    Марисса Мейер и Тамара Мосс- Выживалити
     
     
     Переведено специально для группы
     ?”*°•†Мир фэнтези†•°*”? http://Wfbooks.ru
     Название: The Escape Game / Выживалити
     Автор: Marissa Meyer & Tamara Moss / Марисса Мейер и Тамара Мосс
     Серии: The Escape Game #1 / Выживалити #1
     Перевод: maryiv1205
     Редактор: Евгения Волкова


Аннотация
     Всё это лишь весёлые игры, пока кто-нибудь не погибнет.
     
     Шесть месяцев назад четвёртый сезон реалити-шоу «Выживалити» завершился кошмаром: участница Алисия Анджелос была найдена убитой прямо на съёмочной площадке.
     И вот стартует пятый сезон. Новые участники готовы проверить свои силы в самых коварных квестах шоу. Среди них: Ади — криптограф, Картер — математический гений, Бек — кандидат в гейм-мастера, и… Сиерра Анджелос — девушка, которой удалось избежать наказания за убийство собственной сестры. Или, по крайней мере, так считают остальные.
     Но Сиерра пришла сюда не просто за победой. Она пришла за справедливостью.
     Когда участники начинают находить улики, намекающие на личность настоящего убийцы Алисии, становится ясно: ставки в этом состязании не просто высоки — они смертельны. Если эти подростки хотят победить и выжить в игре, им предстоит разгадать главную тайну: кто же на самом деле убил Алисию Анджелос? От автора бестселлеров № 1 по версии New York Times Мариссы Мейер и восходящей звезды Тамары Мосс — захватывающий триллер с неожиданными поворотами, полный саботажа, предательств и головоломок, за которые можно отдать жизнь.


Оглавление
ЧАСТЬ 1	5
Пролог	5
Глава 1	10
Глава 2	13
Глава 3	17
Глава 4	20
Глава 5	22
Глава 6	25
ЧАСТЬ 2	30
Глава 7	30
Глава 8	37
Глава 9	43
Глава 10	49
Глава 11	56
Глава 12	62
Глава 13	68
Глава 14	74
Глава 15	79
Глава 16	83
ЧАСТЬ 3	88
Глава 17	88
Глава 18	95
Глава 19	103
Глава 20	105
Глава 21	109
Глава 22	114
Глава 23	122
Глава 24	127
Глава 25	130
Глава 26	136
ЧАСТЬ 5	139
Глава 27	139
Глава 28	147
Глава 29	152
Глава 30	157
Глава 31	161
Глава 32	167
Глава 33	172
Глава 34	177
Глава 35	186
Часть 6	193
Глава 36	193
Глава 37	196
Глава 38	205
Глава 39	208
Глава 40	211
Глава 41	214
Глава 42	216
Глава 43	221
Глава 44	224
Глава 45	228
Глава 46	231
Глава 47	237
Глава 48	245
ЧАСТЬ 7	248
Глава 49	248
Глава 50	259
Глава 51	265
Глава 52	268
Глава 53	269
Глава 54	270



ЧАСТЬ 1
     ВЫЖИВАЛИТИ: ФИНАЛ ЧЕТВЁРТОГО СЕЗОНА
     Все повеселились на славу — до полусмерти
     
Пролог
     
     Сиерра шагала по зелёной комнате, нервно перебирая пальцами пирсинг на губе, пока её юбки волочились по ковру. Нескольким костюмерам потребовалось немало сил, чтобы загнать её в это уродство — платье в викторианском стиле. Корсет удушал, рюши были огромными, а кружево адски чесалось. Наряды должны были послужить подсказкой к теме финала, но вариантов казалось слишком много. Детектив в гостиной? Гонка на воздушных шарах? «Титаник»?
     Растянувшийся на диване Крус положил фрак на колени и застонал:
     — Этот бутерброд с завтрака мне явно боком вылезает. И зачем нас переодели так рано?
     — Очередные психологические игры, — протянул Илайджа, капитан их команды, сидевший за столом. Выглядел он полусонным. Неудивительно, учитывая, что этим утром он ни свет ни заря отправился плавать.
     Не то чтобы Сиерра могла его судить, сама она этой ночью тоже толком не спала.
     Она продолжала ходить из угла в угол. Ей нужно было двигаться, иначе тревога сожрёт её живьём. Два часа. Ещё два часа, и этот кошмар под названием «Выживалити» закончится. Они могут победить. И этот призовой фонд станет её.
     — Ты как, в норме? — спросила Мисси. Сначала Сиерра подумала, что вопрос адресован Крусу, всё ещё кряхтящему на диване. Но нет. Мисси смотрела прямо на неё.
     — Да, конечно. Просто хочу закончить с этим поскорее.
     — Нам нужно сохранять концентрацию, — Илайджа открыл глаза. — Сейчас это важнее, чем когда-либо.
     — Спасибо, Кэп.
     — Я серьёзно, Сиерра. Может, ты хочешь нам что-то рассказать? Время у нас есть.
     — Раз уж ты заговорил об этом, я как раз хотела заметить, какой ты пафосный индюк.
     Крус фыркнул:
     — Я буду по вам скучать.
     — Я про тебя и Алисию, — сказал Илайджа. — Прошлой ночью вы сильно кричали друг на друга.
     У Сиерры пересохло во рту. Стены виллы были далеко не звукоизолированными, а у Илайджи имелась дурная привычка ходить за Алисией как преданный песик.
     — Не твоё дело, — отрезала она. Прошлой ночью Алисия была ещё более высокомерной и скрытной, чем обычно, и Сиерру до сих пор от этого бомбило.
     — Я не видел её утром, — произнёс Илайджа. — Что ты ей такого сказала, что она так расстроилась?
     — Может, ты переключишь внимание на игру, а не на мою долбаную сестру?
     Стук в дверь заставил их обернуться. В комнату вошла Вера в своём привычном блестящем наряде и с недовольной миной:
     — Команда «Песочные часы», планы изменились. Вы проходите игру первыми.
     Илайджа нахмурился:
     — Почему?
     — Потому что так сказала Раниэль. Она хочет видеть вас на площадке. Живо.
     Крус поднялся на ноги:
     — Без проблем. Только сделаю быстро пит-стоп.
     Он рванул в туалет, а Сиерра пошла за остальными из зелёной комнаты. Раньше график съёмок никогда не меняли, но ей было всё равно. Она практически ощущала запах денежного приза. Ей не нужна была Алисия, её подачки или её осуждение.
     Съёмочная группа поспешно закрепила на них наушники и петличные микрофоны. Крус вернулся, выглядя немного лучше, помощник визажиста подправил Сиерре чёрную помаду, и не успела она перевести дух, как участников вывели на площадку, где их уже ждали символы шоу — Фитци и Луис. Мисси закричала и дала им «пять».
     — Команда «Песочные часы»! — взревел Джеймс «Фитци» Фицджеральд. — Вы дошли до финала!
     Сиерра ненавидела Фитци. Возможно, из-за его образа австралийского серфера — выгоревших на солнце волос, лёгкой белозубой улыбки и ужасных шуток. А может, потому что он был лишь бестолковым юным напарником рядом с...
     — Добро пожаловать, — произнёс Луис Август Рассел. Гейм-мастер был почти на двадцать лет старше, высокий, широкоплечий, с русой бородкой и в своей фирменной кепке-гаврош. Он больше походил на бойца WWE, чем на гения, создавшего самые популярные квесты в стране. Он зацепил пальцами подтяжки. — Вас ждёт испытание, подобного которому ещё не было.
     — Готов поспорить, Сиерра уже рвётся утереть нос сестре этими деньгами, — сказал Фитци, пошевелив бровями.
     Сиерра сжала челюсти. Продюсеры с самого начала досуха выжимали тему семейных взаимоотношений. Фанаты сравнивали сестёр во всех возможных аспектах: от навыков (Алисия была «одарённой и умной», а Сиерра — «бойкой и хитрой») до внешности (прямой нос и оливковая кожа Алисии напоминали греческую богиню, тогда как Сиерра выглядела как «болезненная падчерица-гот Аида» — спасибо за это анонимному комментатору).
     Алисия была любимицей публики, а Сиерра — злодейкой.
     В наушнике Сиерры режиссер скомандовал:
     — Дай нам что-нибудь эдакое.
     — Я готова её зарезать, — на полном серьёзе выдала Сиерра.
     Фитци выдавил из себя удивленный смешок:
     — Ждём с нетерпением.
     Сиерра с злорадным удовольствием заметила, что визажистам не удалось полностью замаскировать тёмные круги у него под глазами. Он поздно лёг, проводя в прямом эфире традиционный разбор сезона для своих австралийских фанатов, и это бросалось в глаза. Идеальный Фитци сегодня выглядел не таким уж идеальным.
     — Это был невероятно жестокий сезон. Команды грызлись зубами и ногтями, чтобы оказаться здесь, и мы ждём грандиозного финала, — Фитци обратился к Гейм-мастеру. — Ну что, Луис? Какой-нибудь совет для команды «Песочные часы»?
     — Да, — ответил Луис, — и я надеюсь, они примут его к сердцу. — Он сделал драматическую паузу. — Чтобы одержать победу, вы должны быть готовы слегка... замарать руки в крови.
     — В крови, а? — Крус хохотнул и толкнул Сиерру локтем в рёбра. — Как раз по твоей части.
     Им раздали повязки на глаза и повели к следующей локации. Сиерра уже привыкла к хаосу студии. Постоянное движение камер, света и декораций. Вспышки, стажёры, бегающие туда-сюда с планшетами и чашками кофе. Команда визажистов наготове с кистями и пудрой — не дай бог широкая публика заметит, что у Фитци есть поры.
     Но затем дверь за ними закрылась, и шумы притихли, уступив место их собственному тяжёлому дыханию. Сердце Сиерры заколотилось быстрее. Они были внутри квест-комнаты.
     — Команда «Песочные часы» на позиции, — произнес кто-то в наушниках. — Финал стартовал.
     — Команда «Песочные часы»! — прогремел голос Фитци. — Когда я скажу «побег», можете снять повязки и начинать. На счёт три... два... один... Побег!
     Сиерра сбросила повязку на пол. Тусклый, мерцающий свет исходил от настенных факелов. В центре комнаты стоял гроб. На стенах висели три пластиковых скелета с гирляндами из головок чеснока на шеях.
     — Вампиры, — прошептала она, вспомнив подсказку Гейм-мастера. Чтобы совершить побег, им придётся замарать руки в крови. Им придётся убить вампира.
     Крус уже рванул к гробу и осматривал крышку:
     — Заперто. Трёхзначный код. — Он подчеркнул свои слова глухим стоном, прижав руку к боку.
     Сиерра мысленно выругалась, надеясь, что его не за тошнит прямо на тщательно расставленные подсказки. Это стало бы вишенкой на торте полного пиздеца, которым стал этот сезон.
     Команда обследовала скелетов и нашла распятие и бархатный мешочек с навесным замком. У третьего скелета обнаружился пергамент, оказавшийся картой.
     — Нам нужно найти ключ, — сказала Мисси, потянув за замок.
     — А это что-то значит? — Сиерра указала на ряд тёмных пятен на бетонном полу и следы в пыли, ведущие к гробу. Пятна походили на капли воды, но это могла быть краска или даже фальшивая кровь.
     — Не знаю, — ответил Илайджа. — Давайте пока сосредоточимся на трёхзначном коде.
     Три цифры. Три скелета. Три...
     — Гирлянды чеснока! — крикнула Сиерра. С этим осознанием код подобрался легко, оставалось только посчитать головки. Илайджа ввёл цифры, и крышка гроба щелкнула, открываясь.
     На бугристой подстилке из чёрного бархата лежал длинный деревянный кол с заострённым концом. Сиерра осмотрела его:
     — Никаких меток не вижу.
     — Может, он для того, чтобы убить Дракулу в конце? — предположила Мисси.
     — Тут слова, — Крус указал на резко выведенные буквы на внутренней стороне крышки гроба. Сиерре пришлось прищуриться, чтобы разглядеть их в свете факелов, и она прямо-таки представила, как одна из скрытых камер в этот момент делает крупный план.
     КАЖДОМУ ПО заслугаМ
     Это наверняка была анаграмма. В её голове уже кружились варианты, когда она схватилась за бархатную ткань — прохладную и странно влажную — и выдернула её из гроба.
     Мир замер. Кровь в её жилах стыла. Она несколько раз моргнула, уверенная, что ей мерещится.
     — О боже, — выдохнул Крус, прежде чем отвернуться и заблевать пол.
     Голос режиссёра, заоравший в наушниках, моментально остановил игру:
     — Что за херня?!
     Команда замерла от шока, сначала уставившись на гроб, а затем на Сиерру, стоящую с зажатым в одной руке бархатом и деревянным колом в другой.
     Смотрящую вниз на неестественно неподвижное, неестественно бледное тело своей старшей сестры.
     
     ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ...
     Кастинг-видео: Картер Келли
     ВЫЖИВАЛИТИ: ПЯТЫЙ СЕЗОН
     
     Девушка сидит неподвижно, словно манекен, судорожно сцепив руки на коленях. Справа от неё — винтажная школьная доска, испещрённая математическими уравнениями и числом пи, расписанным до неприлично большого количества знаков после запятой. Слева — книжные стеллажи, заставленные пирамидами из учебников; пастельный кубик Рубика; большая плюшевая улитка; и галерея картин в рамках с изображениями сердцевины подсолнуха, раковины наутилуса и ананаса. Всё это подсвечено гирляндой с мягким светом.
     У самой девушки смуглая кожа, тугие мелкие кудряшки чёрных волос и россыпь веснушек на пухлых щеках.
     — Привет, продюсеры, кастинг-директоры и все, кто это смотрит. На случай, если вы меня не узнали... — Её руки слегка дрожат, когда она поднимает и показывает очки в крупной круглой оправе. — Может, это поможет? Если нет — гарантирую, сработает вот это. — Она щелкает пальцами, и её изображение рассыпается водопадом неоново-зелёных цифр.
     Девушка исчезает. На её месте появляется её мультяшный аватар. Нарисованная героиня держится уверенно и статно, на ней клетчатое мини-платье и сапоги-ботфорты выше колен — полная противоположность реальной Картер в футболке с Скуби-Ду. Её кудряшки сменили цвет на огненно-красный, а толстые круглые очки съехали на самый кончик носа.
     — Я — Картер-Взломщица, — произносит аватар. — Специалист по решению квестов с самым высоким рейтингом на «Домейне».
     Она раскрывает ладонь, и над ней появляется графическая плашка, демонстрирующая ленту соцсетей: на видео аватар Картер с восторгом разбирает различные головоломки и шифры, взламывает хитрые замки и берёт интервью у бывших участников. Визуальные эффекты выглядят профессионально.
     — Я присоединилась к проекту «Мастера Улик» в качестве стажёра в третьем сезоне и создала платформу с сотнями тысяч подписчиков. Я безумно рада дать им возможность заглянуть за кулисы «Выживалити». Но вы должны выбрать меня участницей пятого сезона не поэтому. Вы должны выбрать меня, потому что я живу головоломками, логикой и решением задач. Я капитан шахматного клуба, в прошлом году я вывела свою школу на областную олимпиаду по математике, а в свободное время увлекаюсь фотографией. Моя главная страсть? — Мультяшка делает жест рукой, и вокруг неё возникают фотографии. Подсолнухи. Ракушки. Ананасы. — Последовательность Фибоначчи! Разве она не прекрасна?
     Она подмигивает: 
     — Миллионы лайков и комментариев не врут. Вместе мы войдём в историю «Выживалити». Чао!
     Мультяшный персонаж делает вид, что задергивает жалюзи, и её изображение снова сменяется настоящей Картер Келли — всё такой же нервничающей. 
     — В общем, это моё кастинг-видео. Э-э-эм. Спасибо за просмотр!
     
     Заметки продюсера:
     Жаль, что мы не можем взять мультяшку вместо самой девчонки.
     Вайб правильной девочки и ботачки-отличницы... Поставить в пару с нарушителем правил для драмы?
     Математический гений. Уточнить у В. — сколько математики запланировано в этом сезоне?
     Готовая база фанатов не повредит.
     Предупредить отдел костюмеров — нужен преображающий мейковер.


Глава 1
     
     Картер
     
     — Значит, здесь тройка… тут семёрка, а здесь восьмёрка… пять… два, и готово! — Картер нажала на кнопку «Стоп» на секундомере в телефоне. Её секундный восторг мгновенно улетучился. — Три минуты и пятьдесят четыре секунды? Жалкое зрелище. — Она вырвала страницу из книжки с судоку, скомкала её и швырнула в мусорное ведро в углу класса. Шарик из бумаги отскочил от края и покатился по ковру.
     Зазвенел звонок, и в кабинет вошла миссис Мельник. В этом семестре она без проблем разрешала Картер обедать в её классе, и даже если и подозревала, что эта просьба была связана скорее с убогой социальной жизнью Картер, чем с её потребностью в тишине и покое для подготовки к очередной математической олимпиаде, то вида не подавала.
     Картер снова проверила электронную почту. Всё ещё ничего.
     Пока одноклассники занимали свои места, она уже в миллионный раз задалась вопросом: кто из них фанат «Выживалити»? У кого из них есть аккаунт на «Домейне» — самом крупном фанатском сайте, посвящённом шоу? Кто из них подписан на неё?
     Картер-Взломщица. Специалист по решению квестов с самым высоким рейтингом. Это было звание, которое наполняло её головокружительной гордостью. И это же звание абсолютно ничего не значило в реальной жизни. Никто здесь понятия не имел, кто она такая.
     Но если её выберут для участия в шоу…
     Она знала, что раскрывать свою личность публично — огромный риск. Родители посмотрели на неё так, словно она окончательно свихнулась на своей последовательности Фибоначчи, когда она рассказала им про кастинг. Ошарашенные слова отца преследовали её с тех самых пор: «Ты ведь даже фотографироваться для школьного альбома не любишь».
     И это было правдой.
     Но они не могли понять, насколько сильно она этого хотела. Нет, насколько это было ей необходимо. Дело было не в славе и не в деньгах. Дело было в поиске «своих» людей. Не безликих никнеймов, а настоящих друзей.
     Картер-Взломщица была популярной и уверенной в себе. Красивой и раскованной — спасибо мультяшному аватару, сделать который ей помогли отец-разработчик приложений и мать-модница. Настоящий герой для всех неловких девчонок-математиков по всему миру. Но на съёмочной площадке спрятаться за своим альтер-эго не получится. Там будет только Картер, камеры, головоломки Гейм-мастера… и её команда. Люди, которые так же помешаны на загадках и квестах, как и она сама. Люди, которые будут восхищаться её мозгами, а не остроумными комментариями в сети. Люди, которые всё понимают.
     Эта идея казалась настолько же чуждой, насколько и заманчивой. Она набросала более сотни вариантов названий для команды. Она планировала заказать командные футболки, как только узнает их размеры. И она, наконец-то, станет частью одного из тех групповых чатов, в которых, судя по всему, состояли абсолютно все подростки в мире, кроме неё.
     Как только она попадёт на шоу, Картер больше никогда не придётся прятать своё настоящее «я».
     Прежде чем начался урок, она рискнула проверить почту. В последний раз.
     Сердце подскочило к самому горлу.
     
     Re: Кастинг-видео Картер Келли
     Уважаемая мисс Келли!
     Мы рады пригласить вас стать участницей пятого сезона реалити-шоу «Выживалити»…
     
     Кастинг-видео: Бек Мэтисон
     ВЫЖИВАЛИТИ: ПЯТЫЙ СЕЗОН
     
     У парня густая прядь каштановых волос, зачёсанная набок под ковбойской шляпой, губы настолько яркие, будто он только что сосал вишнёвый леденец, и ангельская улыбка. Сам он находится, судя по всему, в салуне Дикого Запада.
     — Здорово! Меня зовут Бек, и я рад приветствовать вас в салуне «Свитбрайер». Известном также как… сарай для садового инвентаря моих родителей, — он подталкивает керосиновую лампу, свисающую с потолка. По деревянным стенам пляшут тени. — В прошлом году я превратил это место в свою шестую квест-комнату. И да, её тема вдохновлена Сокровищами Свитбрайера. Я просто помешан на этой теме! В тот момент, когда я услышал о призовом фонде этого сезона… — Он изображает, как взрывается его голова. — Но я вряд ли единственный, кто так себя чувствует, так что же выделяет меня из толпы? Одно слово: лазеры. В смысле, лазерная концентрация.
     Он берет колоду карт и начинает ее тасовать.
     — На создание этой комнаты у меня ушло пять недель. Я обошёл все блошиные рынки и магазины для рукоделия в поисках реквизита. Оленьи рога вон там я урвал на распродаже частной коллекции. Пивные бочонки и бутылки из-под алкоголя — в основном из комиссионок, — он начинает делать трюки: веером раскладывает карты по всей руке, а затем переворачивает их завораживающей волной. — Этот старый кассовый аппарат — детская игрушка, раскрашенная так, чтобы выглядеть аутентично. Даже эти карты сделаны вручную, — он раскрывает карты веером и поворачивает их к камере, демонстрируя тузы, пики, черви и трефы. — Подсказка: в картинках спрятан шифр, но вам придётся сыграть в игру, чтобы узнать, какой именно.
     Он запрыгивает на барный стул:
     — У меня было много увлечений. Кодинг. Механика. Турниры по пинболу. Альпаки… Долгая история. Но квесты уже много лет остаются моей главной страстью. Проходить их и создавать их. Одно дело — решать головоломки, и совсем другое — быть их автором. Я, конечно, не говорю, что мечу на место Гейм-мастера, но мне хочется верить, что я смогу достойной заявить о себе в этом состязании. Так что, Луис Август Рассел? — Он спрыгивает со стула, выхватывает пистолет из кобуры на поясе и целуется им в камеру. — Я вызываю вас на дуэль!
     Пистолет издает невразумительный щелчок. Бек ухмыляется:
     — Также вполне возможно, что у меня просто слишком много свободного времени. Так что… позвоните мне? Хотя я также принимаю сообщения по телеграфу и пони-экспресс.
     Он смеётся над собственной шуткой, и видео заканчивается.
     
     Заметки продюсера:
     Знает тему квестов изнутри, отлично подойдёт для интервью СМИ.
     Он сказал «альпаки»??
     Одержимость «Свитбрайером» — у него будет отличная мотивация.
     Обожаю этот наивный олений взгляд и оптимизм. Мы сожрём этого паренька живьём.


Глава 2
     
     Бек
     
     В мире судебной экспертизы не утихали споры о том, сколько информации можно извлечь из рисунка брызг крови. Но в случае с квестом в стиле средневековой пыточной комнаты, который Бек недавно начал оборудовать в гараже родителей, брызги крови несли в себе прямой текстовый посыл. Если «узники» будут достаточно внимательны, они заметят, что багровые пятна на бетонном полу соответствуют буквенному шифру, выведенному под настенными кандалами.
     Создание квест-комнат было тем редким хобби, которое удерживало внимание Бека, потому что на самом деле объединяло в себе сотню разных увлечений. Здесь он был одновременно инженером, археологом, исследователем, математиком, художником, электриком, криптографом, историком и рассказчиком.
     Здесь он был Гейм-мастером.
     И, как великие Гейм-мастера до него — Луис Август Рассел, Виктор Каннингем, Джаспер Барретт, — он знал, как важно довести каждую деталь до совершенства. Это был кропотливый труд. Смешать краску так, чтобы получить правильный оттенок красного, нужную консистенцию и нужный глянец после высыхания. Нанести её так, чтобы на первый взгляд всё казалось хаотичным… но только не при внимательном осмотре.
     На верстаке стоял его ноутбук: пока парень работал, на экране крутились старые выпуски «Выживалити». Он пересматривал сериал по кругу с тех самых пор, как его утвердили в качестве участника предстоящего сезона. Сейчас он вернулся к первому сезону, второму эпизоду — комнате в стиле подпольного бара времён Сухого закона, одной из его любимых.
     Бек отвлёкся от кисти и поднял взгляд, когда Сиерра Анджелос на экране закипела от некомпетентности Илайджи. Трудно было сказать, кого она ненавидела больше — Илайджу или собственную сестру. Пока Сиерра толкала тираду, во рту у Бека зашипела узнаваемая смесь синего «Kool-Aid» и шипучего шербета. Любые звуки вызывали у него подобный эффект — форма синестезии, которую Бек любил считать своей тайной суперспособностью. Вкусы по большей части были случайными. Сирены отзывались вкусом золы, смешанной с перцем чили. Лай собак ощущался так, будто он жуёт палки, а если лаяли мелкие тявкающие шавки — то словно рот забился щепками. Пинбольные автоматы трансформировались в кислые конфеты и медяшки на языке, а звучание музыкальных инструментов варьировалось от крендельков и маршмеллоу до асфальта.
     — Его вообще не должны были выбирать капитаном команды, — продолжала Сиерра. Выглядела она как панк — из тех девиц, что носят в берцах складной нож. Её прямые смоляно-чёрные волосы и чёрная помада контрастировали с бледной, как смерть, кожей. — Все знают, что я здесь... 
     — …самая умная в этой команде, — передразнил её Бек. — Да, Сиерра, мы знаем.
     Ей никогда не надоедало это повторять. И, возможно, это была правда. Бек полагал, что нужно быть чертовски умной, чтобы выйти сухой из воды после убийства. Хотя все знали, что это сделала она, у полиции не хватило улик для ареста.
     — Клянусь богом, — не унималась она, — если Илайджа разрушит мой шанс попасть в финал, я устрою ему настоящий ад.
     Каждое произнесённое ею слово было кислым, сладким и шипучим. Даже когда она была стервозной и желчной, ему безумно нравился вкус её голоса.
     Он только вернулся к краске, когда мама крикнула:
     — Бек! Они приехали!
     С подпрыгнувшим от волнения сердцем он бросил кисть в банку с мутной красной водой и выглянул в окно гаража. У дома стоял микроавтобус без опознавательных знаков. Из тех, что принадлежат либо похитителям людей, либо съёмочной группе реалити-шоу.
     Темнокожая женщина в безупречном белом костюме стояла посреди подъездной дорожки, осматривая фасад дома Бека, пока курчавый белый парень в джинсах и сандалиях открывал заднюю дверь фургона и вытаскивал массивную камеру. Бек смыл фальшивую кровь с рук в технической раковине и направился в дом.
     Родители уже стояли у входной двери, встречая гостей.
     — Привет, — сказал Бек. — Спасибо, что приехали.
     Острый взгляд женщины скользнул от босых ног Бека к его испачканной краской футболке. Её чёрные волосы блестели, были идеально прямыми и подстрижены в каре до плеч, а губы пылали ярко-алым.
     — Я Раниэль Рассел, исполнительный продюсер «Выживалити».
     Её голос отозвался на языке Бека дорогими духами. Он постарался не закашляться.
     — Раниэль Рассел… — задумчиво произнёс он. — Родственница Гейм-мастера?
     Её губы сжались в узкую нить.
     — Луис — мой муж, — она жестом указала на курчавого парня за спиной. — Сегодня мы будем снимать. Притворитесь, что его здесь нет.
     Раниэль пожала руки родителям Бека и оценила обстановку гостиной. Мебель из секонд-хенда. Картина Томаса Кинкейда в рамке. Вышитая подушка с дикими лошадьми, которую мама купила на гаражной распродаже.
     — Не возражаете, если мы сделаем небольшую перестановку?
     Оператор не стал ждать разрешения и сразу начал двигать журнальный столик.
     — Э-э… конечно? — произнёс отец Бека, бросив на сына взгляд в стиле «Кто эти люди?», на что Бек смог лишь пожать плечами, надеясь, что это истолкуют как: «Голливуд, что с них взять».
     — Сегодня мы снимаем то, что называем «гринлайтами», — сказала Раниэль. — Мы используем эти кадры, чтобы дать зрителям представление о вашей домашней жизни. Никого не волнует, сколько головоломок может решить подросток, если его личность плоская, как блин. Нашим зрителям нужны участники, за которых хочется болеть. Конечно, желательно быть симпатичным, но ещё важнее — чтобы мы могли рассказать историю. Нам нужно понимание, почему зритель вообще должен переживать за вас.
     Она уставилась на Бека, и прошла секунда, прежде чем он понял, что она ждёт ответа.
     Ему хотелось заметить, что, вообще-то, люди за него переживают. Он не то чтобы специально пытался нравиться, он просто… нравился. Было ощущение, будто сказочная крёстная взмахнула волшебной палочкой над его колыбелью ещё тогда, когда его пелёнки были розовыми, а имя состояло из трёх слогов вместо одного: «Сему ребёнку предначертано быть всеобщим любимцем!»
     С самого детства находясь на домашнем обучении, свои формирующие годы он провёл, бегая по ранчо дедушки в Монтане. После того как ранчо продали — решение, которое до сих пор оставалось болезненной темой для его родственников, — Бек с родителями вели полукочевой образ жизни, постоянно переезжая из города в город, из штата в штат.
     Люди всегда говорили, что дети на домашнем обучении не адаптированы к обществу, но, по его мнению, такое нестандартное детство означало лишь то, что он встречал самых разных людей и отлично научился располагать их к себе.
     Завоевать симпатию зрителей шоу будет ничем не сложнее. Об этом он не переживал.
     А вот его вторая цель участия в «Выживалити»?
     Вот это обещало быть настоящим вызовом. А Бек безумно любил вызовы.
     Но он не мог раскрыть свой главный секрет исполнительному продюсеру.
     — Почему я должен быть кому-то небезразличен? — повторил он, оттягивая время. — Ну… Я транс-парень. Счастлив. Принят своей семьёй.
     — И это твой ракурс подачи? — спросила Раниэль таким тоном, будто Бек был далеко не единственным транс-участником, которого они рассматривали. Она смерила его взглядом с ног до головы. — Ты принимаешь какие-то препараты, о которых нам следует знать?
     — Пока только утяжка. — Бек выдал свою самую обаятельную улыбку. — Но нет, это не мой ракурс подачи. — Он мельком глянул на родителей, затем снова на неё. — Как вы относитесь к межпоколенческим семейным драмам, завязанным на обмане, предательстве и миллионах долларов, проигранных в азартные игры?
     Мама Бека резко вдохнула. Отец скрестил руки на груди. Но ни один из них не произнёс ни слова.
     — Я заинтригована, — сказала Раниэль.
     — Тогда позвольте мне рассказать, почему я стану победителем.
     
     Кастинг-видео: Адитья Парвеш
     ВЫЖИВАЛИТИ: ПЯТЫЙ СЕЗОН
     
     У женщины чёрные волосы до талии, безупречная осанка и идеальная смуглая кожа. Её губы пухлые и блестящие, но глаза скрыты за огромными солнцезащитными очками от Dolce & Gabbana. Она красива как супермодель, и явно знает об этом.
     А ещё она совершенно точно не подросток.
     — Раниэль, дорогая, — мурлычет она, а затем небрежно взмахивает ухоженными пальчиками с розовым маникюром. — И… остальные кастинг-директоры. С вами Симфони. Вы, вероятно, узнаёте меня как звезду множества кассовых хитов и нынешнее лицо бренда «Best Life Nutrition». Помните: здоровая жизнь — это ваша лучшая жизнь. — За её спиной мельком виднеются панорамный бассейн и тиковые зонты от солнца, но затем она проходит сквозь полупрозрачные шторы в элегантную гостиную. Мебель в стиле модерн середины века. Абстрактная живопись.
     — Это официальное кастинг-видео моего сына, Адитьи Парвеша. Как вы сами увидите, он рождён для экрана — совсем как его мамочка. Он умён. Обаятелен. — Она знающе ухмыляется в камеру. — Невероятно хорош собой. Очевидно, эти гены у него от меня. — Она хихикает, но затем её голос понижается, когда она добавляет: — Один Бог знает, что от отца ему ничего не досталось.
     Она распахивает двустворчатую дверь и входит в светлую кухню. На гранитном столе рядом с коробкой хлопьев «Froot Loops» стоит металлическая ваза, наполненная папайей и питахайей. За столом ссутулился парень, держа в одной руке ложку, а в другой — огромный фолиант. При входе матери он даже не шевелится, лишь подозрительно косится в её сторону.
     — Адитья! Поздоровайся с продюсерами «Выживалити».
     Парень сглатывает и опускает ложку в тарелку. Он действительно невероятно хорош собой: густые чёрные волосы спадают на угрюмые брови, а волевой подбородок тронут лёгкой щетиной.
     — Что происходит? — спрашивает он, поддвигая книгу на пару сантиметров ближе к себе, будто она может послужить щитом между ним и камерой. Или, возможно, между ним и его матерью.
     — Ты будешь участвовать в «Выживалити».
     — Ох, ма, только не снова. Мы же договорились: никаких больше кастингов.
     — Мой Адитья очень силён в решении головоломок. — Симфони нагибается к парню, поворачивая телефон так, чтобы они оба попали в кадр. — Особенно в тех, что со словами. Как вы их называете? Где переставляют буквы, чтобы получилось новое слово? Аналогия?
     — Анаграмма.
     — Точно! Так, смотрите. Какое слово можно составить из букв, входящих в имя… Симфони? — Она приподнимает очки, чтобы подмигнуть в камеру.
     Ади несколько секунд пристально смотрит на неё, а затем на полном серьёзе выдаёт:
     — «Фальшивка».
     Его мать сияет от восторга:
     — Ну разве он не умница? Он особенно воодушевлён перспективой выиграть билеты на этот новый курорт головоломок.
     — Подожди, что?
     Несмотря на то что её сын наконец-то проявил хоть какой-то интерес, Симфони отворачивается, направляя камеру обратно на себя.
     — Разумеется, это всего лишь формальность. С нетерпением ждём от тебя новостей, Раниэль. Оревуар!
     
     Заметки продюсера:
     Уже жалею об этом.
     Хотя парень вроде острый на язык — подколка про фальшивку зашла.
     И он красавчик. Следующая Алисия?
     


Глава 3
     
     Ади
     
     — Почему вы решили пройти кастинг на «Выживалити», мистер Парвеш?
     Ади крутанулся в рабочем кресле — том самом, которое его мать обтянула страусиной кожей, — и остановился лицом к женщине на экране видеосвязи. Выглядела она так, будто только вчера окончила аспирантуру, а её собственное чувство значимости подпитывалось блестящим новеньким дипломом психолога.
     — Я не проходил, — ответил он.
     — Не проходили?
     — Ага. — Он произнёс это слово неспешно, протяжно. Его пальцы скользнули по абажуру, сделанному из сотен кристаллов Сваровски. — Кастинг устраивала моя мать. Она заключила какую-то сделку с исполнительным продюсером, и… вот мы здесь. — Ади не был посвящён в детали этой сделки, но, зная свою мать, без выгоды для себя она бы и пальцем не шевельнула. Типичная Симфони. Шагать по головам на пути к вершине, параллельно заезжая каждому встречающемуся ботинком по лицу.
     — Значит, вы не хотите участвовать в шоу? — спросила психотерапевт.
     — Я этого не говорил.
     Психотерапевт выждала паузу.
     Ади тщательно взвесил свои слова:
     — Скажем так… решение головоломок у меня в крови.
     — Не хотите рассказать подробнее?
     — Нет.
     Она не могла не знать о его отце. Кто-то наверняка скинул ей хотя бы краткую справку по почте.
     — Ладно, — сказала она, беря в руку ручку. — Но квесты вам нравятся?
     — Чёрт возьми, да. Я помешался на них с тех пор, как побывал в одной из таких комнат на экскурсии в шестом классе. Я прошёл все доступные онлайн-квесты.
     — Онлайн? — переспросила психотерапевт, усердно что-то строча. — Не с друзьями?
     Ади поморщился.
     Ручка психотерапевта замерла.
     — Вы бы назвали себя командным игроком, Адитья?
     Один из кристаллов отломился у него в пальцах. Сморщившись, он засунул его в карман джинсов:
     — Разумеется, я командный игрок. Я обожаю людей.
     — Понятно. — Она возобновила свои пометки. — Никто из членов семьи не изъявил желания присоединиться к вам? Братья, сёстры, кузены?
     Нет, вообще-то у него не было никакой семейной поддержки, на которую можно было бы положиться. Когда его мать в подростковом возрасте сбежала от родителей, она позаботилась о том, чтобы факт его существования был начисто стёрт из семейного древа — точно так же, как позаботилась о том, чтобы он вырос стопроцентным американцем, воспитанным на её любимых телешоу.
     Как будто он собирался делиться своими травмами с первой попавшейся мозгоправкой.
     — Слушайте, док, давайте не будем тратить время впустую. Место на шоу мне и так уже гарантировано. — Он не стал признаваться, но именно это стало для него самым большим шоком, когда Раниэль Рассел позвонила и подтвердила это лично. До того момента он был уверен, что всё это очередной бред Симфони — вроде того случая, когда в каком-то обзоре похвалили сцену гибели её героини как «достойную Оскара», и его мать на полном серьёзе решила, что её номинировали на премию.
     Мозгоправка постучала ручкой по блокноту:
     — Реалити-шоу привлекают самых разных кандидатов. Моя задача — убедиться…
     — Что не повторится история прошлого сезона?
     Она даже глазом не моргнула:
     — Что вы думаете об убийстве Алисии Анджелос?
     Он помнил, как прочитал новость о её гибели. У Симфони тогда было очередное отвратительное настроение, и он ещё подумал: да, его жизнь — дно, но всё же не «найден-убитым-на-съёмках-реалити-шоу» дно. Всё познаётся в сравнении.
     Он пожал плечами:
     — Жаль, что она умерла.
     — Алисия не просто умерла.
     — Ну да. Её убила её чокнутая сестричка.
     — Сиерре Анджелос так и не предъявили обвинений.
     — Все знают, что это сделала она. Какое это имеет отношение ко мне?
     — Возможно, никакого, — ответила психотерапевт. — Но мне нужно что-то написать в этом отчёте. — Она приподняла свои записи. — Так что если вы не хотите говорить об Алисии Анджелос, о чём нам стоит поговорить?
     Ади вспомнил бесчисленные кастинги в детстве, где его выставляли напоказ как цирковой пони, а потом объявляли слишком сложным в работе.
     Он вспомнил долгие ночи, проведённые в онлайн-квестах, эйфорию успеха, радость от прохождения, временное отступление одиночества.
     Он вспомнил свою мать — как она захлёбывалась от восторга, объявляя о гарантированном месте в этой безвкусно-пофосной голливудской версии его любимой игры, её ярость, когда он ответил, что ему это неинтересно, и её роскошные подарки, когда он изменил решение.
     Он вспомнил причину, по которой вообще поменял своё мнение. Шанс вырваться, вырваться на свободу — такой близкий, такой невыносимо близкий…
     О чём им стоит поговорить?
     Он откинулся на спинку кресла и сложил пальцы домиком:
     — Читали какие-нибудь хорошие книги в последнее время?
     
     Кастинг-видео: ВЫ МНЕ ДОЛЖНЫ
     ВЫЖИВАЛИТИ: ПЯТЫЙ СЕЗОН
     
     Девушка сидит на незаправленной кровати. На её лицо толстым слоем нанесён белый тональный крем, глаза обведены тёмными смоки-тенями, а помада такая же чёрная, как и её волосы. На стене позади неё висит картина с изображением ангела, который стоит на коленях перед надгробием и плачет кровавыми слезами.
     Выражение её лица излучает чистую ненависть. Она не пытается улыбаться. Не пытается очаровать зрителя, как остальные.
     Она смотрит прямо в камеру так долго, что это становится неловким. Почти угрожающим.
     Сиерра Анджелос произносит всего одну фразу, прежде чем запись обрывается.
     — Я хочу получить свои призовые деньги.
     
     Заметки продюсера:
     Только через мой труп.
     


Глава 4
     
     Ади
     
     Ади сбросил спортивную сумку на мраморный пол холла. Она приземлилась с тяжёлым глухим звуком — спасибо целой библиотеке книг внутри… и одной смене одежды. Он сверился со временем.
     — Симфони! — крикнул он.
     Никакого ответа.
     Простонав, он взбежал по винтовой лестнице. Его мать в шёлковом халате сидела перед туалетным столиком в своей огромной гардеробной.
     — Мам, нам нужно выезжать. Мы опоздаем.
     Симфони наклонилась ближе к зеркалу.
     — К чему такая спешка? — спросила она, нанося мерцающую пудру на скулы. Она никогда не выходила на улицу, не нанеся предварительно шестьдесят два различных вида средств по уходу за кожей, макияжа и продуктов для волос. — Ты звезда этого шоу. Они просто не смогут начать без тебя.
     — Я не звезда шоу. Я один из двадцати участников, и если я опоздаю, они вызовут замену и начнут без меня.
     Она фыркнула, закрыла пудреницу и взяла карандаш для бровей.
     Он молитвенно сложил ладони:
     — Ты отлично выглядишь. Поехали.
     — Совершенство не терпит суеты, — пропела она, а затем отмахнулась от него карандашом. — Сделай что-нибудь полезное и достань мои перчатки для вождения из шкафу. Второй ящик слева.
     — Перчатки для вождения, — пробормотал он. — На дворе не тридцатые годы.
     — Ультрафиолетовые лучи сейчас так же реальны, как и тогда, и я отказываюсь обзаводиться пигментными пятнами, как эти… — она скривилась, — …пожилые женщины. О, и захвати пару солнцезащитных очков, пока ты там. «Prada»… нет, давай лучше «Versace».
     — Слушаюсь, ваше величество.
     — Адитья. Это одна небольшая просьба. Учитывая, что я провела двадцать три часа в родах и последние семнадцать лет обеспечивала тебя едой, одеждой и крышей над головой, не говоря уже о том, что выбила тебе место в знаменитом телешоу…
     Её причитания утихли, когда Ади шагнул в гардеробную.
     — Мерзость, мерзость, мерзость, — прошептал он, чувствуя, как его задушат переоценённые духи, пластиковые чехлы из химчистки и потребительство. На половине одежды всё ещё висели бирки.
     Он нашел нужный ящик и выдвинул его, обнаружив россыпь аксессуаров. Один из многочисленных чехлов для телефона был обтянут искусственным мехом зебры. В другом, с розово-золотыми стразами в форме дельфина, находился настоящий телефон.
     — Серьёзно? — пробормотал он, бросая его обратно к остальным.
     Он схватил пару перчаток и футляр с очками, захлопнул ящик и направился обратно в гардеробную.
     Но Симфони там уже не было. Он нахмурился, прислушался и… Ну да. Блендер. Саундтрек к его жизни.
     Ади сбежал по лестнице на кухню и бросил аксессуары на столешницу. Теперь его мать была в обтягивающих джинсах, на высоких каблуках и в блестящем топе с открытыми плечами. Весьма подходящий наряд для поездки на машине.
     Она окинула его оценивающим взглядом:
     — Ты в этом поедешь?
     Он оглядел свою футболку и старые джинсы:
     — Ага.
     — Хм. — Её неодобрение сквозило даже сквозь шум. — Ты всё ещё слишком тощий. — Она выключила блендер. — Я положила несколько пакетиков «Best Life» в твою сумку. Это поможет тебе нарастить немного мышц.
     Он удержал себя от того, чтобы смущённо потянуть за футболку. Как бы плохо она ни заставляла его себя чувствовать, он не собирался пить эти протеиновые коктейли из суррогатной еды, которые его мать втюхивала в «магазинах на диване».
     Она перелила содержимое блендера в стакан на вынос, пока Ади барабанил пальцами по своим тощим предплечьям:
     — Мы можем ехать?
     — Ха! Мне пришлось умолять тебя пойти на это шоу, а теперь кто из нас так рвётся туда попасть?
     — Когда я даю обещание, я его выполняю. — Намёк Ади повис в воздухе.
     Конечно, когда Ади рос, если у Симфони было хорошее настроение, она могла повезти его в зоопарк, как и обещала. Или же всё заканчивалось очередным кастингом, днём покупок в её любимых бутиках или кофе с какой-нибудь бывшей знаменитостью. Ади с самого раннего детства усвоил правило: никогда не выходить из дома без книги в руке.
     Симфони была слишком отвлечена, чтобы заметить его выпад, тянясь за солнцезащитными очками:
     — Я же сказала «Versace». Честное слово. Ты абсолютно бесполезен.
     — Какая разница? Поехали. — Он схватил ключи от машины, как раз когда у Симфони зазвонил телефон.
     Она ахнула:
     — О! Я должна ответить.
     — Ты шутишь.
     — Это Сандра Фабиньи. Та самая агентка, о которой я тебе рассказывала? Она звонит обсудить будущие перспективы. — С блаженной улыбкой она неспешно пошагала к террасе у бассейна, поднося телефон к уху. — Симфони на связи.
     Это было настолько в её стиле, что Ади даже удивился, как не предвидел этого.
     Он посмотрел на ключи в своей руке.
     Технически у него не было водительских прав, и мать категорически отказывалась разрешать ему сдавать экзамен на её «малышке» — розовом БМВ, который она любила гораздо больше, чем собственного ребёнка. Если он одолжит его, её просто разорвёт от злости.
     Какая жалость.
     Вернувшись в холл, он достал пакетики с протеиновым коктейлем, которые она запихнула в его сумку, и высыпал их прямо на пол.
     Затем, крутя связку ключей на пальце, он вальяжно вышел за дверь.


Глава 5
     
     Картер
     
     Картер, которая нервничала, даже когда делала селфи, теперь преследовали операторы. Ей не разрешали переставать улыбаться с семи утра, и её щеки уже адски болели. Сначала были съёмки для заставки шоу, затем рекламная фотосессия, для которой её нарядили в какую-то нелепую белую мини-юбку из кожзаменителя и расшитый бисером топ, от которого всё невыносимо чесалось. Потом — короткие ролики для соцсетей, которые снимала угрюмая девушка с таким видом, будто предпочла бы оказаться где угодно, только не здесь. Каждый раз, когда Картер казалось, что их вот-вот отпустят перекусить, к ней подбиралась очередная команда стилистов и визажистов, усаживала перед новой камерой, а какой-нибудь раздражительный режиссёр начинал раздавать команды:
     — Сядь прямее!
     — Улыбайся шире!
     — Хватит дергаться!
     — Нет, нормальную улыбку — честное слово, кто вообще взял эту девчонку?!
     В конце концов, её заперли одну в комнате, сплошь оклеенной плакатами, и велели ждать, пока за ней кто-нибудь не придёт.
     Судя по расписанию, полученному этим утром, её команда должна была зайти в отборочную квест-комнату через… сколько там, через час? Ей бы уже давно пора с ними познакомиться.
     Картер накрутила на палец одну из своих кудряшек. Вчера к ней домой приезжал стилист проекта и потратил больше двенадцати часов, чтобы обесцветить и уложить её волосы.
     Что означало лишь одно: теперь они были красными.
     Огненно-красными.
     В сочетании с неудобной, но неоспоримо модной одеждой, в которую её нарядили, она как никогда походила на своего аватара.
     Ей хотелось почувствовать себя преобразившейся — эдакой современной Золушкой.
     Вместо этого она чувствовала себя самозванкой.
     Она рухнула на диван. В её теле вибрировал каждый из семи триллионов нервов. Прийти на это шоу было ошибкой. Постоянное рявканье съёмочной группы ясно дало понять: она абсолютно для этого не создана. Её улыбка слишком нервная. Манеры — слишком неловкие. Голос — слишком тихий.
     Она закрыла лицо руками и издала измученный стон, но тут же отдёрнула ладони, вспомнив про макияж.
     Она была обманщицей.
     Она станет посмешищем для всего фанатского сообщества.
     Одно дело — смотреть игры из уютной спальни, когда камеры крупным планом показывают нужные улики, а комнаты видны с самых разных ракурсов. Так решить головоломку может кто угодно, нажимая на паузу и перематывая назад, когда необходимо.
     Но оказаться внутри настоящей игры, в реальном времени, когда на кону стоят реальные последствия, — совсем другое дело. Что, если давление сломает её, и она не сможет разгадать очевидную подсказку? Что, если её товарищи по команде окажутся блестящими, замечательными людьми, а она всё для них испортит?
     Они будут её ненавидеть.
     Она встала и принялась шагать из одного конца тесной комнаты в другой. Ей нужно было отвлечься, пока эта нисходящая спираль сомнений не заставила её сбежать на первый же рейс домой.
     Может, стоит позвонить родителям? Они всегда находили правильные слова, чтобы успокоить её тревогу, и сейчас она отдала бы всё на свете, лишь бы услышать тёплый тринидадский акцент отца или заразительный смех матери, борющейся с её непокорными рыжими кудрями. Картер даже достала телефон и зашла в контакты: на аватарке рядом с номером отца оба они дурашливо улыбались, прижавшись щекой к щеке.
     Нет. Ей нельзя им звонить. Тоска по дому станет просто невыносимой.
     Сжимая телефон в руке, она осмотрела рекламные постеры «Выживалити». На одном из них, в серебряной рамке, висело автографированное фото Фитци и Луиса времён их первых роликов на YouTube в первом сезоне. Фитци тогда выглядел совсем юным, даже младше, чем Картер сейчас.
     Картер наклонилась ближе, чтобы прочитать надпись, выведенную размашистым курсивом под фото. Она узнала почерк Гейм-мастера — в третьем сезоне она получила от него открытку, когда отправила ему фанатское письмо с самодельной головоломкой. Инстинктивно она подняла телефон, чтобы сфотографировать надпись.
     Это только начало. — Луис
     Она улыбнулась, делая снимок. Луис Август Рассел уже тогда верил, что их шоу — это нечто особенное.
     Раздался стук. В дверях стояла та самая угрюмая интервьюерка — коренастая полноватая девушка лет двадцати с небольшим, с блондинистыми хвостиками, вызывающими синими тенями на веках и одной длинной серебряной сережке в левом ухе. Татуировка в виде рептильего хвоста змеилась из-под её блестящего топа с петлей через шею. Картер уже собиралась спросить, кто это — дракон, возможно? — но девушка перебила её.
     — Ты что делаешь?
     Картер вздрогнула от её раздражённого тона:
     — Э-э… фотографирую?
     — Зачем?
     — Для… моих фанатов?
     Девушка секунду пристально смотрела на неё, а затем ухмыльнулась:
     — О боже, это реально ты!
     Картер замигала, пытаясь вспомнить имя девушки. Вера? Да, кажется, Вера.
     — Ну да. Э-э, привет.
     Девушка подошла ближе, излучая фальшивый восторг:
     — Та самая Картер-Взломщица! Специалист по решению квестов! О-М-Г, я просто, типа, твоя фанатка!
     В её голосе появились странные нотки типичной калифорнийской фифы, отчего Картер занервничала ещё сильнее.
     — Правда?
     Улыбка Веры мгновенно испарилась:
     — Нет. Вы, инфлюенсеры, так много о себе воображаете. — Она приподняла планшет, который держала в руках. — Скажи «чи-и-из».
     Картер едва успела растянуть губы в подобии улыбки, как Вера уже щелкнула кадр. Картер была на «Выживалити». Она должна была встретить «своих» людей. Она приехала сюда не для того, чтобы променять чужих ей одноклассников на кучку хамов. Хамов с камерами.
     Если бы только у неё хватило смелости сказать это вслух.
     Вера посмотрела на экран и нахмурилась:
     — А где твои очки?
     — Очки?
     — Огромные такие, круглые?
     — А-а, их носит мой аватар, но в реальной жизни они мне не нужны.
     Перекошенная мина Веры стала еще угрюмее:
     — Я подниму этот вопрос перед костюмерами.
     — Ты ведь менеджер по соцсетям, да? — спросила Картер. — Кажется, это ты выложила моё памятное видео про Алисию Анджелос. Оно принесло мне кучу новых подписчиков, так что… спасибо.
     — Просто поддерживаю тренды шоу, — Вера засунула планшет под мышку. — Будь моя воля, я бы с радостью смешала имя этой сучки с грязью.
     — Что-что?..
     Но Вера уже уходила прочь.


Глава 6
     
     Бек
     
     Бек посмотрел на лабораторный халат цвета морской волны, а затем поднял взгляд на зеркало. Результат ему нравился. Цвет подходил к его глазам. Стилисты сделали не так уж много: немного пудры, подкрасили брови карандашом, нанесли каплю мусса на волосы. Он всё ещё выглядел самим собой, просто в обновлённой, более яркой версии.
     К тому же халат. Беку безумно нравился этот лабораторный халат.
     Он изобразил, будто поправляет невидимые очки:
     — Образец приобрёл свойства, которые мы не могли учесть, — произнёс он своим лучшим голосом серьёзного учёного. — Вскоре он заразит нас плотоядным вирусом, который распространится по всей планете, пожирая всё на своём пути… и мы абсолютно ничего не можем сделать. — Он прищелкнул языком: — Какая невыразимая жалость.
     В отражении зацарапал экран телевизора, висевшего на стене. Бек обернулся, когда синий экран переключился на внутренний канал, явив ведущего шоу, Фитци, в льняной рубашке и потёртых джинсах, с сияющей улыбкой смотрящего в камеру. Возможно, он и не был мозговым центром проекта, но его эксцентричное обаяние и полное отсутствие наигранности были важной частью успеха.
     — Добро пожаловать в пятый сезон «Выживалити»! — провозгласил он, а его австралийский акцент на вкус напоминал солёные острицы. — Шоу, где мы запираем подростков в комнатах, полных головоломок, улик и шифров, чтобы узнать, кто сможет сбежать быстрее всех. Я ваш ведущий Фитци, и в этом сезоне наши команды будут соревноваться за самый крупный денежный приз за всю историю «Выживалити». Команда-победитель получит… готовьтесь… один миллион долларов!
     Экран сменился графикой, где стодолларовые купюры сыпались с неба на огромную кучу денег. Безвкусно, но впечатляюще. Если команда Бека победит, у него появится целых двести пятьдесят тысяч долларов, которые он сможет назвать своими… по крайней мере, на пять минут, пока не закроет долги родителей и не отправит коллекторов куда подальше.
     — Но и это ещё не всё! — продолжил Фитци, и Бек затаив дыхание сделал шаг ближе к экрану. — Потому что в этом сезоне мы предлагаем эксклюзивный ранний доступ на курорт «Свитбрайер»! — На экране закружились кадры, снятые с дрона: роскошный отель, озеро с пришвартованным в центре пиратским кораблём, флаг с логотипом «Victory Escapades, Inc.™», развевающийся над разводным мостом замка. — Команда, которая одержит победу в этом сезоне, первой из публики исследует долгожданный парк развлечений для любителей головоломок от Виктора Каннингема. Но прежде чем мы объявим победителей, нас ждёт куча квестовых безумств, так что давайте повторим правила.
     Экран переключился на стилизованные изображения часов и фонариков:
     — Сегодняшняя комната — это то, что мы называем отборочным раундом. Это шанс увидеть, на что способны команды, и это единственный раунд за всё соревнование, в котором ни одна команда не выбудет. Однако стимула показать себя во всей красе более чем достаточно: команда, которая быстрее всех справится с каждой головоломкой, завоюет вожделенные «палки в колёса» от Гейм-мастера — наше умное название для… — он понизил голос до зловещего сценического шепота, — …саботажа. Разблокируйте бонус сегодня, и ваша команда сможет по-крупному подгадить своим соперникам в следующих раундах. И уж поверьте, они захотят получить этот бонус, потому что после сегодняшнего дня команда, которая потратит больше всего времени на побег, будет отправляться домой. А теперь приветствуем человека, который неустанно работал над тем, чтобы предложить вам самые зубодробительные квесты… самого Гейм-мастера, Луиса Августа Рассела!
     Гейм-мастер вышел на площадку, зацепив пальцы за подтяжки:
     — Спасибо, Фитци. Приятно вернуться.
     Если из-за синестезии Бека голос Фитци казался на вкус как моллюски, то глубокий баритон Гейм-мастера напоминал первый бокал эгг-нога в Рождественский вечер — гладкий, богатый и невыносимо изысканный.
     Фитци закинул локоть на плечо Луиса:
     — Поговаривают, в этом сезоне ты подготовил кое-что необычное…
     — Бек Мэтисон?
     Бек обернулся и увидел парня из съёмочной группы, держащего гарнитуру:
     — Пора цеплять микрофон.
     Сердце Бека пустилось вскачь:
     — Круто, — выдохнул он. — Э-э… а где моя команда?
     — Вставь это в правое ухо, — сказал парень, прикрепляя крошечный микрофон к лацкану лабораторного халата.
     — Сюда, — позвала ещё одна сотрудница с планшетом и рацией. Бек пошёл за ней по унылому коридору горчично-жёлтого цвета.
     — Скажи «чи-и-из»! — гаркнул чей-то голос. Бек повернулся и увидел девушку с блондинистыми хвостиками и плотным макияжем. Камера её iPad вспыхнула прямо ему в лицо. Бек отшатнулся, но девушка уже проскочила мимо.
     Он мотнул головой, пытаясь прогнать зайчиков перед глазами, и тут дверь распахнулась — и перед ним предстала она, главная съёмочная площадка. Где Фитци приветствовал участников. Где они с Луисом шутили о том, какие коварные загадки приготовил Гейм-мастер. Где раз в неделю чья-то надежда рушилась, когда команда выбывала из состязания.
     Но только не команда Бека. Он здесь всерьёз и ненадолго.
     Что бы ни случилось. Даже в его голове хриплый дедушкин говор отзывался вкусом трубочного табака и кедровой древесины.
     В реальности декорации выглядели меньше. Там, где камеры срезали края задников, Бек видел строительные леса из брусьев и фанеры, подтёки краски на полу. Для человека, который гордился своим вниманием к деталям, особенно при строительстве собственных комнат, подобная топорная работа казалась разочаровывающей.
     Но он не стал на этом зацикливаться. Это реальность, это Голливуд, а вон там... 
     Луис Август Рассел.
     — Святое дерьмо, — прошептал Бек.
     Фитци и Луис стояли посреди площадки, но вместо дружеской болтовни, как на экране, Фитци залипал в телефоне, а Луису кто-то из визажистов припудривал подбородок. Должно быть, кадры, которые крутили за кулисами, были записаны заранее.
     Наушник Бека зашипел:
     — Следующий участник, Бек Мэтисон, на позиции.
     Визажист исчез. Свет стал ярче. Телефон Фитци испарился в кармане, и его улыбка вспыхнула на полную мощность. Луис стоически скрестил руки на своей широкой груди.
     — Мотор!
     На синем экране рядом с камерами побежал текст суфлёра.
     — Давайте поприветствуем ещё одного участника, — читал Фитци. — Пусть его солнечный нрав и эти голубые глазки не вводят вас в заблуждение. В свободное время этот парень сам создаёт квест-комнаты, и у него особый вкус на салуны Дикого Запада и средневековые пыточные. — Фитци вскинул бровь, глядя на Луиса. — Не думаешь, Гейм-мастер, что он метит на твоё место?
     — Я не против здоровой конкуренции.
     — Вы слышали это сами, друзья! Встречайте: Бек Мэтисон!
     Кто-то толкнул Бека между лопаток. Он споткнулся и сделал шаг вперёд. Слепящий свет обступил его со всех сторон. Температура, казалось, подскочила градусов на десять.
     Тот же голос проскрипел в его ухе, оставив на языке текстуру и вкус гравия:
     — Улыбайся, пацан. Выглядишь как олень перед дулом охотничьего ружья.
     Примерно так он себя и чувствовал. Но он нацепил улыбку, и пока пересекал площадку, страх начал уступать место чистой эйфории. Чёрт возьми, да он же на «Выживалити»!
     Остаток пути по сцене он прошагал пританцовывая под музыку, гремящую из динамиков под потолком.
     — Да-а! — подхватил Фитци, сам выдав пару хип-хоп движений. — А у парня есть стиль!
     Бек замер в танцевальной позе и не удержался от смеха, скорее от восторга, чем от смущения:
     — Фитци! Гейм-мастер! Привет!
     Луис сдержанно кивнул, а Фитци закинул руку Беку на плечо:
     — Бек! Ты взволнован? Ты готов?
     — Да! Не терпится начать!
     Фитци повернулся к Гейм-мастеру:
     — Итак, Луис, что ты можешь рассказать Беку об этой первой комнате?
     — Подождите, — перебил Бек и демонстративно огляделся. — А где остальная часть моей команды?
     Губы Луиса тронула загадочная улыбка:
     — Не беспокойся о них. А теперь слушай внимательно. Ты и твои товарищи по команде — ассистенты лаборатории, работающие на гениального химика доктора Адама Тири. Вам поручено создать сыворотку, которая увеличит мощности человеческого мозга до астрономических высот, раскрыв наш истинный потенциал для абсолютного интеллекта. Однако в вашу лабораторию проник шпион, запер вас с командой в подсобках и похитил вашего босса. Вы должны следовать уликам, оставленным доктором Тири, чтобы завершить создание сыворотки… пока ваши соперники не завладели всеми секретами доктора.
     Бек прошептал:
     — Круто.
     Фитци хмыкнул:
     — Интересно, нет ли у нашего Гейм-мастера подсказки, которая поможет тебе справиться с этой задачей?
     Бек выпрямился. Подсказка Гейм-мастера не раз решала исход всего раунда.
     — Как вы знаете, — произнёс Луис, — побеждают не всегда те команды, где самые умные или опытные игроки. Иногда побеждает та команда, у которой лучше всего налажена… химия.
     Химия. Лаборатория. Понятно.
     Вот только это едва ли тянуло на хорошую подсказку.
     У Бека не было времени раздумывать об этом, потому что Фитци уже протягивал ему повязку на глаза:
     — Готов?
     — Чёрт возьми, да! — Бек надвинул маску на глаза, погружая мир во тьму. Всё, кроме звуков и вкусов. — Где бы вы ни были, доктор Тири, я вас не подведу.
     — Отлично сработано, — пробормотал голос режиссёра в наушнике.
     Бек мысленно довольный собой оправился.
     Его повели со сцены. Шли они недолго.
     — Сюда, — сказал провожатый. — Ещё шаг. И… стоп.
     Бек прислушался к собственному дыханию и удержался от того, чтобы вытереть вспотевшие ладони о халат.
     — Но как же моя команда?..
     — Я активирую дверь, — сказал провожатый. — Она закроется автоматически, но мы будем по ту сторону, если возникнут проблемы.
     Кое-что прогудело. Двери заперли Бека внутри.
     Голос Фитци раздался в наушнике:
     — Когда я скажу волшебное слово, можете снять повязки и начинать. Три… два… один… Побег!
     Бек сорвал повязку.
     Он находился в одиночестве в комнате размером едва ли больше гардеробной. Стены были выкрашены в серо-грифельный цвет, а на полу лежал линолеум в крошку. Всё вокруг озарялось мягким розовым светом. Никаких следов входной двери — она бесшовно слилась со стеной. С потолка свисала одинокая лампочка. Перед ним стояла металлическая дверь с трёхзначным навесным замком на ручке. В центре двери висел обрывок бумаги. Нацарапанная надпись гласила: no one nor.
     Он обернулся. На полке на уровне глаз стояла коллекция стеклянных банок со странным набором предметов внутри. Розовое свечение, как он теперь увидел, исходило от неоновой вывески, на которой было написано всего одно слово: ПОБЕГ.
     На случай, если он забыл, зачем здесь находится.
     Его нервозность тут же испарилась. Коды. Логика. Закономерности. Это была его стихия. Независимо от причин, по которым он оказался здесь — налёта обиды, терзавшей его родственников последнее десятилетие, или его планов наконец-то всё исправить, — здесь контролировал всё он. Бек против квест-комнаты. Бек против Гейм-мастера.
     Он уже потянулся к первой банке, когда в наушнике затрещал новый голос:
     — Перекличка. Кто со мной?
     Бек замер. Голос был знакомым. Текстура. Вкус. Это было настолько неожиданно и настолько… невозможно, что Бек развернулся на триста шестьдесят градусов, уверенный, что это розыгрыш.
     — Привет? — произнёс другой женский голос, тёплый и успокаивающий, как ромашковый чай. — Я Картер. Вы где?
     — В очень, очень маленькой комнате, — отозвался последний член команды, парень с хрипловатым протяжным голосом, напоминающим выдержанную кожу и смородину.
     — Имя? — снова раздался первый голос. Бек зажмурился. Он не мог не ошибаться.
     — Ади, — буркнул парень.
     — И это всё? Нас должно быть четверо. Давайте быстрее, время тикает.
     От каждого произнесённого слова во рту у Бека закипала всё та же узнаваемая смесь синего «Kool-Aid» и шипучего шербета, пузырящаяся на языке.
     Если он не ошибался, он был заперт в квест-комнате с грёбаной Сиеррой Анджелос.


