Глава 1

Легкий звон вытянул меня из сна. Я раскрыла глаза и заморгала. Мне снилась пустыня: бесконечное море движущегося желтого песка под белым солнцем. Я брела по ней босиком в поисках кого-то или чего-то, утопая по щиколотку в песке, и ощущая, как песчинки скользят под пальцами при каждом шаге. Я искала часами, но находила только больше песка. Умиротворяющий потолок моей темной спальни был слишком большим шоком после освещенных солнцем песчаных дюн, и на сбивающее с толку мгновение я не знала, где нахожусь.

Магия снова прозвенела у меня в голове, пробежав по чувствам, быстрая и легкая, как перышко, но в то же время настойчивая. Кто-то проскользнул на территорию гостиницы.

Я опустила ноги на деревянный пол, подхватила метлу, и прошла по сумрачному коридору. Чудовище, моя крохотная ши-тцу, вылетела из-под кровати и потрусила за мной, готовая атаковать незваных гостей. Оставалось пять дней до Рождества, и я не ожидала гостей, особенно в два часа ночи. Но, в то же время, когда Гертруда Хант принимала гостей, они никогда не были обычными и редко заявлялись, как положено.

Холл заканчивался дверью. Я сняла с крючка рядом с ней вязаный кардиган, закуталась в него, и сунула ноги в тапочки. Этот декабрь начался с потопа, а затем стал не по сезону холодным. Ночью температура опускалась ниже нуля, что по техасским меркам было сродни апокалипсису. Выйти на улицу было все равно, что залезть в морозилку, тогда как в гостинице было тепло и уютно. Поэтому, перед выходом, мне приходилось укутываться, а затем на обратном пути развешивать толстовки и кардиганы у дверей.

Дверь передо мной распахнулась, и я вышла на балкон.

Меня объял холодный воздух. Ух ты.

Ярко сияла луна, проливая серебристый свет сквозь полупрозрачные обрывки ночных облаков. Слева рос мой яблоневый сад. Прямо передо мной, огромный старый дуб раскинул свои ветви над лужайкой, почти касаясь ими балкона. Справа, параллельно гостинице, проходила Парк-стрит. Прямо напротив Гертруды Хант, Парк-стрит пересекала Камелот-роуд, уходя дальше в район Авалон, заполненный обычными двухэтажными техасскими домами со старыми деревьями на подстриженных лужайках и темными авто, припаркованными на дорожках.

Все было тихо.

Я зондировала ночь своими чувствами. Мы с гостиницей были так крепко связаны, что я могла почувствовать каждый дюйм территории, если бы захотела. Незваный гость прикоснулся к границе, но еще не вошел, и теперь он или она притаился.

Я ждала, пытаясь не стучать зубами. Дыхание образовывало мелкие облачка, которые таяли в ночи.

Тишина.

Кто-то был там, наблюдая за мной. Я чувствовала на себе этот взгляд. Мурашки от страха или холода побежали у меня по спине. Вероятно, и то, и другое.

- Я знаю, что ты там. Выходи.

Тишина.

Я всматривалась в ночь, изучая знакомый пейзаж. Живая изгородь, отделяющая Парк-стрит от моей лужайки, казалась нетронутой. Никакие странные следы не пересекали лужайку. Никто не прятался под дубом, никто не шуршал в кустах под ним, никто не трогал кедр в двадцати футах за кустами...

Два янтарных глаза смотрели на меня из тени под кедром. Я почти подскочила.

- Шон!

Он едва не довел меня до сердечного приступа.

Шон Эванс не шелохнулся, темная тень в глубокой ночи. Несколько месяцев назад мы повстречались точно так же, только в тот раз он метил свою территорию на моих яблонях. Сейчас же он просто молчаливо ждал, уважая границы гостиницы.

- Подойди поближе, - позвала я, не повышая голоса. Нет нужды будить всех соседей.- Я не хочу кричать.

