наклонился ближе и рявкнул:
— Портал откроется рядом с домом Луи. Через тридцать минут. Не опоздайте. Он не откроется снова.
Экран погас, и мы четверо обменялись облегченными взглядами. Никто из нас не был уверен в успехе, но у нас хотя бы появился шанс.
— Пойдем за нашими семьями, — сказал Брекстон, отодвигая кресло, чтобы встать.
Моя рука метнулась вперед и сжала его предплечье; синие глаза впились в меня, когда он удостоил меня своего полного внимания. К счастью, его дракон тоже исчез, так что этот разговор мог пройти без разрушения здания.
— Всё в порядке? Ты ничего не сказал о том, что мы теперь оборотни-драконы.
Наша связь Четверки загудела в воздухе, желая соединиться, раз уж мы соприкасаемся, но я сдерживал её. Брекстон не отвечал невыносимо долгое мгновение. Не помню, чтобы когда-либо чувствовал себя неловко с братьями. Злился на них? Часто. Соперничал с ними? Каждый день. Но неловкость? Никогда. Мне это не нравилось.
Наша связь продолжала давить, и моя магия рванулась наружу, желая исправить ситуацию.
В тот миг, когда мы соединились, связь завибрировала между нами, и мне больше не нужно было гадать, что происходит с Брекстоном. Он не был зол. Ни капли не расстроен… он был ошеломлен. Сильный, стоический оборотень-дракон понятия не имел, как переварить эмоции, которые он испытывал. То, что его братья стали оборотнями… это значило для него всё, и он не мог с этим справиться.
Энергия завихрилась по комнате; мы все добровольно открыли друг другу доступ к своим сокровенным мыслям и эмоциям. Такова была природа этой связи: почти ничего нельзя было скрыть, когда мы открывались подобным образом. Я чувствовал их радость от того, что Грейс присоединяется к нашей стае, их беспокойство о том, что может принести эта поездка в «Йесте», что тени и демоны могут отнять у нас… не потеряем ли мы кого-то, кого любим.
Так много мыслей и эмоций, переплетающихся до такой степени, что я не мог разобрать, мои ли это чувства или чьи-то еще. В конце концов, это не имело значения. Мы все были отдельными личностями, но мы также никогда не были такими уникальными или индивидуальными, как другие супы, даже те, кто был частью близнецов или многоплодных наборов.
— Мы были рождены, чтобы создать единое, неудержимое оружие… — голос Брекстона был глубже обычного, где-то между человеком и драконом. — Они не тронут твою пару, Тай. Они не освободят тени.
Все четверо кивнули, словно скрепляя пакт, и связь между нами угасла. Я задвинул свою магию обратно внутрь, стараясь отделиться настолько, насколько мог. Но это было трудно. Каждый раз, когда мы соединялись подобным образом, частицы других рас смешивались с моей собственной энергией.
Интересно, если в следующий раз Максимусу придется кормиться, обнаружу ли я у себя такие же позывы и потребность в крови? Кто знает, куда это может привести?
— Главное, чтобы мы все были живы, когда придет время с этим разбираться, — со смехом сказал Джейкоб, подключаясь к моим мыслям. Часть нашей связи еще сохранялась, так что я укрепил свои щиты. В моей голове был только один человек, которого я хотел там видеть постоянно. Моя маленькая ведьма.
— Если я начну жаждать крови, Максимус будет первым ублюдком, которого я убью, — сказал Брекстон, и в его голосе прозвучало веселье.
Вампир запрокинул голову и рассмеялся.
— Это не так уж плохо, ты будешь дьявольски быстрым и сильным.
Меня это не впечатлило.
— Мы и так быстрые и сильные.
Он покачал головой.
— Поверь мне, сейчас вы лишь умеренно быстрые и сильные.
Моя соревновательная натура подняла голову, и мне стало почти любопытно, что произойдет, если мы попробуем кровь.
— Нет времени выяснять, — сказал я с некоторым разочарованием. — Пойдем за семьей.
Когда мы были на полпути к нашей хижине, мой взгляд зацепился за символ целителя, выгравированный высоко на белом здании. Я принял решение за доли секунды.
— Вы трое идите вперед и убедитесь, что девочки готовы к выходу. Я собираюсь проведать Луи. — Мне нужно было увидеть колдуна. Его состояние постоянно маячило на задворках моего сознания.
Максимус кивнул.
— Элизабет должна быть там с ним. Мы вызвали её и Марко. Он не ответил.
Это меня удивило, но я давно не видел этого могущественного колдуна. Жизнь меняется, и, возможно, его обстоятельства не позволяли ему помочь. Братья продолжили путь, а я поспешил к зданию. Когда я вошел внутрь, меня окутала прохлада вместе с ароматом магии.
— Привет, Тайсон. — Лена, ведьма за стойкой регистрации, одарила меня широкой улыбкой. — Пришел к Луи?
Я кивнул, заставляя себя улыбнуться в ответ. Мне не нужно было, чтобы распространялись слухи о нашей текущей стрессовой ситуации. Сохранять спокойствие в городе было очень важно — напуганные супы могли натворить много бед.
Она открыла рот, чтобы продолжить, но я уже зашагал прочь. Нельзя было терять ни минуты.
Луи лежал в одной из больших комнат с двумя огромными эркерными окнами. Когда моя рука легла на дверь, до меня донесся раздраженный голос:
— Вы самый невыносимый мужчина из всех, кого я встречала. А поверьте мне, я старая и видела немало сомнительных личностей.
У неё был сочный, хрипловатый тембр. Он напоминал мне выдержанный виски и лунные ночи. Такой голос сильно заинтриговал бы меня до того, как Грейс вернулась в мою жизнь.
С легким стуком я приоткрыл дверь и вошел. Моя энергия колдуна всё еще была нестабильной, поэтому я не удивился, когда она ощутимо дернулась, как только я встретился взглядом с колдуньей, стоящей у постели Луи. Элизабет.
Я знал о ней только по репутации. Она была очень сильной и около десяти лет назад претендовала на руководящие роли. Но что-то случилось, из-за чего она порвала со сверхъестественным миром. Больше я ничего не знал.
Она оказалась еще миниатюрнее, чем я ожидал — чуть выше пяти футов, — и я не был готов к тому, насколько она эфирно красива. Огромные, мерцающие глаза встретились с моими; они были такого светлого серого цвета, что почти казались серебряными. Её волосы представляли собой длинную массу густых кудрей, доходивших почти до поясницы. Цвет был смесью блонда, серебра и золота. Оттенки и тона сливались и переплетались. На вид ей было столько же лет, сколько мне (физически, по крайней мере), но её сила ударила в мою так мощно, что я чуть не потерял контроль.
— Тайсон Компасс, полагаю. — Хрипловатый голос на удивление идеально ей подходил. Он соответствовал годам опыта, которые читались в этих серебристых глазах.
Я кивнул.
— Рад познакомиться, Элизабет. — Мой взгляд переместился на Луи, который лежал на кровати, не шевелясь, с закрытыми глазами; его аура была опасно слабой. Было почти невозможно поверить, что это тот самый могущественный колдун. — Ты что-нибудь узнала? Есть способ спасти его?
Загадочный совет Жозефины меня не удовлетворил, мне нужно было что-то более существенное.
— Называй меня Лиззи, — сказала она, прежде чем повернуться и посмотреть на Луи. Раздражение прорезало морщинку на её лбу. — Я перепробовала всё, что могла придумать. Что-то могущественное держит его, и я также чувствую, что он сам еще не готов вернуться.
На её лице было выражение, которое меня заинтриговало, но у меня не было времени пытаться разгадать тайну этой колдуньи.
— Нам нужно немедленно отправиться в «Йесте», чтобы попытаться спасти мир. — Мои слова прозвучали сухо, с легким оттенком сарказма, хотя я говорил правду. — Что бы ни происходило с Луи, это связано с нашей текущей задачей. — Она внимательно наблюдала за мной, её взгляд не дрогнул. — Надеюсь, скоро у нас будет больше ответов. Ты продолжишь помогать?
Колебаний не было.
— Я никогда не бросаю то, за что взялась. Я не успокоюсь, пока Луи не вернется в свое нормальное состояние — доводить меня до белого каления.
Там была какая-то история, теперь я это видел, но опять же — этот рассказ придется оставить на другой раз.
— Было очень приятно познакомиться, Лиззи, присмотри за ним для нас. Не дай ему угаснуть.
Медленная улыбка приподняла уголок её губ.
— Ты и понятия не имеешь, какой упрямой я могу быть, когда чего-то захочу. Луи никуда не денется.
Я ни на секунду в этом не усомнился. Еще раз кивнув, я коснулся плеча Луи, после чего развернулся и вышел из комнаты. Я ненавидел видеть его таким — слабым и уязвимым. Мы должны были придумать, как его спасти, другого варианта не существовало.

***

Все ждали меня на крыльце. Трое младенцев были пристегнуты к девушкам, и часть моих тяжелых мыслей улетучилась при виде Грейс. Вид её с ребенком на груди отозвался жаром в сердце — и в паху; мой внутренний пещерный человек проснулся, создавая войну эмоций внутри. Я так сильно хотел любить её, видеть, как она носит наших детей. Я хотел смотреть, как она защитно баюкает их, как делала это прямо сейчас.
Прежде чем я смог себя остановить, из меня вырвался отчетливый рык нужды, желания и инстинкта. Брекстон, стоявший во дворе, бросил на меня понимающий взгляд.
— Драконы очень ориентированы на семью, как и супы. Он будет заставлять тебя обрюхатить Грейс. Может, стоит начать бороться с ним прямо сейчас.
Рык повторился, на этот раз громче. Инстинкты зверя начинали казаться мне более естественными. Тяжелая рука Брекстона легла мне на плечо.
— Не давай ему контролировать тебя. У меня было много лет, чтобы договориться со своим драконом. Тебе придется учиться гораздо быстрее.
— Кому ты это говоришь? — пробормотал я.
Большие темные глаза следили за моими движениями, и я почувствовал, как мой шаг ускоряется. Грейс привела себя в порядок и переоделась — либо с помощью магии, либо одолжив вещи у близняшек. На ней были джинсы и облегающая футболка. Сверху была накинута тяжелая зимняя куртка, которую оставалось только застегнуть. Её волосы были собраны в высокий небрежный пучок, а пряди обрамляли великолепные углы её лица.
Если бы я мог видеть магический резонанс, я не сомневался бы, что поток между нами был бы мощным. Она притягивала меня всё ближе, и к тому времени, как я ступил на ступени нашего крыльца, я почти бежал. Мои руки обхватили её, и с величайшей осторожностью я подхватил её, легко поднимая в воздух.
Она издала короткий вскрик от неожиданности, из-за чего Эви тоже издала свой маленький вопль. Ребенок должен был привыкнуть к такому с папашей вроде Брекстона; он вечно таскал Джессу на руках. Но сегодня ей явно не понравилось, что её потревожили. Осторожно опустив Грейс на пол, я прижался губами к уголку её рта. Это был мимолетный поцелуй, и она издала прерывистый вздох, когда я отстранился. Не задумываясь (потому что в голове была только Грейс), моя рука начала похлопывать ребенка по спинке, успокаивая её.
— Я скучал, — я не превратил это в шутку или брошенную вскользь фразу — как сделал бы год назад.
— Я… я тоже скучала. — В её глазах промелькнуло удивление. Она, впрочем, быстро пришла в себя и спросила: — Как там Луи?
Часть моей радости снова увяла.
— Без изменений. Элизабет не даст ему угаснуть окончательно, так что у нас должно хватить времени. — Никто не выглядел счастливым, кулаки Джессы были крепко сжаты.
— Я так надеялась, что Лиззи что-нибудь придумает. Поможет ему.
Брекстон вернулся к своей паре, не в силах быть в стороне, когда в ней столько печали.
— Мне жаль, Джесса, детка, — мягко сказал он. — Обещаю, мы не остановимся, пока Луи не вернется к нам.
Она посмотрела на него и наконец кивнула.
— Знаю. Нам… нам пора двигаться к дому Луи.
Как только эти слова сорвались с губ Джессы, Грейс резко выдохнула и немного пошатнулась; я подхватил её за плечи.
— Я чувствую это давление, — прошептала она, прижимаясь ко мне. — Нам нужно найти этих девушек прямо сейчас. У меня было это ноющее предчувствие с тех пор, как бабушка пробудила ту энергию, с тех пор, как я открыла портал в Волшебную страну. Сначала я думала, что это из-за поисков мамы, но теперь я думаю, что это еще и… принцессы… мне нужно их найти.
Похоже, она действительно начала свыкаться с мыслью, что она одна из них.
Джейкоб провел рукой по её волосам, взъерошивая выбившиеся пряди.
— Мы доберемся до них раньше охотников. Тебе больше никогда не придется сражаться в одиночку, Грейс. Мы — семья.
Грейс вытянула шею, чтобы посмотреть на него.
— Спасибо. Это так много для меня значит. — Её голос дрогнул, но она шмыгнула носом и взяла себя в руки. — Сделаем это!
Было невероятно наблюдать, как она вот так прячет свои эмоции. В один миг на её лице было написано столько всего, в следующий — всё исчезло. Если бы я не чувствовал её в своей груди, не ощущал её в своих мыслях, я бы задался вопросом, чувствует ли она вообще что-нибудь. Но она сейчас была как Брекстон — на пределе эмоциональной перегрузки.
Все остальные уже были одеты, поэтому я схватил тяжелую зимнюю куртку, которую одна из девушек нашла для меня. В тюрьме «Йесте» будет морозно, и нет сомнений, что они ограничат магию, которую мы могли бы использовать для обогрева. Затем мы направились к дому Луи под палящим летним зноем.
День был прекрасный, лес полон жизни, повсюду супы. Мы махали тем, кто нас приветствовал, ловя на себе странные взгляды из-за нашего зимнего снаряжения. Никто не задавал вопросов, но сплетни поползут, как только мы выйдем из зоны слышимости. Может, они решат, что мы отправляемся на лыжный курорт. Сомневаюсь, что кто-то догадается об истинной причине этих курток.
Когда мы перешли в заднюю часть Стратфорда, стало гораздо менее людно.
— Это начинает становиться проблемой, — сказала Джесса, обращаясь к Брекстону, но слышали все мы, — то, что вам четверым приходится постоянно покидать Стратфорд.
Они держались за руки, и он заставил её остановиться, спросив:
— А что бы ты подумала, если бы мы передали эту должность кому-то другому?
Она не ответила сразу, её глаза слегка расширились, пока она переводила взгляд с Брекстона на всех нас.
— Думаю, это хорошая идея, — наконец сказала она.
Её решение удивило меня, а Грейс издала негромкий потрясенный звук. Это привлекло внимание Джессы.
— Ты всегда так гордилась этой их частью, — прошептала Грейс. — Тем, что они будут самыми молодыми лидерами, такими могущественными. Я просто не ожидала, что ты ответишь именно так.
Джесса несколько раз кивнула, прежде чем сказать:
— Я горжусь ими. Мы все с раннего детства знали, что эти четверо эгоистичных засранцев переплюнут нас по силе в миллион раз.
Брекстон усмехнулся; он находил свою дерзкую пару слишком очаровательной. Она продолжила:
— Самые сильные супы управляют советами. Так у нас всегда было заведено, так что логично, что парни станут лидерами. Проблема только в том, что… они могут принести чертовски больше пользы, не будучи привязанными к Стратфорду. Или даже к Америке. Это кажется ограничением.
Миша вмешалась:
— Я согласна в какой-то мере, но вспомните, сколько проблем совет доставлял нам раньше. Сейчас парням не перед кем отчитываться, но если они потеряют должность, им автоматически придется снова следовать правилам.
Грейс и Джесса обе прыснули со смеху. Миша покачала головой с легкой улыбкой.
— Ладно, я знаю, что они не очень-то умеют следовать правилам, но… им, возможно, придется, как только они перестанут быть лидерами.
Грейс покачала головой, в её голосе звучало веселье.
— Если под «не очень-то» ты имеешь в виду «ужасно… никогда не слушали… делали что хотели и всё равно пугали старейшин», то да, они не очень-то умеют следовать правилам.
Глаза Джейкоба светились весельем.
— Вам конец, парни. Ваши женщины съедят вас с потрохами и выплюнут раскрошившиеся остатки ваших я…
Его прервал мой подзатыльник. Не то чтобы он был неправ, но существовали правила. Парни не обсуждали тот факт, что наши пары крепко держат нас за яйца. Мы делали вид, что всё еще решаем всё сами. Мы притворялись большими сильными мужчинами, которые здесь главные. Даже если все знали, что это чушь собачья, существовало неписаное правило. Мужской кодекс.
Брекстон крепко прижал к себе Джессу.
— Мои яйца сделаны из стали. Они не крошатся. — Джесса открыла рот, и он ловко развернулся так, что его ладонь накрыла её лицо, прерывая любой остроумный ответ, который она приготовила.
— Стальные… яйца, — повторил он, уворачиваясь от её локтя.
Ей всё же удалось высвободиться, и она оскалилась, рыча на Брекстона:
— Давай-ка проверим теорию о стальных яйцах, как думаешь?
Это был вызов, и когда Брекстон поднял бровь, оценивая свою пару, я задумался, чем это закончится. Драконы обожали вызовы. Даже мой собственный поднял голову, и клочья призрачного зверя проступили на моей коже.
— Твои глаза изменились, — прошептала Грейс, привлекая мое внимание, и я отвернулся от назревающей драмы.
— Это душа дракона. Она смешивается с золотом колдовства и моим естественным цветом.
Она внимательно осмотрела меня, после чего её улыбка стала еще ярче.
— Мне нравится. — Она склонила голову, и моя грудь сжалась, а тело мгновенно стало каменным от того, как она меня оглядывала. Всё в ней в этот момент было сексуальным… томным… как у сирены.
Это напомнило мне, что внутри неё живет женщина-фейри, запрятанная где-то глубоко. И хотя они были опасными и редкими, я хотел, чтобы эта её сторона была на свободе. Я хотел каждую частицу своей пары.
Я хотел всего этого.