ЧАСТЬ 2
     ВЫЖИВАЛИТИ: ПЯТЫЙ СЕЗОН
     Отборочный раунд: Всё дело в химии
     
     
     
Глава 7
     
     Сиерра
     
     — Бек, — отозвался четвёртый член команды Сиерры. Наконец-то. — Меня зовут Бек.
     Оставалось надеяться, что в расшифровке головоломок он соображает лучше, чем в разговорах.
     — Давайте подведём итог по нашим уликам, — сказала Сиерра, обводя взглядом комнату, которую изучала с той самой секунды, как с её глаз сняли повязку. Улова было немного. Табличка на двери с надписью «Заткни меня» и планшет для бумаг на гвоздике.
     — Подожди, — подала голос девчонка, Картер. — Ты не назвала своё имя. — В её голосе прозвучало подозрение.
     Вместо ответа Сиерра зачитала вслух лабораторные заметки с подробным описанием различных экспериментов:
     Эксперимент 1: 2 части раствора A + 1 часть раствора J
     Результат: тёмно-зелёный, практически непрозрачный
     Эксперимент 2: 3 части раствора A + 1 часть раствора K
     Результат: фиолетово-пурпурный, тягучая текстура
     И так далее, всего семь экспериментов. Она перевернула страницу, но там больше ничего не было.
     — У меня есть планшет со списком лабораторных экспериментов, где описываются разные растворы, зашифрованные по алфавиту, и их цветные результаты. Бек, что у тебя?
     — Э-э… так, ладно. — Бек прочистил горло. — У меня навесной трёхзначный замок на двери плюс куча банок с всяким разным внутри. Батарейка, перчатка, кость, э-э… кажется, это шарик из смятой фольги? Серебряная сережка и… — Короткая пауза. — Хм. Последняя банка пустая. О, и ещё неоновая вывеска с надписью «ПОБЕГ».
     Сиерра хмыкнула:
     — На случай, если мы забудем, зачем мы здесь?
     Бек нервно хихикнул:
     — Я тоже так подумал.
     — А у меня куча книг, — сказала Картер. — Учебники. Физика, астрономия, химия, биология.
     — Посмотри внимательнее, — приказала Сиерра. — На страницах может быть что-то спрятано или есть записи, которые помогут.
     — Это же вроде как химическая лаборатория, — добавил Бек. — Может, начнёшь с химии?
     — Дельная мысль, — признала Сиерра. Слава богу, мозги у парня всё-таки были. — Давайте я зачитаю вам эти лабораторные заметки. Вдруг они перекликаются с чем-то в этих учебниках.
     Она зачитала эксперименты от начала до конца. Даже произнося эти слова, она думала о том, как всё это вырежут на монтаже. Монотонное чтение случайных заметок — так себе зрелище для телевидения.
     — Я ничего не вижу, но буду искать дальше, — ответила Картер. — А что с нашим четвёртым?
     — Я занят, — раздражённо отмахнулся Ади.
     Сиерра нахмурилась. На этом шоу у неё была вполне конкретная репутация. И она не собиралась уступать статус главного бунтаря какому-то любителю.
     — Поиграешь в непонятого одиночку позже. Прямо сейчас нам нужно знать, что у тебя.
     — Я пытаюсь разгадать код, — буркнул он. — Тут вымышленное имя, которое является анаграммой, и маркерная доска, чтобы всё рассчитать. «Deleted», «Timeline», «Middle», «Meddle», «Divide» — тут тьма вариантов.
     — Ладно… — протянула Сиерра. — Но нам нужны цифры, чтобы открыть наши замки.
     — Я понимаю. Я могу составить «десять» или «одиннадцать», но это всё.
     — Все двери открываются одной трёхзначной комбинацией или они разные? — спросила Картер. — Ни у кого нет двенадцатизначного числа? Парень с доской — Ади, верно? Насколько длинное то вымышленное имя? Может, надо заменить буквы цифрами, типа A — это 1, B — это 2, ну вы поняли.
     — Не, в нём пятнадцать букв.
     — Всё равно попробуй, — сказала Сиерра, и ей стало тошно от того, что в ее голове прозвучал голос Илайджи, твердивший своей команде, что любая идея стоит проверки. Он ошибался. Большинство идей были пустышкой. Но время тикало.
     Ади выпалил цифры быстрее, чем она ожидала, что было обнадёживающим знаком. Но из этих цифр ничего не складывалось.
     — У кого-нибудь ещё есть обрывок бумаги, приклеенный к двери? — спросил Бек. — У меня написано «no one nor».
     — Точно! — спохватилась Картер. — Я так увлеклась книгами, что совсем про него забыла. У меня написано «anything can».
     — «Silence me», — добавила Сиерра.
     — О, так этот обрывок — это то, откуда я взял имя, — сказал Ади. — Дмитрий Менделеев.
     — Дмитрий кто? — переспросил Бек.
     — Вот именно. Я работаю над этим. Дайте мне секунду, чтобы... 
     — Менделеев, запятая, Дмитрий! — воскликнула Картер. — Нашла его!
     — Нашла… кого? — переспросил Ади.
     — Дмитрия Менделеева. — Затем, уже менее уверенно: — Ты ведь это имя назвал?
     — Подожди, — замер Ади. — Он что, реальный человек?
     — Тут написано, что он создал периодическую систему химических элементов.
     — О, — протянул Ади. В его голосе прозвучало разочарование.
     — Эти слова — цитата, — пояснила Картер. — «Никто и ничто не сможет заткнуть мне рот», авторство приписывается Дмитрию Менделееву.
     — И что это значит? — спросил Ади.
     — Элементы! — Голос Бека прозвучал так, будто он наелся сахара. — Все эти вещи в банках! Это элементы! Например, батарейка — это литий, да? Перчатка — кухонная резиновая перчатка. Значит, латекс или…
     — Кремний? — предположила Сиерра. — Эй, Картер. У тебя есть таблица Менделеева в той книге?
     Шорох переворачиваемых страниц, затем:
     — Да, но… я не вижу ничего необычного. Никаких записей от руки на странице. О, может, использована страница? Я попробую ввести её номер на своем замке.
     — Подожди, — остановила её Сиерра. — Бек, ты называешь элементы. Картер, ты ищешь их номера. Ади, ты записываешь.
     — Я вам не секретарша, — огрызнулся Ади.
     Пресвятые угодники.
     — Ты единственный, кому есть на чём писать, — отрезала она. — Начнём с лития.
     — Э-э, да, литий, — отозвалась Картер. — Li. Номер 3.
     — Кремний для перчатки, — сказал Бек.
     — Кремний. Si, 14, — сверялась Картер.
     — Кость. Кальций?
     — Ca, 20.
     Они быстро разобрали остальные:
     Серьга — Серебро — Ag — 47
     Фольга — Алюминий — Al — 13
     Пустая банка —
     — Кислород, — одновременно сказали Картер и Ади, после чего Картер хихикнула, а Ади раздражённо фыркнул.
     — Кислород — это O — 8, — сказала Картер.
     — Это даёт нам десять цифр, — подсчитал Ади. — Нужно ещё две.
     — Может, дело в самих банках? — предположила Картер. — Они стеклянные, верно? Стекло делают из песка. Э-э… нет, глупость какая-то.
     Картер продолжала нервно тараторить, пока Сиерра вела пальцем по лабораторным заметкам на планшете, которые до сих пор не пригодились. Ей не хватало одной улики.
     — Вывеска! — осенённо воскликнул Бек. — Неон — это ведь тоже элемент?
     — Подожди… да! — подхватила Картер. — Неон — Ne — 10!
     — Ne, — задумчиво произнес Ади. — Кажется, эти буквы должны что-то означать.
     — Забудь про буквы, — остановила их Сиерра. — У нас есть двенадцать цифр. Это наш код.
     — Но как понять, в каком порядке их вводить? — спросил Бек.
     Наступила тишина.
     — Двенадцать цифр, — произнесла Картер. — Это больше четырёх тысяч комбинаций. Мы, конечно, убрали часть вариантов из-за двухзначных номеров, но даже если считать, что у нас всего семь чисел, которые нужно расставить по порядку, это все равно сотни возможных комбинаций…
     — А что с лабораторными заметками? — подал голос Бек.
     Сиерра вчиталась в свои записи:
     — Там была буква J в каких-нибудь из этих обозначений элементов? Или K?
     — Не-а, — ответил Ади.
     Сиерра постучала пальцами по планшету. Растворы, номера экспериментов, результаты…
     — Цвета, — прошептала она. — Картер, элементы в таблице Менделеева. Они все разных цветов?
     — Не все, — ответила та. — Но элементы сгруппированы по цветам. Тут на полях написано, что элементы часто выделяют цветом по свойствам — например, металлоиды, неметаллы, или что-то про электроотрицательность…
     — Да-да, отлично, — перебила её Сиерра. — Но наши элементы выкрашены в разные цвета? Ну, например, тёмно-зелёный или фиолетово-пурпурный?
     — Да! Кремний в тёмно-зелёной секции, а кальций — в фиолетовой.
     Губы Сиерры тронула ухмылка:
     — Вот и порядок. Он привязан к экспериментам из списка. Ади, записывай.
     Она зачитала список цветов из результатов экспериментов. Картер находила каждый из них на схеме, а Ади выстраивал цифры в новый порядок:
     14-20-8-3-47-13-10
     — Но если эти двенадцать цифр подходят к нашим замкам, — спросил Бек, — как узнать, с какой части кода начинать каждому из нас?
     — Методом тыка, — сказал Ади. — Я начну. 142…
     — Нет, цитата! — возразила Сиерра. — Мы вводим их в порядке фразы. У кого было «no one nor»?
     — У меня! — отозвался Бек.
     — А у меня «anything can», — добавила Картер.
     Ади зачитал цифры, чтобы каждый мог ввести свой фрагмент. Один за другим замки щелкнули.
     Сиерра сняла кодовый замок. Она помешкала, понимая: как только сокомандники увидят её, всё изменится. Они отвлекутся. Запутаются. Начнут задавать вопросы. А у неё совершенно не было на это времени. Им нужно было забрать этот бонус.
     Она толкнула дверь и вошла в большую центральную комнату, стерильно-чистую и строгую. На металлическом столе стоял набор химического оборудования — горелки Бунзена и колбы, словно в лаборатории безумного учёного. Семь больших мензурок висели над системой извивающихся трубок, ведущих в один центральный стеклянный сосуд. Каждая мензурка была заполнена жидкостью всех цветов радуги. Они были перекрыты индивидуальными вентилями, позволяющими жидкостям стекать вниз.
     Вскрик слева заставил её обернуться. Там стояла темнокожая девушка с ярко-красными кудряшками, в круглых очках и зелёном лабораторном халате, прижав руку ко рту. Это, должно быть, Картер.
     — Это правда ты… — прошептала девушка.
     За её спиной стоял парень — Ади? — в жёлтом лабораторном халате, ярко выделявшемся на фоне его смуглой кожи. Он был невыносимо красив, хотя ошеломлённое выражение лица слегка портило впечатление.
     Раздался щелчок двери, и Сиерра повернулась к их четвёртому сокоманднику. Бек. Их взгляды встретились. Его каштановые волосы были идеально уложены муссом. Синий халат подчеркивал ярко-голубые глаза, но самым поразительным было то, что он ничуть не удивился, увидев Сиерру. Напротив, он выглядел хмуро-смирившимся.
     И именно Бек, а не она, произнёс:
     — Разборки потом. Мы почти закончили.
     Что ж. По крайней мере, он действительно был сосредоточен на игре.
     Он подошёл к столу с оборудованием:
     — Давайте предположим, что нам нужно повернуть некоторые вентили и смешать определенные реактивы. Сиерра, как думаешь, в тех заметках могла быть подсказка?
     Ей потребовалась секунда, чтобы прийти в себя. Ади и Картер всё ещё таращились на неё, поэтому она изучила подвешенные мензурки и произнесла:
     — Цвета не совпадают с теми, что в планшете. И я не вижу ничего, что указывало бы, какой именно эксперимент нам нужно повторить. Но если мы ошибёмся… то всё. Пути назад не будет. Мы проиграем.
     Она принялась ходить взад-вперёд перед столом. На этом шоу ещё никогда не было условий моментального поражения.
     — Что ж, — сказал Бек, — значит, сделаем всё правильно с первого раза.
     Он начал крутить один из вентилей.
     Пульс Сиерры подскочил:
     — Ты что делаешь?! — закричала она, пока синяя жидкость устремлялась по трубкам.
     Бек повернул следующий вентиль. Красная струя потекла в сосуд, смешиваясь с синей.
     — Стой! — рявкнула Сиерра. — Ты не можешь делать это, не посоветовавшись со мной! С нами! Не посоветовавшись с нами!
     — Всё в порядке. У меня есть теория, — ответил он.
     Ещё один вентиль. Зелёная жидкость соединилась с остальными.
     — Бек! Ты… а-а-агх! — Сиерра запустила пальцы в волосы, впиваясь ногтями в кожу головы, пока Бек крутил четвёртый вентиль, добавляя жёлтый цвет. — Если ты всё испортишь, я убью тебя во сне!
     Бек резко повернулся к ней, и теперь всё его внимание было устремлено на неё, но по его ужаснувшемуся лицу она поняла, что это совсем не то внимание, которого она добивалась.
     Ей пора завязывать с подобными фразочками.
     Картер снова ахнула — ещё громче, чем когда узнала Сиерру.
     Смесь в сосуде засияла.
     Прозвенел колокольчик.
     — Поздравляю! — раздался знакомый голос Фитци. — Вы совершили побег!
     Скрытая в стене дверь распахнулась, явив Фитци и Луиса Августа Рассела.
     Сиерра стояла с открытым ртом. Бек реально сделал это.
     — Чёрт возьми, Бек, ну и дерзкий ходик! — воскликнул Фитци. — Как ты так быстро раскусил последнюю загадку?
     Бек пожал плечами, не сводя взгляда с Сиерры:
     — Я вспомнил слова Гейм-мастера перед началом. У лучших команд должна быть лучшая химия, так? И когда мы встретились, я заметил, что наши халаты совпадают по цвету с некоторыми жидкостями. Ну и… я решил, что мы должны выбрать именно эти цвета.
     Сиерра посмотрела на свой красный лабораторный халат.
     У лучших команд лучшая химия.
     Она знала, насколько важны подсказки Гейм-мастера. И всё же из-за адреналина в крови и мыслей о том, как отреагируют сокомандники, увидев её, она совершенно выкинула это из головы.
     — Сиерра, — подошёл к ней Фитци с микрофоном в руке. — Каково это — вернуться на «Выживалити»?
     Все ждали её ответа, включая Гейм-мастера, на лице которого застыло подчеркнуто нейтральное выражение. Она вырвала микрофон из рук Фитци, проигнорировав его удивлённое «Эй!».
     — Хотите знать, каково это — вернуться? — произнесла она, глядя прямо в объектив роботизированной камеры. — Это потрясающе. Мало того что приз стал больше, так на этот раз всем заправляю я. И я не позволю никому встать у меня на пути.
     
     Комната для интервью: Алисия Анджелос
     ВЫЖИВАЛИТИ: ЧЕТВЁРТЫЙ СЕЗОН
     КОНЕЦ ОТБОРОЧНОГО РАУНДА: «КОСТИ»
     
     Алисия Анджелос сидит в комнате для интервью в том же наряде в стиле Индианы Джонса, в котором проходила раунд. Кожаная куртка наброшена на спинку стула, но розовая шляпа-федора всё ещё у неё на голове. На щеке виднеется пятнышко пыли.
     — Ну что ж, Алисия, прежде чем мы перейдём к подробному разбору игры, как тебе тема отборочного раунда? — спрашивает Фитци по другую сторону стола.
     — Должна признать, катакомбы меня жутко перепугали. Собирать скелет-пазл в этой полутьме… — Алисия вздрагивает и шутливо грозит пальцем в камеру. — Луис Август Рассел, ну и больная же у тебя фантазия, дружище!
     Фитци хмыкает. Со своими волнистыми выгоревшими на солнце волосами, легкой льняной рубашкой и кулоном из акульего зуба на шее он выглядит так, будто готов прямо сейчас рвануть на пляж.
     — Как думаешь, твоя команда сработала достаточно хорошо, чтобы забрать себе пару бонусов?
     Хихикнув и накрутив на палец одну из двух своих блондинистых косичек, она отвечает:
     — Ага. Думаю, мы отлично справились. Но тебе-то наверняка видно лучше, чем мне. — Она заговорщически наклоняется вперёд. — Ну и как тебе наше выступление?
     — Ты же знаешь, я не могу раскрывать производственные тайны.
     Она пожимает плечами и откидывается назад:
     — Попробовать стоило.
     — Что скажешь о своих сокомандниках?
     Её карие глаза блуждают в сторону камеры:
     — Они милашки. И очень умные. Наш успех в отборочном раунде доказал, что мы умеем работать в команде. Я настроена оптимистично, мы сможем дойти до самого конца.
     — Правда, вам противостоят сильные соперники, — Фитци прижимает палец к наушнику. — Поговаривают, один из твоих оппонентов решил заглянуть на огонек и поздороваться.
     В привычном обаянии Алисии на мгновение проскальзывает трещина.
     Дверь за её спиной распахивается. В комнату тяжелым шагом входит бледная брюнетка с волосами цвета воронова крыла.
     — Привет, сестрёнка.
     Проницательные зрители, если поставят видео на паузу в нужный момент, могут заметить, как расширяются глаза Алисии при звуках этого голоса, и как она резко вбирает воздух, вздергивая плечи. Но она оборачивается настолько молниеносно, что заметить это почти невозможно.
     А вот её слова звучат абсолютно чётко и прозрачно.
     — Какого, к черту, лешего?


Глава 8
     
     Ади
     
     За кулисами Ади наблюдал, как Сиерра сорвала с себя лабораторный халат и сунула его в руки стажёру. Тот забормотал, что они должны оставаться в халатах, но в ответ получил неприличный жест.
     Ади не мог переварить увиденное. Сиерра Анджелос была в его команде.
     Она была в своей фирменной тёмной одежде, татуировки змеились по бледным рукам и уходили под рукава обтягивающей футболки, волосы были стянуты в высокий хвост. Всё та же мстительная, злодейская Сиерра из четвёртого сезона.
     Она заметила, что Ади уставился на неё:
     — Чё челюсть отвалилась?
     Ади не удержался. Он рассмеялся.
     Сиерра шагнула к нему тяжелой поступью. В своих тяжелых ботинках она была почти одного с ним роста:
     — Тебе смешно?
     Ади попытался сдержать ухмылку. С ним явно было что-то не так. Одно дело — развлекаться, выводя из себя собственную мать, но та хотя бы не засунет его мёртвым в бутафорский гроб. В Голливуде не слишком жалуют тех, кто убивает членов семьи.
     Обычно.
     — Респект продюсерам, — сказал он. — Вернуть тебя — это гениальный ход.
     Сиерра окинула Ади оценивающим взглядом:
     — Не стоит переоценивать их ум. Просто делай, что я говорю, и, может быть, на этот раз все доживут до конца сезона.
     Воздух между ними покрылся инеем, но Ади выдержал её взгляд:
     — Я хочу победить не меньше твоего.
     Когда Сиерра вскинула бровь, пирсинг-штанга в её брови блеснул на свету:
     — Значит, у нас не будет проблем, верно?
     — Так, участники, сюда, — позвал один из старших членов съёмочной группы, всучив Ади в руки его рюкзак. Напряжение спало.
     Их повели по коридору. Ади был уверен, что он не единственный, кто испытывает мрачное любопытство от пребывания рядом с настоящей убийцей. Должно быть, именно поэтому психолог спросила его, что он думает о смерти Алисии, она хотела узнать, не выбьет ли его из колеи Сиерра Анджелос в качестве сокомандницы.
     Что ж. Он не позволит этому отвлечь себя. Теперь, когда первый шок прошёл, он будет относиться к ней как к любому другому человеку. Какие бы счёты Сиерра ни сводила со своей сестрой, к нему это не имело никакого отношения, да и мозгоправка должна была выдать ей разрешение, прежде чем та попала на шоу. К тому же она чертовски здорово щелкала головоломки. Возможно, она даже станет ценным активом.
     Что касается остальных…
     Бек сохранял хладнокровие на протяжении всего раунда и первым разгадал подсказку Гейм-мастера. А вот Картер с самого начала жутко нервничала. Ади посмотрел на неё. В отличие от остальных, кому выдали чёрные брюки и кроссовки, на ней были блестящие белые сапожки и юбка настолько короткая, что едва выглядывала из-под зелёного халата. Пока Ади наблюдал за ней, она сняла очки в толстой оправе и спрятала их в карман.
     Он закатил глаза. Они пришли на шоу головоломок, а его всё равно окружают фальшивки.
     Их провели в гримёрку для участников, которая выглядела так, будто её оформлял бездарный бездарь среднего возраста, пытавшийся имитировать естественную среду обитания подростков. Там стоял пыльный настольный футбол и телевизор, подключённый к куче видеоприставок. Кресла-мешки основных цветов были рассеяны по геометрическому ковру, а на стене висело огромное зеркало, обрамлённое лампочками Эдисона.
     На фуршетном столе стояли кофе и чай, диспенсер с ледяной водой, подносы с печального вида сэндвичами и пакетики с безымянными картофельными чипсами.
     Другие участники ели и общались, но когда вошла команда Ади, в комнате воцарилась тишина.
     — Чё-ё-ёрт, — протянул рослый парень в спортивной куртке и со взъерошенными каштановыми волосами. Он, как и все остальные, уставился на Сиерру Анджелос.
     Холодный взгляд Сиерры скользнул по комнате, встречая глазеющие взоры. После болезненно-неловкой паузы она отвесила глубокий, театральный реверанс, который завершился поднятым средним пальцем, после чего снова вышла за дверь.
     Качок хохотнул:
     — Высший класс. И не обманывают ли меня мои глаза? — Он вальяжно подошёл и сжал плечи Картер своими мясистыми ладонями, разглядывая её с ног до головы. Напрягшись, она замерла. — Ты же вылитая та сексуальная мультяшка из Домена. Только не говори мне. Картер-Взломщица?
     — Э-э… да, — ответила Картер, неловко посмеиваясь. — Это я.
     Он отпустил её, заменив объятие стуком кулаками:
     — Джариус Бэйсли-Селкирк. Огромный фанат. Дикий сегодня денёк, а?
     — Дикий, — согласилась Картер, хотя её голос едва дотягивал до нормальной громкости. — Мы последние проходили комнату?
     — Похоже на то. Наверное, хотели приберечь грандиозный финал напоследок.
     Ади присмотрелся к Картер внимательнее, и внезапно в его голове всё сошлось. Он не сидел в соцсетях. Быть в сети, публично позировать и распускать хвост — всё это было так же поверхностно, как и сам Голливуд. Но он посмотрел каждый эпизод «Выживалити», чтобы подготовиться к шоу, а также несколько видео на фанатском сайте. Он видел ролики Картер-Взломщицы, но никогда раньше не видел девушку, стоящую за ними, — только её аватар, нализанный до блеска, как лакированные ногти его матери.
     Ужас.
     Джариус сочувственно прищелкнул языком:
     — Чувак, продюсеры реально решили вас подставить? Ты же понимаешь, зачем они это сделали. Реклама пишется сама собой: «Приходите ради головоломок, оставайтесь ради психопатки». — Он похлопал Картер по спине: — Пойдём поболтаем.
     Остальные участники вернулись к своим разговорам. Ади и Бек держались позади. Ади знал, что от него требуется. Быть милым. Пожимать руки. Вести светские беседы.
     Вместо этого он направился к столу, доставая из рюкзака книгу. Прочитав всего пару страниц, он понял, что ничего не усваивает. В его голове стоял сильный шум. Убийцы с татуировками на руках. Мозгоправы, спрашивающие об убийствах. Аббревиатуры из таблицы Менделеева.
     Вот уж что не даст ему спать по ночам.
     Li Si O Ca Ne Ag Al
     Alliances. Gallons. Calling. Closing. Lasagna.
     — Что читаешь? — спросила симпатичная полноватая девушка в бордовом хиджабе, присаживаясь рядом.
     — «Playboy», — буркнул Ади, поскольку в руках у него явно был триллер.
     — Смешно. Я Надя.
     Ади с глухим звуком уронил книгу на стол. Всё равно сосредоточиться не получалось.
     — Ади.
     — Как справились в отборочном раунде? — Надя протянула открытую пачку чипсов с солью и уксусом в качестве мирного предложения, что почти компенсировало вторжение.
     — Нормально, — сказал он, хрустя чипсами. — Пара пустяков.
     — Мне не понравилось, что я не знала свою команду заранее. Что ты подумал, когда увидал Сиерру Анджелос?
     Ади пожал плечами:
     — Что это дурацкий розыгрыш.
     — Я слышала, продюсеры любят издеваться над участниками, но это уже следующий уровень. Да еще и оказаться в одной команде с Картер Келли! Вы в команде, за которой будут следить абсолютно все.
     Ади неопределенно хмыкнул. Его волновало лишь то, будет ли смотреть один конкретный человек.
     Надя кивнула подбородком в сторону Джариуса:
     — А вон там у нас Качок. Я почти уверена, что продюсеры взяли его ради шоу, потому что он даже не смог разобраться, как налить горячую воду из кулера.
     Ади угостился еще порцией Надиных чипсов:
     — А что думаешь про анаграмму из элементов?
     — Про что?
     — В комнате. Номера элементов соответствовали нашим кодовым замкам, но я так и не понял, что должны были означать их буквенные обозначения.
     Признаваться в этом было сущим адом, но он предпочитал узнать ответ от кого-то другого, чем оставаться в неведении.
     — Они и не должны были ничего означать, — ответила Надя. — Нам нужны были только цифры.
     — Не думаешь, что это был бонус, который мы упустили?
     — Не-а. Я тоже сначала так подумала. — Она подняла свой телефон. — Я даже проверила через генератор анаграмм, когда вышла. Я понимаю, о чём ты, — кажется, будто они обязаны складываться в слово. Но, думаю, это была просто отвлекающая улика.
     Стул по другую сторону от Ади отодвинулся, и на него рухнула Картер. Её рот был зафиксирован в болезненной ухмылке, когда она прошептала сквозь зубы:
     — Спасите. Меня.
     Через полсекунды к их столу подошли ещё четыре человека — Джариус Бэйсли-Как-Бишь-Его, мертвенно-бледная девушка с ярко-розовой стрижкой пикси и в тёмных очках, ещё один белый парень, выглядевший как модель из каталога «Old Navy», и латиноамериканка с огромными бирюзовыми серьгами, которая вполне могла бы быть супермоделью. Команда Джариуса, догадался Ади, судя по тому, как они делили одну и ту же хищную ухмылку.
     — Картер-Взломщица, — сказал Джариус, — знакомься: Дельфи, Нил и Габриэла. Мы всё ещё думаем над названием нашей команды, но склоняемся к «Команде Ужас». Ну, типа мы вселяем ужас в сердца наших соперников.
     Картер неловко хихикнула и пододвинула свой стул на дюйм ближе к Ади. Он не понимал зачем. Он-то думал, что инфлюенсер будет в восторге от того, что её узнают.
     — Ага, — выдавила Картер. — Хорошее название. Мне нравится. Мы, э-э, еще не успели выбрать своё. На самом деле, Ади, может, нам стоит…
     — Слышь, — перебил Нил. — Джариус сказал, ты вроде как математический гений?
     Ади почувствовал, как Картер напряглась рядом с ним:
     — Я… люблю математику…
     — Я тоже, — сказал Нил. — Если прямоугольник изменить, увеличив его длину на двадцать два процента и уменьшив ширину на шестнадцать процентов, на сколько процентов изменится общая площадь прямоугольника?
     Картер уставилась на него:
     — Что?
     — Чувак, — вмешался Ади, — ты же просто выдумываешь рандомные цифры.
     Джариус перегнулся через стол и сгреб книгу Ади:
     — А что тут у нас? Ботаник?
     — Ты серьёзно? Ты видел, где мы находимся? — огрызнулся Ади.
     Ему было не привыкать — качки, школьные подколы, ненависть к грамотности. Он просто не ожидал встретить это здесь.
     Он встал:
     — Оставь книгу себе. Может, узнаешь что-то новое. Спасибо за разговор, Надя. Картер, пошли. Надо обсудить… командные дела.
     Картер подскочила вслед за ним:
     — Да, э-э, приятно было познакомиться!
     — Ну и стая гиен, — пробормотал Ади, пока они проходили мимо других столиков.
     На полпути к двери их перехватил Бек с печеньем «Pop-Tart» в руке:
     — Отлично, я как раз шел за вами. Мы можем поговорить? Где-нибудь, где не так людно?
     — Да. Пожалуйста, — выдохнула Картер.
     — Давай, — согласился Ади. — Думаешь, стоит разыскать нашу главную изгою общества?
     — Я как раз об этом и хотел поговорить, — сказал Бек, когда они вышли в коридор. — Сюда.
     Неподалеку по коридору он толкнул очередную дверь, за которой оказалась бетонная лестничная клетка. Дверь за ними захлопнулась с тяжелым глухим звуком.
     — А нам точно можно здесь находиться? — спросила Картер. — Что, если продюсеры пойдут нас искать?
     — Это не займёт много времени. Надеюсь, — ответил Бек.
     Ади сел на одну из ступенек, вытянув длинные ноги. На лестнице витал необычный запах — затхлый воздух и старый бетон, смешанные с чем-то… сладким?
     — Что стряслось?
     — Сиерра, — сказал Бек. — Нам нельзя держать её в команде. Эпизод выйдет только через несколько дней, так что, возможно, у продюсеров еще есть время найти кого-то другого и…
     Ади поднял руку:
     — Продюсеры не будут искать кого-то другого. Ты хоть представляешь, сколько народу включит телевизор, чтобы снова увидеть Сиерру? Раниэль Рассел прекрасно знает, что делает.
     — Но она убила свою сестру, — возразил Бек. — Прямо здесь. Ну, не конкретно здесь, на лестнице. Но на площадке!
     — Её так и не арестовали, — сказала Картер, обнимая себя за плечи. — Хотя разве расследование не продолжается? Она всё ещё подозреваемая.
     — Не виновен, пока вина не доказана, — отрезал Ади. — У них нет улик, чтобы повесить это на неё.
     — Ты ведь не думаешь, что она причинит нам вред? — прошептала Картер.
     — Только если мы проиграем раунд, — ухмыльнулся Ади, но Картер выглядела настолько перепуганной, что он добавил: — Я шучу. Она понимает, что второй раз ей это с рук не сойдёт.
     Бек запустил пальцы в волосы:
     — Послушайте, я только за то, чтобы давать людям второй шанс, но она — сплошной непредсказуемый фактор. Что, если она испортит наши шансы дойти до финала?
     — В прошлом сезоне её команда дошла до финала, — напомнил Ади.
     — Чудо какое-то, учитывая, как она весь сезон готова была глотку перерезать Илайдже, — сказал Бек. Затем он помахал руками в воздухе, словно прогоняя назойливую мысль: — Дело вот в чём. Джариус назвал Сиерру психопаткой, и он может быть прав. Я знаю, что люди любят бросаться этим словом, думая, что все психопаты — серийные убийцы, но они встречаются куда чаще, чем мы думаем. Я изучал эту тему, когда проектировал свою пыточную комнату, и это безумно интересно… — Бек спохватился и быстро добавил: — В смысле, мою квест-комнату в стиле пыточной. На всякий случай уточняю. — Он ткнул себя большим пальцем в грудь: — Клянусь, я не психопат. Мой мозг на девяносто пять процентов состоит из эмпатии и на пять процентов из конфетти.
     — Надеюсь, в этом конфетти есть хоть капля смысла, — вздохнул Ади.
     — Я к тому, что Сиерра вернулась после всего, что произошло. Разве у неё не должно быть, ну не знаю, травмы? Она нашла свою сестру мёртвой в гробу. Только психопату будет всё равно. Они умеют имитировать социальное поведение, но не способны чувствовать эмпатию.
     — Прямо описание моей матери, — протянул Ади.
     — Это не шутки! — вскрикнула Картер. — Я буду жить с ней в одной комнате!
     Их разговор прервали неторопливые хлопки, раздавшиеся эхом по лестничной клетке. Тяжелые шаги ботинок спускались со следующего пролёта. Ади поднялся, когда на площадке появилась Сиерра. Из-за тёмного макияжа под яркими люминесцентными лампами она казалась мстительным демоном, что абсолютно не вязировалось с недоеденным печеньем в её руке, которое она приподняла, словно произнося тост. Тот самый сладкий запах, который почувствовал Ади. Она была здесь всё это время.
     — Отличный разговор, — сказала она. — Похоже, вы всё разложили по полочкам. — Она доела печенье. — Знаете, пока вы болтали, я думала над названием нашей команды. Как вам… «Психопаты»?
     Когда никто не ответил, она жестоко ухмыльнулась, слизывая масло и крошки с пальцев:
     — Или «Убийцы»? О — я знаю. «Сестроубийцы». Надо же давать людям то, чего они хотят, правда?
     — С-Сиерра… — начала Картер.
     — О, не волнуйся, — перебила её Сиерра. — Пока ты не встаешь у меня на пути к призовым деньгам, я не убью тебя во сне.
     Она спустилась по лестнице и замерла прямо перед Беком. Тот вздрогнул, хотя от страха или от волнения, Ади трудно было разобрать. В конце концов, перед ним был парень, который развлечения ради строил пыточные комнаты. Он смотрел Сиерре в глаза почти заворожённо.
     — Спасибо за диагноз, доктор, — сказала она ему. — Ты действительно прояснил парочку вещей.
     Слышный громкий хлопок при сглатывании слюны Беком прозвучал комично громко в тишине лестничной клетки.
     Рядом с ними дверь распахнулась, ударившись о стену с такой силой, что Ади вздрогнул.
     На пороге стояла эта ужасная девица из соцсетей, Вера, мёртвой хваткой вцепившись в свой iPad:
     — Вот вы где! Давайте живо, Фитци готов к вашим интервью после раунда. — Обернувшись, она всплеснула рукой: — Мало мне всей той работы, что я тут делаю, так теперь я ещё и сиделкой должна работать?!


Глава 9
     
     Картер
     
     — Картер-Взломщица, — Фитци произнёс её имя с легким трепетом, отчего ей захотелось залезть под металлический лабораторный стол, стоявший между ними.
     «Вы ошиблись девушкой, — так и подмывало её сказать. — Я самозванка. Можно мне уже домой?»
     Вместо этого она попыталась улыбнуться под слепящим светом софитов:
     — Привет, Фитци.
     Грубый голос взорвался в её наушнике:
     — Где очки?
     — Ой! Точно. Извините. — Она выудила круглые очки из кармана лабораторного халата и надела их, хотя они неприятно давили на переносицу.
     — Многие наши зрители сейчас просто визжат от восторга, — сказал Фитци, жестикулируя в сторону камеры. — Честно говоря, когда я услышал, что Картер-Взломщица, самый топовый специалист по разгадкам на Домене, будет участвовать в этом сезоне, я, кажется, и сам немного попискивал.
     Жар прихлынул к её щекам:
     — Да ну вас.
     — Серьёзно! Я твой фанат. Твои видео с разборами… — Он изобразил «поцелуй шеф-повара». — Я обычно понятия не имею, о чём ты там говоришь, но, чувак, ты умеешь подать это так, будто я и сам на такое способен!
     Плечи Картер начали расслабляться. В этом, должно быть, и заключалась магия Фитци, делавшая его великолепным ведущим, несмотря на его абсолютную дремучесть во всём, что касалось шифров, математических уравнений и вообще всего, что делало это шоу невероятным.
     Отдельный плюс за то, что он был чертовски привлекателен, особенно с этим своим мечтательным акцентом. Конечно, не совсем во вкусе Картер — её скорее привлекал интеллект, чем просто привлекательная внешность. И всё же. Она вполне понимала его обаяние.
     — Спасибо, Фитци. Это очень мило с твоей стороны.
     — Громче! — гаркнул режиссёр.
     Она вздрогнула:
     — Я очень постараюсь не разочаровать вас.
     — Это просто невозможно, — сказал он.
     Откровенная ложь, как бы искренне это ни звучало. Её подписчики решат, что её похитили и подменили каким-то клоном Картер. Да и кто бы их обвинил? Вместо того чтобы взять всё в свои руки и организовать команду, она отвлеклась, пытаясь вспомнить, почему голос её сокомандницы казался таким знакомым, хотя — ну не могла же это быть Сиерра!
     Роботизированные камеры то пикировали, то приближали план. Картер не знала, куда девать руки. Ей искренне хотелось, чтобы продюсеры использовали её фирменный аватар Картер-Взломщицы для финального монтажа. Она никогда не говорила так робко, когда знала, что спрятана за своей мультяшкой. Почему же сейчас было так трудно притворяться той самой девушкой?
     — Но ты ведь больше не специалист по разгадкам, — продолжал Фитци. — Каково это — быть в игре в реальном времени?
     В его манере что-то изменилось, и Картер не сразу поняла, что он начал читать текст с бегущей строки на синем экране — заготовленный диалог для стандартного интервью после раунда.
     — Это было… честно говоря, ужасно. Мне казалось, я в жизни не разгадала ни одной головоломки.
     — А потом ваша команда вошла в лабораторию, и ты встретилась со своими сокомандниками лицом к лицу. О чём ты думала в тот момент?
     Картер мысленно вернулась назад.
     — Сиерра Анджелос, — просто ответила она. — Снова и снова. Это Сиерра Анджелос.
     — Что-то мне подсказывает, твои фанаты могут заявить о нечестной игре, — сказал Фитци. — В смысле, ни у одной другой команды нет такого… — он бросил лукавый взгляд на камеру, — богатого багажа.
     Картер раньше об этом не думала, но он был прав. Это действительно казалось немного несправедливым.
     — А что насчёт остальных твоих сокомандников? Бека и Ади?
     — Мы толком не успели пообщаться. Но Бек кажется отличным парнем. Он так быстро разгадал последнюю головоломку.
     — Верно, хотя кое-кто мог бы назвать это чрезмерной импульсивностью. Разве он не должен был сначала посоветоваться с командой?
     Картер закусила щеку изнутри.
     — Возможно, — медленно произнесла она, — но мы с Ади были слишком шокированы. Я признательна Беку за то, что он доверился инстинктам. Это принесло плоды.
     — Ещё как. А что насчёт Ади?
     Если бы это был ролик для её канала, её аватар смотрел бы прямо в камеру с абсолютным равнодушием. Ади был неразговорчив, раздражителен и впустую потратил кучу времени на эту штуку с Дмитрием Менделеевым. А на лестнице он абсолютно пренебрежительно отнёсся к опасениям Бека.
     Но Картер не собиралась говорить ничего из этого, как бы продюсерам ни хотелось, чтобы она вылила ушат грязи. Вместо этого она пожала плечами:
     — Я с нетерпением жду возможности узнать его получше.
     — Как дипломатично. — Голос Фитци опустился до заговорщического шёпота, будто на них не висели петличные микрофоны и их не снимали с трёх разных ракурсов. — Поверь мне, не каждый был бы столь великодушен. Но если кто и способен сладить с этой разношерстной компанией, так это ты, Картер.
     Она покраснела до самых красных корней волос:
     — Да ладно вам. Сегодня я проявила себя совсем не впечатляюще.
     — Что-то мне подсказывает, ты только разогреваешься.
     — И… снято! — крикнул режиссёр.
     Картер сдулась. Ей казалось, что за всё время интервью она ни разу не вздохнула.
     — Фух, — произнёс Фитци, снимая микрофон. — Ну как ты держишься? По-настоящему?
     Именно это «по-настоящему» прикликуло её внимание. Картер посмотрела на него, затем на камеры. Красные огоньки записи погасли.
     — Честно? — спросила она, срывая фальшивые очки. — Это был самый стрессовый день в моей жизни.
     — Да уж, они бросили тебя в самую гущу, а? Я чувствовал себя последней гадиной, когда разговаривал с тобой перед раундом, зная, что задумала Раниэль.
     Она криво ухмыльнулась:
     — Я так и думала, что вам просто нравится драма.
     — Мне? Да не, дружище. Я ухватился за возможность вести это шоу, потому что оно должно было быть другим. Видеть, как Луис создаёт шедевры, наблюдать за ребятами, которые едва достигли моего возраста и разгадывают эти шифры… Это же лучший кайф! Даже если я и половины не понимаю.
     Кто-то из-за софитов подал им знак, что можно идти. Фитци вскинул руку в ответ и жестом пригласил Картер следовать за ним с площадки.
     — Я сам отведу её назад, — сказал он подбежавшему стажёру.
     Картер была льщена, но…
     — Не стоит. У вас наверняка есть дела поважнее.
     — Чем поболтать с моим любимым специалистом по разгадкам? — отмахнулся Фитци. — Категорически несогласен.
     Она опустила голову:
     — Вы куда милее всех остальных здесь.
     — Есть парочка злыдней, не спорю. — Он улыбнулся, придерживая для неё дверь павильона. — Но их трудно винить. Команда работает под огромным давлением, понимаешь?
     — Могу себе представить.
     — Зато Луис — просто плюшевый мишка. Сама увидишь.
     — О боже. Гейм-мастер. Я так хотела произвести на него впечатление сегодня, и в итоге всё завалила.
     — Мне кажется, ты немного перегибаешь.
     — Я стояла там с открытым ртом, как глупая рыба!
     — В конце, когда появилась Сиерра, — ну так это было сделано специально против вас. А до этого ты была хороша. Листала учебники, разбиралась с этим Деметером Мев-Меев… как его там?
     — Дмитрием Менделеевым.
     — Я так и сказал. — Фитци неловко рассмеялся. За кадром общаться с ним было совсем иначе. Перед камерой он держал осанку, говорил с шиком, сыпал штампами и каламбурами. Но в реальной жизни он казался неуверенным в себе… совсем как она сама без своего аватара. Просто уму непостижимо, что у неё может быть что-то общее с Джеймсом Фитцджеральдом.
     — Луис понимает, какому давлению подвергаются участники, — продолжал Фитци. — Он не станет тебя судить. Поверь мне. — Его глаза загорелись. — У меня есть гениальная идея. Пошли.
     Он повернул по коридору в сторону, противоположную гримёрке.
     Картер замедлила шаг:
     — Куда мы идем?
     — К Гейм-мастеру!
     Картер остановилась как вкопанная, чуть не подвернув ногу в высоких сапогах:
     — Прямо сейчас?
     — Ага. Ты увидишь, что бояться абсолютно нечего, и заодно сможешь устроить эксклюзивное интервью для своих подписчиков. Как тебе такое шоу?
     У Картер перехватило дыхание:
     — Не думаю, что это хорошая идея.
     — Да ладно тебе. — Фитци уходил всё дальше. — Уверен, он и сам не против поболтать с тобой. Он смотрел твои видео.
     Это заставило Картер поспешить за ним:
     — Да не мог он их видеть!
     — Видел! — Они обогнули члена съёмочной группы, катившего тележку с дребезжащими стеклянными колбами. — Я заставил его посмотреть ролик, где ты разбирала нашу экранную химию и объясняла, почему мы с ним такой потрясающий дуэт ведущих. Я ещё никогда не был так льщен.
     — О боже. — Картер готов была сгореть со стыда. — Если бы я знала, что вы это увидите…
     На его щеках появились ямочки:
     — Я правду говорю. Я твой фанат. Ну сама подумай: вокруг только и разговоров, мол, Гейм-мастер незаменим, а Фитци? Да его работу может делать кто угодно. — Он поморщился. — А то видео… то, что ты сказала. Для меня это было важно. Это заставило меня почувствовать, что я не просто придурковатый помощник.
     — Вы намного больше, чем придурковатый помощник! Вас все любят.
     — Спасибо, — ответил Фитци, — но иногда я задаюсь вопросом, не считают ли фанаты, что шоу стало бы лучше с кем-то другим в этой роли. С кем-то умным — вроде тебя.
     — Ни за что. Вы — душа и сердце этого шоу.
     Фитци прижал руку к груди:
     — Хорошо, что мы пришли, а не то ты меня окончательно смутишь. Моя голова распухнет и перестанет влезать в кадр. — Он указал на дверь с табличкой «ЛУИС АВГУСТ РАССЕЛ». — Готова встретиться с Гейм-мастером?
     Он не стал ждать ответа и толкнул дверь. За ней оказалась тёмно-серая гримёрка, заставленная книжными шкафами и освещенная латунными лампами. Гейм-мастер развалился в кожаном компьютерном кресле, закинув ногу на ногу, и разгадывал сборник кроссвордов. Он поднял взгляд. В его глазах мелькнула тень раздражения при виде Фитци, но она тут же исчезла, как только он заметил Картер.
     — Ну надо же, — произнёс он своим глубоким голосом, закладывая ручку за ухо. — Неужели это наш местный блогер?
     Он поднялся — быстро и грациозно, несмотря на свои внушительные габариты. Картер поймала себя на том, что инстинктивно пододвигается ближе к Фитци.
     — У тебя найдется минутка? — спросил Фитци. — Я подумал, ты мог бы провести тет-а-тет с Картер. Создадим немного шумихи перед началом сезона?
     — Оу, э-э, спасибо, Фитци, — пролепетала она. — Но я не хочу мешать, и мне, пожалуй, стоит сначала спросить у продюсера, прежде чем…
     — Нет, это фантастическая идея, — перебил Луис. — Моя жена не будет против. Всё, что идет на пользу шоу, идет на пользу и ей.
     Картер вспыхнула. Она знала, что Луис и Раниэль женаты, но об этом было легко забыть. Он казался таким открытым, весёлым, тёплым, а она… нет. Но, возможно, в этом правиле о противоположностях действительно что-то было.
     — В смысле… если вы уверены, что она не против… — Она потянулась за телефоном в карман дрожащими руками. Картер-Взломщица никогда бы не упустила такую возможность. Эксклюзив с самим Гейм-мастером! Она буквально представляла, как её аватар радостно прыгает.
     Телефон Фитци зажужжал. Он посмотрел на экран, и его лицо вытянулось:
     — Вера хочет, чтобы я снял пару роликов для Reels.
     — Что? — переспросила Картер. — Прямо сейчас?
     — Я бы с радостью остался. Но главное правило здесь — не злить Раниэль. А второе правило — не злить Веру. — Его взгляд смягчился. — Ты справишься, Картер-Взломщица. — Он выскользнул за дверь, ободряюще подняв большой палец.
     Картер повернулась к Луису. Он опёрся о стол, терпеливо улыбаясь.
     Внезапно абсолютно все вопросы, которые она хотела задать, улетучились из её головы.
     — Как тебе комната? — спросил он после того, как пауза слишком затянулась.
     Она открыла рот. Не вылетело ни звука.
     — Квест-комната, — уточнил он.
     — Была отличная, — слишком быстро выпалила она. Она буквально забыла всё, что происходило во время раунда.
     Луис, кажется, заметил её панику:
     — Понимаю, сегодня был тяжелый день. Я знаю, что могу казаться пугающим при первой встрече, но клянусь, я просто парень, который обожает головоломки. — Он хмыкнул и поправил свою кепку-гаврош, затем указал на мини-холодильник в углу: — Налить тебе чего-нибудь выпить?
     Хоть какое-то занятие для рук, хоть что-то, на чём можно сосредоточиться. Минута, чтобы собраться с мыслями.
     — Да. Конечно. Спасибо.
     Но тут дверь гримёрки распахнулась, и в комнату вошла женщина в ярко-красном костюме. Выражение её лица было таким же строгим, как и её гладко зачесанные чёрные волосы.
     Раниэль Рассел, исполнительный продюсер. И жена Луиса.
     — Что, черт возьми, ты здесь делаешь? — гаркнула она на Картер.
     — Э-э…
     — Расслабься, дорогая, она просто собиралась взять у меня интервью для Домена.
     Взгляд Раниэль, устремлённый на Картер, стал ещё тяжелее:
     — Все интервью с командой и участниками должны быть предварительно утверждены. Или ты не читала контракт?
     — Н-нет, читала. Извините. Я забыла. Я просто…
     — Автобус до вилл уже уезжает, так что советую поторопиться, если только ты не хочешь ночевать прямо на съёмочной площадке. — Раниэль резко отошла в сторону, указывая на дверь. Картер не могла заставить себя поднять пылающее от стыда лицо, чтобы посмотреть на Луиса.
     — Извините, — снова прошептала она, проскальзывая мимо исполнительного продюсера.
     — Пока, — крикнул ей вслед Луис. — Может, в другой раз?
     Раниэль захлопнула дверь и повела Картер по коридору, громко цокая шпильками даже по ковровому покрытию:
     — Гейм-мастер чрезвычайно занят. У него нет времени на болтовню с участниками.
     — Хорошо. — Картер больше всего на свете хотела прямо сейчас сесть на первый же рейс домой и навсегда спрятаться под одеялом.
     — Кроме того, мы строго соблюдаем медиа-политику. Если бы новостные издания думали, что любой подросток с телефоном может взять интервью у Гейм-мастера, они бы не из кожи вон лезли, чтобы заполучить его к себе, верно?
     — Я не подумала об этом. Извините, я не хотела…
     — Я очень сомневаюсь, что ты вообще думала, — отрезала Раниэль. — Я не хочу видеть, как ты с ним разговариваешь. Ты меня поняла?
     Когда Раниэль обернулась, Картер с трудом сглотнула подступивший к горлу ком:
     — Конечно. Этого больше не повторится.


Глава 10
     
     Бек
     
     Бек чувствовал себя необычно потерянным, ожидая посадки в трансферный автобус. Вокруг него другие команды с восторгом пересказывали нюансы отборочного раунда. Налаживали связи. Заводили друзей. Именно так, как он и представлял себе этот вечер. Но Сиерра стояла, прислонившись к стене студии, скрестив руки на груди и угрюмо хмурясь. Картер листала ленту соц сетей, она затихла после интервью с Фитци. Выглядела она тоже иначе, переодевшись из изысканного наряда в выцветшую толстовку с эмблемой «Математической лиги». Ади смотрел куда-то вдаль.
     Или не вдаль, понял Бек. Его внимание привлекла ярко-розовая BMW, припаркованная на обочине улицы. Под дворником лобового стекла трепетал клочок бумаги.
     — Классная тачка, — заметил Бек, когда двери автобуса открылись, приглашая участников внутрь. — Думаешь, исполнительного продюсера? Или, может, Фитци?
     Ади оторвал взгляд от машины:
     — Понятия не имею, — ответил он, закидывая рюкзак на плечо и поднимаясь в автобус. — Но ей уже выписали штраф за парковку. Если они не заплатят за паркомат, её отбуксируют.
     Бек и Картер пошли следом. Картер рухнула на сиденье и уткнулась лбом в оконное стекло. Ади сел позади неё.
     Зайдя в автобус, Сиерра даже не взглянула на них, прошла мимо и заняла весь задний ряд.
     Когда автобус тронулся от студии, Бек услышал, как Ади пробормотал себе под нос: «Потолок. Коллаген. Анальгетик. Ангел. Аналогии». Бек хотел спросить, чем тот занимается, но от всех троих сокомандников так и веяло флюидами «не трогай меня», поэтому он сдержался, испытывая глубочайшее разочарование от того, как проходил этот день.
     Сиерра беспокоила его больше всего. Побеждает та команда, у которой лучшая химия. Это не просто подсказка, а неоспоримая правда, и она должна была усвоить это еще в прошлом сезоне. И всё же она сидела там. Встречая каждый любопытный взгляд вызивающим взором, пока трансфер вилял по оживленным улицам Лос-Анджелеса.
     Правильным шагом было бы пересесть к ней. Попробовать заключить мир. Раз уж он застрял с ней в одной лодке, в его же интересах найти общий язык.
     Вот только Беку было немного страшно. Каков план Сиерры? Был ли вообще какой-то план? Разумеется, должен быть. Она не может рассчитывать на победу, если они не будут работать вместе.
     Бек почти убедил себя заговорить с ней, когда автобус въехал на территорию небольшого комплекса. Заасфальтированное кольцо вело к шести виллам из песчаника, окружавшим внутренний дворик с ярко-голубым бассейном в центре, укрытым тенью пальм.
     В автобус поднялась чересчур жизнерадостная парочка лет двадцати. На них были футболки-поло и брюки-карго, из-за чего они походили на гидов-волонтёров в зоопарке. Парень был юго-восточноазиатской внешности, с неряшливой копной каштановых волос.
     Илайджа, капитан команды Сиерры из прошлого сезона.
     — Ой, да иди ты на хер.
     Все умолкли, повернув головы в сторону Сиерры, чье ядовитое всматривание было устремлено на парня:
     — Ты-то что здесь забыл?
     Безмятежная улыбка Илайджи осталась нетронутой. Слишком отрепетированной.
     — Добрый день, — обратился он к группе. — Да, я ещё один бывший участник, вернувшийся в этом сезоне. Раниэль Рассел предложила мне остаться, чтобы поддерживать новичков.
     Сиерра громко хохотнула.
     Илайджа продолжил, будто ничего не слышал:
     — Это Лиза. — Он указал на симпатичную девушку рядом с собой. Её очки в оливково-зелёной оправе контрастировали с тёмной кожей, а короткие кудряшки изящно обрамляли лицо.
     — Приветик! Мы ваши кураторы, или просто вожатые, — произнесла она с южным акцентом. — Если возникнут проблемы, обращайтесь к кому-то из нас. Наша вилла ближе всего к столовой. Вы подписали соглашение о соблюдении правил — любые наркотики, алкоголь или иная контрабанда означают автоматическую дисквалификацию с шоу и билет домой. Никаких гостей, за исключением родителей или опекунов. Покидать территорию без отметки в журнале запрещено.
     Илайджа сверился с планшетом в руке:
     — Когда мы назовем ваши имена, подходите и забирайте ключи от своих комнат. Ваш багаж уже внутри. Ужин подается с пяти до семи в столовой; после этого вы предоставлены сами себе.
     Он зачитал имена, называя по одной команде за раз.
     Команду Бека вызвали последней. Он взял ключи и вышел из автобуса, заметив, как Илайджа отступил как можно дальше назад, когда мимо проходила Сиерра. Она оскалилась, словно дикий зверь, прежде чем спрыгнуть со ступенек на землю.
     — Так, — сказал Бек, прокручивая связку ключей на пальце. — Погнали, команда!
     — Урк, — буркнула Сиерра себе под нос.
     Бек повёл их к вилле на другой стороне бассейна.
     Как и было обещано, багаж ждал их у двери — яркая дорожная сумка Бека; потрёпанный красный чемодан Сиерры; комплект Картер из чемодана, сумки-тоут и портпледа — всё фиолетовое и аккуратно скреплённое между собой. Вещмешок Ади был сплющен под ними. Он выдернул его — сумка выглядела необычно тяжелой, словно набитой кирпичами, — и направился прямо в переднюю спальню, захлопнув за собой дверь.
     Сиерра стояла у окна гостиной. Её внимание было приковано к Илайдже, который опирался на калитку бассейна и беседовал с другими участниками. Бек думал, что после того, как они нашли тело её сестры, между ними что-то изменилось.
     Очевидно, нет.
     — А эти тут новенькие, — проворчала она.
     — Что новенькие? — переспросил Бек, поражённый тем, что она заговорила с ним. Хотя, возможно, она обращалась к самой себе.
     — Камеры наблюдения. — Она издала саркастический смешок. — Какая свежая идея.
     — О. Ну да. Приятно же, когда есть… безопасность?
     Она одарила его раздражённым взглядом.
     Его щеки вспыхнули:
     — Я сделаю чай. Кто-нибудь хочет?
     Картер замерла, пытаясь тащить свой багаж во вторую спальню:
     — Да! Было бы здорово.
     Испытывая облегчение от предлога сбежать от враждебного взгляда Сиерры, он обогнул кухонный островок, отделявший кухню от гостиной, и достал поднос с ассортиментом чая и капсул Keurig:
     — У нас есть Эрл Грей, ромашка, мята… Подожди, я проверю, есть ли мо…
     Слово застряло у него в горле, когда он распахнул дверцу холодильника. Густой металлический вонь крови ударил ему в нос.
     Сердце — настоящее сердце — лежало на средней полке холодильника. В него был воткнут кухонный нож, а выше на лезвии был наколот листок бумаги.
     Без тарелки кровь растеклась лужей по всей полке и просачивалась в контейнер для овощей внизу.
     Кто-то прижался к Беку так близко, что он вскрикнул.
     Сиерра хмыкнула с усмешкой и схватилась за рукоятку ножа. Он выдернулся из органа с влажным хлюпаньем.
     — Это уже совсем дно, — сказала она, снимая записку с лезвия и показывая её Беку.
     