Он двигался, словно размытое пятно: подбежал к дубу, подпрыгнул, оттолкнулся и приземлился на ветку рядом с балконом. Дежавю.

Чудовище тихо гавкнула один раз, просто, чтобы дать ему знать о своем присутствии, на случай, если он решит что-нибудь выкинуть.

- Что-то не так?

Я разглядывала его лицо. Едва переехав в Авалон, Шон стал причиной легкой эпидемии обмороков. Если бы кто-то искал определение «крутой экс-военный» в словаре, то нашел бы там его фотографию. В свои почти тридцать он обладал атлетичным, мощным телом, красивым, всегда гладко выбритым лицом и каштановыми, коротко подстриженными, волосами. Он был сильным и быстрым, и переходить ему дорогу было глупой затеей. Еще он был оборотнем с погибшей планеты, о существовании которой большинство людей на Земле даже не подозревали. Несколько месяцев назад, помогая мне защитить район Авалон от межзвездного убийцы, Шон узнал о своем происхождении и после отправился искать себя. В итоге он оказался в ловушке на межзвездной войне, в месте, именуемом Нексус, и у меня ушли все мои силы и средства, чтобы вызволить его оттуда.

Война взяла свое, оставив на его лице длинный шрам. До Нексуса Шон был заносчивым и агрессивным. Этот новый Шон был тихим и спокойным, но если бы вы заглянули в его ясные янтарные глаза, то обнаружили бы там стальную твердость. Порой вы бы не увидели там ничего, будто заглядывая в глаза тигру. Ни голода, ни ярости, только необъяснимую настороженность. Три дня назад мы с Шоном ходили в кино, и после сеанса какой-то поддатый парень попытался затеять с ним драку у кинотеатра. Шон посмотрел на него, и, что бы тот парень ни увидел в его глазах, оно напрочь отшибло у него желание задираться, потому что пьянчужка молча развернулся и пошел прочь.

Я могла справиться с заносчивостью и злостью, но эта настороженность не давала мне покоя. Он научился хорошо ее скрывать. Я видела, как он разговаривал с людьми по соседству, и никто из них не убежал от него с криками. Но нечто было по-прежнему там. За весь вечер он не сказал мне больше двух слов. С другими соседями он старался изо всех сил, чтобы казаться нормальным, но я-то знала, через что ему пришлось пройти. Со мной он был собой, и этот Шон придержал для меня дверь, предложил свою куртку, когда решил, что мне холодно, и встал между мной и пьяницей, но он не разговаривал. Что бы он ни пережил на Нексусе, это выбило его за пределы нормальной человеческой жизни, и я не была уверена, что смогу вернуть его обратно.

- Как ты узнала? - спросил он. - Я держался за границами гостиницы.

- Мирный саммит дал гостинице импульс. Гертруда Хант распространяет свои корни, и ты проскользнул в зону нового прироста. - Я слегка надавила. Границы гостиницы на секунду зажглись бледно-зеленым светом и снова померкли.

- Это новая граница.

- Прости, - извинился он. - Я это запомню. Не хотел тебя будить.

- Не мог уснуть?

Я поплотнее запахнула кардиган.

- Просто предчувствие, только и всего.

- Какое предчувствие?

- Словно что-то случится.

- Если что-то собирается случиться, мы с таким же успехом можем подождать внутри.

И я только что пригласила его. Среди ночи. Одетая в кардиган и пижамную футболку «Хелло Китти», которая едва закрывала бедра. Что я вообще делала?

- Хочешь зайти? - Слова вылетали, словно сами по себе. - Я сделаю тебе чашку чая.

Блестяще.

В его глазах мелькнул янтарный отблеск.

- В два часа ночи настоящие мужчины пьют кофе. Черный.

Он любил кофе со сливками. Это была шутка? Пожалуйста, хоть бы это была шутка.

- Ага. А они ждут, чтобы он остыл и стал горьким, прежде чем выпить и проверить, насколько темные волосы выросли от этого на груди?

- Возможно.