Глава 12

ГРЕЙС КАРТЕР

Я не была уверена, виной ли тому сексуальное напряжение, которое искрило между Джессой и Брекстоном, или то, что Тайсон снова смотрел на меня этим самым взглядом, но мне становилось всё труднее себя контролировать. Чем дольше я была с ним, тем сильнее становилась наша связь и тем меньше мои мысли были заняты пережитыми пытками.
Я начинала чувствовать себя прежней. Это был дар, который я и не надеялась получить. В самые темные моменты общения с кузеном и этим «Сукиным Сыном» мне казалось, что я навсегда потеряла фундаментальные части себя. Теперь же всё виделось яснее. Существуют вещи похуже физической боли. Перспектива — интересная штука. Слава богам, я прожила достаточно долго, чтобы увидеть картину шире, чем адская дыра в маленьком фермерском домике моей бабули.
Энергия Тайсона коснулась моего разума — его тепло и сила. Это наполняло меня, и в данный момент я боролась с вполне реальным желанием сорвать с него одежду и узнать, каково это — быть любимой Компассом. У меня были догадки, но догадок мне больше не хватало. Я хотела настоящего.
— Давайте, ребята, нам нужно двигаться, — Миша, голос разума, отважно шагнула между своей сестрой и оборотнем-драконом.
Максимус коротко выругался, вытянул одну из своих длинных-предлинных рук и выдернул её с линии огня.
— Сколько раз я говорил тебе не встревать между этими двумя вспыльчивыми идиотами? — Его голос звучал раздраженно, но в то же время как-то весело.
Джейкоб был прав: Максимусу и Брекстону конец. Они любили своих пар и детей больше всего на свете, а потому позволяли им творить что угодно. Эти мужчины, привыкшие отдавать приказы и видеть их исполнение, были беспомощны перед желаниями близнецов Леброн.
Будет ли так же с Тайсоном? Эта мысль поразила меня, и я не сразу нашла ответ. В прошлом он никогда не относился ко мне так, будто будет любить меня, какой бы невыносимой задницей я ни была. Именно такой любви я хотела. Безусловной. Не люби меня только тогда, когда я на высоте; нет, ты должен принять меня всю.
«Глупая маленькая ведьма», — насмешливый голос пронесся в моей голове, и по коже тут же побежали мурашки. — «Ты никогда не бываешь задницей. И даже если однажды ты решишь проверить, как далеко сможешь меня загнать — я справлюсь. Мне нравится твой огонь. Я жажду его. Никаких условий».
Всё внутри меня сжалось так сильно, что заныли ребра. Моя потребность в Тайсоне была пугающе реальной, и он по кусочкам возвращал меня к свету. Счищал мои прошлые обиды и тревоги. Тьма внутри меня была приручена; время страданий с семьей бледнело. Впервые за несколько недель я вдохнула полной грудью, свободно.
«Начинаем с чистого листа», — послала я ему мысль, держа канал связи открытым.
Он обнял меня за плечи, и Эви издала радостный звук, завидев дядю. Тайсон коснулся пальцем крошечной щечки малышки, а затем поднял руку и обхватил мое лицо.
— Никаких чистых листов. Мне нужно слишком многое тебе компенсировать. Но мы движемся вперед, вместе. Всегда.
И вот опять — он ведет себя как идеальная пара. Прежде чем я успела растечься жалкой лужицей у его ног, нас отвлек Брекстон, зарычавший так громко, что задрожала земля. Несколько супов, отиравшихся неподалеку, поспешно ретировались.
— Ой, я так напугана маленьким драконьим рыком, — фыркнула Джесса, картинно вскидывая руки в фальшивом ужасе.
Брекстон проворчал что-то и в мгновение ока (я почти не заметила движения) подхватил Джессу и прижал к своей груди. Джексон издал ворчливый звук под стать отцу, но не заплакал.
— Ты испытываешь мое терпение сегодня, пара, — голос Брекстона был низким, сексуальным хрипом.
Джесса показала ему средний палец, скрестив руки на груди.
— Мог бы принести хоть какую-то пользу и доставить нас к порталу, пара.
Джейкоб хмыкнул, и голова Брекстона резко повернулась в его сторону. Фейри-Компасс даже не вздрогнул. Я бы вздрогнула. Вместо этого он пожал плечами, мол, что поделаешь? Брекстон лишь покачал головой, шумно выдохнул и повернулся к Джессе. Прежде чем она успела открыть рот для следующей колкости, он впился в её губы поцелуем.
В этом поцелуе был огонь — почти грубая страсть, которая смягчилась лишь к концу. Когда они наконец отстранились, я услышала его шепот:
— Никогда, черт возьми, не меняйся, Джесс.
Я видела лишь её самодовольную улыбку. Я пропустила ответ, но он был и не нужен.
Конец. Им обоим полный конец.
После этого стало спокойнее, и мы все поспешили к дому Луи. Он находился за промышленной зоной Стратфорда, в более дикой части нашей территории. Здесь было красиво; чувство покоя накрыло меня, когда я провела рукой по поляне цветов.
— Ненавижу то, что он всё еще застрял между мирами, — тихо сказала Джесса. Она уже стояла на своих двоих, не сводя глаз с конька крыши, видневшегося за водопадом. — Мы должны были сделать больше, чтобы помочь ему. Этого недостаточно.
Я тяжело сглотнула, чувствуя укол вины.
— Мне так жаль, что меня не было рядом. Я должна была быть в Стратфорде, а не сбегать, потому что не могла со всем справиться.
На меня уставилось столько глаз, что захотелось спрятаться. Казалось, все видят мои трещины. Мои осколки. А я этого не хотела.
— Ты уехала, потому что думала, что нужна своей семье, — голос Максимуса был мягче обычного. — Тебя держали в плену и пытали. Думаю, это мы те, кто должен просить прощения.
Тайсон говорил что-то подобное в прошлый раз, когда вина взяла надо мной верх. Это действительно помогало — осознание того, что они меня не винят.
Вспышка ярости коснулась моего разума… Тайсон. Глядя на его стоические черты лица, вряд ли кто-то догадался бы, но он был в бешенстве. Однако глаза выдавали его — эти золотые, желтые и коричневые искорки. Они были захватывающе красивыми, как кусочки мозаики.
— Теперь мы вместе, — сказала Джесса. Я оторвалась от огненного взгляда своей пары, чтобы посмотреть на неё. — Они нас не победят. Я не позволю этому случиться. Эта стая порвет этим ублюдкам новую дырку в заднице. Они пойдут ко дну.
Жар в моем мозгу немного утих. Нотка веселья промелькнула в мыслях Тайсона, когда он протянул:
— Порвать новую дырку в заднице? Мне нравится ход твоих мыслей, Джесса, детка.
Мне тоже. Мы прикрывали друг друга, и это было больше, чем я когда-либо ожидала. Я только надеялась, что эта миссия не разорвет нас на части.
Никто точно не знал, где появится портал — разговор со старейшиной был кратким и скупым на детали, — поэтому мы рассредоточились. Когда я начала осмотр, меня не покидало ощущение заброшенности этого места. Казалось, земля скучает по Луи и ждет его возвращения. Я всегда восхищалась этим могущественным колдуном, как и большинство магов; трудно было поверить, что что-то может его вывести из строя. Он должен быть в порядке, наш мир нуждается в нем.
Эви издала булькающий звук, отвлекая меня.
— Привет, маленькая девочка, — тихо сказала я. — Ты как? — Её глаза были насыщенного, кристально-голубого цвета; цвет, который трудно описать — яркий и одновременно темный, бездонный. Всё в её глазах противоречило друг другу, но при этом было совершенным.
Она улыбнулась мне, помахивая кулачком, в котором была зажата уютная пеленка.
— Сюда! — Я обернулась на крик Джейкоба. Он стоял в двадцати футах, у нескольких гигантских секвой.
Придерживая Эви одной рукой, я поспешила туда, где между деревьями танцевал портал. Сверкающая магия вытягивалась назад длинным цилиндром, больше похожим на червоточину, чем на обычный портал. Несомненно, старейшины знали хитрые способы путешествий. Они жили на свете почти тысячелетие. Тайсон подошел ко мне в несколько мощных шагов, и я, не задумываясь, потянулась к нему. Когда наши пальцы сплелись, меня накрыло чувством дома, и всё волнение исчезло. Безумная червоточина? Плевать. Мы справимся.
По мере того как мы пробирались сквозь портал, возникало странное чувство невесомости. Свет показался впереди, и как только Брекстон и Джесса — идущие первыми — шагнули в него, они исчезли. Мне не нравилось, что они скрылись из виду в неизвестной и опасной ситуации. Видимо, не мне одной, потому что все прибавили шаг.
Я прикрыла глаза Эви, когда сияние усилилось. Всего два шага — и оно погасло. Мои сапоги хрустнули по снегу, и я ахнула, когда первые порывы ледяного ветра ударили по мне. Здесь было так холодно, что буквально перехватывало дыхание. Хорошо, что мы утеплились в Стратфорде, но даже так я чувствовала, что замерзаю.
Достав из кармана маленькую шапочку, я натянула её на Эви.
— Ты, может, и маленькая драконья малышка, — улыбнулась я ей, поправляя шапку. — Но думаю, даже драконам здесь было бы холодно.
— Если тебе нужно драконье тепло, у меня его в избытке, пара. — Тайсон, может, и шутил, но я кожей чувствовала жар, который он теперь излучал. Быть парой дракона изменило не только его глаза.
— Ты так и будешь называть меня «пара»? — парировала я. — Будто я твоя собственность? — Я не собиралась говорить ему, как сильно мне это нравится. Что каждый раз, когда он это произносит, разряд энергии прошивает меня насквозь, превращая колени в желе. Черт возьми, нет, я ему этого не скажу.
Джесса прервала нас, протягивая термоодеяло.
— Можешь обернуть им Эви? Это защитит от холода.
— Без проблем.
Тайсон помог мне закрепить накидку на слинге. Когда мы закончили, вся стая сбилась плотнее, пытаясь понять, куда идти. Мы знали, что нельзя долго стоять на месте — слишком холодно. Сквозь завывание метели Брекстон заметил несколько зданий вдалеке, и мы двинулись туда.
Тайсон шел прямо рядом со мной. Жар, который он излучал, был опьяняющим. Мне хотелось закутаться в него.
— Ты не собственность.
Я едва не подпрыгнула от его низкого рокота прямо над ухом, понимая, что он наконец отвечает на мой вопрос.
— Собственность — это вещи. То, чем ты владеешь. Ты гораздо больше. Скорее уж, это ты владеешь мной.
Я слегка запнулась, поскользнувшись на льду. Тайсон поддержал меня, и мы не сводили друг с другом глаз. От его интенсивности у меня перехватило дыхание.
— Почему же ты тогда постоянно называешь меня «пара»? — Хоть мне и нравилось это слово, каждый раз оно вызывало шок.
Он усмехнулся, сверкнув белыми зубами.
— Потому что я так долго хотел это сказать. И, честное предупреждение: лучше привыкай. Я не собираюсь останавливаться в ближайшее время.
Я покачала головой, чувствуя, как эмоции снова подступают к горлу. Тревор использовал мою кожу как разделочную доску, и я не проронила ни слезинки, но пара слов от Тайсона — и я превращаюсь в фонтан чувств.
— Я не против, — сумела выдавить я, не теряя самообладания.
Лед и темная масса энергии внутри меня дремали; единственное, что заполняло мое нутро — это связь с Тайсоном. С тех пор как мы соединились полностью, я чувствовала, как эти темные, чужеродные части исчезают. Это было правильно.
Мы поспешили через арктический пейзаж. Я надеялась, что мы уже близко, но здания, казалось, лишь отдалялись.
— К черту всё это, — пробормотал Джейкоб, и из его рук вырвались вспышки пламени, даря нам крохи тепла. — Огонь не будет таким сильным, как обычно, — добавил он, — здесь слишком холодно. Но это лучше, чем ничего.
Парни оттеснили меня, Джессу и Мишу в центр, ближе к теплу, используя свои тела как заслон от стихии. Мне стало немного стыдно за то, как я судила о четверняшках в юности, называя их высокомерными и зацикленными на себе. Я понятия не имела, насколько они заботливы. Конечно, если ты не входишь в их ближний круг, то вряд ли получишь от них прямую защиту, но они продолжали рисковать жизнями ради спасения мира. Ради спасения супов. И делали это, не ожидая ничего взамен.
Голос Джессы прервал мои мысли.
— Мы не поступили эгоистично, взяв детей с собой? Может, стоило оставить их с Жозефиной? — Её голос был жестким. — Никто не предупреждал меня, сколько тревог приносит материнство. Это величайшая радость, конечно, но пытаться принимать все эти чертовы решения… Мне кажется, я в одном шаге от того, чтобы моим детям понадобился психолог, а им еще и двух месяцев нет.
— Ты справляешься потрясающе, — заверила я её. — Ты прирожденная мать, как и Миша. Вы любите и обожаете своих детей безгранично. Поверь мне, не все мамы такие.
Джесса повернула голову, и в её глазах мелькнул волк.
— Спасибо, Грейс. Я… на самом деле очень ценю эти слова. Не осознавала, как сильно мне нужно было это услышать. — Если бы мои пальцы не окоченели, я бы пожала ей руку.
Я сказала правду. Моя мама любила меня, я никогда не скажу иначе, но моего отца она любила больше. Теперь я в какой-то степени это понимала. Мои чувства к Тайсону были огромными. Как в эпической сказке. И всё же… я не могла представить, что буду любить его больше, чем своих детей.
«Никаких детей. Это слишком страшно». Я почувствовала на себе взгляд Тайсона и не поняла, услышал ли он мои мысли. Я быстро закрыла щиты.
Максимус откашлялся, звуча так, будто предпочел бы говорить о чем угодно, кроме этого:
— Может, мы сможем оставить детей с Жозефиной, когда вернемся в Волшебную страну. Мне было бы спокойнее, если бы мы были хотя бы в одном мире.
— Разберемся с этим после того, как добудем книгу, — сказал Брекстон грубовато и как-то печально.
Споры прекратились, и мы сосредоточились на невероятно трудной задаче: выживании в этих суровых землях. Наконец, огромное скопление зданий предстало перед нами. Видимых преград не было — ни заборов, ни ворот, — но я чувствовала магический резонанс поля в нескольких ярдах от нас, более мощный, чем всё, что я ощущала раньше.
— Матерь божья, этот барьер раздавил бы стратфордский в лепешку. — Голос Джессы звучал почти благоговейно. — Не терпится рассказать Луи. Он будет в бешенстве, что кто-то перемагичил его.
Тайсон издал низкий смешок. Этот звук был до идиотизма притягательным.
— Ты такой же соревновательный, — напомнила я ему.
— Я… амбициозный.
Даже сквозь стук зубов мой смех был громким.
— Это одно и то же, Тайсон Компасс. Одно и то же, и ты это знаешь.
Его лицо смягчилось, и он выглядел одновременно удивленным. Я поняла, что шучу с ним, как обычно. Показываю ему, что моя душа исцеляется.
— Ты, должно быть, устала. Скажи, если понадобится отдых. — Его тон снова стал серьезным, и я почувствовала, как он прощупывает нашу связь, оценивая мое состояние.
Честно говоря, за моей решимостью и адреналином скрывалась глубокая усталость.
— Это был очень длинный день. — Даже несколько дней, если считать разницу во времени между Волшебной страной и Землей. — И он еще не закончен. Но я в порядке. Нет времени на отдых, пока мы не найдем эту магическую книгу, не выследим принцесс и не спасем мир.
Джесса застонала.
— Я голосую за то, чтобы в следующий раз мир спасал кто-то другой. Думаю, мы свою квоту на эту жизнь выбрали.
Несколько недовольных возгласов поддержали её; в последнее время этой стае пришлось несладко. Моей стае.
«Чертовски верно».
Я мысленно затолкнула Тайсона в его угол.
«Вон из моих мыслей».
Его сила пощекотала мои ментальные щиты.
«Ты меня не пугаешь, пара».
И почему я не удивлена? Компассов ничего не пугало. Дальнейший разговор прервался, когда мы достигли барьера у края первого огромного купольного здания. Тайсон тут же шагнул вперед, проводя по нему руками, и вспышки его сверхсильной энергии обдавали нас при каждом движении.
— Я не могу его пробить. — Его голос звучал разозленным.
Брекстон лишь покачал головой.
— Ты ведь не удивлен. Этот барьер создавали несколько колдунов, каждый из которых по силе не уступал Луи.
Тайсон бросил на него взгляд, изогнув бровь.
— Буду притворяться, что ты только что не недооценил мою силу. Когда я полностью включен в связь Четверки, я могу потягаться с Луи, и ты это знаешь.
Я спрятала смех за полузамерзшей рукой. Раз уж мне удалось пошевелить рукой, я проверила Эви. Она выглядела уютно устроившейся под термоодеялом, но я всё равно беспокоилась. Нам нужно было занести её внутрь, и поскорее.
Джейкоб, видимо, был согласен.
— Дети не могут долго оставаться здесь, и я не думаю, что Тайсон сможет открыть отсюда портал. Тут всё под магической защитой. — Его утонченные черты лица были напряжены от ветра. — Я могу поддерживать пламя какое-то время, но я не всесилен в такой холод.
Он не сказал, что это сильно его истощает, но мы и сами это видели.
Джесса рванула вперед, готовая обрушить свои кулаки на барьер. Брекстон перехватил её в последний момент.
— Разве мы это уже не проходили? — спросил он, полусмеясь-полурыча. — Ты слишком безрассудна, Джесс.
Она так сладко улыбнулась, склонив голову набок. Все Компассы тут же попятились, пригибаясь и прячась друг за друга. Это было уморительно: четверо огромных, могущественных, опасных и грозных сверхъестественных существ, до смерти напуганных одной маленькой волчицей.
Я ухмыльнулась Тайсону.
— Думала, ты не боишься.
Он бросил на меня бесстрастный взгляд.
— Тебя я не боюсь. А Джесс знает все мои слабости, и она дьявольски коварна.
Волчица продолжала так же улыбаться, и у меня тоже возникло желание спрятаться. Она была так отважна и уверена в себе, и в то же время именно такой, как сказал Брекстон: безрассудной. Никогда не знаешь, что она выкинет в следующую секунду.
— Ты кормил её перед уходом? — прошептал Максимус Брекстону.
Джейкоб несколько раз кивнул с широко раскрытыми глазами.
— Она выглядит голодной. У тебя есть батончик или что-нибудь, что можно ей бросить?
Я покачала головой, отталкивая бедром своего идиота-пару и шагая к девушкам.
— Надо же было нам выбрать в пары именно Компассов. — Я тяжело вздохнула.
Близняшки встали по обе стороны от меня, и мы втроем уставились на чктверняшек.
— Скоро их будет больше, чем нас, тем более что Джесса тянет как минимум на двух-трех по шкале «невыносимости», — сказал Тайсон, одарив меня своей сексуальной полуулыбкой, демонстрируя ямочку на правой щеке. — Лучше оставайся холостяком, Джейкоб.
Фейри быстро закивал.
— Я только начал привыкать к мысли о том, чтобы остепениться, но теперь, когда ты об этом упомянул, кажется, так будет безопаснее.
Я уже потянулась, чтобы схватить Джессу — она выглядела так, будто собиралась броситься в ближайший сугроб и начать войну, — когда справа кто-то откашлялся. В мгновение ока юмор Компассов испарился, и они снова стали крутыми супами. Они рассредоточились, закрывая нас собой.
Я выглянула из-за плеч Джейкоба и Тайсона. В пяти футах от нас стоял суп. Молча. Колдун — я чувствовала его земную магию. Он был гораздо ниже меня, руки спрятаны в карманах длинной темно-синей мантии. В полумраке его глаза казались темно-зелеными, резко выделяясь на фоне эбеновой кожи. В его черных волосах была седина на висках, а вокруг глаз — тонкие морщинки. Он казался древним и в то же время нет.
— Добро пожаловать в «Йесте». Мы вас ждали. — Его слова были полны мощи, каждый звук вибрировал в воздухе, ударяя по нам. Так же говорил и Луи. Энергия буквально сочилась из каждого слога. Он развернулся и пошел прочь.
Я обменялась взглядом с Джессой, которая пожала плечами.
— Думаю, нам стоит идти за ним.
В отчаянном желании убраться с холода никто из нас не терял ни секунды. Те, кто нес детей, были предельно осторожны, чтобы не поскользнуться, но парни были начеку. Мне нравилось, как Брекстон и Максимус почти не сводили глаз со своих пар. Как смягчались их лица. Это было абсолютно прекрасно. Пребывание рядом с ними открывало мне глаза на вещи, которых я раньше не замечала в Компассах. Никто не видел их такими, и это было немного грустно.
Крошечный колдун снял барьер, ведя нас к самому большому купольному зданию. Тайсон внимательно следил за ним, подмечая детали. Наверное, надеялся чему-то научиться. Обычно супы попадают в «Йесте» в клетках, а не по приглашению через парадную дверь. Это был редкий, беспрецедентный случай.
Перед входом в здание был шлюз. Колдун просто посмотрел на него, и круглый люк начал вращаться. Поток теплого воздуха ударил в нас, когда печать снялась, и дверь распахнулась. Мы вошли в первую комнату, похожую на вестибюль. Внутри всё было ярко освещено, тепло и немного жутковато в этом абсолютно белом пространстве. Тишина казалась неестественной. Мы шли за ним; трое Компассов возглавляли группу, Максимус замыкал шествие.
Коридор тянулся несколько сотен метров, прежде чем открылся в огромный круглый зал. Слово «огромный» даже не отражало его масштабов. Он был настолько массивным, что я не видела, где он заканчивается. В этом открытом пространстве были жилые зоны, кухни и кровати. Стен не было, но мебель разделяла зал на четкие зоны. Должно быть, они все живут здесь, в одной комнате, без намека на уединение.
Откуда-то из теней появились другие стражи. Я окинула их взглядом, когда они выстроились в ряд. Все они были разными и в то же время какими-то одинаковыми.
— Вы прошли наше испытание, — сказал тот, кто стоял ближе всех; он был чуть выше нашего первого проводника и выглядел гораздо старше. Его кожа была сильно морщинистой, а голубые глаза щурились из-под тяжелых бровей.
Какое испытание?
Уверена, мы все об этом подумали, но никто не решался спросить. Кроме Джессы, разумеется.
— Кажется, вы говорите правду, — сказала она, прижимая к себе Джексона. — Вы достаточно сильны, чтобы скрыть это от меня, если бы захотели. Какое испытание мы прошли? — Она начала разворачивать одеяло, в которое был укутан сын (я сделала то же самое с Эви), не сводя глаз со старейшин.
— Испытание на ложь. Вы все те, за кого себя выдаете. Вы пришли сюда по тем причинам, о которых нам сообщили. Поэтому мы поможем вам.
Что ж, это было легко. Я припомнила легкое покалывание магии, когда мы переступили порог. Я списала это на прилив тепла, но, должно быть, это было заклинание истины, растворяющее любую фальшь.
— Следуйте за нами, — произнесла еще одна из них, азиатка с глубоким, гулким голосом. Они развернулись и пошли в ряд, мы — за ними. Они маршировали, пока не оказались в самом центре комнаты, прямо под вершиной купола. Одиннадцать древних, могущественных колдунов образовали круг и взялись за руки. Тайсон обнял меня за плечи, оттягивая нас с Эви назад как раз в тот момент, когда началось пение.
— Я ждала, что они сейчас запоют, — услышала я шепот Джессы, обращенный к Брекстону.
Брекстон накрыл её рот ладонью — в данных обстоятельствах это было мудрое решение. Мы застыли, во все глаза наблюдая, как они призывают свою энергию.
«Через центр Антарктиды проходит одна из самых мощных лей-линий в мире», — сказал Тайсон через нашу связь. — «Они подключаются к ней. Чувствуешь мощь?»
Я чувствовала. Она вибрировала сквозь подошвы моих сапог, сотрясая магию в моей груди. Ледяной комок внутри меня начал разворачиваться, холод пополз по венам; мне становилось всё труднее удерживать себя от того, чтобы не подключиться к этой линии.
Даже зная, что если я это сделаю, я никогда не смогу её контролировать. Она меня уничтожит.
Тепло Тайсона хлынуло через нашу связь, и лед начал отступать. Он стал моим якорем. Когда ясность вернулась, я поняла, что должна была беспокоиться о нем. Он — начинающий колдун и оборотень-дракон. Слишком много силы за слишком короткое время.
«Ты справляешься с тягой? Твоя энергия такая сильная и новая».
«Я справляюсь», — его ментальный тон был немного напряженным, но не критично. — «Мои братья и наша связь пар удерживают меня».
Мне стоило с самого начала подумать о нашей связи. Истинные пары сильнее вместе.
«Скоро тебе даже не придется об этом думать. Ты будешь автоматически знать, что я на твоей стороне».
Впервые в жизни я действительно в это верила. Я верила, что он не лгал, когда говорил, что был готов на всё еще до того, как сработала наша связь. Что в этот раз — это навсегда.