     КАЖДОМУ ПО ДЕЛАМ ЕГО
     
     Надпись была сделана толстым красным маркером.
     — Разве… — Бек сглотнул и попытался снова. — Разве не это было написано…
     — На гробу моей сестры? — спойкойно уточнила Сиерра. — Ага. Такие же корявые заглавные буквы.
     — И это… — Он посмотрел на кровавое месиво в холодильнике.
     — Говяжье сердце. Легко достать у любого мясника. — Она легкомысленно добавила: — Богато цинком.
     Почему она не испугалась?
     Психопатка.
     Сиерра швырнула нож в раковину и порвала записку на куски:
     — Добро пожаловать на реалити-шоу.
     — Извини… что? Но… но они же не снимают на виллах!
     — Это не мешает им играть с тобой, как дикая кошка с добычей. — Сиерра позволила обрывкам записки слететь в мусорную корзину. — Они всегда так делают. Готовься к полному выносу мозга.
     Бек нахмурился:
     — Разве они не хотят, чтобы мы были на пике своих возможностей?
     — Какой ты трогательно наивный. — Обернувшись, она достала сумку из чемодана и направилась к входной двери. — Тебе бы стоит там прибраться. В прошлом сезоне кое-кто из участников отравился. Будет обидно, если это повторится.
     И она ушла.
     Бек отправился на поиски дезинфицирующего средства. Он не был брезгливым человеком. Его семья поколениями выращивала скот, пока ранчо не продали, так что он привык к бойням и мясным цехам. Ему не составило труда поднять орган и выбросить его в мусор, или вытереть кровь бумажными полотенцами. Если что его и раздражало, так это расточительность.
     Животное лишилось жизни ради этой глупой выходки. От этой мысли у него заскрипели зубы.
     Это было сделано, чтобы выбить Сиерру из колеи? Или угроза предназначалась им всем?
     Он не мог понять, кто мог сделать такое и зачем.
     Мысли постоянно возвращались к Илайдже, который ненавидел Сиерру. У него были ключи от виллы и куча возможностей проскользнуть внутрь. К тому же он видел послание в гробу Алисии вблизи.
     Но очевидного мотива не было. В этом сезоне он не был участником. Ему не за что было бороться.
     Фокус. Предельный фокус.
     Вот что раздражало Бека больше всего, пока он оттирал полки.
     Он не мог позволить себе потерять концентрацию. И если уж он застрял с Сиеррой Анджелос, ему придётся найти способ заставить эту команду работать.
     — Жаль, что она не выбрала кровать перед уходом.
     Бек стоял рядом с Картер в дверях второй спальни. Комната была оформлена лаконично: белые покрывала на двух односпальных кроватях, ваза с жёлтыми розами на столе и репродукция одной из картин Моне с кувшинками на стене. Единственной деталью, выбивавшейся из интерьера, были тюремные решетки на окне, портившие вид на розовеющее небо. Это было жутковатым напоминанием о том, что произошло в прошлом сезоне.
     Картер посмотрела на Бека, её голос звучал напряжённо:
     — А что, если я случайно займу ту, которую хочет она?
     — Она не похожа на человека, которому не всё равно, — заверил её Бек. — Почему бы тебе просто не выбрать любую, а потом посмотреть, что в тех сумках?
     Он указал на большие чёрные сумки-тоут в ногах каждой кровати. Ему и самому хотелось заглянуть внутрь, но он не хотел беспокоить Ади, который уже заснул в другой комнате.
     Картер шагнула к кровати у окна, затем помедлила:
     — Как думаешь, ей нужен вид из окна? Или, может, там дует, и ей будет холодно?
     — Картер, — сказал Бек, — если ей будет холодно, она просто возьмёт ещё одно одеяло. Серьёзно.
     — Тебе легко говорить, — проворчала Картер. — Твой соседушка вряд ли убьёт тебя во сне.
     — Справедливости ради, это ещё предстоит проверить.
     Картер одарила его отчаянным взглядом, подбирая сумку с выбранной кровати. Но её тоска улетучилась, как только она заглянула внутрь.
     — О-о-о! — Она выудила кружку с логотипом «The Escape Game».
     Бек присоединился к ней, выудив лупу. Он поднёс её к глазу:
     — «Именно на маленькие серые клеточки человек и должен полагаться».
     — Смотри! — пискнула Картер.
     Она держала в руках глянцевый журнал с мужчиной на обложке. Беку даже не нужно было читать заголовок, чтобы узнать Виктора Каннингема, основателя и владельца «Victory Escapades, Inc.™». Любимый фанатами квестов по всему миру, он считался мастером лабиринтов. Принцем головоломок. Королем шифров. Он не просто создал всемирную франшизу квест-комнат, но и выпускал под своим брендом всё — от домашних наборов-головоломок до комплектов для детективных вечеринок. Он был гением, стоящим за курортом «Свитбрайер», и причиной, по которой Бек был готов сделать всё возможное — включая то, чтобы терпеть якобы убийцу в качестве сокомандника, — лишь бы получить приглашение в эту мекку Гейм-мастеров.
     Не в силах долго удерживать внимание на одной вещи, Картер отбросила журнал в сторону и радостно взвизгнула, доставая небольшую книжку с судоку:
     — Круто! У меня такой ещё нет.
     Они продолжили разглядывать подарки. Роскошный золотой криптекс, фирменная флешка, небольшая коробочка с деревянными головоломками ручной работы от «Victory Escapades, Inc.™». Картер отдала Беку кубик Рубика, заявив, что у неё уже есть несколько таких, а затем зафанатела, демонстрируя футболку с автографами Фитци и Луиса.
     Бек вытащил последний предмет — фонарик с разными режимами.
     — Потрясно. Никогда не знаешь, когда тебе понадобится ультрафиолет.
     — Чтобы… искать следы крови?
     — Я думал скорее про спонтанную рейв-вечеринку.
     Картер рассмеялась:
     — Точно. Извини. Вся эта история с Сиеррой держит меня в напряжении.
     Бек даже не стал говорить ей про бычье сердце и жуткую записку. Её тревожный вид лишь подтвердил, что это было правильным решением.
     — Думаю, она нас всех держит в напряжении.
     — Не знаю. Ади она, кажется, не особо пугает.
     — Он может быть из тех людей, которые не привыкли открыто выражать эмоции. Понятия не имею, каково это. Я-то, считай, главный эмоционер.
     — Тебе стоит запатентовать это слово.
     — Кажется, я только что это сделал. — Он взял кубик Рубика и стал перекидывать его из руки в руку. — Ты совсем не такая, как я ожидал.
     Она вздрогнула:
     — Я знаю.
     — Знаешь?
     — Что я и близко не такая крутая, как Картер-Взломщица? Я отлично это понимаю.
     — Но ты и есть Картер-Взломщица.
     — Нет, не я. — Голос Картер звучал измученно. — Во всяком случае, не та Картер-Взломщица, которой от меня ждут. Маска, которую я использую, — это милая, стильная мультяшка. А я… — Она беспомощно указала на свою толстовку «Математической лиги».
     Бек подбросил кубик Рубика повыше, заставив его красиво прокрутиться в воздухе:
     — В наших кругах математика делает тебя крутой.
     — Дело не в этом. Тебе-то легко говорить. — Картер опустилась на матрас. — Ты легко находишь общий язык с людьми. Я бы хотела уметь зайти в комнату и сразу знать, что сказать незнакомцам. Но без заранее заготовленного сценария и монтажа видео я превращаюсь в неуклюжее, заикающееся недоразумение. — Она наблюдала за тем, как кубик Рубика взлетает и падает. — Я думала, внутри комнаты всё будет иначе. Будто я услышу голос Фитци, призывающий нас совершить побег, и бац! Я превращусь в совершенно нового человека — уверенного, умного, в того, кем я притворяюсь в сети. Но в отборочном раунде я была абсолютно бесполезна.
     — Ты не была бесполезной. — Бек перестал подбрасывать кубик.
     Это было похоже на разрушение чар. Картер обняла себя руками и сжалась в комок:
     — Когда люди увидят меня настоящую, они будут так разочарованы. Мне не следовало сюда приезжать.
     Бек попытался сопереживать, но сам он никогда не пытался скрывать, кто он такой. Он отказался носить платья после трех лет, начал просить называть его Беком в пять, и никто в его семье не удивился, когда он официально заявил, что он мальчик. Пара тетей и дядей признались, что не совсем «понимают» этого, но всё равно поддержали его по-своему.
     И да, кое-кто считал его характер чересчур ярким, но к чёрту хейтеров. Он был урождённым оптимистом, и если пессимисты хотят это критиковать — флаг им в руки. Дай ему волю — и бесконечный запас видео с котиками и Skittles, — и он был уверен, что в долгосрочной перспективе переманит их на свою сторону.
     Его поражало, как столько людей могут ходить вокруг и притворяться кем-то другим, кроме своих потрясающих самих себя. И ведь он говорил с Картер Келли! Одной из самых крутых личностей — точнее, аватаров, — за которыми он следил в сети.
     — У моей кузины тоже есть канал на Домене. KaPowPow?
     — О, я видела её ролики! Она рассказывает про всю технику в шоу, да? Она очень крутая.
     — Ага, крутая. Но она говорила мне, что её блогерский образ иногда ощущается как карнавальный костюм. Он даёт ей уверенность, но это не совсем она. Прямо как ты и твой аватар. Ты пробовала притворяться, что находишься за маской, когда включаются камеры?
     — Это не так-то просто. Сегодня во мне будто кричали два разных голоса. Один твердил сосредоточиться на головоломках и ни о чём не переживать. Другой критиковал всё, что я делала. Напоминал, что я на камере. Гейм-мастер увидит это. Они будут смотреть — и судить. А теперь я боюсь, что все ждут от меня лидерства, но я же не могу соперничать с Сиеррой!
     Бек начал прокручивать цветные грани:
     — А ты вообще хочешь соперничать с Сиеррой?
     — И чтобы она относилась ко мне так же, как к Илайдже? Нет, спасибо.
     — Ладно. Но если бы не Сиерра, ты бы хотела быть лидером?
     — Все ждут…
     — Забудь о том, чего ждут все. Чего хочешь ты?
     Картер драматично вздохнула:
     — Никогда в жизни не подавать заявку на это шоу.
     Беку удалось собрать одну грань кубика Рубика красной, но закончить остальные стороны без нарушения прогресса не получалось:
     — Как насчёт того, чтобы начать с чего-то более реального, а потом уже дойти до путешествий во времени?
     — Отличная идея. Я за то, чтобы начать с «не быть убитой во сне». — Картер села. Её идеальные кудри начали пушиться. — И ещё «не получать нагоняи от исполнительных продюсеров».
     — Этого должно быть достаточно легко избежать.
     Картер криво улыбнулась:
     — Казалось бы, да? Дай сюда. — Она выхватила кубик Рубика из его рук. — Тут есть свои хитрости. — Несколько ловких движений кистей — и кубик был собран.
     — Что-о-о-о! — Бек забрал у неё кубик, разглядывая все шесть граней. — Это было невероятно! И ты ещё думаешь, что ты не крутая?
     Картер слегка улыбнулась. Это вдохновляло. Бек и так достаточно нервничал из-за Сиерры в команде. Ему только не хватало, чтобы ещё и Картер окончательно расклеилась.
     — Есть ещё какие-то безумные навыки, о которых мне стоит знать? — спросил он.
     Картер задумалась над вопросом куда серьезнее, чем ожидал Бек:
     — Я знаю число Пи до сотого знака после запятой?
     — Опять же: круто! Видишь, Картер? Ты должна остаться. Ты наш лучший шанс выиграть эту штуку. Забудь о Сиерре. Ты здесь, потому что ты невероятно умная.
     — Наверное…
     — Вот это другой разговор! — поддержал её Бек. — Теперь тебе просто нужно показать фанатам, на что ты действительно способна.


Глава 11
     
     Сиерра
     
     Сиерра проснулась до шести утра. Она выскользнула из спальни с косметичкой и охапкой одежды, не потревожив тихое похрапывание Картер. Вернувшись на виллу поздно вечером, Сиерра обнаружила, что её соседка уже спит, а на её собственной кровати лежит сумка с фирменным мерчем «Escape Game», которую она тут же отправила в мусорную корзину. Вся та же дрянь, что и в прошлом году.
     Она почистила зубы и быстро приняла душ, оставив себе достаточно времени, чтобы нанести свою «броню». В этом ритуале было что-то успокаивающее: слой бледного тонального крема, макияж глаз настолько плотный, что веки становились тяжёлыми, и чёрная помада, липкая от финального слоя блеска. В зеркале она наблюдала, как превращается в девушку, которой на всё плевать. В ту, что выдержит любой удар, даже не моргнув.
     Пока руки механически выполняли привычные действия, в голове прокручивался отборочный раунд. Она не знала, чего ждать от новой команды. Ей нужны были люди, жаждущие победы. Отчаявшиеся, если угодно. Картер, возможно, и ощущала давление фанатов, но ставки Бека и Ади оценить было сложнее. Зачем они вообще здесь? У Раниэль явно имелись причины взять именно их. Полно подростков умеют проходить квесты, но для хорошего телешоу нужны те, у кого за плечами непростой бэкграунд.
     Сиерра затянула хвост так высоко на затылке, что кончики её жёстких иссиня-чёрных волос повисли выше линии плеч. Эффект немного портило пушистое белое полотенце, в которое она была завёрнута. Скоро она облачится в свой костюм и будет громыхать тяжёлыми ботинками, но пока что из-за худых плеч и угловатых коленей она походила на ребёнка, разыгравшегося с маминой косметикой.
     На столе звякнул телефон. Не текстовое сообщение, она уже и не помнила, когда в последний раз получала их, а уведомление о продаже. Она провела пальцем по экрану. Продажа её художественных работ не приносила золотых гор, но денег хватало, чтобы держаться на плаву от месяца к месяцу. Каждая покупка была к месту, и кто-то только что приобрёл принт «пляски смерти» — одной из её старых картин.
     — Спасибо за покупку, — пробормотала она, подтверждая заказ и отправляя его сторонней типографии, занимавшейся печатью. — А вот это заслуживает праздника.
     Она забралась в зиплок-пакет, спрятанный в одежде, и выудила последнее печенье с шоколадной крошкой. Завтрак чемпионов. Она смаковала его, пока переодевалась, внимательно следя за тем, чтобы не оставить ни крошки.
     Заправлена, закована в броню и готова к бою.
     Как и ожидалось, когда Сиерра выскользнула из дверей виллы, Илайджа наматывал круги в бассейне. В прошлом сезоне он занимался этим каждое утро. Выслуживающийся придурок.
     К счастью для неё, из-за этого он был абсолютно слеп и глух к окружающему миру. Если подумать, он выглядел чертовски уязвимым, гребя от одного края бассейна к другому. В очках и берушах. Как же легко было бы подкрасться к кому-то вроде него. Нож в спину. Верёвка на шею.
     Каждому по делам его.
     Сиерра обошла территорию вокруг бассейна, держась края, пока не подошла к Вилле №4. Теперь это была вилла Илайджи и Лизы, но в прошлом сезоне там жила команда её сестры. Последнее место, где спала Алисия. Ноги сами привели Сиерру к тому месту, где они с Алисией в последний раз поругались.
     Воспоминания о той ночи врезались в её память. Миллион вопросов. Миллион сомнений.
     Она обошла виллу и встала на цыпочки, чтобы заглянуть за декоративную ограду. Второго куратора видно не было.
     Калитка, к её раздражению, даже не шелохнулась. Одно маленькое убийство — и вот уже у всех развилась паранойя, заставляющая запираться на замок.
     Сиерра отступила и оценила стену. Слишком высокая, чтобы перелезть и не привлечь к себе внимания.
     Ритмичные всплески прекратились.
     Пнув стену, Сиерра прошмыгнула обратно к бассейну. Илайджа вытирал волосы полотенцем, стоя к ней спиной.
     А он и правда лёгкая мишень, не так ли?
     Она была всего в паре шагов, когда он, наконец, обернулся. Он вскрикнул, оступился и с грохотом вылетел в воду.
     Сиерра присела на корточки у самого края, пока он выныривал.
     — Сиерра, — задыхаясь, выплюнул Илайджа. — Ты что здесь делаешь?
     — Пугаю тебя до чёртиков.
     Его глаза сузились:
     — Не помню, чтобы ты была ранней пташкой.
     — Люди меняются. А ты что здесь делаешь?
     Илайджа выразительно оглядел бассейн.
     — Я имею в виду — какого чёрта ты вообще здесь забыл?
     Илайджа выбрался из воды и схватил свежее полотенце с шезлонга:
     — Мне так понравилось в прошлом сезоне, что я просто не мог уехать.
     — Ну да. Особенно та часть, где мы нашли тело моей сестры в гробу. Вот уж действительно веселуха была. — Сиерра скрестила руки на груди. — Знаешь, говорят, убийц всегда тянет на место преступления.
     — Слышал такую теорию. Так что ты-то тут делаешь?
     — Забираю свой призовой фонд.
     Он фыркнул, вытирая волосы:
     — Для тебя всё всегда сводилось к деньгам.
     — Хочешь притвориться, будто ты выше всего этого?
     Он бросил взгляд в сторону своей виллы, словно раздумывая, как получше сбежать от этого разговора. А затем с видом обречённости снова повернулся к ней:
     — Ты знаешь, что я хотел победить, но шансы изначально были не равны. Мы были злодеями сезона. Раниэль никогда не планировала отдавать нам этот приз.
     — И вот ты здесь, получаешь бабки за то, чтобы тусоваться там, где мою сестру видели живой в последний раз. Согласись, Илайджа, это как-то жутковато.
     — Ты всегда думаешь о людях только самое худшее.
     На его щеках выступил лёгкий румянец — от плавания… или от чего-то ещё?
     — Что ты делал в бассейне в то утро?
     Он уставился на неё, нахмурившись:
     — Что, прости?
     — В день, когда умерла Алисия. Я вернулась в комплекс в четыре тридцать утра. Слишком рано для плавания даже по твоим меркам.
     — А ты что делала всю ночь напролёт? — огрызнулся он.
     — Точно не убивала свою сестру, если ты намекаешь на это.
     — Ты даже произнести её имя не можешь, да?
     — Отличный съезд с темы.
     Он с сопением обернул полотенце вокруг плавок:
     — Я услышал шум машины и подумал, что это возвращается Алисия. Вот и вышел посмотреть, не захочет ли она поплавать со мной.
     Руки Сиерры медленно опустились:
     — Ты услышал машину?
     — Да.
     — Ты сказал об этом копам? — Голос Сиерры стал выше.
     — Конечно сказал, — хмуро ответил он. — Сразу после того, как рассказал им, как слышал вашу ругань.
     Она отмахнулась от этого замечания — с тех пор как они нашли тело Алисии, он, похоже, свято верил, что сестринская ссора — отличный мотив для убийства.
     — Ты видел машину? Узнал марку или модель? Она была электрической?
     — Понятия не имею. Я полуспал. Единственное, что я слышал, — как хлопнула дверь и машина уехала. Но копы не думают, что это связано с Алисией. Машина стояла снаружи — это мог быть кто угодно. И это было задолго до того, как её… — Он осекся, и на его лице наконец проступило некое подобие неловкости.
     Впрочем, он, скорее всего, был прав. Данные GPS с телефона Алисии показывали, что в 22:28 она была в миле к югу от комплекса — в тот момент она либо выключила сотовый, либо у неё села батарея. А через несколько часов она была мертва. Сиерра не знала, куда её сестра ходила той ночью, но здесь её точно не было.
     Она окинула взглядом здания из песчаника:
     — Вчера до нашего приезда кто-то заходил на нашу виллу. Есть мысли, кто бы это мог быть?
     Илайджа прошёл мимо неё, открывая калитку бассейна:
     — Понятия не имею. На прошлой неделе здесь был полный хаос. Съёмочные группы, пиарщики…
     — Съёмочные группы? Зачем?
     Он пожал плечами:
     — Устраивали тут какую-то фотосессию с Фитци и Луисом для промо нового сезона. Раниэль тоже была. Но насколько я знаю, единственные, кто заходил на вашу виллу, — это уборщики.
     — Что-то мне подсказывает, что клининговая служба не стала бы оставлять окровавленное бычье сердце.
     — Что?
     — В него была воткнута записка. — Она сделала паузу — не одной же Раниэль устраивать драму. — Там было написано: Каждому по делам его.
     Глаза Илайджи расширились:
     — Ты шутишь.
     — Я подумала, может, это кто-то из участников. — Сиерра посмотрела на камеры наблюдения. — Кто-то приехал раньше? Пытается выбить меня из колеи?
     — Никто даже не знал, что ты будешь участвовать. Ты — главный шок-фактор сезона. Может, продюсеры решили поиграть у тебя на нервах.
     — Или, может, это был ты. Переживаешь, что если я задержаюсь здесь, то случайно раскопаю секреты, которые ты предпочитаешь держать в тайне?
     На челюсти Илайджи дернулся мускул:
     — Отличный перевод стрелок, Сиерра. Мы все знаем, что это твоих рук дело.
     — Я была не единственной подозреваемой. Вера её ненавидела.
     — Вера ненавидит всех.
     Илайджа наконец вышел за калитку и захлопнул её прямо перед её носом. Она рванула засов и поспешила за ним.
     — Алисия с кем-то встречалась, — бросила она ему в спину.
     Его реакция не разочаровала. Плечи мгновенно взлетели к ушам. Кулаки сжались.
     Ему так нравилось притворяться спокойным, рассудительным и уравновешенным.
     Но Сиерра знала правду.
     — Это ложь, — тихо сказал он.
     Она сравнялась с ним шагом:
     — Нет, это правда, и я думаю, ты сам это знаешь. Все эти случаи, когда она исчезала или приходила в студию поздно, пахнущая дорогими духами и буквально светящаяся от счастья…
     — Не было такого! — с нарастающей агрессией отрезал он. — Она была не из таких девушек.
     Сиерра изогнула бровь:
     — Не из каких «таких»? Не из тех, кто флиртует? Не из тех, кто встречается с кем-то кроме тебя? — Она понизила голос до шёпота: — Не из тех девушек, что получают по заслугам?
     На мгновение ей показалось, что ярость возобладает над ним. Она видела, как она закипает, закипает…
     Но затем он остановился и сделал долгий, медленный вдох. Когда он снова посмотрел на Сиерру, самообладание вернулось к нему:
     — Я никогда не смог бы причинить вред Алисии.
     — Ты знаешь, с кем она встречалась?
     Его челюсть оставалась плотно сжатой.
     — Ясно, — сказала она. — Что ж. Спасибо ни за что, получается.
     Она развернулась на каблуках и пошагала прочь. На самом деле она соврала — он кое-что ей дал. Всё это время у Илайджи были ключи от её виллы. Если он говорил правду и не пускал никого из съёмочной группы, то либо где-то есть еще один комплект ключей, либо он сам написал эту угрожающую записку.
     Сиерре удавалось избегать своей команды всё утро, но у неё не было ни единого шанса уклониться от общения в автобусе по дороге в студию. Бек прошествовал по проходу и уселся рядом с ней на заднем сиденье.
     — О, прелестно, — процедила она.
     В его глазах горел решительный огонёк:
     — Нам пока так и не удалось нормально поговорить.
     — И это было сделано намеренно.
     — Я видел твою подарочную сумку в мусорке, так что, полагаю, ты не против, если я заберу кружку? Подумал подарить этот комплект родителям на годовщину.
     Она одарила его свирепым взглядом.
     — Отлично, — сказал он. — Спасибо. И ещё: мы решили сделать тебя капитаном команды.
     — Это даже не обсуждалось.
     — Но капитан должен вести за собой, так что в какой-то момент тебе всё же придётся, ну знаешь, заговорить с нами.
     Картер бросала на них украдкой взгляды со среднего ряда. Заметив, что Сиерра смотрит на неё, она тут же отвернулась. Ади на сиденье напротив делал вид, что читает книгу, но Сиерра видела, что он слушает гораздо внимательнее, чем хочет показать.
     — Я буду говорить с вами во время раунда, — отрезала Сиерра Беку.
     — Мы бы сработались куда лучше, если бы узнали друг друга получше.
     Сиерра сжала зубы. В его словах была доля правды, но уступать ей не хотелось.
     — Что касается названия команды, — продолжал он, открывая заметки в телефоне, — мы с Картер устраивали мозговой штурм, и у нас есть пара идей…
     — Команда Хельсинг.
     Бек оторвался от экрана:
     — Что?
     — Или Ван Хельсинг. Предоставляю выбор вам. — Ну вот. Проявление щедрости к группе.
     — Хель… — В глазах Бека прояснилось. — В смысле, как охотник на вампиров?
     — А ты сообразительный.
     — Но разве это… — Бек закрыл телефон и огляделся, проверяя, не подслушивает ли кто из соседних участников. — Разве это не…
     — Отсылка к комнате, в которой мою сестру нашли мёртвой? Ага. — Сиерра оскалилась в улыбке. — Продюсеры с потрохами это сглотнут.
     — Я не думаю, что…
     — Послушай. Я знаю, как это работает. Им нужна драма. Скандал. Именно поэтому они меня и вернули. Так давай дадим им то, чего они хотят.
     — Ты не похожа на человека, который пляшет под чужую дудку.
     — Ты шутишь? Думаешь, я случайно устраиваю скандалы? — Она понизила голос, чтобы Беку пришлось податься ближе. — И если мы дадим им шоу, на что пойдут продюсеры, чтобы удержать нас в игре?
     Выражение лица Бека медленно менялось: от замешательства к пониманию, а затем к упрямому недоверию:
     — Они не станут подтасовывать результаты игры.
     — Это реалити-шоу, а не реальность. Мы для них марионетки. Так что пляши, маленький Пиноккио, и, может быть, они продержат нас на ниточках достаточно долго, чтобы мы заграбастали эти деньги. Ты ведь этого хочешь, верно?
     Пауза.
     — Ну да. Очевидно.
     Заминка была интересной.
     Чего Бек хотел, помимо денег?
     Его выражение лица снова изменилось — теперь на нём читалось любопытство:
     — Тогда… — Он жестом указал на неё. — Насколько всё это наиграно?
     — Отвали, Пиноккио.
     — Ладно, к слову, я явно Джеппетто. Только намного моложе и горячее.
     Она с силой прикусила язык, чтобы губы не дрогнули в улыбке:
     — Пошёл. Прочь.
     — Ладушки, капитан команды Хельсинг. — Он начал подниматься с сиденья, затем замер, нагнулся обратно и добавил: — Без «Ван» звучит лучше.
     Сиерра смотрела, как он уходит по проходу, после чего повернулась к окну. Все сойдут с ума, когда услышат название команды. Какое кощунство! Бестактность! Неуважение к памяти сестры!
     Поднимется такой шум, что, возможно, никто и не догадается: Ван Хельсинг — это не просто отсылка к финалу прошлого сезона.
     Это имя того, кто уничтожил монстра.


Глава 12
     
     Ади
     
     Телефон Ади неоднократно вибрировал в кармане джинсов, пока их команда ждала за кулисами начала съёмок. Он проверил сообщения.
     Симфония: Поговорила с эвакуаторщиками. Судя по всему, мой самодовольный, неблагодарный сын решил, что может бросить мою ласточку в месте, где парковка запрещена.
     Симфония: Что с тобой, чёрт возьми, не так?
     Симфония: Тебе повезло, что водитель эвакуатора оказался моим фанатом.
     Симфония: Но штраф за парковку ты мне возместишь.
     Симфония: Ты вообще читаешь это? Не смей игнорировать меня, Адитья Парвеш. Я тебя породила, я тебя и уничтожу!
     Ого. Она давненько не вытаскивала на свет эту конкретную угрозу. Ади перевёл телефон в режим «Не беспокоить», когда команды позвали на сцену.
     По телевизору студийные декорации, где снимали элиминации, выглядели в мрачноватом стиле стимпанк: драпировки из бордового бархата, огромные латунные шестерни, напоминающие внутренности часов, и замысловатые ключи с навесными замками, свисавшие с ржавых металлических труб подобно люстрам.
     Но в реальной жизни эффект оказался удручающим. Пока стажёр расставлял команды на двухступенчатых подиумах, Ади разглядывал пыль, скопившуюся в складках штор, и следы клея на строительных лесах, едва удерживавших всю эту конструкцию.
     Их команду поставили на самый дальний подиум в левой части сцены — максимально далеко от места, где Фитци атаковали визажисты с кистями для пудры и лаком для волос. Ади и Сиерра — в её массивных ботинках — стояли на второй ступени, возвышаясь над Картер и Беком, располагавшимися впереди.
     — О боже, — прошептала Картер, пока они ждали начала съёмки. — Я так нервничаю.
     На ней был белый вязаный топ с открытыми плечами и чёрные кожаные брюки — полная противоположность толстовке математического кружка, в которой она ходила по вилле. Очки ботаника тоже вернулись на нос. Такая резкая смена имиджа сбивала с толку и, честно говоря, немного раздражала. Больше никто так не выслуживался перед камерами.
     — Они просто распределяют бонусы-снаги, — сказал Ади. — Никого не выбивают.
     — Я знаю. — Она глянула на него через голое плечо. — Но всё равно страшно. А вдруг из меня сделают мем?
     Ади изогнул бровь:
     — И ты этого боишься? — Он-то думал, что она просто жаждет внимания.
     — Быть увековеченной в интернете из-за одного нелепого выражения лица или дурацкого комментария? Да, конечно. А ты разве нет?
     Ах вот как. Значит, она абсолютно не переносит критику.
     — Смешно, — вставил Бек. — Превратиться в мем — это практически цель всей моей жизни.
     — Плавали, знаем, — отрезала Сиерра.
     Они посмотрели на неё, и Ади потребовалось секунда, чтобы вспомнить мемы, которые он видел на форумах «The Domain», когда собирал информацию о шоу. Шутки про Уэнсдей Аддамс. Шутки про готов. Шутки про убийство.
     Ади вгляделся в выражение её лица, пока она смотрела прямо перед собой, но под толстым слоем макияжа трудно было разобрать, что она чувствует: сожаление, смущение, гордость или что-то ещё.
     Ответ зависел от того, жалеет ли она об убийстве сестры. А это, в свою очередь, зависело от того, зачем она вообще это сделала.
     Ади прочёл достаточно книг, чтобы знать самые распространённые мотивы для убийства: ревность, любовь, месть, страх.
     Деньги.
     Сиерра казалась одержимой идеей забрать призовой фонд. Но ведь выиграть раунд в шоу куда проще, чем кого-то убить.
     Фитци выскочил на сцену — подтянутый и собранный, как только режиссёр скомандовал начать мотор. Рукава его рубашки были закатаны, верхние пуговицы расстёгнуты — реверанс в сторону фанатов, которых его харизма волновала куда больше, чем любые головоломки Гейм-мастера.
     — Пришло время поближе познакомиться с нашими умниками нового сезона!
     Фитци первым делом подошёл к команде Джариуса. Они обсудили отборочный раунд — химические элементы в банках, цитату Дмитрия Менделеева и цифры на кодовом замке, взятые из периодической таблицы.
     Чёртова периодическая таблица. Ади всё никак не могло покинуть ощущение, что он упустил что-то важное.
     Джариус объявил себя лидером, и они действительно выбрали себе название «Ужас». Предсказуемо.
     Фитци перешёл к следующей команде. Надия стала капитаном. Их название: «Взлом ума».
     Затем шла команда из людей, с которыми Ади даже не потрудился познакомиться — они назвали себя «Сокровища короны». А за ними — «Иллюминаты».
     Наконец Фитци приблизился к подиуму Ади.
     — И наша последняя команда состоит из Адитьи Парвеша, Бека Матесона, прекрасной Картер Келли… — он повернулся к камере, — хотя для вас она просто Картер-Взломщица. И впервые в истории «Escape Game» к нам возвращается участница прошлых сезонов… единственная и неповторимая… Алисия Анге… ой! — Глаза Фитци расширились. На секунду он лишился дара речи, уставившись прямо в объектив. — Я имел в виду, Сиерра…
     — Стоп! Снято! — прорычал режиссёр в их наушниках.
     — Простите, — произнёс Фитци. — Оно само вырвалось. Я не хотел… — Он с виноватым видом повернулся к Сиерре: — Мне правда очень жаль.
     — Произнеси её имя ещё дважды, Фитци, — на полном серьёзе сказала Сиерра. — Говорят, это восстановит её из мёртвых. — Она пошевелила пальцами, изображая ведьму над колдовским котлом.
     Бек слегка отшатнулся в сторону.
     Режиссёр велел Фитци начать представление команды с самого начала.
     Бросив ещё один неловкий взгляд на Сиерру, Фитци попытался вернуть самообладание, когда операторы снова включили камеры. Но на этот раз Ади не слышал их представления. Он смотрел в пустоту, а шестерёнки в его голове крутились быстрее, чем огромные фальшивые декорации за его спиной.
     Алисия Ангелос.
     Alicia Angelos.
     Он представил буквы из периодической таблицы, которые последние сутки крутились у него в голове:
     Li Si O Ca Ne Ag Al.
     Он мысленно наблюдала за тем, как невидимые символы перестраиваются:
     A L I C I A A N G E L O S.
     — Это было не слово, — прошептал он. — Это было имя.
     Картер оглянулась на него.
     — Итак, Сиерра, — произнёс Фитци, переминаясь с пятки на носок, — этот сезон для тебя — возможность искупить вину?
     — Искупление может поцеловать меня в задницу, — сказала Сиерра, и желчь в её голосе выбила Ади из оцепенения. — Этот сезон — ради победы.
     — Я скучал по твоему боевому духу, — искренне сказал Фитци. — Если ты настроена на победу, кто тот лидер, что приведёт вашу команду к финалу?
     — Очевидно, я, — ответила Сиерра.
     Картер едва заметно напряглась. Её губы сжались так, словно она попробовала что-то кислое, но уже через мгновение лицо снова стало нейтральным. Так быстро, что даже монтажёры вряд ли это заметите.
     Но Ади заметил.
     Она была высококлассным специалистом по решению головоломок. Он даже не подумал спросить, хочет ли она быть лидером, просто согласился, когда Бек предложил Сиерру. Главное — не злить психопатку. Это был разумный ход.
     Но Картер явно задело то, что её задвинули в тень.
     — Что ж, давайте услышим, — сказал Фитци. — Как называется ваша команда?
     Сиерра наклонилась ближе к микрофону и произнесла зловещим голосом:
     — Хельсинг.
     — Хельсинг? Звучит… знакомо. Откуда я это знаю?
     Ади тихо фыркнул, а Сиерра растягивала слова:
     — Люди, хоть немного знакомые с классической литературой, узнают имя из «Дракулы» Брэма Стокера. Но фанаты «Escape Game» оценят, что мы вдохновились одной комнатой в тематике вампиров. Четвёртый сезон. Финал.
     Брови Фитци взлетели вверх.
     — Работаем с этим! — раздался в наушниках голос режиссёра.
     Фитци издал звук, похожий одновременно на кашель и смешок:
     — Что ж… отлично, команда «Хельсинг». Замечательно. Теперь, когда мы познакомились с командами, давайте узнаем, как они справились в отборочном раунде.
     На большом экране закрутилась нарезка кадров: пять команд в ярких лабораторных халатах, ключевые моменты раунда, перемежающиеся фрагментами «знакомства», записанными во время зеленого света. Ади смотрел, как команды разгадывают код к замкам, ругая себя за то, что не понял раньше: аббревиатуры складывались в имя Алисии.
     Видео закончилось, и свет снова загорелся. Понять, кто как справился, было невозможно — монтажёры знали своё дело.
     — Вау, — протянул Фитци. — Этот раунд был настоящим огнём, правда? Огнём! Понимаете? Потому что снаг — это ещё и колбаска на гриле по-австралийски! — Когда несколько участников застонали, он махнул на них рукой: — С каждым сезоном эта шутка становится всё смешнее. — Затем он повернулся к камерам: — Давайте узнаем, кто войдёт в первый раунд с заветными бонусами, а кто окажется в глубокой… невыгодной позиции.
     На гигантском экране появилось табло со списками команд, напротив каждой из которых стояли обнулённые часы.
     — Первый снаг пятого сезона, — продолжил Фитци, — достанется команде, которая быстрее всех разгадала цитату.
     На экране появились слова: «Никто и ничто не сможет заставить меня молчать. — Дмитрий Менделеев», и часы начали отсчёт — цифры мелькали, пока не остановились на…
     — Команда «Взлом ума»! — выкрикнул Фитци.
     Надия победно визгнула, привлекая сокомандников для обнимашек.
     — Разгадав цитату на целых тридцать семь секунд быстрее ближайших преследователей, — продолжил Фитци, — вы получаете возможность добавить тридцать семь секунд к итоговому времени любого соперника в раунде по вашему выбору.
     Ади не сводил глаз с табло, игнорируя жгучие взгляды сокомандников. Да, он знал, что задержал их на той загадке. И сделать с этим уже ничего не мог.
     — Теперь посмотрим, какая команда первой сопоставила порядковые номера элементов таблицы Менделеева.
     Часы снова затикали и остановились на…
     — Команда «Ужас»!
     Ади услышал, как Картер перед ним сделала долгий, медленный вдох.
     — За эту победу вы можете назначить штраф за ошибку любой вражеской команде. Если они ошибутся во время раунда, к их итоговому времени добавится целая минута.
     Участники команды «Ужас» толкали друг друга в плечи. Габриэла показала остальным знак «мир», а Дельфи подняла средний палец — из-за чего режиссёр тут же рявкнул в наушники, чтобы она прекратила, ведь это семейное шоу.
     — Наш третий снаг, — продолжал Фитци, — достанется команде, которая быстрее всех выбралась из кладовок. Кто же это?
     У Ади было дурное предчувствие… которое подтвердилось, когда Фитци крикнул:
     — И снова команда «Ужас»! Ваш второй бонус позволяет погрузить команду соперников в абсолютную темноту на одну целую минуту во время прохождения раунда.
     — Всё в порядке, — прошептал Бек. — Мы всё ещё держимся.
     Сиерра горько ухмыльнулась:
     — Мы продули.
     Ади не отрывал взгляда от табло. Ну же. Ну же.
     — Наш четвёртый снаг, — сказал Фитци, — предназначен для команды, которая быстрее всех решила финальную головоломку и верно составила цветную формулу доктора Адама Тири. И эта команда… «Хельсинг»!
     Спина Ади мгновенно выпрямилась.
     Бек победно закричал:
     — Я знал, что тот детский химический набор пригодится мне для чего-то большего, чем просто делать слаймы!
     — Ты вообще не занимался химией, — заметил Ади.
     — Ладно, тогда тот набор акварели.
     — Ваш бонус, — объявил Фитци, — даст вам право заставить двоих участников вражеской команды начать раунд в… наручниках! Хотя наш Гейм-мастер, возможно, спрячет пару ключей, чтобы они могли освободиться.
     — О, а вот это неплохо, — сказала Картер. — Они используют этот бонус с первого сезона. Наверное, лучшее, что вообще было в первом сезоне. Головоломки тогда были так себе, а вот это может решить исход игры.
     Ади не хотел признавать этого, но в тот момент он был благодарен Беку и его набору акварели.
     — А теперь, — произнёс Фитци, — время для нашего финального бонуса. Он достанется команде с наилучшим общим временем!
     Часы снова затикали. Названия команд запрыгали вверх и вниз.
     Казалось, прошли часы, прежде чем тиканье замедлилось, названия замерли и результаты отобразились на экране:
1. Ужас — 19:46
2. Взлом ума — 21:02
3. Иллюминаты — 22:17
4. Сокровища короны — 22:58
5. Хельсинг — 24:09
     В груди у Ади всё сжалось. После ликования от выигранного бонуса это ощущалось как удар под дых.
     Последнее место. Косяк, который едва не стоил его команде всего.
     Если они провалятся, ему не видать уважения отца.
     — Но подождите, — сказал Фитци. — Нам нужно внести одно исправление. — Он повернулся к командам, скорчив сочувственную мину: — «Сокровища короны», вы неправильно отгадали формулу доктора Тири, а это значит, что хотя ваше время было быстрее, чем у команды «Хельсинг», технически вы… не выбрались.
     Табло изменилось: время «Сокровищ короны» перечеркнулось, а вместо него появилась жирная надпись: НЕ ВЫБРАЛИСЬ.
     Результаты перестроились, подняв «Хельсинг» на четвёртое место. «Сокровища короны» выглядели разочарованными, но держались стойко.
     — Не проблема, — сказала их капитан Эмма. — Мы просто разогрелись и готовы к следующему раунду. Главное, чтобы там не было химии.
     Фитци хмыкнул:
     — Понятия не имею, что Гейм-мастер подкинет вам в следующий раз, но одно знаю точно — смотреть за тем, как вы выбираетесь, будет сплошным удовольствием. — Он повернулся к главной камере: — И это делает команду «Ужас» большим победителем отборочного раунда! За то, что вы быстрее всех выбрались из лаборатории, вы можете выбрать, кто из участников конкурирующих команд будет проходить печально известное испытание на ловкость в полуфинале!
     — Чёрт, — пробормотала Сиерра. — Вот этот бонус точно пригодился бы.
     — Все они пригодились бы, — отрезал Ади.
     — Один лучше, чем ничего, — сказал Бек. — И мы не на последнем месте.
     — Чисто технически, — в один голос произнесли Картер и Ади. Они с удивлением переглянулись.
     — Неважно, — сказала Сиерра. — Нам не нужны бонусы. Нам просто нужно быть лучше.
     Ади ухмыльнулся:
     — А я уж было подумал, что ты не умеешь выдавать толковые напутственные речи.


Глава 13
     
     Картер
     
     — Но я не хочу идти на вечеринку, — произнесла Картер, никак не способная убрать нытьё из своего голоса. — Мы разве не можем просто вернуться на виллу?
     — Поддерживаю, — отозвалась Сиерра, прислонившись к стене гримёрки. — Давайте свалим из этой дыры и пойдём нажрёмся.
     Картер смерила её недоумённым взглядом:
     — Я вообще не это сказала.
     — А я просто усовершенствовала твоё предложение.
     В дверь постучал стажёр:
     — Лимончик ждёт.
     — Лимон! — воскликнул Бек, спрыгивая с кушетки.
     Картер тяжело вздохнула. Ни в одном посте на форумах «The Domain» никто и словом не обмолвился о том, что для участников и съёмочной группы устраивают вечеринку в честь старта сезона.
     Она терпеть не могла вечеринки. Вечеринки — это сплошные ожидания. Нужно общаться с людьми. Нужно быть приятной, интересной и вести искромётные беседы.
     По сути, нужно быть… кем угодно, только не Картер.
     К тому же ей даже не дали возможности переодеться в нормальную одежду, а в этих кожаных брюках, которые на неё нацепили, едва удавалось дышать.
     Но, похоже, никому не было дела до её дискомфорта — ни физического, ни эмоционального, — и вскоре они уже стояли перед студией, по очереди забрасывая себя в длиннющий лимузин. Она забралась на заднее сиденье, и её сердце тут же ушло в пятки.
     С противоположной стороны салона им ухмылялась команда «Ужас».
     — О, кайф, едем вместе с Картер-Взломщицей, — заговорил Джариус, закинув ногу на ногу. — Или мне лучше звать тебя Картер-Полный-Провал-в-Первом-Раунде? — Он загоготал, но даже его сокомандников, похоже, скрибило от его ужасного чувства юмора.
     Картер вяло улыбнулась, избегая взгляда Нила — того самого придурка, который устраивал ей допрос по бессмысленным математическим уравнениям.
     — Вы здорово уделали всех в отборочном раунде, — сказала Картер, потому что быть милой — это её защитная реакция, когда она чувствует себя добычей. Если быть достаточно милой, может, тебя не захотят съесть живьём. — Поздравляю.
     Дельфи с ярко-розовыми волосами громко хлопнула жвачкой. На ней всё ещё были солнцезащитные очки, несмотря на тусклое синее свечение светодиодов в салоне:
     — Гейм-мастер просто пожалел нас. Надеюсь, в следующем раунде он постарается получше, а то эта игра превратится в лёгкую прогулку.
     — Не дразни их, Дельфи, — сказала Габриэла со своей усмешкой супермодели, медленно переводя взгляд с Бека на Картер и Ади. — Похоже, некоторым из наших соперников комната показалась немного… сложноватой. — Она драматично надула губы и переключилась на Сиерру: — Лучше продолжай планировать убийства, гот-девочка.
     Сиерра вальяжно закинула руки на спинку сиденья:
     — Не волнуйся. Именно этим я и занимаюсь.
     Габриэла что-то шепнула на ухо Дельфи. Обе жестоко зашипели от смеха, и Картер мгновенно перенеслась в школьные времена, когда она с энтузиазмом поднимала руку, чтобы ответить учителю, пока девчонки с задней парты смеялись над ней.
     — Это твой натуральный цвет волос? — спросил Джариус. Картер потребовалась секунда, чтобы понять, что он обращается к ней. — Слышал, рыжие волосы приносят удачу. Не возражаешь, если я буду гладить тебя по головке для удачи?
     И мерзко подмигнул.
     Картер уставилась на него с отвращением, чувствуя, как щеки заливает горячим румянцем.
     — Давай, погладь, — ответила за неё Сиерра. — Я как раз искала повод вогнать кому-нибудь шариковую ручку прямо в глаз.
     Ади тихо фыркнул.
     — Бойкая какая, — ухмыльнулся Джариус. — Приятно видеть, что это не просто работа на камеру.
     И снова подмигнул.
     Бек подался вперёд:
     — У тебя что-то с глазом? Ты постоянно так жутко подмигиваешь.
     — Я просто поддерживаю светскую беседу, — заявил Джариус, явно наслаждаясь тем, как легко ему удаётся их бесить. — Не помешает познакомиться поближе.
     — Не трать время, Джариус, — бросила Габриэла. — Они вылетят первыми.
     Дельфи снова громко звонко щелкнула жвачкой:
     — Сразу видно, кто здесь к месту, а кто нет.
     — Не могу не согласиться, — подхватил Джариус. — Картер, в интернете ты такая крутая! А в жизни, даже не знаю… ты кажешься… — Он пожал плечами. — Какая-то мягкотелая. Без обид.
     — Ага, спорю, ты-то уж точно всё знаешь о том, как становиться мягким, — отозвался Ади, изогнув бровь. — Без обид.
     Сердце Картер заколотилось как бешеное. Ей хотелось защититься, но как? Они были правы. Просмотр нарезок отборочного раунда только доказал её полную профнепригодность. Все её хвалёные навыки специалиста по головоломкам испарились в ту же секунду, как за ней заперли дверь.
     — И что же, по-вашему, нужно, чтобы удержаться в шоу? — спросил Бек. — Ну, раз уж нам этого так не хватает.
     — IQ хотя бы немного выше, чем у среднестатистического далматина? — предположила Габриэла.
     Бек нахмурился:
     — вообще-то далматины очень…
     — Не смей, — перебила Сиерра. — Не смей говорить «умные».
     Рот Бека скривился.
     — Да нет, знаете, в чём дело? — сказал Джариус. — Дело вовсе не в решении задачек, не в командной работе и не во всей этой чуши. Нужно просто хотеть. Хотеть так сильно, чтобы быть готовым на всё ради победы. На всё, лишь бы дорваться до этих денег. Один. Миллион. Зелёных.
     — Ну, вообще-то, — тихо произнесла Картер, — я уверена, что командная работа и логика тут тоже играют не последнюю роль.
     Джариус оскалился:
     — Скоро узнаем, правда?
     Продюсеры сняли целый ресторан под вечеринку в честь старта сезона — одно из тех хипстерских заведений, где за безалкогольный коктейль с женьшенем просят двадцать долларов, а декорации для Инстаграма волнуют их куда больше, чем вкусная еда. Официанты в подтяжках с пайетками снували с подносами, уставленными крошечными закусками, хотя большая часть гостей столпилась у мраморной барной стойки в глубине зала, подсвеченной красным неоном.
     Вечеринка была в самом разгаре, когда они прибыли. Члены съёмочной группы, ушедшие со площадки раньше, кучковались небольшими группами. Картер заметила Илайджа и Лизу, их кураторов на виллах. Ей пока не удалось нормально поговорить с Илайджей, но в какой-то момент стоит попросить у него личное интервью для своего канала.
     Она оглянулась, собираясь спросить Сиерру про вечеринку прошлых сезонов и о том, ждут ли от участников каких-то действий, но Сиерры уже и след простыл. Картер нахмурилась. Сбежать — это вообще легально?
     Вера, менеджер по соцсетям с кричащими тенями на веках, подошла к их группе:
     — И что мне выкладывать? Фотки того, как наши команды сжимаются от страха у входа? — Она указала рукой на зал. — Рассредоточились. Общаемся! — Она произнесла это так, будто это было ругательное слово.
     Картер прошла глубже в зал, радуясь, что Бек держался совсем рядом. Ади времени даром не терял: он сразу направился к угловому диванчику и вытащил из рюкзака книгу. Чёрт. Почему она не додумалась взять с собой книгу?
     — И что конкретно от нас требуется? — спросил Бек. — Подлизываться к нужным людям?
     — Я не очень сильна в подлизывании, — призналась Картер.
     — Тогда держись меня.
     Картер издала звук присоски, хватая его за руку:
     — Всё. Я к тебе прилипла.
     Бек засмеялся:
     — Первое правило светских тусовок: всегда держи в руке напиток. Так ты всегда будешь готова эффектно поперхнуться, когда услышишь что-то скандальное.
     — И сколько скандалов ты рассчитываешь услышать?
     — В Голливуде? Кучу.
     Они направились к бару. Но как только бармен поставил перед ними напитки — рутбир для Бека и ананасовый сок для Картер, — рядом снова возникла Вера, подобравшись слишком близко.
     — Ты! Мне нужно интервью про ту штуку, которую ты проворачивала с цветными колбами.
     — Я уже всё рассказала Фитци после раунда.
     — То для шоу. А это — для соцсетей. Пошли за мной. — Она развернулась и пошагала прочь.
     Бек виновато махнул Картер рукой и поплёлся за Верой к настоящей старинной телефонной будке в углу, увешанной гирляндами из мишуры и огромными искусственными цветами.
     Пытаясь не чувствовать себя брошенной, Картер сделала большой глоток и достала телефон из сумочки. Может, она и не знает здесь никого лично, но её сотни тысяч подписчиков точно мечтают оказаться на этой вечеринке.
     Её палец завис над кнопкой записи. С экрана на неё смотрели её собственные нерешительные глаза. Момент истины. Её сетевой аватар уже прыгнул бы в кадр, точно зная, что и как сказать. Она была бы весёлой. Умной. Яркой.
     — Будь Картер-Взломщицей, — прошептала она себе. — Ты сможешь.
     Она не была уверена, что верит в это, но всё же заставила себя нажать на запись.
     — Привет, Ключ-Мастера! — Её голос дал петуха. Она кашлянула и едва не остановила видео, чтобы начать заново, но побоялась, что если сделает это, то больше не наберётся храбрости нажать «запись». Она натянула улыбку и продолжила: — С вами Картер-Взломщица, и вы просто ахнете, когда узнаете, где я сейчас! — Она развернула камеру, чтобы показать шикарный ресторан, а затем снова направила её на себя. — Вечеринка в честь старта пятого сезона «Escape Game»! Все — и я имею в виду вообще все — здесь!
     Пока всё шло гладко. Она начала чувствовать, как в ней просыпается её интернет-персона, переводя зум на разных участников шоу.
     — Все двадцать участников этого сезона тусуются и отмечают результаты отборочного раунда. О, хотите знать, как справилась моя команда? — Она сделала паузу, искушаемая возможностью вывалить всю правду прямо сейчас: Моим главным вкладом было доказательство того, что я умею пользоваться оглавлением. Ура мне! Это было бы как сорвать пластырь. Если бы она не подписала соглашение о неразглашении, она бы так и сделала. Вместо этого она просто пожала плечами на камеру: — Вам придётся подождать выхода серии в это воскресенье вечером. О, смотрите! Это же Гейм-мастер!
     Луис Августус Рассел стоял у бара, разговаривая с Габриэлой из команды «Ужас» и Эммой из «Сокровищ короны». Когда Картер поймала их в кадр, Габриэла смахнула волосы с плеча и расхохоталась, а Луис надвинул свою кепку на самые глаза, словно пытаясь скрыть собственный смех.
     Укол зависти больно отозвался в животе Картер. Что бы она отдала за то, чтобы сидеть там и смеяться над какой-нибудь гениальной шуткой Луиса! Некоторым людям всё давалось так легко, словно они не мучились над каждым произнесённым словом.
     Она перевела дыхание и навела камеру на Ади, заказывающего напиток у стойки:
     — А вот мой сокомандник, Ади Парвеш. Он… — она запнулась, подбирая правильное слово, чтобы описать его подписчикам, но на ум приходило только неприступный, — …в жизни ещё красивее. Просто ждите, Ключ-Мастера. Гарантирую, в этом сезоне будет много девичьих вздохов!
     Она подняла бокал в шуточном тосте, а затем поморщилась от того, как наигранно это выглядело. Эту часть она точно вырежет при монтаже.
     Чья-то рука тяжелым грузом легла ей на плечи, испугав её настолько, что сок плеснул ей на пальцы.
     — Хей, Картер! Чем занимаешься?
     Она уставилась на экран телефона с широко раскрытыми глазами. Её сетевой образ сейчас визжал бы как аниме-школьница, но настоящая Картер просто не могла заставить себя выдать нечто подобное.
     — Фитци! Привет! Эм… Да вот, снимаю эксклюзивчик за кулисами для нашего любимого фандома. Хочешь сказать привет?
     — Чёрт возьми, конечно хочу! — К удивлению Картер, он забрал у неё телефон, чтобы говорить прямо в камеру. И, что было вдвойне неожиданно, он так и не снял руку с её плеча. — Как дела, Ключ-Мастера? Вы узнаете это первыми — другим командам придётся выложиться на полную, если они надеются обойти вот эту гениальную девчонку! — Он нагнул голову ближе к Картер, чтобы они оба поместились в кадр. — По контракту мне запрещено проявлять симпатию к участникам, но… — Он состряпал комично-страдальческую мину: — …я так предвзят! Ладно, лучше мне больше ничего не говорить, а то меня засудят по какому-нибудь очень страшному контракту. Суть в том, что мне не терпится увидеть, как эта суперзвезда покажет себя в следующем раунде!
     Волна тепла захлестнула Картер — от кончиков рыжих кудрей до самых кончиков пальцев.
     — С-спасибо, Фитци. Ну, посмотрим.
     — Эта девчонка слишком скромная, — произнёс он в камеру, поцокав языком. — А теперь, если ваши преданные фанаты не против… могу я одолжить тебя на минутку? Не под запись?
     Испытав непередаваемое облегчение от того, что появился повод прекратить съёмку, Картер постаралась придать лицу виноватое выражение:
     — Я не могу сказать «нет». С вами была Картер-Взломщица, и я буду радовать вас новыми кадрами из-за кулис на протяжении всего сезона. Если меня, конечно, не выбьют. — С последней полупанической улыбкой, которая, как она надеялась, выглядела скорее дурашливой, чем перепуганной, она оставила запись и спрятала телефон.
     — Спасибо, — сказала она. — Гарантирую, это будет самое просматриваемое видео на моём канале. — Она собралась было слизать пролитый сок с тыльной стороны ладони, но вовремя сообразила, что в обществе это выглядит странно.
     Если Фитци и осудил её за незнание светского этикета, то виду не подал:
     — Рад помочь. Извини, что напугал тебя раньше. Хочешь ещё сока? Что ты пьёшь — «отвёртку»?
     Она вспыхнула, не до конца понимая, что это за напиток, но название звучало явно алкогольно. И как-то странно-двусмысленно.
     — Это ананасовый сок. Я несовершеннолетняя.
     На его щеках появились ямочки, и до неё с ужасом дошло…
     — Точно. Мы тут все такие. Очевидно.
     — Да я пошутил. Раниэль очень строго следит за правилом «никакого алкоголя».
     Она улыбнулась, сильно отвлечённая теплом его руки на её плече и чистым запахом его рубашки — похожим на стиральный порошок, но… куда более сексуальным?
     О, Боже.
     Нет. Ни за что на свете она не станет одной из тех девиц, что сохнут по глуповатому ведущему-серферу. Картер здесь ради интеллектуальной стороны «Escape Game». Подсказки, головоломки, ложные следы. Она специалист по решению, а не какая-то фанатка.
     — Так… один ананасовый сок? Сейчас устроим? — поторопил её Фитци, и Картер поняла, что неловко засмотрелась на него.
     — О! Да. Конечно. Было бы здорово. Спасибо.
     Она осталась стоять, пока он относил её пустой стакан к бару и делал новый заказ. Он вернулся через пару минут с соком для Картер и апельсиновой газировкой для себя.
     — Слушай, я хотел извиниться, — сказал он, передавая ей стакан. — Я слышал о том, что произошло в кабинете Луиса на днях.
     При этом напоминании Картер сжалась и сделала ещё один большой глоток.
     — Я правда не думал, что Раниэль так вспылит, — продолжил он. — Я думал, она сочтёт это хорошим пиаром. Зачем вообще брать тебя в шоу, если не хочешь фанатских видео, да? Но… неважно. Суть в том, что я накосячил, и как только узнал об этом, сразу пошёл в кабинет Раниэль и сказал, что это была моя идея. — Он замешкался: — Мне правда очень жаль. Я не хотел навлечь на тебя неприятности.
     — Всё в порядке. Я подписала NDA. Я знала, что мне нельзя брать интервью у Гейм-мастера без разрешения.
     — Так… я прощён?
     — Тут не за что прощать.
     Фитци с облегчением выдохнул и чокнулся с ней стаканом:
     — За команду «Хельсинг».
     — А ты и правда предвзят.
     Она сказала это в шутку, но Фитци, похоже, обеспокоило это замечание:
     — К сожалению, насчёт того страшного контракта я не шутил. — Он поспешно убрал руку с её плеча. — Нам также запрещено флиртовать с участниками.
     Флиртовать. Интересный выбор слова. Картер подразнила бы его, если бы он не выглядел таким обеспокоенным.
     — Ты просто мил со мной. Вряд ли продюсеры могут поставить тебе это в вину.
     Он встретился с ней взглядом. Ему потребовалось много времени, чтобы ответить. Но когда он наконец открыл рот…
     — Картер! Вот ты где!
     Появилась Сиерра. Накрашенные чёрной помадой губы были искривлены в гримасе, когда она схватила Картер за руку и потянула за собой так резко, что сок снова плеснул ей на запястье.
     — Ты мне нужна, — бросила Сиерра, сделав ленивый взмах рукой в сторону Фитци: — Поди поприставай к какому-нибудь другому участнику.
     — Тоже рад тебя видеть, Сиерра! — крикнул он им вслепую.
     — Что происходит? — спросила Картер.
     — Дружеское предупреждение. — Сиерра резко развернулась к Картер: — Фитци — это проблемы. Как капитан твоей команды, я приказываю тебе держаться от него подальше.
     Картер похлопала глазами:
     — Прости, что?
     — Ты меня слышала. Если я ещё раз застукаю тебя за флиртом с ним, клянусь — быть зарезанной во сне станет наименьшей из твоих проблем.