Определенно, шутка. Внутри забрезжила надежда. Шутка была простенькой, но это было куда лучше, чем ничего.

- Что ж, если какой-нибудь мужчина решится выпить чашечку нежного орехового кофе с кучей сливок, он может зайти.

Он наклонился чуть ближе.

- Ты меня приглашаешь? - в его голосе был намек.

Внезапно, я перестала мерзнуть.

- Ну, ты уже здесь, на улице прохладно, и мы не можем просто стоять на балконе и разговаривать. Кто-нибудь может нас увидеть и прийти к неправильным выводам.

Вообще-то, никто бы нас не увидел, потому что была глубокая ночь, а даже если и так, то гостиница прикрыла бы нас с улицы.

Он спрыгнул с ветки и мягко приземлился рядом со мной. Он был таким... высоким. И стоял слишком близко. И смотрел на меня.

- Разве люди не поймут нас неправильно, если увидят, как я пробираюсь к тебе в дом посреди ночи?

Я открыла рот, пытаясь сообразить в ответ что-нибудь умное.

Небо над Парк-стрит взорвалось разрядом желтой молнии и выплюнуло сверхскоростной мотоцикл.

Шон стремительно развернулся.

Иглообразный летательный аппарат разрушил дорогу у основания тротуара, его двигатель ревел достаточно громко, чтобы поднять мертвых. В гостинице завибрировали окна. Сигнализации машин на улице взвыли.

О нет.

Оглушительный звук стих и снова вернулся, становясь громче. Идиот развернулся и поехал обратно. Шон ушел, спрыгнув с балкона.

- Пушка-глушитель, - выпалила я.

Крыша гостиницы раскрылась, черепица растеклась, как подтаявший воск, и выдвинулось дуло пушки длиной три фута.

Сверхскоростной байк грохотал, ревя двигателем.

В двух ближайших домах загорелся свет. Чтоб тебя.

Мотоцикл оказался у меня перед глазами.

- Огонь.

Пушка издала металлический звон. Свет в доме Рамиреза погас. Фонарный столб окутала тьма. Рев мотоцикла заглох, будто кто-то нажал на выключатель

Электромагнитный импульс - ужасно полезная штука.

Мотоцикл занесло. Бешено вращаясь, он врезался в фонарный столб, отскочил от него и, приземлившись на тротуар, проехался по нему, пока не остановился. В двадцати футах от границы гостиницы. Черт.

Через минуту мистер Рамирез поймет, что свет у него не включится, и ему придется сделать то, что обычно делает большинство мужчин в подобной ситуации. Он выйдет на улицу проверить, не пропал ли свет еще у кого-нибудь по соседству. Он увидит нас и сверхскоростной мотоцикл, который явно не принадлежал Земле.

Я спрыгнула с балкона. Массивный корень вынырнул из земли, поймал меня, и бережно опустил на траву. Я помчалась к улице, метла в моих руках расщепилась, высвобождая сияющее голубым нутро и перетекая в копье с крюком на конце.

Шон метнулся к мотоциклу, схватил его маленького пассажира и швырнул того прямиком к гостинице. Корни схватили его прямо в воздухе, лужайка разверзлась и они утащили его вниз. Я подцепила байк своим крюком. Шон ухватился за другой конец, напрягся, и мы потянули-понесли его к границе гостиницы.

Позади меня распахнулась дверь. Шон рыкнул, я вскрикнула, и мы перекинули мотоцикл и мою метлу через изгородь. Я тут же повернулась к улице.

Мистер Рамирез вышел со своим родезийским риджбеком Асадом.

- Дина, - произнес мистер Рамирез. - Ты в порядке?

Нет, я не в порядке.

- Какой-то придурок только что носился на мотоцикле по улице!

Мне даже не пришлось изображать возмущение. Его у меня и так было в избытке. Все посетители Земли придерживались одного правила: никогда не допускать своего обнаружения. Это было смыслом существования гостиниц. Я была уже сыта по горло его нарушением, и как только я попаду внутрь, байкер глубоко пожалеет о своем поведении.