Глава 13

ТАЙСОН КОМПАСС

Не все стражи были колдунами. Я чувствовал как минимум одного вампира и двух оборотней. Был там и фейри. Все они — древние, их мощь буквально вибрировала в воздухе. Сейчас они стояли, взявшись за руки, в центре купола, творя, черт знает что. И никто из нас не собирался подходить и задавать вопросы.
Я придвинулся ближе к Грейс, подавляя желание оттащить её еще дальше от возможной опасности. Мы не знали этих старейшин, не знали, что они делают. Брекстон и Джесса обычно чуют ложь, но с существами такой силы это не работает. Суть была проста: я не доверял никому, кто находился рядом с моей парой.
Я уже отодвинул её назад — она стояла почти в самом круге — но всё равно казалось, что она слишком близко. Грейс взбесится, если я включу режим сверхопекающего альфы, но если я почую хоть малейший намек на угрозу, она может беситься сколько угодно. Она моя, и я обеспечу её безопасность любой ценой.
Низкорослый смуглый колдун — тот, что забирал нас снаружи — разорвал круг. Он отошел в сторону, и тогда стал виден свежеобразованный люк в полу. Старейшина остановился перед нами, снимая большой мешочек с пояса своей мантии.
Ослабив завязки, он достал горсть камней на кожаных шнурках.
— В тюрьме запрещено пользоваться магией, но вы можете надеть эти талисманы для тепла.
Каждому досталось по одному; кожаные шнуры были достаточно длинными, чтобы девушки могли накинуть их и на младенцев. Пока остальные рассматривали свои камни, я поднял руку.
— Я первый, — отрезал я. Если это ловушка, пусть из строя выйдет один, а не все сразу.
Я чувствовал, что Грейс хочет возразить, но она лишь стиснула зубы, её пухлые розовые губы превратились в тонкую линию. Мне безумно захотелось схватить её и зацеловать до беспамятства, но я сдержался. Накинув шнурок на шею, я почувствовал, как камень на груди коротко завибрировал, и волна тепла окутала тело. Не слишком жарко — идеальная, комфортная температура.
— Вроде нормально, — сообщил я остальным.
Старейшины никак не отреагировали на мое недоверие. Им было либо плевать, либо они этого ждали. Теперь все надели талисманы, и я увидел облегчение на лице Грейс. Это было похоже на погружение в теплую ванну. Когда мы были готовы, один из старейшин положил руку на люк, и, когда он поднял ладонь, тяжелая крышка поднялась вместе с ней.
— Черик отведет вас в Комнату Секретов, — сказал вампир, сверкнув клыками, которые, казалось, никогда не убирались. Интересно, это приходит с возрастом или с силой? Никогда не видел, чтобы Максимус так делал. — У вас будет ограниченное время, чтобы найти книгу и совершить ритуал. Эта комната — единственное место в тюрьме, где мы разрешим вам применить заклинание.
— Ничего не выносите из тюрьмы, — добавил другой. — Не испытывайте нас.
Мы не спорили. Черик, тот самый колдун, шагнул прямо в открытый проем. Сначала я подумал, что он спрыгнул, но, подойдя ближе, заметил узкую темную лестницу, ведущую круто вниз.
— Держись прямо за мной, — шепнул я Грейс.
Она не спорила, встраиваясь в очередь. Я почувствовал, как она руками вцепилась в мою футболку сзади. Она часто так делала, и мне начинало это нравиться — то, как она перебирает пальцами ткань, касаясь меня так буднично.
Мои братья тоже поставили своих пар в середину, так что в итоге первым шел Брекстон, затем Джесса; следом я, за мной Грейс, потом Максимус с Мишей, а Джейкоб замыкал шествие. Мы прикрывали девушек со всех сторон. Джесса попыталась было пойти первой, легонько подтолкнув Брекстона, но тот лишь выразительно посмотрел на их сына, и она уступила.
Когда мы спустились в ледяные глубины, стало темнее и холоднее. Талисманы поддерживали комфорт, но я бы не назвал это теплом. Темнота длилась недолго: яркий свет парил глубоко внизу, у основания лестницы. Казалось, мы спиралью спускаемся в центр айсберга или ледника. Ступени были вырезаны изо льда, но почему-то не скользили, а стены отливали матово-синим. Пролет расширился, свет усилился, и мы вышли на уровень тюрьмы.
Антарктическая тюрьма представляла собой массивную ледяную платформу, простиравшуюся так далеко, как только мог видеть глаз. Вроде того купольного зала наверху. Земля была твердой под ногами, когда мы подошли к Черику.
— Не беспокойтесь о заключенных, — произнес он. — Они не смогут вам навредить.
Я бы поостерегся с выводами; у этого места была определенная репутация. Сюда не попадали за мелкие кражи. Здесь сидели худшие из худших.
Он взмахнул руками, словно почувствовав мое беспокойство.
— Уверяю вас, они надежно изолированы.
Мы все посмотрели вверх.
— Ма-а-атерь божья! — глаза Миши расширились, рот приоткрылся.
Джесса выглядела не менее ошеломленной.
— Вы когда-нибудь видели что-то подобное?
Многие покачали головами, и я в том числе. Как, черт возьми, они создали это место? Тюремные камеры висели в воздухе — ледяные кубы, прикрепленные к ледяному шельфу над нами. Я не видел ни проемов, ни дверей, ни окон, и хотя стены не были прозрачными, внутри угадывались тени.
— Как вы выпускаете их на прогулку или для еды? — спросила Грейс у крошечного колдуна.
Он скрестил руки на груди и уставился на неё.
— Они не выходят. Они не едят. Они не получают ничего.
Кто-то из девушек ахнул, но я не понял кто, потому что мой взгляд был прикован к камерам.
— Учитывая, что у нас нет смертной казни, вы ходите по очень тонкому льду, — резко бросила Джесса, обжигая его своим фирменным взглядом.
Лицо Черика не изменилось, его не заботил её гнев. Глупец.
— Некоторые умирают. Другие выживают. Это зависит от срока их заключения. Но мы не убиваем их активно. Выживут они или нет — решать им.
Потрясающая логика. Колдун отвернулся и пошел дальше.
— Я и не знал, что здесь всё настолько… сурово, — пробормотал Джейкоб, косясь вверх. — Их просто замуровывают и оставляют страдать на весь срок.
— Думаю, стоит радоваться, что сюда попадают только самые отпетые преступники-супы, — сказал Брекстон, — те, для кого, по мнению советов, нет надежды.
Грейс выглядела дерганой.
— Напомните мне никогда не нарушать закон. Не хотела бы я оказаться в положении заключенной здесь.
Моя грудь сжалась от этой мысли, я ответил грубо:
— Этого никогда не случится. Ты никогда не сможешь совершить преступление, за которое отправляют сюда.
Джесса, молчавшая после перепалки с Чериком, вдруг встрепенулась.
— Почему Влада здесь не было? Он массовый убийца. Один из наших худших преступников.
Влад напал на неё несколько месяцев назад в стратфордской тюрьме, намереваясь изнасиловать и убить. Любви между ними не было. Мы слышали, что он мертв, но точно никто не знал. Но она была права: если кто и заслуживал этого места, так это тот вампир.
— У Влада были друзья в высоких кругах, — удивил нас ответом Черик. — Для него уже был заготовлен ледяной куб, но в последний момент его перевели в другую тюрьму.
На щеках Джессы проступил легкий румянец, она плотно сжала губы. Я видел, что её руки дрожат. Джексон издал тихий плач, чувствуя ярость матери; её лицо тут же смягчилось, она похлопала его по спине, успокаивая. Это помогло и ей самой. Брекстон, явно вне себя от того, что его пару едва не убил суп, который должен был гнить здесь, выдал свой фирменный драконий рык. Мой внутренний дракон отозвался, и грудная клетка тоже начала вибрировать.
У меня есть дракон. До сих пор не верится.
Черик вел нас вглубь этого бесконечного мира льда. Это был пустынный, бесцветный мир, и здесь было бы почти невозможно ориентироваться. Никаких ориентиров, всё выглядело одинаково.
— Почти пришли. Поторапливайтесь.
Миша первой заметила секретную комнату.
— Ого, — прошептала она, не мигая глядя в потолок своими зелеными глазами.
Посмотрев вверх, я удивился, как мы не заметили её раньше. Должно быть, комната была скрыта магией, пока мы не подошли вплотную. Этот куб был как минимум в пятьдесят раз больше тюремных. Черик остановился, огляделся, отошел на пару футов вправо и… шагнул в пустоту, вверх. Затем еще шаг, медленно поднимаясь. Брекстон последовал за ним по невидимой лестнице.
— Быстрее, — крикнул сверху Черик, он уже был у входа в куб. — Лестница меняет положение каждые пять минут.
Мы помогали друг другу удерживать равновесие и благополучно добрались до верха.
— Надеюсь, эта дверь за нами не закроется, — предупредил я колдуна. Мой дракон злился внутри, и это меня нервировало. Было ли разумно так говорить со старейшиной? Наверное, нет, но мне было уже плевать.
— Не закроется, — безэмоционально ответил он. Я подождал несколько секунд, и когда проем остался открытым, смог усмирить зверя. Обернувшись, я окинул комнату взглядом. Впечатляюще. Совсем не то, чего я ожидал. Огромная библиотека, толстые ковры на полу и пылающий камин. Магия — это круто.
В глубине темные резные полки тянулись вдоль стен, заставленные множеством предметов. Девяносто процентов из них я не узнавал, но чувствовал скрытую в них мощь.
— Эту комнату называют Хранилищем Секретов не просто так, — сказал Черик, внимательно наблюдая за нами. — Вы будете хранить её тайны, иначе окажетесь в гораздо меньшей и менее уютной версии этого помещения.
Даже не завуалированная угроза.
— Мои братья и сестры просили вас не трогать ничего, кроме книги. Я немного смягчу это правило. Возможно, вам придется переставить какие-то предметы, чтобы найти книгу. У вас есть десять минут, прежде чем мы вернемся на поверхность. Одиннадцать из нас должны постоянно возобновлять энергию «Йесте». Иначе мы рискуем, что сильнейшие вырвутся на свободу.
Этого нам точно не хотелось.
Брекстон взял командование на себя.
— Все разошлись. Мы ищем «Ле Татана», также известную как Изначальная Книга Магии.
Мы бросились к полкам. Книги были почти везде, и нам нужно было проверить каждую. Я начал с полки чуть выше головы, перебирая тяжелые тома. Судя по названиям, это всё были магические гримуары, но нужного не попадалось.
— А что, если она называется иначе? — спросила Грейс с соседнего ряда. Она нежно похлопывала Эви по спине, малышка начала беспокойно возиться. Нам и так везло с поведением младенцев до сих пор, но лимит удачи явно подходил к концу.
— Нашла! — крик Джессы эхом разнесся по комнате. Мы поспешили вглубь. — Она чуть не упала мне на голову. Уверена, она знала, что мы её ищем.
Учитывая, что это был легендарный объект, книга явно обладала зачатками сознания, как и Книга Наставлений в Стратфорде. Магия в таких вещах делает их почти живыми.
Я уставился на находку. Я никогда не видел её раньше, даже на картинках, и был удивлен. Она была размером с обычный лист бумаги. Я ожидал, что столь мощный артефакт будет огромным и тяжелым. К счастью для головы Джессы, это было не так. Переплет был выцветшим красным, с вырезанным названием «Ле Татана». Непонятно, из чего была сделана обложка. Похоже на кожу, но какую-то странную. Скорее всего, кожа какого-то существа.
— Мы учили про эту книгу в школе? — спросил Джейкоб.
— Переплет сделан из кожи редкого, возможно, вымершего существа из Волшебной страны, — сказала Грейс, удивив всех нас. — В этих страницах заключена чистая магия фейри.
Это объясняло её мощь. Самые старые и сильные заклинания всегда приходили из Волшебной страны.
Брекстон посмотрел на неё в упор.
— Откуда ты это знаешь, а мы нет?
Грейс даже глазом не моргнула. Мне захотелось заехать ему по челюсти, но было не время.
— Продвинутый курс магии. Думаю, из-за того, что вы рано вошли в совет, вы пропустили кое-что из основ.
Тут она была права. Мы закончили обучение в двадцать два, хотя должны были в двадцать пять. Многое прошло мимо нас.
— Я также перешла в продвинутые классы раньше, — мягко добавила Грейс. — Потому что была на домашнем обучении. Когда у меня выявили дар целителя, меня хотели быстрее натренировать и отправить на работу.
Меня захлестнула гордость, и я не мог оторвать от неё глаз. Её уверенность была чертовски сексуальной. Чтобы отвлечься, я вернулся к делу.
— Нужно быстрее найти заклинание поиска.
Грейс подошла к Джессе.
— Жозефина сказала, что понадобится моя кровь.
Всё внутри меня взбунтовалось против того, чтобы она истекала кровью ради этого, но спорить не было времени.
— Давайте сначала посмотрим, что говорит заклинание.
Мы положили книгу на длинную скамью у стены.
— Её безопасно открывать? — рука Джессы лежала на застежке.
Брекстон попытался оттеснить её.
— Только не тебе. У тебя Джек на руках.
Джесса зарычала так громко, что Миша и Грейс подпрыгнули.
— Я знаю, что ты делаешь, приятель. В следующий раз ты понесешь Джека, а я буду той, кто рискует жизнью.
Брекстон ухмыльнулся и поцеловал её прямо в рычащий рот.
— Конечно, детка, как скажешь.
Она покачала головой, с трудом сдерживая ответную улыбку.
— Я скоро перестану благодарить судьбу за то, что ты у меня есть.
Слова звучали мягко, совсем не так сердито, как она, вероятно, планировала. Брекстон не ответил, он был занят тем, что развязывал кожаный ремешок книги. Он откинул обложку. Мы все напряглись, ожидая реакции, но книга просто лежала. Я даже энергии от неё не чувствовал.
Джейкоб наклонился ближе.
— Она отлично скрывает свою силу. Видимо, так она и защищается от лишних рук.
Грейс удивила нас, наклонившись и положив ладонь на первую страницу.
— Покажи мне заклинание, чтобы найти жемчужных принцесс.
Я не хотел её отвлекать, но это было странно, и я потянулся к нашей связи. Меня ударило холодом — тем самым, который появился у неё после того, как бабуля ударила её ножом. Я пытался пробиться сквозь него, но не смог достичь её разума.
Она не выглядела страдающей, так что я просто следил за её лицом, готовый выдернуть её, если книга взбесится. Страницы зашелестели, Грейс подняла руку, позволяя книге пролистать саму себя. Она остановилась на трети пути, на пожелтевшем листе, исписанном темными чернилами.
— Это не английский, — выругался Максимус. — Стоило ожидать.
Тонкие пальцы Грейс снова опустились на книгу.
— Покажи мне, — прошептала она. Я мог бы поклясться, что на её щеках на миг вспыхнули бледные синие узоры. Я моргнул — и они исчезли. Было ли это воображение или лед проникал в её магию? Буквы замерцали, незнакомый скрипт начал двигаться по странице, перестраиваясь. Буквы складывались в слова. Слова, которые мы теперь могли прочесть.
— Ты точно не обычная ведьма, — заметил Джейкоб, изучая её. — Я чувствую связи с нашей родиной. С Волшебной страной.
Он был прав. Эта ледяная магия меняла её энергию. Тьма всё еще была там, но она казалась приглушенной.
Джейкоб положил руку на книгу.
— Покажи мне.
Ничего не произошло.
Брекстона это позабавило, он скрестил руки на груди.
— Кажется, Грейс здесь главная, Джейк.
Джейкоб подмигнул ей.
— Я бы тоже слушал красивую женщину охотнее, чем мужика.
— Перестань с ней флиртовать, — отрезал я.
Он подмигнул и мне.
— Не говори, что боишься конкуренции, брат?
Прежде чем ситуация накалилась, Грейс развернулась и шагнула ко мне. Она положила обе ладони мне на грудь, глядя в лицо. Огонь внутри меня утих, сменившись медленным теплом.
— Тебе никогда не придется беспокоиться о конкуренции, Тай, — сказала она достаточно громко, чтобы Джейкоб услышал.
Мой идиот-брат прижал руку к сердцу, изображая смертельную рану, но его глаза смеялись. Грейс высунула ему язык.
— Я обожаю Джейкоба, он семья, но ты… ты гораздо больше. Ты - моя пара.
Мои губы нашли её губы, и, несмотря на возившегося ребенка и многократное покашливание братьев, я не отпускал её долго. Когда я наконец отстранился, Джесса и Миша широко улыбались, а мои братья выглядели измученными — но с большой долей понимания.
Книга засветилась, снова приковывая наши взгляды.
— Пора читать заклинание, — хрипло сказал я.
Грейс слегка пошатнулась, её щеки густо покраснели. Она взяла себя в руки и склонилась над своей «новой лучшей подругой». Я читал текст через её плечо.
Чтобы снять защиту. Чтобы вернуть утраченную силу.
Кровь скованных. Узы земли. Мир стихий. Жизнь проклятия.
Десять капель красного. Десять прядей волос. Возьми слова и переверни их.
Вандера сустен каресин летч нанинда ревеле.
Открой путь к каждому откровению.
Грейс уже тянулась к своим волосам.
— У тебя есть лезвие?
Я вытащил короткий, сверхострый кинжал из-за пояса. Мы часто пускали кровь для заклинаний, и это лезвие резало чисто. Она не просила помощи; как целитель она привыкла к виду крови, но мне всё равно это не нравилось.
Она взяла кинжал, отрезала десять волосков и положила их на страницы.
— Куда капнуть кровь?
— Прямо в книгу, — раздался голос сзади. Черик вернулся, чтобы нас поторопить. — Магия в страницах. Она примет подношение и, если вы достойны, дарует заклинание.
Грейс не колебалась. Она глубоко уколола указательный палец левой руки и выдавила десять капель на старый пергамент. Кровь секунду оставалась на поверхности, затем медленно впиталась, не оставив следа.
— Вандера сустен каресин летч нанинда ревеле, — нараспев произнесла Грейс, когда упала последняя капля. — Покажи нам принцесс.
Мы ждали целую минуту, но ничего не случилось. Я быстро перечитал текст, пытаясь понять, что не так.
— Может, попробуй прочитать слова задом наперед? — предположил я, гадая над этой криптической чушью.
Она кивнула.
— Да, это может сработать.
Напряжение росло. Грейс произнесла древние слова снова, глубоко вдохнула и повторила их в обратном порядке. Как только последний слог сорвался с её губ, вокруг нас поднялся ветер — громкий, шквалистый. На полках ничего не шевелилось, страницы книги не трепетали, но нас семерых начало швырять из стороны в сторону, ветер рвал одежду и волосы.
— Что, черт возьми, происходит? — проревел Максимус, притягивая к себе Мишу. Он закрыл её собой, я сделал то же самое с Грейс. Брекстон подхватил Джессу и поставил её в центр, рядом с Грейс. Мы образовали круг как раз в тот момент, когда ветер окончательно взбесился.
Рука Брекстона легла мне на плечо. Я положил свою на плечо Максимуса, а тот — на Джейкоба. Когда мы замкнули круг, наша связь вспыхнула с невероятной силой, умножая способности.
Я подумал: настанет ли день, когда наши души будут настолько переплетены, что мы будем связаны всегда? Надеюсь, нет. Я не хотел, чтобы наша индивидуальность вот так растворялась. Но если судьба решит так — я справлюсь. Бывали вещи и похуже.
Связь сияла, вокруг нас разгоралось свечение, наши тела словно расширялись. Я не видел ничего, кроме бушующего вихря вокруг. Внутренний дракон рвался на волю, и я увидел вспышку чешуи на щеках Джейкоба, хотя она тут же исчезла.
— Держитесь! — крикнул Брекстон, и в этот миг ветер втянул нас внутрь.

Глава 14

ГРЕЙС КАРТЕР

С того момента, как мы переступили порог Хранилища Секретов, меня к чему-то там тянуло. К нескольким вещам сразу, если быть точной… и это было странно. Я не из тех магов, кто привязывается к могущественным артефактам. Хотя, полагаю, я больше не тот маг, что прежде. Ледяные всплески энергии снова начали циркулировать по моим венам, и на этот раз они казались более… постоянными. Что бы ни разблокировала во мне бабуля, оно начало приживаться.
Когда мы разделились для поиска, я направилась к самому сильному зову. Это оказался набор камней — бриллиантов, судя по табличке. Их было четыре, каждый размером с мячик для гольфа, они покоились на небольшой подставке. Когда моя рука зависла над ними, потребность коснуться их заставила всё внутри сжаться. Голубые узоры, похожие на снежинки, заиндевели по краям моего зрения, и на секунду мне показалось, что в библиотеке пошел снег. Неужели я и правда Бриллиантовая Принцесса?
Джесса окликнула нас, и я смогла вырваться из плена чар, которые наложили на меня эти кристаллы. Я почувствовала одновременно облегчение и разочарование, поспешно уходя и лишь раз оглянувшись назад. Я ожидала, что ледяное чувство в теле снова исчезнет, как это бывало раньше… но оно осталось.
Когда я подошла к Джессе, я поняла, что книга вызывает у меня похожее чувство. Не такое сильное. Скорее, она связывалась со мной, работая проводником, посылая подсказки, что именно нужно делать. Я знала, что должна положить руку на книгу. Знала, как попросить о желаемом. Появилось заклинание, и я, не колеблясь, использовала свою кровь и волосы.
Кажется, сработало. По крайней мере, я на это надеялась, пока нас крутило в вихре. Сильные руки обхватили меня, и часть тревог улетучилась. Я чувствовала себя защищенной… нужной… любимой.
«Так и есть».
Наша связь гудела между нами, не мешая связи Четверки. Это было похоже на две параллельные линии. Они не пересекались и не делились силой, и каким-то образом Тайсон справлялся с обеими.
«Обе увеличивают мои силы — и дракона, и колдуна… Надеюсь, я справлюсь».
«Справишься», — я даже не сомневалась. Не люблю называть себя сталкером, но я провела изрядную часть юности, наблюдая за Тайсоном. Он был слишком чертовски хорош во всем — из тех супов, которые заставляют остальных чувствовать себя неполноценными.
Шум вокруг затихал, и я запрокинула голову, чтобы лучше видеть.
«Ветер стихает? Ты что-нибудь видишь?» — спросила я. У него было преимущество в росте.
«Да, стихает. И… мы определенно больше не в Антарктиде».
Ну, здорово. Потребовалось еще несколько минут, чтобы ветер окончательно рассеялся. И хотя не казалось, что наши ноги отрывались от земли, мы явно были далеко от ледяных пещер тюрьмы «Йесте». Мы стояли на горе, позади виднелись деревья и длинная извилистая дорога. Воздух пах сладостью и сухостью. Вдалеке садилось солнце.
Компассы разошлись, разрывая свою общую связь. Все оглядывались по сторонам. У меня возникло чувство дежавю, хотя я и не сразу поняла, где мы. Глаза Джессы сузились, когда она посмотрела на склон горы.
— Что мы здесь делаем?
Проследив за её взглядом, я присмотрелась к горе. Да ладно! Неудивительно, что место показалось знакомым лишь смутно. В прошлый раз, когда мы были здесь, всё было занесено снегом. Святилище. Книга забросила нас прямо в сердце Румынии.
— Думаете, принцессы внутри? — спросила я, сходя с дороги в сторону горы. — Или хотя бы одна из них?
Паника сдавила грудь; нам следовало быть точнее в просьбе. Нам нужно найти трех принцесс, если Жозефина права. У нас нет времени возвращаться в «Йесте» за новым заклинанием, если здесь только одна, да и сомневаюсь, что стражи впустят нас снова.
— Это место подходит для того, чтобы спрятать тех, кому нужно скрыться от мира, — сказал Брекстон, его глаза на мгновение вспыхнули желтым. — Эту гору опоясывает множество древних защит. Именно поэтому мы стоим снаружи. Даже Изначальная Книга Магии не просочится сквозь эти стены без разрешения.
Я не видела входа, как и в прошлый раз. Тогда он открывался только для отмеченых драконом. Но теперь…
— Кто-нибудь видит дверь? — я посмотрела на остальных. Джесса покачала головой. Миша тоже, её лицо было встревоженным и очень бледным.
У неё из всех нас были самые неприятные воспоминания о прошлом визите сюда, и я надеялась, что возвращение не дастся ей слишком тяжело.
— Теперь Святилище открыто для всех, кто в нем нуждается, так что, может, нам стоит сосредоточиться на нашей нужде и посмотреть, что будет? — Предложение Джейкоба было дельным. Мы все подошли и приложили руки к скале.
Нам нужно найти Жемчужных Принцесс и спасти мир.
Я прокручивала эти слова снова и снова, стараясь передать искренность нашей потребности. У нас заканчивается время.
Время для моей мамы. Время для мира. Время остановить восстание теней. Столько врагов, и кажется, что только мы стоим между миром и существами, жаждущими его уничтожить.
Я попыталась сфокусироваться. Одно дело за раз, иначе я просто сломаюсь. Одно за раз. Ничего не происходило, поэтому я решила послать немного своей магии наружу, как я делала, когда подключалась к земле или лей-линиям.
Холодный поток вырвался из меня, и я вздрогнула, поняв, что ледяная энергия настолько переплелась с моей магией, что я больше не могу их разделить. Как раз когда я собиралась оттянуть силу назад, передо мной возник мерцающий овал размером с дверь. Я бы ввалилась внутрь, если бы Тайсон не придержал меня.
— Кажется, ты нашла вход, — сухо сказал он. В его голосе промелькнула ярость, что меня удивило.
«Что не так?»
Он ответил без колебаний:
«Всё это связано с тобой, и мне это не нравится. Если бы я мог забрать тебя отсюда подальше, я бы это сделал».
«Мы еще не влипли ни в какие серьезные неприятности».
Он издал тихий стон, и его ментальный тон сменился с мрачного на игривый.
«Тебе обязательно было это говорить? Надеюсь, так и будет, но что-то мне подсказывает: всё станет гораздо хуже, прежде чем мы увидим конец этой истории».
Я тяжело сглотнула. Я не была уверена, что готова к этому «хуже», поэтому решила притвориться, что не слышала его слов. Сосредоточившись, я повернулась к проходу, намереваясь войти. Я успела просунуть лишь половину ноги, прежде чем Тайсон подхватил меня и переставил себе за спину.
Джесса зарычала:
— Почему вы, парни, вечно пытаетесь свести нас к роли «девиц в беде»? Это раздражает. Мы такие же супы, как и вы. У нас есть сила.
Миша кивнула, на её лице промелькнула редкая решительность.
— Стало еще хуже с тех пор, как у нас появились дети. Будто вы думаете, что это делает нас слабее. Мы только что вытолкнули из себя по человеку. Джесса вытолкнула двоих. Хотела бы я посмотреть, как вы справитесь с чем-то подобным.
Четверо идиотов на мгновение замерли с ошарашенным видом, а затем на их лицах расплылись одинаковые ухмылки. Прекрасно, им это кажется забавным. Сейчас начнется буря. Джесса боролась с их вопиющей сверхопекой столько, сколько я себя помню, и Миша была права. Кажется, с прошлого раза всё стало только хуже. Хотя я не могла полностью винить Компассов. В последнее время было слишком много случаев, когда они едва не теряли своих девушек.
— Джесса, детка, ты знаешь, что дело не в том, что мы считаем тебя слабой, — сказал Тайсон, его улыбка угасла, он протянул к ней руки. — Я считаю тебя одним из самых сильных супов, которых когда-либо встречал. То, чего ты достигла, жертвы, которые принесла… — Он откашлялся, его черты лица смягчились. Глаза стали глубокого золотисто-коричневого оттенка. — Я восхищаюсь тобой и уважаю тебя. Я люблю тебя. Но я никогда — и я говорю это без тени шутки — никогда не перестану тебя защищать. Я не могу жить без вас троих, моих братьев и наших детей. Всё просто. Поэтому твоя безопасность важнее всего, включая твою гордость.
Лицо Джессы дрогнуло, её голубые глаза заблестели. На её лбу отразилось замешательство. Если она чувствовала то же, что и я сейчас, то это был эмоциональный перегруз. Во мне также шевельнулась легкая ревность. Хотя я знала, что Джесса — пара Брекстона, а Тайсон — мой истинный, слышать, как он признается ей в такой любви, было непросто. Я слишком много лет завидовала их отношениям, чтобы не иметь по этому поводу пунктиков. Но — и я гордилась этим — самыми сильными чувствами внутри меня были обожание и уважение к Тайсону. Его самоотверженность, несмотря на всю дерзость, которую он показывал миру, была чем-то невероятным.
Его рука скользнула вперед и поймала мою. Я скрывала от него большинство своих мыслей, но он почувствовал переполнявшие меня эмоции, которые я не могла сдержать. Он сжал мою ладонь как раз в тот момент, когда Джесса бросилась ему на шею, и ему пришлось отпустить мою руку, чтобы поймать её. Он легко поднял её, обнимая так крепко, как только мог, не придавив Джексона между ними.
— Я тоже люблю тебя, Тай. — Она отстранилась, и он отпустил её. — Я вас всех люблю. Нам повезло, что у нас такая сильная стая. Но… серьезно, я иду первой.
Брекстон снова включил режим «сильного и молчаливого», но по тому, как он смотрел на Джессу, было ясно, что они общаются телепатически. Дракон-оборотень шагнул вперед и заключил её в объятия, словно не мог выдержать вдали от неё ни секунды больше.
— Мы готовы идти? — спросил Джейкоб с мученическим выражением лица. — Знаете, если вы шестеро закончили напоминать мне о том, что я, вероятно, умру в одиночестве… ворчливым, озлобленным старым фейри… — Его глаза были холодными, лишь с легким оттенком смятения в зеленой глубине.
Брекстон двинулся к двери, Джесса рядом с ним… чуть впереди, согласно её требованию. Тайсон снова взял меня за руку, и правильность этого бессознательного жеста поразила меня. Инстинкт. Прекрасный инстинкт.
Проходя мимо Джейкоба, я свободной рукой коснулась его ладони. Наши глаза встретились, я кивнула ему. Я хотела, чтобы он знал: я понимаю его, я была на его месте, и ему не стоит терять надежду. Искренняя улыбка сменила его саркастичную гримасу, и он быстро сжал мою руку, прежде чем отпустить.
«Черт, ты потрясающая. Спасибо, что любишь моих братьев. Мы четверо… мы связаны так тесно, что идем как единый комплект».
В моей голове на мгновение мелькнула вспышка этого «комплекта» с Компассами, и жаркий румянец залил мои щеки. Жар и смех Тайсона вспыхнули в моем сознании. 
«Прости, маленькая ведьма, но здесь я проведу черту. Я ни с кем не стану делить тебя таким образом».
Святые угодники. Как же мне хотелось провалиться сквозь землю, но, по крайней мере, он не злился. Просто… ну, он сам засунул эту мысль мне в голову! Мне не нужны были остальные четверняшки. Я начала сильно дорожить ими всеми, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что я всегда чувствовала к Тайсону.
Шагнув сквозь мерцающий проем, я затаила дыхание, не зная, что ждет нас на той стороне. В пещере было темно и тепло, и я быстро скинула зимнее пальто и шарф. Шапочка Эви последовала за ними.
— Эй, мой талисман исчез, — внезапно сказала Миша.
Я поняла, что мой тоже.
— Да, ни у кого их не осталось по прибытии, — добавил Джейкоб. Наблюдательный фейри. — Надеюсь, они вернулись к старейшинам. Иначе те взбесятся, что мы украли их вещи.
Я содрогнулась. Это не те супы, которых хочется злить. Наши зимние вещи остались кучей в углу — их придется бросить. Мне всё еще было жарковато в термобелье с длинным рукавом, но я не могла его снять, не потревожив Эви, а она была спокойна, махая мне ручками. К тому же, я не доверяла своей новой ледяной магии целителя — боялась, что она выкинет что-нибудь эдакое.
Тайсон лишь покачал головой и коснулся моей руки. Всплеск силы — и мое термобелье сменилось темной майкой на тонких лямках. Она облегала тело, заправляясь в джинсы. Он проделал то же самое для остальных, убедившись, что мы одеты по погоде этого нового климата.
— Никаких мистиков, — заметила Джесса, оглядывая вход в пещеру. — Это место вообще выглядит так же, как в прошлый раз?
Сказать было трудно — свет был тусклым, а пещеры все на одно лицо, но… кажется, отличия были. Больше сталактитов и сталагмитов, возможно. Серебристая жила в стене. Ничего пугающего, и всё же чувство настороженности не покидало меня.
— Думаю, нам стоит на секунду остановиться и привести деток в порядок. — Миша пыталась успокоить Лили, которая начала капризничать. — И… я тут подумала… когда мы вернемся в Волшебную страну, нам стоит оставить их под защитой Жозефины. Я тоже останусь, чтобы присмотреть за ними.
Максимус покачал головой.
— Нет. Миш… ну же. Я не хочу, чтобы мы разлучались. Всё идет наперекосяк, когда мы не вместе.
Она прильнула к своему гиганту-паре, едва доставая ему до груди.
— Я не хочу быть без тебя, но это безумие — думать, что мы можем сражаться в такой битве с младенцами, пристегнутыми к груди. Мы не можем ими рисковать.
— Я останусь, — твердо заявил Джейкоб. — Вы шестеро сильнее вместе благодаря вашим связям пар. Я присмотрю за детьми. Обеспечу их безопасность.
Посыпались протесты, но Джейкоб их игнорировал.
— Вы знаете, что я прав, и спорить пока не о чем. Мы еще даже принцесс не нашли. Давайте сначала сделаем это, а потом будем разбираться с остальным.
Он пытался всех успокоить, но было видно, что он уже всё решил. Он пойдет на это, чего бы это ни стоило.
Близняшкам потребовалось около пятнадцати минут, чтобы сменить подгузники, покормить детей, поиграть и спеть им. Я стояла, прислонившись к стене, и наблюдала за ними, и на сердце было одновременно легко и тяжело.
— Они потрясающие, правда? — Тайсон прислонился рядом со мной, его тело плотно прижалось к моему боку, вызывая мурашки по всей руке. — Никогда не думал, что буду так сильно их любить. Я почти не помню нашу жизнь до их появления.
— Они действительно невероятные, и у них потрясающие родители. Не говоря уже о стае, которая защитит их на краю света. Столько благословений.
Он притянул меня еще ближе, и мое сердце сделало кувырок. То, как быстро мы достигли этой гармонии, всё еще удивляло меня. Связь истинных пар — это магия за пределами моего понимания.
— Наша связь помогла мне справиться с тем, что произошло у бабушки, — тихо сказала я ему. — Тебе не нужно постоянно носить меня на руках и сдувать пылинки. Я в порядке. Правда.
Он обнял меня, прижимая к себе одним уверенным движением.
— Я это вижу. И когда мы наконец останемся наедине, «сдувание пылинок» будет последним, о чем я буду думать.
Я спрятала смех и вспыхнувшее желание, уткнувшись ему в грудь, чтобы семья не видела. Когда я отстранилась, то улыбнулась ему, и он сексуально подмигнул мне. Затем он снова повернулся к детям, и на его лице было такое мягкое, нежное выражение. Оно ему шло. Он будет чудесным отцом… но я всё еще не была уверена, что хочу этого. Моя генетика — не лучший вариант для продолжения рода, учитывая все эти странные магии внутри меня.
Я скрыла эти мысли. Сейчас было не время для такого разговора. Но однажды нам придется поговорить о будущем, и я не знала, не изменит ли это всё между нами.
Мы двинулись по тропе, Эви снова была пристегнута к моей груди, её огромные глазки сонно хлопали. Еда и игры утомили её. В конце туннеля показался свет, как и в прошлый раз. Я ожидала выйти на тот высокий уступ, с которого открывался вид на все территории Святилища: пустыню, заснеженные земли, бушующий океан и леса тысячи оттенков зеленого. В центре этих четырех квадрантов находился город Святилища. Там мы и должны были начать поиски.
Пребывание здесь снова напомнило мне о бабушке. Она всегда рассказывала мне сказку о скрытом оазисе, о мире для тех, кому нужно сбежать. Я думала, она говорит о короле драконов, но, возможно, в этой истории был скрытый смысл, на который я не обратила внимания. Может, она всё это время пыталась сказать мне, что это не просто убежище для отмеченных драконом.
Эта мысль натолкнула меня на вопрос:
— Как эти принцессы могли попасть сюда, если на них нет метки?
Цель этого места изменилась после смерти короля, но до этого здесь жили только отмеченные.
— Может, они прибыли совсем недавно, — сказал Максимус, обнажив клыки. Он редко так делал, но сейчас выглядел напряженным. Его глаза были очень темными — обычно это значило, что вампир внутри берет верх.
— Возможно… — я хотела сказать что-то еще, но мы как раз вышли на яркий свет, и я только и могла, что изумленно моргать.
Ну, приехали. Это был совсем не тот уступ, который я ожидала. Мы стояли прямо у подножия города. Супы сновали туда-сюда; перед нами были небоскребы, витрины магазинов и кафе. Я обернулась, чтобы посмотреть на туннель, из которого мы только что вышли, но позади был только город, будто туннеля никогда и не существовало.
— Что ж, — выдавила Миша, её бледное лицо стало почти белым. — В этот раз путь был куда короче.
Максимус с тревогой посмотрел на свою пару.
— Ты в порядке? — Его голос был нежным — тон, который он использовал только для неё.
Она полуулыбнулась вампиру, её мерцающие глаза были самого потрясающего оттенка зеленого.
— Я в порядке. Просто плохие воспоминания, сам понимаешь.
Для Миши это было последнее место на земле, где она хотела бы оказаться снова. Я напомнила себе поговорить с ней позже. У меня были медитативные техники, которые могли помочь ей очиститься от тяжелых воспоминаний и залечить раны, если она захочет. Наверное, мне и самой стоило их попробовать.
— Ну надо же. Не ожидал увидеть вас здесь.
Мы обернулись на негромкий голос с акцентом. Перед нами стоял знакомый фейри, на этот раз без своих привычных синих одежд. Вместо них на нем были свободные белые хлопковые брюки и такая же легкая рубашка. Настоящий бохо-стиль. Он выглядел расслабленным и гораздо более спокойным, чем в наш прошлый визит.
— Квейл, как хорошо тебя видеть. — Джесса шагнула вперед, улыбаясь ему. — Прости, что мы без предупреждения, но мы и сами не знали, что окажемся здесь, еще полчаса назад.
Квейл махнул рукой, мол, не стоит беспокоиться.
— Святилище открыто для всех, кто в нем нуждается.
Затем он окинул нас взглядом.
— Так что вам нужно? Что привело вас сюда?
Джесса прерывисто выдохнула.
— Во-первых, я должна тебе кое-что сказать. Это касается Луи.
Выражение лица Квейла не изменилось. Глядя на дрожащую губу Джессы, он должен был бы обеспокоиться плохими новостями, которые она явно несла.
— Я знаю о своем брате, — мягко сказал он. — Я поддерживал с ним связь с тех пор, как его забрали. На самом деле, мне тоже есть что вам рассказать.
Тишина была такой, что можно было услышать, как падает перышко; мы стояли в шоке. Мимо пробежала стайка детей-супов, их звонкий смех вывел нас из оцепенения.
— Идите за мной, — сказал Квейл. Он развернулся и повел нас по знакомым улицам. Город был небольшим, и хотя в прошлый раз мы пробыли здесь всего пару недель, мы исходили почти все эти улочки. Джесса и Брекстон меньше других, так как большую часть времени провели в Волшебной стране. Я же в основном избегала Тайсона и старалась как можно больше узнать от местных целителей.
Я никогда не жалела, что села в тот самолет, когда Луи попросил меня помочь. Хотя, если бы он сказал, что там будет Тайсон, я бы бежала в противоположную сторону. Но я жалела о том, как отталкивала Тайсона, пока мы были здесь. Всплеск тепла прошел по нашей связи, и клубы тьмы, вырывавшиеся из своего ящика, рассеялись. Каким-то образом он чувствовал, когда я боролась с внутренними демонами, и без единого слова успокаивал бурю.
Но на её место приходила другая буря — тупая ноющая боль внизу живота, которая не утихала. Я жаждала его с почти одержимой силой, и это пугало до чертиков. Что, если я его потеряю? Смогу ли я выжить?
— Грейс, думаю, нам нужно поговорить, — прошептал Тайсон мне на ухо, его лицо было искажено мукой. — Ты убиваешь меня, малышка, серьезно убиваешь.
Я тяжело сглотнула.
— О чем ты? — Я знала, что он не слышит мои мрачные мысли. Они были заперты глубоко в моем сознании, вне досягаемости нашей связи.
— Я чувствую твою боль. Эта печаль просто раздавливает тебя. Ты почти не дышишь. — В последних словах промелькнула ярость, но она была направлена не на меня. Он злился за меня и боролся со своими новыми силами. — Дракон хочет выследить каждого, кто причинил тебе боль… — Его тихий голос стал чуть спокойнее. — И мы хотим убить их всех.
Он коснулся губами моего лба. Мне так отчаянно хотелось прильнуть к нему и позволить забрать часть этого груза эмоций. Но он не мог защитить меня от этого — я должна была сама проработать свою тьму. К тому же, у нас было дело. Сначала работа, а всё остальное — потом.