Глава 14
     
     Бек
     
     — Что ты думаешь о своей команде? — спросила Вера. Её смартфон был закреплён на штативе, и сама она смотрела в экран, а не на Бека. Он не совсем понимал, как ей удаётся превращать даже такой безобидный вопрос в скрытую угрозу.
     — О, они отличные! — инстинктивно ответил он. Но, поразмыслив секунду, понял, что это довольно близко к правде. — Картер — настоящий двигатель фандома и невероятна в математике. Ади, очевидно, у нас самый крутой, и ему, похоже, нравятся анаграммы и словесные головоломки. А Сиерра… — Он глянул через плечо Веры туда, где стояли Картер и Сиерра. — Она единственная участница, которая уже была здесь. Она знает, чего ждать от игры. Любой, кто смотрел прошлый сезон, знает, насколько она гениальна.
     Он решил, что сейчас не время и не место напоминать, что Сиерра всё ещё находится под следствием по делу об убийстве. А также не время и не место указывать на то, что находиться в одной комнате с Сиеррой — это всё равно что пытаться разгадать одну из подсказок Гейм-мастера. Он видит, что она что-то скрывает. Но было ли это «что-то» мягкой, ранимой натурой, жаждущей любви и понимания? Или же тем фактом, что она психопатка, готовая в любую секунду начать тыкать людей вилочками для оливок, вроде той, что она держала прямо сейчас?
     Постойте… откуда у неё вилка для оливок?
     Вера откашлялась.
     Бек вздрогнул. Концентрироваться здесь было тяжело. Вокруг стоял слишком сильный шум, из-за чего во рту образуется жуткое месиво вкусов. Звук коктейльных шейкеров на вкус был как кока-кола со строганым льдом. Гул разговоров ощущался как жевание травы. А голос Веры был терпким, будто брусника.
     Он с трудом вспомнил её вопрос:
     — Эм… ну да. Мы отлично ладим.
     Вера наигранно изобразила, что засыпает:
     — Ты всегда такой Гарри Стью или просто изображаешь милашку перед камерами?
     — Что это значит?
     — Неважно. «Хельсинг» — интересный выбор для названия команды.
     — Это была идея Сиерры.
     — А как, по-твоему, каково это — найти свою сестру мёртвой в гробу?
     Бек несколько раз открыл и закрыл рот:
     — У… у меня нет сестры.
     Вера уставилась на него.
     — У меня есть двоюродный брат, мы довольно близки. Это считается?
     Снова никакой реакции.
     — А нам вообще разрешено об этом говорить?
     — У нас свободная страна, — ответила Вера. — Свобода слова и всё такое.
     — Ну да, но…
     — В прошлом году кому-то сошло с рук убийство. Полиция до сих пор не уверена, как они это прокрутили. Чтобы такое вытворить, нужен был настоящий преступный гений, и вот мы здесь, в окружении… — Она сняла телефон со штатива и повернула его, показывая переполненный ресторан: — …настоящих гениев. — Она снова направила камеру на Бека: — Что ты думаешь?
     — Я… я не знаю, — забормотал Бек, чувствуя, как его ладони становятся липкими под пристальным взглядом Веры.
     — Думаешь, Сиерра могла прокрутить что-то подобное?
     — Эм.
     Левый глаз Веры начал поддрагивать, что смотрелось ещё заметнее из-за ярко-голубой подводки:
     — За ней водится грешок трепать языком при каждом удобном случае. Она уже обронила что-нибудь лишнее?
     — Я правда не… — Он снова посмотрел на Сиерру, когда та стащила вишенку из бокала Картер и отправила её в рот. — Она моя сокомандница. Я пытаюсь судить о ней беспристрастно.
     — Значит, ты думаешь, что она невиновна?
     — Я не знаю, что думать. Слушай, ты в порядке? Ты выглядишь напряжённой.
     Это только разозлило её сильнее:
     — Ты назвал Ади «крутым». Думаешь, продюсеры делают из него главного красавчика этого сезона?
     — Красавчика? Это шоу не того формата.
     — Разве? — Она тронула свою единственную длинную серьгу. — Должно быть, это тяжело. Ади — симпотяга. У Картер есть подписчики. Сиерра уже скандально известна. А ты… никто. — Она поцокала языком: — Ставлю на то, что ты мечтаешь сбить спесь с этих популярных деток.
     — Не… особо, — ответил Бек.
     — Ой, да ладно тебе, — фыркнула Вера. — Немного космической справедливости время от времени никому не повредит.
     Это правда. Бек мог бы назвать парочку людей, заслуживающих космической справедливости. Но он отказался заглатывать наживку и вместо этого просто улыбнулся в камеру:
     — Я предоставлю космическую справедливость Вселенной. А я здесь просто для того, чтобы решать головоломки.
     — Вера меня пугает, — произнёс Бек, подсаживаясь к Сиерре и Картер. Картер выглядела облегчённой, увидав его.
     — И не говори, — подхватила она. — Она такая…
     — Мрачная? Угрюмая? Заносчивая? — подсказал Бек.
     Картер засмеялась:
     — Всё вышеперечисленное.
     — Вы говорите об этом так, будто это оскорбления, — пробормотала Сиерра.
     — Она новенькая? — спросила Картер.
     Сиерра качнула головой:
     — Она тут уже давно. Где-то со второго сезона, когда шоу еще выходило на YouTube. По-моему, она тогда училась в старшей школе. Почти уверена, что она родственница кого-то из верхушки. Непотизм в Голливуде — обычное дело.
     — Зачем тогда делать её менеджером по соцсетям? — удивилась Картер. — На вид она совсем не выглядит счастливой, а на форумах «The Domain» полно людей, которые душу бы отдали за эту работу.
     — Вроде тебя? — с ухмылкой спросила Сиерра.
     — Я не это имела в виду. — Картер замешкалась: — Но, я имею в виду… кажется, я бы справилась лучше неё.
     Сиерра издала недоверчивый звук:
     — У шоу огромная аудитория в соцсетях, так что она явно делает что-то правильно.
     — Я пить хочу, — сказал Бек, у которого рутбир давно закончился. — Кто-нибудь хочет со мной к бару?
     Картер нахмурилась и огляделась:
     — Вообще-то, у меня тут был… О, вот. — Она схватила недопитый стакан с соком со соседнего столика и быстро допила остатки через трубочку, после чего позвенела оставшимся льдом. От этого звука у Бека зубы заныли от холода. — Я бы не отказалась от ещё одного.
     Бек ожидал, что Сиерра снова растворится в толпе, и удивился, когда она пошла за ними в очередь. Её спина была натянута как струна, а взгляд постоянно сканировал зал, оценивая съёмочную группу, персональный состав и других участников.
     Бек проследил за её взглядом. Вся команда «Ужас» толпилась у бара, позируя для фото с Фитци и Луисом, пока Вера сзади гавкала на Джариуса, чтобы тот прекратил делать непристойные жесты каждый раз, когда попадает в кадр.
     Высокий класс.
     Через пару секунд появился Ади с шипучим желтоватым напитком в руке и так естественнее проскользнул в их группу, будто стоял тут с самого начала.
     — Что ты пьёшь? — спросил Бек. — Ты же знаешь, если нас поймают с алкоголем…
     — Расслабься, это «Mountain Dew». Слушайте. Нам нужно поговорить о периодической таблице из отборочного раунда.
     Сиерра закатила глаза:
     — Забудь, Ади. Там не было анагр…
     — Алисия Ангелос.
     Это имя пронеслось разрядом тока по позвоночнику Бека.
     Сиерра резко вдохнула:
     — Что?
     — Это была анаграмма, и она складывалась в имя твоей сестры. — Ади изогнул бровь: — Есть мысли, почему?
     На миг в непроницаемом выражении лица Сиерры появилась трещина. Намёк на уязвимость. Но едва Бек успел это заметить, как она снова закрылась, став ещё более колючей, чем обычно:
     — С какого чёрта я должна хоть что-то об этом знать?
     — Я подумал, может, ты попросила кого-то вставить это в эпизод.
     — Кого, например? Гейм-мастера? — Сиерра саркастично хмыкнула. — Свежие новости: в прошлом сезоне меня никто не любил, а в этом — реально ненавидят. Если ты прав, гарантирую, это была чья-то больная шутка, чтобы выбить меня из колеи во время раунда.
     — А может и нет, — задумчиво протянул Бек, пока Картер заказывала очередной раунд напитков. — Может, это задумывалось как память? Дань уважения ей как участнице, а не просто… — он резко осекся, но сглотнул и договорил: — …жертве.
     Глаза Сиерры вспыхнули:
     — Никому здесь нет дела до моей сестры и её памяти.
     — Ладно, хорошо, — сбавил тон Ади. — Но эту головоломку было не так-то просто провернуть: цифры, цвета, элементы… Слишком много работы ради того, чтобы просто подгадить одной участнице.
     Сиерра фыркнула:
     — Всё, чего эти люди хотят, — это подгадить нам.
     — Ты цинично рассуждаешь, — проговорила Картер, случайно задев Илайджу, когда тянулась через него за своим соком. — Ой. Извини.
     Сиерра одарила испепеляющим взглядом затылок Илайджи, а затем — Картер:
     — Через четыре недели ты станешь точно такой же. Если мы протянем так долго.
     Картер открыла рот, чтобы парировать, но её взгляд соскользнул куда-то за спины Ади и Сиерры.
     Бек проследил за её взглядом.
     Фитци и Гейм-мастер разговаривали с Дельфи и Габриэлой. В руке у Габриэлы был бокал для мартини — безалкогольный? Она попыталась предложить Фитци сделать глоток, но Луис вместо этого перехватил бокал сам. Выглядело так, будто он читает нотации Фитци, хотя тот принимал всё как ни в чём не бывало.
     — Я устала, — громко и невпопад заявила Картер. Она залпом допила свой напиток и оставила стакан на ближайшем столе. — Когда мы сможем уехать?
     — Согласна, — поддержала Сиерра. — Мы своё отбыли. Погнали отсюда.
     — Может, стоит предупредить кого-то, что мы уходим? — спросил Бек.
     Сиерра отмахнулась от вопроса:
     — Они нам не родители.
     — Ну да, — сказала Картер, делая шаг к двери. — К тому же, мы ответственные подростки, и… — Она качнулась в сторону и плечом врезалась в грудь Ади.
     Ади придержал её:
     — Ты в порядке?
     — Ага! Всё отлично! — Картер на секунду отстранилась, но тут же снова вцепилась в его руку для поддержки. — Почему комната кружится?
     Бек переглянулся с остальными, а затем посмотрел на брошенный стакан Картер:
     — Сколько ты таких выпила?
     Картер нахмурилась, сбитая с толку, и принялась загибать пальцы:
     — Три? Кажется? Но это же просто ананасовый сок… — Её слова начали заплетаться. На лбу выступила испарина.
     Ади поднял её пустой стакан и понюхал:
     — Похоже, она прихватила чужой напиток. Ты что-нибудь ела сегодня?
     — Не особо. Я почти не ем, когда нервничаю… а я нервничаю весь день. Вообще, если хотите знать, я по жизни просто один большой клубок нервов. Лучше усвойте это прямо сейчас. — Она хихикнула.
     — Неужели алкоголь мог так быстро подействовать? — усомнился Бек.
     — Если он достаточно крепкий, — сказала Сиерра, — а у неё в желудке пусто… и я могу спорить, у тебя нет никакой толерантности?
     Картер захихикала:
     — Я пила шампанское на свадьбе, когда мне было одиннадцать. Тссс. Никому не говорите.
     — Нам нужно увести её отсюда.
     — Да, пожалуйста, — пробормотала Картер с плаксивыми интонациями. — Я что, пьяная? Вот так ощущается опьянение? О боже, Раниэль Рассел меня убьёт.
     Ади взял Картер под локоть, чтобы вести её сквозь толпу. Сиерра шла впереди, расчищая путь.
     На полпути к выходу им преградили дорогу широкие плечи, квадратная челюсть и злая ухмылка. Джариус.
     — Ого, — протянул он, смерив взглядом Картер. — А что тут происходит? Мне кажется, или Картер-Взломщица поддатая?
     Картер свирепо уставилась на него:
     — Для тебя я Картер-Убейся-Ап-Стену, приятель. Можешь пойти и поцеловать меня в…
     — Так, всё! — крикнул Ади, пытаясь протолкнуть её мимо Джариуса. — Повеселились и хватит. Идём дальше, Картер.
     Джариус засмеялся и не сдвинулся с места:
     — Красота. Готов поспорить, «Hitflix» оценит новость о том, как одна из их несовершеннолетних участниц набралась на вечеринке.
     — Я не набралась! — Картер вырвала руку у Ади и ткнула пальцем прямо в нос Джариусу: — Знаешь что? У меня отлично развит радар на хулиганов, и ты — хулиган! А значит, ты… — Она тяжело сглотнула, подбирая нужные слова, и наконец выдохнула: — …Не. Милый.
     — Оу, — усмехнулся Джариус, — а я-то думал, мы ладим.
     — Так, Картер, пошли, — вмешался Бек, замечая косые взгляды окружающих. Он попытался оттащить её: — Пойдём…
     — Где мой телефон? — засуетилась Картер, пытаясь нащупать его в сумочке. — Мне нужно снять видео. Мир должен знать, что он… что команда «Ужас»…
     Она не договорила. Вместо этого она икнула и зажала рот рукой. В её глазах мелькнула паника.
     — Картер? — позвал Ади.
     — О, Боже… — застонала она.
     А затем нагнулась вперёд и выплеснула яркий жёлтый ананасовый сок прямо на Джариуса.


Глава 15
     
     Сиерра
     
     Сиерра разбила четвёртое яйцо над сковородой и наблюдала, как белок с приятным шкворчанием растекается по поверхности. На соседней сковородке аппетитно трещали и лопались в масле полоски бекона.
     — Что здесь происходит? — пробормотал Бек, вывалившись из своей комнаты с продрать глазами.
     Сиерра ткнула лопаткой в сторону выскочивших из тостера хлебцев:
     — Намажь их маслом.
     Сонный Бек вытащил нож из выдвижного ящика с приборами и достал из холодильника масло, пока Сиерра переворачивала бекон.
     — С чего это ты готовишь завтрак?
     — Потому что время завтрака. Ну, вроде того. — Часы показывали одиннадцать.
     — Через двор есть целая столовая, полная еды.
     — Ты жалуешься? — огрызнулась Сиерра.
     — Нет. Не-а. Определенно нет.
     Сиерра была в скверном настроении и не испытывала ни малейших угрызений совести, срываясь на сокомандниках. Они заполучили лишь одну преимущество-фишку, тогда как команда «Ужас» заграбастала сразу три. Это давало им слишком много бонусов. Вид того, как Картер заблевала Джариуса, мог бы поднять Сиерре настроение, если бы она не была уверена, что с тем напитком прошлым вечером было что-то нечисто. Всё произошло слишком быстро, и Картер была абсолютно в отключке, когда машина привезла их обратно на виллы. Что-то здесь не сходилось.
     Хуже всего было то, что Сиерре так и не выпало возможности осмотреть террасу Илайджи и Лизы. Рядом постоянно кто-то шлялся, а окно Илайджи выходило прямо на патио, так что пробраться туда, пока он спит, не было никакой надежды. Единственный раз, когда ей удалось выскочить туда, пока они с Лизой ужинали, калитка оказалась заперта.
     Ей кровь из носу нужно было попасть на эту террасу.
     — Что происходит? — появился Ади, с только что вымытыми, ещё влажными после душа волосами.
     — Судя по всему, Сиерра готовит нам завтрак, — сказал Бек, наигранно пожав плечами.
     Ади оглядел сцену с не меньшим подозрением:
     — Почему мы не едим в столовой?
     — А что? Капитан не может приготовить завтрак для своей команды?
     Ади театрально прошептал Беку:
     — Она пытается нас отравить?
     Но Бек, уже успевший умять кусок бекона, блаженно застонал:
     — Не знаю, но О-М-Г, почему это так вкусно?
     — Я вымочила его в кленовом сиропе, — мило улыбнулась Сиерра. — Это заглушает вкус мышьяка.
     Бек перестал жевать. Затем пожал плечами и сглотнул:
     — Оно того стоило.
     — А если серьёзно, — сказала она, — я не доверяю исполнительным продюсерам. Они запросто могут подпортить еду. Я уже говорила Беку, перед финалом прошлого сезона кое-кто отравился. Готова заложиться на что угодно, это было сделано специально. Ну знаете. Ради драмы. — Она наигранно пошевелила пальцами в воздухе.
     — Ты звучишь как параноик, — заметил Ади.
     — Мою сестру бросили мёртвой в гробу, а ты думаешь, что я параноик?
     — Справедливо.
     Парни унесли свои тарелки за обеденный стол, а Сиерра направилась по коридору. Она постучала в дверь спальни:
     — Картер?
     Тишина.
     Сиерра толкнула дверь. Картер дышала всю ночь и продолжала делать это сейчас. Сиерра ногой отодвинула мусорное ведро подальше от кровати — она поставила его туда на случай, если Картер снова тошнить начнет.
     Осипший голос из-под одеяла прохрипел:
     — Мне так плохо…
     — Не удивлена.
     — Что произошло?
     Сиерра сдёрнула одеяло.
     — Мы уехали с вечеринки на машине. Надеюсь, до того, как кто-то из исполнительных продюсеров пронюхал об инциденте.
     Картер закинула руку на глаза. Её волосы начинали пушиться из-под сеточки, которую Сиерра неуклюже нацепила на неё прошлой ночью.
     — Каком инциденте?
     — Тебя вырвало на Джариуса.
     — Я… что? — Картер отдёрнула руку. Её глаза были широкими и слегка покрасневшими.
     — Ты же помнишь, как Фитци покупал тебе напиток? — мрачно спросила Сиерра.
     — Да, но… потом почти ничего. И это был не алкоголь! — Картер скатилась с кровати, слегка пошатываясь, и сдёрнула сеточку. — Клянусь.
     — Идём. — Сиерра вывела её из комнаты к обеденному столу, где Бек и Ади уже уминали яичницу. — Садись. Ешь.
     — Намольно вкумно, — промычал Бек с набитыми щеками.
     Картер неуверенно опустилась на стул. Сиерра поставила перед ней тарелку и чашку кофе.
     — Я не понимаю, — пробормотала Картер.
     — Фитци подсыпал что-то в твой напиток.
     Ади и Бек замерли с поднятыми вилками.
     — Это же очевидно, — сказала она, наливая себе остатки кофе. — Он принёс тебе стакан и бросил туда таблетку.
     — В комнате, полной людей? — усомнился Ади. — Кто-нибудь да увидел бы.
     — У тебя есть другие идеи, как в её стакане оказалось подмешано зелье?
     — У неё вчера был не один напиток, — напомнил Бек.
     — Всё остальное время она была со мной.
     — Ну да, но…
     — Фитци не стал бы ничего подсыпать в мой сок, — тихо произнесла Картер. — Он не такой.
     Сиерра фыркнула, прислонившись к кухонной стойке и потягивая кофе.
     Картер нахмурилась:
     — Почему ты так настроена против него?
     — Кто-то из присутствующих здесь убил Алисию.
     — Ага, ты! — выкрикнула Картер. Но тут же вздрогнула и прижала руку к виску. — По крайней мере, мы так думаем. Мы ведь всё ещё так думаем? — Она посмотрела на Бека и Ади в поисках поддержки. Ади пожал плечами, а Бек уткнулся в тарелку, усердно загребая еду. Картер застонала: — Голова трещит…
     — Ешь, — скомандовала Сиерра.
     В этот момент в входную дверь резко и громко постучали. Сиерра глянула в окно, тихо выругалась про себя и пошла отпирать.
     — Здравствуй, Раниэль.
     Раниэль Рассел в темно-зелёном брючном костюме пронеслась мимо неё, тыча длинным ухоженным ногтем прямо в Картер:
     — Ты.
     Картер сжалась, как кролик перед удавом.
     — Вон, — выплюнула Раниэль. — Собирай вещи. Ты вылетаешь.
     — Погодите… — начал Ади, приподнимаясь со стула.
     — Сядь, или вылетишь следом за ней. — Бритвенно-острый взгляд Раниэль вернулся к Картер. — На этом шоу есть правила, и они существуют не просто так. Ты думаешь, если ты грязная малолетняя блогерша, тебе всё сойдёт с рук?
     — Я… я… не… — На глазах Картер выступили слёзы.
     — Заткнись. С тебя хватит. Удали свой аккаунт. Не смей появляться в соцсетях. — Губы Раниэль искривились в жестокой ухмылке. — Впрочем, ты и сама этого захочешь после видео, которые уже слили в сеть.
     Картер всхлипнула от ужаса.
     — Ой, да хорош тешить своё эго, — вмешалась Сиерра, хлопая дверью. — Она не пила алкоголь. Ей подмешали дрянь в напиток. Твой драгоценный ведущий.
     При этих словах выражение лица Раниэль дёрнулось. Это длилось долю секунды, но Сиерра успела подловить этот момент. Неуверенность. И… паника?
     Сиерра добавила с оскалом:
     — Если ты выставишь Картер из игры, гарантирую — наружу выплывет вся подноготная твоего святоши Джеймса Фитцджеральда.
     — Фитци? — Из всего этого Раниэль выбрала именно смех. Её напряжённая поза расслабилась. — Хорошая попытка, Сиерра.
     — Он был тем, кто принёс ей этот сок.
     — Фитци связан куда более строгим контрактом, чем вы, и ему есть что терять. К тому же барменам было приказано следить за всеми в оба глаза. Меньше всего нам нужен очередной скандал в прессе. — Раниэль фыркнула. — Впрочем, проехали.
     — Но кто-то правда подмешал что-то Картер, — вступился Бек. — Мы были с ней, и она точно не пила алкоголь.
     Ярость Раниэль поутихла. Она уставилась на Бека, но уже не с гневом, а скорей с глубоким задумчивым расчётом. Сиерра знала этот взгляд. Раниэль Рассел собиралась обернуть эту ситуацию в свою пользу.
     — Вы хотите сказать, — медленно проговорила Раниэль, — что кто-то из соперников попытался вас саботировать?
     Бек испугался:
     — Я… Нет, я не имел в виду…
     — Жестокая атака на вражескую команду, — практически прошептала Раниэль. — Завистливый соперник, отчаянно жаждущий забрать куш… Настолько отчаянный, что готов отравить любимицу публики Картер-Взломщицу.
     — Любимицу? — перебил Ади. — Секунду назад вы называли её грязной малолетней блогершей.
     — Это шоу-бизнес, — отрегулировала Раниэль без тени раскаяния. — Картер, приведи себя в порядок и сними видео с объяснениями. Нет — лучше оставь всё как есть. Сними прямо сейчас, пока эти большие карие глаза ещё полны слёз. Продай им ощущение того, как тебя предали, и обязательно закончи заявлением, что ты выиграешь этот сезон во что бы то ни стало. Пришли мне на согласование перед публикацией.
     Картер выглядела уничтоженной:
     — Если мои родители узнают, они меня прикончат.
     — Как и наши зрители, — усмехнулась Раниэль. — Чего ты ждёшь? Марш!
     Картер поднялась из-за стола и поплелась в спальню. Удовлетворённая Раниэль повернулась к двери, где всё ещё стояла Сиерра.
     — А ты, — чеканя слова, произнесла она, — не смей привязывать к этому мою съёмочную группу.
     — Я не принимаю от тебя приказов, Раниэль.
     — Принимаешь, если всё ещё хочешь получить призовые деньги. Я могу вышвырнуть тебя с шоу так же быстро, как одобрила твоё возвращение. — Раниэль Рассел подошла вплотную к двери и, наклонившись, прошептала: — И поверь мне, будь моя воля, тебя бы здесь вообще не было.
     — Пожалей себя. Я — лучшее, что могло случиться с вашим шоу в этом сезоне. Посмотришь, как взлетят просмотры, когда в эти выходные выйдет первый эпизод.
     — Ты — ходячая угроза и головная боль. Но на «Hitflix» посчитали, что из тебя выйдет отличное шоу. «Сестроубийца вернулась за искуплением… или за местью?» — Она закатила глаза, будто подобный кликбейт был ниже её достоинства, хотя Сиерра прекрасно знала, что Раниэль живёт ради такой дешёвой драмы. — Но я тебя предупреждаю, Сиерра. Хочешь дойти до финала? Тогда играй по правилам.


Глава 16
     
     Ади
     
     Ади беспомощно возился с кодовым замком. Символы не имели никакого смысла. Это были не цифры и не буквы — просто какие-то каракули. Как он должен был выбраться из комнаты, если даже не мог их прочесть?
     — Давай же! — кричал слева от него Бек. — Разгадай, Ади!
     — Чего ты так долго? — огрызнулась Сиерра. — Без тебя мы бы справились быстрее!
     Картер, одетая в короткое платье и сапоги до колен, сняла очки и разразилась рыданиями.
     — Было бы неплохо, если бы вы помогли, — процедил он сквозь зубы. Он крутанул кодовый замок, но обнаружил, что дверь превратилась в гроб. Крышка откинулась, и внутри лежала девушка с золотистыми кудрявыми волосами и темными корнями, её глаза были молочно-белыми, а из носа струилась тонкая струйка крови…
     ПИП-ПИП-ПИП.
     Завспыхивали красные огни. Время истекло, он не смог выбраться…
     ПИП-ПИП-ПИП.
     Ади резко распахнул глаза. Он был не в квест-комнате. Он был на вилле.
     Бек сел на кровати напротив Ади.
     — О, Боже. Пепел, — пробормотал он. — Какая гадость.
     — Пепел? — переспросил Ади.
     — Неважно. Который час?
     Экран телефона Ади показывал четыре утра.
     — Чёрт. — Он снова повалился на матрас. Понедельник. Первый эпизод вышел прошлым вечером, и они просидели допоздна, обсуждая, какими их выставили монтажёры. В финальном монтаже гиперболизировали определенные черты их характеров. Без сюрпризов, Сиерру представили как беспощадного антагониста, а жизнерадостный энтузиазм Бека служил для неё контрастным фоном. Картер, которую рекламировали как гения в разгадывании головоломок, выглядела довольно блекло. Возможно, это помогало лучше продать её образ «жертвы».
     Но больше всего его озадачило то, как изобразили его самого. Вопреки его страхам, из него не сделали неуклюжего дурачка. Вместо этого кто-то из верхушки решил полностью вырезать сцену, где он пытался составить анаграмму. То, как операторы крупным планом крупным планом захватывали его улыбку и накладывали его закадровые комментарии на ключевые моменты прохождения, наталкивало Ади на мысль, что из него делают одного из главных игроков этого сезона.
     Облегчение от того, что его показали в хорошем свете, не спасло его мозг от кошмара, порождённого дикой тревогой, но всё же приятно было знать, что продюсеры не настроены против него. Ему нужно было, чтобы отец увидел его с лучшей стороны.
     Снаружи, перебивая непрекращающийся писк, слышалось, как открываются двери соседних вилл и участники перекликаются друг с другом.
     — Надо вставать, — сказал Бек, но ни один из них не шелохнулся, пока Картер не забарабанила в их дверь.
     Ади застонал и заставил себя сползти с кровати.
     — Это, скорее всего, просто розыгрыш, — сказал он, выходя в коридор и наблюдая, как Картер заворачивается в кардиган и натягивает шлёпанцы.
     — Может быть, — ответила она. — Но мы всё равно должны покинуть здание.
     — Кто это сказал?
     — Все. В этом и заключается весь смысл пожарной тревоги.
     Угх. Правильные детки. Она и Бек вышли наружу. Он вздохнул и поплёлся следом.
     — А где Сиерра?
     — Она отказалась выходить, — сказала Картер. — Тоже считает, что это розыгрыш. Или продюсеры опять над нами издеваются.
     Качнув головой, Ади развернулся:
     — Я возвращаюсь в кровать.
     Картер схватила его за руку:
     — Раниэль Рассел уже дважды наорала на меня. Я не соберусь давать ей новые поводы злиться на нас.
     Он закатил глаза, но спорить не стал.
     Илайджа и Лиза проводили перекличку, пока толпа собиралась у бассейна. Все участники были в пижамах и халатах, за исключением Джариуса, который гордо прохаживался в клетчатых боксерах, сжимая в одной руке пустую банку из-под энергетика.
     Возможно, пожарную тревогу устроили вовсе не продюсеры, а этот придурок.
     Не успел Ади об этом подумать, как этот самый придурок направился в их сторону.
     — Йоу, Картер Келли.
     Увидев его, Картер зажмурилась и закрыла лицо руками:
     — О, Боже, Джариус, надень хоть что-нибудь!
     — Не могу, — сказал он, тыча большим пальцем в сторону своей виллы. — Нам пока нельзя возвращаться.
     Ади схватил полотенце с шезлонга и бросил ему. Джариус поймал его с смешком:
     — Спасибо, чувак. Может пригодиться, если я решу искупаться. — Он подошёл ближе к Картер. — Видел твоё видео. Отличная сказочка про то, как ты перепутала стаканы перед тем, как… — Он изобразил рвотный позыв, из-за чего Анри из команды «Взлом Разума» брезгливо отшатнулся. Когда он ухмыльнулся Картер, в его голосе появились нотки, от которых у Ади всё внутри закипело: — Но я всё ещё жду личных извинений.
     Ади ожидал, что Картер начнёт заикаться и мямлить оправдания. Вместо этого она опустила руки и повернулась к Джариусу с расправленными плечами.
     — Ты прав, — чеканя слова, произнесла она. — Мне действительно очень жаль, что я заблевала твою красивую одежду, Джариус. — Поворачиваясь, она тише пробормотала себе под нос: — В следующий раз я буду целиться прямо в лицо.
     Ади расхохотался. Похоже, у Картер всё-таки были зубки. Джариус только хотел переспросить, что она сказала, как появился Илайджа с планшетом в руках:
     — Где Сиерра? Она единственная, кого я не вижу.
     Бек сказал:
     — Её здесь нет. Она иногда уходит на ранние прогулки.
     — Её уже не было, когда сработала тревога, — добавила Картер.
     — Сейчас едва исполнилось четыре утра, — заметил Илайджа, — а у вас сегодня съёмки раунда.
     Бек пожал плечами.
     Илайджа выгладел так, словно хотел поспорить, но лишь сделал пометку в планшете и ушёл, когда вспышки мигалок ознаменовали прибытие пожарных.
     Прошло немало времени, прежде чем им разрешили вернуться в корпус, и день после этого лучше не стал. Что-то случилось с водопроводом, а это означало, что никто не мог принять душ, а единственным источником кофе были приторно-сладкие «латте» из торговых автоматов. Без воды для мытья посуды в столовой просто выставили протеиновые батончики с упакованной выпечкой и посчитали, что этого достаточно. Всё было бы ничего, если бы Сиерра смогла им приготовить, но времени не оставалось.
     Кондиционер в их микроавтобусе сломался, а день уже выдался жарким. Когда водитель объявил, что произошла задержка и им придётся объезжать лишний час, Ади окончательно перестал сомневаться в словах Сиерры.
     Раниэль Рассел издевалась над ними.
     На втором часу пребывания в душном автобусе Сиерра незаметно передала каждому из сокомандников по бутылке воды.
     Бек открутил крышку своей:
     — Кажется, я немного в тебя влюблён, — прошептал он.
     — Мерзость, — пробормотала Сиерра.
     Наконец они прибыли в студию и пройти в прохладную гримёрку, но их облегчение длилось недолго.
     — Сегодня произошла накладка с кейтерингом, — объявил один из стажёров. — Ваш обед не привезли.
     Джариус желчно ухмыльнулся:
     — Этим шоу управляют любители?
     Стажёр лишь пожал плечами:
     — «Хельсинг», вы первые. Сдавайте телефоны и сумки, затем живо на костюм и грим. «Иллюминаты», вы следующие, так что будьте готовы к вызову. Мы и так потеряли кучу времени.
     — И вовсе не по нашей вине, — проворчал Ади, следуя за стажёром по коридору.
     Этот день давно пора было выкинуть в мусорное ведро, а они ведь даже ещё не зашли в квест-комнату.
     — Это что, комната в пиратском стиле? — спросил Бек в ту же секунду, как режиссёр скомандовал «Камера, мотор!». — Потому что я обожаю пиратов!
     Предположение было логичным — на всех них были одинаковые изумрудно-зелёные блузы с рукавами-фонариками, — но Ади хотелось, чтобы Бек поубавил свой пыл. Ну не может человек быть настолько счастливым всё время.
     Фитци от удивления приоткрыл рот, не привыкнув к тому, что участники начинают говорить раньше него.
     Однако Луис Август Рассел лишь ухмыльнулся и приложил палец к губам:
     — Всё скоро прояснится.
     Фитци перевёл взгляд с Бека на Сиерру, затем на Ади и, наконец, на Картер. В его словах слышался двойной подтекст, когда он спросил:
     — Все себя хорошо чувствуют?
     Ади нахмурился, пытаясь понять, спрашивал ли тот Картер из искреннего сочувствия, или за этим кроется что-то ещё. Неужели он действительно пытался подсыпать ей что-то на вечеринке на прошлой неделе? И если да, то зачем? Раниэль Рассел намекала на возможный саботаж, но Фитци-то не должно быть дела до того, какие команды справляются хорошо, а какие нет.
     Верно?
     — У нас всё отлично, — сказала Картер — откровенная ложь.
     Ади изогнул бровь у неё за спиной. Было невозможно не слышать отрывки её часовых телефонных разговоров с родителями каждый вечер, в том числе и тот, где она пыталась объяснить, что произошло на вечеринке. Возможно, ему было бы жаль её чуть сильнее, если бы он сам не испытывал лёгкую зависть к тому, что у неё есть родители, которым не всё равно. Симфония посчитала бы жутко смешным, если бы Ади напился и заблевал соперников. Он прям слышал её голос: «Добро пожаловать в шоу-бизнес, милый!»
     — А ты что скажешь, капитан? — обратился Фитци к Сиерре. — Вы готовы?
     Сиерра смерила его холодным взглядом:
     — Да, Фитци. Мы готовы. Разгромить соперников.
     — Ха! Разгромить! В оригинале — «slay», то есть «заколоть»! Как и ваш тёзка Ван Хельсинг, да? — Он подмигнул. — Я готовился!
     Картер засмеялась, и улыбка Фитци на мгновение стала шире, прежде чем он повернулся к Луису:
     — Гейм-мастер, не соизволишь ли ты раскрыть, что ждёт нашу команду в первом раунде на выбывание?
     — С удовольствием. — Голос Луиса драматично понизился. — Четверо из вас были приглашены погадать у великой мадам Клары Войянс. Но когда вы приходите, вы обнаруживаете, что на гадалку пало проклятие!
     — Как небудетственно, — вставил Фитци. — Гадалка? Будущее? Понимаете?
     Ади ужасно захотелось дать ему подзатыльник.
     Луис продолжил, словно его и не прерывали:
     — Её дух запечатан внутри хрустального шара. Вы должны разгадать тайны шатра гадалки, чтобы освободить её… и самих себя.
     Фитци издал жутковатый звук: «У-у-у!».
     — После такого будоражащего вступления, Гейм-мастер, есть ли у тебя мудрый совет для нашей отважной команды?
     — Разумеется. Чтобы управлять своей судьбой… позвольте интуиции вести вас.
     Им раздали повязки на глаза, но прежде чем их успели увести со сцены, по съёмочной площадке пронёсся громкий зуммер.
     — Ой-ой, — поморщился Фитци. — Я совсем забыл упомянуть про пакость-фишку.
     — Ты шутишь, — произнесла Сиерра.
     — Команда «Ужас» решила направить свою самую первую пакость сезона именно на вас. Поскольку они быстрее всех разгадали номера элементов в прошлом раунде, им разрешено назначить соперникам штраф за ошибку. Предупреждаю заранее: Гейм-мастер заготовил одно крайне неприятное наказание, если вы ошибетесь в одной конкретной части комнаты. Желаю удачи!
     — Замечательно, — пробормотал Ади, надевая повязку на глаза.
     Пока их вели к квест-комнате, он попытался выбросить из головы паршивое утро и настроиться на решение головоломок. Это было непросто. Он был голоден. Хотел пить. И жутко устал.
     За ними захлопнулась дверь. Ади уловил запахи древесного благовония, свежеспиленного и покрытого морилкой дерева, а также стойкий аромат краски.
     Голос Фитци раздался в наушнике:
     — Команда «Хельсинг», вы можете снять повязки и начать через три… два… один… Погнали!


ЧАСТЬ 3
     ВЫЖИВАЛИТИ: СЕЗОН ПЯТЫЙ
     Раунд первый: Удача любит смелых
     ОСТАЛОСЬ ПЯТЬ КОМАНД
     
     
     
Глава 17
     
     Ади
     
     Комната была примерно размером с его спальню и оформлена в винтажном стиле: темно-бордовые обои, драпировки глубоких ювелирных оттенков, перехваченные золотыми кистями, и пестрые ковры под ногами. Они вошли через тяжелую деревянную дверь, которая теперь была наглухо заперта; её поверхность украшала искусная резьба с изображением старика в длинном балахоне, с посохом и фонарем в руках. Прямо под фонарем темнела внушительная замочная скважина.
     Ади подошел к столу и слегка постучал пальцем по хрустальному шару, который на ощупь оказался обычным пластиком. В ту же секунду туман внутри шара рассеялся, и возникла проекция клишированной гадалки, в огромных серьгах-кольцах и с шалью на плечах.
     — Приветствую вас, — произнесла она драматичным голосом. — Если вы жаждете свободы, выберите три карты, чтобы узнать свою судьбу. Я заперта глубоко внутри, так позвольте интуиции вести вас…
     Позвольте интуиции вести вас. Та самая подсказка, которую дал Гейм-мастер.
     Но Ади ощутил скорее раздражение, чем азарт:
     — Цыганские стереотипы. Классический Голливуд.
     Картер хихикнула.
     Ади взглянул на неё, и его губы дернулись в полуулыбке.
     — Здесь есть углубления для трех карт, — сказал он, проведя пальцем по прямоугольным контурам на скатерти.
     — Таро, — пояснил Бек, указывая на дверь. — Эта резьба похожа на Отшельника из классической колоды Райдера — Уэйта. Карта символизирует период уединения и поиск пути с помощью собственной внутренней мудрости.
     Все уставились на него.
     Он пожал плечами:
     — У меня был такой период в жизни.
     — Так, ладно, — перебила Сиерра. — Хватит болтать. Ищем эти карты.
     Они рассредоточились по комнате, выкрикивая свои находки.
     Над дверью висели красные цифровые часы — официальный таймер комнаты. Они пробыли здесь всего сорок две секунды, но казалось, что время летит слишком быстро.
     Прямо над центром стола висел неподсвеченный фонарь — точно такой же, как в руках у Отшельника на двери.
     По всей комнате были размещены двенадцать небольших картин с изображениями знаков западного зодиака — Овен, Скорпион, Близнецы…
     Сундук в углу был заперт на кодовый замок из четырех букв.
     На туалетном столике вверху виднелись три крошечные дырочки, а рядом с каждой вырезан символ: роза, яблоко и перо.
     Бек и Картер начали обшаривать выдвижные ящики столика. Один был заперт, но в остальных они нашли брошюру о картах Таро и их значениях, диаграмму цвета чакр и карту созвездий.
     Ади погрузился в брошюру Таро в поисках зацепок, пока Картер сравнивала карту звездного неба с картинами зодиака.
     — Подождите, — сказала она, остановившись перед Близнецами. — В этих картинах спрятаны буквы.
     И правда, как только Ади присмотрелся, буквы стали очевидными. Буква E в клешнях Рака. T в луке и стреле Стрельца.
     — Ади, сможешь составить из них слово? — спросила Сиерра.
     — Не нужно. Они уже идут по порядку, начиная отсюда. — Он указал на F в чешуе одной из Рыб. — Тут написано: FIND THE TRUTH — Найди правду.
     — Очень «полезно», — пробормотал Бек.
     Ади осмотрел фонарь над столом. Внутри было место для свечи, но сама свеча отсутствовала.
     Присев, он приподнял край скатерти и заметил деревянную коробку:
     — Нашел кое-что. — Он вытащил её на свет. Коробка была разделена на девять равных ячеек, в каждой из которых лежала небольшая белая свеча. — Свечи пронумерованы. От одного до девяти.
     — Поставь одну в фонарь и посмотрим, что будет, — предложила Сиерра.
     Ади вставил первую свечу в фонарь. В тот же миг комната погрузилась в полную темноту. Картер ойкнула. Хрустальный шар снова засиял — на этот раз зеленым светом, и перед ними снова появилась та же гадалка. Но теперь она выглядела взбешенной.
     — Вы утверждаете, что ищете правду, но лишь тратите мое время! — крикнула она. — За вашу ошибку я добавлю одну минуту к вашему таймеру!
     — Что?! Нет! — крикнула Картер, когда раздался зловещий гул колокола, и красные цифры над дверью прибавили целую минуту.
     — Пакость-штраф, — с стоном произнес Бек.
     Свет снова включился.
     — Черт, — ругнулась Сиерра. — Не надо было мне просить тебя делать это.
     — Нет, идея была нормальная, — возразил Ади. — Я думал, наша задача — освободить дух гадалки. При чем тут «поиск правды»?
     — Может, мы должны найти правду о том, кто ее запер? — предположила Картер.
     Внезапно Бек ахнул:
     — Попробуй номер девять. — Но тут же замялся: — Хотя это просто догадка.
     — Почему девять? — спросила Сиерра.
     Он указал на резную дверь:
     — Отшельник — это девятый аркан в Старших Арканах Таро. И фонарь выглядит один в один как у него на резьбе.
     — Подтверждаю, — сказал Ади, сверяя брошюру Таро со страницей Отшельника.
     — Я за то, чтобы попробовать, — сказала Картер, — иначе мы потеряем еще одну минуту, просто гадая на кофейной гуще.
     Ади усмехнулся.
     Сиерра кивнула:
     — Пробуй.
     Достав из коробки девятую свечу, Ади вставил её в фонарь.
     Они снова погрузились во тьму, и Сиерра выругалась так громко, что Ади отчётливо представил, как команда монтажа будет замазывать это на посту.
     Но затем фонарь начал светиться, и на потолке вспыхнуло множество крошечных огоньков, проявивших созвездия, которые до этого были невидны.
     — Да! — воскликнула Картер. — Отличная работа, Бек! Ты настоящий MVP!
     — Смотрите, — сказала Сиерра. — На стенах есть крючки. Давайте развесим картины в соответствии с созвездиями.
     Они бросились собирать картины и вешать их на стены согласно звездной карте. Когда последняя картина оказалась на месте, они отступили назад, ожидая вспышек света или очередного послания… но ничего не произошло.
     — Мы где-то ошиблись? — спросил Бек, заглядывая через плечо Картер на карту созвездий.
     — Буквы теперь складываются в новое словосочетание, — заметил Ади, указывая на картины по очереди. — TENTH. THIRD… F U.
     Картер внезапно прыснула, а затем тут же прикрыла рот ладонью:
     — Подождите, серьезно?
     — Так, стоп, — нахмурилась Сиерра. — Tenth, third? В смысле… третье октября?
     — Возможно… — неуверенно пробормотал Ади.
     — И что нам с этим делать? — спросил Бек.
     — Нет, не думаю, что это дата, — сказала Картер, подходя к сундуку с четырехбуквенным замком. — Ади, какие десятая и третья буквы алфавита?
     — J и C.
     Она крутанула диски замка. J. C. F. U.
     Крышка сундука откинулась с щелчком.
     — Вы смеетесь? — изумился Ади. — Последние две буквы вообще не подходили по шаблону. Это как-то… нечестно.
     — Вообще-то, — голос Сиерры стал чеканящим и острым, — похоже, кто-то пытается передать нам послание.
     Ади удивленно приподнял бровь.
     Сиерра взглянула на часы:
     — Картер, что там у нас?
     — Шкатулка с шестизначным числовым замком, — ответила Картер, доставая предметы из сундука, — куча шарфов, лента с каким-то кодом или текстом и… благовония.
     Ади выхватил ленту у нее из рук, чтобы изучить шифр:
     Oaelnibtskati klciIcectiphc ailedthoileee yvuBihiufltfw teeydanliehii eSstftdderinl aeshiwAndwsal mapenanoBotlb srocdsatuniee lctoAlrbttmjm ohtfrereteeui othfefejhsAsn kheiltsuectte
     — Так… — Он попытался уловить логику.
     — О! — вскрикнула Картер. — На туалетном столике же были те дырочки! Готова поспорить, ароматы палочек соответствуют символам!
     — Отличная догадка, — одобрила Сиерра. — У кого здесь лучшее обоняние?
     — Я беру это на себя, — сказал Бек, унося благовония к столику. — Но вам придется молчать, потому что разговоры сбивают мои обонятельные рецепторы.
     Он начал принюхиваться к палочкам.
     Ади вернулся к расшифровке ленты, но не успел продвинуться, как Бек победно крикнул — что-то вроде: «Это сосновая ветка, а не перо!» — и вставил последнюю палочку. Запертый ящик столика выдвинулся, а часы на стене замерли на отметке 23:09. Они были на финишной прямой.
     — Карты Таро! — завопил Бек, виртуозно тасуя колоду, прежде чем разложить ее на столе.
     — Тут явно какая-то ошибка. Фиолетового шарфа нет! — Сиерра и Картер изучали свиток с чакрами, окруженные разноцветными шарфами. Сиерра выглядела раздраженной.
     — Может, дело не в шарфах? — предположила Картер.
     — Дело точно в шарфах! — огрызнулась Сиерра, отчего Картер отшатнулась.
     — Что происходит? — спросил Ади.
     Сиерра вздохнула:
     — Смотрите, в таблице чакр сказано, что предсказания наиболее точны, когда атмосфера соответствует ауре человека. Красный — страсть, оранжевый — творчество и так далее. А фиолетовый — это интуиция. Гадалка упоминала интуицию, и Луис тоже! Значит, нам нужен фиолетовый цвет, но фиолетового шарфа тут нет!
     — Может, дело вовсе не в шарфах, — повторила Картер. — Может… не знаю… фиолетовое есть на одной из картин или…
     — Нет, дело в шарфах, — настояла Сиерра. — Смотрите! Наверху есть крючки. — Она указала на крючки вокруг фонаря, которые Ади раньше не замечал. — И у каждого шарфа по углам вшиты кольца точно нужного размера, но фиолетового шарфа нет!
     — У вас есть синий и красный, — вставил Бек. — Я один помню цветовой круг? Чему вас вообще учат в обычной школе?
     — В обычной школе? — переспросила Картер. — В отличие от чего? Школы Маппетов?
     — Черт, а ведь он прав! — воскликнула Сиерра. — Не верится, что я это упустила. Я же художник! Что со мной не так?
     — Ты просто голодная, — ответил Бек.
     Сиерра развесила синий и красный шарфы так, чтобы свет от фонаря проходил сквозь ткани, окрашивая комнату в глубокий фиолетовый цвет.
     Как только она закончила, туман в хрустальном шаре снова завихрился, и шар засиял.
     Гадалка появилась снова, но на этот раз выглядела не разгневанной, а задумчивой. Её взгляд был опущен, будто она смотрела на невидимые карты перед собой:
     — Ваша первая карта говорит о грядущих переменах, о быстрой и жестокой трансформации. Ваша вторая карта показывает крах и предательство, вызванные не волей богов, а собственными грехами. Ваша третью карта показывает, что прошлые обиды будут искуплены, и порядок наконец восстановится. — Видео на секунду прервалось и началось сначала. — Ваша первая карта говорит о грядущих переменах…
     — Ади, она описывает карты, которые нам нужны! — выкрикнула Картер. — Проверь брошюру!
     — Я пытаюсь, — сказал Ади, листая страницы. — Но тут сотня карт!
     — Вообще-то семьдесят восемь, — поправил Бек.
     — Ладно, мы поняли! — рявкнул Ади. — Ты разбираешься во всей этой мистике, а мы бесполезны!
     — Ади! — ахнула Картер.
     Он глубоко вздохнул и потер глаза ладонью. Сиерра предупреждала их об этом.
     — Извини. Ладно. Я практически уверен, что последняя карта — это Справедливость. Восстановление порядка и все такое. Но первые две… — Ему стало неловко перед Беком. — Есть идеи?
     — Я думаю, — ответил Бек, прислушиваясь к словам гадалки. — Первая может быть Башней. Или Двойкой Мечей. Подожди — а какая была про «не волю богов»?
     — Не воля богов, — поправил Ади. — Крах и предательство, но не воля богов. Это вторая.
     — Для второй больше всего подходит Двойка или Десятка Мечей, — задумался Бек. — Ладно, пробуем: Смерть, Десятка Мечей, Справедливость.
     Ади выбрал три карты и положил их в углубления на скатерти. Римские цифры в верхней части каждой карты подсветились: XIII — X — XI.
     — Ого, круто, — восхитился Бек. — Как они это сделали? — Он заглянул под стол. — Там наверняка датчик…
     — Тринадцать, десять, одиннадцать! — крикнула Картер. — Шесть цифр!
     Сиерра уже держала шкатулку в руках, быстро набирая комбинацию: 131011…
     Крышка распахнулась, открыв массивный скелетный ключ. Картер зааплодировала, пока Сиерра шагнула к двери, вставила ключ в скважину и повернула его.
     Дверь распахнулась. Раздался знакомый сигнал.
     Они выбрались.
     Погодите-ка.
     Они выбрались?
     Но…
     Они использовали не все подсказки.
     Ади посмотрел на ленту в своей ладони. Длинная строчка букв нерасшифрованного кода.
     Пока голос Фитци раздавался в его наушнике, поздравляя команду «Хельсинг» с победой, Ади нахмурился и убрал ленту в карман.
     
     Интервью: Алисия Ангелос
     ВЫЖИВАЛИТИ: СЕЗОН ЧЕТВЕРТЫЙ
     КОНЕЦ ПЕРВОГО РАУНДА: ВЕСЬ ЭТОТ ДЖАЗ
     
     — Как думаешь, как справилась твоя команда? — спрашивает Фитци.
     Алисия смеётся — громко и искренне:
     — Эта комната была просто потрясающей! Бутылки из-под выпивки, пианино, костюмы! — Она вскакивает с деревянного стула и делает несколько па, отчего бахрома её серебристого платья в стиле флэппер гипнотически покачивается на бёдрах. — Я в полном восторге!
     — Похоже, твоя команда разгадала то, что не удалось другим.
     — Ты имеешь в виду командную работу? — Алисия снова садится. — Можешь не скромничать со мной. Все знают, что команда «Песочные часы» трещит по швам. Видел бы ты, как они ругаются в гримёрке.
     — Как думаешь, почему так?
     — Почему моя команда разносит всех в пух и прах? — Она шутливо отбрасывает волосы назад. — Потому что я потрясающий капитан, очевидно же.
     — А «Песочные часы»? Думаешь, Илайджа справляется?
     Она пожала одним плечом:
     — Он милый парнишка. Но каждый раз, когда я с ним говорю, он начинает путаться в словах и заикаться.
     — Хм, даже не представляю, почему.
     — Это наверняка Сиерра сбивает его с толку. С ней не так-то просто работать в одной команде.
     — Ну да. Похоже на то. — Фитци ухмыляется, потягивая через трубочку холодный лимонад. — Ты правда думаешь, что твоя сестра виновата в их… проблемах?
     — Я всё поняла в ту же секунду, как узнала, что её не выбрали капитаном. Сиерра терпеть не может, когда ей кто-то указывает.
     — Ну, не скажи. У неё есть отличные идеи. Она быстрее всех сообразила, что музыку на пианино нужно сыграть задом наперёд.
     — У неё бывают просветления, — соглашается Алисия. — Но вот подача оставляет желать лучшего.
     — До сих пор не могу поверить, что вы сёстры. Никогда не видел настолько разных людей. Ты — лучик солнца, а она…
     — Грозовая туча, — заканчивает за него Алисия.
     — Вот именно. Так… есть шанс, что ты передумала и поделишься с ней призовыми деньгами, если выиграешь?
     Алисия берет свой безалкогольный розовый джин-физ:
     — Без шансов. Это шоу было моей мечтой. Её это вообще не интересовало, пока она не узнала, что я иду участвовать. Если она думает, что может просто прийти и забрать мой приз, её ждёт суровое разочарование.
     — Ого. Похоже, между вами совсем нет любви?
     Алисия делает глоток:
     — Ужасно досадно, правда?


Глава 18
     
     Картер
     
     Картер с хрустом пожевала чипсы и перетащила очередное видео с телефона в монтажную программу на ноутбуке. Она просматривала отснятый материал уже несколько часов, пытаясь найти идеальный баланс: выдавать эксклюзивный VIP-бэкстейдж, от которого её подписчики были в восторге, и при этом держать всё в секрете, чтобы Раниэль Рассел не наорала на неё.
     Ситуацию осложняло то, что она провела целый час, редактируя контент с собой, только чтобы понять: нет, её реальное лицо не выдерживает конкуренции с её аватаром. Пришлось всё переделывать и снова накладывать фильтр.
     В конце концов, её подписчики жаждали именно этого.
     Телефон звякнул уведомлением с форума «Мастеров ключей». 
     Было уже достаточно поздно, и зарубежная аудитория только начинала просыпаться. Фитци привлекал внимание зрителей из своего родного дома, а также британцев, которые обожали его ещё со времён австралийских мыльных опер. Теперь, когда шоу стало доступно всем на стриминге, «Побег из комнаты» официально завоевал международный успех.
     Участие в проекте явно шло на пользу бренду Картер. Когда она впервые объявила, что будет в шоу, произошёл огромный приток подписчиков, сопровождавшийся морем поддержки от давних фанатов.
     Но после того как в эфир вышел раунд с «Пакостью»… всё стало гораздо скромнее. Некоторые фанаты защищали её, но интернет-тролли твердили, что специалист по головоломкам с самым высоким рейтингом обязана была сработать лучше. Очевидно, «Картер-Профи» — просто пустышка.
     Их слова не давали ей покоя. Она так рвалась на это шоу, так хотела оказаться среди других «Мастеров ключей» — людей, с которыми реально могла найти общий язык. Когда она отправляла заявку, ей и в голову не приходило, что она может не просто остаться в одиночестве… но и потерять ту онлайн-поддержку, которая помогала ей держаться каждый день.
     Что люди скажут, когда выйдет следующий эпизод? Комната гадалки прошла не так ужасно, как химическая лаборатория, но ей хотелось внести больший вклад. Она подводила своих подписчиков. Подводила команду.
     И, возможно, немного подводила саму себя.
     Ещё один дзинь от «Домена».
     Затем ещё один. И ещё. Семь уведомлений подряд.
     Картер наконец отложила сортировку видеофайлов и взяла телефон. Новый эпизод выйдет только в следующее воскресенье, так что радоваться вроде было нечему.
     Она открыла форум и прямо в топе увидела заголовок, которого не было ещё час назад:
     R.I.P. АЛИСИЯ
     Она кликнула по ссылке.
     Кто-то под ником Настоящий Гейм-мастер выложил кучу скриншотов из эпизода с «Пакостью», показывая элементы таблицы Менделеева и, в конечном итоге, анаграмму, которую разгадал Ади. Алисия Ангелос.
     Комментарии взрывались. Сплошные «Какого черта?», теории об пасхалках и слова памяти. Но никто не понимал, зачем Гейм-мастеру спрятал имя Алисии внутри подсказки. Картер уж точно этого не понимала.
     Она кликнула на профиль этого «Настоящего Гейм-мастера», но он был пустым.
     Пока она читала поток новых комментариев, появился ещё один пост — на этот раз фото ленты, покрытой шифром. Картер приблизила изображение. Она могла поклясться, что уже видела…
     Она ахнула.
     Она совершенно точно видела это раньше.
     Выбравшись из кровати, она поспешила в гостиную виллы, где Бек сидел на одном конце дивана с журналом, а Сиерра на другом разгадывала кроссворд.
     — Где Ади? — выдохнула Картер.
     Они оба вздрогнули и уставились на неё.
     — Что произошло? — спросила Сиерра, пока Бек указывал пальцем на их с Ади общую спальню.
     Картер развернулась и застучала в дверь:
     — Ади! Ты спишь?
     Она уже собралась постучать снова, когда дверь открылась.
     — Что такое? — спросил Ади. На нем были только серые фланелевые пижамные штаны.
     Картер завизжала, зажмурившись и закрыв лицо руками:
     — О боже, почему вы, парни, никогда не носите футболки?! Ты не лучше Джариуса!
     — Я вообще-то спать собирался, — ответил Ади, хватая футболку с комода. — И я точно не такой, как Джариус.
     Картер подглянула сквозь пальцы, пока он натягивал футболку через голову, и ей пришлось признать: ну да, окей, он действительно не как Джариус. На самом деле…
     О боже, Картер, нет. Ты здесь, чтобы победить.
     Она отвернулась, заставляя себя думать о чём угодно другом, но почему-то в голову лез Фитци без рубашки, и откуда вообще взялись эти гормоны?!
     — Что ты хотела? — спросил Ади.
     Она глубоко вздохнула:
     — Лента. Из комнаты гадалки. Её выложили на «Домен». Ты так и не расшифровал её?
     Он нахмурился.
     — Лента с шифром? Из той коробки с шарфами.
     Глаза Ади расширились:
     — Я совсем про неё забыл.
     Он исчез в своей комнате и через секунду вернулся с лентой в руке.
     — Погодите, какая ещё лента? — нахмурилась Сиерра.
     Картер показала им пост на «Домене».
     — Это точно она, — подтвердил Ади, присаживаясь на край дивана и раскладывая ленту на кофейном столике.
     Oaelnibtskati klciIcectiphc ailedthoileee yvuBihiufltfw teeydanliehii eSstftdderinl aeshiwAndwsal mapenanoBotlb srocdsatuniee lctoAlrbttmjm ohtfrereteeui othfefejhsAsn kheiltsuectte
     — Ещё одна анаграмма? — спросил Бек. — Хотя для анаграммы это как-то чересчур…
     — Я прогоню её через декодер, — сказала Картер, доставая телефон.
     Ади покрутил головой:
     — Это не анаграмма.
     — Да ладно тебе, — толкнула его Картер. — Тебе всегда кажется, что всё вокруг — анаграммы.
     Он беззлобно сдвинул брови:
     — Но не в этот раз. Я это чувствую.
     — Она же не требовалась для прохождения комнаты, — заметил Бек. — Они что, обычно закидывают туда лишние подсказки? Такие отвлекающие манёвры?
     — Нет, — ответил Ади. — Ты сказала, это выложили на «Домене»? Но эпизод ведь ещё даже не вышел в эфир.
     — Человек, выложивший это фото, разгадал и анаграмму с Алисией Ангелос, — добавила Картер.
     — Это кто-то из съёмочной группы, раз у них есть доступ к ленте, — подытожил Бек.
     — Это должен быть Луис, — уверена произнесла Картер.
     Ади щелкнул пальцами перед носом Бека:
     — Мне нужны ручка и бумага.
     — Я тебе что, прислуга?
     Прежде чем Ади успел ответить, шариковая ручка прилетела ему прямо в лоб. Отскочив, она упала на стол, пока Ади с охканьем прижал руку ко лбу и уставился на Сиерру.
     — Ой, — без тени раскаяния бросила она.
     Картер протянула ему блокнот. Они сгрудились вокруг кофейного столика, плечом к плечу, колено к колену, пока он переписывал первую строчку.
     — Шифр Цезаря с сдвигом на одну букву даёт… P-B-F-M… Не то. На две буквы… Q-C… тоже нет. На три…
     — Может, шифр с ключевым словом? — предположила Картер.
     — Я тоже об этом подумал. — Ади нарисовал вопросительный знак на полях. — Кто-нибудь помнит какое-нибудь ключевое слово из комнаты?
     — Попробуй «Алисия», — предложила Сиерра.
     — Нет, не «Алисия». Две буквы «A» всё сбивают, а шифры с ключевым словом работают лучше, если там есть хотя бы одна буква из конца алфавита.
     — «Ясновидение»? Ну, как Клара Ясновидящая? — выдвинул идею Бек, но и это не сработало.
     Они замолчали, задумавшись. Ади попробовал использовать в качестве ключа слова «Ангелос», «побег», «таро», «отшельник» и «башня», пока наконец не огрызнулся, чтобы все перестали выкрикивать варианты, потому что это только мешает.
     — В комнате должно было быть что-то ещё, — сказал он, нервно постукивая ручкой по колену. — Ключевое слово, которое никто не заметил, или диск для шифрования.
     — Думаю, мы бы заметили диск для шифрования, лежи он на видном месте, — пробормотала Сиерра.
     Ади попробовал «Луис». Снова мимо.
     — Тут восемь заглавных букв, — заметила Картер, проведя пальцем по тексту. — O-I-B-S-A-B-A-A.
     — Точно, — Ади обвёл заглавные буквы.
     — Это анаграмма? — спросил Бек. — Sob… Bib… Abba?
     — Не думаю. Это могут быть имена, инициалы или… — Ади затаил дыхание. — Или… поэзия.
     — Поэзия? — Картер коротко расхохоталась. — Ты что, решил уйти в романтику?
     Ади оторвал взгляд от бумаги и посмотрел на неё:
     — «Она идёт во всей своей красе, как ночь в безоблачных европейских странах; и всё лучшее от тьмы и света слилось в её облике и глазах…»
     Бек тихо присвистнул, а Картер вспыхнула.
     Сиерра закатила глаза:
     — Сколько именно книг ты притащил с собой в эту поездку?
     — У него весь баул ими забит, — с лёгким трепетом отозвался Бек. — Один комплект одежды, несессер и целый баул книг.
     — Как ты до сих пор не воняешь? — прищурилась Сиерра.
     — Я сдаю вещи в прачечную, как и все нормальные люди, — с наигранным оскорблённым видом ответил Ади, но его внимание уже снова захватила лента. — Думаю, перед нами стихотворение… или семь предложений. Может, меньше, учитывая, что «I» может быть местоимением, а некоторые буквы — именами собственными. Что интересно: самая первая буква — заглавная, что намекает на начало. Это может быть… — Он замер. — Вот оно.
     Он перевернул страницу и снова начал писать — переписывая буквы из записки, но не слева направо, а сверху вниз, формируя первый столбик.
     O
     a
     e
     l
     n
     i
     b
     t
     s
     k
     a
     t
     i
     — Что ты делаешь? — спросила Картер.
     — Тут тринадцать строчек, и в каждой ровно по тринадцать букв, — пояснил он, заполнив второй столбик.
     Ok
     al
     ec
     li
     nI
     ic
     be
     tc
     st
     ki
     ap
     th
     ic
     — Слишком уж симметрично, — продолжал он. — А значит, перед нами простой столбцовый транспозиционный шифр.
     — Ну да, конечно, — кивнул Бек. — Я прямо сразу понял, о чём речь.
     Ади проигнорировал его, добавляя третий столбец, затем четвёртый, методично выписывая каждую букву, пока перед ними не оказался цельный блок текста.
     Okayteamslook
     aliveSearchth
     ecluesspotthe
     lieBythecoffi
     nIdidfindArel
     icthatwasleft
     behindAnarres
     tcouldnotbeju
     stifiedButthe
     killerwontesc
     apethistimeAt
     thefinalejust
     icewillbemine
     — «Okay teams look alive…» — вслух прочитала Картер, пока Ади переписывал текст внизу страницы, расставляя пробелы и знаки препинания, раскрывая послание, которое даже в расшифрованном виде казалось излишне загадочным:
     Итак, команды, не спать.
     Ищите улики, ищите ложь.
     Возле гроба я нашёл
     Реликвию, что оставили позади.
     Арест нельзя было оправдать,
     Но на этот раз убийце не уйти.
     В финале справедливость восторжествует.
     Картер взглянула на Сиерру, пытаясь угадать её реакцию, но лицо той оставалось непроницаемым.
     После долгой паузы Сиерра произнесла:
     — Выложи расшифровку на «Домен».
     Картер хлопала глазами:
     — Что?
     — Тот, кто это постил, хотел, чтобы шифр разгадали. И мы его разгадали. Выкладывай сейчас, пока кто-то другой не допёр.
     — Но… зачем?
     Сиерра одарила её раздраженным взглядом:
     — Ты «Картер-Профи» или кто?
     Картер схватила телефон:
     — Да. Хорошо. Ладно.
     Она перепечатала текст в комментарии под фотографией ленты. Закончив, она неуверенно перевела дух, надеясь, что Раниэль Рассел не будет рвать и метать, и нажала «Отправить».
     — Но что всё это значит? — нахмурился Бек. — Какие улики? Какая реликвия?
     — «Возле гроба я нашёл…» — зачитал Ади. — Может, убийца случайно обронил что-то в ту ночь?
     — Ладно, — сказала Картер, — но почему тогда этот так называемый Настоящий Гейм-мастер не пошёл в полицию?
     — Похоже, он пытался, — ответил Бек. — Или, по крайней мере, полиция ему не поверила, либо улик не хватило для ареста. Убийце было бы легко сказать, что он обронил эту вещь накануне.
     — Возможно, Настоящий Гейм-мастер сам среди подозреваемых, — задумчиво произнесла Сиерра. — Может, полиция решила, что эта история — фейк для отвода глаз. Мне они тоже никогда не верили.
     — Луис был среди подозреваемых? — Картер отложила телефон.
     — Все под подозрением, — отрезом ответила Сиерра. — Но эти подсказки подбрасывает не обязательно он.
     — Это должен быть он. У кого ещё есть доступ к комнатам?
     Сиерра пожала плечами:
     — Пронести ленту в комнату не так уж сложно.
     — А как же анаграмма с Алисией? — возразил Ади. — Она была завязана на коде от замка. Загадка внутри загадки. Это абсолютно в стиле Гейм-мастера.
     — Обычный пиар-ход, — безучастно отмахнулась Сиерра. — Продюсеры пытаются поднять рейтинги.
     Бек сдвинул брови:
     — Ты самый циничный человек из всех, кого я встречал.
     — Спасибо, — отозвалась Сиерра.
     Телефон Картер снова звякнул.
     — Они ответили! Настоящий Гейм-мастер, кем бы он ни был.
     Все четверо наклонились к экрану телефона Картер.
     