- Мы в порядке, - сказал Шон.

- Это совершенно нелепо. - Я взмахнула рукой и запахнула кардиган потуже. - Люди должны иметь возможность поспать.

- У некоторых нет здравого смысла, - сказал мистер Рамирез. - У меня пропало электричество.

- Похоже, он врезался в фонарный столб. Должно быть, повредил провода, - предположил Шон.

Мистер Рамирез нахмурился.

- Возможно, ты прав. - Он сощурил глаза. - Погоди. Разве твой дом не в конце улицы? Что ты здесь делаешь?

- Не мог уснуть, - сказал Шон. - Отправился на пробежку.

Асад с явным подозрением принялся обнюхивать металлические отметины на асфальте.

- Пробежка, ага. - Мистер Рамирез взглянул на него, потом на меня в кардигане и футболке, потом снова на Шона. - В два часа ночи?

Я очень хотела стань невидимой.

- Лучшее время для пробежки, - сказал Шон. - Никто мне не мешает.

Асад поразмышлял над отметинами и громко гавкнул.

- Эй! - мистер Рамирез повернулся к нему. - Что там такое, парень?

Пахнет, словно что-то нечеловеческое приземлилось на тротуар, вот что там такое.

Здоровый пес встал между мистером Рамирезом и отметками и разразился нестройным лаем.

- Хмм. Он почти никогда не лает. Я лучше уведу его. С утра я собираюсь написать заявление в полицию. - Мистер Рамирез посмотрел на нас с Шоном в последний раз и улыбнулся. - Удачи с пробежками.

Нет. Он ведь только что не пожелал нам с Шоном удачи с пробежками.

- Идем, Асад.

Я на секунду крепко зажмурилась.

- Ты в порядке? - спросил Шон.

- «Пробежка?» - выдавила я сквозь стиснутые зубы. - Это лучшее, что ты смог придумать?

- А что еще я должен был ему сказать? Он бы не поверил, что я проснулся от глубокого сна, оделся и пробежал четыреста ярдов, чтобы успеть к тому моменту, как он спустился с лестницы и открыл дверь.

- Он думает, что мы спим вместе.

- А что такого? Мы взрослые люди, раз уж на то пошло.

- Завтра он расскажет Маргарет, и к полудню весь район будет обсуждать нашу «пробежку». Я на целую неделю стану причиной слухов и расспросов. Я не люблю повышенное внимание, Шон. Это плохо для моего бизнеса.

Шон улыбался.

Тьфу! Я развернулась.

- Иди внутрь.

- Уверена? - Теперь он улыбался во весь рот. - Люди могут неправильно понять.

- Просто заходи, - рявкнула я.

Он последовал за мной.

В моей гостиной длинные гибкие корни гостиницы пришпилили создание к стене. Оно было размером с десятилетнего ребенка, имело четыре конечности, и было одето в кожаные доспехи с карманами, которые дополнялись плащем. Прекрасный гребень из изумрудно-зеленых, желтых и малиновых перьев венчал его голову. Земная теория эволюции утверждала, что перья произошли от чешуи, и поэтому и то, и другое не может присутствовать у одного существа. Никто не сообщил об этом байкеру, потому что все остальное его тело было покрыто прекрасной зеленой чешуей, темнеющей на спине и светлеющей до кремового на горле и груди. Самец Ку. Мне следовало догадаться.

На самом деле, Ку были рептилиями, и имели больше общего с динозаврами, чем с птицами. Они жили племенами, и познакомились с великой галактикой по чистой случайности, будучи все еще на этапе охоты и собирательства. Этот этап они так и не прошли. На Земле, изменения климата вкупе с ростом населения привели к голоду, что послужило катализатором для развития земледелия, которое в свою очередь привело к сельскохозяйственному обществу и феодализму. У Ку ничего такого не было. Они не пытались понять галактику и сложные технологии других рас. Они просто приняли их и научились ими пользоваться. Говорить Ку о правилах было все равно, что читать младенцу современный свод законов. Наш Ку, похоже, решил, что это отличная идея - притащить свой сверхскоростной байк на нашу планету, и погонять вверх-вниз по Парк-стрит.