Глава 15

ТАЙСОН КОМПАСС

Я был в одном шаге от того, чтобы сорваться и прикончить первого же супа, который косо на меня посмотрит. Вся эта гребаная миссия бесила меня до такой степени, что по краям зрения застыла несмываемая красная пелена. Моя энергия бурлила внутри, как химический раствор, которому не хватало лишь одного ингредиента для чудовищного взрыва.
Как мои братья справлялись с этим? Как они жили, зная, что всё их счастье завязано на выживании другого человека? Зная, что, если с их парами что-то случится, они сначала сожгут этот мир дотла, а потом отправятся вслед за ними в любое место, которое существует после смерти?
Грейс проросла в мою душу так глубоко, что я не представлял своего существования без неё. Но всё было не так просто. Технически она мне не принадлежала — хотя, черт возьми, она была моей — потому что она была частью слишком многих вещей. Сама по себе… её желания и нужды… сообщество целителей… сообщество фейри — в какой бы ипостаси это ни проявлялось.
Всё сводилось к одному: я не мог запереть её в абсолютно безопасном секретном месте. Мне приходилось жить с постоянным риском потерять её, зная: если это случится, я потеряю себя. Я стану безмозглым зверем, машиной для убийства. Небольшим утешением было то, что у меня теперь был разум дракона, в котором можно было скрыться от реальности.
Надеюсь, мне никогда не понадобится этот побег.
Квейл вывел нас на окраину города, к маленькой хижине у самого леса. Она была целиком построена из толстых красных бревен и так сливалась с окружением, что её трудно было заметить, не глядя в упор. Уверен, без маскирующей магии тут не обошлось.
Мистик поднялся на деревянное крыльцо, открыл дверь и впустил нас. Внутри была всего одна большая комната: гостиная, переходящая в обеденную зону и маленькую кухню с массивным островом. Я остался стоять, чтобы девушки могли сесть и распеленать детей.
Кофейного столика не было, только большой квадратный ковер, на который и высадили Лили, Джексона и Эви. Джесса и Миша вытащили откуда-то игрушки — клянусь, в их карманах скрывались бездонные измерения. Мамы обладали большей магией, чем все старейшины вместе взятые. Младенцам нужно нереальное количество вещей, и они ухитрялись всё это носить с собой.
Не верится, что Джесса обвинила нас в неуважении. Мне определенно нужно подтянуть свои навыки, потому что я был в полнейшем восторге от каждой из этих женщин. Они растили детей, любили и раздавали пинки, когда это требовалось. Они держали семью на плаву. Если бы миром правили одни мужчины, это был бы сущий хаос. Я знал это наверняка.
— Я принесу еды, а потом поговорим, — Квейл ушел на кухню, шурша в шкафах.
— Помочь? — спросила Грейс. Я хотел было возразить, но она осадила меня одним взглядом, приподняв правую бровь. Я невольно улыбнулся; она была чертовски сексуальной, когда включала «характер».
«Тебе нужен отдых. Дай мне помочь, а ты посиди немного».
Мне не нравились темные круги у неё под глазами и то, как устало поникли её плечи.
«Я справлюсь, мистер Командир. Но спасибо».
Я больше не спорил, а просто пошел на кухню помогать ей. Мы занялись сэндвичами из продуктов, которые выдавал Квейл. Когда мы закончили с мясными сабами, я раздал их всем вместе с бутылками воды. В комнате воцарилась тишина, прерываемая только жеванием — нам всем нужны были силы для того, что ждало впереди.
Джесса закончила первой, отдав половину своего сэндвича Брекстону. Тот нахмурился, внимательно глядя на её лицо. Я тоже присмотрелся к Джессе. Она отдала еду — это был дурной знак.
— Что случилось с Луи? — Вот и причина отсутствия аппетита. Она подалась вперед, впиваясь взглядом в Квейла. — Его так долго не было. Ничего из того, что мы делали, не помогло его вернуть. Я боюсь… боюсь, что мы опоздаем.
Мы все понимали правдивость этих слов. Чем дольше его нет, тем меньше шансов, что он найдет дорогу назад из лабиринтов своего разума.
Квейл, который даже не притронулся к еде, вздохнул.
— Он в плену, в землях демонов.
Слова повисли в воздухе, прежде чем разразился шквал ругательств.
— Что ты, черт возьми, несешь? — прорычал Максимус.
— Я знаю не всё. Мы можем общаться только короткими всплесками. Он слаб и истощен. Борьба с ними отнимает все силы. Его душа, его сущность была затянута в демонические земли, когда он отправил Давинда — демона — обратно. С тех пор он заперт там, пытаясь помешать демонам найти способ освободиться.
Святое. Дерьмо.
— Как вы общаетесь? — спросила Джесса, скрипя зубами.
Квейл пожал плечами.
— Как и всегда. Луи появляется в моей голове, точнее его проекция, и передает информацию. Я могу отвечать мысленно, но он не всегда меня слышит. В основном это связь в одну сторону.
И почему я удивлен? Если я никогда не слышал, чтобы колдуны просто прыгали в чужие головы, это ничего не значило, когда речь шла о Луи.
— Как давно ты слышал его в последний раз? — вопрос Грейс был тихим и полным тревоги.
Лицо Квейла исказилось от беспокойства.
— Прошло больше недели. Это самый долгий срок с момента его исчезновения.
— Почему ты не сказал нам раньше?! — Джесса вскочила, сжимая кулаки. — Мы могли бы сделать что-то полезное! Одна из сильнейших ведьм в мире тратит время впустую, пытаясь его вернуть. Мы все тратим время, просто пялясь на его тело!
Квейл вскинул руки, удерживая тарелку на коленях.
— Простите. Он просил не говорить вам. Сказал, что пытается остановить демонов, и ему нужно быть уверенным, что вы не отправитесь на самоубийственную миссию, чтобы его спасти. Без тела он ограничен, но в форме духа у него еще осталась магия.
— Чертов герой-смертник, — пробормотал я. Луи всегда пытался спасти мир в одиночку. Пора бы ему понять, что после всего пройденного он больше не один. Он часть нашей стаи.
Брекстон обнял Джессу.
— Он жив, это главное. — Его голос был тихим и успокаивающим. — Мы спасем его, обещаю. Я сделаю всё, чтобы вернуть сущность Луи на Землю. В его тело.
Джесса вздрогнула, и когда её плечи затряслись, я подавил желание ударить в стену. Она не боялась плакать — сильные не прячут эмоции. Но я всё равно ненавидел видеть её такой расстроенной. Это вызывало желание убить любого, кто причинил ей боль. Но так как сейчас я не мог этого сделать, пришлось сосредоточиться на деле.
— Нам нужна твоя помощь. — Я пригвоздил Квейла взглядом.
Мои глаза наверняка снова вытворяли это драконье-золотое-магическое дерьмо, но мне было плевать. Мне нужны были ответы.
— Нас прислали сюда найти трех принцесс-фейри. Они спрятаны, их силы связаны. Они могут выглядеть как фейри, представители любой из пяти рас или даже как люди.
Миша издала сдавленный вскрик, и все обернулись к ней. Её глаза округлились.
— Джастис… что если она… мы отправили её сюда. Кристоф держал её не просто так. Он брал её кровь. Что если…
Она замолчала. Максимус первым понял её мысль.
— Джастис, точно! Когда я спасал Мишу от этого ублюдка Кристофа, в клетках была человеческая девушка. Мы отправили её сюда. Но то, что она человек, никогда не имело смысла. Зачем Кристофу кровь человека? И почему её продавали на аукционе супов в мире демонов? Картинка не складывалась.
Мы все были на ногах.
— Джастис еще здесь? — спросил я Квейла.
Он покачал головой, и мой дракон щелкнул челюстями от разочарования. Если бы я не был так сосредоточен на принцессах, я бы на секунду восхитился тем безумием, что внутри меня живет зверь.
— И где она тогда? — резко спросил Джейкоб.
— Мне следовало выразиться точнее, — Квейл вернул себе каплю уверенности. — Её больше нет в самом городе. Она ушла с друзьями исследовать другие поселения.
— Здесь есть другие города? — удивилась Миша.
— О да, небольшие поселения разбросаны по всем четырем территориям. Джинны занимают то, что в пустыне. Не советую их навещать. Странные существа.
Джесса фыркнула. В прошлый раз у неё были стычки с джиннами, так что предупреждения ей не требовались.
— Кажется, Джастис и её друзья направились в лес, — неуверенно добавил Квейл. — Мы не следим за ними, но они пошли в ту сторону.
— У нас нет на это времени, — прорычал я.
Мы обменялись взглядами с Брекстоном; на его лице было то же раздражение. Но прежде чем я предложил выдвигаться на поиски в джунгли, Квейл дважды хлопнул в ладоши.
— У меня есть план. Мы можем объявить Конвергенцию — собрать всех жителей на главной площади. Здесь есть система оповещения на случай чрезвычайных ситуаций. Думаю, этот случай подходит.
Грейс покачала головой.
— Другим мистикам это не понравится.
Квейл пожал плечами.
— Я и не собирался спрашивать их мнения. Я просто запущу сигнал, заглушу частоту, и пока они сообразят, как его выключить, девушки уже доберутся до города.
Максимус потер щетину — мы все были небритыми после этих безумных дней.
— Это лучший план. Если не сработает, начнем поиски, но так мы можем сэкономить часы, а то и дни.
Квейл направился к двери. Я собрал тарелки и бросил их в раковину, пока девушки снова пристегивали детей. Мы вышли на крыльцо.
— Идите и ждите в самом конце ресторанной улицы, — сказал он. — Не хочу, чтобы вас связали с этим.
Он перепрыгнул через перила и рванул к огромному небоскребу в центре города. Мы не заставили себя ждать и поспешили в город. На улицах было полно супов: люди обедали в ресторанах, болтали, вели себя так, будто в мире нет проблем. В Святилище было много жителей, в основном меченых драконом, которые остались здесь после смерти Живокости. Для многих это был единственный дом.
Когда мы дошли до конца улицы, мы начали непринужденно болтать, стараясь не привлекать внимания в ожидании тревоги.
— Я убью Луи, — пробормотала Джесса, поглаживая Джексона по спине. — Он должен был сказать нам. Мы бы его спасли. Кто знает, что демоны с ним делают.
Я тоже за него переживал. Демоны… это плохо, а он там уже слишком долго. В этот момент Грейс прижала руку к груди, пошатнулась и зажмурилась.
— Грейс, что случилось?
Инстинктивно я потянулся к нашей связи — она наглухо закрылась от меня. Я подхватил её за плечи, притягивая к себе. Она была твердой как камень и холодной на ощупь. Я уже готов был сорваться, когда она начала дрожать.
— Они идут. Они идут за нами, — забормотала она.
Она повторяла эти зловещие слова снова и снова. Мне потребовалось всё мое самообладание и часть воли моих братьев, которую я «одолжил» через связь, чтобы удержать дракона от прорыва сквозь кожу.
— Кто идет? Что ты чувствуешь?
Она распахнула глаза, впиваясь в меня своими темными мерцающими глубинами.
— Те, кто охотится на принцесс. Охотники за головами. Они хотят сдать нас демонам. Они используют нашу кровь, чтобы освободить тени. — Она говорила бесстрастно, механически, будто была не совсем здесь.
В этот миг взвыла сирена — протяжно, громко, прорезая магическое небо. Супы повсюду засуетились, вскакивая со своих мест и сбегаясь к нам на площадь. По крайней мере, мы были в правильном месте. Мы с братьями тут же рассредоточились вокруг девушек, встав к ним спиной, чтобы видеть угрозу с любой стороны.
— Ты их видишь? — спросил Джейкоб. — Как вообще выглядят эти охотники?
Брекстон ответил спокойно и протяжно:
— Рискну предположить, что это вон те ребята.
Он кивнул в сторону пустынной зоны. Улица была на возвышении, так что нам было отлично видно группу, появившуюся на горизонте. Их было как минимум двенадцать — все в черном, кожа покрыта татуировками и клеймами. Не люди — отсюда я не мог разобрать расу.
— Что? Всего двенадцать? — фыркнул Джейкоб. — Да мы их одной левой уложим.
Игнорируя его, я увел группу с открытого места, стараясь затеряться в толпе. Я ловил мимолетные взгляды охотников, когда они вклинивались в массу собравшихся супов.
Грейс вцепилась в мою футболку сзади, и я обернулся через плечо.
— Держись рядом, — прошептал я. — Я не дам им до тебя дотронуться.
Она выдохнула с облегчением, прижимаясь еще теснее.
— Я знаю, Тай. И я прикрою тебя. Всегда.
Её слова разожгли пламя в моей груди. Дракон в моей душе был более чем доволен.
«Пара».
Я мысленно отогнал его.
«Да, я знаю, что она наша пара».
Я чувствовал собственнический инстинкт зверя, который только подливал масла в огонь моей собственной ревности.
«Мы защитим её. Чего бы это ни стоило».
Охотники разделились — умный ход. Они пытались смешаться с толпой, но двигались как военные, да и выглядели так же в своих черных тактических костюмах. Среди расслабленных жителей они выделялись как бельмо на глазу, так что нам было легко за ними следить.
Сирена продолжала завывать, на площадь прибывало всё больше народу. Мы пробирались в самый центр толпы, и когда я решил, что мы достаточно глубоко, я обнял Грейс.
— Смешайтесь с толпой, не привлекайте внимания, — шепнул я братьям. Те обняли своих пар. Джейкоб тут же завел разговор с какой-то ведьмой неподалеку. У неё были длинные светлые кудри и большие голубые глаза — слишком «кукольная» для моего брата, он любил более земных и настоящих, но они мило болтали, так что его прикрытие работало.
Грейс смотрела на меня, её лицо было серым от стресса и страха.
— Как ты узнала, что они здесь? — прошептал я ей на ухо.
Она ответила едва слышно:
— Ледяная магия… она становится сильнее. Она предупредила меня, так же как подсказала, что делать с книгой.
— Как они тебя нашли?
Она пожала плечами.
— Понятия не имею, но Жозефина говорила, что они близко. Что бабушка взломала мою защиту, и это, видимо, затронуло и остальных девушек.
Я проглотил пару сочных ругательств.
— Интересно, стражи «Йесте» впустили кого-то еще к книге?
Грейс закусила губу.
— Будем надеяться, что впустили. Потому что если они взяли книгу силой и ранили стражей…
Мы оба понимали, что это значит. Старейшины — единственное, что удерживает толпу смертоносных супов от прорыва в наш мир. Если эти охотники одолели их, у нас нет шансов.
В поле зрения появился один из охотников, и я низко склонил голову, прижимаясь губами к губам Грейс. Мой разум отключился, тело отозвалось жаром, я притиснулся к ней еще плотнее. Наша связь требовала закрепить союз пар здесь и сейчас. Сопротивляться ей становилось всё труднее. Я заставил себя сфокусироваться — сейчас точно не время для тумана в голове.
«Нам надо уходить», — сказал я, смягчая поцелуй. «Если они победили старейшин, они сильны. Слишком сильны».
«Хорошо, собираем остальных», — согласилась она, выглядя немного ошеломленной.
Мы отстранились, но не успели сделать и шага, как нас окружил ослепительный синий свет. Мой дракон взревел, когда по нашим телам захлопнулись магические оковы. Охотники взяли нас в кольцо — каким-то образом они точно знали, где Грейс. Брекстон зарычал, мы с Джейкобом последовали его примеру — это был чистый звериный рык.
— Нет! — выплюнул Брекстон. — Если мы обернемся, мы убьем девушек. Сдерживайте зверей!
Легко сказать, но мысль о том, что я могу навредить Грейс, заставила дракона затихнуть под моим контролем. Это были мощные магические путы, прижимавшие руки к бокам. К счастью, младенцев они не придавили. Пока что. Если они начнут сжиматься, будет совсем другое дело. Толпа в страхе расступилась, оставив нас наедине с охотниками.
— Это было проще, чем я ожидал, — сказал один из них.
Это был матерый мужик с седыми волосами. Медведь-оборотень… старый и явно повидавший дерьмо. Военная стрижка, холодные серые глаза и тяжелый взгляд. Я понятия не имел, кто он, но он пришел по делу.
— Отпусти. Нас. — Джесса ненавидела быть запертой. — Или я убью вас всех по одному, используя самые изощренные пытки.
Медведь обменялся ухмылкой с долговязым рыжим парнем слева от него.
— Это она?
Рыжий поднял костлявую руку, в которой была деревянная шкатулка. Он откинул крышку и поднес её к Джессе. Та оскалилась.
Он остался невозмутим и повернулся к боссу:
— Не она.
Медведь перевел взгляд на двух других девушек. Когда он уставился на Грейс, я захотел оторвать ему голову. Рыжий заметил мой взгляд, быстро поднял шкатулку и поднес к моей паре. Один из камней засветился… это был бриллиант. Для Бриллиантовой Принцессы, мать его.
— Это она.
Путы внезапно исчезли, и мы разлетелись в стороны. Я вскочил в мгновение ока, пытаясь добраться до Грейс раньше, чем они её схватят. Двое охотников встали на моем пути. Одного я вырубил ударом кулака, другой бросился на меня, но я ударил его всплеском энергии, и он отлетел в сторону.
Я почти добежал до неё, когда перед моим лицом возникло тяжелое оружие. Рыжий вступил в игру. Я замер, ярость клокотала внутри, пока я рассматривал пушку в его руках. Я узнал её — модифицированный станнер. В Америке их редко используют, но они могут вырубить супа на раз.
— Еще шаг к ней, и я выстрелю, — предупредил Рыжий. — И на случай, если ты захочешь поиграть в героя: этот заряжен на поражение, а не на оглушение.
Я слышал, что в тюрьме в Германии работают над такими, но не знал, что они существуют в реальности.
— Если тронешь её, я тебя убью. — Мои слова были спокойными, ярость я запер на замок. Теперь я был в холодном, беспощадном месте. Магия колдуна кипела, дракон мерил шагами клетку, и мне было абсолютно плевать на последствия. Я бы стер их всех с лица земли не задумываясь.
Медведь, стоявший за спиной Рыжего, видимо, увидел что-то в моем лице, что ему не понравилось. Он крикнул своему человеку стрелять, а сам обхватил Грейс руками. Станнер выстрелил, но я уже ушел перекатом в сторону. Вскочив, я взревел, увидев, как Грейс борется с Медведем. Он пытался утащить её, а она отбивалась изо всех сил, мешало только то, что она прикрывала собой Эви. Одной рукой она обхватила ребенка, защищая её от ударов.
Остальные члены моей семьи сражались с другими охотниками. Эти супы были отлично натренированы, и их было гораздо больше. К тому же мы не могли обернуться из-за близости девушек и детей. Я послал разряд магии в двоих охотников, заходивших сбоку, впечатав их в землю.
Уворачиваясь от кричащей толпы, я рванул к Грейс. Рыжий снова выстрелил. Заряд пролетел мимо моего уха, врезавшись в стол неподалеку и разнеся его в щепки. Выстрел был сделан почти в упор, поэтому я резко развернулся и ударил ладонью прямо в голову Рыжего, выпустив прямой поток энергии. Я никогда раньше не использовал энергию для такой прямой атаки, но он перешел черту.
Мир на мгновение замер, будто затаив дыхание, а затем голова охотника буквально взорвалась. Я упал на землю, чтобы меня не задело осколками костей, желудок скрутило. Я хотел просто вырубить его, но недооценил свою новую силу. Впрочем, угрызения совести длились недолго. Он пытался забрать мою пару… убить меня из станнера. Он, как и многие до него, усвоил урок: не связывайтесь с четверняшками Компасс и их стаей. Мы выследим вас на краю света и заставим заплатить за всё. Это обещание.