     ФОРУМ «МАСТЕРА КЛЮЧЕЙ»
     R.I.P. АЛИСИЯ
     Новый пост от @TheRealGameMaster
     
     Отличная работа, @KickItCarter. А теперь готовьтесь к НАСТОЯЩЕЙ головоломке.
     Как и обещал, вот ваши подсказки:
     
     КТО УБИЛ АЛИСИЮ АНГЕЛОС? ХРОНОЛОГИЯ
     
     До 20:00: Местонахождение Алисии не установлено. (Показания участников сходятся на том, что она часто покидала комплекс по неизвестным причинам на протяжении всего сезона).
     Около 21:00: Алисию в последний раз видели в жилом комплексе участников. Свидетели слышали, как она ругалась со своей сестрой Сиеррой Ангелос.
     22:28: Телефон Алисии выключился или разрядился. Последняя отслеживаемая геопозиция: пересечение Риверсайд и Марипоса, примерно в 1 миле к югу от комплекса и в 1,5 милях к юго-востоку от студии. (Телефон ТАК И НЕ НАЙДЕН).
     01:00–02:00: Приблизительное время смерти согласно отчёту коронера; место смерти так и не установлено.
     Около 09:00: Сокомандники Алисии замечают её отсутствие, но МОЛЧАТ.
     12:25: Алисия ОПАЗДЫВАЕТ на съёмки; продюсеры меняют расписание, но НЕ СООБЩАЮТ в полицию.
     13:13: Тело обнаружено в реквизите студии (ни больше ни меньше — в гробу, как удобно) во время съёмок. Надпись на крышке гроба: ПО СЛУГАМ И НАГРАДА.
     
     Другие Важные (???) Детали:
     Синяки указывают на удушение, следы на коже намекают на руки в перчатках поверх рта. Волокна одежды на теле и в лёгких не удалось связать ни с одним из известных подозреваемых.
     Тело было мокрым — полиция считает, что убийца смыл ДНК из шланга. Судя по всему, успешно.
     Веерное отключение электричества в районе означает ОТСУТСТВИЕ записей с камер наблюдения в студии.
     Пододеяльник/покрывало из её комнаты ИСЧЕЗЛО и так и не было найдено.
     
     ТАК КТО ЖЕ ЭТО СДЕЛАЛ?
     Отпечатки пальцев двух декораторов шоу совпали с отпечатками на гробу, но их алиби на вечер подтверждено камерами наблюдения их дома.
     Вот другие подозреваемые, чьи отпечатки были на гробу, и их алиби на момент смерти:
     Сиерра Ангелос (сестра, команда «Песочные часы»): утверждает, что гуляла по городу — НЕ ПОДТВЕРЖДЕНО.
     Мисси Мизуно (команда «Песочные часы»): спала — ТОЖЕ НЕ ПОДТВЕРЖДЕНО, потому что где, черт возьми, была её соседка Сиерра?
     Илайджа Куа (команда «Песочные часы»): спал на вилле (подтверждено Крузом, но он что, всю ночь за ним наблюдал? Вряд ли).
     Круз Фернандес (команда «Песочные часы»): спал на вилле («подтверждено» Илайджей, см. выше).
     Раниэль Рассел (исполнительный продюсер) и Луис Август Рассел (Гейм-мастер): были дома, подтверждают алиби друг друга (но они же женаты, что ещё они скажут?).
     Джеймс «Фитци» Фитцджеральд (ведущий): был дома, вёл прямую трансляцию с ответами на вопросы для австралийских фанатов (по сиднейскому времени: 18:00–20:00).
     Вера Джолли (SMM-менеджер): была дома — точное местонахождение НЕ ПОДТВЕРЖДЕНО, но активно отвечала на комментарии в соцсетях шоу и в чате стрима во время смерти.
     
     Я ЗНАЮ, КТО УБИЛ АЛИСИЮ, И ЕГО ИМЯ ЕСТЬ В ЭТОМ ПОСТЕ.
     У МЕНЯ ЕСТЬ УЛИКИ.
     Но полиция меня не слушает, так что теперь ваша очередь, Специалисты по головоломкам.
     
     ВЫЧИСЛИТЕ, КТО ВРЁТ.
     ВЫЧИСЛИТЕ, КАК ЕМУ УДАЛОСЬ УЙТИ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ.
     Если вы поможете мне восполнить недостающую информацию, я подброшу улику в финальную комнату, которая — если вы внимательно следили — РАСКРОЕТ УБИЙЦУ.
     Обратный отсчёт пошёл, Мастера ключей. Тик-так.


Глава 19
     
     Бек
     
     Несколько раз молча перечитав пост на «Домене», Бек больше не смог сдерживаться.
     — Итак… — начал он, нервно запустив руку в шевелюру. — Сиерра, мы, конечно, очень ценим, что ты не прирезала нас во сне, но, кажется, пришло время обсудить главного слона в комнате. Ты убила свою сестру?
     Сиерра моргнула, словно очнувшись от сна. На долгое мгновение её взгляд зафиксировался на нём. Затем она поднялась с дивана и направилась на кухню:
     — Мне нужно испечь печенье.
     Её движения были роботоподобными: она вытаскивала из шкафчиков миски и противни, затем доставала муку, сахар, соду, апельсины, мерные стаканы и ложки. Она даже не заглядывала в рецепт, высыпая ингредиенты в глубокую миску.
     — Это не ответ, — замешкавшись, пробормотал Бек, глядя на Картер и Ади. — Правда ведь?
     — Вообще не ответ, — подтвердила Картер, снова вчитываясь в пост. — Но это точно не Луис Август Рассел. Он так не выражается.
     — Да, думаю, тут мы согласны: кто бы ни называл себя Настоящим Гейм-мастером, это не наш текущий Гейм-мастер, — сказал Ади. — Мне вот что интересно: откуда у этого человека вся эта информация?
     Сиерра с такой силой грохнула яйцо о край миски, что скорлупа разлетелась вдребезги, запятнав содержимым всю столешницу. Она глухо рыкнула и выбросила остатки в раковину, прежде чем взять второе.
     — Я помню, как полиция публикует отчёты по делу, надеясь, что это привлечёт новые улики, — нахмурилась Картер. — В то время этим был забит весь «Домен». Вся эта информация вполне могла быть оттуда.
     Бек поднялся:
     — Сиерра…
     Сиерра громко выругалась, свирепо уставившись в открытый холодильник:
     — Кто из вас, придурков, допил молоко?
     Бек медленно поднял руку:
     — Виновен.
     — Ты должен был сказать, что оно закончилось! Я ездила за покупками после раунда.
     — Так вот куда ты уходишь, когда покидаешь комплекс? — переспросила Картер. — За продуктами?
     — Ты думаешь, эта еда здесь материализуется из воздуха по ночам?! — рявкнула Сиерра. — А теперь у нас нет молока к печенью. А есть печенье без молока — это преступление, вы в курсе?!
     Она тянулась к миске с тестом, но Бек успел раньше. Она попыталась выхватить её, но Бек не отдал.
     — Дело вот в чём, — спокойно сказал он. — Мне без разницы, убила ты свою сестру или нет. То есть… нет, неправда. Мне совершенно не всё равно, убила ты её или нет. Но насколько я понимаю, это дело между тобой и полицией. А мне нужно знать другое: как мы собираемся остаться в этом проекте?
     Желвак желваком заходил на челюсти Сиерры. На секунду её пальцы впились в его пальцы, сжимая керамическую миску с обеих сторон.
     Наконец она отвела взгляд:
     — Это был рецепт моей мамы. Она умерла, когда мне было десять. Мы с Алисией всегда пекли его, когда скучали по ней сильнее всего.
     Она зацепила ложкой внушительную порцию сырого теста и засунула себе в рот.
     Картер пискнула и прошептала:
     — Там же сырые яйца…
     Если Сиерру это и волновало, она не подала виду.
     Да к чёрту всё.
     Бек взял ложку и тоже зачерпнул тесто.
     Чёрт возьми, а ведь это реально вкусно. Апельсиновая цедра вытаскивала всё на себе.
     — Я не убивала свою сестру, — произнесла Сиерра. — Но кто-то здесь это сделал. И я намерена выяснить, кто именно.
     Бек посмотрел на её ссутуленные плечи. На чёрную подводку, подсохшую и потрескавшуюся в уголках глаз.
     Она могла врать. Но в эту секунду Бек ей поверил. Сиерра Ангелос не убивала свою сестру.
     Но если не она… то кто?
     — Кто-то уже знает ответ, — сказал Ади, кивнув на телефон Картер, где всё ещё светился пост «R.I.P. АЛИСИЯ». — Если мы дойдём до финала, мы тоже сможем это узнать.
     — Только если кто-то вычислит ложь в этих подсказках, — напомнила Картер. — Автор поста сказал, что подбросит улику только в том случае, если мы раскроем загадку. — Она рассеянно потянула себя за кудряшку. — Ложь должна быть грандиозной, раз полиция полностью проигнорировала его заявления. Этот человек явно уверен, что знает имя убийцы.
     — Возможно, в следующих комнатах они подбросят ещё подсказки, — предположил Бек.
     Ади достал ложку из выдвижного ящика и тоже попробовал сырое тесто. Он задумчиво пожевал, а затем одобрительно кивнул:
     — Предлагаю сделку, — обратился он к Сиерре. — Ты расскажешь нам, что у тебя за расклады, а я достану тебе молоко.


Глава 20
     
     Сиерра
     
     Сиерра опасалась, что её сокомандникам не хватит хладнокровия и жестокости, чтобы дойти до финала. Но каким-то образом они продолжали её удивлять. Картер — своими математическими способностями. Бек — эрудицией в самых разных областях. Ади — тем, что распознал столбцовый транспозиционный шифр быстрее любого другого специалиста по головоломкам.
     Теперь Ади стоял на коленях у двери столовой с металлическим пеналом, в котором лежали отмычки. Когда раздался тихий щелчок, Сиерре пришлось признать: она была впечатлена.
     Ади приоткрыл дверь в темноту:
     — Пройдёмте?
     — Ты обязан научить меня этому, — сказал Бек, подсвечивая путь фонариком из приветственного набора.
     — Что это там? — прошептала Картер.
     Сиерра проследила за её взглядом в сторону подъездной дорожки:
     — Что ты увидела?
     — Мне показалось, там что-то… — Картер осеклась, её глаза тревожно амплитудили по теням. Затем она покрутила головой: — Наверное, просто ветер.
     Сиерра не видела ничего, кроме раскачивающихся пальм. Ночь выдалась ветреной, что стало приятным спасением от дневного зноя.
     Они с Картер шагнули внутрь. Ади повёл их за распашную дверь в глубине зала, ведущую прямо на кухню.
     — Мо-о-роженое, — пропел Бек, снимая ключ с крючка и отпирая навесной замок на двери промышленной морозильной камеры.
     — Я думала, мы пришли за молоком, — сказала Картер.
     — Акция «два по цене одного». Надеюсь, у них есть с карамельным топингом. На вкус это как моя любимая песня.
     — Ты постоянно говоришь подобные вещи, — нахмурилась Картер. — Что это вообще значит?
     — Я чувствую вкус звуков, — ответил Бек с таким видом, будто это было самым обычным делом. Чтобы пробраться внутрь, ему пришлось отодвинуть коробки с мясом, сложенные на полу морозильной камеры.
     — Мечта санпина, — с сарказмом протянул Ади, отодвигая носком кроссовка коробку с сырыми курами.
     Закончив, Бек драматично ахнул:
     — Клондайк мороженого! Смотрите — тут есть Ben & Jerry’s Chunky Monkey, и Cherry Garcia, и… матерь божья, это что, Phish Food?!
     — Я в деле, — бросил Ади, влезая внутрь.
     — Извини, — перебила Сиерра. — Ты чувствуешь вкус звуков?
     Бек поднял глаза от двух банок мороженого в руках:
     — Это форма синестезии. Разные звуки вызывают у меня разные вкусовые ощущения, а иногда и текстуры. — Он наставил банку мороженого на Сиерру: — Твой голос по вкусу как синий Kool-Aid и шербет. Именно так я понял, что это ты, ещё в раунде с «Пакостью», до того как мы тебя увидели.
     Все трое в недоумении уставились на него. Наконец Картер прошептала:
     — Это реально круто. Слушай, а клубничное там есть?
     — Может, где-то в глубине? — Бек снова принялся за поиски.
     — Подвинься. — Сиерра аккуратно отпихнула его, чтобы добраться до мятно-шоколадного, которое приметила ранее. Внутри было тесно: стеллажи по обе стороны и Бек в самом конце.
     — О, вот оно! — радостно выкликнул Бек. — Кажется, достаю…
     Сиерра случайно бросила взгляд на дверь. Её сердце чуть не выскочило из груди.
     В дверном проёме стояла фигура в чёрном, лицо которой скрывала балаклава. Сиерра только открыла рот, чтобы закричать, когда незнакомец с силой толкнул Картер в спину.
     Картер налетела на Ади и Сиерру, те по цепной реакции рухнули на Бека, а тот врезался в дальний стеллаж. Дверь морозилки с грохотом захлопнулась, погрузив их в непроглядную тьму.
     Сиерра уставилась на тяжёлую дверь, так и не сумев вытолкнуть воздух из лёгких.
     — Какого чёрта?! — рявкнул Ади, выведя Сиерру из оцепенения.
     Она рванулась к двери, чтобы вытолкнуть её. Дверь не поддавалась.
     — Эй! Эй! Чёрт, похоже, нас заперли снаружи на замок!
     Комнату озарил свет — Бек включил фонарик. Из его рта вырывались клубы пара.
     — Все целы? Картер?
     — Кажется, да, — дрожащим голосом ответила Картер. — Кто меня толкнул?
     — Я не разглядела, — ответила Сиерра. — На нём была балаклава.
     — Что на нём было? — переспросил Ади, пока Бек тяжело сипел.
     — Что такое балаклава? — спросила Картер.
     — Маска, которая закрывает всё лицо, кроме глаз.
     — Я же говорила, что видела кого-то! — прошептала Картер. — В кустах снаружи. Я же говорила!
     — Может, это Джариус решил изобразить из себя придурка? — в голосе Ади звучала неуверенность.
     — Джариус не мог знать, что мы пойдём сюда, — возразила Сиерра.
     — Мы и сами не знали, что пойдём сюда, — подметил Бек.
     — То есть… кто-то просто бродил по комплексу в маске ради развлечения? — прошептала Картер.
     Бек достал телефон:
     — Я звоню Илайдже.
     Гудки шли один за другим.
     — Он спит, — сказала Сиерра.
     — Или выслеживает нас по комплексу в балаклаве, — пробормотал Ади.
     — А это не может быть очередная попытка саботажа? — Картер обняла себя за плечи, пока Бек пытался дозвониться Лизе. — Как с тем человеком, который подсыпал мне что-то в напиток? Вдруг они крутились возле наших вилл, увидели, что мы идём сюда, и решили воспользоваться моментом?
     Бек ахнул:
     — Может, это тот же человек, который подбросил бычье сердце в наш холодильник?!
     У Картер отвисла челюсть, а Ади переспросил:
     — Какое ещё бычье сердце?
     — Ой. Извините. Мы вам не рассказали, потому что Сиерра решила, будто нас пытаются выбить из колеи, — Бек наскоро пересказал историю с сердцем и ножом со жуткой запиской, завершив рассказ нервной дрожью. — Чёрт, ну и дубак тут.
     — Ну да, — отозвался Ади. — Это вообще-то морозильник.
     Но Сиерра видела скрытое за его иронией волнение. Её собственное лицо уже начинало неметь от холода.
     — Наверное, это глупый вопрос, — тихо сказала Картер, — но люди же умирают в морозильниках?
     Никто не ответил.
     Бек откашлялся:
     — Попробую набрать Лизу ещё раз.
     Звонок Лизе тоже остался без ответа.
     — У кого-нибудь есть номер кого-то ещё из участников? — спросил Бек.
     Ни у кого не было.
     — Нам нужен кто-то, кто проснется от звонка, — прорычал Ади.
     — Или кто-то, кто прямо сейчас не спит. — Картер выдохнула облачко пара и вытащила свой телефон, показывая им уведомления о новых публикациях в соцсетях «Побега из комнаты».
     — О, нет, — протянул Ади.
     — О, да. — Картер открыла личные сообщения в Instagram и отправила модератору аккаунта — Вере — короткое сообщение с объяснением ситуации.
     Спустя некоторое время пришёл ответ: Надеюсь, это не шутка.
     Если бы, — написала в ответ Картер.
     Секунды тянулись как минуты, пока Вера наконец не ответила: Ладно, я иду.
     Картер спрятала телефон вместе с замерзшими руками в карманы:
     — Уверена, она прибежит так быстро, как сможет. Правда?
     — Если через двадцать минут её не будет, вызовем пожарных, — ответил Ади.
     — Никто случайно не заметил из поста Настоящего Гейм-мастера, что её фамилия — Джолли? — спросил Бек с синеватой улыбкой на губах.
     Ади фыркнул, выдохнув густой пар:
     — Всегда ценю хорошую дозу иронии. — Он быстро набирал по экрану телефона, время от времени останавливаясь, чтобы растереть занемевшие пальцы. — В интернете пишут, что случайно запереться в промышленном морозильнике невозможно. Внутри должен быть механизм аварийного открытия.
     — Ага, — с сарказмом протянула Сиерра, — за исключением случаев, когда кто-то навешивает замок снаружи.
     — Психопат, — прошептал Бек. Поймав на себе тяжёлый взгляд Сиерры, он спешно добавил: — Я не про тебя. Я про того, кто нас запер. Это уже не безобидная строптивая шутка… если только они не планируют выпустить нас в ближайшее время.
     Сиерра прислушалась, пытаясь уловить хоть какие-то звуки снаружи, но сквозь толстую дверь ничего не было слышно.
     — Кстати, я решил, что ты не психопат, — добавил Бек. — У тебя есть некоторые черты. Мстительность. Ум. Любишь собирать информацию.
     Сиерра приподняла бровь:
     — А это не описание большинства людей на этом шоу? Включая тебя?
     Бек постучал пальцем по виску:
     — Эмпатия. Конфетти.
     — Я уже слышала, — ответила Сиерра.
     — Но ты не похожа на нарцисса, — продолжал Бек. — Ты реагируешь на неприятные ситуации автоматически. Без задержки, которая требуется психопату, чтобы изобразить эмоцию. И ты не выслуживаешься перед начальством.
     — Ты и это заметил, да?
     — Тут реально есть статья на сайте о том, что делать, если ты случайно оказался заперт в морозильной камере, — сказал Ади, всё ещё не отрываясь от телефона. — Тут есть кнопка тревоги?
     — И кто её услышит? — вздохнула Картер.
     — Логично. — Он пробежал глазами текст. — Так, нам грозит гипотермия, обморожение и нехватка кислорода. Мы могли бы сломать вентилятор кондиционера…
     — Вера скоро будет, — сказала Картер, хотя её голос звучал неуверенно.
     — Может, обнимемся для тепла? — предложил Бек.
     — Исключено, — отрезал Ади.
     Бек переступил с ноги на ногу, чтобы согреться:
     — Раниэль будет в бешенстве. У кого-нибудь есть убедительная причина, почему мы торчим в морозилке, помимо взлома с целью кражи мороженого?
     — Забудь об этом. У нас есть кое-что получше для разговора. — Ади посмотрел прямо на Сиерру: — Как насчёт того, чтобы ты рассказала нам, что на самом деле произошло в ночь, когда убили Алисию?


Глава 21
     
     Ади
     
     Ади стоял в стороне от остальных, ожидая ответа. Бек и Картер сжались в кучу, чтобы хоть как-то согреться. Даже Сиерра пододвинулась чуть ближе к ним.
     — Ладно, — выдохнула она. — Хотите знать? В последний раз я говорила с Алисией у бассейна около девяти вечера. Я спросила, куда, черт возьми, она постоянно сбегает. Её почти никогда не было в комплексе. Вечно куда-то пропадала, иногда на несколько часов. В большинство дней она даже не ездила на съёмки на нашем шаттле — просто приезжала позже на Uber. Она никому не говорила, куда направляется и с кем встречается, и я заподозрила, что она жульничает. Я хотела вывести её на чистую воду перед финалом.
     — А при чём тут побеги и жульничество? — перебил Бек.
     — Она была далеко не такой умной, какой её выставляли в шоу. Я подумала, что она с кем-то встречается и этот кто-то сливает ей ответы.
     — Серьёзно? — Картер от удивления аж подалась вперёд.
     — Она была обаятельной, красивой — идеальный контраст для своей «злодейки»-сестры. Помните, когда объявили, что я буду среди её соперников, и она устроила истерику? Она решила, что я пришла украсть её минуту славы. Но правда в том, что я изначально даже не проходила кастинг. Мне предложили участие, чтобы раздуть сестринскую вражду. Продюсерам нужна была она, но они провели разведку. Моей задачей было устраивать драму, а её — завоевывать любовь зрителей.
     — Типичный шоу-бизнес, — пробормотал Ади.
     — Так что я играла роль злодейки, а Алисия — героини. Но в игре она выдавала такие вещи… Математика, шифры, литературные отсылки — да она в жизни не разгадала бы их сама!
     — Неделю назад я бы в это не поверил, — заметил Бек. — Но теперь, когда я знаю, как работает Раниэль Рассел, я вообще не удивлён.
     — Они хотели, чтобы сестры сошлись в финале лицом к лицу, — подытожил Ади.
     — Именно, — кивнула Сиерра. — И было нетрудно понять, за кого болеет публика. А значит, продюсеры тоже хотели её победы.
     — И что произошло, когда ты с ней столкнулась? — спросила Картер.
     — Я попросила выйти поговорить. Можете представить, какая началась буря, когда я обвинила её в читерстве.
     Ади сухо хмыкнул.
     — Но Илайджа услышал нашу ссору, — продолжала Сиерра, — что, естественно, выглядело паршиво для меня, когда всё произошло.
     — И она правда… жульничала? — уточняла Картер.
     — Ни в чём таком она не призналась. Заявила, что я недооцениваю её ум. Но потом она сказанула кое-что ошеломляющее. — Сиерра нахмурилась, глядя, как Картер отчаянно стучит зубами. — Накинь капюшон. Так тепло не будет уходить так быстро.
     Картер послушно натянула капюшон.
     — Что она сказала? — спросил Ади.
     Сиерра плотнее запахнула куртку:
     — Она предложила отдать мне свою долю призовых, если её команда выиграет.
     — Да ладно, — пролепетала Картер. — О-она же во всех интервью твердила, что вы ни за что не поделите деньги.
     — Вот именно. И меня это жутко взбесило. Я была уверена, что это очередная манипуляция, но она стояла на своём. Сказала, что этот приз — мелкая сошка по сравнению с тем, что её ждёт.
     — У Алисии намечались другие деньги? — переспросил Бек. — Ч-ч-чёрт, ну и дубак. Сиерра, иди к нам. Нужна общая масса тепла.
     Ади был уверен, что Сиерра не сдвинется с места, но она неожиданно переступила ногами и присела рядом с Картер и Беком.
     — Ты тоже, — Бек протянул руку к Ади.
     — Ни за что, — отрезал Ади.
     — До шоу Алисия работала в магазине, — сказала Сиерра. — За минималку. Так что деньги точно были не оттуда. Это был кто-то из Голливуда.
     — Парень? — предположил Бек. — Или девушка? Может, тот самый человек, который сливал ответы?
     — Возможно. — Сиерра сделала паузу. — Ладно. Есть кое-что, о чём знает очень узкий круг людей. Но вы должны понять, каково нам было расти.
     Она замолчала.
     Ади уже начал сомневаться, не замерзли ли у неё мозги, когда Бек мягко сжал её плечо:
     — Всё в порядке. Расскажи, когда будешь готова.
     Сиерра судорожно перевела дух:
     — Я говорила, что наши родители умерли. Так вот… наша первая приёмная семья… там было… не безопасно.
     Её ресницы, покрытые инеем, быстро затрепетали.
     Она сделала ещё один вдох и заговорила заметно твёрже:
     — Не буду грузить вас подробностями, но к тому моменту, как опека поняла, что происходит, мы с Алисией были уже полностью сломаны.
     Сырое тесто в желудке Ади неприятно свернулось.
     — Ох, Сиерра… — прошептала Картер.
     — После этого Алисия выживала только одним способом: делала всё, чтобы нравиться людям. Она отдавала любую часть себя, лишь бы её любили, и манипулировала всеми подряд. Моя теория: она крутила роман с кем-то из съёмочной группы, тем самым человеком, который помогал ей жульничать, и тот забил ей голову голливудскими сказками про то, что сделает из неё звезду.
     Картер попыталась обнять Сиерру, но та мягко отстранила её.
     — Ничто из этого не означает, что она заслужила такую смерть, — тихо произнесла Сиерра. — Я всё ещё помню её той маленькой девочкой, которая каждый вечер укладывала спать мягкие игрушки и крепко держала меня за руку, когда соцработники сказали, что мамы и папы больше…
     Фраза растаяла облачком пара. Лицо Сиерры казалось мертвенно-бледным в свете фонарика Бека.
     — Но вы не были близки? — спросил Бек. — Ты и Алисия?
     Сиерра словно очнулась:
     — Мы прошли через слишком многое. Она сбежала, как только ей исполнилось восемнадцать и она вышла из системы опеки, бросив меня с приёмной семьёй номер тринадцать. Они были не самыми плохими, но моё поведение им не нравилось.
     Ади прислонился к стеллажу, но тут же отпрянул — металл обжигал ледяным холодом. Кучка в углу уже не казалась такой уж плохой идеей.
     Сиерра обняла себя за локти:
     — У меня… у меня ничего нет. Я просыпаюсь в своей паршивой съёмной комнате, продаю свои картины, ем, а потом большую часть ночи лежу без сна и думаю, какого чёрта вообще произошло. Узнать, кто убил мою сестру — это единственное, что для меня имеет значение. — Она издала горький смешок. — Мне не следовало уходить из комплекса в ту ночь. Я так на неё злилась. Как только она заикнулась про какие-то другие деньги, я поняла, что она вляпается в неприятности. Из-за этого мы и поссорились. Она отказалась говорить, с кем встречается. Твердила только, что всё наладится.
     — Ты уверена, что подсказки ей давал тайный любовник? — спросил Ади.
     — Я ни в чём не уверена. Но в ту ночь она была такой самоуверенной. Словно у неё был идеальный план. Помню… С ней было то самое покрывало. Ну, из её комнаты, которое так и не нашли. Она накинула его как плащ, словно королева виллы. Словно всё наконец-то шло по её указке. Эх, знать бы, что она скрывала…
     — Ты не видела никого подозрительного возле комплекса? — уточнил Бек.
     — Нет. Мы поссорились, и я ушла. Когда я вернулась в четыре тридцать утра, Илайджа уже плавал в бассейне. Рановато даже для него. Я решила, что это от нервов перед финалом. — Она пожала плечами. — Камер наблюдения тогда не было, так что отследить время её ухода они не смогли. Знают только, что её телефона уже не было на территории вилл, когда сигнал пропал.
     — И камеры в студии ничего не засекли? — спросил Бек.
     — Нет, из-за отключения света. Энергетическая компания тогда проводила веерные отключения неделями, чтобы снизить нагрузку на сеть. Нас здесь это не затронуло, но в районе студии света не было. Ни ламп, ни камер, ни ворот. — Она чеканила факты так сухо, будто это были обычные бытовые детали, а не роковые совпадения, помогшие убийце уйти от ответа. Ади едва мог представить, сколько сил ей потребовалось, чтобы загнать эту боль так глубоко.
     — Вот и всё. Это всё, что я знаю. Я пару часов бродила по улицам, поспала на скамейке в парке и вернулась. Я понятия не имею, куда Алисия пошла в ту ночь, с кем виделась и как оказалась в том гробу. Я даже не знала, что она пропала, пока… пока мы её не нашли.
     Нависла тяжелая тишина, нарушаемая лишь судорожным дыханием и стуком зубов.
     — Т-ты думаешь, это Фитци, — выговорила Картер.
     Сиерра посмотрела на неё:
     — Он самый очевидный кандидат.
     — Молодой, красавчик, флиртует со всеми подряд, — пробормотал Ади.
     — Доступ к продюсерам и агентам, — добавил Бек. — Не говоря уже о Гейм-мастере. Ему явно не составило бы труда узнать детали будущих комнат.
     — В студии постоянно полно народу, — возразила Картер. — Это мог быть кто угодно. Звукооператор, декоратор, костюмер, ассистент.
     — Я знаю, — ответила Сиерра. — Но у этого человека должны были быть деньги. А у Фитци…
     — Он вёл стрим, — напомнила Картер. — Ты же знаешь, каково это, когда тебя обвиняют без доказательств. Ты не м-можешь просто…
     — Я знаю, — снова повторила Сиерра. — Просто… у меня чутье.
     — Ты имеешь в виду то же «чутьё», которое было у миллионов зрителей насчёт тебя?
     Темные губы Сиерры сжались в узкую нить.
     — Пока мы не узнаем наверняка, нам нужно быть осторожными. Нам всем нужно б-быть осторожными.
     — Думаю, нам надо сесть, — сказал Бек.
     — Не садитесь, — возразил Ади. — Пол слишком холодный.
     Но Картер уже опустилась на пол. Бек сел рядом. Ади посмотрел на них, думая о том, насколько теплее рядом с другими людьми.
     — Ты ошибаешься, Сиерра, — тихо проговорил Бек. — Ты сказала, что сломана. Но ты постоянно пытаешься заботиться о нас. Готовишь, защищаешь Картер. После всего, через что ты прошла, после той первой семьи, после потери сестры, после того как весь мир обвинил тебя в её убийстве — ты всё ещё способна заботиться о других. Это не «сломана». Это… это невероятно.
     Казалось, Сиерра не могла произнести ни слова, даже если бы захотела.
     Картер протянула к ней руки:
     — Садись к нам. Втроём теплее.
     Колеблясь, Сиерра опустилась на пол. Бек и Картер обняли её с двух сторон.
     — Ты просто ещё не нашла своих людей, — сказал Бек, положив подбородок ей на плечо. — Но всё в порядке. Мы будем твоими людьми.
     — Д-д-да, — выдавила Картер. — Спускайся к нам, А-ади.
     — Идея с полом — отстой, — буркнул Ади. — Мы точно замерзнем насмерть.
     — Иди сюда и будь человеком Сиерры!
     — Чёрт с вами, — огрызнулся Ади, но, опустившись рядом, с благодарностью ощутил, как в их тесной кучке становится немного теплее.
     Картер сжала его бок:
     — Эй, — прошептала она. — Я ж-же всё видела.
     — Что видела?
     — Тебе никто не звонил и не писал с тех пор, как мы приехали.
     Челюсть Ади сжалась:
     — Это неправда. Мама писала. — Он попытался рассмеяться, но губы слишком занемели. — Чтобы отчитать за то, что её м-машину эвакуировали.
     — Значит, мы будем и т-твоими людьми тоже, — скажала Картер.
     Он скривился, но спорить не стал.
     — Моя с-сестра оставила подсказку, — вдруг произнесла Сиерра. — Она сказала, что если с ней что-то случится, мне нужно искать под террасой её виллы. Тогда я решила, что она драм-квин, но теперь думаю, что она могла оставить записку.
     — С-стоп, — перебил Бек. — Она знала, что что-то произойдёт?
     — Да. По крайней мере, она так говорила за неделю до смерти. А потом что-то изменилось. Думаю, она решила, что держит всё под контролем.
     — Ты рассказала полиции? — спросил Бек. — Они могли бы обыскать…
     — Они обыскивали. Подумали, что я вру, чтобы прикрыть свою шкуру. Если бы я смогла сама взглянуть на террасу, может, нашла бы то, что они пропустили.
     Ади попытался осмыслить это, но заторможенный мозг уже плохо соображал.
     — И что? — спросила Картер. — Ты искала там?
     — Я пы-пыталась. В бывшей вилле Алисии сейчас живут Илайджа и Лиза. Я не могу подойти близко, чтобы они меня не увидели и не услышали.
     — Похоже, тебе нужна команда, — резюмировал Бек.
     — Сколько прошло времени? — прошептала Картер. — Может, Вера не придёт?
     — Давайте звонить в полицию, — предложил Ади, хотя даже эта мысль давалась с трудом.
     Но пока его занемевшие пальцы нащупывали телефон, пространство внезапно озарил яркий свет. Он зажмурился и увидел разгневанную Веру в длинной ночной рубашке с цветочным принтом, которая держала в руке ключ от замка.
     — Меня приглашали в четыре университета Лиги Наций, — заявила она. — Я могла бы сейчас учиться на инженера-механика. Вместо этого я торчу здесь и вожусь с вами. — Она тяжело вздохнула и развернулась: — Ужасно жалею о своём выборе.


Глава 22
     
     Картер
     
     Картер проснулась от письма от Раниэль с разрешением снять эксклюзивный тур по студии. По крайней мере, Раниэль признавала, что Картер обладает определённым влиянием на фанатов. Или, возможно, это была попытка сгладить неприятное впечатление от фиаско с морозильником.
     Неделю назад, когда Картер впервые предложила эту идею, такое разрешение показалось бы ей огромной честью. Но теперь она вовсе не спешила ступать на территорию, где Алисию Ангелос запихнули в реквизитный гроб. Было достаточно ужасно, когда она думала, что убийца — Сиерра, но тогда, по крайней мере, можно было изображать дружелюбие и пытаться держаться с ней в хороших отношениях. Если же Сиерра невиновна, это означало, что убийцей мог быть кто угодно.
     Даже Фитци — главный подозреваемый Сиерры.
     Картер просто не могла этого представить. Он был слишком… Фитци.
     Вчера, пока они приходили в себя после инцидента в морозильнике, она заставила команду посмотреть запись прямой трансляции, которую Фитци вёл в ночь исчезновения Алисии — целые два часа. Она смотрела её и раньше, но тогда не обращала внимания на то, как хорошо он выглядел в этой светло-голубой рубашке, расстёгнутой на пару пуговиц, открывая кулон в виде акульего зуба — стиляга-серфер с небрежно растрёпанными ветром волосами. On терпеливо отвечал на вопросы фанатов на протяжении всего временного окна, когда произошло убийство, и даже с запасом. За всё время он лишь раз встал с дивана, чтобы сделать попкорн в микроволновке на кухне, продолжая читать комментарии и шутить. Его алиби было железным. Даже Сиерра с неохотой это признала.
     Но над шоу работали сотни людей, и у них не было настолько безупречного алиби.
     Мысли Картер кружились по спирали, каждый раз возвращаясь к нападавшему в маске, который запер их в морозильной камере. Ей хотелось верить, что это был просто саботаж — кто-то пытался выбить их из игры.
     Теперь она уже не была так уверена.
     Оказалось, им следовало сразу вызвать экстренные службы. После прихода Веры на место вызвали медиков. Сообщили родителям. Картер потребовалась капельница с подогретым физраствором, чтобы согреть организм. Они реально могли умереть.
     Возможно, в этом и заключалась цель.
     Родители умоляли Картер бросить шоу — предложение, которое вполне могло бы соблазнить её в самый первый день на съёмках. Но теперь она ни за что не уйдёт. Сиерре нужна её помощь. Команде нужна её помощь.
     Вот только их время могло быть ограничено. После тура по студии Картер должна была сразу отправиться на раунд на выбывание. Существовал высокий шанс, что сегодня вечером они упакуют чемоданы и поедут домой. Ну… не совсем домой. Выбывшие команды отправляли в отель до воскресенья — так продюсеры гарантировали отсутствие утечек и спойлеров.
     Когда вдали показалось здание студии, у неё всё сжалось внутри. Картер едва не попросила водителя развернуть машину и везти её обратно на виллу.
     Но нет. Она — «Картер-Взломщица», специалист по головоломкам с самым высоким рейтингом на «Домене». Ей дали эксклюзивный доступ за кулисы — привилегия, которой не удостаивался ни один другой Мастер ключей. Она справится. Она обязана справиться.
     Она вышла из машины, пытаясь убедить себя, что ей ничто не угрожает. В студии полно камер и людей. Здесь она в безопасности.
     Дежурная на ресепшене закончила оформлять её пропуск, когда в холл стремительным шагом вошла Вера. Картер напряглась. Она обещала себе, что при первой же возможности скажет Вере, как сильно они все благодарны ей за спасение.
     Но Вера заговорила первой:
     — Почему они попросили снять это тебя, а не меня?
     — Эм… Я… не знаю. — Картер вжала голову в плечи. — Послушай, я хотела сказать—
     Вера вскинула руку:
     — Мне не интересно слушать, как четверо подростков, считающих себя гениями, умудрились запереть себя в морозилке. Я хочу знать, почему Раниэль считает нормальным поручать тур по студии переоценённому блогеру, когда я предлагала эту идею последние два года!
     Переоценённому?
     Вся благодарность Картер испарилась в то же мгновение.
     — Наверное, она подумала, что я сделаю это хорошо, — прохладно ответила Картер.
     Вера сделала шаг вперёд. Картер невольно отступила, хотя Вера была на пару дюймов ниже её.
     — Не переходи мне дорогу, Картер Келли. Ты понятия не имеешь, на что я способна.
     Мозг Картер лихорадочно искал хоть какой-то ответ, когда в холле раздался голосистый австралийский акцент:
     — Ви, вот ты где! Я искал тебя по всей студии.
     Вера буквально зарычала, разворачиваясь к Фитци:
     — Что?
     — Воу-воу, полегче, — Фитци поднял ладони. — Я только что говорил с Раниэль. Она хочет, чтобы ты сделала серию промо-роликов с обратным отсчётом для комнаты гадалки. Ну, знаешь, эксклюзивный контент: может, свяжись с актрисой, которая играла в хрустальном шаре, и всё такое. И… было кое-что ещё. — On задумался на секунду и щелкнул пальцами. — Точно! Ещё посты в стиле карт Таро, где зрители будут случайно вытягивать предсказания.
     Вера ошеломленно смотрела на него пару секунд, а затем взорвалась:
     — Ты смеёшься?! У меня уже распланированы публикации на всю неделю! У меня нет времени на эту ерунду!
     — Можешь обсудить это с Раниэль, но она ушла на кофе с одним из топ-менеджеров Hitflix, а потом будет по уши занята подготовкой к раунду на выбывание. Так что лучше не откладывать, а?
     Издав горловой рык, Вера развернулась и устремилась прочь.
     — Вау, — выдохнула Картер. — Я и не знала, что у неё настолько напряжённая работа.
     Фитци ухмыльнулся:
     — Да ладно тебе. Я всё это выдумал. Зато она не будет путаться у тебя под ногами, пока ты снимаешь видео. И вообще, ей не стоит так с тобой разговаривать.
     Из груди Картер вырвался нервный смешок:
     — Спасибо.
     — Обращайся. — Он предложил ей руку. — Ну что, начнём?
     Картер перевела взгляд с мятого льна его рукава на ямочки на щеках.
     — Ты… ?
     — С тобой? Конечно. Какой же это тур без профессионального ведущего?
     — Вау. Мои подписчики просто сойдут с ума.
     — Что ж, мой агент вечно твердит, что мне пора развивать соцсети. — Он смущённо пожал плечами. — У него есть куда более знаменитые клиенты, чем я, так что когда он даёт советы, я стараюсь прислушиваться. Готова?
     Картер поймала себя на том, что улыбается. Пять минут назад она не смогла бы ответить ничего позитивного.
     А сейчас?
     — Да. Готова. — Она подняла телефон. Фитци подошёл вплотную. Картер выдала самую яркую из своих улыбок и нажала кнопку записи: — Всем привет, с вами «Картер-Взломщица», и у меня для вас сюрприз! Сегодня я получила эксклюзивный доступ за кулисы шоу «Побег из комнаты», и, как видите, ко мне присоединился очень специальный гость!
     — Хеллоу-хеллоу! — проговорил Фитци. — Добро пожаловать в мой второй дом. Не терпится показать вам, как всё устроено на самом деле. Готова, Картер?
     Внутри у неё всё перевернулось. То, как он произнёс её имя, этот акцент…
     — Веди!
     Благодаря Фитци видео получалось в разы лучше всего, что она могла бы снять в одиночку. Он провёл её по гримёркам, костюмерной и даже заглянул в монтажную, где Картер случайно услышала, как кто-то орал: «Что это за гороскопные письма?! О чём думал Луис?! Мы не можем пустить это в эфир!»
     В павильоне «А» Фитци показал ей химическую лабораторию и рассказал, как они консультаровались с химиками, чтобы создать формулу реагента, светящегося при смешивании четырёх нужных жидкостей.
     В павильоне «Б» Картер смогла в деталях рассмотреть шатёр гадалки. При полном свете софитов декор выглядел куда менее мистически — шторы и скатерть оказались дешёвой тканью, а хрустальный шар — обычным пластиком со встроенным проектором. Удивительно, насколько реалистичным всё казалось во время игры.
     — Как насчёт того, чтобы одним глазком взглянуть на финальную комнату? — Фитци поиграл бровями, когда они вышли через резную дверь Отшельника.
     Пульс Картер участился. Она уставилась через коридор на массивные закрытые двери павильона «Е». Оттуда доносился стук пневмопистолетов и визг дисковых пил. Мысли снова вернулись к посту на «Домене».
     13:13: Тело обнаружено в реквизите студии…
     — Это там её нашли? — прошептала она, на мгновение забыв, что ведёт съёмку.
     Улыбка Фитци сползла, а взгляд метнулся к телефону, который теперь был направлен на какую-то тележку с инструментами. Картер спешно вернула камеру в нужное положение:
     — Извини. Я просто… В последнее время вокруг столько разговоров. На «Домене»…
     — Нет-нет, всё в порядке. Продюсеры делают вид, будто ничего не произошло, но… это было. — В его голосе прорезалась горечь, напомнив Картер, что в тот день на съёмочной площадке была не только Сиерра со своей командой. Фитци тоже видел тело. Это должно быть ужасно.
     — Многие думают, что пост на «Домене» — это фейк, — промурлыкала Картер. — Пиар-ход.
     Фитци поморщился:
     — Раниэль была в бешенстве. Она приказала веб-мастеру удалить его, но каждый раз, когда пост стирают, он появляется снова.
     — Значит, это не пиар?
     — Если и пиар, то меня в это не посвящали. — Между ними повисла тяжёлая пауза.
     Картер виновато посмотрела в экран:
     — Ух, что-то нас занесло в мрачные темы. — Она пожала плечами, пытаясь разрядить обстановку: — В финальную комнату я сегодня заглядывать не буду. Надеюсь, моя команда продержится достаточно долго, чтобы пройти её вместе через пару недель.
     — Продержитесь, — уверенно сказал Фитци. — Я в вас верю.
     Картер хотелось бы обладать такой же уверенностью. До раунда на выбывание оставались считанные часы, и страх перед вылетом начинал снова подтачивать её изнутри.
     — Спорим, ты говоришь это всем участникам?
     — Нет, — ответил Фитци. — Определённо, нет.
     Их взгляды пересеклись, и сердце Картер снова ёкнуло.
     — Слушай, а можно вопрос? — спросил Фитци. — Что тебе больше всего нравится в участии в шоу?
     Ей потребовалась секунда, чтобы осознать вопрос. Ещё недавно она бы ответила, что больше всего любит ловить ритм комнаты, полностью погружаясь в решение задач. Но сейчас?
     — Люди, — искренне сказала она. — Это так здорово — быть среди тех, кто фанатеет от квестов так же, как и я. Мне кажется, я реально сошлась со своей командой.
     Фитци издал звук громкого имитатора зуммера, отчего она даже подпрыгнула.
     — Неверно! — заявил он. — Правильный ответ — я! Я твоя любимая часть шоу! — Он изобразил, как вонзает нож себе в сердце: — Ты разбиваешь мне сердце, Картер Келли.
     Картер рассмеялась, чувствуя невероятный прилив энергии:
     — Ты на почётном втором месте!
     — Оу-у. Ну, придётся довольствоваться этим. А что нравится меньше всего?
     Давление. Сомнения. Постоянная тревога о том, оправдывает ли она чужие ожидания.
     Но «Картер-Взломщица» никогда бы в этом не призналась.
     — Я до смерти боюсь физических испытаний. Загадки на логику — без проблем. Но кидать мячи в корзину, чтобы открыть дверь? Нет, спасибо.
     — Выходит, на испытание на ловкость ты добровольно не вызовешься.
     — Ни за что.
     Алисия блестяще справилась с испытанием на ловкость. Сиерра могла сколько угодно считать, что её сестра жульничала, но пройти полосу препятствий можно было только за счёт собственной сноровки.
     И другие подозрения Сиерры…
     Алисия с кем-то встречалась.
     Может быть, Картер стоит использовать этот тур не только ради контента для подписчиков?
     Заправив непослушный кудрявый локон за ухо, Картер повернулась к Фитци с максимально непринуждённым видом, на который только была способна:
     — Вот о чём все хотят знать: что насчёт закадровых романов? Есть какие-нибудь сочные сплетни?
     Едва эти слова вылетели из её рта, она тут же пожалела об этом. Слишком уж она напомнила себе журналистку из дешёвой жёлтой прессы.
     Но Фитци лишь ухмыльнулся, хотя они как раз проходили по коридору, где кипела работа строителей.
     — Ну… участники — подростки. Было бы очень неэтично со стороны съёмочной группы…
     — Ты тоже подросток.
     Он издал смешок, прозвучавший почти нервно:
     — Ну да. Эм… Но помнишь мой контракт? Там есть специальный пункт. — Он тяжело сглотнул. — Пункт из серии «меня мгновенно уволят».
     — Оу, — протянула Картер, чувствуя, как у неё неприятно опустился желудок. — Звучит сурово.
     Его улыбка стала ироничной:
     — Это никогда не было проблемой. Вокруг полно других девушек и всё такое. — Он не смотрел на Картер, когда произносил это.
     Мотив, — шепнул её внутренний голос. Если Фитци встречался с Алисией, он изо всех сил скрывал это, чтобы не потерять работу.
     Но… он же вёл прямой эфир! Не мог это быть Фитци.
     Правда ведь?
     — Фитци, Фитци, Фитци.
     По коридору, поправляя золотые подтяжки, вальяжно шествовал Луис Август Рассел.
     — Ты решил забрасывать мисс Келли исключительно своим общество?
     Паника мгновенно охватила Картер — в голове эхом отозвалось строжайшее указание Раниэль не лезть к Гейм-мастеру. Быстро переведя объектив на себя, она протараторила:
     — И на этом наш эксклюзивный тур подходит к концу! Пишите в комментариях, какой ещё контент со съёмок «Побега из комнаты» вы хотите увидеть! — Она остановила запись. — Ой, здравствуйте, Гейм-мастер.
     Она попыталась прозвучать непринуждённо.
     Не вышло.
     — Картер, — произнёс он. — Ты сегодня рановато.
     — Снимала контент для фанатов. — Она помахала телефоном. — Не волнуйтесь, Раниэль всё одобрила. Честно.
     — Она проводит тур по студии, — вмешался Фитци. — Я решил составить ей компанию.
     — Как мило с твоей стороны, — отозвался Луис, но его взгляд остался прикован к Картер. — Раниэль рассказала мне про инцидент прошлым вечером. Какое счастье, что с вами всё в порядке.
     Картер выдавила улыбку:
     — Спасибо. Мы в норме. Просто… немного в шоке.
     Фитци перевёл взгляд с одного на другого:
     — А что произошло прошлым вечером?
     Луис уже открыл рот, но Картер опередила его:
     — Кто-то из участников решил, что будет очень смешно запереть мою команду в промышленном морозильнике в столовой. — Она рассмеялась, делая вид, будто это пустяк. — Обычная строптивая шутка.
     — Что?! Вы целы?
     Она отмахнулась от его беспокойства. Меньше всего ей хотелось, чтобы Фитци посчитал её плаксой:
     — Мы пробыли там недолго.
     Лицо Фитци всё ещё выражало тревогу:
     — Известно, кто это сделал?
     — Пока нет. Но у нас есть подозрения.
     Понимание омрачило взгляд Фитци:
     — У меня и самого есть пару догадок.
     — Охрана занимается этим вопросом, — перебил Луис. — Главное, что никто серьёзно не пострадал. А теперь, полагаю, вам пора гримироваться. — Он криво улыбнулся Картер: — Ты ведь не против, если я заберу нашего ведущего?
     — Нет, конечно. Моя команда тоже скоро приедет, мне пора готовиться.
     — Погоди-погоди, — щелкнул пальцами Фитци. — Картер, ты же так и не получила эксклюзивное интервью у Гейм-мастера!
     Она напряглась:
     — Всё в порядке, мне не стоит…
     — Нет, Фитци прав, — перебил Луис. — Ты отличный актив для нашего сезона. Не знаю, что за муха укусила мою жену. Дай-ка мне свой телефон.
     Она неуверенно протянула ему смартфон. Луис создал новый контакт. В строке «Компания» он вписал: Гейм-мастер.
     А затем ввёл свой номер.
     Картер опешила:
     — Это… ваш личный номер?
     Он усмехнулся, возвращая телефон:
     — Как только захочешь взять интервью — напиши мне. Это меньшее, что я могу сделать.
     — Эм… Да. Хорошо. Спасибо? — Она чувствовала лёгкий восторг, смешанный с замешательством. Разве почта не была бы уместнее?
     Ужасные предупреждения Сиерры пронеслись в ее голове, но она отмахнулась от них. Из всех людей на этом шоу Луис меньше всего похож на убийцу. Страсть и внимание к деталям, которые он вкладывал в создание комнат, доказывали, как сильно он любит эту игру и участников.
     Что навело её на мысль... 
     — На самом деле… Гейм-мастер, — окликнула она его, когда он уже собрался уходить. — Можно один вопрос? Не для записи.
     — Смотря какой вопрос, — ответил Луис, хотя было видно, как он расправил плечи, когда она назвала его Гейм-мастером.
     — Я хотела спросить про комнату гадалки. Про… картинки с гороскопом. Нас очень удивила комбинация «Десятый-Третий-Ф-У». В этом был какой-то скрытый смысл? Послание кому-то?
     Широкая улыбка Луиса мгновенно погасла, а Фитци тихо присвистнул:
     — Видал? Я же говорил, что с ней надо быть ухо востро.
     — Ах да, наш Специалист по головоломкам, — произнёс Луис, к которому быстро вернулось прежнее самообладание. — Ты же меня знаешь, Картер. Я люблю всё запутывать. Держать участников в тонусе. Не хочу, чтобы кто-то говорил, будто наши подсказки стали… предсказуемыми. Почему бы тебе... 
     Его прервал высокий, слащавый голос:
     — О, мистер Гейм-мастер?
     К ним на цокающих каблуках приближалась женщина. Она казалась смутно знакомой, но Картер не могла вспомнить, где её видела.
     — Чёрт возьми, — тихо пробормотал Фитци. — А она-то что здесь делает?
     Луис сдержанно шагнул вперёд:
     — Симфония. Чем могу помочь?
     — О, да, — пропела она. — Я пришла поговорить с твоей женой.
     — Она тебя ждёт?
     — Мне что, теперь нужно записываться на приём? После всего, что я сделала для этого шоу?
     Желвак заходил на челюсти Луиса:
     — Разумеется, нет. Но Раниэль очень занята.
     — Уверена, для меня у неё найдётся минутка. — Её взгляд скользнул мимо Луиса и уставился на Картер. Женщина окинула её оценивающим взглядом с ног до головы и издала легкий пренебрежительный смешок.
     Картер мгновенно почувствовала себя крошечной уликой под микроскопом. Но тут чья-то рука обняла её за плечо. Фитци прижал её к себе, протягивая другую руку женщине:
     — Не думаю, что мы знакомы. Я — Фитци.
     Симфония даже не взглянула на протянутую ладонь:
     — Очаровательно, — бросила она и снова повернулась к Луису: — Проведёшь?
     Пока Луис вёл гостью в кабинет продюсера, Фитци опустил руку и издал смешок:
     — Ну и фрукт.
     — Кто она? — спросила Картер, заметив, что рука Фитци всё ещё лежит у неё на плече.
     — Симфония Парвеш. Бывшая звезда первой величины. Ныне — лицо какого-то бренда здорового образа жизни.
     — Точно! — ахнула Картер. — Вот где я её видела! Она рекламирует эти ужасные фитнес-коктейли.
     — Именно. И, кстати, она мать Ади.
     Глаза Картер округлились:
     — Нашего Ади?! Э-э… Ади из моей команды?
     — Он не хвастался своей знаменитой мамочкой? — На щеках Фитци снова появились ямочки, хотя улыбка вышиблась грустной. — Не могу его винить.
     — Вау. Мне аж стыдно становится за своих обычных, скучных родителей.
     Фитци состряпал такую сочувственную гримасу, что Картер тут же показалось, будто она ляпнула глупость.
     Чёрт. Она даже не подумала о том, каким могло быть его собственное детство.
     — Ну, кроме Бека! — быстро добавила она, пытаясь загладить неловкость.
     — А что с Беком? — спросил Фитци, явно обрадовавшись смене темы.
     — Да так. Мы особо не углублялись, но он кажется вполне адекватным. У него точно нет никаких тайных семейных драм. — Она нервно рассмеялась: — Вообще никаких!