- Ты что, спятил?

Ку посмотрел на меня круглыми золотистыми глазами.

- Это Земля. Ты не можешь здесь шуметь. Ты не можешь разъезжать на сверхскоростном мотоцикле. Люди не должны ничего знать. Ты едва не навлек на нас большие проблемы.

Ку моргнул. Его глаза были ясными, как летнее небо: ни одна мысль не омрачала их глубин. Я вздохнула. Мне хотелось еще на него покричать, но это было бы без толку.

- Ну? Что скажешь в свое оправдание?

Он раскрыл рот, демонстрируя острые зубы.

- Послание!

- У тебя послание для меня?

- Да!

Кто, ради бога, стал бы посылать сообщение через Ку? С тем же успехом можно было засунуть его в бутылку и швырнуть в океан. Шансы, что оно найдет получателя, были бы такими же. Я протянула руку. Корни отпустили Ку, чтобы он смог пошевелиться. Он запустил руку в карман своих доспехов, вытащил что-то и опустил мне в ладонь.

Серебряная цепочка с кулоном-дельфином. Я застыла.

- И это! - Ку обронил мне в руку засаленный комок бумаги.

Я осторожно развернула его. Там неровным почерком была записана цепочка координат и пять слов:

«В беде. Приходи за мной».

- Дина? - Шон нарисовался рядом со мной. - Ты побледнела.

- Мне нужен корабль.

- Зачем?

- Мне нужно попасть на Кархари.

Он свел брови.

- Это же глубоко на территории Святой Анократии. Что там на Кархари?

Кархари была закрытой планетой. Я никак не могла попасть туда из гостиницы, что означало, что мне придется пойти общепринятым путем. Я должна буду оплатить проезд из Баха-чара. Запрос разрешения займет целую вечность и, вероятно, в нем будет отказано, что подразумевало услуги контрабандистов, и я даже не представляла, сколько времени это может занять...

Шон встал передо мной и осторожно коснулся моего плеча. Я подняла на него взгляд.

- Поговори со мной. Что там на Кархари?

- Моя сестра.

Глава 2

Я стояла в кухне и постукивала ногой. Коммуникационный экран на стене оставался темным, и только бледно-голубой кружок вспыхивал каждые пару секунд. Прошлой ночью я проштудировала всю доступную информацию по Кархари. Все оказалось еще хуже, чем я думала. Кархари была не просто закрытой, Святая Анократия запретила путешествия туда. Святая Анократия состояла из аристократических кланов, называемых домами, каждый со своей отдельной вотчиной, и лишь немногим домам разрешалось входить в атмосферу Кархари. Любой без герба соответствующего дома будет сбит. Не будет времени, чтобы объяснить, подкупить или принести извинения. Проверив свои связи в Баха-чаре - галактическом базаре - я поняла, что всех моих сбережений не хватит, чтобы оплатить попадание туда. Я была вынуждена просить помощи.

Мод не стала бы просить моей помощи, только если ей не грозила неминуемая опасность. Я готова была молить, предлагать услуги, и обещать что угодно ради спасения моей сестры. Обустроив Ку прошлой ночью, я тут же отправила сообщение Арланду из Дома Крар. Сейчас уже было позднее утро. Он все еще не ответил.

У нас с Арландом была своя история. Он помог нам с Шоном справится с инопланетным наемником, или, скорее мы помогли ему, раз уж головорез очутился здесь как раз из-за внутренней политики Дома Крар. Также он участвовал в мирном саммите, оказавшимся весьма удачным для Святой Анократии - по большей части, моими стараниями. Технически, я могла бы сказать, что он мне должен. На практике же он был маршалом могущественного Дома вампиров, у которого была целая куча обязанностей, которые он не мог бросить, когда ему вздумается.