Глава 16

ГРЕЙС КАРТЕР

Охотник продолжал наступать, пытаясь защелкнуть на моих запястьях браслеты — я уже видела такие раньше и знала, что они блокируют магию.
Он не получит меня.
У меня был ребенок, которого я должна была защитить любой ценой, и я должна была остановить демонов и тени.
Черпая магию изнутри, я судорожно перебирала в уме атакующие заклинания, которые могли бы сбить его с ног. Если бы я только могла использовать ледяную магию, как у бабушки, заморозив всех вокруг, это бы помогло. Но я понятия не имела, как я это сделала в тот раз.
Нужно начать с того, что я знаю.
— Locitus serverin! — выкрикнула я.
Холодный разряд силы вырвался из меня — простое оглушающее заклинание, направленное прямо в охотника. Но оно просто отрикошетило от него; он даже не потрудился выставить блок. Казалось, вокруг него был барьер или на него наложили чары защиты от магии. Я знала, что такое возможно, но любая защита сильна лишь настолько, насколько силен тот, кто ее подпитывает. А он был оборотнем, а не магом, так что я должна была свалить его быстро.
Мы кружили друг напротив друга; я ловила краем глаза вспышки боя моей семьи. Тайсон сражался с охотником, вооруженным станнером. Лучи оружия пролетали в дюймах от моего истинного, и мне хотелось кричать, паниковать и броситься под выстрел, чтобы уберечь его. Я знала, что не могу этого сделать, но сопротивляться этому порыву было невыносимо.
Медведь-оборотень заговорил быстро:
— Иди со мной сейчас, и никто из них не пострадает. У нас есть технологии демонов. У нас есть камни, отражающие твою драгоценную магию. Тебе нас не одолеть.
Черт… камни, отражающие магию. Так вот почему мое заклинание не сработало. По крайней мере, теперь я знала, что я нужна ему живой, а значит, я буду сражаться еще яростнее. Как раз когда я собиралась броситься на него, слева раздался хлопок. Я приказала себе не сводить с него глаз, но все же обернулась на миг.
Дерьмо… нет! Один из охотников выпустил купол, заперший всю мою стаю — и еще сотню других супов — внутри.
Брекстон и Тайсон стояли у самого края изнутри, впечатываясь в барьер.
Тайсон! Я попыталась позвать его мысленно, но на месте нашей связи было лишь слабое гудение. Я чувствовала его, но слова не проходили.
Двойное дерьмо!
Я снова повернулась к Медведю, понимая, что он стал гораздо ближе. Сделав еще шаг назад, я тяжело сглотнула.
— Тебе нужно, чтобы я пошла с тобой добровольно, верно?
Его жесткие глаза не отрывались от меня.
— Я бы предпочел именно это, да. У меня есть кодекс, и я стараюсь его придерживаться. Мы не похищаем, мы принуждаем.
Я фыркнула, едва сдержавшись, чтобы не закатить глаза.
— Это одно и то же. Ты угрожаешь моей семье. Я не пойду с тобой с радостью.
Мне пришлось снова взглянуть на купол, и сердце замерло: иссиня-черный газ начал застилать пространство над головой Тайсона, вползая с боков мрачными завитками.
— Это называется «Воздух Элдры», — светским тоном заметил охотник, явно заметив мой ужас. Я с трудом оторвала панический взгляд от Тайсона и обнаружила, что рядом с Медведем появились еще несколько охотников. Часть меня радовалась, что их осталось всего пятеро; остальные были выведены из строя моей стаей. — Этот газ из земель демонов. Они его разработали. Он манипулирует кислородом, меняя его молекулярную структуру. Сначала супы впадают в глубокий сон, и если они скоро не получат свежий воздух, они умирают.
Мое сердце колотилось так сильно и быстро, что я не могла соображать из-за этого стука.
— Мне придется оставить ребенка, и поверь, в твоих же интересах позволить этому случиться. Ее семья выследит тебя, и ты будешь умолять их о смерти.
Он пожал плечами, и двое охотников встали по бокам от меня. Я снова посмотрела на купол; его стенки содрогались, когда что-то тяжелое врезалось в них. Я видела вспышки чешуи и знала, что парни в форме драконов, но туман был уже слишком густым, чтобы разглядеть детали.
— Время уходит. Им недолго осталось.
Я хотела содрать кожу с его самодовольной рожи. Воспоминания о Треворе парализовали меня, но я пробилась сквозь них. Серьезно, как в мире может быть столько ужасных, помешанных на власти, высокомерных ублюдков? Почему их матери не надрали им задницы в ту же минуту, когда они начали вести себя как эгоистичное дерьмо?
Распеленав Эви, я не сводила глаз с охотников, пока малышка не начала капризничать. В глазах защипало, когда я улыбнулась ей.
— Все будет хорошо, маленькая. Твои мама и папа не дадут тебя в обиду.
Ее губки задрожали. Каким-то образом она чувствовала, что я на грани срыва, и это ее расстраивало. Подняв глаза на Медведя, я прорычала:
— Я обещаю пойти с вами добровольно, но сначала я хочу видеть своих друзей на свободе.
— Согласен. — Он даже не колебался, и это заставило меня насторожиться. Слишком легкое согласие. Но какой у меня был выбор? Подойдя к краю купола, я слышала глухие звуки изнутри — он продолжал дрожать и содрогаться. Раздался рев, и я снова попыталась дотянуться до разума Тайсона.
Тай, пожалуйста, знай, что я сделаю всё, чтобы защитить тебя. Я должна уйти с ними, но я найду тебя снова.
Эви не с кем было оставить. Все супы, не попавшие в купол, бежали, а значит, мне придется оставить драгоценное, невинное дитя прямо на земле.
— Будь в безопасности, малышка, — прошептала я, прижавшись губами к ее щеке. Она всё еще смотрела на меня своими огромными влажными глазами, а ее губы дрожали еще сильнее.
Заперев свои эмоции на замок, я ушла в ту же защитную оболочку, которую использовала, когда меня пытали. Я сделала лицо бесстрастным и подавила всю свою боль, страх и гнев. Я показала им, что ничего из их действий на меня не влияет.
Когда я встала рядом с Медведем, который, как я подозревала, верховодил этой бандой подонков, он защелкнул браслеты на моих запястьях. Такие же оковы сомкнулись на моих лодыжках, и я даже не вздрогнула, когда холодная тонкая полоска впилась в кожу. Эви зашлась в плаче, и внезапная боль в груди была такой острой, будто мое сердце только что треснуло пополам.
Медведь грубо толкнул меня вперед.
— Я рад, что мы пришли к соглашению. Нас ждет приятная поездка в Волшебную страну.
Что ж, по крайней мере, теперь я знала, куда нас везут. Эви снова закричала, и я заставила себя не оборачиваться. Не могла.
— Снимите купол, — твердо сказала я. — Я здесь, добровольно. Я не буду сражаться. Снимите. Купол.
С глубоким хриплым смехом он наклонился, вздернул меня и грубо перекинул через плечо. Ребра отозвались криком протеста, но я не издала ни звука, впившись взглядом в купол.
Я брыкалась и протестовала, когда он понес меня прочь.
— Ты обещал, что отпустишь их!
Он усилил хватку так, что казалось, кости моих бедер сейчас лопнут.
— Я не могу допустить, чтобы они погнались за мной, но я держу свои обещания. Как я уже говорил, я - суп с моральным кодексом.
Я услышала, как он буркнул что-то одному из людей рядом. Тот вытащил из кармана небольшое устройство. Внутри был еще один набор камней, разноцветных, размером от крошечных до почти с кулак. Охотник взял один из самых больших, вытянул руку и зашептал над ним. Это было похоже на латынь, но слов я не узнала.
Камень начал вращаться, двигаясь так быстро, что перестал быть похожим на камень. Затем он сорвался с его ладони, пересек площадь и врезался в купол. Я затаила дыхание, ожидая, что он разобьет стены… но камень каким-то образом впитался в барьер и исчез в темном тумане.
Мы уже удалялись от купола, и я изо всех сил пыталась увидеть, что происходит. Сначала казалось, что ничего, и я уже готова была снова сорваться, когда в этом темном мареве появилась точка света — точка, которая росла и росла, расширяясь со скоростью молнии. Газ исчез за считанные секунды.
Нет! Боги, нет. Я ахнула, не в силах сдержать слезы. Все внутри лежали вповалку на земле — либо без сознания, либо мертвые. Я не видела драконов, а значит, они вернулись в человеческую форму, потеряв сознание.
Я опоздала.
Тяжелое рыдание вырвалось из меня. Оно сотрясло всё мое тело так сильно, что я чуть не свалилась с плеча Медведя.
Ублюдки. Я начала наносить яростные удары по его затылку, колотя так сильно и быстро, как только могла. Мои крики раздирали воздух, я потеряла всякое подобие рассудка. Тьма внутри меня взорвалась, и на секунду мне показалось, что она вытекает из меня длинными струями. Но прежде чем я успела это осознать, сильный удар по голове вырубил меня.

***

Какое-то время я плавала в полузабытьи. Часть меня знала, что я прячусь от агонии, которую почувствую, когда очнусь. Я потеряла их всех. Моих друзей и семью… Тайсона. Я оставила Эви на земле, и некому было ей помочь.
Мое тело наполнилось новой энергией; лед и тени теперь смешались так плотно, что я не знала, кем я себя почувствую, когда позволю полному сознанию вернуться. Если лед был моей силой как Бриллиантовой Принцессы — а я начинала думать, что ничем другим это быть не может, — то что же тогда было тьмой?
Когда прятаться стало невозможно, я открыла глаза, щурясь от света. Когда зрение прояснилось, я не удивилась тому, где нахожусь.
Привязанная к столбу… посреди четырех драгоценных лугов.
Мой столб был глубоко вбит в землю и возвышался высоко над головой. Я была перед сверкающими бриллиантами.
Да здравствует Бриллиантовая Принцесса. В сказках всё было совсем не так.
Затем я заметила трех других женщин, каждая из которых была закреплена в похожей позе, руки связаны над головой, высоко на столбах.
Охотников нигде не было видно.
— С возвращением к нам.
Я повернула голову в сторону рубиновых земель. Рубиновая девчонка широко улыбнулась мне, а я просто уставилась на нее. Она была одной из самых красивых женщин, которых я когда-либо видела. Длинные волны платиново-белых волос, огромные изумрудные глаза и кожа, которая была одновременно темной и светлой, абсолютно безупречной.
— Мы не были уверены, что ты проснешься вовремя к началу шоу.
Две другие тоже смотрели в мою сторону. Очевидно, я была единственной, кто был в отключке.
Откашлявшись, я почувствовала, что язык кажется тяжелым.
— Как долго мы здесь? — Мой голос был хриплым; крики сорвали горло. — Куда делись охотники?
Рубиновая принцесса пожала плечами, насколько это было возможно в ее положении.
— Понятия не имею. Они появились в Святилище, пригрозили убить всех там, если мы не пойдем с ними в Волшебную страну, и так как у нас не было выбора, мы последовали за ними через дверной проем. Теперь мы ждем здесь, как послушные жертвенные ягнята.
— Вы все были в Святилище? — Я посмотрела на двух других девушек. Сапфировая принцесса была миниатюрной, едва выше пяти футов. Ее волосы были черными как полночь, и я не могла разглядеть цвет глаз с такого расстояния, но на фоне бледной кожи они казались темными. Изумрудная принцесса была со светлыми кудрями, скорее золотистыми, чем белыми. Ее глаза были светлыми, бледно-зелеными или голубыми, а кожа была сильно загорелой, будто она проводила много времени на солнце.
Заговорила Сапфировая:
— Мы все были в Святилище. Там было безопаснее, чем в последнем месте, где я была. — У нее был сильный акцент, который я не смогла сразу определить… откуда-то из Европы.
Рубиновая снова заговорила:
— Меня зовут Джастис, брюнетка — Кэм, а вторая блондинка — Гретли. Мы нашли друг друга в Святилище месяц назад.
Джастис.
— Ты когда-нибудь встречала оборотня-волчицу по имени Миша? — Я впилась в нее взглядом.
Она рванулась вперед на своем столбе, от нее буквально исходило напряжение.
— Да! Да, я знаю ее. С ней всё в порядке?
Мое сердце сжалось, и глубокая, отчаянная боль захлестнула меня. На секунду тьма взяла верх, и у меня появилось желание вкусить крови каждого живого существа вокруг. Я хотела, чтобы они все сдохли.
Убей их всех.
Я вздрогнула, когда холодная ледяная волна окатила меня, и часть тьмы отступила. Я шумно задышала, как после марафона.
— Я… я не знаю, в порядке ли она. Охотники заперли их в этом куполе и наполнили его смертоносным туманом. Я обещала пойти тихо, если они их отпустят…
Мой голос сорвался, и я боролась с подступающими рыданиями, грозившими вырваться из груди.
Джастис выглядела одновременно разъяренной и убитой горем, ее лицо исказилось.
— Дай угадаю, — ее голос был ломким. — Они их так и не отпустили.
Я покачала головой и подавила очередной всхлип.
— Нет, не отпустили. Моя пара был внутри. Вся моя семья…
Я поникла, агония была слишком горячей и интенсивной, чтобы ее подавлять. В этот раз я не смогла сдержать слез.
— Я должна была сделать больше, — рыдала я, задыхаясь. — Я должна была сражаться сильнее. Каждая слеза замерзала и с тихим звоном разбивалась на моих щеках, осыпая желтый песок мелкими ледяными осколками. Если бы я не была так раздавлена, я бы испугалась этих перемен. Но сейчас ледяные штучки были меньшей из моих забот.
Я заметила, что у других принцесс тоже текут слезы, нас четырех объединил мой момент горя. Мне потребовалось еще несколько рваных вздохов, но я как-то взяла себя в руки.
— Я не знаю, сколько вы знаете, — начала я, и мой голос стал еще более сиплым. — Но я собираюсь рассказать вам довольно странную историю, и мне нужно, чтобы вы все мне поверили. Вы не захотите, но у нас нет времени проходить через все стадии до принятия. Нам нужно выбираться отсюда.
На их лицах отразилось недоверие, но никто не возразил, поэтому я сразу перешла к поспешным объяснениям. Я рассказала им, что мы — спрятанные принцессы Волшебной страны, что охотники работают на демонов и выслеживали нас, что нам нужно освободить наш народ, иначе тени снова восстанут.
Настороженность девушек сменилась неверием, особенно у Джастис.
— Я - человек, — отрезала она. — Я никак не могу быть одной из вас, сверхъестественных. Я просто попала в ваш мир не в то время и не в том месте.
Тут вставила Кэм:
— Мы все люди. Поэтому мы и сблизились в Святилище.
Я покачала головой, хотя тень сомнения всё же терзала меня. Почему я была единственной, кого не спрятали как человека?
— Вы не люди. — Я вложила всю свою уверенность в это утверждение. — В глубине души вы это знаете. Ваша сущность фейри была заперта, спрятана так, чтобы никто не смог вас найти. Но вы должны начать чувствовать это внутри себя. Заклятие на мне было разрушено, и по какой-то причине оно начало распадаться на вас в то же самое время.
Джастис нахмурилась:
— Зачем им было прятать нас, если мы нужны им, чтобы снять это заклятие с драгоценных лугов?
— Нас спрятали до того, как было наложено заклятие. За нами охотились всю жизнь, потому что наша кровь — это замок на тюрьме, которая удерживает тени. Вот почему существуют эти четыре драгоценные земли. Что-то случилось, когда мы были маленькими. Я не знаю что, но наш народ решил спрятать нас, пока они не устранят опасность.
— Но в итоге устранили их самих, — сказала Гретли, заговорив впервые. У нее был низкий, богатый, хрипловатый голос.
Я посмотрела на кристаллизованные земли.
— Какое бы заклятие по ним ни ударило, оно заставило кристаллы поглотить эти города… и наш народ. Мы единственные, кто может это остановить. Нам нужно разрушить заклятие, тогда они помогут нам укрепить барьер теней, прежде чем тот, кто за нами охотится, взломает тюрьму.
Я дала им минуту. Я видела, как они борются с этим безумием, но в конце концов они его приняли.
— Что нам делать? — спросила Джастис, стараясь выпрямиться как можно выше.
Эм… на самом деле я понятия не имела, что делать. Жозефина просто сказала, что мы поймем, когда будем вместе, но… я не понимала.
— Я думаю, нам нужно понять, как пробиться сквозь то, что подавляет нашу сторону фейри.
Эти слова сами сорвались с моих губ, хотя я об этом совсем не думала.
— Хорошо. — Кивки и согласия со всех сторон.
— И как нам это сделать? — спросила Кэм.
Я изо всех сил работала руками, стараясь освободиться. Ни одно из заклинаний, что я шептала, не помогало, а значит, веревки были магическими. Насколько я видела, на моих запястьях и лодыжках больше не было браслетов, так что это было единственным объяснением.
— Сначала нам нужно выбраться. Кто-нибудь может высвободить руки?
Джастис снова сильно дернула за веревки.
— Я пытаюсь уже давно. Кровь начинает смазывать путы, так что, думаю, скоро освобожусь.
Кэм кивнула.
— Да, мои тоже начали скользить.
Мои запястья тоже были стерты, так что я понимала, о чем они. Грубая веревка очень быстро содрала бы кожу. Никто не разговаривал, пока мы боролись с путами.
Джастис первой вскрикнула:
— Я свободна!
Она пошатнулась, ее руки были в крови — она густыми струями стекала до локтей. Она быстро поспешила освободить остальных. Узлы было невозможно развязать, поэтому она приподняла миниатюрную Кэм, что ослабило натяжение веревки достаточно, чтобы та смогла выскользнуть.
Кэм направилась помогать Гретли, а Джастис поспешила ко мне. Я замерла, когда она наклонилась и обхватила своими руками мои ноги в джинсах. Она подняла меня без видимых усилий, и оказавшись выше, я начала бороться со своими путами. Кожа рвалась, но я тоже высвободила руки.
Когда я упала вперед, Джастис поймала меня, и наши кончики пальцев соприкоснулись. Электрический разряд ударил обеих, отбросив меня на задницу. Я несколько раз моргнула, отбрасывая пряди рыжих волос, выбившиеся из хвоста.
— Какого. Черта. Это. Было? — Джастис выглядела еще более растерянной, ее брови взлетели так высоко, что едва не коснулись линии волос. — Ты что, ударила меня током?
Я несколько раз тряхнула головой, поднимаясь на ноги.
— Понятия не имею, что произошло. Какая-то передача энергии между нами?
Она настороженно смотрела на меня несколько секунд, затем пожала плечами.
— И что теперь? — спросила Кэм, подходя ближе, Гретли была прямо рядом с ней. От моего внимания не ускользнуло, как близко стояли эти две девушки, и что мгновение назад они держались за руки. Может, я и новичок во всех этих делах с любовью, но я видела между ними нечто очень настоящее.
Кэм, должно быть, заметила мой взгляд и густо покраснела. Гретли же просто рассмеялась.
— Что я могу сказать, она — моя судьба.
Я почувствовала, как широкая улыбка расплывается по моему лицу.
— Я рада, что ты нашла свою единственную.
В груди сдавило, и стало очень трудно дышать. Тайсон. Я не могла перестать звать его в своих мыслях, но ответа не было. Словно телевизор в поисках сигнала, я слышала только статический шум.
— Нам очень жаль твою семью. — Кэм, в которой я начинала видеть очень нежное сердце, подошла и обняла меня. Ее крошечное тело едва доставало мне до груди, и ей пришлось потянуться, чтобы обхватить меня руками. В тот момент, когда наша голая кожа соприкоснулась, меня пронзил еще один импульс энергии, и нас обеих слегка отбросило назад. Толчок был не таким сильным, как с Джастис, но достаточным, чтобы мы теперь стояли в паре футов друг от друга.
— Снова! — Джастис уперла руки в бока. — Это точно ты, Грейс. Мы жили вместе неделями. Мы кучу раз касались друг друга.
Гретли снова рассмеялась, и Джастис сверкнула на нее идеальными зубами.
— Особенно Кэм и Гретли. Эти двое никогда не отрывают рук друг от друга.
Я покачала головой, не понимая, почему бью их своей силой. Если только…
— А что если, — медленно начала я, — причина, по которой я бью вас током, в том, что моя сила частично разблокирована, а ваша — нет. Будто моя энергия пытается запустить вашу. — Я не могла отрицать, насколько лед и тень теперь заполняли мои вены. Это разошлось по всему телу.
Тут Гретли прыгнула вперед, протягивая мне обе руки.
— Попробуй на мне! — Это было требование, но в ее словах не было злобы. Она была сорвиголовой.
Я не колебалась, протянув руки и схватив ее за ладони. Я ожидала толчка в этот раз и сумела не отступить, но наши руки всё равно дернулись в стороны. Глаза Гретли, которые, как я теперь видела, были оливково-зелеными, расширились и заблестели. Толчок, похоже, не причинил ей боли; она выглядела воодушевленной.
Я опешила, когда она рванула вперед и снова схватила меня за обе руки.
— Это было потрясающе. Сделай это снова.
Я не могла ответить, слишком отвлеченная нарастающим напряжением в груди — таким же, какое я чувствовала, когда бабушка заставила меня открыть портал в Волшебную страну. Я издала крик; он эхом разнесся над драгоценными лугами. Гретли, вздрогнув, попыталась вырвать руки, но я вцепилась в нее мертвой хваткой, и ничто не могло ее ослабить.
Я потеряла контроль над собой, и всё, что нам оставалось — это нестись по этому течению до конца.
Внутри меня копилось всё больше энергии, и с яркой вспышкой ослепительного света в моем теле что-то треснуло. Я слышала этот треск; он пронзил меня насквозь, и по мере того, как что-то ломалось, части меня начали разлетаться на осколки. Я снова закричала, и крики Гретли присоединились к моим, наши сцепленные руки принимали на себя весь удар энергетической передачи.
Мои колени врезались в землю, которая под моим телом превратилась в лед. Тьма и свет внутри меня переплелись и вырвались наружу, взрываясь в каждой клетке, в крови и мозгу. Казалось, мы с Гретли были единым целым целую вечность, хотя на самом деле прошли считанные секунды, прежде чем всё закончилось. Что бы ни сломалось внутри меня, теперь этого не было, и мощные волны холодной энергии перекатывались во мне. Подавшись вперед, я согнулась в рвотном позыве, извергая содержимое желудка на землю.
— Святое дерьмо. — Тихие слова Джастис привлекли мое внимание. — Какого хрена сейчас произошло? Вы двое… вы… какого хрена!
Желудок начал успокаиваться, и я опустила обе руки на покрытую снегом землю, готовясь подняться. Снег. Я теперь творю чертов снег. Когда мои руки попали в поле зрения, я ахнула.
Что за…? Моя кожа… она была другой, мягко сияющей, будто покрытой кристаллическими блестками, мерцающими в тусклом свете этого мира. Также на моем запястье появилась замысловатая татуировка в виде голубой снежинки, спускающаяся на ладонь. На среднем пальце правой руки красовалось массивное кольцо. Золотой ободок обвивал палец, а в центре был огромный камень, похожий на бриллиант — самый большой бриллиант, который я видела в своей жизни.
Я повернула голову, часто моргая и пытаясь собрать всё воедино. Лицо Гретли попало в поле зрения, и я ахнула еще громче, чем при взгляде на себя. Она тоже изменилась: ее сильно загорелая кожа теперь была усыпана блестящими зелеными пигментами. Ее глаза были ярко-зелеными, настолько сияющими, что цвет казался совершенно неестественным. В ее светлых волосах появились зеленые пряди, а на голове красовалась золотая тиара, украшенная золотой чеканкой и огромными изумрудами. Я взглянула на ее подрагивающие руки и даже не удивилась, увидев, что ее ладони и запястья тоже покрыты темно-зелеными татуировками. Плюс огромный изумруд на правой руке.
Кэм переминалась с ноги на ногу, выглядя взволнованной.
— Святое дерьмо, святое дерьмо, — бормотала она.
Я была полностью с ней согласна. Святое дерьмо. Часть меня никогда не верила Жозефине, но она была права. Мы были Жемчужными Принцессами.