Глава 23
     
     Бек
     
     Едва их всех загнали в гримёрку, команда «Ужас» тут же вызвала остальные команды на турнир по настольному футболу, что спровоцировало волну ободряющих криков и сочной ругани. Бек подумал, что это вполне неплохой способ отвлечься от приближающегося раунда на выбывание, но, несмотря на царящий шумно-хаотичный гвалт, его мысли парили совсем в другом месте.
     Раскрыть убийство. Выиграть главный приз.
     Дело-то житейское.
     Он взглянул на Ади, сидевшего на противоположном конце дивана, поражаясь, как тот умудряется сохранять столь непринуждённый вид. В кои-то веки Ади не ушёл с головой в книгу, а уткнулся в телефон, где Бек смог разглядеть открытый форум «Домена».
     Затем взгляд Бека перескочил на Сиерру. Она устроилась в кресле-мешке в углу, спрятав лицо за тем самым журналом, который лежал в их приветственных наборах. С обложки прямо на Бека пронзительно смотрел Виктор Каннингем.
     Заголовок обещал заглянуть за кулисы ультрасовременного курорта Каннингема «Свитбрайер». Бек перечитал эту статью уже раз четыре, буквально пуская слюни от тех скупых деталей, которые автор привёл о лабиринтоподобном, полном головоломок комплексе.
     — Звучит как райское местечко, правда? — сказал Бек достаточно громко, чтобы привлечь внимание Сиерры, но не настолько, чтобы отвлечь остальные команды. — Я просто помешан на нём.
     Сиерра озадаченно взглянула на него, затем перевернула журнал, чтобы посмотреть на обложку:
     — У-у. Так ты из этих. Надо было сразу догадаться.
     — Что? Тебе разве не любопытно?
     — Поглазеть на Диснейленд для помпезного задрота? Ну уж нет.
     Казалось просто непостижимым, как кто-то из участников «Побега из комнаты» может не рваться изо всех сил в «Свитбрайер».
     — Но там же больше двух десятков квест-комнат в одном комплексе! Даже в гостиничных номерах есть встроенные загадки. Я слышал, чтобы открыть мини-бар, нужно разгадать шифр!
     — И зачем кому-то это нужно?
     — Чтобы почувствовать, что ты честно заработал свои «M&M’s»?
     — Ну-ну. — Сиерра перевернула страницу журнала. — Я не собираюсь тратить время и деньги на этот дешевый, переоцененный курорт, построенный на краденое сокровище. Виктор Каннингем может поцеловать меня в задницу.
     Краденое сокровище.
     Голова Ади дернулась в их сторону так резко, что он выронил телефон на пол:
     — О чём ты вообще?
     — О «Свитбрайере», — ответил Бек, не сводя глаз с Сиерры. — Почему ты сказала, что сокровище краденое?
     — Да потому что он за гроши выкупил землю у одной семьи! У него была карта Джаспера Барретта. Он прекрасно знал, что сокровище там. Всё, что ему требовалось — это дождаться засушливого года и скупить участок за бесценок. Может, по закону всё и чисто, но поступил он как последняя сволочь.
     — Уверен, он выплатил той семье компенсацию, когда нашел золото, — пробормотал Ади, поднимая телефон.
     Сиерра фыркнула:
     — Ага, как же. Мультимиллионеры ведь просто обожают раздавать подачки людям, которых сами же и кинули.
     Уверенная улыбка Виктора Каннингема слегка сморщилась, когда Сиерра сложила журнал пополам. Хотя ему было всего за сорок, Виктор успел стать почти легендарной фигурой.
     Больше века назад первопроходец по имени Джаспер Барретт разбогател во время Калифорнийской золотой лихорадки, но у него развилась такая паранойя, что он закопал своё состояние у подножия Скалистых гор, а сам бесследно исчез, оставив лишь письмо и загадочную карту с указанием места. И хотя бесчисленные кладоискатели перерыли всё вокруг, именно Виктор Каннингем — к тому моменту уже селф-мейд предприниматель — сумел взломать код и откопать золотые слитки на миллионы долларов менее чем в миле от Свитбрайер-Крик.
     Спустя всего пару лет после того, как его имя прогремело в новостях, Виктор Каннингем заложил фундамент на той самой земле, назвав курорт в честь сокровища, которое превратило его из гика-создателя головоломок в легендарного охотника за сокровищами.
     Бек, возможно, и возненавидел бы этого парня… если бы тот не был настолько чертовски крут.
     Дверь гримёрки распахнулась, и вошла Картер.
     — Где ты была? — спросил Бек, пока она уныло плелась к дивану и опускалась между ним и Ади.
     — Тур по студии для «Домена» затянулся, — ответила она. — Только что освободилась из костюмерной и гримерки.
     Со стороны настольного футбола донеслась серия оглушительных ударов и треска, после чего Габриэла победно вскинула руки вверх.
     Картер повернулась к Ади:
     — Ты знал, что твоя мама здесь?
     Ади вздрогнул всем телом, словно от удара током:
     — Сейчас?
     — Да, я столкнулась с ней в коридоре.
     — Что она тут делает? — нахмурился Бек. — Она в панике из-за случая в морозилке? Она что, забирает тебя домой?
     — Она здесь не из-за морозильника, — буркнул Ади, гася экран телефона. — Ей на это плевать.
     Бек нахмурился. Его родители уж точно не были равнодушны, когда он позвонил им рассказать обо всём — их беспокойство граничило с истерикой. В итоге ему пришлось потратить куда больше времени на то, чтобы успокоить их, чем они потратили на то, чтобы успокоить его.
     — Она сказала, что хотела поговорить с Раниэль, — продолжала Картер, а затем её тон стал более оживленным: — Ты мог бы и сказать нам, что твоя мама — знаменитость.
     Ади усмехнулся:
     — Была знаменитостью.
     — Да кто она вообще такая? — уточнил Бек.
     Когда стало ясно, что Ади не собирается отвечать, Картер произнесла:
     — Симфония Парвеш.
     Бек схватился за сердце:
     — Археолог из франшизы «Проклятая гробница»?!
     Картер пожала плечами.
     — Вы чего?! Не говорите мне, что не смотрели эти фильмы! — воскликнул Бек. — Да они вообще были первыми, из-за чего я увлёкся головоломками! Ну, это и сокровища Джаспера Барретта.
     — Не знаю насчёт фильмов, но в последнее время она снимается в этих бесконечных рекламных роликах... 
     Ади громко застонал и сполз ниже, упершись затылком в спинку дивана.
     Картер виновато поморщилась:
     — Наверное, это не так важно. Как ты думаешь, зачем она здесь, если не из-за морозилки?
     — Чтобы продолжить свою священную миссию по превращению моей жизни в ад? — ответил Ади, уныло уставившись в потолок. — Хотя нет, беру свои слова обратно. Сейчас она явно куда больше увлечена пытками продюсеров. Будет Раниэль уроком, как связываться с дьяволом.
     — Она упомянула что-то о том, как помогла шоу…
     — Ну еще бы. Уверен, Раниэль уже тысячу раз пожалела, что втянула её.
     Они ждали пояснений. Когда их не последовало, Картер ткнула его в плечо.
     Он снова сел прямо:
     — Она пытается проложить себе дорогу обратно в Голливуд — либо через меня, либо через того типа. — Он кивнул в сторону Сиерры.
     Бек с недоверием уставился на смятую обложку журнала, а затем снова перевел взгляд на Ади, чья хмурая гримаса сменилась мрачным оскалом:
     — Виктор Каннингем?
     — Он самый.
     — Это же всё объясняет! — воскликнула Картер. — Фаны его просто обожают.
     — Я тут подумал: может, моя мамочка уболтала его помочь шоу в обмен на то, чтобы самой урвать кусок этого пирога?
     Бек наклонил голову:
     — Твоя мама знает Виктора Каннингема?
     — У них был интрижка, когда он был консультантом на съёмках первой «Проклятой гробницы». Вот почему её персонажа убили во второй части. Потому что она забеременела.
     — Жёстко, — сочувственно сказала Картер.
     — Это Голливуд, — напомнил Ади.
     — Но этот фильм вышел… лет семнадцать-восемнадцать назад? — подсчитал Бек. — Разве это не значит…
     Наступила долгая, звенящая тишина. Картер ахнула. Глаза Бека округлились от шока:
     — Виктор Каннингем — твой отец?!
     Губы Ади сжались в тонкую линию.
     — Да не может быть! — воскликнул Бек. — И какой он?
     — Понятия не имею. Никогда его не видел. Симфония не сказала ему о моём существовании, а сам я не могу с ним связаться, не выглядя при этом сумасшедшим. «Эй, Виктор, помнишь ту женщину, с которой ты спал восемнадцать лет назад?..» Он решит, что это какая-то схема, чтобы вытянуть из него деньги.
     — Потрясающая мамочка, — безэмоционально уронила Сиерра.
     — Если только, — добавил Ади, — она не уговорила его стать спонсором этого шоу. Тогда она точно рассказала ему обо мне. Может, даже сделала тест на отцовство. Вряд ли он стал бы вестись на её выкрутасы без веских причин.
     — Тогда почему он с тобой не связался? — спросил Бек.
     — Потому что… я сын Симфонии Парвеш? Думаю, он просто ждёт, чтобы увидеть, пошёл ли я в неё.
     — Не думаю, что... — начала было Сиерра, но её перебил дружный гул возмущённых стонов и свиста, потопивший её слова.
     — Это жульничество! — закричал Олли из команды «Иллюминаты».
     Дельфи задорно расхохоталась:
     — Это победа!
     Олли зло крутанул одну из ручек кикера:
     — С меня хватит.
     — Не умеешь проигрывать, — буркнул Нил. Но остальные команды явно потеряли интерес к турниру, и никакие подначки Джариуса, называвшего их трусливыми слабаками, не могли этого изменить.
     Когда шум улегся, Надя, капитан команды «Взлом разума», громко спросила:
     — Так мы будем это обсуждать или как?
     — Что именно? — отозвался Нил. — Что четверо из вас, неудачников, сегодня отправятся домой?
     Дельфи громко громко громко громко хлопнула жвачкой, направив острый взгляд на Картер:
     — Или то, что команда «Дно-Отстой» умудрилась запереть себя в морозильнике?
     Бек почувствовал, как напряглись его сокомандники. К этому моменту уже все знали, что кто-то запер их на навесной замок, и что человека в маске не удалось опознать по новым камерам видеонаблюдения. И только команда «Ужас» насмехалась над ними из-за этого.
     — Или, может, обсудим, как Джинджер заблевала меня с ног до головы? — добавил Джариус.
     — Я вообще не об этом, — повысила голос Надя. — Я про ту ленту с шифром. Из прошлой комнаты? Где нас просят раскрыть убийство?
     Эмма из «Королевских сокровищ» подала голос:
     — Мы решили, что это продюсеры с нами играют. То же самое, что анаграмма с Алисией Ангелос в отборочном раунде. Обычный пиар.
     — Мы думали, это может быть дань памяти Алисии, — сказал Бек, — но та записка была…
     — Настоящей, — отрезала Картер.
     — Но в чём же ложь в подсказках? — потребовала ответа Надя. — И почему этот человек просит именно нас разобраться в этом?
     — Э-э, наверное, потому что мы типа самые умные люди в этой студии? — усмехнулся Джариус. — Хотя, очевидно, это относится далеко не ко всем.
     — Ф-У, — вдруг произнесла Сиерра.
     Все головы мгновенно развернулись в её сторону.
     — Чего-чего? — переспросил Джариус.
     Сиерра опустила журнал:
     — Д-К-Ф-У. Код из комнаты гадалки. Ф-У звучит как послание убийце. Продюсеры ни за что не стали бы вставлять такое. — Она глубже погрузилась в кресло-мешок. — А третье октября — это день рождения Алисии.
     Её слова встретила полная тишина. Даже Джариус задумчиво нахмурился. Бек вспомнил, как Сиерра еще в той комнате спрашивала, не означают ли эти цифры дату.
     Она знала, о чём речь, уже тогда.
     — Но как кто-то может подбрасывать эти подсказки прямо в игру без ведома Луиса? — подала голос Надя.
     — Может, он знает, — пожала плечами Сиерра. — Может, он позволяет им это делать, чтобы самому найти убийцу.
     — Или это он и есть, — предположила Эмма. — Называет себя «Настоящим Гейм-мастером» на форумах, чтобы пустить всем пыль в глаза.
     — Гейм-мастер так не выражается, — возразил Ади, помахав телефоном, где был открыт пост про ленту.
     — Ну да, а в интернете ведь никто не умеет подделывать чужой стиль, — огрызнулась Эмма.
     Дельфи брезгливо скривила губы:
     — Да кто бы это ни был, Раниэль быстро это прекратит. Это же её драгоценное семейное шоу.
     В дверях кто-то покашлял. В проёме стоял интерн с гарнитурой и планшетом:
     — Вас ждут на площадке. — Oн развернулся, чтобы уйти, но замер и снова окинул взглядом набитую людьми комнату. — Небольшой совет. Не дай бог Раниэль Рассел услышит, как вы обсуждаете Алисию или эти послания, которые всплывают в комнатах. Она готова придушить любого, кто еще хоть раз об этом заговорит.


Глава 24
     
     Сиерра
     
     Сиерра и остальные пошли за интерном через всю студию к главной съёмочной площадке шоу, выполненной в стилистике стимпанка. На ней возвышались пять подиумов — по одному для каждой команды.
     После сегодняшнего дня их останется только четыре.
     Сиерра окинула взглядом присутствующих, гадая, у кого из них хватило наглости подбрасывать зашифрованные послания прямо под носом у Раниэль. У кого хватило духу запереть её команду в морозильнике. У кого хватило хладнокровия убить её сестру.
     Вот Фитци восседает в высоком режиссёрском кресле — ассистент держит для него бутылку воды с трубочкой, пока визажист припудривает ему лоб.
     Вот Раниэль Рассел и Вера о чём-то вполголоса спорят, уставившись в блокнот. У Раниэль был всё тот же недовольный вид, что и всегда.
     Гейм-мастер вальяжно прохаживался вдоль сцены, раздавая «пять» участникам команды «Королевские сокровища».
     Интерн пролетал мимо с чашкой кофе. Женщина с мускулатурой не хуже, чем у Джариуса, поправляла огромные софиты на краю сцены. Насколько сильным должен быть человек, чтобы задушить кого-то? Алисия не была мускулистой, но Сиерра точно знала: сестра боролась бы до последнего вздоха.
     Под ярким светом прожекторов было жарко. По задней поверхности коленей струился пот.
     После финальной проверки микрофонов Раниэль вышла на сцену. Она смерила взглядом каждого участника, а затем медленно обернулась вокруг своей оси, переведя взор на съёмочную группу, пока в павильоне не воцарилась полная, гробовая тишина.
     — Как многие из вас знают, — чеканя слова, произнесла она, — это шоу чуть не закрыли после трагических событий прошлого сезона. Говорят, что любой пиар — это хороший пиар, но всё это полная чушь. Наша репутация — это всё. Мы создаём душевное семейное шоу, где участвуют лучшие умы нового поколения. Немного головоломок, немного душевных разговоров… немного командной работы. И тем не менее. — Её взгляд стал острым как бритва. — И тем не менее, мы имеем то, что имеем. Шоу, где юную участницу зверски убили. Убийцу так и не нашли. А пресса кидается такими словами, как «коррупция» и «жульничество». — В её голосе прорезались стальные нотки. — Я зубами выгрызла наш возвращение в эфир. Я боем выбивала доверие Hitflix, наших спонсоров, прессы и фанатов. И я не позволю какому-то умнику, решившему, что это очень смешно — подбрасывать эти… — она изобразила кавычки пальцами, — «послания» прямо в наши квест-комнаты, разрушить всё, чего я добилась.
     Сиерра мельком взглянула на Луиса. Он стоял сбоку от сцены и серьёзно — даже со злобой — кивал. Сиерре очень хотелось понять, наиграно это или искренне.
     — Этот глупый цирк закончится сегодня, — продолжила Раниэль. — Моя юридическая команда уже наготове и сотрёт в порошок любого из вас, кто хотя бы подумает прокомментировать это извращённое послание. Запомните: семейное шоу. Загадки и игры. На кону миллион долларов. — Она завершила свою речь хищной улыбкой. — И не забудьте получить удовольствие!
     Она стремительно сошла со сцены, взмахнув рукой в сторону камер:
     — Продолжаем.
     — Вы слышали босса! — раздался голос режиссёра. — Камера, мотор!
     Сиерра мгновенно нацепила рабочую маску, едва камеры начали съёмку. В студии загремела заглавная тема шоу «Побег из комнаты», пока операторский кран плавно пикировал к ведущим.
     — Вау, Гейм-мастер! — восхитился Фитци. — Ты реально превзошёл сам себя с этой комнатой гадалки!
     — Спасибо, Фитци. Я хотел, чтобы наши участники почувствовали, будто дух Madame Clara Voyance витает прямо там, с ними в одной комнате.
     — Я бы сказал, тебе это удалось! — Фитци с наигранным испугом оглянулся через плечо. — На самом деле… мне кажется, я чувствую её присутствие прямо сейчас!
     Сиерра даже не стала скрывать наигранное закатывание глаз, прекрасно понимая, что этот кадр точно попадёт в финальный монтаж.
     — Если бы Madame Clara Voyance была здесь, — продолжал Фитци, снова становясь серьёзным, — она бы сказала нам, что судьба одной из этих команд прямо сейчас изменится навсегда. Сегодня вечером одна команда отправится домой.
     — Очень жаль. Я был искренне поражён навыками и стратегиями, которые продемонстрировали наши участники в этом сезоне. Я бы с радостью пропустил их всех в следующий раунд.
     — Я тоже. Но правила есть правила. — Фитци повернулся к командам, замершим на подиумах. — Капитаны, прошу выйти вперёд.
     Сиерра гордо прошмыгнула между Беком и Картер, выходя на передний край сцены вместе с капитанами четырёх других команд.
     — Как настроения? — поинтересовался Фитци.
     Джариус скрестил руки на груди:
     — Готовы закрепить нашу победу. Давайте уже покончим с этим!
     — Какая уверенность! — оценил Фитци.
     — Я говорил, что мы пришли побеждать, и ничего не изменилось. Мы дойдём до самого финала.
     Сиерра едва замечала его петушиные позы. На карту было поставлено слишком многое. Она знала, что будет тяжело, она помнила это ощущение по прошлому сезону, но груз возможного поражения висел у неё над головой как дамоклов меч. Ей нельзя вылетать. Она ещё не добралась до террасы. Она обязана найти то, что оставила для неё сестра.
     Но внешне она сохраняла абсолютное хладнокровие, даже некоторое безразличие, скрывая бушевавший внутри шторм эмоций.
     Музыка нарастала, достигая кульминации, и резко оборвалась. На экране на стене вспыхнуло имя самой быстрой команды.
     — Что ж, Джариус, — произнёс Фитци, — неудивительно, что ты так уверен в себе, ведь команда «Ужас» заняла первое место с результатом двадцать четыре минуты и тридцать семь секунд!
     Джариус победно вскинул кулак, пока его команда на подиуме заходилась в радостном крике.
     Сиерре хотелось сломать что-нибудь. Ей вдруг так захотелось, чтобы её команда стояла здесь, прямо рядом с ней.
     Это было неожиданно. Ничто так не сближает людей, как угроза гибели от гипотермии.
     Фитци повернулся к оставшимся четырём капитанам:
     — Второе место с результатом двадцать пять минут и одиннадцать секунд занимает…
     Мучительная пауза.
     — Команда «Взлом разума»!
     Надя облегчённо вздохнула и сияющими глазами посмотрела на своих сокомандников.
     — Третье место с результатом двадцать шесть минут четырнадцать секунд занимает…
     Ещё одна жестокая пауза.
     — Команда «Королевские сокровища»!
     Эмма визгнула и принялась подпрыгивать на месте.
     Сиерра стиснула зубы. Чёрт, чёрт, чёрт.
     — Это означает, — продолжал Фитци, — Олли, Сиерра… кому-то из вас придётся увезти свою команду домой. — Его взгляд на секунду метнулся за спину Сиерры, и она нахмурилась, точно зная, что он смотрит на Картер. Пусть найдёт себе кого-нибудь другого для подпитки своего эго. — Команда «Хельсинг», вы прошли квест-комнату за двадцать восемь минут и две секунды.
     Луис свистнул. Почти на две минуты позже третьего места. Это не предвещало ничего хорошего. Этого просто не может происходить.
     — В то время как «Иллюминаты», — Фитци перевёл взгляд на Олли, — справились за…
     Пауза.
     — Двадцать восемь минут и тридцать секунд! — торжествующе воскликнул он. — А это значит, что команда «Хельсинг» остаётся в игре!
     Голова Олли бессильно опустилась, пока Сиерра осознавала услышанное. Где-то вдалеке она услышала радостный визг Картер.
     Они сделали это. Они всё ещё в игре.
     Но прошли буквально по грани.
     Ей нужно попасть на эту террасу. И как можно скорее.


Глава 25
     
     Ади
     
     У Ади дрожали ноги, когда он сходил со сцены. Картер и Бек выглядели сияющими от счастья, но старались сдерживать ликование из уважения к Олли и его выбывшей команде. Сиерра молчала, когда снова примкнула к группе. Лицо её было напряженным, точно так же чувствовал себя и Ади. Это было слишком близко. Слишком близко к вылету.
     Осталось пройти еще три раунда. Три раунда, чтобы показать отцу, на что он способен.
     Ади бессонными ночами месяцами лежал в кровати, представляя, как Виктор Каннингем смотрит на своего сына по телевизору. Анализирует его ходы. Ждет, чтобы увидеть, так же ли он умен, как его старик… и совсем не похож на свою мать.
     Ади был твердо намерен доказать свою ценность. И, возможно, только возможно, Виктор будет настолько впечатлен, что предложит Ади жить с ним. Они могли бы восполнить упущенное время. И Ади больше никогда не пришлось бы иметь дела с Симфонией. От этой мечты перехватывало дыхание.
     Мысль о возвращении к обычной жизни, о том, что его снова будут игнорировать, забывать или относиться к нему просто как к билету Симфонии обратно в Голливуд, вызывала у Ади физическую тошноту.
     Он знал, что Симфония использовала случай в морозильнике как предлог, чтобы заявиться сегодня, прикрывшись «материнской заботой». Он также знал, что Раниэль велела ей не приезжать, но, как и следовало ожидать, та не послушалась. И тот факт, что она даже не поздоровалась с ним... 
     Тоже был максимально предсказуемым.
     — Адитья.
     Раниэль поманила его своим крючковатым пальцем:
     — За мной.
     Картер, Бек и Сиерра бросили на него вопросительные взгляды. Он лишь пожал плечами и отделился от группы.
     Раниэль повела Ади прочь со съемочной площадки в сторону своего кабинета. Когда они подошли, Вера сидела за её рабочим столом. Она вскочила при их появлении.
     — Что еще? — недовольно спросила Раниэль.
     — У нас встреча. Только не говори, что ты снова забыла.
     Раниэль махнула рукой на дверь:
     — Мне не обязательно утверждать каждую чертову деталь. Просто делай свою работу, Вера.
     Вера вылетела из кабинета, одарив Ади свирепым взглядом.
     — И за что именно я провинился? — спросил Ади, когда за ней захлопнулась дверь. — Если это из-за взлома замка в столовой…
     — Дело не в этом. — Раниэль опиралась на край стола и скрестила руки на груди, пытаясь выглядеть одновременно угрожающе и непринужденно. — Садись.
     Ади проигнорировал кресло для посетителей и прошёл к серому дивану. Он уселся ровно по центру, раскинув руки по спинке.
     Он ожидал раздражения, но Раниэль лишь улыбнулась:
     — Ты отлично смотришься в камере.
     Ади уже открыл рот, чтобы выдать какую-нибудь дерзость, но вдруг понял, что ему нечего сказать. Из всех вещей, которых он ожидал от исполнительного продюсера, эта была на самом последнем месте.
     — Ты мне нравишься, Адитья, — продолжила она. — И зрителям тоже. У тебя есть харизма. Внешность. Подача. Вера говорит, что твое имя гремит по всему форуму Мастеров ключей… но ты, наверное, и сам это знаешь.
     Он понятия не имел. Было странно, что Картер ничего ему не сказала. Может, она завидовала его популярности? Хотя… судя по всему, что он о ней знал, она казалась тем типом людей, которые будут искренне радоваться за сокомандника, а не соперничать с ним.
     — Окей? — выдавил он, когда понял, что Раниэль ждет ответа.
     — Кое-кто из руководства считает, что из тебя получился бы исключительный ведущий шоу. — Она сделала паузу, давая ему переварить сказанное. — Мне интересно, не хочешь ли ты занять эту должность с следующего сезона?
     Ади опустил руки:
     — Извините, что? Почему? Фитци увольняется?
     — Карьере Фитци пора двигаться в новом направлении.
     — Это его решение или ваше?
     — Это решение Hitflix. Они считают, что он не совсем подходит для этой роли. Им нужен… — она неопределенно махнула рукой в сторону Ади, — свежий взгляд.
     — Ну да, конечно, — протянул Ади.
     — Я серьезно. Ты симпатичный. Обаятельный. Достаточно умен, чтобы держать удар в диалогах с Луисом. Ты мог бы вывести шоу на совершенно новый уровень.
     Он попытался представить, как зачитывает глупые карточки с подсказками и пьет воду через трубочку, пока гримеры припудривают ему лицо. Нет, спасибо.
     — Я вижу твои сомнения, — сказала Раниэль, — и хочу добавить, что в следующем сезоне мы планируем кардинальные изменения.
     — Какого рода изменения?
     — По закону я не имею права разглашать эту информацию, но могу обещать новые локации. Перелеты первым классом. Самые изощренные квест-комнаты в мире.
     Курорт «Свитбрайер».
     Не может быть.
     Или все-таки может? Вдруг приглашения были только началом, и Виктор Каннингем решил расширить свое предложение для новой группы подростков, фанатеющих от головоломок? В таком случае Ади получит не просто разовый визит на курорт. У него будет целый сезон, чтобы поближе узнать отца.
     Он чувствовал себя рыбой, уставившейся на очевидную наживку на крючке. Но нужно быть сумасшедшим, чтобы отказаться от такой возможности.
     — Это моя мать вас подослала?
     Раниэль впорхнула:
     — Не оскорбляй меня. Я все еще исполнительный продюсер этого шоу.
     Возможно. Но Симфония умела выворачивать вещи в свою пользу, и тот факт, что она крутилась возле студии, делал Ади еще более подозрительным. Слишком уж много совпадений.
     Неудивительно, что монтажеры старались выставить его в лучшем свете, чем он есть на самом деле. Все это было спланировано заранее.
     Стать ведущим реалити-шоу вряд ли склонит чашу весов Виктора в его пользу, особенно если к этому приложила руку Симфония.
     С другой стороны, если Ади сможет провести некоторое время с отцом и доказать, что он не очередной пустышка из Голливуда... 
     — Я не делаю подобных предложений легкомысленно, — перебила его мысли Раниэль. — Подумай над этим, и мы снова обсудим всё после следующего раунда. Надеюсь, ты сможешь сохранить это между нами до тех пор? Фитци пока ничего не знает, и я не вижу смысла просвещать его до окончания этого сезона.
     Жестко с Фитци, ничего не скажешь.
     — Ах да… И есть одно небольшое условие.
     Ади вздохнул. Всегда есть подвох:
     — Какое?
     — Я люблю победителей, Адитья.
     Его веко нервно дернулось:
     — То есть… ваше предложение в силе, только если моя команда выиграет сезон?
     — Я знала, что ты умный парень. Я думаю, было бы… осмотрительно… иметь стратегию на случай, если твоя команда продолжит испытывать трудности. Тебе может потребоваться, скажем так, дополнительная помощь с некоторыми подсказками.
     — Вы хотите, чтобы я жульничал?
     — Я хочу, чтобы ты видел картину целиком. Это шоу-бизнес. Ты же не настолько наивен, чтобы думать, будто мы не подкручиваем и не монтируем всё ради собственной выгоды?
     — Конечно, я это знаю, — отрезал Ади. — Реалити-шоу никогда не бывают реальной жизнью.
     Она рассмеялась:
     — О, еще как бывают. Они — реальность продюсера. И моя реальность — видеть тебя победителем и ведущим следующего сезона.
     Ади поднялся. Как будто ему нужна помощь в решении пары банальных загадок.
     — Я подумаю над предложением стать ведущим, — чеканя слова, произнес он, — но в «дополнительной помощи» я не нуждаюсь. Я вполне способен пройти пару квест-комнат самостоятельно.
     — Вот только ты не один, верно? У тебя целая команда. Которая, скажем прямо, пока не доказала свою абсолютную надежность.
     Ади замешкался. У неё был раздражающе убедительный аргумент. И он действительно жаждал найти способ поговорить с отцом.
     Но с другой стороны, Виктор сгорел бы от стыда, если бы узнал, что его сын — мошенник.
     — Нет, — отрезал Ади. — Я справлюсь, даже если они не смогут. Мне не нужна помощь.
     — Как знаешь. Просто помни, Адитья: предложение действительно лишь до тех пор, пока ты остаешься в игре.
     — О чем вы говорили? — спросил Бек, когда Ади догнал свою команду по дороге к шаттлу.
     — Позже расскажу, — буркнул Ади, заметил, что Джариус пристально наблюдает за ними.
     Всю дорогу обратно до коттеджей он сидел у окна, взвешивая свои варианты. Вопреки тому, что Раниэль разглядела в нем, он не был шоуменом. У него не было шарма Фитци. И у него не было ни малейшего желания заниматься этой работой.
     Но, возможно, это того стоило, если он сможет увидеть отца…
     Когда они вернулись в свой коттедж, он сбросил рюкзак у стены и уселся по центру дивана, сцепив пальцы замком, словно злодейский гений, вынашивающий коварный план. Остальные сгрудились рядом.
     — Ну? — не выдержала Сиерра.
     — Раниэль хочет, чтобы я сделал промо для курорта «Свитбрайер», — соврал Ади, хотя доля правды в этом была. — После того, как Виктор объявит, что я его сын.
     Они молча переваривали информацию.
     — Так он знает? — нахмурился Бек. — Он собирается с тобой связаться?
     — Конечно. Когда сезон закончится. — Мечтать не вредно.
     Сиерра сморщила нос:
     — Я едва ли претендую на роль образцово-показательного ребенка с счастливым детством, но даже я вижу, что тут что-то не так. Почему ты должен что-то доказывать собственному отцу?
     Крошечная часть Ади шептала, что Сиерра может быть права, но он прогнал эту мысль:
     — Он даже не знал о моем существовании еще пару месяцев назад. И он один из самых занятых людей на планете. Естественно, он не станет бросать все ради принудительного воссоединения семьи — в компании моей матери, смею добавить. Этого достаточно, чтобы отпугнуть кого угодно. — Oн перевел взгляд на Бека. — Раниэль намекнула, что следующий сезон они могут снимать на курорте Виктора.
     Глаза Бека округлились:
     — Серьезно?
     — Это так круто, — прошептала Картер.
     Но Бек выдохнул разочарованный стон:
     — То есть, если бы я подождал и подал заявку на следующий сезон…? Эх, блин.
     — Ты все равно получишь приглашение, если мы выиграем, — напомнила ему Сиерра. — Наша команда первой опробует его комнаты. Правда, нас, скорее всего, заставят делать кучу тошнотворного пиара. Так что — я пасс.
     — Подождите, — сказал Бек. Затем громче и с нажимом: — Подождите! Они снимают следующий сезон на курорте?!
     — Похоже на то, — ответил Ади. — А что?
     С Беком что-то произошло. Он опустился на журнальный столик, потирая нижнюю губу и уставившись в пустоту.
     — Бек? — забеспокоилась Картер. — Ты в порядке?
     — Да. Потрясающе, — отрешенно пробормотал он. — Вы понимаете, что это значит?
     — Что банковский счет Виктора Каннингема вырастет вместе с его гигантским эго? — вставила Сиерра, а затем смущенно взглянула на Ади: — Э-э… Уверена, он вполне достойный чувак, когда узнаешь его получше.
     — Умеешь ты убеждать, — ухмыльнулся Ади.
     — Да нет же, послушайте! — Бек размахивал руками. — Если шоу снимают там, им понадобятся данные о месте. Фотографии от локейшн-скаута. Может, даже карты или чертежи! — Его взгляд метнулся к Ади. — Есть шанс, что Раниэль снова вызовет тебя к себе в кабинет?
     — Э-э… ну да, скорее всего. Она хочет поговорить после следующего раунда. А что?
     Бек поднялся и принялся ходить взад-вперёд, напомнив Ади Сиерру в моменты, когда она продумывала стратегию:
     — Это прозвучит подозрительно, но выслушайте меня. Мне нужно знать всё, что ты сможешь узнать об этом месте. Всё до мельчайших деталей.
     — О, Боже, — вздохнула Сиерра. — Ты не просто фанат. Ты настоящий сталкер.
     — Нет! — замахал руками Бек. — То есть… отчасти. Но не так, как вы думаете. — Его глаза горели почти лихорадочным блеском. — Помните, мы говорили о том, как Виктор за бесценок выкупил землю у одной семьи?
     — Ну да, — подтвердила Сиерра.
     Он сделал глубокий вдох, перед тем как выпалить:
     — Это была моя семья.
     — Что?! — Ади аж выпрямился.
     — Ранчо «Свитбрайер». Оно принадлежало нам с начала 1900-х годов. Я практически вырос там. Но мой дедушка влез в неприятности, в основном скачки, и в итоге продал ранчо за копейки от его реальной стоимости. Вся моя семья была в ярости. Он ни с кем не посоветовался перед продажей, а потом… — Он сделал паузу, его лицо суровело. — Игромания — это болезнь, и… лучше не стало. Он умер в прошлом году. Никто не понимал до самой его смерти, что ничего не осталось. Ни наследства. Ни денег на колледж. Только гора долгов, потому что все думали, будто прибыль от продажи ранчо всё покроет, и они будто просто ждали его смерти, и... — он осекся.
     Ади ошеломленно смотрел на него, пытаясь переварить услышанное. Его семья, его ранчо… и настоящий клад из золотых слитков, найденный там уже после продажи. Отцом Ади.
     — Ты, должно быть, шутишь.
     Бек покачал головой:
     — Это правда.
     Сиерра тихо выругалась:
     — Как ты умудрился скрыть это от нас? Не говоря уже о продюсерах.
     — Раниэль знает. В смысле, она знает, что мою семью обманул застройщик, и мы так и не оправились. Это была моя трогательная история для получения зеленого света на шоу. Она с потрохами её сглотала.
     — Но она не знает, что этим застройщиком был Виктор Каннингем? — уточнила Картер.
     — Конечно, нет. Она бы ни за что не взяла меня на шоу, если бы знала, за чем я на самом деле пришел.
     — Месть, — с пониманием кивнула Сиерра.
     Но Бек выглядел ошеломленным:
     — Нет! Джаспер Барретт закопал свое золото на ранчо моей семьи почти сто пятьдесят лет назад. Оно всё это время было там! Его шифры. Его загадки. Если бы у меня была карта, я бы нашел его первым. Но вот в чем дело… У меня есть все основания верить, что там спрятано кое-что еще. Если бы я только смог попасть на курорт, я действительно верю, что у меня есть шанс найти всё. Всё до последнего слитка. — Oн усмехнулся: — Мне плевать на месть. Я хочу это сокровище.


Глава 26
     
     Картер
     
     — Команда «Хельсинг», рады снова вас видеть! Как настроения сегодня?
     — Просто умопомрачительно, — натянуто и без единой эмоции отчеканила Сиерра.
     — С вами одно удовольствие общаться, как и всегда. — Фитци широко улыбнулся через плечо Сиерры прямо Картер, отчего у неё ёкнуло сердце. Затем его взгляд переключился на Бека и Ади: — Нервничаете?
     — Нисколько, — за всех ответила Сиерра. — Мы настроены только на победу.
     Картер всей душой хотела бы перенять эту плевательскую уверенность Сиерры, но никак не могла перестать нервно теребить манжету своего костюма-комбинезона с металлическим отблеском. Поиски записки Алисии, а возможно, и разоблачение её убийцы, начинались с единственного правила: не вылететь в этом раунде.
     Отсутствие какого-либо прогресса за последнюю неделю вызывало у них лишь досаду и уныние. Прошло целых пять дней с момента выбывания первой команды. Пять дней ожидания на виллах, пока монтажеры шоу собирали второй эпизод сезона, который вышел только вчера вечером. Пять дней строить планы о том, как Ади мог бы раздобыть больше информации о курорте «Свитбрайер», и ломать голову над тем, почему Алисия вела себя так загадочно в ночь перед убийством. Целых. Пять. Дней. И они так и не нашли то, что Алисия хотела передать Сиерре.
     И дело было вовсе не в отсутствии стараний. Они по очереди отвлекали Элайджу и Лизу, чтобы Сиерра могла проскользнуть через калитку на заднем дворе их виллы — в те редкие моменты, когда та оказывалась незапертой — и обыскать террасу. Но без точных указаний это было похоже на попытку решить гипотезу Коллатца. Они даже не понимали, что именно ищут. Они предполагали, что это какая-то записка, но Алисия могла с таким же успехом вырезать слово на стволе дерева или закопать пакет с уликами. Бек предлагал принести металлоискатель, но как это сделать, не привлекая лишнего внимания?
     — Не говорите остальным командам, — сказал Фитци, заговорщически наклонившись ближе, — но я болею за вас, «Хельсинги».
     — Уж не сомневаюсь, — буркнул Ади.
     Картер ткнула его локтем в бок. Хотя она была свято уверена, что Фитци не убийца, Ади принял сторону Сиерры в этом вопросе и считал, что ведущему нельзя доверять. «Он слишком глянцевый, — говорил Ади. — Он что-то скрывает».
     «Ну да, — думала тогда Картер. — Он скрывает тот факт, что на самом деле вовсе не такой уж и глянцевый».
     И в этом она могла его понять.
     — Гейм-мастер, не держи нас в неведении! Мы сгораем от любопытства, что ты приготовил на этот раз! — Фитци повернулся к Луису, который терпеливо ждал своей очереди выйти на передний план.
     Луис потёр руки:
     — Как у вас с географией?
     Картер поморщилась. Ужасно.
     К счастью, Бек тут же подал голос:
     — По США — отлично! По всему остальному миру… — Он неопределённо помахал ладонью в воздухе.
     — Я тоже неплохо разбираюсь, — подал голос Ади.
     — Будем надеяться, этого хватит, — сказал Луис, и его лицо стало серьёзным, — потому что у меня ужасные новости. На Землю нападают инопланетяне.
     Бек прошептал:
     — Обожаю инопланетян.
     — Кто бы сомневался, — хмыкнула Сиерра.
     Луис продолжил:
     — Объединённые силы Земли собрали отряд, нашли секретную базу пришельцев и уничтожили всех вражеских солдат. Теперь они отправляют вас, команду разведки, чтобы остановить и обратить вспять вторжение. Чем больше времени вы потратите, тем больше городов будет стёрто с лица планеты и тем больше человеческих жизней будет потеряно.
     — Так что судьба всей планеты лежит на ваших плечах, — добавил Фитци. — Никакого давления.
     — Вообще никакого, — издала нервный смешок Картер.
     — Постарайтесь не попасться на похищение инопланетянами! — Фитци подмигнул ей, отчего у Картер в животе всё сжалось от непроизвольного трепета. — Гейм-мастер, какую подсказку ты дашь нашим оперативникам?
     — Ваша подсказка на сегодня: Враг вашего врага — ваш друг.
     Картер постаралась въесть эту подсказку в память, пока им раздавали повязки на глаза.
     А затем — зуммер. Этот отвратительный, оглушительный зуммер.
     — Вы издеваетесь?! — вспыхнула Сиерра.
     — Боюсь, что нет, — развёл руками Фитци. — Команда «Ужас» снова решила использовать подлянку против вас. Похоже на личную обиду, а? Так как они быстрее всех преодолели первый блок дверей в раунде с подвохами, они выиграли право устроить соперникам блэкаут. В какой-то момент в течение этого раунда вы погрузитесь в абсолютную темноту ровно на одну минуту.
     Команда дружно застонала.
     Фитци сочувственно поморщился:
     — Удачи?
     Когда их с повязками на глазах повели к квест-комнате, в голове Картер эхом отзывались ядовитые комментарии хейтеров, опубликованные на «Домейне» сегодня утром:
     «Ну и бездарность. Лучше бы продолжала снимать свои видосики».
     «Специалист по квестам? Скорее специалист по провалам».
     «Похоже, Картер всё-таки не тянет».
     Сначала от этих комментариев ей хотелось забиться под одеяло и не вылезать. Но глядя на ободряющую улыбку Фитци и чувствуя плечо сокомандников, она ощутила, как внутри закипает решимость. Её желание показать себя выкристаллизовалось в кое-что совсем иное.
     В категорический отказ проигрывать.
     Она — Картер, «Взломщица-Картер». И она покажет им всем, на что способна.
     Тяжёлая дверь с грохотом захлопнулась, щелкнул автоматический замок, и в наушнике раздался голос Фитци:
     — Три… два… один… Побег!


ЧАСТЬ 5
     ВЫЖИВАЛИТИ: СЕЗОН ПЯТЫЙ
     Раунд второй: Истина где-то рядом
     ОСТАЛОСЬ ЧЕТЫРЕ КОМАНДЫ
     
     
     
Глава 27
     
     Картер
     
     Картер сорвала повязку с глаз. Они находились в небольшом бетонном бункере с одиноким письменным столом и запертой дверью, оклеенной по краям сигнальной лентой. Сверху под защитной решёткой мигала тусклая лампочка. Цифровое табло показывало 00:02, и секунды неумолимо отсчитывали время вверх.
     Ади уже подскочил к противоположной двери:
     — Кодовый замок. Четыре буквы.
     Картер подошла к столу, подхватила лежавший там блокнот и принялась быстро пролистывать страницы:
     — Тут какие-то символы, похоже на инопланетную письменность. Но ключа или расшифровки я не вижу.
     Бек заглянул под стол, а Сиерра принялась мерять комнату шагами, тщательно осматривая стены.
     Передав блокнот Ади, Картер въелась взглядом в чёрно-жёлтые полосы на аварийной ленте.
     Бек вынырнул из-под стола, сжимая в руке полоску бумаги:
     — Нашёл записку! «Чтобы гражданские не проникли в бункер, мы заперли дверь. Найдите код, войдите и остановите атаку. И помните: пусть они и из космоса, но используют наши ресурсы».
     — В записке есть какие-то выделенные буквы? — спросила Сиерра, не прекращая шагать.
     Бек поднял бумажку к мигающему свету:
     — Вроде нет.
     — Подождите. Вот же! — Картер ткнула пальцем в сигнальную ленту. — Тут разметка и… о, это же ключ к азбуке Морзе! В комнате есть что-то на азбуке Морзе? Это и может быть комбинацией.
     Они продолжили поиски. Бек ещё раз внимательно изучил сообщение на бумажке. Минуты на табло неумолимо бежали.
     — Это какой-то бред, — с досадой пробормотала Картер. — А ведь это только первая комната! Какая там была подсказка?
     — Враг вашего врага — ваш друг, — ответил Ади, с досадой дёргая замок. — И наш главный враг сейчас — вот эта хреновина.
     — Подсказки всегда дают для какой-то крупной загадки в комнате, — возразил Бек. — Не думаю, что она относится к первому замку.
     Он, Ади и Сиерра заговорили одновременно. Картер зажмурилась, пытаясь сосредоточиться. От мигающей лампочки начинала болеть голова, а бутафорские очки неприятно давили на переносицу.
     Четыре буквы. Она попыталась представить, что сидит дома, скрестив ноги на одеяле, с ноутбуком на подушках, и просто смотрит этот эпизод на экране. Она бы поставила видео на паузу прямо сейчас. Итак, что у них есть? Блокнот. Сообщение из странных символов. Четырехбуквенный замок. Записка про гражданских и ресурсы. Шпаргалка с азбукой Морзе.
     Ну же, Картер. Детали пазла перед тобой. Нужно просто собрать их воедино.
     — Я не могу думать, — пробормотала она, сдёргивая очки и швыряя их на стол. — Кто-нибудь может починить эту дурацкую лампу… — Ещё глаза широко раскрылись. — Внимание! Все замолчите!
     В комнате воцарилась тишина. Картер указала пальцем вверх. Лампочка трепетала, затем замирала на секунду-другую, затем снова трепетала, трепетала, трепетала, замирала…
     Остальным потребовалось всего пару секунд, чтобы всё понять.
     Сиерра тихо выругалась:
     — Как я могла этого не заметить?
     Бек бросился к Картер и сигнальной ленте, но Ади поднял руку:
     — Я помню азбуку Морзе наизусть. Дайте секунду.
     Картер следила за миганием, сверяясь со шпаргалкой на ленте.
     Вспышка, две длинных, вспышка — точка, два тире, точка — это буква P.
     Пауза.
     Четыре вспышки — H.
     Пауза.
     Одна вспышка — E.
     Пауза.
     Вспышка, длинная, две вспышки — L.
     — P-H-E-L? — спросил Бек, хватаясь за замок.
     — H-E-L-P, — поправил Ади.
     — Ах да, Help! — Бек быстро набрал буквы. Замок щёлкнул и открылся.
     Картер шагнула за остальными в следующую дверь и... 
     Их поглотила абсолютная тьма.
     — Чёрт бы всё побрал, — прошипела Сиерра.
     Их минута блэкаута началась.
     — Ставлю на то, что зрителям у экранов сейчас невероятно весело, — пошутил Бек.
     — У них есть камеры ночного видения, — ответила Картер, осторожно продвигаясь вперёд, пока во что-то не врезалась. — Ой!
     — Ты цела? — обеспокоенно спросил Бек.
     — Да… Кажется, я налетела на стол.
     Её сокомандники осторожно передвигались в темноте, периодически издавая кряхтение и сдавленные «ай». Картер боком продвигалась вдоль огромного круглого стола, наощупь пытаясь найти хоть какую-то зацепку, но всё было бесполезно. Ничего, кроме гладкой поверхности и тиканья часов…
     Наконец комната озарилась ярким светом. Картер зажмурилась от неожиданности. Её взгляд инстинктивно метнулся к цифровому табло на стене, застывшему на отметке, когда они вошли. Тринадцать минут и одиннадцать секунд. Слишком долго.
     — Эпично, — пробормотал Бек, осматриваясь.
     Три стены помещения занимала гигантская карта мира, усыпанная крошечными мигающими огоньками разных цветов. Хотя контуры континентов и островов угадывались без труда, все названия были написаны на инопланетном языке.
     В центре комнаты возвышался тот самый круглый стол, на который наткнулась Картер. На его поверхности тоже была растянута карта мира, где больше десятка стран были отмечены жёлтыми крестиками.
     Четвёртая стена была уставлена стеллажами, на которых вперемешку лежали военная экипировка, армейские сухпайки и куча совершенно рандомных предметов: кувшин с водой, радужная бомбочка для ванны, палетка макияжа, какая-то металлическая пружина, комнатное растение, стальная указка, старое радио, стеклянная бутылка, спрей от насекомых, мешочек с песком и десятки других мелочей, не имеющих между собой ничего общего.
     — Матерь божья, — прошептал Бек.
     Картер обернулась:
     — Что там?
     — Да нет, буквально — Иисус! — Он указал на экран, где демонстрировалась огромная статуя Иисуса Христа с распростёртыми руками, возвышающаяся над прибрежным городом. Картер успела лишь мельком взглянуть на неё, прежде чем изображение сменилось пирамидами Гизы, а затем Эйфелевой башней. На каждый из этих объектов совершалось нападение: молнии, пожары, землетрясения и другие катаклизмы. Выглядело весьма апокалиптично.
     — Мы должны остановить вторжение, — напомнила Сиерра. — И спасти как можно больше городов.
     Ади поднял блокнот с инопланетным алфавитом:
     — Символы на карте точно такие же, как в этой книжке.
     Сиерра решительно шагнула к нему:
     — Дай сюда.
     — Держи, — он передал ей блокнот и подошёл к Беку у экрана.
     Картер подхватила со стеллажа радиоприёмник и включила его. Из динамика вырвался треск помех и обрывки голосов: кто-то молил о помощи, кто-то выкрикивал координаты, кто-то отдавал военные приказы.
     — Мы перехватываем радиочастоты! — воскликнула она.
     Вдруг сквозь помехи чётко прозвучал голос: «Осло пал! Повторяю, Осло уничтожен!»
     — Что? Нет! — крикнула Картер, переведя взгляд с Ади на стену. — Где Осло?
     Он указал на Норвегию, и прямо у них на глазах крошечный синий огонёк сменил цвет на фиолетовый.
     — Погодите, — Ади щелкнул пальцами прямо перед лицом Сиерры, уткнувшейся в блокнот. Она скривилась и щелкнула пальцами ему в ответ, но он не обратил внимания. — Названия городов на инопланетном! Смотри, в слове Осло четыре символа, причем первый и последний одинаковые. Они соответствуют нашему алфавиту!
     — Точно! — Сиерра схватила карандаш, лежавший среди вещей на стеллаже, и принялась быстро набрасывать ключ-шифр, используя названия городов со стены. — На это уйдёт минута. Картер, осмотри предметы, ищи любые надписи. Ади, следи за достопримечательностями на экране и зачитывай их вслух.
     — Фиолетовый свет означает, что город уничтожен, — произнёс Ади. Едва он это сказал, как ещё несколько синих огоньков вспыхнули фиолетовым.
     — Постойте, а Гейм-мастер разве не говорил, что мы должны не просто остановить атаки, но и обратить некоторые из них вспять? — вспомнил Бек. — Как нам это сделать?
     Картер указала на стеллажи:
     — Возможно, с помощью этих предметов? Помоги мне их разобрать.
     Пока они искали, радио продолжало транслировать сообщения о падающих городах. Это превратилось в фоновый шум, перебиваемый голосом Ади, зачитывающим сменяющие друг друга картинки:
     — Эйфелеву башню бьёт молния. Сиднейскую оперу смывает цунами. Так, а это где?.. А, Кремль в Москве, он горит. Тадж-Махал рушится от землетрясения. Пятый объект не узнаю, но там, кажется, кислотный дождь. Пирамиды Гизы — саранча. Ну разумеется. Статуя Христа-Искупителя — оползень?
     — Погоди, саранча? — Бек повернулся к полке напротив Ади. — Тут есть спрей от насекомых!
     — Враг вашего врага — ваш друг! — озаренно выкрикнула Картер. — Враг саранчи — спрей от насекомых! Быстрее, бери его!
     Бек схватил баллончик.
     — Так, — продолжить Ади. — Снова Эйфелева башня и электричество.
     — Громоотвод! — Бек подхватил стальную указку.
     Картер нашла губку для защиты от цунами в Сиднее и подхватила кувшин с водой для тушения Кремля.
     — Землетрясение, — хмурился Ади, глядя на Тадж-Махал. — Что является врагом землетрясения?
     Бек усмехнулся, поднимая металлическую пружину:
     — Амортизаторы!
     — Надо же, — удивленно выдохнула Картер, — а я думала, это просто пружина от матраса.
     — Растение пригодится против оползня, — добавил Ади. — Корни удерживают почву. Кто-нибудь знает, чем нейтрализовать кислотный дождь?
     — Попробуйте щелочной раствор, — не отрываясь от расшифровки, бросила Сиерра.
     Картер бросилась к стеклянной бутыли:
     — Тут написано «гидроксид натрия»!
     Бек показал ей большой палец.
     — Так, спрей от насекомых кладём на Египет, — координировал Ади их действия вокруг огромной карты на столе. — Растение — на Бразилию. Губку — на Австралию…
     — Есть! — крикнула Сиерра, с размаху положив карандаш. — На первой странице написано: «Не дайте нашей радуге раствориться, иначе наши силы угаснут».
     — То есть… пришельцы управляют радугой? — Бек ухмыльнулся. — Клёвая суперспособность.
     Картер радостно ойкнула и схватила радужную бомбочку для ванны:
     — Это точно про неё!
     — Побочный квест? — спросил Ади, пока Картер опускала бомбочку в кувшин с водой. Они наблюдали, как она со шипением растворяется.
     Ади оглядел комнату:
     — Ничего не происходит.
     — Может, надо подождать, пока она полностью растворится? — предположил Бек. — В них иногда кладут маленькие игрушки. — Он выждал паузу и добавил: — Чур, игрушка моя!
     — Я пока расшифрую следующую страницу, — Сиерра снова уткнулась в блокнот.
     — Так… куда ставить гидроксид натрия? — уточнила Картер.
     Ади посмотрел на сменяющиеся картинки и указал на изображение храма со статуей Будды:
     — Кажется, это Таиланд. Или… Индонезия?
     Бек сверился с картой:
     — Крестики есть и там, и там. Выбирай.
     — Таиланд?
     — Пусть будет Таиланд. — Картер поставила бутыль на карту.
     Они замерли в ожидании щелчка механизмов или вспышки света.
     Ничего.
     — Э-э-э, — протянула Картер.
     — Тогда, может, Индонезия? — предположил Бек.
     — Или мы где-то ошиблись, — пробормотал Ади.
     — А мы уверены, что растение нужно ставить на Бразилию? — Картер ткнула пальцем в карту. — Крестики стоят ещё на Мексике и Перу.
     — Уверен.
     Ещё четыре синих огонька сменились фиолетовыми. Ещё четыре города пали. Сколько успели потерять другие команды? Картер хотелось верить, что они справляются быстро благодаря географическим познаниям Ади, но время, потерянное в первой комнате, могло стать роковым.
     Внезапно экран с катаклизмами замигал. Картер затаила дыхание, боясь, что он сейчас погаснет. Если им придётся расставлять предметы по памяти... 
     Но экран не погас. Вместо этого картинка с пирамидами сменилась на…
     — Сиерра?
     — Что? — переспросила Сиерра, поднимая голову от блокнота. Её взгляд упал на экран, и лицо мгновенно застыло. — Какого черта?..
     На экране появилось лицо Сиерры — скриншот из её интервью после раунда в четвёртом сезоне. Затем экран снова глитчанул, и возникло изображение… Круза Фернандеса, одного из сокомандников Сиерры по прошлому сезону. Но его тут же сменила фотография подмигивающего Фитци. Затем Луис Огастес Рассел. За ним — еще одна бывшая сокомандница Сиерры, Мисси Мидзуно. Затем Раниэль Рассел. Сокомандники Алисии. Элайджа Куа. Вера. А затем видео пошло по новому кругу: Сиерра. Круз. Фитци. Луис — все подозреваемые в убийстве Алисии, их лица мелькали всё быстрее и быстрее.
     Пока видеоряд не замер — и на экране не появилась сияющая улыбка Алисии Ангелос.
     Из динамиков раздался изменённый автотюном скрипучий голос:
     «Я знаю правду. А вы уже догадались?»
     Всё мгновенно исчезло, и на экран вернулся привычный слайд-шоу с катаклизмами.
     — Что. За. Нах, — прошептал Ади.
     Бек задумчиво прикусил губу, нахмурившись:
     — Этот голос…
     — Не надо, — отрезала Сиерра, между её бровей пролегла глубокая складка. — Не здесь. Сфокусируйтесь. Мы почти закончили, я чувствую.
     Но после этого жуткого видео у Картер появилось липкое ощущение, будто они внезапно стали играть в совершенно другую игру.
     — Есть! — выкрикнула Сиерра, запуская руку в кувшин с мутной водой и выуживая оттуда капающий кристалл. — Ади! — Она бросила кристалл через стол. — В книге написано, что этим нужно заменить батарейки в радиоприёмнике!
     Ади подхватил радио и с треском выломал крышку отсека для батареек. Внутри оказалась выемка, идеально совпадающая с формой кристалла. Голоса из динамика тут же смолкли. По всей комнате крошечные огоньки на карте перестали мигать и загорелись ровным светом.
     — Что произошло? — выдохнула Картер.
     — Мы заблокировали их радиосвязь, — с довольной ухмылкой произнесла Сиерра. — Больше они не уничтожат ни одного города.
     — Да! — Бек протянул ей кулак для пожатия, и она неохотно ответила на жест.
     — Но мы всё ещё не обратили катаклизмы вспять, — напомнил Ади.
     Они снова прошлись по списку мест, перепроверяя достопримечательности, бедствия и решения. Бек бродил вокруг, более детально изучая предметы на стеллажах.
     — Всё же логично, — Картер переставляла гидроксид натрия между Таиландом и Индонезией. — Я не понимаю, что ещё может быть не так. — Она мельком взглянула на застывшее цифровое табло. Сколько ещё времени прошло? Десять минут? Пятнадцать?
     Она снова окинула взглядом полки. Её внимание привлёк маленький красный мешочек с песком — вроде тех, что используют для игр на ярмарках. На экране снова появилось изображение Сиднейской оперы, наполовину затопленной водой.
     Картер ахнула:
     — Это не цунами, это наводнение! Бек, живо!
     Она схватила мешочек и бросила его Беку, который поймал его одной рукой. Он мгновенно смахнул губку и шлёпнул мешок с песком на карту.
     Все огни в комнате вспыхнули ярким зелёным светом, и Картер услышала самые прекрасные слова на свете:
     — Команда «Хельсинг», вы совершили побег!
     
     Комната для интервью: Алисия Ангелос
     ВЫЖИВАЛИТИ: СЕЗОН ЧЕТВЁРТЫЙ
     КОНЕЦ ВТОРОГО РАУНДА: СОКРОВИЩА ГЛУБИН
     
     Хотя обычно Алисия держится на интервью жизнерадостно и приветливо, сейчас её улыбка выглядит натянутой, а спина напряжена, пока она восседает на троне с высокой спинкой. Гидрокостюм, в котором она проходила раунд, расстёгнут до талии, обнажая белый верх от бикини. Между ладонями она задумчиво перекатывает красный драгоценный камень.
     — Алисия, — с сочувствием и досадой произносит Фитци. — Что произошло?
     — Раунд был тяжёлым, — признаётся она. — Мы проголодались. И мучились от жажды.
     — И ехидничали.
     Она изогнула бровь:
     — Но мы всё равно закончили с отличным результатом.
     — Это уж точно.
     — И получше, чем команда Сиерры.
     — Не могу это прокомментировать.
     — Когда-нибудь я поймаю тебя на слове, Фитци.
     — Очень надеюсь, что нет, — отвечает он, усаживаясь поудобнее на точно таком же троне напротив.
     — К счастью, я разгадала подсказку Луиса.
     — «Ищите Верна». Честно говоря, я до сих пор ничего не понял.
     — Тебе стоит попробовать хотя бы иногда брать в руки книги. «Двадцать тысячлье под водой»?
     — Без понятия, дружище. Я здесь так, чисто для красоты.
     — Это классика. — Она поднимает красный самоцвет к свету и мечтательно улыбается: — Одна из любимых книг Гейм-мастера.
     — Серьёзно? Хотя, что интересно, один из участников додумался до этого даже быстрее тебя.
     — Что? — Алисия мгновенно выныривает из своих грёз. — Кто?
     — Думаю, ты и сама прекрасно догадываешься.
     Алисия улыбается, но её кулак крепко сжимается вокруг драгоценного камня:
     — Да. Уверена, что догадываюсь.