Ожидание ответа действовало на нервы.

Рядом со мной замаячила двухметровая тень. Орро сунул мне под нос блюдце. Я посмотрела на маленький бублик, намазанный лиловым джемом.

- Ешь!

- Спасибо, я не голодна.

Орро зарычал, вздыбив свои тридцатисантиметровые иглы. С учетом того, что острошипы напоминали жутких монстров с острыми когтями на лапах, клыкастыми мордами и усеянными длиннющими шипами спинами, произведенный эффект мог обеспечить любому нормальному человеку ночные кошмары до конца жизни. Мне же это было до лампочки.

- Ешь!

Он бы не отстал, пока я не сдалась. Я взяла бублик и откусила. Как и все, что готовил Орро, он был на вкус, как чистое блаженство. Орро буркнул себе что-то под нос, подождал, пока я доем, и зашагал прочь.

Как шеф-повар ранга «Красный Тесак» он должен был бы готовить банкеты в лучших ресторанах для гурманов в галактике. Но злосчастный инцидент с отравлением отправил его в немилость. Я нашла его в Баха-чар, где он едва сводил концы с концами, и хотя его контракт истек, он отказался уходить. Теперь Гертруда Хант стала для него домом.

Коммуникационный экран продолжал мерцать.

Я принялась ходить взад-вперед. Арланд был для меня наилучшим выходом из сложившейся ситуации. Если не удастся уговорить его помочь мне, даже не знаю, что делать дальше.

От моего шатания по кухне Арланд не собирался отвечать быстрее. Я остановилась и заставила себя отвернуться. Из кухонного окна открывался вид на задний двор. Сверхскоростной мотоцикл лежал в разобранном виде на террасе, а над ним сидел Шон, запустив в него руку по локоть. Ку, которого звали Вингом, пританцовывал рядом. Вокруг них с восторгом носилась Чудовище, собирая палочки и складируя их у ног Шона.

Я махнула рукой, и гостиница открыла окно, впуская внутрь холодный воздух.

-...Ну, конечно, стабилизатор сдох.

Шон достал странный прибор из набора инструментов. Когда он спросил, есть ли у меня инструменты, я показала ему ремонтный гараж. Увидев ряды полок, забитых всевозможными чудесами техники, он одобрительно ругнулся, а затем выбрал набор инструментов.

Шон запустил руку во внутренности мотоцикла, выкрутил оттуда что-то, и швырнул это на траву. - Вот что бывает, когда покупаешь запчасти в алконианской лавке, торгующей краденым.

- Дешевые запчасти! - оживился Винг.

- Послушай, мотоцикл может быть быстрым, хорошим или дешевым. Можно выбрать только два из трех, но никогда все сразу.

- Почему?

- Потому что таков закон вселенной.

Когда он научился чинить сверхскоростные мотоциклы?

В моторе что-то щелкнуло. На приборной панели мотоцикла загорелись голубые огоньки.

Винг всплеснул руками и издал пронзительный вопль. Похоже, слово «осторожность» в его словаре отсутствовало напрочь.

За моей спиной зазвенел коммуникационный экран. Я подпрыгнула.

- Принять вызов.

На экране возникло лицо Арланда. Красавец, с гривой золотистых волос, обрамляющих волевое, мужественное лицо с пронзительными голубыми глазами, Арланд мог остановить дорожное движение на любом центральном перекрестке. Женщины бы вышли из машин рассмотреть его поближе, пока бы он не улыбнулся, обнажив клыки, а они бы с криком не убежали прочь.

Маршал дома Крар великолепно выглядел в полном боевом облачении: на угольно-черном фоне выделялся кроваво-красный узор.

- Леди Дина, - пробасил он. - Я к вашим услугам.

Его склонность все драматизировать никуда не делась.

- Вы собираетесь на войну, лорд-маршал?