Глава 17

ТАЙСОН КОМПАСС

Мой дракон снова взревел, когда мы врезались в купол. Мы должны были выбраться, должны были добраться до Грейс. Она говорила с этим Медведем, её руки дрожали, и это приводило нас в ярость. Брекстон и Джейкоб были рядом, их драконы сражались плечом к плечу со мной… Семья.
Брекстон издал свистящий рык, когда воздух наполнился странным мускусным запахом. Мы все посмотрели вверх: из стен просачивался газ. Дракон внутри меня инстинктивно понял — этим нельзя дышать, но выбора в замкнутом куполе не было. Послышались крики; среди супов началась паника.
Я обернулся проверить близнецов и с облегчением увидел, что они надежно укрыты нашими телами с одной стороны и Максимусом с другой.
«Нам нужно выбраться отсюда», — прорычал Брекстон в моей голове. — «Этот газ в итоге убьет нас всех». Я не спрашивал, откуда он знает; мой дракон твердил мне то же самое.
Развернувшись, я снова ударил хвостом по прозрачному материалу. Удар был точным, но купол оказался слишком прочным. Я встал на дыбы, полосуя когтями поверхность, и почувствовал легкое натяжение магических связей. Газ начал застилать зрение. Я едва видел охотников вокруг Грейс — она распеленовывала Эви. Туман стал темным и тяжелым; я изо всех сил старался не выпускать пару из виду, паника разрывала меня изнутри.
К черту всё. Я не позволю этому случиться. Закинув голову, я почувствовал, как в груди закручивается горячий вихрь энергии. Я понятия не имел, что происходит, но надеялся, что это драконья магия, способная растворить купол. Из глубин нутра вырвалось нечто похожее на лаву и выплеснулось огненным столбом. К счастью, голова была запрокинута, и пламя ушло вверх, рассеявшись под потолком купола.
Я зарычал, сдерживая огонь. Стрелять пламенем в тесном пространстве, где сотни невинных — плохая идея. Теперь я вообще ничего не видел снаружи, но чувствовал Грейс рядом.
«Ты слышишь меня, маленькая ведьма?»
Я подождал мгновение — показалось, что на том конце связи что-то дрогнуло, но ответа не последовало.
«Грейс… не сдавайся. Я найду тебя. Я приду за тобой». Я посылал ей все ментальные обещания, на которые был способен, надеясь, что она хотя бы слышит меня, даже если я не слышу её.
Дым начал одолевать меня; даже с драконьим зрением всё стало расплывчатым. Я несколько раз тряхнул головой, длинная шея качнулась из стороны в сторону. Что-то врезалось мне в висок, и я уже готов был атаковать, когда понял — это я сам теряю равновесие и бьюсь о стену.
«Газ», — голос Брекстона был прерывистым. — «Оборачивайся назад… драконам, кажется, хуже».
Он исчез из моей головы. Джейкоб тоже, и я использовал последние силы, чтобы загнать дракона поглубже. Трансформация накрыла меня, и я рухнул на бок, не в силах подняться. Когда глаза начали закрываться, мне показалось, что сквозь купол пробиваются лучи света. Я боролся за сознание, но тьма оказалась сильнее.

***

Поток прохладного воздуха коснулся моего лица, и я жадно задышал. С каждым глотком свежего воздуха головокружение отступало. Резко открыв глаза, я сел. Купола больше не было, и, похоже, я проснулся первым. Я с облегчением услышал стук сердец и увидел, как вздымаются грудные клетки. Здесь были сотни супов, и, слава богу, все казались живыми. Купол исчез как раз вовремя.
Тихий плач привлек моё внимание. Выругавшись, я вскочил на ноги, пошатываясь. Эви копошилась и плакала неподалеку; должно быть, она лежала прямо за чертой купола. Я бросился к ней и подхватил на руки.
— Эй, малышка, не плачь. Дядя Тай здесь. Я с тобой.
Я осторожно покачивал её, бормоча какие-то глупости. Всё моё внимание было приковано к семье, которая начала приходить в себя. Брекстон очнулся с рыком, выкрикивая имя Джессы, а затем Эви и Джексона. Он в миг оказался рядом с Джессой, подхватывая её на руки. Она открыла глаза, и они оба потянулись к Джексону, быстро его распеленовывая. Внутри меня всё сжалось: ребенок такой крошечный, этот газ мог навредить ему сильнее, чем нам.
Я подошел к ним, обходя Максимуса и Мишу, которые уже проверяли Лили. Я выдохнул с облегчением, увидев, что Джексон и Лили открыли глаза и выглядят бодрыми, размахивая ручками.
— Эви! — вскрикнула Джесса, и я передал ей дочь. — Что случилось, Тай? Где купол?
Я покачал головой.
— Понятия не имею. Я очнулся на минуту раньше вас, купола уже не было.
— Я могу сказать, что случилось. — Знакомый голос слева — Квейл, мрачнее тучи. — Я видел всё, но не успел добраться вовремя. — В его глазах горела ярость. — Остальные мистики не дали мне помочь. Сказали, не наше дело вмешиваться.
Я их убью. Всех до одного.
— Вы здесь для того, чтобы это место было Святилищем. Вы позволили охотникам напасть на всех. Они чуть не убили нас.
Квейл кивнул.
— Я знаю и полностью согласен. Думаю, охотники предложили мистикам что-то такое, ради чего те наплевали на все наши принципы.
Я отмахнулся — сейчас не до этого дерьма.
— У нас нет времени надирать им задницы, но они своё получат. Сейчас мне нужно найти Грейс. Её забрали, и я не знаю где она.
«Грейс… детка?» Снова тишина, и моё тело буквально завибрировало от гнева.
— Её забрали в Волшебную страну — я видел портал, — быстро ответил Квейл. Соединяются ли узы пар между мирами? Надеюсь, это объясняет тишину.
Джесса спросила:
— Если не ты нас спас, то почему мы живы?
Квейл сглотнул, глядя на Эви.
— Насколько я видел, Грейс ушла добровольно в обмен на то, что газ исчезнет. Он испарился, как только её схватили.
Конечно. Она бы не раздумывая пожертвовала собой. Мне нужно вернуть её. Немедленно.
Квейл продолжил тише, и я чуть не пропустил его слова:
— Но купол развеяла Эви.
Наступила неестественная тишина.
— Эви… — протянул Брекстон. — Ты хочешь сказать, что моя дочь-младенец разрушила конструкцию, которую не смог пробить дракон?
Квейл поднял ладони.
— Это то, что я видел. Она протянула ручку, коснулась стенки, и всё исчезло. Может, это совпадение, а может, она — какое-то пугающее магическое оружие.
Лица Джессы и Брекстона посуровели. У них были особенные дети, и никто не знал, во что выльются их силы… такое бывает, когда ты единственный в своём роде.
Джейкоб махнул рукой:
— У нас нет времени разбираться, нам нужно в Волшебную страну.
Квейл выпрямился:
— У меня есть идея. Луи настроил кое-что в прошлый визит. Я не знал зачем, ведь он сам может перемещаться между мирами, но, видимо, он знал, что это пригодится.
Я уставился на него так, что он вздрогнул.
— Чего ты ждешь? — мой голос был тихим, но он отшатнулся, будто я его ударил.
— Да… идите за мной.
Наверное, мне должно быть стыдно. Квейл не виноват, но мне было плевать на чьи-либо чувства. Брекстон передал Максимусу слинг для Эви — наш брат-вампир был единственным, кто еще не мог оборачиваться, так что он был самым надежным «носителем» для детей.
Мы быстро шли по улицам мимо супов, бегущих в разные стороны.
— Твои глаза полностью золотые, — сказала Миша, взяв меня за руку. — Мы найдем её, Тай. Грейс — боец, она не сдастся без боя.
Я оценил попытку, но это не помогало. Да, Грейс боец, но у неё добрая душа. Она не должна сражаться.
Мы свернули с ресторанной улицы и оказались на краю снежной территории. Тундра на мили вокруг — климат как в Антарктиде.
— Это здесь, в ледяной пещере, — пояснил Квейл.
Крупица здравого смысла вернулась ко мне, и я быстро наколдовал всем термокуртки и одеяла для детей. Мы шли по скользкому льду в тишине. В городе было тепло, но здесь ледяной ветер сразу заставил кожу стянуться. Драконья душа, впрочем, наслаждалась холодом.
Квейл завел нас в систему пещер. Джесса и Миша были единственными, кому не пришлось пригибаться на входе. Мы петляли по ледяному лабиринту, пока не остановились у натеков льда.
— Портал за тем большим сводом.
— Спасибо, Квейл, — сказала Миша, единственная, кто еще помнил о манерах.
Я пролез сквозь лед и, увидев мерцание, не раздумывая шагнул в портал. Это был мой единственный шанс.
Мы оказались в землях драконов. Каким-то образом Луи нашел способ обойти защиту Острова Богов — мы стояли на открытой равнине. Как только мои братья шагнули следом, портал исчез. Я позволил дракону вырваться наружу.
«Жозефина!» — мой зов разнесся над миром.
Её золотое тело появилось на горизонте почти мгновенно. Она ждала нас.
Подавив желание взлететь — дракон ненавидел снова прятаться в теле так быстро — я вернул человеческий облик. Одежда появилась сама собой. Я действовал на инстинктах.
— Времени на споры нет, — сказал Джейкоб, — но я скажу: детей нужно оставить с драконами.
Джесса нервно рассмеялась.
— Похоже, они и сами за себя постоять могут. Эви, растворяющая купол… надо будет изучить их таланты. Говорят, кризис трех лет у таких детей — та еще стерва.
Все ожидали, что близнецы Джессы и Брекстона будут просто оборотнями, но магия Эви ломала все шаблоны. Ей было всего два месяца, а она уже не вписывалась ни в какие рамки развития своей расы.
Жозефина приземлилась рядом.
«С возвращением. У вас мало времени. Охотники оставили девушек для жертвоприношения. Когда заклятие достигнет пика, демоны прольют достаточно крови, чтобы освободить тени. Кровь четырех принцесс создала тюрьму, и все четыре нужны, чтобы её открыть».
Моё зрение вспыхнуло красно-золотым. Чешуя начала проступать на коже.
— Ты можешь открыть портал прямо туда? Я не хочу рисковать, приземляясь в лугах.
«Могу. Драконы собираются. Мы поможем вам в битве. Я присмотрю за малышами. Джейкобу не нужно оставаться — здесь их никто не достанет».
Троих младенцев быстро распеленали. Джексона, Эви и Лили зацеловали и обняли, после чего родители положили их на землю у лап королевы драконов. Она склонила голову и начала кружить вокруг них, выпуская из ноздрей густой серый дым. Дым становился плотнее, пока не окружил детей парящим кольцом. Дети синхронно зевнули и заснули.
«Никто не пересечет этот барьер. Любой, кто попытается, будет сожжен драконьим дымом… мгновенная смерть».
— А другие драконы? — спросила Миша, не сводя глаз с Лили.
«Никто, кроме моей крови, а я последняя в своем роду. Они в безопасности».
Открылся мерцающий портал, и я шагнул в него первым. Хватит ждать. Хватит позволять этим ублюдкам трогать мою пару. Я покончу с этим. Было тяжело оставлять племянников, но я доверял Жозефине.
Переход был плавным. Я вышел на краю Рубинового поля.
— Вам стоит поговорить с Жозефиной о силах близнецов, — сказал я Джессе и Брекстону. — У диких драконов магия отличается от оборотней. Ваши дети могут брать силы оттуда.
Джесса крепко обняла меня.
— Я люблю тебя, Тай. Мы с тобой, но будь осторожен.
Я поцеловал её в лоб.
— Я знаю, Джесс. И я тоже вас люблю. А теперь — найдем мою пару.
— И убьем тех, кто посмел её коснуться. — У Брекстона в глазах горел огонь.
Я огляделся… золотой песок в центре, четыре сверкающих земли вокруг.
«Грейс!» — позвал я.
Связь была мутной, далекой.
«Тайсон!» — её крик пронзил мой разум.
«Где ты?»
«В-в-вверху».
Я задрал голову и взревел. Дракон вырвался наружу мгновенно. Самый быстрый оборот в моей жизни. Взмывая в воздух, я слышал треск одежды и хруст костей внизу — братья следовали за мной.
Грейс была подвешена в миле над землей вместе с тремя другими девушками. Они висели прямо в воздухе, руки над головой.
«Это демоны, Тай. Слишком опасно».
Связь крепла, но ей что-то мешало.
«Демоны!» На Земле им нужен носитель, но здесь они могли существовать в виде темного тумана.
«Почему наша связь такая слабая?» — спросил я её с силой.
«Сняла заклятие… Я зимняя… принцесса… не ведьма. Прости».
«Это ничего не меняет». Я давно принял её такой.
Когда мой дракон подлетел ближе, я заметил темные клочья тумана. Они кружились вокруг девушек, создавая защитное облако, похожее на дым Жозефины. Розовое небо затянуло черными тучами. Демоны меняли погоду. Я чувствовал влагу на чешуе. Я почти добрался до неё… но не был уверен, что успею.
Из туч ударил ослепительный свет, залив четырех принцесс. Моему дракону это не понравилось. Портал.
Портал из мира демонов. Начиналась война эпических масштабов. Тени вот-вот должны были восстать.
Освободи Грейс.
Это было моей единственной целью. Я нырнул прямо в демоническую тьму. Свет портала, облака и дым слепили меня. Внизу ревели мои братья.
«Убейте демонов!» — приказал я им.
«На уроках говорили, что драконий огонь может их развеять», — отозвался Брекстон.
«Пробуем. Только не заденьте девушек».
Я расправил крылья. Лететь было так же естественно, как дышать. Демон возник передо мной, и пламя вырвалось из моей пасти раньше, чем я успел подумать. Пронзительный визг ударил по ушам, и я жег, пока он не исчез.
«Они возвращаются в свой мир?» — спросил я Брекстона.
«Без понятия, в учебниках было только «возможно, сработает».
«Лишь бы они исчезли отсюда».
Меня окружила группа демонов, я отбивался огнем и магией. На месте одного убитого возникали двое. Если они прорвутся на Землю, нас просто задавят числом. Земля станет такой же пустошью, как их мир.
Внезапно я почувствовал, как угасает моя связь.
«Грейс… маленькая ведьма?»
Её присутствие тонуло в волне черной энергии. Тьма внутри неё брала верх… она исчезала.
«Детка, куда бы ты ни ушла, я пойду за тобой. Я последую за тобой во тьму».
Я вливал свои мысли в её гаснущий разум, удерживая связь, отбиваясь энергией от темных щупалец. Я не отпущу её. Никогда.
Тонкая струйка тепла пробежала по нашей связи. Я снова её почувствовал.
«Тайсон…» — её голос мелькнул и пропал.
Я послал еще один импульс силы, благодарный братьям за то, что они сдерживали демонов. Жозефина тем временем сцепилась с огромным сгустком… нет, это была Тень.
Тень была здесь. И Жозефина сражалась с ней. Не эта ли тень наполняла Грейс тьмой?
«Грейс, ты со мной?» — в этот раз связь задрожала с новой силой, мощнее, чем когда-либо.
«Я здесь. Спасибо, что вернул меня… Я люблю тебя».
Моё огромное драконье сердце едва не взорвалось от этих слов. Драконы понимают любовь; они чувствуют её сильнее людей.
«Я тоже люблю тебя, Грейс Картер. Мне нужно прикончить пару демонов, но я буду рядом. Держись».
Я сорвался с места, пристроившись к Джейкобу. Наше пламя слилось в гигантский столб. Крики демонов заглушили всё вокруг.
Битва продолжалась, и я уже видел путь к девушкам, когда раздался новый крик. Внутри меня всё заледенело. Кричала Грейс и еще трое голосов.
И в этот миг небо разверзлось. Пошел дождь.
Но это был не дождь.
Это была кровь.

Глава 18

ГРЕЙС КАРТЕР

Всё шло так хорошо. Мы вчетвером только что открыли свои силы и вовсю любовались тем, что наше тело теперь покрыто естественным сиянием, у нас крутые татуировки и короны — мечта любой маленькой девочки — когда вокруг выросли демоны. У нас не осталось времени ни на что, кроме как прикрывать друг другу спины. Мы сражались изо всех сил, но у обступивших нас черных теней не было плоти. Их нельзя было остановить; мои кулаки проходили сквозь них, но у них такого недостатка не было.
Когти впились в меня, руки и ноги свело судорогой. Сердце бешено колотилось, когда мы начали подниматься в воздух — розовые небеса приближались гораздо быстрее, чем я могла себе представить. Джастис, Гретли и Кэм были рядом со мной, мы все четверо сопротивлялись как могли.
Как они могут держать нас, если мы не можем их коснуться? Почему мы так мало знали о демонах? В школе нас учили, что это темные духи, изгнанные в другой мир тысячи лет назад. И на этом история заканчивалась. Ах да, нам, магам, давали строжайшие предупреждения: никогда не призывать их, не вступать в контакт, не заключать сделок. Стать «отмеченным демоном» означало, что твоя жизнь кончена, возврата нет. Демон навсегда завладевал твоей душой.
Нас должны были учить большему… например, как вернуть их в их чертов мир? Как с ними драться? Полезная была бы информация.
Когда мы оказались очень высоко — слишком высоко, чтобы выжить при падении, — демоны отпустили меня. Немой крик застрял в горле, я уже приготовилась превратиться в мокрое пятно на земле. Я пролетела всего фут, прежде чем тело дернулось, и невидимый барьер удержал меня. Мои руки вывернули вверх и закрепили вместе. Я даже не успела сглотнуть горький вкус паники, как барьер подо мной исчез. Теперь меня удерживали в воздухе только собственные руки. Плечи взорвались болью, ощущение от того, что ты висишь на вывернутых суставах, было мгновенным и невыносимым.
— Ты как там? — раздался успокаивающий голос Джастис справа. Мне очень хотелось повернуться и посмотреть на нее, но руки, заломленные за голову, не давали пошевелиться.
Гретли издала хриплый смешок.
— Да просто блестяще. Вишу на собственных руках. Тело вот-вот разорвется надвое. Черные туманные облака атакуют. Просто блестяще.
Я не смогла сдержать сдавленный смешок.
— Вот это настрой.
Мы все издали подобие смеха, прежде чем снова за стонать. Боль становилась всё хуже, и хотя это было не так страшно, как мои прошлые пытки, это болело иначе. Постоянное напряжение, чувство, что мышцы и сухожилия рвутся, будто тебя четвертуют.
— Нам нужен план, — сказала я, стараясь говорить как можно серьезнее. — Демоны собираются использовать нашу кровь, чтобы освободить тени и открыть постоянный портал из своего мира в этот. Это будет бойня.
Кэм задыхаясь спросила:
— Разве твой дракон… не говорил… что одна тень уже на свободе?
Жозефина говорила это.
— Вы что-нибудь видите? — Я пыталась не впадать в панику, но становилось всё труднее. Боль мешала думать.
Я услышала три «нет», и сама тоже ничего не видела.
Демоны начали кружить, оставляя за собой шлейфы дыма. Вспышка блестящей чешуи поймала мой взгляд, и впервые с тех пор, как меня похитили из Святилища, я почувствовала трепет нашей связи с Тайсоном. Меня накрыло волной такой чистой радости, что она пробила всё внутри. Даже боль на миг отступила.
Он жив!
Большая часть меня отказывалась верить, что они мертвы. Я хранила надежды и молитвы глубоко в сердце. В тот момент, когда я почувствовала его… в тот самый момент… я сломалась. Слезы потекли по щекам; дыхание перехватило, я не могла вдохнуть из-за распирающего сердце чувства. Часть тьмы внутри меня снова отступила; ей явно не нравилось соседство с узами истинных. А вот лед, наоборот, ликовал.
Я вцепилась в него всеми силами. Наша связь казалась немного истерзанной; купол сначала отрезал нас, а пробуждение моей фейской стороны задвинуло её еще глубже, но она всё еще была слабым покалыванием в уголке моего сознания. Я потянулась к нему всей своей энергией, мне нужно было услышать его голос. Я получала в ответ лишь обрывки слов, что пугало, но счастье перевешивало страх.
— Э-э, не хочу никого пугать, — буднично заметила Гретли. — Но сюда летят три дракона.
Мое облегчение было огромным, но страх не отставал. Я знала, что это Тайсон и его братья. Они пришли за нами. Но им придется сражаться с демонами… и тенью… и бог знает с чем еще.
— Есть шанс, что это друзья… ну, для разнообразия? — голос Джастис был низким, пропитанным её обычным сарказмом.
Мой ответ был сдавленным от избытка чувств.
— Это друзья.
Я чувствовала облегчение девушек и жалела, что у меня нет такой слепой веры. Огромный медовый зверь Тайсона двигался с грацией и решимостью, будто он оборачивался драконом всю свою жизнь. Он бросился на демонов, и жар ударил мне в лицо, когда столбы огня вырвались из его пасти, поглощая черные пятна.
Часть демонов рванула к драконам, но большинство остались, продолжая плести свою дымную дрянь вокруг нас.
— Из всех способов умереть, которые я себе представляла, этот — самый дурацкий, — бормотала Кэм, перемежая слова ругательствами. — Что, черт возьми, с нами происходит?
— Почему они просто не взяли нашу кровь сразу, как мы здесь оказались? — вслух размышляла Гретли. — Чего они ждут?
У меня было предчувствие, что они ждут ту самую освобожденную тень. Без сомнения, она как-то связана со взломом замка на тюрьме. Нам нужно было освободить Жемчужные луга до того, как это случится.
«Только ваша кровь — ключ к заклинаниям земель, потому что их наложила тень, и только тень может их снять. Но тебе понадобится помощь девушек». Эти слова пронеслись в моем уме, и в поле зрения ворвался огромный золотой дракон.
Жозефина! Я была так счастлива видеть её, несмотря на то, что она только что намекнула, что я сама — тень. Была ли тьма внутри меня настоящей тенью? Я едва приняла часть про «жемчужную принцессу», быть еще и тенью — это уже слишком. Нет, это отправится в ящик «вещей, с которыми я не готова разбираться».
Что мне нужно делать?
Меня кольнула печаль, и я приготовилась к тому, что она скажет.
«Жертва — самая важная часть любого обновления. Джессе пришлось пожертвовать нашими узами. Тебе придется пожертвовать своими».
Я уже качала головой.
«Нет, я не буду. Я не отдам Тайсона. У нас почти не было времени вместе. Этого мало!»
Боль сдавила грудь, стало трудно дышать.
«У тебя мало времени. Твоя жертва — не узы истинных, а твоя связь с этим миром. Твоя жизнь. В тебе есть тьма, но есть и свет. Ты должна выбрать. Я отвлеку тень, чтобы дать тебе немного времени».
Голос Жозефины затих, когда тьма стерла последние капли света в небе. Тучи наверху всё еще были густыми, но эта тьма пришла из другого источника. Тень. Она выглядела иначе, чем демоны — плотная субстанция, присутствие… будто под клубами мрака скрывались кости и органы. На самом деле, «тьма» — неверное описание… скорее, она была лишена всякого света. Противоположность всего доброго, счастливого и свободного.
Мои конечности потяжелели; я больше не чувствовала рук. Туманный дым заполнил разум, темные усики захватывали всё, проталкивая свою мутную энергию повсюду. Разрушь тюрьму. Освободи нас.
Эти вкрадчивые голоса плыли в моем уме, и я начала терять себя, упиваясь этой мощью, родством, которое я чувствовала к ним. Это была семья, а не та ничтожная стая супов и драконов.
«Грейс! Маленькая ведьма». Голос Тайсона был слабым, он звучал где-то под толщей тьмы. Он не находил во мне отклика, мне было плевать.
«Детка, куда бы ты ни ушла, я пойду за тобой. Я последую за тобой во тьму».
Мой теневой разум оскалился на него, но его яркое присутствие не уходило. Он держался, посылая мне тепло, от которого моя ледяная магия сходила с ума.
Тайсон… Проблеск осознания вспыхнул внутри. Я ухватилась за его энергию, обернув её вокруг себя. Тьма перестала быть дружелюбной и резко атаковала. Ошибка. Моя бриллиантовая энергия вспыхнула, а вместе с ней и моя исцеляющая сторона — та часть меня, которая была просто Грейс до того, как в мой мир пришли тени.
Я ахнула, чувствуя себя так, будто провела в собственном плену часы, но так как Жозефина только подлетала к Тени, прошли лишь секунды. Тень набросилась на королеву, обволакивая её так плотно, что я видела лишь вспышки золотой чешуи в их схватке.
«Грейс, ты со мной?»
Голос Тайсона в этот раз звучал громко и четко, и я использовала его энергию, чтобы вытолкнуть из себя остатки Тени.
«Я здесь. Спасибо, что вернул меня… Я люблю тебя».
Я действительно любила его. Любила с тех пор, как была долговязым подростком, у которого веснушек было больше, чем здравого смысла. Было невыносимо больно осознавать, что мне, возможно, придется оставить его. Я должна была принести жертву ради всех них.
«Я тоже люблю тебя, Грейс Картер. Мне нужно прикончить пару демонов, но я буду рядом. Держись за меня».
Я послала ему всю нежность своей души, все свои надежды и мечты о будущем… хотя была почти уверена, что будущего у меня нет. Жозефина сказала выбирать, и я выбрала. Я выбрала Тайсона. Я всегда буду выбирать его. А значит, я должна сделать так, чтобы он выжил.
«Ты готова… вот что ты должна сказать: Letstra frende jewels. Освободите стражей, защищающих нас от тьмы». Присутствие Жозефины в моей голове угасло. Я чувствовала, что Тень буквально выпивает из неё жизнь.
Тени не должны выйти на свободу. Это знание шло из самой глубины меня, от той тьмы, которую я одновременно боялась и контролировала. Эти тени заберут всё светлое и сделают темным. Они — вестники смерти.
Вот почему, если нужно пожертвовать собой, я это сделаю. Я спасу свою семью, которую каким-то чудом не потеряла.
— Мне нужно, чтобы вы все повторили заклинание со мной, — мой голос был бесстрастным. Если я дам волю эмоциям, я не смогу сделать то, что должно. — «Letstra frende jewels. Освободите стражей, защищающих нас от тьмы».
Я повторила это несколько раз, и девушки, даже запинаясь на незнакомых словах Фейри, быстро запомнили их.
— Это слова, но в магии важны намерения. Нам нужно разрушить заклятие Жемчужных лугов. Нам нужно освободить наши королевства, чтобы они смогли восстановить печати на тюрьме теней. Вы сделаете это со мной?
В ответ я услышала решительное «да». Они были со мной до конца.
Чтобы разрушить тюрьму, Тень планировала поглотить нашу кровь и перенести её к священным землям внизу. Это открыло бы замки тюрьмы, созданные много лет назад кровью наших семей — замки, которые слабели последние двадцать пять лет. Но разрушить заклятие лугов — это было полностью на мне. В этом была причина того, почему во мне жила тень, почему меня не скрывали как человека. Пожертвуй своей жизнью. Я могла это сделать.
— Начинайте повторять заклинание, — сказала я тоном, не терпящим возражений. — Черпайте ту энергию, что проснулась в вас. — Я сглотнула, сердце уже разрывалось от мысли, что я никогда не узнаю своих сестер-принцесс поближе. Но времени на сожаления не было. — Держите намерение в голове, остальное — на мне.
Их голоса зазвучали в унисон, я чувствовала их фокус, их силу. Они не подведут. Собрав каждую каплю оставшейся во мне мощи, я начала повторять слова про себя, посылая намерение в земли. Одновременно с этим с моих губ сорвалось другое заклинание.
— Divinde, кровь, стань свободной.
Глубокие порезы вспыхнули чуть ниже локтей и полоснули до самых запястий. Сначала я стиснула зубы, но когда новые раны начали покрывать мое тело, я не смогла сдержать крик боли. Это было как пытка, но хуже — магия буквально выжигала раны на моей коже.
Я ожидала, что кровь просто польется вниз, но вместо этого она выплескивалась гигантскими дугами. Каждая дуга прошивала демонов насквозь, прежде чем прочертить след по небу и окропить заколдованные земли. Кэм тоже начала кричать, а за ней и остальные принцессы. Я заставила себя замолчать, сделала несколько глубоких вздохов и смогла выдавить:
— Заклинание. Читайте это чертово заклинание.
Они не подвели. Даже сквозь рыдания они повторяли вместе со мной:
— Letstra frende jewels. Освободите стражей, защищающих нас от тьмы.
Слабость нахлынула мгновенно. Слишком быстро. Для разрушения заклятия требовалось столько крови и энергии, что когда всё закончится, у меня не останется сил даже закрыть раны. Тень внутри меня кричала от ярости — она не хотела умирать вместе со мной. Я вытолкнула её вместе с кровью, посылая во внешний мир. Она ни секунды не колебалась, бросив мое умирающее тело, и в вихре унеслась к темноте, сражавшейся с Жозефиной. В тот миг, когда последние нити тьмы покинули меня, я почувствовала себя свободной.
До моих ушей донесся гул, он то нарастал, то затихал, пока чувства начинали отключаться. Ресницы дрогнули и сомкнулись.
«Грейс… только посмей умереть».
Это говорил Тайсон. Джастис тоже что-то кричала, требуя, чтобы я открыла глаза.
Гул становился всё громче. Настолько громким, что его невозможно было не слышать даже при смерти. Казалось, нас трясут в гигантском мешке. Лед пронзил мою грудь, медленно покрывая меня коркой, обволакивая тело, пока я не перестала чувствовать что-либо вообще. Я превращалась в ледяную статую. Но я была уже слишком далеко за чертой, чтобы это имело значение.
Я люблю тебя, Тай.
Тьма поглотила меня в тот самый момент, когда его рев эхом отозвался в моей голове.