Глава 28
     
     Бек
     
     Бек сидел на одном из шезлонгов у бассейна, с самым важным видом изображая, будто глубоко погружён в прокручивание ленты соцсетей. После пяти минут попыток «вести себя нормально» ему стало совершенно ясно, что для слежки и маскировки он не создан абсолютно. Нога непрерывно дёргалась. Пальцы оставляли на стекле смартфона влажные, липкие от пота следы.
     Он косо взглянул на Сиерру, которая развалилась на соседнем шезлонге, прикрыв глаза одной рукой. Без её привычных ботинок рваные колготки казались бесконечными, визуально удлиняя ноги.
     Чуть дальше, на самом краю бассейна, устроился Ади. Опустив ноги в воду, он держал на коленях открытую книгу. Ни у того, ни у другого не возникало ни малейших проблем с тем, чтобы выглядеть естественно.
     Бек снова уткнулся в экран, где выскочила контекстная реклама с анонсом эксклюзивного разоблачения Виктора Каннингема и его курорта с головоломками. Будто рекламный алгоритм читал его мысли.
     Подумать только, Виктор Каннингем — отец Ади. Это просто не укладывалось в голове. Если их команда выиграет пропуски в «Свитбрайер», их воссоединение семьи обещает быть ещё тем зрелищем.
     — Слушайте, — выговорил он, чувствуя, что если сейчас не заговорит, то просто взорвётся от нервного напряжения, — а то видео в инопланетном бункере… это же полнейшая дичь, да? Жаль, что у нас нет записи.
     — Зачем? — откликнулась Сиерра, не открывая глаз. — Оно не сообщило нам ничего нового.
     — Думаете, убийца начинает нервничать? — подал голос Ади. — Если этот человек реально есть в том списке подозреваемых, он сейчас должен понимать, что его дни сочтены.
     — «Настоящему Гейм-мастеру» лучше оглядываться по сторонам, — хмуро вставила Сиерра. — Если убийца вычислит, кто подбрасывает подсказки…
     Бек перекрестил лодыжки, давая второй ноге возможность продолжить судорожно пританцовывать:
     — Мне кажется, я узнал голос в том видео. Он был искажён автотюном, но в нём было что-то до боли знакомое. — Во рту пересохло, пока он пытался вспомнить тот самый «вкус», который почувствовал во время просмотра. Ревеневый пирог? Нет… не совсем. Эх, услышать бы его ещё разок…
     — Он уходит, — резко произнёс Ади.
     Мозгу Бека потребовалась секунда, чтобы переключиться. Действительно, Элайджа Куа как ни в чём не бывало вышел из своей двери, ровно по расписанию, отправляясь на интервью для канала Картер. Направляясь к столовой, он непринуждённо помахал им рукой.
     Бек помахал в ответ. Сиерра и Ади даже не шелохнулись.
     Как только Элайджа скрылся за углом, Ади поднялся на ноги и швырнул книгу на пустой столик:
     — Это не займёт много времени, — бросил он и неспешным шагом направился к двери вожатых. Постучал.
     — Хватит пялиться, — буркнула Сиерра.
     Бек снова смущенно загородился телефоном.
     Дверь открыла Лиза. Они с Ади переговорили пару секунд, после чего она просияла, вышла на улицу и захлопнула за собой дверь. Спустя мгновение они оба уже шагали в сторону столовой.
     — Ади умеет обрабатывать людей, — уважительно пробормотал Бек.
     Сиерра уже натягивала ботинки:
     — Погнали.
     Они поспешили к вилле по узкой дорожке вдоль стены. Сиерра шагала с таким уверенным видом, будто имела полное право здесь находиться, а вот Бек каждые пару секунд нервно оглядывался, проверяя, не следит ли кто за ними. Учитывая, что калитка заднего двора прекрасно просматривалась от бассейна, это место трудно было назвать идеальным для взлома с проникновением.
     Сиерра потянула калитку на себя и тут же выругалась:
     — Снова заперто! — Она в досаде тряхнула кованую решётку.
     — Я сейчас. — Бек смерил взглядом оштукатуренную стену по обе стороны от ворот. Она была чуть выше его роста, такой же фактуры, как и сами виллы. В основном гладкая, но с парочкой мелких выступов.
     Раз плюнуть.
     Он ухватился за верхний край и подтянулся. Носки ботинок зацепились за крошечные выемки. Вытолкнув себя ногами, он перекинул локоть через парапет, упёрся ладонью и перенёс вес тела. Не прошло и пяти секунд, как он бесшумно приземлился по ту сторону ограды.
     Сиерра упёрла руки в бока и с нескрываемым скепсисом посмотрела на него, когда он отомкнул задвижку и впустил её:
     — Знаешь, если бы ты сказал мне неделю назад, что умеешь так делать, мы бы закончили всё гораздо быстрее.
     — Я не знал, что тебя смущает калитка. Я думал, ты больше переживаешь о том, как убрать с дороги Элайджу и Лизу.
     — И это тоже, — ответила она, закрывая за ними решётку. — На будущее: в полуфинале на испытание ловкости я выдвигаю тебя.
     — Серьёзно? Клёво!
     — Начинаем.
     Бек окинул взглядом патио. Выглядело оно симпатично: плитка вымощена спиралью, уходящей от центра. Вдоль края тянулась клумба с пальмами и декоративной травой. Чуть в стороне стоял кофейный столик с двумя стульями.
     — С чего начнем?
     — В прошлый раз я проверила клумбу и вдоль стен, — сказала Сиерра. — Ещё посмотрела светильники. Но сестра велела искать под террасой… Так что я, честно говоря, просто избегала очевидного.
     Они оба уставились на вымощенную спиралью плитку. Их здесь были сотни — легко тридцать квадратных метров открытого пространства. И они даже не знали, что именно ищут. Компрометирующее фото? Орудие убийства?
     — И полиция ничего не нашла? — спросил Бек.
     — Это они мне так сказали, но я уверена, что они искали сквозь пальцы. Они давали понять, что считают, будто я всё придумала, чтобы затянуть время.
     Бек нахмурился. Ему не хотелось верить, что нормальные детективы могут так халатно отнестись к прямой наводке. С другой стороны, ему и в манипуляции продюсеров ради драмы верить не хотелось, а жизнь быстро доказала обратное.
     Внезапный пронзительный крик заставил его вздрогнуть. Но это оказалась всего лишь птица в ветвях пальмы — не скрип калитки, не трель сигнализации и не вернувшиеся Элайджа с Лизой.
     Каждая секунда промедления была на вес золота. Ади и Картер рассчитывали отвлекать вожатых хотя бы час, но этот час пролетит незаметно.
     — Я начну с центра и буду двигаться к краям, — предложила Сиерра. — А ты начинай с внешнего периметра и иди к центру. По мне, если бы я спрятала что-то под террасой, я бы положила это либо с самого края, либо ровно посередине.
     Бек выбрал место в тени навеса виллы и запустил пальцы под первую плитку — красноватый квадратный брусок размером с ладонь. Потребовалось немного раскачать его, прежде чем удалось выковырнуть из песчаной подушки. Он посмотрел на песок. Посмотрел на обратную сторону плитки.
     Это была… просто плитка.
     Он уложил её на место.
     Одна готова. Осталась ещё целая куча.
     — Как думаешь, это Джариус запер нас в морозильнике? — спросил он, передвигаясь на коленях к следующему ряду. — Может, решил отомстить Картер за то, что её вырвало на него?
     — Похоже на то, — отозвалась Сиерра. — По какой-то причине они выбирают нас для своих подлянок. Видимо, видят в нас реальную угрозу.
     — Ну… мы и есть угроза, разве нет? У тебя есть опыт участия в шоу, Картер — специалист по головоломкам, Ади шикарно щелкает анаграммы и словесные ребусы, а я сам строил квест-комнаты, так что хочется верить, что я понимаю логику Гейм-мастера.
     — И при этом мы с треском провалили первые два раунда.
     Справедливое замечание, хотя Бек свято верил в свою команду. Он знал, что они могут уделать Джариуса и его прихвостней. Знал, что они дойдут до финала. Он знал…
     Знакомые голоса донеслись со стороны дорожки. Картер и Элайджа приближались, о чём-то споря.
     Бек замер с плиткой в руках. Его взгляд встретился со взглядом Сиерры.
     — Прости! — донёсся голос Картер. — Элайджа, подожди! Вернись, пожалуйста!
     — Разговор окончен, — отрезан Элайджа. — Хочешь перетирать четвёртый сезон — ради бога. Но я не позволю давить на себя и выуживать личные дела Алисии. Я уже дал все показания полиции.
     — Ладно, ладно! — Голос Картер становился всё более отчаянным. — Никаких разговоров об Алисии! Все нормально! Я понятия не имела, что это такая болезненная тема. Давай просто доснимем интервью.
     — Может, позже. У меня пропало всякое желание.
     Бек затаил дыхание, надеясь, что Элайджа пойдёт к главному входу и даст им с Сиеррой шанс ускользнуть через калитку.
     Но нет — шаги повернули к дорожке. Он шёл прямо на террасу.
     Бек аккуратно пристроил плитку на место и вскочил на ноги:
     — Я отвлеку его, — прошептал он. — Уходи через дом.
     Сиерра хотела было возразить, но Бек уже метнулся к калитке и с грохотом распахнул её прямо перед носом Элайджи, который уже тянулся к замку с ключом в руке.
     Элайджа от неожиданности ойкнул и отшатнулся.
     — Элайджа! — воскликнул Бек, проскальзывая за калитку и закрывая её за собой с громким щелчком. — Я тебя как раз жду! Надеюсь, ты не против, что я тут немного освоился? У вас на заднем дворе так тихо и спокойно, а мне в последнее время так не хватает уединения.
     — Как… Забор разве не был заперт?
     Бек состряпал недоуменную мину:
     — Не-а. Сразу открылся. У тебя есть минутка? Мне бы не помешал твой совет.
     — Я… э-э. Ладно. Картер, мы закончили.
     Бек разыграл наигранное удивление:
     — О! Привет, Картер! Не заметил тебя.
     — Привет?.. — пискнула Картер с округлившимися глазами.
     — Извини, — сказал Бек. — Не хотел перебивать. Но мне правда очень нужно было кое с кем поговорить.
     Взгляд Картер метнулся к калитке — скорее всего, она искала глазами Сиерру.
     Элайджа, казалось, хотел послать Бека куда подальше, но затем его лицо изобразило подобие понимания:
     — Конечно. Я слушаю. Хорошо, что ты подождал. — Он потянулся к ручке калитки, затем запнулся: — Картер, ты не могла бы оставить нас?
     — А! Да! Конечно. Э-э… если я понадоблюсь, Бек, ты знаешь, где меня найти. — Картер начала медленно отступать по дорожке.
     — Входи, садись, — пригласил Элайджа.
     Бек затаил дыхание, пока они выходили на террасу. Сиерра уже бесшумно испарилась в доме. Если пара плиток и лежала криво, Элайджа этого не заметил.
     Бек присел на край металлического стула и тут же принялся без остановки тараторить: про загадки на шоу, про послание на бычьем сердце, про то, как их заперли в морозильнике, а виновного так и не нашли, про саботажников и психологические игры…
     Элайджа поднял руку, останавливая этот поток сознания.
     Бек перевёл дух. На самом деле выговориться было даже приятно.
     — Я понимаю, что всё это тяжело, — произнёс Элайджа, — но большая часть из этого — просто попытки продюсеров раздуть драму. Они всегда так делают.
     — Ага, я заметил, — сухо отозвался Бек. — Должно быть, тебе было нелегко вернуться сюда после всего произошедшего. Я знаю, что финал прошлого сезона стал трагедией для всех вас.
     Голос Элайджи стал глухим:
     — Это было ужасно. Когда Раниэль предложила мне эту работу, я хотел отказаться. Но в итоге… я просто не смог заставить себя остаться в стороне.
     — Почему?
     — Всё сложно. И я не жду, что кто-то поймёт.
     — А ты попробуй.
     На скуле Элайджи заиграл желвак. Он, казалось, взвешивал решение, но затем качнул головой.
     — Ну же. — Бек пододвинул стул ближе, металлические ножки с неприятным скрипом проехались по плитке. — Здесь все такие скрытные. На самом деле иногда полезно выговориться. И я умею слушать, спроси кого угодно.
     Элайджа посмотрел на Бека сквозь упавшую на лоб непослушную щёлку кудрей. Настороженно и с подозрением.
     Бек обхватил лицо руками, всем видом изображая искреннее участие.
     Элайджа сделал глубокий вдох. Когда он наконец заговорил, его голос звучал едва слышно:
     — Я вернулся, потому что… потому что это последнее место, где я видел её.
     — Алисию? — благоговейно прошептал Бек.
     — А кого же ещё? — Элайджа вздрогнул и посмотрел в сторону бассейна. — Я видел, как она уходила с виллы в ту ночь. Я видел, что она расстроена. Я думал пойти за ней, но… не пошёл. — Он закрыл глаза. — У меня много причин для сожалений, но это останется самой страшной.
     — Она была твоей соперницей, — мягко заметил Бек.
     — В игре — да. Но за её пределами? Нет. — Он тоскливо вздохнул. — Вернувшись сюда… я думал, что смогу быть ближе к ней. Будто мне не пришлось прощаться.
     Бек едва верил своим ушам:
     — Так это был ты?
     Туманная печаль на лице Элайджи сменилась недоумением:
     — Что убил её? Ты вообще слушал, что я…
     — Нет, я не об этом! — перебил Бек. — Ходят слухи, что она с кем-то встречалась на съёмках. Это был ты?
     Раздувшиеся ноздри Элайджи выдавали закипающее раздражение — его тихая грусть мгновенно улетучилась:
     — Это Сиерра тебе наплела? Тебе стоит знать, что она патологическая лгунья, которая с первого дня пытается убедить всех в своей невиновности. Ей бы очень пригодилась сказка про тайного возлюбленного, но я не видел ни одного доказательства.
     — Ладно, — кивнул Бек. — Но если она с кем-то встречалась, это важная зацепка. Этот человек был бы главным подозреваемым.
     — Ни с кем она не встречалась! — Элайджа вспыхнул и вскочил. — Я не должен был ничего говорить. Это было непрофессионально.
     — Неужели ты не хочешь узнать, что с ней произошло? — спросил Бек.
     — Я знаю, что с ней произошло! — Элайджа рывком распахнул калитку и замер в проёме, буквально излучая напряжение. — Сиерра и Алисия сильно поругались за несколько часов до того, как Алисия погибла. У Сиерры проблемы с контролем гнева, она пишет жуткие картины с умирающими людьми. Из всех подозреваемых она единственная, чьё алиби на ту ночь так и не подтвердилось. — Его взгляд въелся в Бека. — Тут и думать нечего.
     Бек знал, что это была не Сиерра. Он верил ей всем сердцем. В ней была глубокая боль и доброта. Он смог разглядеть человека за её защитной броней.
     Сиерра не убивала свою сестру.
     Но Бек был практически уверен, что Элайджа что-то скрывает.


Глава 29
     
     Сиерра
     
     Сиерра позволила задней двери виллы бесшумно захлопнуться. Снаружи, за калиткой, всё ещё доносился голос Бека, успешно заговаривавшего зубы Элайдже.
     Смелый ход с его стороны, этого у него не отнять.
     Бывшая вилла Алисии была зеркальной копией той, где ютилась команда Сиерры по другую сторону бассейна: центральная гостиная с открытой кухней и два спальных блока по обе стороны короткого коридора. Правда, здесь пахло намного приятнее, будто кто-то жёг кучу ароматических свечей.
     Она поспешно миновала спальни и проскользнула в гостиную. На стене висела репродукция Ван Гога — не такая затасканная, как «Звёздная ночь», но одна из самых любимых Сиеррой: сочный парижский пейзаж, тёплые жёлтые и оранжевые тона под усыпанным звёздной пылью небом.
     Она всегда восхищалась Ван Гогом. И дело было не только в том, что он оставался провидцем в мире упёртых критиков — Сиерру искренне завлекала сама мысль о человеке, который был настолько предан своему делу, что отрезал себе ухо.
     На кухонном островке лежал открытый MacBook, а вокруг него царил хаос из рассыпанных бумаг и блокнота на спирали. Сиерра метнула быстрый взгляд на окна, проверяя, не виден ли её силуэт снаружи.
     И внезапно замерла.
     Шагнула назад на цыпочках.
     На экране компьютера был открыт Домен — форум, созданный Настоящим Гейм-мастером.
     Блокнот был испещрён каракулями. Обычно у Элайджи был аккуратный почерк, но первая страница выглядела ужасно: большинство букв были жестоко перечёркнуты. Сиерра поняла, что он пытался разгадать головоломку с лентой — ту самую, которую расщёлкнул Ади.
     Она осторожно сдвинула несколько листов в сторону и увидела списки имён, временные засечки, заметки о воспоминаниях Элайджи о той самой ночи, пересыпанные вопросительными и восклицательными знаками.
     Внимание Сиерры привлекла рукописная пометка, сделанная красными чернилами. Она наклонилась ниже.
     4:00 утра — хлопнула дверь. Машина выехала с дорожки. Почему без фар?
     Погодите-ка. Элайджа ни словом не обмолвился о загадочной машине, уехавшей с выключенными фарами.
     Она попыталась сопоставить хронологию. Ссора около девяти вечера. Телефон Алисии отключается примерно в десять тридцать, в миле от комплекса. Алисию убивают после часа ночи. Загадочная машина уезжает со двора спустя несколько часов.
     Раздражённо рыкнув, Сиерра перевернула страницу, и дыхание перехватило. На неё смотрела фотография сестры. Снимок был немного зернистым, словно его сделали издалека и сильно приблизили. Алисия застыла со смехом на губах, её глаза задорно щурились. На ней был жёлтый купальник, а на заднем плане угадывалась гладь бассейна.
     Под фотографией Элайджа написал хайку — всё тем же своим ровным, аккуратным почерком:
     Она ушла за калитку,
     Забрав одеяло и моё сердце.
     Стоило ли мне пойти за ней?
     — Мразь, — пробормотала Сиерра. — Даже не думай подаваться в поэты.
     Но потом… одеяло. Образ Алисии, накинувшей то самое плед-одеяло на плечи, навечно въелся в память Сиерры.
     Она всегда была уверена, что стала последним человеком, не считая убийцы, кто видел сестру живой. Но, судя по всему, Элайджа наблюдал за тем, как она выходит за калитку в ту ночь.
     Она метнулась назад по его записям, и да, вот оно... 
     Около 9:10 — Сиерра ушла через главную калитку.
     Около 9:15 — Алисия ушла с пледом. Пошла за Сиеррой?
     Она снова вернулась к стихотворению, перечитывая последнюю строчку, пока мысли метались между двумя возможными смыслами.
     «Стоило ли мне пойти за ней?» — Я не пошёл.
     «Стоило ли мне пойти за ней?» — Пойти за ней было ошибкой.
     Он был одержим её сестрой. Он мог приревновать. Мог пойти за ней. Мог убить её, а затем вернуться в четыре утра, чтобы поплавать. Смыть кровь? Мог ли бассейн быть как-то связан с тем, что тело Алисии было мокрым?
     И эта машина без фар… Кто-то проследил за ним обратно до вилл?
     Сиерра потерла лоб. Что она упускает?
     На террасе скрежет металлических стульев по плитке мгновенно вернул её к реальности. Точно — ей пора убираться отсюда.
     Отвернувшись от заметок Элайджи, она проскочила мимо журнального столика с прогоревшей свечой и тем же выпуском Hollywood Herald, что лежал и у них. Мимо консоли с декоративной стеклянной вазой, где лежали три бечёвочных шарика. Мимо картины Ван Гога... 
     Сиерра резко замерла. Обернулась одним молниеносным движением.
     Она уставилась на рамку на стене. Ночное кафе. Посетители, наслаждающиеся тихим вечером.
     Она знала эту картину. «Ночная терраса кафе».
     Всё тело Сиерры захлестнул адреналин. Она мельком оглянулась, гадая, сколько у неё осталось времени.
     Она сняла рамку со стены и прислонила её к спинке дивана. Не найдя ничего необычного на самой стене, Сиерра стала ощупывать края картины. И тут… нащупала. Маленький надрез на плотной коричневой бумаге, закрывающей подрамник с обратной стороны.
     Она запустила под бумагу накрашенный чёрным лаком ноготь и слегка потянула…
     Ей в ладонь выпал кусочек бумаги. Он был аккуратно сложен в плотный маленький квадратик.
     Последняя записка Алисии.
     Сиерра вскочила на ноги, когда снаружи заскрипели петли калитки. Она засунула бумажку в карман и схватила картину. К тому моменту, как ей удалось накинуть тросик рамки на саморез, она уже слышала, как открывается задняя дверь. Шлепанье кроссовок Элайджи.
     Она метнулась к прихожей, бесшумно прикрыла за собой входную дверь, рванула вокруг кустов — и со всего размаху врезалась в Бека.
     — Сиерра! — выдохнул он, тяжело дыша. — Ты что… Я думал, ты уже давно ушла!
     — Я нашла её. — Она схватила Бека за руку и потащила прочь от виллы Элайджи. — Записку Алисии. — Они огнули бассейн. Элайджа за ними не шёл. Никто не обращал на них внимания. — Она имела в виду не террасу на улице. Она говорила про «Ночную террасу кафе» Ван Гога, которая висит у них в гостиной. Смотри. — Она выужила записку из кармана.
     — Боже мой. Ты сделала это!
     Они обменялись быстрыми торжествующими улыбками и сорвались на бег.
     Картер нетерпеливо ждала их в гостиной, кусая ногти.
     — Ну наконец-то! — воскликнула она, когда они ворвались в дверь. — Почему так долго? Он вас спаслил?
     — Нет, — ответила Сиерра, поднимая записку. — И мы её нашли.
     Картер с жадностью выхватила её из рук Сиерры. Она успела развернуть бумагу наполовину, как вдруг замерла, виновато посмотрела на Сиерру и медленно протянула записку обратно:
     — Думаю, право первого прочтения принадлежит тебе.
     — Серьёзно? — фыркнула Сиерра, но особой злости не ощутила. После инопланетного бункера Картер стала вести себя куда увереннее. Азбука Морзе, мешок с песком, разгадка подсказки Луиса, казалось, её инстинкты Специалиста по головоломкам наконец-то проснулись. Сиерра даже почувствовала за неё некую гордость.
     — Может, подождём Ади? — спросил Бек, когда Сиерра начала разворачивать листок.
     Сиерра замерла. Её челюсть сжалась. Жгучее любопытство узнать, что сестра хотела ей сказать, вступило в схватку с совестью, пока Бек не напел:
     — Мы же одна команда-а-а…
     Издав тяжелый стон, Сиерра положила нераспечатанную записку на стойку и достала телефон:
     — Даю ему ровно пять минут. Если не вернётся, читаем без него.
     Ади вернулся через минуту и сорок девять секунд.
     — Спасибо, — искренне выдохнул он, вбегая на виллу. — Я ещё никогда не был так рад сбежать из разговора. Дружеский совет: никогда не спрашивайте Лизу, какие фильмы ей нравятся, если не хотите два часа слушать детальный разбор всех сюжетных дыр во франшизе «Назад в будущее». — Он встряхнул руками, словно пытаясь развеять остатки этого диалога. Затем перевёл взгляд: — Где она? Что там написано?
     Картер указала на записку в руке Сиерры:
     — Мы ещё не открывали.
     — Решили дождаться тебя, — добавил Бек.
     Ади на мгновение застыл от неожиданности:
     — Оу. Спасибо. Я здесь. Давайте посмотрим.
     Сиерра уже разворачивала листок, открывая напечатанный огромным шрифтом текст во всю ширину стандартного листа:
     Ну... дерьмо. Это письмо - последний опасный замысел, последняя напрасная надежда.
     Может, я уже мертва и похоронена. Или просто_пропала?
     Готовы? Я была с Луисом. (Луис Огастес Р!)
     Сначала был просто флирт, который перерос в большее
     Я абсо!!лютно не хочу, чтобы копы узнали _остальное
     Всё сложно, сестрёнка. я бы оч хотела, чтобы ты отомстила за меня - удачи Помни дурацкую подсказку во ...
     2-м эпизоде?Если ты сначала сможешь найти свет от виллы #4, он должен направить тебя. Это раскроет всё. Мой секрет, мою ошибку.
     Если я уже проиграла, у меня 1 большая просьба:Уничтожь Рани+Луиса.
     Не верь Расселам.
     -Алисия
     — Обалдеть… — пробормотала Картер. Примерно на такую же реакцию сейчас был способен и мозг Сиерры. — Это что… Она реально имеет в виду то, о чём я думаю?
     — Ты думаешь, она имеет в виду, что спала с Луисом? — тихо спросил Бек. — Потому что да. И это мерзко.
     Сиерра перечитала записку снова. И снова.
     Её сестра. И Гейм-мастер?
     Ади выхватил записку, чтобы изучить её поближе:
     — Может да, а может и нет. Это очевидный шифр.
     — Но что, если это правда? — тихо проговорил Бек. — Сколько ей было? Это вообще… Я имею в виду, это было законно?
     — Ей было восемнадцать, — отрезала Сиерра, и с этими словами её растерянность мгновенно исказилась в нечто иное. В отвращение. Как будто Алисия мало натерпелась за свою жизнь.
     Сиерра отвернулась и принялась мерить комнату шагами.
     — Какая мразь. Может, юридически это и не было совращением несовершеннолетних, но это всё равно полный пиздец! Во-первых, он женат. Во-вторых, он старше её почти на двадцать лет! И в-третьих — это же мерзостная изощрённая власть! У неё не было денег. Она отчаянно хотела выиграть шоу и забрать главный приз. А он… Как он мог?! С моей сестрой! — Она уже практически кричала. Когда она схватила диванную подушку и принялась с силой колошматить её о спинку дивана, никто даже не попытался её остановить. — Мерзость! Урод! Манипулятор! Мужики!
     Она сделала паузу, чтобы перевести дыхание. Гнев немного упёкся, когда она посмотрела на Бека и Ади.
     — К вам не относится. Но… урод!
     — Мы понимаем, — кивнул Ади.
     — Да, — согласился Бек. — Абсолютно заслуженно.
     Сиерра рухнула на диван и закричала прямо в подушку.
     — Итак… — подала голос Картер. Голос её дрожал. — Что это значит? Что именно это значит для нас? — Она выглядела абсолютно раздавленной. Сиерра подняла голову и посмотрела на неё. Она достаточно хорошо знала Картер, которая боготворила Гейм-мастера, чтобы понимать: для неё это тоже был сокрушительный удар.
     — Обычно виновен парень или муж, — сказал Бек. — По крайней мере, если верить всем тру-крайм шоу на свете. Так что… — Он запнулся, словно не мог подобрать слов для мыслей, крутившихся у всех в голове.
     Зато Сиерра могла.
     Её сестра боялась, что с ней что-то случится, и затем… а затем…
     Сиерра закрыла глаза, снова видя то, что преследовало её каждый день. Алисия в гробу: её тело бледное, застывшее, мокрое. То, как был вымочен её труп, само по себе казалось надругательством.
     Она села, до белых костяшек сжав диванную подушку.
     — Это был Гейм-мастер, — чеканно произнесла она. — Этот ублюдок убил мою сестру.


Глава 30
     
     Ади
     
     — Не нужно делать поспешных выводов, — сказал Ади. Он всё ещё тщательно изучал записку, пытаясь разглядеть скрытые закономерности, но пока безуспешно. Топорный язык, странные знаки препинания, опечатки… Очевидно, за этим зашифровано нечто большее — то, что Алисия хотела донести исключительно до Сиерры. — Нам нужно расшифровать остальную часть этого послания.
     Картер заглянула ему через плечо:
     — Как думаешь, что означают эти зачёркивания и подчёркивания?
     — Не уверен. Дай мне минуту.
     — Она не была такой уж умной, — хмуро бросила Сиерра. — Как она могла составить шифр, который оказался тебе не по зубам?
     — Он у меня в руках всего секунд двадцать!
     — И ещё вот это, — добавил Бек, заглядывая через другое плечо Ади и указывая пальцем в нижнюю часть листа. — «Не верь Расселам». Расселам — во множественном числе.
     — Луис достаточно умён, чтобы спланировать и совершить убийство, — произнёс Ади. — У него был доступ и к Алисии, и к комнате финала, где нашли её тело…
     — А Раниэль обеспечивала ему алиби, — подхватил Бек. — Что, если она ему просто соврала?
     Картер покачала головой:
     — Зачем Раниэль покрывать мужа, если у него был роман на стороне? Записка порождает только больше вопросов.
     Ади сузил глаза:
     — Ты просто отказываешься верить, что твой драгоценный Гейм-мастер может быть убийцей.
     — Эй! — воскликнула Картер, выглядя искренне оскорблённой. — Мы только что узнали, что мой «драгоценный Гейм-мастер» — лживый, изворотливый бабник. И да, я не в восторге от этого, но, по-моему, я переношу эти новости вполне достойно! — Она эмоционально взмахнула рукой в сторону записки. — Но от того, что у Алисии была какая-то личная драма с Расселами, вовсе не следует автоматически, что Луис её убил!
     Глаза Бека округлились:
     — Может, они убили её вместе?! — Он всплеснул руками и прижал ладони к щекам. — Вот куда Алисия постоянно пропадала! Она встречалась с Луисом!
     — Нет, — возразила Сиерра. — Ну… в смысле, может, иногда и так. Но был случай, когда она испарилась прямо перед съёмками отборочного раунда. И Луис, и Фитци в тот момент находились на съёмочной площадке. Я отлично это помню, потому что тогда вычеркнула Фитци из списка главных подозреваемых в измене — в обоих смыслах этого слова. Но потом я подумала, что в тот раз она могла просто пойти в другое место.
     — Куда, например? — спросил Бек.
     Сиерра лишь неопределённо пожала плечами.
     — Давайте сделаем шаг назад и всё трезво обдумаем, — предложила Картер. — Прочитай письмо вслух ещё раз, пожалуйста.
     Ади перечитал текст от слова до слова.
     Как только он закончил, Сиерра поднялась с дивана и принялась за свою фирменную проходку из угла в угол:
     — Что ещё за «свет от виллы номер четыре»? О чём она вообще?
     — Я тоже над этим думал, — отозвался Бек. Он забрал записку из рук Ади. — Тут три цифры: два, четыре и один. Это может что-то означать?
     — Она дала нам подсказку, — сказала Картер. — Какая подсказка во втором эпизоде вызвала столько споров? И была ли она как-то связана со светом?
     Сиерра нервно затеребила колечко в губе:
     — Ничего такого не помню, но, честно говоря, почти весь прошлый сезон у меня как в тумане.
     — Я сейчас проверю, — Картер потянулась к своему ноутбуку, пока Бек поднимал листок к потолочной лампе, разглядывая его на просвет.
     — Чисто. А у нас есть ультрафиолетовая лампа? — Он ахнул, сам же отвечая на свой вопрос: — Точно! Тот фонарик из приветственного набора!
     Принеся фонарик, он начал щелкать режимами, водя лучом по обеим сторонам бумаги… но никаких невидимых чернил или скрытых знаков не проявилось.
     Ади и не удивлялся. Нет, разгадка таилась в самом тексте. Он был написан слишком странно и неуклюже, чтобы это оказалось случайностью.
     Картер быстро прокручивала кадры четвёртого сезона на экране ноутбука:
     — Второй эпизод… Это была тема подпольного бара спикизи.
     — О-о, точно, — вспомнил Бек. — Обожаю этот эпизод!
     Но Сиерра лишь тяжко вздохнула:
     — Ах да. Пианино.
     Ади оторвал взгляд от текста и посмотрел на экран. Комната была стилизована под тайный бар времён Сухого закона: послания в бутылках с самогоном, задания на винтажных коктейльных картах и ноты на сцене для джазового квартета. Там была одна невероятно сложная головоломка, где участникам требовалось сыграть мелодию на рояле в обратном порядке.
     — Команда Алисии прошлась по раунду без особого труда, — заметила Картер, — а вот вы тогда жестко застряли.
     Сиерра мгновенно ожесточилась:
     — Потому что Элайджа отказывался меня слушать!
     — Ладно-ладно, — Картер примирительно подняла ладони.
     Сиерра фыркнула и пробормотала под нос:
     — Я ведь была права, чёрт возьми.
     — Ноты, значит? — переспросил Бек, откладывая записку и разглядывая хайлайты серии. — Может, дело в нотном стане? Буквы от A до G, да? Кто-нибудь из нас играет на инструментах?
     — Я играла на кларнете в начальной школе, — ответила Картер, — но почти ничего не помню. И при чём тут ноты, если свет должен нас куда-то направить?
     — Да какая разница! — отрезала Сиерра. — Алисия прямым текстом сказала всё, что нужно! — Она резко ткнула пальцем в бумагу. — Луис Огастес Рассел. Не Фитци. Не Элайджа. Не случайный декоратор или техник. Всё это время это был Гейм-мастер! — Её глаза горели праведным гневом. — Нам нужно найти способ допросить его.
     Ади обменялся быстрыми взглядами с остальными. Он не то чтобы был не согласен с Сиеррой. Если они пойдут с этим письмом в полицию, это может дать толчок расследованию, но у них по-прежнему нет прямых улик. Настоящих доказательств. Вроде признания.
     И тут Картер произнесла совершенно нерешительным голосом:
     — Кажется, у меня есть вариант.
     Она положила свой телефон на журнальный столик прямо между ноутбуком и запиской Алисии:
     — Он дал мне свой номер. Свой… личный номер.
     Заявление встретили гробовым, обескураженным молчанием, после чего Сиерра рявкнула:
     — Он ЧТО?!
     — Ничего такого! — Картер отчаянно замахала руками. — Он просто сказал, что я могу взять у него интервью. Для моего канала. Вот и всё!
     Ади подавил колкий комментарий. Картер выглядела слишком перепуганной, чтобы над ней подшучивать.
     — Ладно, — произнесла Сиерра, изо всех сил пытаясь взять себя в руки. — Значит, ты возьмёшь у него это интервью.
     Картер с трудом сглотнула и открыла мессенджер.
     На составление короткого сообщения у них ушло минут десять… А вот ответ от Луиса пришёл практически мгновенно. Когда телефон Картер звякнул, они замерли, будто на столе лежала взведённая бомба.
     Склонившись над экраном, они прочитали сообщение вместе:
     Здорово, что ты написала, Картер. Мне очень жаль, что Раниэль так резко прервала нас в прошлый раз. Она бывает довольно строга в вопросах интервью для СМИ, но чего она не знает, то ей не навредит. ?? Мой график расписан до крайности вплоть до завтрашнего выбывания, но как насчёт того, чтобы встретиться сразу после него? Скажем, в 20:00? Я могу прислать за тобой машину к виллам. С нетерпением жду встречи. — Луис
     
     ВЫЖИВАЛИТИ: СЕЗОН ПЯТЫЙ
     ОТБОРОЧНЫЙ РАУНД ВТОРОГО ЭТАПА
     
     — Команда «Хельсинг» спасла Сидней, Австралия! — объявляет Фитци, протягивая кулак для приветствия Сиерре. Та одаривает его тяжелым взглядом, и он, моментально сменив траекторию, вместо неё стукается кулаками с Эммой. — Я бы точно ходил сам не свой, если бы мой родной город стёрли с лица земли.
     — Нам вообще-то полагается медаль за отвагу, — с иронией заметила Сиерра.
     — Насчёт медали не уверен, но, возможно, вашей наградой станет ещё одна неделя на шоу Выживалити и шанс побороться за тот самый миллион долларов. Что ж, давайте узнаем, кто из команд показал лучшее время в нашей войне миров?
     Часы на табло начинают стремительно менять цифры.
     Тик, тик, тик... 
     — Команда «Ужас»! — гремит голос Фитци.
     Участники команды «Ужас» взрываются ликующими криками. Камера переводится на команду «Майнд Хак», которые даже не пытаются скрыть своего раздражения — особенно после того, как потратили свою единственную подлянку, чтобы добавить тридцать семь секунд к итоговому времени «Ужаса».
     После короткого обмена репликами между командами и Фитци табло вновь начинает мерцать, часы тикают, названия команд мелькают... 
     — Команда «Майнд Хак»! — выкрикивает Фитци, и Надя в облегчении согибается пополам. Чёрные губы Сиерры сжимаются в узкую полоску.
     Фитци снова указывает на табло:
     — Остаются две команды. «Хельсинг» и «Королевские сокровища». Одна из вас покинет нас сегодня вечером.
     Камера крупным планом берет Сиерру и Эмму. Эмма молитвенно сложила руки, а Сиерра застыла с невозмутимым видом, её упрямый, решительный взгляд прикован к табло.
     Тиканье. Мерцание. Смена цифр.
     Драматическая музыка доходит до оглушительного крещендо, и имена на табло наконец замирают, проявляя итоговый результат.
     Эмма закрывает лицо руками, абсолютно раздавленная, а Сиерра с трудом оторвала взгляд от цифр. Она переводит взор на Гейм-мастера, стоящего по другую сторону сцены. Луис Огастес Рассел одобряюще улыбается и аплодирует, поздравляя с успехом.
     Сиерра не улыбается ему в ответ.


Глава 31
     
     Картер
     
     Картер осознала, что они на самом деле остались в игре, только когда все четверо вернулись на свою виллу, абсолютно обессиленные после этого эмоционального аттракциона.
     Они всё ещё были на шоу — как минимум ещё на одну неделю.
     И сегодня вечером их ждала встреча с Луисом Огастесом Расселом.
     Сегодня.
     — Мне пора идти. Дела команды, — натянуто улыбнулась она в экран телефона и послала воздушный поцелуй. Отец шутливо отпихнул маму, чтобы «поймать» его.
     — Мы любим тебя! — крикнула мама, снова пробиваясь в кадр. — Постарайся отдохнуть. Они слишком много из вас выжимают…
     — Ладно, буду. Я вас тоже люблю. Пока! — Картер скинула звонок, чувствуя, как внутри скребёт чувство вины. Говорить с родителями становилось всё сложнее. Все труднее было искать «безопасные» темы. Комнаты? Отборочные раунды? Пожалуйста. Всё остальное? Ни за что.
     Она вышла в гостиную и засунула в рот целую горсть чипсов, которые ел Бек. Да, она заедала стресс, но кто бы её за это осудил? Картер окинула взглядом команду.
     Своих… друзей?
     Именно об этом она всегда и мечтала: найти «своих» людей — фанатов головоломок и увлечённых гиков. Тех, кто понимает её с полуслова. Рядом с кем можно не играть роль «Картер-Взломщицы», а быть собой.
     Команда «Хельсинг» оказалась совсем не такой, какой она её представляла, но прямо сейчас Картер понимала: именно им она доверилась бы без колебаний, пойди они против самого Гейм-мастера.
     Ади развалился на противоположном диване, безучастно уставившись в потолок. Он находился в таком анабиозе с самого момента, как вчера увидел загадочную записку Алисии. Бек проболтался, что Ади с тех пор не прикоснулся ни к одной книге — даже перед сном.
     Сиерра сгорбилась в глубоком кресле, с головой уйдя в телефон. Картер сперва подумала, что та снова штудирует подсказки на форуме Домена, но, мельком взглянув на экран, заметила интерфейс какого-то онлайн-магазина для художников.
     Бек пытался разучить новый вирусный танец из соцсетей. Под нос он бубнил что-то вроде: «Найди свет от виллы номер четыре. Найди свет от виллы с хэштегом четыре. Найди зачёркнутый свет? Зачёркнутый… Да почему вообще зачёркнутый?!»
     Картер стряхнула с пальцев чипсовую крошку и склонилась над запиской Алисии, всё ещё расстеленной на журнальном столике.
     Она решила проигнорировать кусок про Луиса и сосредоточилась на упоминании подсказки из второго эпизода. Рояль, ноты, звуки…
     Что ты пыталась нам сказать, Алисия?
     — Эй.
     Картер не сразу поняла, что Сиерра обращается к ней. Она оторвала взгляд от листа, пока Сиерра откладывала телефон:
     — Мне, пожалуй, стоит извиниться. Ну… за то, что устроила сцену из-за тебя и Фитци.
     Бек перестал танцевать.
     — Я была не права, — произнесла Сиерра. — Так что… да. Извини.
     — Всё в порядке, — ответила Картер. — Ты просто пыталась меня защитить.
     Бек игриво поиграл бровями:
     — Это что значит? Вы с Фитци теперь встречаетесь?
     Ади тоже повернул голову в сторону Картер. Под их пристальными взглядами она мгновенно залилась краской:
     — Конечно нет! Всё совсем не так. — Увидев их скептические лица, Картер выпалила: — Он вообще не в моём вкусе!
     — Ну разумеется, — хмыкнул Бек. — Кому вообще нравятся симпатичные и популярные? А этот его акцент? Противно же!
     Краска на щеках Картер стала ещё гуще:
     — Да даже если бы он мне… капельку нравился… я явно не тот человек, который может его заинтересовать. — Она неопределённо жестикулировала, указывая на себя.
     Ади закатил глаза и уткнулся в свой телефон.
     — Не знаю, не знаю, — протянул Бек. — Мы видели то видео со съёмок экскурсии. Химия между вами просто зашкаливала.
     — Да ну вас! Он просто был… дружелюбным.
     Милым.
     Флиртовал?..
     Она мотнула головой:
     — Честно говоря, это вообще не имеет значения. В контракте есть жесткий пункт: ведущему категорически запрещено встречаться с участниками.
     — Это ненадолго останется проблемой, — пробормотал Ади.
     — Это ты к чему? — нахмурилась Сиерра.
     — Ни к чему. — Ади снова перевернулся на спину и уставился в потолок. — Забудьте.
     Как и обещал, перед самым восьмым вечера Луис прислал за Картер машину. Если водитель и удивился, почему вместо одной девушки в салон загрузились четверо подростков, он не произнёс ни слова. Луис прислал ещё одно короткое сообщение — номер «522», — и Картер сначала подумала, что это очередная шифровка. Но когда автомобиль затормозил у отеля, до неё дошло: это просто номер люкса.
     — Что-то это совсем не похоже на тайное любовное свидание, — съязвил Ади.
     — Заткнись, — отрезала Картер. Мерзкий липкий страх подкатывал к горлу, пока они пробирались через роскошный холл с фонтанами и экзотическими растениями.
     Бек принялся тихо напевать тему из «Миссия невыполнима», когда они вошли в лифт.
     Это была ужасная идея. Им следовало пойти в полицию. Картер озвучила это вслух, её голос дрожал. Ещё не поздно. Они всё ещё могут развернуться и уйти…
     — Держись, — прошептала Сиерра, сжимая её локоть. — Копы уже запороли это дело. И они не поверят ни единому моему слову. Нам нужны неопровержимые улики, иначе Луису ничего не предъявят.
     — До сих пор не понимаю, зачем Раниэль его покрывала, — произнёс Ади, следя за мелькающими цифрами этажей.
     — «Не верь Расселам», — прошептал Бек, цитируя записку.
     Двери лифта звякнули, и они вышли в пустой, застеленный коврами коридор. Подойдя к нужной двери, Картер повернулась к остальным и сделала знак отойти.
     — Я позову вас, когда он ослабит бдительность.
     — Ты уверена? — тихо спросил Ади.
     Картер посмотрела на Сиерру. Она делала это ради неё. Ради Алисии. И ради всех тех девушек, на которых Луис охотился — или продолжит охотиться, если его не остановить.
     — Уверена.
     Ади, должно быть, прочёл решимость в её глазах: он коротко кивнул и отступил. Бек показал два больших пальца, боком отходя по коридору.
     — Спасибо, — прошептала Сиерра. — Мы будем рядом.
     Когда она с парнями скрылась за поворотом, Картер осталась одна перед дверью. Она вытерла вспотевшие ладони о джинсы. От страха перехватывало дыхание.
     Она постучала, но от легкого касания кулака дверь подалась и приоткрылась. Она и не заметила, что та не была заперта.
     Замрев на пороге, Картер ждала, что Луис вот-вот распахнет её настежь. Но ничего не произошло. Она осторожно толкнула дверь пальцем:
     — Здравствуйте?..
     Она сделала несмелый шаг внутрь. Мягкий встроенный свет освещал пышные белые диваны, вазы с павлиньими перьями и картины в позолоченных рамах. За панорамными окнами искрились огни ночного города. В номере было очень светло. И очень тихо.
     А ещё здесь ужасно воняло.
     Картер сморщила нос:
     — Луис?
     Может, он в ванной? Запах казался именно таким.
     Телевизор был включён без звука — там шла старая серия Выживалити.
     — Луис? Я пришла на интервью.
     Она на цыпочках прошла дальше и увидела, что дверь в ванную распахнута. Там никого не было.
     На стойке мини-бара стояла открытая бутылка вина. Стекло запотело, а у основания расплылась влажная лужица.
     Картер заворожённо уставилась на капли, стекающие по бутылке. Какая-то неясная тревожная мысль мелькнула в голове. В этой картине было что-то неправильное. Недопитая бутылка вина, покрытая конденсатом…
     Затылок закололо иголочками — чувство, будто за ней кто-то наблюдает. Она резко обернулась, но гостиная была всё так же пуста. На экране телевизора Элайджа давал интервью после раунда, бесшумно шевеля губами. Он смотрел с экрана так, словно глядел прямо на неё.
     Липкий, тошнотворный ужас сковал желудок. От тяжелого запаха начинало мутить.
     Инстинкты орали во весь голос: Уходи отсюда!
     Она попятилась к выходу, путь лежал мимо мягкой зоны с диваном и журнальным столиком…
     И человеком на полу.
     Луис Огастес Рассел. На губах запеклась пена. Глаза широко раскрыты и неподвижны.
     Картер закричала. Она рванулась к нему, упала на колени и принялась судорожно трясти его за плечи:
     — Вы меня слышите?! Луис! Луис!
     За спиной раздались крики и ругань. Грохот шагов. Чьи-то руки мёртвой хваткой вцепились в её талию.
     — Назад! Назад от него! Картер, отвали от него!
     Сиерра рывком подняла её на ноги и оттащила в сторону.
     Картер пыталась совладать с паникой. Дышать не получалось.
     — Нам… нам нужно вызвать скорую!
     — Ты касалась его?!
     — Что?..
     — Картер! — Глаза Сиерры были дикими от ужаса. — Ты трогала его?!
     — Я… я… — Мозг отказывался воспринимать вопросы. — Я трясла его за плечи…
     — Ты не пыталась делать ему искусственное дыхание?!
     — Нет… я только что его нашла…
     Сиерра выхватила телефон:
     — Я звоню в 911.
     Ади и Бек замерли на пороге, в шоке уставившись на тело, пока Сиерра дрожащими пальцами набирала номер:
     — Здравствуйте! Здесь… здесь тело. Мы нашли тело!
     Тело.
     Картер снова перевела взгляд на Луиса. То, как он уставился в потолок, выглядело абсолютно неестественно.
     Луис Огастес Рассел был мёртв.
     — Боже мой… — выдохнула она, больше не способная видеть сквозь застилавшие глаза слезы. — Боже мой…
     Она пошатнулась и уткнулась носом в плечо Ади. После секундного замешательства его руки крепко и защитно обняли её.
     Где-то на фоне Сиерра называла оператору адрес отеля.
     — Меня сейчас вырвет, — выкрикнул Бек и рванул в ванную.
     Всё из-за этого запаха — кишечник Луиса опорожнился после смерти, и в комнате стояла невыносимая, тяжелая вонь.
     — Выведи меня, — прошептала Картер в плечо Ади. — Пожалуйста, выведи меня отсюда…
     Он вывел её мимо Сиерры обратно в коридор, где воздух был свежим. Картер жадно заглотила свежий воздух, пытаясь прийти в себя.
     Ади отстранился:
     — Я вернусь.
     — Нет, не надо…
     — На журнальном столике записка. Я хочу посмотреть, что там.
     Ади прошёл обратно в номер. Картер обняла себя за плечи, содрогаясь от внезапно охватившего её холода. Запах уже просачивался в коридор.
     Она не хотела оставаться одна. Превозмогая тошноту, она шаг за шагом вернулась в номер, затаив дыхание.
     Сиерра всё ещё говорила с экстренными службами. Ади стоял по другую сторону столика, наклонившись над листком с фирменным логотипом отеля.
     Картер прижала запястье к носу и подошла ближе, изо всех сил стараясь не смотреть на труп.
     Почерк Луиса был дрожащим, когда он писал это, но Картер узнала его мгновенно: она сотни раз видела эти размашистые загулины и вензеля на открытках и автографах, которые фанаты выкладывали на Домене.
     Я убил Алисию. Больше не могу жить с этим грузом. Пожалуйста, попросите прощения у моих поклонников и всех, кому я причинил боль. Передайте Рани, что я люблю её.
     Картер вздрогнула. Ади достал телефон и тихо сфотографировал письмо. Тихий щелчок камеры вырвал её из оцепенения. Она принялась хаотично осматривать комнату — лишь бы не смотреть на тело, лишь бы не видеть эту ужасную записку.
     На столике стояла изысканная сырная тарелка и два винных бокала. Один был сухим и пустым, ожидания своего часа, а на дне второго темнели остатки вина.
     Признание. Это была предсмертная записка и признание… Луис убил Алисию. Убийство раскрыто.
     Но никакого чувства триумфа или облегчения не было.
     Казалось, прошла вечность, прежде чем за окнами завыли сирены. Ночь рассыпалась на фрагменты. Постояльцы отеля, выглядывающие из номеров. Следователь, раскладывающий жёлтые номерки рядом с бокалами. Белая простыня, накрывающая тело.
     Их разделили. Картер посадили в какую-то служебную комнату за стойкой администратора, где она изо всех сил пыталась отвечать на вопросы. Что она делала в номерах мистера Рассела? В каком состоянии было тело, когда она его нашла? Заметила ли она что-то подозрительное при входе? Была ли дверь заперта?
     Наконец детектив сообщил, что они свяжутся с ней завтра утром для уточнения деталей. Но уйти они всё ещё не могли: один из следователей всё ещё допрашивал Сиерру. Её допрос длился куда дольше, чем у остальных.
     Теперь Картер отлично понимала, почему Сиерра так боялась идти с запиской Алисии в полицию. Было очевидно, что копы смотрят на неё с огромным подозрением — особенно учитывая, что это была уже вторая загадочная смерть, связанная с ней.
     Найти мёртвого Луиса было страшно, но каково было Сиерре найти свою сестру в том гробу? Картер только сейчас по-настоящему осознала весь этот ужас.
     Сиерра вышла из кабинета только далеко за полночь. Картер вздохнула с облегчением, увидав, что на её руках нет наручников.
     Всю дорогу до комплекса они ехали в полном молчании. Луис признался в убийстве Алисии и теперь был мёртв.
     Картер думала, стоит ли ей написать Раниэль. Она пыталась представить, каково это — сообщить исполнительному продюсеру, что её муж — и главное лицо шоу — мёртв. Но почему-то Картер казалось, что Раниэль будет куда больше переживать из-за закрытия проекта, чем из-за гибели супруга.
     Только когда они вернулись на виллу, смыли с себя в душе запах смерти и зомбиподобной походкой сползлись в гостиную, Бек наконец нарушил тишину:
     — Слушайте… Нам ответить на тот пост на Домене? От Настоящего Гейм-мастера? Написать им, что мы нашли лжеца?
     Картер сглотнула. Ей так хотелось всё отрицать, хотелось верить, что гениальный Гейм-мастер остался тем самым человеком, каким она его боготворила…
     Я убил Алисию. Больше не могу жить с этим грузом.
     — Ни за что, — отрезала Сиерра. — Зачем?
     Бек пожал плечами:
     — Они с самого начала подозревали Луиса и искали доказательства. Сгорают от любопытства, наверное. Э-э… неудачное выражение.
     — Узнают вместе со всеми остальными новостями, — прорычала Сиерра.
     — Полиция теперь возьмётся за Раниэль, — нахмурился Ади. — Ложь о даче алиби Луису — это уголовное преступление.
     Картер глубже вжалась в подушки дивана, чувствуя смертельную усталость. Она сжала переносицу пальцами, слушая, как громко тикают настенные часы.
     — Как думаете, почему Луис сделал это? — прошептал Бек. — Убил Алисию, я имею в виду.
     — Бытовая ссора? — предположил Ади. — Может, она хотела всё прекратить, а он взбесился. Это бы объяснило слова, вырезанные на крышке гроба.
     — Каждый получает то, что заслужил, — пробормотала Сиерра.
     — Или это была месть за то, что она пыталась уйти, — добавил Ади.
     Картер перевела дух:
     — Мне придётся позвонить родителям. Боже, они заберут меня с шоу.
     Ади горько ухмыльнулся:
     — С какого шоу?
     — В смысле «с какого»? С нашего! В понедельник мы должны снимать полуфинал!
     Бек, Сиерра и Ади переглянулись.
     — Картер… — мягко произнёс Бек. — Гейм-мастер мёртв. Без него никакого шоу больше нет.


Глава 32
     
     Бек
     
     Бек крутился с боку на бок, тщетно пытаясь снова заснуть. Он проснулся слишком рано: перед глазами настойчиво стояли картины из гостиничного номера Гейм-мастера, и последний час он безрезультатно пытался отключить мозг.
     Всё это было просто ужасно. Тело на полу, записка на столе, капли конденсата, стекающие по бутылке вина, два бокала для разговора, которому уже не суждено было состояться…
     Постойте-ка.
     Бек резко сел на кровати. Он снова мысленно прокрутил весь сценарий, все разрозненные факты вчерашнего вечера. Смс-сообщения. Винные бокалы. Всё, что он знал о Картер, Алисии и, самое главное, о Луисе Огастесе Расселе. Он пытался собрать пазл воедино, чтобы в нём появился хоть какой-то смысл, но… детальки не сходились. И теперь он понял почему.
     Он сбросил одеяло и выбежал в коридор, едва не столкнувшись с Сиеррой, которая как раз выскочила из своей комнаты.
     — Зачем он вообще пригласил Картер?! — выкрикнула Сиерра, заставив Бека замереть на месте.
     — Чёрт возьми! — выдохнул он, активно размахивая руками. — Я только что хотел сказать то же самое!
     Сиерра нервно рассмеялась и тут же прикрыла рот ладонью. Бек впервые видел её без тёмной подводки для глаз и чёрной помады.
     Но больше всего его поразило выражение её лица. Она выглядела… искренне воодушевлённой.
     — Если он хотел провести интервью, — начал Бек, — или попытаться её соблазнить (что запредельно мерзко, конечно), у него всё равно не было ни одной причины убивать себя до её прихода!
     — Что вообще происходит?.. — пробормотала Картер, шатаясь выходя из своей комнаты.
     — Если он планировал совершить самоубийство, зачем ему приглашать тебя к себе? — переспросил Бек.
     Картер посмотрела на него слипающимися глазами, а затем произнесла:
     — Я иду варить кофе. — И поплелась на кухню.
     Мысли в голове Бека кружились вихрем. Ему кофе был не нужен.
     — Луис едва знал Картер. Почему из всех людей в своей жизни он выбрал именно её, участницу шоу, чтобы она нашла его труп? Он бы не стал приглашать её и сразу после этого лишать себя жизни!
     — Может, потому что Картер — Эксперт по разгадкам? — предположил Ади, появляясь в дверном проёме. — Он хотел, чтобы она первой слила эту новость на Домен, ещё до полиции?
     — Но это не объясняет…
     — …второй винный бокал! — одновременно выкрикнули Бек и Сиерра.
     Он удивлённо уставился на неё. Ладно, это уже становилось жутковатым.
     — И… к чему вы клоните? — крикнула Картер с кухни.
     Троица подошла к барным стульям вокруг кухонного островка.
     — Луис не покончил с собой, — отредактировала свою позицию Сиерра. — А если он не убивал себя, это означает…
     — Что его убили, — закончил Бек.
     — А как же предсмертная записка? — спросила Картер. — Это абсолютно точно его почерк.
     — Может, его заставили? — подал голос Ади. — Писал под дулом пистолета?
     — Или это подделка, — пожала плечами Сиерра. — В сети полно образцов его почерка, подделать не так уж трудно.
     Бек сжал переносицу пальцами, пытаясь воспроизвести детали из номера отеля, а не блокировать их. Луис ждал Картер, но его убийца пришёл раньше.
     — Так, — медленно произнёс он. — Убийцей должен быть кто-то, кого он отлично знал. Кто-то, кто мог подмешать что-то в его напиток без ни малейших подозрений с его стороны.
     Голос Ади стал сухим и жестким:
     — И кто же это, по-вашему?
     Пока кухню наполнял аромат крепкого кофе, Бек обменялся мрачными взглядами со своими товарищами по команде.
     — Раниэль, — твердо сказала Сиерра.
     — Раниэль, — согласился Ади.
     Картер достала сливки из холодильника и принялась разливать кофе по кружкам:
     — То есть мы всё ещё думаем, что Алисию убил Луис? Или Алисию убила Раниэль и теперь пытается повесить всё на него?
     — Именно так, — без колебаний ответила Сиерра. — Это всё объясняет! У него был роман, поэтому она убила Алисию и убедила Луиса обеспечить ей алиби. Но когда его начала мучить совесть из-за лжи, он придумал план — стал вставлять подсказки в игру, надеясь, что Раниэль сознается сама до того, как он раскроет правду. Мы думали, что это Раниэль дала ему фальшивое алиби, но всё было наоборот! Возможно, он вообще планировал рассказать Картер всю правду на интервью, но Раниэль узнала об их встрече, пришла к нему первой и… Ну, вы сами понимаете.
     — Ого, — прошептал Бек. — Это… Это реально крутая детективная работа, Сиерра.
     — О боже, спасибо, — выдохнула Картер, приложив руку к сердцу и почти оседая на остров. — Может, вы правы. Он правда хотел просто дать интервью. А не… ну, вы поняли.
     Ади издал скептический звук:
     — Я бы не стал со счетов сбрасывать и тот вариант. — Картер смущённо нахмурилась, а он продолжить: — Я думал об этом вчера вечером: что, если именно Луис подсыпал тебе что-то в напиток на той вечеринке?
     — Чёрт, — ругнулась Сиерра. — А ведь ты можешь быть прав.
     Картер застонала и уткнулась лицом в согнутые локти прямо на столешнице.
     — Извини, — пробормотал Ади. — Зато он теперь мёртв. Хоть какой-то плюс.
     Она застонала ещё громче.
     — Если мы правы, — резюмировал Бек, — Раниэль могла убить его и уйти всего за несколько минут до нашего прихода.
     В этот момент в дверь резко и громко постучали. Бек и Сиерра переглянулись.
     Стук повторился.
     — Ладно, ладно, иду! — Сиерра спрыгнула со стула.
     Она открыла дверь и тут же тихо выругалась.
     — И вам доброго утра, — произнесла Раниэль Рассел, переступая порог. Она была безупречно одета и лоснилась от глянца, как и всегда; её яркий жёлтый костюм казался слепящим пятном.
     За ней вошёл коренастый мужчина-латиноамериканец и темнокожая женщина в сером строгом костюме.
     — Детектив Лопес хочет задать вам четверым несколько вопросов, — сказала Раниэль, указывая на мужчину. — А это мой адвокат, она представляет ваши интересы. Я уже связалась с вашими родителями, и они дали согласие на эту беседу.
     «Сплошной бизнес», — отметил про себя Бек, чувствуя, как внутри всё переворачивается от одного её вида. Ни капли не похожа на скорбящую вдову.
     Он, Сиерра, Картер и Ади перебрались на один из диванов, сев плечом к плечу, пока детектив, Раниэль и адвокат встали напротив.
     — Э-э… — подала голос Картер. — Кому-нибудь предложить кофе?
     — Нет, спасибо, — отозвался детектив Лопес. Он достал телефон. — Не возражаете, если я включу запись? — Получив невнятное согласие, он продолжил: — Мисс Анджелос, я прослушал запись вашего звонка в 911. Должно быть, это был ужасный опыт. — Он умело придал своему лицу сочувствующее и заботливое выражение.
     — Ага, ну, ужасный опыт — это вообще мой профиль, — огрызнулась Сиерра, скрестив руки на груди и угрюмо вжавшись в подушки. Как легко она снова вжилась в роль угрюмого, враждебного злодея. Бек даже не заметил, когда произошла эта трансформация, хоть без её привычного макияжа это выглядело не так убедительно.
     Детектив повернулся к Картер:
     — В ваших показаниях сказано, что у вас с Луисом была запланирована встреча. Можете рассказать подробнее?
     — Ну… да, — слабо ответила Картер, бросив короткий взгляд на Раниэль. — Я спросила, могу ли я взять у него интервью. Для моего канала.
     — Мы видели переписку. — Детектив демонстративно пролистал блокнот из нагрудного кармана. — Вы и раньше просили его об интервью?
     — Вроде того? Это вышло спонтанно, но Раниэль нас прервала, так что у нас ничего не получилось.
     Взгляд Раниэль стал разъярённым.
     — О чём именно вы планировали спросить его во время вчерашнего интервью? — поинтересовался детектив Лопес.
     Картер замолкла, и Бек буквально загривком почувствовал, какая борьба идёт у неё в голове. Вдалбливаемая годами привычка говорить правду сталкивалась с… реальным положением дел.
     Что она должна была сказать? Что Алисия призналась в романе с Луисом? Что они шли за признанием? Что теперь они поняли, что Алисию убила его жена?
     Бек косо посмотрел на Раниэль. Честно говоря, ужасно подмывало выложить всё как есть…
     Но на вопрос детектива в итоге ответила Сиерра:
     — Мы хотели спросить про подсказки об убийстве, которые кто-то оставляет в квест-комнатах. Раз он был Гейм-мастером, мы решили, что он что-то знает.
     Это явно стало сюрпризом для детектива и адвоката. Раниэль же лишь сжала губы в тонкую нить.
     — Подсказки?.. — переспросил детектив Лопес.
     — Да. Подсказки. — Сиерра вздёрнула бровь с пирсингом. — О лжи в уликах. Как будто кто-то очень не доверял полиции и их способности делать свою работу.
     Бек предостерегающе толкнул её локтем в бок.
     Она ткнула его в ответ — намного сильнее, чем требовалось.
     — Они есть на Домене, — вмешалась Картер. — Те вещи, которые всплывают в шоу. Якобы кто-то планирует раскрыть личность убийцы Алисии прямо в финале. Но только если люди на Домене найдут ложь в подсказках. — Она сделала паузу и добавила едва слышным шёпотом: — Об этом даже в новостях писали.
     Раниэль шумно вдохнула носом, но никак не прокомментировала.
     Детектив Лопес повернулся к ней:
     — Что вам об этом известно?
     — Я знаю, что это сплошная головная боль, — отрезала она. — Но Луис уверял меня, что он не имеет к этому никакого отношения.
     Бек буквально разинул рот. Как она может сидеть здесь и делать вид, будто у неё нет крови двух людей на руках? Мерзость.
     Он не удержался:
     — Не похоже, чтобы вы сильно переживали из-за его смерти.
     Раниэль лишь отмахнулась от его замечания:
     — Ой, прошу вас. Я с ним закончила ещё очень давно.
     — Г-жа Рассел, — резко предостерегла её адвокат.
     — А что? Он был нарциссом.
     Детектив Лопес достал из папки стопку фотографий. Распечатки с камер наблюдения.
     — Я бы хотел, чтобы каждый из вас посмотрел на эти снимки, — сказал он, передавая стопку Картер, — и сказал, узнаете ли вы кого-нибудь.
     Бек и Ади наклонились через плечо Картер, пока та просматривала кадры. Беку мельком пришла мысль, что снимки с камер наблюдения могли бы стать отличной уликой в квест-комнате на детективную тему. Надо будет заняться этим проектом, когда он вернётся домой. Материала у него теперь с избытком.
     Картер замерла на фотографии высокой женщины с платиновым каре, в огромной шубе (в такую-то жару?!) и больших солнцезащитных очках. Волосы почти наверняка были париком, а женщина шествовала по коридору, не обнажая ни сантиметра кожи — на ней были даже перчатки.
     Бек проследил за реакцией Раниэль. На её лице застыла идеальная маска. На этом фото вполне могла быть она.
     Бека буквально трясло от желания выложить полиции всё, до чего они додумались, но он не мог сделать этого в присутствии Раниэль и её дорогущего адвоката.
     Детектив Лопес казался сообразительным парнем. Он наверняка всё поймёт. Наверняка он видит Раниэль насквозь.
     — Нет, — наконец сказала Картер. — Я никого не узнаю.
     — Я тоже, — добавил Ади. Бек качнул головой и передал снимки Сиерре, но та просто бросила их на журнальный столик.
     — И портье в отеле не показалось подозрительным, что у них по коридорам ходит кто-то в таком виде? — спросил Бек, указывая на фото блондинки.
     — В отелях такого уровня это не вызывает вопросов, — ответил детектив Лопес.
     Картер напряглась:
     — В отелях «такого уровня»?
     — Этот отель обслуживает специфическую клиентуру. В основном знаменитостей, которым нужна… конфиденциальность.
     Бек снова бросил взгляд на Раниэль. Её лицо оставалось непроницаемым.
     — Нам стоит позвонить родителям? — спросила Картер.
     Раниэль изогнула бровь:
     — Зачем?
     — Чтобы… уехать домой?
     — В этом нет никакой необходимости. Мы предоставим психолога для работы с любой травмой, которую вы могли получить, найдя тело моего мужа, бла-бла-бла…
     Её адвокат громко покашляла.
     Раниэль осеклась и закончила:
     — Вы можете ходить на столько сеансов, сколько потребуется в перерывах между съёмками.
     — Между съёмками? — переспросил Ади. — Вы продолжаете шоу?
     — Разумеется, мы продолжаеим шоу. У нас контракт с Hitflix на весь сезон, игры уже спроектированы, последние две комнаты практически достроены. Мы остались без ведущего, но монтажёры сделают трогательный сюжет памяти Луиса в полуфинале. Чуть позже сегодня мы собираем всю съёмочную группу. А до тех пор я не хочу слышать об этом ни слова. Всем понятно? — Счёл молчание за согласие, она повернулась к детективу: — Мы закончили?
     — Не совсем.
     Детектив Лопес потратил ещё минут пятнадцать, задавая им те же вопросы, что и прошлым вечером, и записывая ответы в блокнот. Наконец он поблагодарил их за сотрудничество и поднялся. Адвокат проводила его до дверей виллы, но Раниэль задержалась.
     — Очень досадно, что вам пришлось увидеть то, что вы увидели вчера вечером, — произнесла она. — Но шоу должно продолжаться, и в понедельник утром вы должны быть в своей лучшей форме. Настоятельно рекомендую не появляться на публике и уйти из соцсетей. Ничего не изменилось. Вы всё ещё боретесь за миллион долларов, и я жду от вас соответствующего поведения.