Пожалуйста, только не на войну.

- Нет, я был на официальном обеде. - Вампир скривился. - В таких случаях нас заставляют надевать броню, чтобы мы не перерезали друг друга со скуки. Чем могу быть полезен?

- Мне нужно попасть на Кархари. Дело очень срочное, и я отчаянно нуждаюсь в вашей помощи.

На кухню вошел Шон и отправился мыть руки в раковине.

- Кархари - это анус галактики. - Арланд нахмурился. - Что могло вам там понадобиться?

- Моя сестра.

Его светлые брови поползли вверх.

- У вас есть сестра?

- Да.

- Что она делает на Кархари?

- Я не знаю.

Последний раз я получала сообщение от Мод три года назад, и в то время она была на Носин, одной из самых процветающих планет Святой Анократии. Мы с Клаусом навещали ее во время наших поисков мамы и папы. Это был короткий визит. Новость об исчезновении мамы и папы едва ее не сломила. Она общалась с мамой все время, пока гостиница родителей была активна, поэтому, когда связь резко оборвалась, Мод понятия не имела, что случилось. Она пыталась вернуться на Землю, но ее муж был замешан в каких-то мудреных делах вампирской политики, и она не смогла уехать. Во время нашей встречи, я почувствовала, что что-то было не ладно, но она бы не рассказала, в чем была проблема.

В кухню вплыла Калдения, облаченная в прекрасный розовый халат, и уселась за кухонный стол. Рядом с ней тут же возник Орро, и перед Ее Милостью опустилась тарелка с бубликом и джемом.

Она подняла бублик, вгрызаясь в мякоть неестественно острыми зубами. Кусая бублик, большинство людей сжимают его зубами и тянут вниз, разрывая мякоть. Когда Калдения ела бублик, она не сжимала и не тянула. Ее зубы просто разрезали его, словно большие ножницы.

- Лорд Арланд, моя сестра отправила мне сообщение с просьбой о помощи. Она не тот человек, чтобы просить о подобном. - На деле, Мод скорее бы умерла, чем попросила о помощи, но она не хотела ставить на кон жизнь малышки Хелен.

- Мне очень нужно попасть на Кархари как можно скорее. Не могли бы вы ускорить для меня получение разрешения?

- Боюсь, это невозможно.

Сердце оборвалось.

- Разрешения посещать Кархари не выдаются. Как я уже говорил, эта планета - настоящая дыра. Большая часть ее поверхности покрыта унылыми равнинами, по которым бесцельно блуждают огромные стада травоядных животных. Там нет хороших охотничьих угодий и больших запасов полезных ископаемых, поэтому она не представляет особой ценности. Она была колонизирована в самом начале истории Анократии, и мы потеряли с ними связь почти на пятьсот лет. Потомки первых поселенцев были отрезаны так долго, что даже когда планета была принята обратно в любящие объятия Анократии сто лет назад, власть закона едва ли там признавалась. Туда мы высылаем наших преступников, изгнанников и еретиков.

Моя сестра застряла в вампирской Австралии восемнадцатого века.

- Неужели нельзя ничего сделать? Совсем ничего?

- Есть лишь один способ. - Он одарил меня ослепительной улыбкой, демонстрируя острые клыки. - Я отвезу вас туда лично.

- Что?

- Кузену моего дяди были пожалованы владения на Кархари, поэтому Дом Крар имеет там представительство. Как Маршал, я могу посещать его в любое время.

Я почти подскочила. И все же, мои взаимоотношения с домом Крар уже были довольно сложными. А сам Арланд одно время был увлечен мной.

- Вы уверены? Расход топлива может быть довольно существенным...

Он наклонился поближе к экрану.

- Расход будет минимальным. Мы воспользуемся земными вратами для гиперпространственных прыжков, выйдем из них здесь и будем на Кархари к следующему утру. Кроме того, благодаря вам дом Крар оказался в очень выгодном положении на Нексусе. Наши доходы увеличились. Я могу скататься отсюда на Кархари и обратно раз тридцать, прежде чем управляющий дома мягко пожурит меня и попросит следить за расходами. Семья - это все для каждого из нас. Так что решено. Вы будете готовы через час?