Глава 19

ТАЙСОН КОМПАСС

Я сражался, прорываясь к Грейс, пока её крики эхом отдавались в моем мозгу, а её кровь пятнала мою кожу. Драконы были повсюду, но я видел только алую струю, полосующую небо — капли крови градом падали на демонов. При каждом прикосновении кровь прожигала их, как мой огонь, и они исчезали в небытии.
«Я люблю тебя, Тай». Эти слабые слова прозвучали в моей голове, и в ту же секунду я почувствовал, как наша связь задрожала.
«Грейс… не смей умирать. Слышишь?!»
Ответа не было. Когда узы истинных снова мигнули, я вцепился в них каждой каплей энергии, что была во мне. Но всё, что я получил в ответ — это всплеск ледяной пустоты. А затем — ничего.
Ни энергии. Ни сущности. Ни жизни.
Я пытался привязать её к своему дракону, к братьям, к любой связи, которая была мне доступна. Я привязал её к себе так крепко, что больше не мог отличить, где заканчиваюсь я и начинается она.
«Не уходи», — прошептал я, хотя знал, что она больше не слышит. Она отдала всё. Она принесла себя в жертву.
Это была Грейс. Она всегда была такой, а я потратил столько лет впустую, потому что был слишком туп, чтобы понять, каким даром она была. С того самого момента, как её кровь брызнула на облака, я знал, что теряю её. Она снова спасла нас всех ценой себя, и я не мог с этим смириться. Гул земли и неба отбросил меня назад; как бы сильно я ни бил крыльями, я не мог стать ближе к ней.
Новый рев заглушил всё — это был рев самой земли, стонущей от разрушенного заклятия. Мир словно замер, а затем с оглушительным треском четыре гигантские молнии, ослепительно яркие и мощные, ударили в почву. Они были отлиты красным… цветом крови. Крови Грейс.
Жемчужные луга разлетелись вдребезги. Пламя взметнулось к небу, и мириады цветных драгоценных камней поднялись в воздух, закружившись вокруг меня вихрем. Заклятие, потерявшее силу, удерживало всё в стазисе. Красный, синий, зеленый и серебряный песок из самоцветов заполнил небо, пока я не перестал видеть что-либо, кроме этих четырех цветов. Они окутали принцесс, висевших в двадцати футах от меня. Демоны исчезли — кровь Грейс стерла их из этого мира.
Я потерял её из виду, когда радужный калейдоскоп песка сомкнулся вокруг неё. В мгновение ока она оказалась полностью скрыта кристаллами, превратившись в прекрасную статую. В моей груди образовалась дыра; я рвался сквозь путы магии, желая добраться до неё, прижать к себе. Мне нужна была моя пара.
Кристальный песок начал опадать, увлекая за собой последних демонов и ту огромную, тяжелую Тень. По мере того как они падали, черные тучи рассеивались, и небо снова стало чистым.
«Грейс!» Её тела не было там, где она висела… но она не упала вниз. Я бы заметил это. Остальные три девушки всё еще были в воздухе, но где, черт возьми, Грейс?
Казалось, она слилась с этим песком и ушла глубоко в землю.
«Я не смогу без неё». Это было выше моих сил. Я отключил эмоции, выжидая момент, когда магия выпустит меня из захвата. Как только последняя песчинка коснулась земли, оковы пали. Мои крылья автоматически понесли меня к оставшимся трем принцессам — Грейс хотела бы, чтобы я спас их.
Две начали падать, и я осторожно подхватил их передними когтями. Джейкоб поймал третью. Мы плавно опустились на землю. В голове стоял гул… я больше не мог думать. Только чувствовать боль.
Приземлившись, я медленно опустил дрожащих девушек на ноги. Они отбежали, но я уже не смотрел на них. Мой взгляд был прикован к центру Жемчужных лугов. Золотые пески исчезли, сменившись сложным узором. Четыре цвета самоцветов переплелись между собой, образовав нечто вроде гигантского герба.
Я огляделся. Изумрудный мир теперь был покрыт густыми лесами. Сапфировый стал океаном. Рубиновый превратился в настоящую красную пустыню. А Алмазный — в ледяное царство. «Моя бриллиантовая принцесса…» — магия льда внутри неё была её фейской сутью.
Эти земли теперь зеркально отражали территории в Святилище, что показалось бы мне странным, будь мне не плевать на всё на свете.
«Пора», — отозвался дракон, и я знал, что он прав. Я прятался внутри зверя, притупляя чувства, но теперь пришло время вернуться. Пришло время встретить свою потерю лицом к лицу.
Обратный оборот был мучительным. Боль была не физической — она сидела гораздо глубже. Я упал на колени, и из самого нутра вырвался хриплый, утробный рев. Казалось, я не смогу кричать достаточно долго или громко, чтобы сбросить это давление в груди. Глаза жгло, и впервые за много лет по щеке скатилась слеза.
«Угроза миновала. Она спасла всех нас».
Голос Жозефины прозвучал сквозь красную пелену боли. Моим первым инстинктом было напасть на золотую дракониху — ведь это она вложила Грейс в голову идею о жертве.
— Почему Грейс? Почему именно она должна была отдать всё?!
Последовала пауза.
«Она не просто бриллиантовая принцесса. Она гораздо больше. В её крови родилось и было разрушено заклятие. Её семья была предана тенями».
Тьма внутри неё, та, что откликалась на тени, должно быть, имела отношение к этому предательству. Жозефина, как обычно, говорила загадками.
«Как она оказалась в Стратфорде? Почему она ведьма?»
Джастис и остальные казались людьми. Но от Грейс всегда исходила низкочастотная энергия. Она никогда не смогла бы сойти за человека.
«Она была слишком сильна, чтобы спрятать её под личиной человека. Она — бриллиантовая принцесса».
Королева повторяла это так, будто я должен был всё понять.
«Почему ты не сказала мне раньше?»
«Я и сама не знала до этого момента».
Её голос затих, и меня окружили мои близкие. Моя стая обступила меня, делясь теплом и любовью. Шепотом я наколдовал одежду и вышел из круга. Жозефина ждала в нескольких футах, за её спиной замерли десятки драконов всех цветов и размеров.
— Где она? — спросил я.
Золотая дракон наклонила голову.
«Её призвал мир теней. Её призвали домой».
Я покачал головой.
— Что это значит? Как её дом может быть в мире теней? Она не тень!
Магия сорвалась с моих сжатых кулаков, рассыпаясь искрами. Королева не выглядела обеспокоенной, хотя драконы позади неё подошли ближе.
— Тай, перестань, ты не можешь так, — сквозь слезы умоляла Джесса. Я даже не обернулся.
— Я хочу вернуть свою пару, — сказал я Жозефине. — Сейчас же!
Голоса в голове смолкли, и драконы начали взмывать в небо. Золотая королева задержалась на мгновение, и как раз когда я хотел спросить, почему она медлит, раздался негромкий «хлопок». Появился дымный шар. Эви, Джексон и Лили всё еще крепко спали внутри.
«Она в песках», — бросила дракониха и улетела.
Миша схватила меня за руку:
— Тай, пожалуйста, не делай того, о чем ты сейчас думаешь.
Но гул в моей голове был слишком сильным. Кто знал, что пустота может быть такой громкой?
— Она — это всё для меня, — отрезал я, высвобождая руку.
Я развернулся и пошел к песчаной могиле моей пары. Жозефина подтвердила то, что я уже чувствовал: Грейс ушла под землю вместе с кристаллами.
Дойдя до центра узора, я опустился на колени и начал разрывать цветные камни. Чем глубже я копал, тем сильнее становилось натяжение в уголке сознания. Сначала я подумал, что это братья по нашей связи пытаются достучаться до меня. Но рывок повторился. Грейс?
Связь крепла. Я отбрасывал камни в сторону, копая всё глубже.
«Держись, маленькая ведьма. Я иду».
В груди вспыхнула надежда, но я не позволял ей разгореться. Если я ошибаюсь, это добьет меня. Я почувствовал, как братья опустились рядом и начали помогать мне разгребать песок. Грейс могла быть где угодно, но я знал, где искать — я чувствовал её через наши узы. Когда показались пряди рыжих волос, я издал сдавленный звук.
Она лежала на глубине шести футов, прямо над огромным пульсирующим порталом энергии, уходящим вниз — вход в один конец. Тени могли уйти туда, но не могли вернуться.
Грейс выглядела такой умиротворенной, её волосы рассыпались вокруг лица. Она была бледной, но губы всё еще оставались розовыми, а на щеках играл мягкий отблеск. Узы снова дернулись, и когда я просунул руки под её спину и приподнял, я почувствовал её.
Её глаза открылись. В них больше не было тьмы — теперь они были льдисто-голубого цвета, под стать короне на её голове и сияющей коже. Она выглядела как незнакомка, ослепительно красивая чужачка, но внутри она всё еще была моей Грейс.
— Привет, детка.
Она вздрогнула от моего хриплого шепота.
— Тай? — её голос звучал растерянно. — Я… я ведь умерла.
В моей груди заклокотало.
— Я знаю. И у тебя большие проблемы. Тебе запрещено умирать. Слышишь? Никогда.
Я вытащил её из ямы, прижимая к себе так крепко, как только мог. Её ледяная энергия ударила по мне — наша связь всё еще лишь мерцала, не восстановившись до конца. Как только мы выбрались, песок сам заполнил яму, восстанавливая герб. Грейс вдруг заерзала и навалилась на меня всем весом, повалив на задницу.
Она обхватила меня ногами, забираясь на колени. Вокруг слышались радостные крики моей семьи и других принцесс, но я не слышал ничего, кроме стука её сердца — сильного и четкого. Живая.
Она отстранилась, и мои губы накрыли её губы. В голове не осталось ничего, кроме потребности снова почувствовать её вкус. Грейс приоткрыла рот, издав тихий стон. Мое тело мгновенно отозвалось, когда я прижался к ней теснее.
— Так, я думаю, нам стоит дать этим двоим… гм… минутку, — начала Миша, уводя всех в сторону. — Им нужно многое наверстать.
Я почувствовал, как их энергия отдаляется, и не спешил прерывать поцелуй. Наконец я встал, поднимая её вместе с собой — она по-прежнему крепко обхватывала мою талию ногами.
— Я собираюсь раздеть тебя догола и попробовать каждый дюйм твоей кожи, — пробормотал я ей в губы.
Я почувствовал, как она улыбнулась.
— Ловлю тебя на слове. Но сначала я должна кое-что сделать.
Я неохотно опустил её на землю, переплетая наши пальцы — я не собирался выпускать её из виду ни на секунду. Она повела меня к краю Ледяных земель. Ступив на снег, Грейс закинула голову, вскинула руки и закричала в белую пустоту:
— Приведи её ко мне!
От неё исходила чистая мощь, и я замер, гадая, что сейчас произойдет.
Свет перед Грейс раскололся, и из этого разлома вылетела маленькая пожилая женщина. Она рухнула мешком к ногам Грейс. Я мгновенно оказался рядом с парой, чувствуя, как мороз Алмазного мира окутывает меня. Грейс подняла руку, и старуха поднялась в воздух следом за движением её пальцев.
— Здравствуй, бабушка, — сказала она. — Думаю, нам пора серьезно поговорить.

Глава 20

ГРЕЙС КАРТЕР

Я умерла сегодня. Это была хорошая смерть, та, на которую я пошла добровольно… Я пролила кровь, чтобы моя семья могла жить. Я помню не всё, но когда лед сковал мою грудь, я подумала, что это конец. Я ждала. Терпеливо. В своего рода стазисе. Затем песок из самоцветов заполнил мои раны, окружая меня энергией четырех жемчужных королевств. Когда пески опали, они забрали с собой всю тьму, которую я не смогла вычистить сама, — они утянули тени и демонов в мир внизу. И поскольку пески были частью меня, я ушла вслед за ними.
Тайсон нашел меня в этих песках; его присутствие растопило лед в моей груди, и сердце забилось снова — для моего истинного, для связи, которая якорем удерживала меня в жизни. Теперь пришло время вычистить тьму и скверну из алмазных земель, покончить с их царством террора. Я ступила на снег, и прохладный бриз омыл меня. Я никогда не чувствовала себя такой свободной и живой… странно, учитывая, что минуту назад я была мертва.
Ледяная магия кружила в моих венах. Что-то связало меня с этой землей. Что-то, похожее на биение сердца, посылающее теплые, ласковые толчки.
«Добро пожаловать домой, Принцесса». Мощный голос наполнил мой разум, и я запрокинула голову. «Я — сердце Фрейелла, земли льда, и я здесь по твоему приказу».
Очевидно, я всё еще принцесса… Я вскользь подумала, в порядке ли Джастис, Кэм и Гретли, оказались ли они в своих землях. До этого я их не замечала — была слишком занята тем, что зацеловывала Тайсона до беспамятства. Я найду их, как только разберусь с бабкой.
— Приведи её ко мне! — Пришло время выяснить, где она и что сделала с моей мамой.
«Как пожелаешь».
Прямо предо мной вспыхнул свет, и пожилая колдунья вывалилась к моим ногам. Не верилось, что это сработало, но жаловаться я не собиралась. Используя свою власть над этим миром, я рывком подняла её на ноги.
— Здравствуй, бабушка, — сказала я. — Думаю, нам пора серьезно поговорить. — Я скрестила руки на груди.
Она бросилась вперед, сжимая в руке тот самый кинжал, которым ударила меня. Я выпустила ледяной заряд энергии, приморозив её ноги к земле, а затем ветром выбила нож из её рук.
Её глаза округлились, когда она уставилась на меня.
— Твои глаза… — начала она, качая головой.
Я повернулась к Тайсону.
— Что с моими глазами? — Я бы спросила мысленно, но наша связь всё еще барахлила.
Он ласково коснулся моей щеки; он ни на секунду не переставал трогать меня. Может, я и правда умерла, потому что это была моя версия рая. Минус злая бабка.
— Теперь они красивого льдисто-голубого цвета. — Он наклонился ближе. — Ты свободна от тьмы.
В этот момент я едва не расплакалась — прилив облегчения чуть не сбил меня с ног. Это была награда, о которой я даже не смела мечтать. Но прежде чем праздновать, нужно было разобраться с мусором. Я снова повернулась к бабке, и моё лицо окаменело.
— Я не знала, — начала она оправдываться, её глаза стали огромными и влажными, она вскинула руки. — Я просто хотела вернуться сюда. Я слишком долго была заперта на Земле. Я ждала, когда ты повзрослеешь, надеясь, что заклятие спадет, когда твоя сила вырастет, но… этого не случилось. И я ему помогла.
Выражение моего лица не изменилось. У меня не было сил притворяться. Она была отличной актрисой. Годами она прикидывалась, что любит меня, но это была ложь. Видя мой холодный взгляд, она отбросила фальшивую печаль.
— Двадцать пять чертовых лет я ждала, томилась в человеческом мире. Жила среди этих варваров.
— Где дедушка и папа?
Она пожала плечами.
— Мертвы. Мне нужна была кровь твоего отца, чтобы достать этот кинжал. Я подумала, что он пробудит твою фейскую сторону, раз он выкован в землях льда. Твой дед был всего лишь супом, которого я использовала для прикрытия. Он стал бесполезен, как только ты достигла совершеннолетия.
Боль была невыносимой, будто кто-то вскрыл мою грудную клетку. Мой папа и дедушка… их нет. Тайсон сжал мою ладонь и приобнял за плечо. Я прислонилась к нему, нуждаясь в опоре. Пусть ментальная связь была нестабильной, я чувствовала его душой так же сильно, как и всегда.
— Где моя мама? — Я приготовилась к новому удару.
Бабка снова пожала плечами.
— Понятия не имею. Её уже не было, когда я прорвалась к Жемчужным лугам.
Прежде чем я успела спросить что-то еще, небо снова рассек луч света, и из него вышли двое фейри. Они были высокими; мужчина — рыжеволосый с глазами цвета зеленого яблока. У женщины волосы были такими белыми, что сливались со снегом, спадая волнами до середины спины. Её глаза были льдисто-голубыми. У обоих на головах были короны, точь-в-точь как у меня, а кожа мерцала.
Их татуировки были крупнее, четче и сложнее — они покрывали руки и уходили под отороченные мехом капюшоны. Я крепче вцепилась в Тайсона. У меня было чувство, что мой мир вот-вот изменится навсегда. Наконец-то я получу ответы, в которых мне отказывали всю жизнь.
Женщина протянула ко мне руки, но я не шелохнулась. Я смотрела на них с опаской.
— Грейслинн, ты наконец-то вернулась к нам. — Её голос звучал как перезвон колокольчиков — сладко, маняще и… знакомо.
— Я вас знаю? — нерешительно спросила я.
Голос сердца ледяной земли ответил в моей голове:
«Это твои бабушка и дедушка — король Ленард и королева Пенелопа».
Я тяжело сглотнула, пытаясь успокоиться.
Король обратился ко мне:
— Грейслинн, мы расскажем тебе всё, просто дай нам время.
Я почувствовала, как начинаю смягчаться.
— Меня зовут Грейс. И я хочу правду. Всю.
Позади себя, на краю снега, я чувствовала свою семью… и трех других принцесс. Слава богам, они не пострадали. Обернувшись, я увидела их лица — они молча ждали продолжения истории. Я оставила бабку там, где она была, с намертво замороженными ногами. Она не останется безнаказанной, но я еще не решила, что с ней делать.
Король начал первым:
— Это долгая история. Пожалуйста, наберись терпения.
Эви тихонько всхлипнула, и я сразу нашла её взглядом. Она была с Брекстоном, здоровая и целая. Облегчение на миг ослабило мои ноги. С ней всё хорошо, я не оставила её страдать в одиночестве. Это была самая большая тревога, которую я несла в себе.
— Тени изначально из мира демонов, — начал король. — Когда-то они были сильнейшими душами демонов, их лидерами. Они использовали энергию своих последователей, чтобы стать чем-то большим. Ходоки Тени. Существа, поглощающие свет и превращающие его во тьму. Как черные дыры. Эти высшие демоны способны высасывать жизнь из всего живого. Осушив свой мир, они двинулись на Волшебную страну.
Королева подхватила рассказ:
— Двенадцать из них сбежали. Ради этого шанса они принесли в жертву сотни душ демонов.
«Прекрасные лидеры, ничего не скажешь».
— Портал выбросил их прямо здесь, в центре Волшебной страны, на стыке наших земель, — продолжила она. — Они были не похожи ни на что виденное нами: могущественные, неудержимые. Только особая магия могла ранить их, и если бы не драконы, мы бы все погибли в их стремлении выпить нашу жизнь.
— Очевидно, вы нашли способ их запереть, — подала голос Джастис за моей спиной. Я поймала её взгляд, и она подмигнула мне.
Королевская чета кивнула.
— Да, — сказал король, — мы потеряли многих добрых фейри, но в итоге заточили их там, откуда нет выхода. Используя магию наших самоцветов, мы нашли способ истолочь камни в пыль и создать тюрьму. Она уходит глубоко в центр четырех Жемчужных лугов. Затем мы наложили мощное заклятие, требующее крови всех четырех жемчужных домов, чтобы активировать камни. Оно требует постоянного обновления.
Его взгляд стал тяжелым.
— Мой дед погиб при первом жертвоприношении. — Он повернулся к Джастис. — Твоя прабабушка тоже.
Джастис промолчала, но заметно побледнела.
Голос королевы был нежен:
— Все королевские семьи кого-то потеряли, но тем самым мы спасли тысячи жизней.
Мне нравилась предыстория, но я хотела, чтобы они перешли к моей роли во всём этом. Словно услышав меня, король повернулся ко мне.
— Всё было хорошо. Мы обновляли тюрьму кровью и камнями, и у теней не было шанса сбежать. Заклятие — это портал в одну сторону. Попав внутрь, выйти почти невозможно.
— А потом нас предали.
Я тут же посмотрела на бабку.
Король проследил за моим взглядом.
— Мы не знали, но в мире демонов осталась одна тень, и именно она призвала её в Волшебную страну. — Он указал на бабку. — Она сильная колдунья, и она позволила тени коснуться себя до того, как забеременела твоим отцом.
Мой отец родился от тени? Я не могла в это поверить. Он… он был добрым. Он любил мою мать.
— Он внедрился в нашу жизнь, и со временем наша дочь влюбилась в него. Он стал зимним принцем, — голос королевы дрогнул на слове «дочь». — У них родилась ты, и впервые в королевской линии появилась кровь, смешанная с тенью. Мы не знали об этом, но в момент твоего рождения сработало заклятие, наложенное тем самым изменником-тенью. Когда тень и королевская кровь смешались, камни обернулись против нас. Они покрыли наши земли, заперев нашу магию и погрузив нас всех в состояние между жизнью и смертью.
У меня разболелась голова. Я урывками видела это, когда умирала, и слышала в предупреждениях «сердца» королевства.
— Но как мы четверо оказались в мире людей? — Я указала на остальных принцесс.
Слабая улыбка промелькнула на лице королевы сквозь печаль.
— Луи пришел к нам много лет назад, еще до твоего рождения, и сказал, что предвидел нечто, что может погубить наши королевства. Он создал контр-заклятие. Если бы с нами что-то случилось, если бы мы не смогли сражаться, оно гарантировало бы, что наша родословная выживет, чтобы всегда иметь возможность обновить защиту тюрьмы.
— Вы говорите, нас спрятали, но как тогда я оказалась со своими родителями? С бабкой? Мы все жили как одна большая счастливая, неблагополучная теневая семейка? — К концу фразы мой голос сорвался на крик от кипевшего внутри гнева.
Зимняя чета обменялась взглядами.
— Мы думаем, это потому, что ты была слишком могущественна. Заклятие Луи сделало единственное, что могло: оно скрыло твою силу настолько, насколько возможно, и заблокировало силы твоей бабки, отца и матери. Оно лишило их всего, что могло.
— И заперло нас в том богом забытом мире! — выкрикнула бабка со своего места. — Двадцать пять лет я боролась за возвращение к своей тени. Я ждала, когда эта тупая сука пробьет заклятие, удерживающее нас.
Я больше не могла это слушать, боль была слишком сильной. Вся моя жизнь была ложью. Всё. Кроме Тайсона. Это я чувствовала до глубины души, и это помогло мне снова сосредоточиться.
А еще помог слой льда, который я обрушила на лицо бабки, заморозив её губы и заставив замолкнуть.
— Значит, я должна была разрушить теневое заклятие, потому что я же его и запустила… точнее, моё рождение?
Королева кивнула.
— Да, и поэтому тебе пришлось принести жертву. Ты выбрала сторону. Ты выбрала камни, и это позволило им вернуться к свету. Камни подвластны королевской крови. Когда одна кровь была осквернена тенями, это осквернило всех.
Король добавил:
— Тем более что алмазные земли — сильнейшие. У нас есть сродство со всеми четырьмя камнями.
Джастис и Гретли хмыкнули — ни одна из них явно не считала это возможным. Кэм молчала, нахмурившись. Но для меня это имело смысл: я командовала в рубиновых землях, будучи алмазной.
Меня всё еще корежило от слова «осквернена». По спине пробежал холодок.
— Я всё еще осквернена?
Они оба просияли, и я буквально искупалась в этом тепле. Их энергия обволакивала — созданная изо льда, она имела огненное сердце.
— Нет, ты выбрала камни, тени ушли. Твои глаза теперь цвета глаз твоей матери. Ты совершенна и прекрасна больше, чем мы могли представить. Мы хотим, чтобы ты осталась с нами, в стране, где родилась.
Я уже качала годовой, крепко сжимая руку Тайсона. Мне даже не нужно было думать.
— Мое место с моей парой. С нашей стаей. Я… я не думаю, что смогу жить в Волшебной стране.
Ослепительная чета переглянулась, но промолчала.
Тайсон спросил холодным тоном:
— Значит, тьма в Волшебной стране началась с первого проникновения теней и продолжалась из-за этой одной тени-изменника?
Они кивнули.
— Вот насколько сильны тени. Вот почему они никогда не должны вернуться. Многие годы эта тьма была сосредоточена на освобождении своих братьев, поэтому Волшебная страна не пала окончательно. Теперь же, когда она нейтрализована — благодаря Грейс — энергия Волшебной страны восстановится. Наш народ может вернуться.
В этот момент перед рубиновыми землями вспыхнули лучи света, и я ничуть не удивилась, увидев еще одну роскошную пару. Они держали скипетры, и их кожа мерцала темно-рубиновым, как у Джастис. Она замерла с открытым ртом. Рубиновая чета подошла к ней.
— Мы скучали по тебе.
Начался настоящий хаос: все говорили одновременно, задавали вопросы, и мне показалось, что голова сейчас взорвется.
— Мне нужно уйти отсюда… — Я посмотрела на Тайсона, молча умоляя его спасти меня. Я не была готова к новым откровениям. Не сегодня.
В его голосе зазвучал зверь, когда он пророкотал:
— Мы уходим. Мы вернемся на Землю, и Грейс вернется сюда, когда почувствует, что готова осознать всё случившееся.
Ледяной король не возразил. Он просто поднял руку и коснулся моей щеки. Это было нежно, и я почувствовала магию в этом касании. Она взывала к ледяной энергии в моих венах. К моей фейрийской стороне.
— Я вернусь, — пообещала я. — Простите, что не могу остаться и помочь с восстановлением, но у меня есть… обязанности дома.
У меня был Тайсон. Я не собиралась снова его оставлять.
Ледяная королева удивила меня, обняв и прижав к своей мягкой белой шубе.
— Ты сделала более чем достаточно. Ты спасла нас и Волшебную страну. Теперь, когда мы свободны, заклятия будут обновлены. — Она поцеловала меня в щеку. — Ты - наша внучка. Для нас будет честью видеть тебя во дворце. Когда ты будешь готова.
Я сомневалась, что когда-нибудь буду готова, но навестить их однажды хотела. По-настоящему. Мой взгляд скользнул по белым землям, и в сердце кольнула тоска.
— Святилище создано по образцу Волшебной страны? — спросил Брекстон.
Меня мучил тот же вопрос — слишком много совпадений. Король и королева снова улыбнулись своими «бриллиантовыми» улыбками.
— Да. Мы создали его для своего народа давным-давно. Святилище на Земле. Мы потеряли контроль над ним, когда тени пришли сюда. Они слишком сильно истощили нас. Оно оставалось заброшенным, пока его не захватили мистики.
«Ублюдки, притворялись, что оно всегда принадлежало королю-дракону».
Я снова посмотрела на свою бабку-предательницу — она тупо уставилась в землю.
— Что вы с ней сделаете? — Я не могла принять это решение, чувствуя, что начинаю колебаться.
Впервые на лице короля появилось суровое, грозное выражение.
— Она будет наказана. Будет суд, и народ решит её судьбу.
Это было правильно, так что я не спорила.
— Моя мама… она проходила через эти земли. Она ваша дочь? — Я всё еще не понимала, была ли та мама, которую я знала, настоящей или фейрийской принцессой. И я всё еще не могла переварить то, что мой отец был связан с тенью. Он был хорошим отцом, порой холодным, но никогда не злым. И он любил маму, это я знала точно.
Одинокая слеза скатилась по щеке королевы.
— Да, она была нашей дочерью. Мне так жаль, Грейс, но её больше нет. Её присутствие… оно всегда было частью меня, но я больше её не чувствую.
Я пошатнулась, вцепившись пальцами в бедра, чтобы не закричать. Это было слишком. Я потеряла слишком много.
«У тебя всё еще есть я». Богатый голос Тайсона зазвучал в моей голове. Всё еще с помехами, но он был там.
Задыхаясь от боли, я глубоко задышала, стараясь не рассыпаться на куски.
— Почему… почему наша связь с Тайсоном нарушена? — выдавила я.
Чета переглянулась с печальной улыбкой.
— Вам нужно закрепить узы. В нашем королевском роду это делается через… секс.
Ну конечно. Я могла бы догадаться. Тайсон крепко прижал меня к себе, вытирая слезы большими пальцами.
— Пойдем, маленькая ведьма. Пора домой.
Я обожала его больше, чем могла выразить словами. Он был последней семьей, которая у меня осталась, и без него я бы не справилась.
«Мне не кажется, что мама… мертва». Я запнулась на последнем слове.
Он подхватил меня на руки. Наши слова по связи были тихими и натужными, но они доходили.
«Я люблю тебя больше всего на свете. Мы продолжим искать твою маму. Она может быть жива. В конце концов, ты же вернулась ко мне».
Нас прервали громкие голоса.
— Я здесь не останусь, я вас не знаю. — У Джастис было холодное и гордое лицо, когда она смотрела на рубиновую чету.
Я не заметила их прибытия, но короли Изумрудных и Сапфировых земель тоже были здесь, безуспешно пытаясь заговорить с принцессами. Спрыгнув с рук Тайсона, я поспешила к подругам.
Мы вчетвером сцепились руками.
— Думаю, всем просто нужно время, — сказала я, обращаясь к королевским парам. — Мы обещаем, что вернемся, когда разберемся со всем. — Я повернулась к Джастис, Кэм и Гретли. — Хотите пожить у меня какое-то время?
Три кивка. Ни тени сомнения. Решено.
— Я вернусь за ответами, — бросила Джастис рубиновым королям, развернулась и пошла прочь. Остальные две девушки последовали за ней. Я послала королевским особам грустную улыбку и пошла к своей стае.
— Кто-нибудь знает, как попасть домой? — Джейкоб был расслаблен, руки в карманах. Как всегда, ничто не могло вывести его из равновесия.
— Я могу. — Я дотянулась до сердца своего города и позволила ледяной магии соединиться с ним. «Отправь нас домой, пожалуйста».
Перед нами закружился дверной проем.
Когда мы уже собирались войти, Джесса крикнула:
— Стойте!
Все посмотрели на волчицу. Она обратилась к ледяным королям:
— Вы упомянули Луи… если он знал об угрозе, почему он сам вас не освободил?
Они подошли ближе к нам, к порталу.
— Он бы не смог найти принцесс. Он защитил их от всех. Это был единственный способ гарантировать, что никто не найдет их, пока их магия не вернется в мир.
Моей бабке пришлось ждать, пока мне исполнится двадцать пять, пытать меня и ударить ледяным клинком, чтобы выпустить мою энергию. Похоже, Луи немного переборщил с мерами безопасности.
— Луи заперт в мире демонов, — сказала Джесса. — Как нам его спасти?
Все короли и королевы задрали головы к небу.
— Вы должны подняться через портал в их царство. Там вы найдете его дух. Он будет привязан в Цирке Душ. Вы легко освободите его, используя магию самоцветов. Помните, что лей-линии там мертвы. У вас будет только та энергия, что есть внутри вас, но её будет достаточно.
Магия самоцветов… похоже, для этой задачи нам понадобятся принцессы. Будем надеяться, Джастис, Кэм и Гретли согласятся помочь.
Джесса кивнула с решимостью на лице. Волчица явно не примет отказа.
— Спасибо. Мы скоро вернемся.
Теперь пора было возвращаться домой и перегруппироваться. Нам всем нужна была хотя бы одна ночь отдыха.