Само собой.

- Да!

- Через несколько минут я буду на орбите. Вы будете одни или берете с собой еще кого-то?

- Она берет с собой меня, - сказал Шон, становясь рядом со мной.

Верхняя губа Арланда дрогнула, но он совладал с собой, не успев оскалиться, и уставился на Шона.

- Что случилось с твоим лицом? Ладно, это неважно. В твоем присутствии нет необходимости. Леди Дине будет предоставлена достойная защита.

- Маршал видит угрозу в моем присутствии? - невозмутимо спросил Шон.

- Едва ли.

- Тогда я не вижу причины, почему я не могу присоединиться.

- Кархари - это не Земля, оборотень. Ты никогда не дрался с вампиром в открытом бою. Ты не готов к населенной нами планете.

Что?

Лицо Шона осталось спокойным.

- По твоим словам, законы на Кархари лишь условны. Я буду там совсем как дома.

Арланд мгновение поколебался.

- Ладно. Кто я такой, чтобы удерживать человека от погребального костра, если он готов преодолеть любые препятствия, чтобы в него угодить. Встретимся через час.

Экран погас.

Никогда не дрался с вампиром... Чушь какая-то. Когда Шон возглавлял оборону Торговцев на Нексусе, то прикончил вампиров на несколько жизней вперед. Святая Анократия, Сокрушительная Орда и Торговцы Баха-Чар воевали между собой за права на Нексус, богатую ископаемыми планету. Шон руководил войсками Торговцев как Туран Адин, бессмертный генерал в темных доспехах. Как оказалось, Туран Адин был очень даже смертным. Торговцы использовали наемников, и каждый раз, когда кто-то из них умирал, они выбирали ему замену и облачали его в ту же броню. Шон стал последним и самым лучшим Туран Адином. Он продержался дольше, чем кто-либо ожидал, но война на Нексусе убивала его изнутри. Чтобы спасти его и убедить все три фракции заключить перемирие, мне пришлось связать их всех, включая Шона и себя, с гостиницей. Мы обменялись воспоминаниями. Арланд там тоже присутствовал.

- Арланд не в курсе. Но как он может не знать, что ты был Туран Адином? Ты поделился воспоминаниями о Нексусе со всеми нами.

Шон помрачнел.

- Когда я вспоминаю об этом, то не знаю, какие из воспоминаний были его. Не думаю, что он понял, какие из них были моими. Связывая нас, ты попросила поделиться лишь тем, что касалось Нексуса. На Нексусе я всегда был Туран Адином. На мне всегда была его броня. Я считал себя Туран Адином. Я оставил Шона на Земле с тобой.

Оборотни с Аууль были поэтами. Порой я забывала об этом, пока он не выдавал что-то вроде этого.

- Ты расскажешь ему?

Шон покачал головой.

- Если расскажу, он попытается меня убить.

- Почему?

- Однажды, мы встретились на поле боя. У меня был шанс его убить, но я этого не сделал. Он об этом знает.

Арланд был гордым мужчиной. Шон был прав: он бы не стал с этим мириться. Но опять-таки, компания в лице Арланда вряд ли поможет Шону вернуться к прежней жизни.

- Ты уверен, что хочешь пойти?

Какую-то минуту он смотрел на меня.

- Я собираюсь прихватить кое-какое снаряжение. Не уходи без меня.

- А если уйду?

- Я последую за тобой на своем корабле, и все узнают о существовании галактики. Пожалуйста, не уезжай без меня.

Он ушел.

Я скрестила руки и посмотрела на Калдению.

- Неужели у всех, кроме нас, есть межзвездные корабли?

- Тебе следует им обзавестись. - Она слизнула джем с уголка рта. - Нам нужно быть не хуже других, дорогая.