Глава 21

ТАЙСОН КОМПАСС

Грейс была разбита. Её лицо оставалось спокойным, когда мы шагнули через портал, но я чувствовал её внутренний хаос. Слишком много всего произошло. Слишком много перемен. Слишком много потерь. Она думала, что её мать и отец погибли. Её бабка осталась ждать суда в ледяном мире. Она — чертова принцесса земель фейри. Это был перебор.
Мне было плевать, что она - фейри, что она – принцесса, или что она родилась от тени. Ничто из этого не имело значения. Я любил каждую частичку Грейс. Когда я думал, что она ушла навсегда… нет слов, чтобы описать эту боль. Это было похоже на бесконечную смерть, от которой невозможно скрыться.
— Поговори со мной, маленькая ведьма. — Мы стояли на крыльце нашего дома; она смотрела в сторону леса. Вся наша стая была внутри, давая нам личное пространство и ожидая момента, когда они нам понадобятся. Остальные три принцессы без сил рухнули в гостевой комнате, но Грейс всё еще была во власти беспокойства.
Искра мелькнула в её глазах.
— Больше не ведьма.
Я пожал плечами, легонько подтолкнув её плечом.
— Для меня ты всегда будешь моей маленькой ведьмой.
Грейс потянулась к волосам и сняла корону с запутавшихся прядей, потирая уставшие глаза.
— Не уверена, что смогу всё это осознать. Я умерла. Лед и песок спасли меня. Моя теневая сторона была очищена. Мои… родители.
Я прервал её сбивчивую речь поцелуем — сначала нежным, едва касаясь губ. Она сама углубила его, открываясь мне, её язык скользнул по моему.
— Ты нужен мне, Тай, — прошептала она. — Мне нужны наши узы. Я хочу забыться. Пожалуйста…
Я нуждался в ней не меньше, и когда она просила меня вот так, я был готов отдать ей весь мир. Мои руки скользнули под её бедра; я подсадил её на перила, встав между её разведенных ног. Наши поцелуи быстро стали жаркими, и мне было мало. Мне всегда будет её мало.
Она издала тихий стон, и я был в пяти секундах от того, чтобы взять её прямо здесь. Пришлось собрать всю волю, чтобы отстраниться. Наши губы разомкнулись, но тела остались тесно прижаты друг к другу.
— Неважно, что случилось в Волшебной стране, — сказал я серьезно. — Я вечно буду благодарен тому, что жило внутри тебя и не дало тебе умереть. Мы продолжим искать твоих родителей. Если я чему-то и научился, так это тому, что никто не мертв по-настоящему, пока я не увижу тело.
Она кивнула.
— Сейчас в моем понимании они просто пропали без вести. После того как мы спасем Луи, мы начнем поиски.
Я слышал её несказанные слова. Даже если она найдет только их тела, ей нужно было знать наверняка. Ей нужно было поставить точку.
Она наклонилась и прошептала:
— Надеюсь, ты знаешь, что я ни на секунду не задумывалась о том, чтобы остаться в Волшебной стране. Мой дом там, где ты.
Я осторожно взял корону из её рук, уложив её в наш уличный ящик для хранения, после чего подхватил Грейс на руки и понес через крыльцо в сторону леса.
— Мы принадлежим друг другу, — пробормотал я, целуя её в челюсть.
Я любил свою стаю, но сейчас нам с Грейс нужно было побыть наедине. Нам нужна была природа, чтобы восстановиться.
— Тебе не обязательно нести меня. Я знаю, как ты устал. — Грейс подняла лицо, и наши губы на миг встретились.
— Я не устал. И… мне нужно нести тебя. Мне нужно чувствовать, что ты живая в моих руках.
Она не стала спорить и прижалась ко мне. Мы молча углублялись в лес; мой дракон был доволен, моя магия тоже. Я учился справляться с обеими своими ипостасями. Через пару месяцев это вообще перестанет быть проблемой.
Я направился к одному из своих любимых мест — открытой поляне, окруженной соснами. Грейс тихо рассмеялась, когда я опустил её на землю.
— Так вот почему от тебя всегда пахнет хвойной мятой.
— Я часто прихожу сюда. Здесь мне лучше всего думается.
Если бы она огляделась, то нашла бы массу доказательств моих визитов за эти годы: резьба на деревьях, магические знаки, остатки ингредиентов для заклинаний. Словно услышав мои мысли, Грейс провела рукой по одному из широких стволов. Я встал рядом, и она посмотрела на меня.
— Это мои инициалы.
Я кивнул, обнимая её сзади.
— Я всегда видел только тебя, Грейс Картер.
Её зрачки расширились, когда она облизала губы. Желание прошило меня насквозь; я издал тихий рык, притягивая её ближе. Развернув её, я прижал её спиной к дереву с её инициалами; мои губы жадно накрыли её губы. Мы целовались долго, самозабвенно, наши тела ритмично прижимались друг к другу. Она запрокинула голову, сбито дыша и выкрикивая мое имя. Мои губы перешли на её шею, а рука медленно скользнула под футболку, желая почувствовать кожу. Её тихий вскрик заставил всё внутри меня натянуться струной.
Теряя терпение, я отстранился и схватился за край её футболки, готовый сорвать её. Но воспоминание остановило меня — воспоминание о том, как её кузен поступил с ней. Он сорвал с неё одежду, и я не собирался делать ничего, что напомнило бы ей об этом кошмаре.
С максимальной нежностью я медленно стянул футболку через её голову, поддерживая её, чтобы она не терлась кожей о грубую кору.
— Всё в порядке? — спросил я, глядя прямо в её светлые глаза.
— Да… да, более чем, — прохрипела она, глядя на меня припухшими губами. Эти колдовские глаза уже казались неотъемлемой частью её самой. Лунный свет, пробивавшийся сквозь кроны, отражался от её мерцающей кожи.
— Ты чертовски красивая, — прошептал я, пораженный тем, насколько она невероятна.
Она сжала в кулаке мою рубашку.
— Если ты сейчас остановишься, я тебя побью.
С полуулыбкой я в мгновение ока избавил её от остатков одежды с помощью магии. Кора была слишком грубой для неё, но для мага достать ковер — пара пустяков. Плотный ворс лег на лесную подстилку, и вот она уже лежала обнаженная подо мной. Мои губы коснулись её груди, я спускался ниже, продолжая начатое. Очерчивая языком контуры её тела, я не мог сдержать стон. Она была на вкус просто божественна.
«Я слышу тебя, пара».
Наши узы уже начали работать в полную силу.
«Я мог бы пробовать тебя весь день».
Мой язык коснулся её упругого розового соска, и она ахнула, выгибаясь навстречу. Нужда между нами росла, становясь осязаемой. Пока мой язык ласкал её грудь, правая рука скользнула по бедру, опускаясь ниже, к внутренней стороне. Я коснулся её лона, и пальцы тут же стали влажными. Её негромкий вскрик растворился в ночном воздухе. Я медленно ввел один палец внутрь, переместив рот к другому соску. Было бы несправедливо обделять его вниманием.
Грейс начала двигаться навстречу моей руке, и я быстро добавил второй палец, а затем и третий. Она громко выдохнула мое имя, и я накрыл её губы поцелуем, не прекращая движений руки.
— Я хочу тебя внутри. Сейчас! — Её голос был прерывистым и требовательным, и мне это безумно нравилось. Я вывел пальцы, медленно поглаживая её. Когда рука освободилась, я поднес пальцы к губам, слизывая её влагу. Её сладкий вкус сводил меня с ума, тело горело, всё внутри ревело от вожделения. Она стянула с меня рубашку и магией избавилась от моих штанов и ботинок. Я был «коммандос», как обычно.
Глаза Грейс расширились, когда я навис над ней, упираясь руками по обе стороны от её головы.
— Я всегда знала, что Компассы — перфекционисты, — сказала она, глядя на мой член. — Но серьезно… у тебя вообще есть изъяны?
Я пожал плечами.
— Был один когда-то. Но он оказался переоцененным.
Она фыркнула, качая головой, её густые волосы рассыпались по ковру. В окружении природы она выглядела как лесная нимфа, раскинувшаяся передо мной. Я не выдержал и снова поцеловал её.
— Нам нужно беспокоиться о защите? — Я не был уверен, как она относится к детям; судя по тому, что я знал, она еще не была готова.
Она замерла на мгновение, затем покачала головой.
— Я сейчас не в фертильной фазе, и даже если бы… думаю, всё было бы в порядке.
Облегчение накрыло меня; я хотел собственных детей. Не обязательно сегодня или даже в этом году, но когда-нибудь — обязательно. Было приятно знать, что Грейс не против этой идеи в будущем.
После этого разговоры закончились. Наши рты встретились, и одним плавным движением я вошел в неё на всю глубину. Я ни на секунду не думал, что она девственница — супы довольно продвинуты в плане секса с ранних лет — но она была узкой, поэтому я дал ей мгновение привыкнуть к моему размеру, прежде чем начать медленно двигаться.
Её тихие стоны становились громче, когда она закинула ноги мне на талию, отвечая на каждый толчок. Я чувствовал, когда она была уже близко; её зрачки расширились, и она крепко сжимала меня. Наши узы, такие хрупкие после Волшебной страны, внезапно завибрировали энергией, словно превратились в толстый стальной канат.
«О боже. Тай… я сейчас кончу. Черт».
Она нечасто ругалась, и это заводило меня до предела. Я простонал, чувствуя, как нарастает моя собственная разрядка. Ускорив темп, я довел её до пика, и она закричала, сжимаясь вокруг меня. Звуки её оргазма наполнили лес и столкнули меня в бездну. С последними толчками я излился внутри неё, ощущая, как интенсивность эмоций буквально сдавливает грудь.
Мы лежали какое-то время, наше тяжелое дыхание смешивалось. Я не был уверен, что у меня когда-либо был такой секс — когда разум и энергия настолько открыты друг другу. Казалось, будто я сам был девственником, познающим всё это впервые.
— Это было потрясающе, — выдохнула Грейс. — Можем повторить?
Я рассмеялся, перекатываясь на бок, чтобы не раздавить её своим весом. Я потянул её за собой, наши тела всё еще были соединены, прежде чем я медленно вышел из её тепла. Если бы я не знал, что захочу её снова через три минуты, я был бы разочарован.
Притянув её к себе, я сказал:
— Детка, мы будем делать это столько раз, что ты не сможешь ходить.
— Не уверена, что могу ходить уже сейчас, — призналась она.
Я крепко обнял её, и она прижалась еще теснее.
— Я люблю тебя, Тайсон.
Мое сердце сжалось.
— Я тоже люблю тебя, Грейс. Я чертовски тебя люблю.
Она рассмеялась.
— Я должна была ожидать, что ты вставишь «чертовски» и сюда.
— О, я вставлю еще много чего, не переживай. — Моя шутка была встречена фырканьем и шлепком по плечу. Я был счастлив видеть искреннюю радость на её лице, даже если в глубине души еще таились замешательство и печаль. Она справлялась, и я собирался быть рядом на каждом шагу.
Когда она заерзала, мой член снова затвердел, и Грейс вскинула брови. Я ждал какой-нибудь колкости, но она просто провела рукой по моему телу и сжала меня.
— Я готова.
В этот момент я любил её так сильно, что это причиняло почти физическую боль. Отпустив меня, она забралась сверху. Я обхватил её лицо ладонями, приподнялся и поймал её губы.
— Хорошо, что у тебя штук двадцать кубиков пресса, а? — рассмеялась она, отстраняясь. — Иначе такую позу было бы трудно удерживать.
Она начала двигаться на мне, и я забыл всё, что собирался сказать. Положив руки ей на бедра, я направлял её, помогая войти глубже. Она замерла на мгновение, затем наклонилась вперед, упираясь руками в мою грудь, и начала двигаться — медленно, ритмично, принимая меня настолько глубоко, насколько это было возможно. Её рыжие волосы рассыпались по её груди. Я поднял руки, лаская её; когда темп ускорился, я начал поглаживать её соски большими пальцами.
Она вскрикнула и наклонилась для поцелуя. Это был отчаянный, полный нужды поцелуй, и я отдавал ей всё, что у меня было. Судьба могла свести нас вместе, но я бы выбрал её в любом случае. Она была моим «навсегда».

Глава 22

ГРЕЙС КАРТЕР

Я проспала всю ночь в лесу. Ну, сна было совсем чуть-чуть, зато любви — через край. Тайсон был ненасытен: он брал меня всеми возможными способами, а потом придумывал новые позы. Он оказался весьма изобретателен в спальне… или в лесу, неважно. Я никогда не смогу пожаловаться на то, что мой истинный меня в чем-то не устраивает.
Солнце только всходило, когда мы отправились в путь, рука об руку, направляясь домой. Домой. Мне всё еще было непривычно называть этот красивый бревенчатый дом своим домом, но это чувство казалось правильным.
— О чем думаешь? — спросил он.
Он мог бы легко прочитать мои мысли — я не ставила барьеров, и наши узы были крепки как никогда. Но сейчас мы уважали частную жизнь друг друга.
— Просто о том, что у меня наконец-то есть настоящий дом. Не тот, что построен на лжи, тайнах и ненависти.
Моя бабка явно держала меня рядом и разыгрывала любовь только для того, чтобы моя кровь всегда была под рукой, когда ей понадобится вернуться в Волшебную страну. Она предала меня так жестоко; сердце ныло, когда я долго об этом думала. Именно поэтому я изо всех сил старалась двигаться вперед. Я даже не могла позволить себе размышлять о том, как она могла убить папу, дедушку и маму. Нет. Я не буду об этом думать.
— Теперь у тебя большая семья, Грейс. Тебе больше не нужно бояться одиночества или нового предательства.
Убежденность в его голосе была непоколебимой. Я запрокинула голову, давая понять, что мне нужен поцелуй — он был слишком высоким, чтобы я могла напасть на него незаметно. Его губы были теплыми, когда он коснулся моих. Это тепло отозвалось в животе, а затем и ниже. Мои пальцы на ногах буквально подогнулись от прилива желания. Всего одна ночь секса — и у меня уже зависимость.
Тайсон усмехнулся, отстранившись, снова переплел наши пальцы, и мы продолжили путь.
— Думаю, что покину свое место в совете.
Я не удивилась. Я чувствовала, что он думал об этом всю ночь. В перерывах между сексом… у него было время поразмышлять.
Но я всё же спросила:
— Ты уверен? Ты ведь знаешь, что у тебя есть и навыки, и сила, чтобы управлять магами.
Он ответил без колебаний:
— Более чем. Что-то мне подсказывает, что ты будешь проводить много времени в Волшебной стране, и я буду там, где ты. Я просто не смогу уделять должности и нашему народу столько времени, сколько они заслуживают.
Я еще не была готова осознать себя принцессой фейри. Как и в случае с родителями, я предпочитала еще немного пожить в отрицании. Но он был прав: я определенно скоро вернусь туда, чтобы увидеть землю, где родилась. Чтобы встретиться с остальным народом ледяных земель.
— А еще нам нужно освободить Луи, — добавил Тайсон. — Это не может ждать ни минуты.
И это была правда. Он был неразрывно связан со всем, что произошло. Он спас нас, когда мы были младенцами, — и я только сейчас поняла, что у меня это общее с Джессой и Мишей. Еще одна ниточка, связывающая меня с семьей.
— Какой план? — Я перепрыгнула через упавшее бревно, поддав ногой кучку листьев. Несмотря на ранний час, уже становилось жарко. В воздухе чувствовалась сухость.
Тайсон подхватил меня сзади, крепко прижал к себе, а затем позволил мне медленно соскользнуть вниз по его телу. Мы постояли так мгновение, прежде чем он ответил:
— Уверен, Джесса уже собрала вещи и готова идти за братом. У неё точно будет план.
В этом я не сомневалась. Мы прибавили шагу. Когда показался дом, Тайсон поднял мою руку и прижал её к своим губам. Одинокая слеза скатилась по моей щеке. Его глаза цвета темного янтаря потемнели, вспыхнув золотистыми искрами.
— Я просто… счастлива, — ответила я на его немой вопрос. Пусть это было счастье с привкусом горечи, но оно было настоящим. — Ты делаешь меня очень счастливой.
Золото в его глазах исчезло.
— Ты — всё для меня, Грейс. Я никогда не перестану стараться ради твоего счастья и уничтожу любого, кто посмеет тебя обидеть.
В истинном стиле Тайсона он сразил меня этими словами. Нежными, искренними, настоящими. Наше путешествие только начиналось. Впереди было много битв и испытаний, но сейчас всё это казалось незначительным.
В этот момент я знала: что бы ни подбросила нам судьба, мы справимся. Вместе.