Глава 33
     
     Сиерра
     
     Судя по тому, как стремительно заполнялись диваны в диванной зоне студии, Сиерре казалось, что на это собрание согнали абсолютно всех. Не только участников, но и Фитци, Веру, Элайджу, Лизу, стилистов, осветителей, рабочих сцены, стажёров, режиссёра, администратора и даже водителя трансфера.
     Всех, кроме Гейм-мастера.
     — Серьёзно? И что теперь? — недовольно буркнула Надя. — Сегодня вообще-то наш выходной. У меня на сегодня билеты в Центр Гетти.
     Вера начала снимать собравшихся на телефон, но подошедшая Раниэль одним резким движением выхватила гаджет у неё из рук.
     — Эй!
     — Никакой съёмки.
     Вера в растерянности отступила на шаг.
     — В чём дело, Раниэль? — спросил Фитци. Он сидел на подлокотнике одного из белых кожаных диванов, и Сиерре потребовалась секунда, чтобы понять, что именно в нём сегодня изменилось. Без отглаженной льняной рубашки, уложенных волос и макияжа, создающего иллюзию идеальной кожи, он выглядел… самым обычным человеком.
     Только когда все расселись и утихли, Раниэль вышла в центр перед толпой, прижав пальцы с ярко-красным маникюром к губам.
     — Прежде чем я всё объясню, хочу напомнить вам о соглашении о неразглашении, которое вы подписали. То, что я сейчас скажу, должно оставаться в строжайшей тайне до особого распоряжения. Каждый, кто попытается обсудить эту информацию за пределами студии или с кем-либо, кто не находится в этой комнате, будет немедленно уволен с шоу Выживалити и получит иск с огромными штрафами.
     Она сделала паузу, давая этой угрозе уложиться в головах присутствующих.
     А затем... 
     — А где Луис?
     Вопрос задала Габриэла. Сдвинув брови, она осматривала присутствующих, что вызвало волну замешательства — все принялись оглядываться, перепроверяя, действительно ли Гейм-мастера нет.
     Сиерра провела языком по пирсингу на губе, не сводя глаз с исполнительного продюсера. Ну да, Раниэль, мысленно произнесла она. Где же Луис?
     Раниэль на мгновение встретилась взглядом с Габриэлой, а затем перевела взор на аудиторию.
     — Вчера вечером тело моего мужа было найдено в номере отеля. — Она сделала паузу перед тем, как добавить: — Он покончил с собой.
     По вестибюлю пронёсся затаённый вздох.
     Раниэль продолжила:
     — Я ещё не получила отчёт коронера, но судебно-медицинский эксперт подозревает преднамеренную передозировку.
     Сиерре стало интересно, упомянет ли Раниэль, что тело нашла Картер, которую пригласили в номер отеля на «интервью». Ей было любопытно, сколько Раниэль на самом деле знает о своём муже. И на скольких ещё участниц он охотился до этого.
     И когда именно Раниэль начала планировать его убийство.
     — Но… почему? — едва слышным шёпотом произнёс Фитци. — Зачем ему…?
     — Луис был талантливым человеком, — сказала Раниэль, — но у него были свои демоны, как и у любого из нас.
     Далее она принялась рассказывать, что это шоу было делом всей жизни её мужа, и что он наверняка хотел бы, чтобы они продолжили, справились и прошли самые последние головоломки, которые он успел приготовить для своих любимых участников. Шоу должно продолжаться — и всё в таком духе.
     Она не сказала, что смерть Луиса — это трагедия. Не сказала, что им будет его не хватать.
     Она даже не пыталась изобразить скорбь.
     И она не обмолвилась ни словом о его признании. Предсмертная записка ещё не попала в прессу, но Сиерра понимала, что это вопрос времени. Полиция, скорее всего, будет только рада окончательно закрыть висяк с Алисией.
     Они даже не рассматривали версию о том, что смерть Луиса могла быть убийством. Раниэль снова выйдет сухой из воды. Опять.
     — Я ожидаю, что отчёт полиции опубликуют в ближайшее время, — добавила Раниэль, — после чего вы сможете обсудить это с друзьями и близкими. До тех пор, если у вас возникнет необходимость с кем-то поговорить, вам будут предоставлены психологи. — Она хлопнула ладонями, словно стряхивая с рук пыль. — В понедельник мы возвращаемся к съёмкам полуфинала по расписанию. Уверена, у вас много вопросов, но на данный момент я не вправе отвечать на большинство из них.
     Фитци всё равно неуверенно поднял руку, словно школьник, боящийся получить нагоняй от учителя. Он даже дождался строгой мины от Раниэль, прежде чем спросить:
     — А что с следующим сезоном? Это… В смысле, это ведь не конец шоу?
     — Это один из вопросов, которые нам ещё предстоит решить, — ответила она. — На данный момент Hitflix рассчитывает, что мы сможем продолжить.
     Фитци осел обратно. Он выглядел оглушённым, как и все остальные.
     — Это шоу слишком много значит, Раниэль. Для всех нас. — Он указал рукой на собравшихся, и в ответ раздались сочувственные кивки. — Я не знаю, как мы справимся без Луиса, но если есть хоть какой-то шанс…
     — Незаменимых у нас нет, — отрезала Раниэль — и вот она, та самая вспышка ярости, которую так ждала Сиерра. — В этом месте незаменимых нет.
     Она задержала взгляд на Фитци чуть дольше обычного, и в его глазах мелькнула боль. Затем Раниэль обернулась и произнесла, глядя прямо на мрачную Веру:
     — Постараемся об этом не забывать, хорошо?
     
     THE HOLLYWOOD HERALD
     Луис Огастес Рассел найден мёртвым: причиной стало отравление цианидом, полиция считает это самоубийством
     Звезда телеэкрана Луис Огастес Рассел скончался после отравления цианидом калия, о чём сегодня утром сообщил в своём отчёте главный судмедэксперт Лос-Анджелеса.
     По данным властей, 35-летний Рассел был найден мёртвым в номере отеля в среду вечером. На него наткнулась коллега по шоу Выживалити (имя которой пока не разглашается) — популярной детективной телеигры, принесшей Расселу известность как фанату головоломок и бессменному Гейм-мастеру.
     Офис главного судмедэксперта подтвердил, что полиция квалифицировала смерть как самоубийство, ссылаясь на предсмертную записку, адресованную жене и сопродюсеру Рассела, Раниэль Рассел.
     Рассел завоевал любовь зрителей с момента появления Выживалити на YouTube почти три года назад. Проект, в котором молодые участники соревнуются в разгадывании загадок, шифров и поисках подсказок, чтобы выбраться из всё более сложных и антуражных квест-комнат, обрёл огромную популярность благодаря фанатам, называющим себя Мастерами подсказок. Шоу успело выходить на синдицированном телевидении, после чего перебралось на Hitflix, а сам Рассел был номинирован на премию «Эмми» как сопродюсер в категории «Лучшая реалити-программа».
     Смерть Рассела стала шоком как для его друзей, так и для поклонников — соцсети переполнены словами скорби и воспоминаниями. В официальном заявлении на странице шоу говорится: «Наши сердца разбиты из-за внезапного ухода нашего гениального Гейм-мастера, но мы клянёмся продолжить наследие Луиса — шоу, игра и квесты будут жить».
     На вопрос о том, может ли смерть Рассела быть связана с нераскрытым убийством участницы четвёртого сезона Алисии Анджелос, представитель шоу от комментариев отказался.
     Сиерра провела по губам чёрной помадой. На этих выходных она не надевала свою «броню». Конечно, она и за пределы виллы толком не выходила, но всё равно до сих пор не понимала, в какой момент успела настолько сблизиться с ребятами из своей команды, чтобы ослабить защиту. Можно было бы подумать, что совместное обнаружение трупа — это один из тех поводов, что сближают людей на всю жизнь, но с её первой командой это почему-то так не сработало.
     Она вышла из ванной и увидела Картер и Бека за кухонным островком, доедавших хлопья из пиал. В эти последние дни они оба ходили сам не свои. Впрочем, как и все остальные участники. Даже Джериус на территории комплекса вёл себя не в пример тише обычного.
     Сиерра с головой ушла в готовку: испекла печенье с шоколадной крошкой, сконы, фокаччу и персиковый пирог. Ади сбегал от реальности в книги, по крайней мере в те минуты, когда не гипнотизировал взглядом записку Алисии, пытаясь распутать оставленный ей зашифрованный код в надежде нарыть дополнительный компромат на Раниэль. Картер не вылезала из телефона с тех самых пор, как новость о смерти Луиса попала в прессу, и пыталась отслеживать шквал эмоций на Домене. Вслед за новостями Картер исполнила свой долг топового блогера и выпустила видео с лучшими моментами Выживалити. Сиерра сомневалась, что большинство зрителей заметили деталь: Картер отобрала только те эпизоды, где Фитци с его чудаковатой энергией и дурашливым обаянием заставлял Гейм-мастера выглядеть скучновато на его фоне.
     Из них четверых один лишь Бек испытывал непреодолимое желание без конца перемывать косточки всему случившемуся, ясно давая Сиерре понять, что он относится к категории людей, обожающих говорить о своих чувствах.
     Какая дикая концепция.
     Но ему хотелось не просто переливать из пустого в порожнее тему с запиской Алисии и Гейм-мастером. Ему нужен был план. Что они будут делать дальше? Когда они пойдут в полицию сдавать Раниэль?
     Ответ Сиерры оставался неизменным: она пойдёт в полицию только тогда, когда у неё на руках будут доказательства. Железобетонные доказательства.
     Она не оставляла надежды, что копы и сами докопаются до истины. Что Раниэль на этот раз оставила хоть какие-то следы — ДНК, отпечатки пальцев, хоть что-то, что привяжет её к убийству Луиса. И вот тогда Сиерра принесёт записку Алисии, изложит свои теории, и над её сестрой наконец-то восторжествует справедливость.
     Но она внимательно следила за новостями, и пока что Раниэль мелькала в прессе исключительно в образе безутешной вдовы, полной решимости продолжать дело мужа… при том, что подготовка к следующему сезону этого суперпопулярного реалити-шоу уже шла полным ходом.
     Мерзость.
     — Ну что, готовы к сегодняшнему дню? — спросила Сиерра, забрала последний скон и щедро намазала его маслом. — Полуфинал всё-таки.
     — Думаешь, нам всё ещё дадут подсказку? — спросила Картер.
     — Думаю, всё будет как обычно, включая испытание на ловкость. Кстати, о нём: я выдвинула Бека нашим участником.
     Бек потёр ладони:
     — Надеюсь, там будет что-то эпичное, вроде механического быка. Всегда хотел на таком покататься.
     Сиерра слабо улыбнулась, отламывая скон кусочек за кусочком:
     — Ади кто-нибудь сегодня видел?
     Едва она успела спросить, как из своей комнаты вышел Ади — освежившийся после душа и полностью одетый.
     — Ого, — удивлённо протянул Бек. — Кто-то сегодня ранняя пташка.
     — У меня встреча.
     — С кем? — уточнила Сиерра.
     — С Раниэль, — ответил Ади. — По поводу той промо-кампании для курорта «Свитбрайер», помните? — Он потянулся к тарелке, где только что лежали сконы, и скривился: — А кто сожрал последний скон?
     Сиерра демонстративно затолкнула остаток булочки в рот.
     Он закатил глаза:
     — Ладно, перекушу что-нибудь в столовой.
     — Смотри не забудь разузнать подробности про «Свитбрайер»! — крикнул Бек.
     — Ты правда думаешь, что Раниэль расскажет мне что-то важное?
     — У неё в ноутбуке наверняка полно информации. Если мне когда-нибудь выпадет шанс обыскать территорию, будет очень кстати узнать, есть ли там, например, подземные туннели или как устроена система безопасности. Ну, в таком духе.
     Ади надел кроссовки:
     — То есть ты предлагаешь мне залезть в ноутбук Раниэль, найти секретные данные и как-то их слить… пока она будет стоять ко мне спиной?
     — Ну… сам понимаешь. Мог бы, если бы получилось.
     — Ну да, — с иронией протянул Ади. — Пожалуй, я пас.
     Он открыл входную дверь и замер: на пороге стояла Лиза с огромной коробкой в руках. Посылка была плоской, размером с крышку журнального столика, и упакованной в плотную коричневую бумагу.
     — Доставка для команды «Хельсинг», — произнесла она.
     — Спасибо?.. — пробормотал Ади, помогая ей занести коробку в дом.
     Они опустили её на обеденный стол.
     — Ну как вы тут, держитесь? — поинтересовалась Лиза.
     — А тебе-то что? — огрызнулась Сиерра.
     — В переводе с языка Сиерры это означает: «Да, мы в порядке, спасибо, что спросила», — пояснил Бек.
     Сиерра насупилась:
     — Вовсе нет.
     Лиза грустно улыбнулась и помахала рукой:
     — Ладно, удачи вам в сегодняшнем раунде!
     Картер закрыла за ней дверь, пока Ади разглядывал наклеенный ярлык:
     — Адресовано всем нам. Команде «Хельсинг». Вилла №1. Хотя бы по размеру на лошадиную голову не похоже, уже плюс.
     — На лошадиную голову? — переспросила Картер.
     — «Крёстный отец»? Марио Пьюзо?
     Она хлопала глазами, не понимая, о чём речь.
     — Проехали.
     Ади сорвал бумагу, и у Сиерры внутри всё перевернулось.
     А шутка про лошадиную голову уже не казалась такой уж плохой.
     Это была картина. Одна из её собственных картин. Или, по крайней мере, качественная репродукция в аккуратной рамке с паспарту. «Пляска смерти».
     Вот только кто-то её изуродовал.
     На её оригинальном полотне женщина в чёрном бальном платье кружилась в вальсе со скелетом с пустыми глазницами, пока ещё два скелета танцевали на зеркальном фоне из роз и шипов. Кто-то вырезал фото Сиерры и наклеил его поверх лица той женщины. А черепа трёх танцующих скелетов заменили фотографиями Бека, Картер и Ади.
     Каждый из них был вымазан красной краской. Жирные кресты поверх глаз. Глубокие порезы поперёк горла.
     А вдоль нижнего края размашистыми, стекающими вниз буквами было выведено:
     СДАВАЙТЕСЬ, «ХЕЛЬСИНГ»
     ИЛИ ВЫ СЛЕДУЮЩИЕ


Глава 34
     
     Ади
     
     Ади предлагал остаться. Он сам хотел остаться. И уж точно ему не хотелось сидеть здесь и слушать, как Раниэль Рассел стучит по клавишам своего ноутбука, с таким видом, будто его вообще в комнате нет. Ему было не привыкать к тому, что его игнорируют, но это уже перебор. Она сама притащила его в студию ни свет ни заря в понедельник утром, а ведь он мог оставаться на вилле и вместе со всеми выяснять, кто прислал ту изгаженную репродукцию.
     Сиерра зашла в свой интернет-магазин, чтобы проверить последние заказы. Печатью и отправкой принтов занималась сторонняя типография, так что самой ей не приходилось возиться с доставкой. Чтобы нарыть нужные данные, у неё ушло ровно три минуты.
     Эту репродукцию заказали на следующий же день после их прибытия на шоу и отправили напрямую на адрес студии. Без имени, без конкретного получателя. В получении расписалась администратор на ресепшене.
     Это мог быть кто угодно.
     Заметно выбитая из колеи, Сиерра сказала Ади идти, уверяя, что всё в порядке и это просто очередная дурацкая выходка. Ади подозревал, что её больше расстроил сам факт порчи её работы, чем угроза.
     Хотя… как знать. Кривые буквы на картине до жути смахивали на ту самую надпись в гробу её сестры:
     КАЖДЫЙ ПОЛУЧАЕТ ПО ЗАСЛУГАМ
     Что за больной ублюдок…
     Его бросало в дрожь каждый раз при мысли об этом. И когда он вспоминал, как Сиерра изо всех сил пыталась скрыть эмоции, как Бек стоял с ошарашенным видом, поражённый тем, что в мире существуют уроды, способные так поступить с другими людьми, и Картер…
     Картер, которая прервала их исполненную ужаса тишину, выдав внезапное: «Сиерра, какая потрясающая планарная симметрия на заднем плане!»
     От этого Ади одновременно хотелось и расхохотаться, и врезать кому-нибудь по стене.
     При этом он был почти уверен, что картину им прислала не Раниэль Рассел — при всей её любви издеваться над участниками. Нет… Она-то как раз должна была сидеть тише воды и радоваться, что ей так легко сошло с рук её маленькое убийство. Она не стала бы рисковать и посылать угрозы, которые могли бы снова привлечь к ней внимание.
     Это дело рук какого-то вредителя. Кого-то, кто пытается влезть им в головы. Кто-то очень хочет, чтобы они оплошали в полуфинале. Кто-то, кто пакостил им с самого начала.
     Джериус? Команда «Дред»? Элайджа?
     Ади мечтал оказаться обратно на вилле и ломать голову над этим вместе с командой. Мечтал быть где угодно, только не в этом душном кабинете, в нетерпеливом ожидании, пока Раниэль соизволит отвлечься от своей чрезвычайно важной переписки. Он знал, зачем она вызвала его с утра. Знал, о чём она спросит.
     Вот только до сих пор не решил, что ответит.
     В этой кутерьме он уже почти забыл про предложение стать ведущим. Несмотря на заявления Раниэль, невозможно было представить шоу без Гейм-мастера. А еще и выставить Фитци за дверь? Это будет совершенно другой проект — Мастер? подсказок будут в ярости.
     Хотя Раниэль четко дала понять, что Hitflix хочет направить шоу в новое русло.
     С Виктором Каннингемом. Возможно, именно он станет новым Гейм-мастером.
     Ади глубоко вздохнул, чтобы сдержать нервную дрожь. Представители Hitflix попросили именно его, так что он переживет и саму Раниэль Рассел, когда ту арестуют за убийство мужа.
     Но.
     Но…
     Интуиция подсказывала Ади, что в предсмертной записке что-то не сходилось.
     Передай Рани, что я люблю её.
     Дверь кабинета распахнулась без стука. Ади оглянулся через плечо — и тут же выпрямился, как уколотый.
     — А вот и я! — пропела Симфония, вплывая в кабинет. — Пробки просто ужасные! Надеюсь, вы не слишком долго ждёте?
     Ледяной взгляд Раниэль переместился с экрана компьютера на Симфонию и обратно.
     — Учитывая, что сейчас девять тридцать семь, а встреча была назначена на девять, можно смело сказать, что мы ждём ровно тридцать семь минут.
     — Я стою каждой секунды, — задорно щебетала Симфония.
     Несмотрю на то, что рядом с Ади стоял свободный стул, Симфония грациозно опустилась на диван, и у Ади всё сжалось внутри от воспоминания о том, как он сам поступил точно так же, когда его впервые вызвали в этот кабинет.
     — Привет, милый, — просияла мать, глядя на него. — Ты всё такой же тощий. Твоим рукам не хватает рельефа. Я привезла тебе ещё пакетики с протеиновым коктейлем…
     — Что ты здесь делаешь? — рявкнул он и тут же повернулся к Раниэль: — Что она здесь делает?
     — Я сама задаюсь этим вопросом весь последний год, — буркнула Раниэль. Она наконец откинулась на спинку кресла и сложила руки на столе. — В следующем сезоне твоя мать вступает в должность продюсера и…
     — Что?!
     — …и потому проявляет кровную заинтересованность в поисках нового ведущего, — продолжила Раниэль, проигнорировав вспышку Ади. — Она настояла на том, чтобы присутствовать при обсуждении деталей.
     Лицо Ади исказилось — сначала от изумления, затем от отвращения и, наконец, от злости. Ему никогда не сбежать от собственной матери.
     Симфония закинула ногу на ногу и подалась вперёд, оперевшись локтями о колено.
     — На самом деле, раз уж мы заговорили об этом, у меня есть некоторые сомнения насчёт Адитьи в роли ведущего. — Её голос источал сладость и нежность, а на лице застыла маска заботливой, любящей матери.
     — О чём ты говоришь? — нахмурилась Раниэль. — Ты же сама этого хотела.
     — О, с нетерпением жду объяснений, — с иронией протянул Ади.
     Неестественно пухлые губы Симфонии расплылись в улыбке.
     — Просто… Адитья ещё слишком юн.
     — Он старше, чем был Фитци, когда тот начинал вести наш первый сезон, — отрезала Раниэль без колебаний.
     Симфония продолжила так, будто ничего не слышала:
     — И у него совершенно нет опыта в шоу-бизнесе. Быть участником — это одно, но вести шоу? Это уровень ответственности, к которому он, боюсь, просто не готов.
     У Ади отвалилась челюсть.
     — И конечно, ему нужно думать об учёбе, а потом и о колледже. У него вся жизнь впереди. Не уверена, что это лучший путь.
     — Вы можете быть продюсером, — произнесла Раниэль, — но мнение боссов Hitflix важнее вашего. А они хотят Адитью.
     Ади едва удержался, чтобы не поаплодировать ей, пока не вспомнил, что она, скорее всего, хладнокровная убийца.
     Симфония продолжала гнуть своё:
     — Я не уверена, что он — это именно то, что нужно шоу. Я смотрела последние выпуски…
     Ади фыркнул. Ну да, конечно.
     — …и думаю, ты согласишься, Раниэль, что этому проекту необходим приток женской энергии. Более мягкий подход. Элегантный шарм. — Она изящно взмахнула кистью, и до Ади внезапно дошло.
     — Ты, должно быть, шутишь, — вырвалось у него.
     Симфония посмотрела на него с нескрываемой нежностью:
     — Милый, ничего личного. Но даже ты должен признать: ты никогда ни капли не интересовался актёрским мастерством. В то время как для меня это вся жизнь. Моя душа. То, что я могу принести в шоу, куда превосходит всё, на что способен ты или любой из этих подростков. Чувство сцены. Уверенность. Опыт. И давайте не будем забывать… — она снова повернулась к продюсеру, кокетливо сложив губы, — о некоторой доле сексуальности.
     Ади закрыл лицо рукой. Он не знал, что хуже — то, что мать заговорила о собственной сексуальности при нем, или то, что она тащилась сюда по утренним пробкам понедельника только для того, чтобы украсть его контракт.
     Ему не следовало удивляться. Это было абсолютно в её духе. Но если он ожидал, что мать попытается выжать из его контракта максимум выгоды для себя, то мысль о том, что она попытается просто забрать его роль себе, ему даже в голову не приходила. Это был новый пробитый день.
     — Спасибо за столь захватывающую презентацию, — произнесла Раниэль. — Но, как я уже неоднократно объясняла, Hitflix хочет видеть новым ведущим кого-то из участников. Победителя. А поскольку все наши участники — подростки, это автоматически означает, что им нужен молодой ведущий.
     Ноздри Симфонии раздулись. Она спустила ногу и ткнула идеальным маникюром в сторону Ади:
     — Он ещё не дал согласия. Так что нет, Раниэль, я настоятельно прошу тебя пересмотреть решение.
     — Я ничего пересматривать не собираюсь. — Раниэль повернулась к Ади с горящими глазами. — Но в одном она права. Ты берёшься за работу или нет? У меня полно дел, и если ты отказываешься, то освободите кабинет и не тратьте моё время.
     Ади открыл рот, но не смог вытолкнуть ни слова.
     Внутри него бушевал бунт. Ему безумно хотелось сказать «да» хотя бы ради того, чтобы увидеть выражение лица своей матери. Он встретится с отцом, будет жить на курорте «Свитбрайер» и наконец-то станет свободен от неё.
     Но что-то его удержало.
     Потому что хотя бы в одном мать была права. Ему никогда не был интересен шоу-бизнес. Он не хотел такой жизни, какие бы привилегии она ни сулила.
     От ответа его спас стук в дверь.
     В кабинет влетела разъярённая Вера:
     — Мы не можем запустить эту… — она осеклась, заметив Ади, и сморщила нос, — крутящуюся хреновину.
     — О чём ты говоришь? — нахмурилась Раниэль.
     — На Павильоне D, — громче повторила Вера. — Крутящаяся хреновина не работает. Тебя просят прийти и посмотреть.
     — Господи милосердный, — сквозь зубы прошипела Раниэль. — Я что, должна абсолютно всё делать сама?
     Вера фыркнула:
     — И не говори.
     Раниэль стремительно поднялась из-за стола:
     — Адитья, жди здесь. Симфония, на выход.
     Симфония вскочила:
     — Мы ещё не закончили!
     — Закончили.
     Раниэль и Вера выплыли из кабинета. Симфония рванула за ними:
     — Раниэль Рассел, со мной нельзя так обращаться! Этот разговор не окончен… — Её голос растворился в шуме коридора.
     Ади перевёл взгляд с двери на стол Раниэль с открытым ноутбуком. Снова на дверь. Снова на стол.
     Вот черт. А вот и тот самый шанс, на который так надеялся Бек.
     Он постучал пальцами по подлокотнику, взвешивая варианты. Он мог ничего не делать и не злить Раниэль на случай, если его поймают. Это явно был самый разумный выбор.
     Или вариант Б — сделать эту безумную услугу для Бека, который возомнил себя искателем сокровищ. Бека, который, возможно, был столь же далёк от реальности, как и Симфония. Бека, который искренне восхищался Виктором Каннингемом, хотя большинство людей его бы ненавидели. Бека, который с самого начала твердил, что «Хельсинг» должны быть единой командой. Что они и есть команда.
     Тяжело вздохнув, Ади поднялся и прикрыл дверь, после чего подошёл к столу Раниэль. На экране висело неоконченное письмо — черновик переписки между Раниэль и кем-то из Hitflix.
     Его собственное имя бросилось в глаза. Он пробежал текст взглядом в полном изумлении. Он ещё даже не давал согласия, а Раниэль уже обещала, что именно он станет новым ведущим — темнокожий, красавчик, умный, любимец публики, достаточно остроумный, чтобы сработаться с соведущим.
     Насколько вообще продление шоу на следующий сезон зависело от его «да»?
     И другой вопрос… Хотел ли он этого сам?
     Он не знал. Честно не знал.
     Он пролистал в самый конец письма, где было прикреплено его видео с кастинга и краткие заметки.
     Видео с кастинга на 5 сезон: Адитья Парвеш
     Заметки продюсера:
     Начинаю сомневаться.
     Хотя парень кажется остроумным — понравилась шутка про фальшивку.
     И он красавчик. Новая Алисия?
     Новая Алисия? Что, чёрт возьми, это вообще значит?
     Шаги в коридоре заставили его вздрогнуть. Он замер, не дыша, пока звук шагов не утих вдали.
     Времени не было. Он вбил «Свитбрайер» в поиск по файлам.
     Первая же выскочившая папка называлась Курорт Свитбрайер — Сезон 6. Она была забита документами, PDF-файлами, фотографиями и даже видео. Бинго.
     На тележке подле стола стояли коробки с фирменной продукцией Выживалити. Ади цапнул одну из флешек и вставил её в разъем ноутбука.
     На секунду он заколебался. Там могла быть куча сверхсекретной информации о курорте. Что скажет его отец? Будет ли он в гневе, если узнает?
     С другой стороны, Виктор Каннингем был кое-чем обязан Беку и его семье после того, как выкупил их землю за бесценок. Он мог бы поделиться частью сокровищ, но не сделал этого. Если там действительно спрятано золото и у Бека есть хоть какой-то шанс его найти… вреда ведь не будет? Он же не собирается использовать эти файлы, чтобы проникнуть на курорт и устроить ограбление.
     Он запустил копирование файлов.
     — Звоните электрику, пусть дует сюда немедленно! И найдите мне того ублюдка, который это делает!
     Голос Раниэль раздался совсем рядом. Слишком рядом.
     Ади нервно барабанил пальцами по столу, наблюдая, как полоса загрузки медленно, ползет вперед…
     — Ну давай, давай, давай…
     Дверная ручка дернулась.
     Дверь начала открываться.
     Ади потянулся к флешке. Загрузка почти завершилась. Почти…
     Дверь замерла.
     — Симфония, видит бог, если ты сейчас же не уйдешь, я вызову охрану.
     — Ой, ну кто из нас ещё драматизирует? — прозвучал елейный ответ матери.
     Загрузка завершена.
     Ади выдернул флешку из разъема ровно в тот момент, когда Раниэль распахнула дверь. Годы жизни с Симфонией научили его тело реагировать на автопилоте.
     Избавиться от улик.
     Он попытался сунуть флешку в карман, но лишь услышал, как она с тихим стуком упала на ковёр. И только тут вспомнил, что на нём сегодня не любимые джинсы.
     — Что ты, чёрт возьми, делаешь? — вылупилась на него Раниэль.
     — Любуюсь вашим столом, — Ади аккуратно нащупал флешку носком кроссовка. — Это красное дерево?
     Ноздри Раниэль раздулись, когда вслед за ней в кабинет вошла Симфони:
     — Способность выводить меня из себя у вас это семейное?
     Чёрт. Папка на экране всё ещё была открыта.
     — Э-э… не уверен, что это доказано наукой, — быстро выкрутился Ади. — Но так или иначе, вам придётся потерпеть меня ещё немного. — Он развёл руками. — Поздравляю! Я решил принять ваше предложение.
     Брови Раниэль взлетели вверх.
     Симфония упёрла руки в бока:
     — Нет, Адитья, мы должны обсудить…
     — Нечего тут обсуждать. Я всё решил. Раниэль, мы в деле. Ади Парвеш — соведущий Выживалити начиная с шестого сезона.
     Вид вытянувшегося лица матери стоил того, чтобы продать душу дьяволу.
     — Что ж, — плечи Раниэль заметно расслабились. — Отличные новости. Просто отличные.
     Ему показалось, что он перегнул с наигранностью, но голова Раниэль явно была забита сделками с Hitflix, капризными звёздами и… убийством.
     Ади незаметно подрёб флешку к себе носком, пока Раниэль поворачивалась к Симфонии:
     — Наш разговор окончен. И я не шутила насчёт охраны.
     Лицо Симфонии пошло красными пятнами:
     — Я обсужу это со своими людьми. И с Виктором.
     Пульс Ади подскочил.
     Ему хотелось крикнуть ей вслед, когда Симфония, громко топая, вышла из кабинета, но вместо этого он воспользовался тем, что Раниэль отвлеклась, и быстро закрыл папку со всеми материалами о курорте Виктора.
     Едва дверь захлопнулась, Ади нагнулся за флешкой, но ему пришлось тут же отпрянуть, так как Раниэль обернулась к нему:
     — Рада, что мы пришли к соглашению. — Она обошла стол, оттесняя Ади, чтобы заняться своё кресло. — Полагаю, ты не откажешься от дополнительной помощи?
     — От… чего? — мысленно Ади всё ещё был там, у флешки, лежавшей возле острых каблуков Раниэль.
     — Я же говорила. В моей команде нет места неудачникам. Ты возьмёшь подсказки, и твоя команда выиграет этот сезон.
     Ади заколебался.
     — В чём дело? — Раниэль узко улыбнулась. — Не думаешь, что твоя команда заслужила миллион долларов? — Её лицо искривилось. — Или тебя всё ещё мучают угрызения совести?
     Она произнесла слово «совесть» с таким пренебрежением, будто это было чем-то постыдным. Но пройти каждую комнату, решить каждую загадку своими силами — в этом было настоящее удовлетворение. Для него и для всей команды.
     И если когда-нибудь всплывёт, что он жульничал… что подумает его отец?
     — Думаешь, твоя команда способна победить сама? — Её губы сжались в тонкую линию. — Вы еле держитесь каждую неделю. И зная, что планирует команда «Дред» в следующем раунде, на твоём месте я бы не отказывалась от преимущества.
     Чёртова команда «Дред». Ещё одна проблема. Они так зациклились на «Хельсинге», хотя «Разум» явно был куда более сильным соперником.
     Ади вздрогнул, осознав свою мысль.
     «Дред» выигрывали каждый раунд. «Разум» — сильный соперник.
     Раниэль права.
     — Ну же, Адитья, — нажимала Раниэль. — Ты хочешь победить или нет?
     Ади шёл по коридору, и мысли в его голове неслись с бешеной скоростью.
     Что он только что сделал?
     В ушах звенела паника. Всё должно было быть не так. Совсем не…
     — Ади? — Ади обернулся, когда из открытой двери высунулся Фитци. — А ты разве не должен быть в гримёрке?
     — А ты?
     Ади не хотел грубить, но меньше всего ему хотелось быть пойманным возле кабинета Раниэль — особенно парнем, чьё место он только что занял.
     — Уж иду, — произнёс Фитци, выходя в коридор. — Просто надо было… — он неопределённо кивнул внутрь, — вещи собрать.
     Ади заметил табличку на двери: ЛУИС ОГАСТЕС РАССЕЛ — и кучу коробок на столе.
     — Разве этим не стажёры должны заниматься?
     Лицо Фитци горько искривилось:
     — Логично, да? Но Раниэль никому больше не доверяет там находиться. Не знаю почему. Не то чтобы он хранил свои загадки и записи прямо в гримёрке.
     — Эй! — Они обернулись: из-за угла выплыла разъярённая Вера. — Вы что тут делаете?
     — В лазертаг играем, — отрезал Фитци. — Не видно, что ли?
     — Я тебе не подружка. — Она с подозрением смерила взглядом пустые полки за дверью. — Зачем ты заходил в гримёрку Луиса?
     — Потому что нудная работа, видимо, теперь входит в мои обязанности. — Впервые на памяти Ади Фитци явно терял контроль над собой. — Что опять не так, Вера? Мне и без того паршиво, я потерял человека, который был мне как отец. Хватит пилить мне мозги.
     Вера одарила его тяжелым взглядом и захлопнула дверь Луиса. Рептилий хвост на её плече дёрнулся, когда она заперла её на ключ.
     — Жду не дождусь дня, когда мне больше не придётся иметь с тобой дела, — выплюнула она, развернулась и пошагала обратно.
     — Этот день наступит быстрее, если ты просто уволишься, — бросил ей в спину Фитци, получив в ответ свирепый взгляд.
     — Серьёзно, — проговорил Ади. — Что с ней не так?
     Даже у него хватало такта понимать, когда человек находится в трауре.
     — Сумасшедшая какая-то, да? — сказал Фитци, когда они направились к гримерке. — Казалось бы, SMM-менеджер должен быть… ну, более общительным. — Наступила пауза, после чего Фитци добавил: — Не знал, что у неё есть ключи от его гримёрки.
     Ади подумал, что это и правда странно.
     Фитци хмыкнул:
     — На секунду я подумал… Да ну, бред. — Он взмахнул рукой, прогоняя мысль.
     — Что? — переспросил Ади.
     — Ну… — Фитци поджал губы. — Как думаешь, она рада, что эти жуткие подсказки прекратятся теперь, когда Луиса нет? — Прежде чем Ади успел спросить, что именно тот имеет в виду, Фитци сменил тему: — Видел, как твоя мамочка только что пронеслась по коридору вне себя от злости. Фух. На её фоне Вера просто ангел.
     Ади отодвинулся, давая пройти рабочей сцены, катившему тележку.
     — Ага. Ужасно приятно иметь мать, которой ты нужен, только когда полезен.
     — Полезен?
     — Ну да, например, выбить для неё пропуск к Раниэль Рассел. А в остальном — я могу с обрыва спрыгнуть, она и глазом не моргнёт.
     — Понимаю, каково это, — вздохнул Фитци. — Меня отец выставил из дома, когда мачеха родила ребенка. Кому нужен капризный подросток, когда есть милый маленький пупсик?
     — Жестко.
     — Ну да. Раниэль и Луис взяли меня под своё крыло, когда я переехал в Штаты. Им понравилось то, что я делал дома — пару мыльных опер и всё такое. А мой агент дружит с Раниэль. Когда он нас познакомил, она загорелась идеей сделать меня лицом шоу. Я согласился и ни разу не пожалел. — Фитци остановил Ади прямо перед поворотом к гримерке, нахмурившись. — Слушай, можно вопрос?
     Ади обдало предчувствием недоброго. Мало ему матери, которая его использует. Если Фитци сейчас начнёт просить выходы на голливудских продюсеров через Симфонию…
     — Я хотел спросить… — Фитци почесал шею под воротником. — Ты ведь в одной команде с Картер… мне просто любопытно…
     О нет. Это было ещё хуже. Только не сопливая подростковая драма.
     Фитци продолжал:
     — Она обо мне ничего не говорила? Или у неё есть парень дома, или… ?
     — Без понятия, — соврал Ади, делая вид, будто не замечал, как Картер в последнее время тает каждый раз, когда Фитци появляется на площадке. — Мы не особо общаемся.
     — А, ну да. Конечно. — Фитци заметно сник. — Всё равно я бы ничего не смог сделать. Если Раниэль узнает, мне конец.
     Ади промолчал. Фитци и так уже конец, просто он ещё об этом не знает. И как только его уволят, а сезон закончится…
     — Так ты серьезно на её счёт? — Ади пожалел о сказанном в ту же секунду. Это было не его дело. Более того — ему не было дела до личной жизни Фитци, как и до личной жизни Картер. — Забудь.
     — Да ладно, всё нормалёк, — отозвался Фитци. — Нам запрещено мутить с участниками. Раниэль за этим строго следит. Раньше мне было пофиг, но с Картер всё иначе. Она другая, понимаешь? В жизни она такая неловкая. — Он хмыкнул. — Я в хорошем смысле, правда. Не похожа на этих фальшивых голливудских пустышек, которые тут на каждом шагу. А потом смотришь её видосы — она там такая умная, уверенная, и чертовски сексуальная, когда объясняет всякие математические штуки, в которых я ни бум-бум.
     Ади уставился на него, гадая, действительно ли Фитци так слеп, каким притворяется.
     Картер — не фальшивая пустышка? Ну да, она оказалась неплохим командным игроком, и Ади готов был признать, что она не такая, какой он её представлял. Но она прячется за мультяшным аватаркой. На вилле она носит растянутые пижамы, а на людях напяливает нелепые наряды. Она же блогер.
     — Как часто встречаешь девчонку, которая одновременно настолько умная и настолько красивая? — продолжал Фитци. Очевидно, да, он действительно был настолько слеп. — Но эта работа для меня — всё. И не только потому, что это лучшая работа в мире, но и…
     — И почему ещё?
     — Тут такое дело… с грин-картой. Пока я здесь работаю — всё шикарно. Но если я потеряю эту работу… — Он поморщился. — Что ж. Придётся валить обратно в Австралию.


Глава 35
     
     Картер
     
     Картер разглядывала своё отражение в зеркале гримёрки, стараясь не шевелиться, чтобы ассистентка по костюмам не уколола её булавкой. На этой неделе их нарядили в жилеты в красную и белую полоску и подтяжки. Картер понятия не имела, кем они должны быть. Квартетом из парикмахерской? Беку досталась соломенная шляпа-канотье с красной лентой, от которой он пришёл в неописуемый восторг, в то время как Сиерра наотрез отказалась надевать красный галстук-бабочку. Ади запаздывал, из-за чего костюмеры заметно нервничали.
     Впрочем, стресс сейчас испытывали абсолютно все. У Картер нервы тоже были на пределе. Мало того что съемки задерживались почти на два часа из-за каких-то технических неполадок на площадке, так ещё и Гейм-мастер мёртв, Раниэль Рассел, возможно, убийца, а интернет гудит от теорий заговора, снова и снова перебирает загадку с лентой и гадает, устроят ли в финале грандиозное «разоблачение убийцы». Из обычного семейного шоу проект внезапно превратился в арену для убийств, драмы и мести — и вот она, обычная, неловкая и вечно нервничающая Картер Келли, оказалась в самом центре этой круговерти. Люди ждали от неё ответов. И они у неё были — про Алисию, Луиса и Раниэль, — вот только фанатам они бы точно не понравились. Оставалось надеяться, что мир никогда не узнает, кто именно нашел тело Луиса. Иначе ей придётся записывать об этом видео, а ей этого до ужаса не хотелось.
     А ведь были ещё и родители, которые знали, что это она обнаружила тело. Ей и без того стоило огромных трудов уломать их отпустить её на кастинг после всего, что произошло в прошлом сезоне, а потом начались история с подсыпанным в напиток средством, инцидент в морозилке, а теперь вот это. Они вознамерились взять билеты на ближайший рейс до Лос-Анджелеса и утащить её домой.
     Потребовались часы споров, прежде чем они начали остывать. И ещё час — чтобы они согласились разрешить ей остаться.
     Но если они хоть крайком уха услышат про картину, которую им прислали на виллу этим утром, или про нож в коровьем сердце, шансов у неё не останется.
     Она не могла уехать. Не сейчас, когда они так близки к финалу.
     — А вот и ты! — окликнула Сиерра Ади, когда тот вбежал в гримерку.
     — Ага, простите, — пробормотал он. — Задержали.
     Двое ассистентов тут же подхватили его, подвели к вешалкам с одеждой и стали торопить, чтобы он переодевался, да поскорее.
     — Ну? — спросил Бек. — Как прошло?
     Ади встретился взглядом с Беком через зеркало, снимая футболку. Он едва заметно качнул головой:
     — Извините.
     Одно слово. Почти без интонации. Но они сразу всё поняли. Никакой информации по курорту «Свитбрайер».
     Бек заметно сник:
     — Всё равно спасибо.
     — Соберись, — сурово сказала Сиерра. — Нам нужно сосредоточиться.
     Бек судорожно встряхнул плечами:
     — Есть, капитан. Не волнуйся за меня. Я собран как лазерный луч.
     В гримерку заглянул линейный продюсер:
     — Кто готов вешать микрофоны?
     — Сиерра и Бек готовы, — отозвалась стилистка, убирая булавки и поправляя жилет Картер. Она критически осмотрела Картер с ног до головы, нахмурилась и добавила: — Позовите сюда кого-нибудь из визажистов, пусть сделают что-то с этими бровями.
     Картер невольно поднесла руку к лицу.
     — Да, хорошо, я пришлю кого-нибудь, — ответил продюсер. — Сиерра, Бек, за мной.
     — Увидимся на площадке, — бросил Бек, давая Картер «пять» на ходу.
     Картер снова уставилась в зеркало, поворачивая голову то в одну сторону, то в другую. Замечательно. Мало того что ей приходится переживать из-за убийц и вредителей, так теперь ещё надо думать и о собственных бровях.
     — Не забудьте, — костюмерша протянула Картер очки.
     Картер тяжело вздохнула:
     — Можем обойтись без них хотя бы в этот раз? Они неудобные.
     — Приказ продюсера, — отрезала ассистентка.
     — Очки — не твоя идея? — спросил Ади, застёгивая пуговицы на белой рубашке.
     — Ты шутишь? Я ненавижу эти штуки. Как и эту колючую дизайнерскую одежду. Если бы я могла переиграть всё сначала, я бы сделала Картер-Взломщицу неряшливой ботаничкой в легинсах и с идеальным зрением. — Она вздохнула. — И какой смысл подправлять мне брови, если их всё равно не будет видно за этой дурацкой оправой?
     Он тихо хмыкнул, продолжая разглядывать её.
     — Что?
     — Ничего. — Ади позволил ассистенту помочь ему надеть красный пиджак с золотыми пуговицами. — Что это вообще за костюмы?
     Она пожала плечами:
     — Коридорные? Может, нам предстоит сбежать из отеля «Ритц-Карлтон»?
     — Сомневаюсь, что кому-то в здравом уме захочется сбегать из «Ритц-Карлтон».
     Пришел визажист с чемоданчиком, достал пинцет и карандаш. Картер старалась не морщиться от каждого выщипанного волоска.
     — Как прошла встреча? — спросила она, косясь на Ади, пока другой ассистент укладывал ему волосы.
     — Всё… нормально.
     Картер окинула его подозрительным взглядом. Очевидно, всё прошло далеко не нормально.
     — Что-то произошло?
     Вместо ответа он спросил:
     — Помнишь, в лимузине перед вечеринкой в честь старта сезона Джериус сказал, что нужно хотеть победы настолько сильно, чтобы быть готовым на всё?
     — Ну помню.
     Его взгляд буквально въелся в неё, настолько пристальный, что её бросило в дрожь.
     — А насколько сильно победы хочешь ты?
     Пожалуй, это был самый искренний вопрос, который он когда-либо ей задавал. И вот они стоят в считаных минутах от полуфинала. Ещё две комнаты — и кубок у них в руках. Она больше не будет просто Картер-Взломщицей — блогером, специалистом по головоломкам и обычной участницей.
     Она станет Картер-Взломщицей — победительницей, чемпионкой, а может, и настоящим детективом. И она сделает это плечом к плечу с тремя самыми крутыми людьми из всех, кого знала.
     С тремя людьми, которых она с гордостью могла назвать своими друзьями.
     — Я хочу победить, — прошептала она. — Очень сильно хочу.
     Он замер на мгновение, не сводя с нее глаз:
     — Приятно слышать.
     У Картер возникло странное чувство, будто она ответила что-то не то.
     — Ади…
     — Готово, — перебила её визажист. — Иди вешать микрофон.
     Ей хотелось возразить, выведать подробности. Но потом она вспомнила, где находится. И что им сейчас предстоит.
     — Ладно. Увидимся на площадке.
     Ади провожал её взглядом через зеркало. На его губах тенью мелькнула подобие улыбки, но в его выражении лица было что-то такое, что не на шутку её тревожило.
     Пока визажист и ассистент переключились на Ади, Картер выскользнула в коридор и направилась к декорациям, где Фитци и Луис обычно представляли грядущий раунд.
     Как же неуютно здесь будет без Гейм-мастера и его колких шуточек. Неужели Раниэль правда верит, что шоу можно спасти без него?
     Она почти дошла, когда чья-то рука неожиданно схватила её за запястье и дернула в сторону. Дыхание перехватило, Картер уже открыла рот, чтобы закричать, разворачиваясь к нападавшему…
     Фитци.
     — Прости! Прости! — прошептал он, вскидывая руки. — Я не хотел тебя напугать.
     Картер прижала руку к бешено колотящемуся сердцу. Фитци затащил её за одну из передвижных декораций — фальшивую стену на колёсиках.
     Едва переведя дух, Картер стукнула его по руке:
     — Ты меня до смерти напугал!
     — Прости. Правда. — Но по его лицу было видно, что он изо всех сил сдерживает смех. — Наверное, стоит быть немного деликатнее. Просто я хотел увидеть тебя до того, как начнутся съёмки.
     — Что-то случилось?
     — Нет. Ничего. Я просто… — Он оглянулся на коридор, затем взял Картер за руки и увёл ещё глубже за декорацию. От его прикосновения у неё в животе всё перевернулось, а когда он не выпустил её ладони, сердце окончательно ушло в пятки. — Я говорил с Ади чуть раньше, и наш разговор навел меня на мысли. — Его голубые глаза смотрели прямо на неё, пальцы сжались вокруг её ладоней. — Через две недели этот сезон закончится. И насколько мне известно, в моём контракте нет никаких пунктов, запрещающих встречаться с бывшими участницами.
     Он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе. Пульс Картер забился где-то в горле. С такого расстояния она чувствовала свежий запах стирального порошка от его рубашки и мятный аромат изо рта. С такого расстояния она могла разглядеть крошечную веснушку возле его левого глаза, которую визажисты всегда пытались замазать.
     — И я вот подумал… — продолжал Фитци, одновременно уверенно и нервно. — Может, через две недели я мог бы пригласить тебя на свидание?
     У Картер пересохло во рту. Она облизнула губы. Взгляд Фитци опустился, ловя это движение. Всё её тело будто пронзил электрический ток.
     — Я… была бы не против, — выговорила она. — Вот только… я уеду домой.
     — Я знаю, — быстро ответил он. — Но у шоу будет перерыв до следующего сезона. Если следующий сезон вообще будет. А у меня никаких особых дел нет, так что мне будет совсем не трудно, ну… прилететь в гости? На какое-то время?
     Она нервно хихикнула.
     Джеймс «Фитци» Фицджеральд приглашал её на свидание. Предлагал сесть в самолёт и перелететь через всю страну ради неё.
     Внутренний голос шептал, что это абсурд. Такой парень никогда не западает на такую девчонку, как она.
     Она велела внутреннему голосу заткнуться.
     — Я с радостью.
     Его улыбка стала ещё шире:
     — Ну и отлично. Через две недели жди моего звонка.
     — Буду ждать.
     Он сиял, глядя на неё, она сияла в ответ, и Картер была так благодарна этой фальшивой стене — ведь если бы кто-то увидел их сейчас, держащихся за руки и улыбающихся как два дурачка, она бы вовек не отмылась от позора. Но в ту секунду ей было абсолютно всё равно.
     Ей нравился этот парень. И из всех девчонок он выбрал именно её. Более того, он её понимал. Он знал, каково это — играть роль перед камерами. Прятаться за созданным образом. Чувствовать, что ты никогда не сможешь показать миру себя настоящего, нелепого и смешного.
     И почему-то она знала, что перед ним она может не бояться быть нелепой.
     — Думаю, нам пора… — Фитци мотнул головой в сторону коридора. — Сама понимаешь. Пока за нами не отправили поисковый отряд.
     — Да. Точно. — Кусая нижнюю губу в попытке сдержать улыбку, Картер высвободила свои руки и повернулась, чтобы уйти.
     — Картер?
     Она с готовностью обернулась:
     — Да?
     Во взгляде Фитци читался немой вопрос, и она прекрасно знала на него ответ.
     Она сделала шаг к нему, касаясь ладонью его шеи, пока его рука привлекала её к себе.
     Его губы были мягкими, нежными, неторопливыми — и у Картер подкосились ноги, когда она полностью подалась ему навстречу. Только тогда он углубил поцелуй, и их тела слились в едином порыве.
     Её первый настоящий поцелуй — и он был идеален. Сладкий, чувственный, и с самим Джеймсом, чёртова туча, Фицджеральдом.
     Мгновение пролетело слишком быстро, но Картер заставила себя отстраниться, хотя губы Фитци настойчиво тянулись следом. Он издал тихий вздох, от которого у нее закружилась голова. Она прижала ладонь к его груди, медленно открывая глаза.
     — Это ещё за что? — шепнул он.
     — По-моему, это ты меня поцеловал, — прошептала она в ответ.
     — Я? — Его глаза задорно блеснули. — Оу. Ну, тогда будем считать, что это на удачу.
     Сдержать улыбку на этот раз было просто невозможно. Выпутавшись из его объятий, она выскользнула из-за стены.
     Они вернулись в коридор. Картер задержалась, чтобы поправить прядь волос Фитци, которая загадочным образом выбилась из прически, а когда повернулась — перед ней стоял Ади.
     Она замерла.
     Он тоже застыл, переводя взгляд с Картер на Фитци и обратно.
     Картер вспыхнула, радуясь хотя бы тому, что это всего лишь Ади. Сокомандники были единственными людьми в мире, кому она могла доверить такую тайну.
     Но Ади вовсе не одарил её понимающим взглядом, как она ожидала. Он лишь шумно втянул воздух и буркнул:
     — Пошли. Мы опаздываем.
     — Что ж, команда «Хельсинг», — произнес Фитци, — вот мы и снова здесь. Раунд третий. Как настроение?
     Возможно, он блестяще справлялся с ролью и делал вид, будто ничего не произошло, но Картер совершенно точно не казалось, что его взгляд задерживался на ней чуть дольше, чем на остальных, когда включились камеры.
     Как она себя чувствует?
     Вообще-то просто потрясающе. Впрочем, она заглушила порыв расплыться в улыбке, понимая, что это будет не совсем уместно так скоро после смерти Луиса.
     — Ну, знаете, — ответила Сиерра. — Неделя выдалась не из лёгких.
     — Это уж точно. — На лице Фитци мелькнула тень печали, но он слегка встряхнулся и повернулся к камерам: — Но шоу должно продолжаться. И, как вы знаете, для полуфинального раунда у нас есть одна давняя традиция. Она уходит корнями ещё в первый сезон, к комнате шпионажа. — Фитци снова одарил их своей хитрой фирменной улыбкой. — «Хельсинг», вы понимаете, о какой традиции я говорю?
     Бек победно потряс кулаками:
     — Испытание на ловкость!
     — В точку! В полуфинале каждая команда выбирает одного участника, который должен продемонстрировать свои навыки и смелость. Но вы понятия не имеете, в чём заключается испытание, пока не войдёте в комнату. Итак, вы уже решили, кто будет соревноваться?
     — Бек, — сразу честно сказала Сиерра. — У него просто бешеная ловкость.
     Картер подтолкнула Бека локтём:
     — Он у нас Бек на все руки.
     — Что ж, Бек, похоже… — Фитци прервал громкий звук зуммера.
     Сиерра издала почти зверский рык.
     — Оу, это не к добру, — произнёс Фитци. — Команда «Дред» снова применила против вас уловку.
     Ади тяжело вздохнул через нос.
     — По крайней мере, в этот раз мы платим им той же монетой, — заявила Сиерра. — В этом раунде мы используем нашу подлянку против них. Джериусу и Дельфи придётся проходить испытание в наручниках. — Она посмотрела прямо в камеру: — Не за что.
     — Уф, это будет жёстко. Но, возможно, они это заслужили после того, как продержали вас связанными весь сезон. — Фитци подмигнул в камеру. — Но таковы правила игры. Сегодня команда «Дред» сама выбирает вашего претендента. — Один из ассистентов протянул ему конверт. Он вскрыл его, медленно вытягивая карточку, чтобы подержать интригу. — К сожалению, их выбор пал не на Бека. — Фитци указал уголком конверта на Картер. — Картер Келли, они выбрали тебя!
     Ужас ледяной волной прошёлся по спине Картер. Она же девчонка, у которой все руки и ноги как не родные, а мускулатура верхнего плечевого пояса — как у варёной вермишели.
     Она попыталась вспомнить испытания на ловкость из прошлых сезонов, но в эту секунду в её голове всплывала только Алисия Анжелос в шлеме и защитном снаряжении, мчащаяся по полосе препятствий.
     Рука на плече мягко вывела её из оцепенения.
     — Всё в порядке, — прошептал Бек. — Ты справишься.
     Она совершенно точно не справится. Это катастрофа.
     — Картер, — прошептала Сиерра. — Расслабься. Мы даже ещё не знаем, в чём испытание. Это может быть что угодно.
     Воспоминания о прошлых сезонах медленно пробивались сквозь туман её паники. Эпизод, где участникам нужно было пробраться через лабиринт лазеров, как супершпионам. Тот, где нужно было повторять движения брейк-данса. Или тот, где строили башню из гигантских деревянных брусков.
     Насчёт брейк-данса или изгибания тела между лазерами она была не уверена, но играть в «Дженгу» она умела!
     Может, всё обойдётся.
     — Давайте же узнаем, в какую комнату вам предстоит войти, — произнёс Фитци. — Много лет назад парк аттракционов был любимым местом для семейного отдыха.
     Картер окинула взглядом свой полосатый жилет. А-а, так они циркачи!
     Фитци продолжал:
     — Но когда для городка настали тяжёлые времена и туристы перестали приезжать, парк развлечений закрыл свои ворота. Прошли десятилетия, и заброшенные карусели и шатры стали пристанищем для преступности и вандализма. А теперь ходят слухи, что один из членов цирковой семьи, проказливый клоун, так и не покинул это место. Говорят, комната смеха одержима духом этого клоуна, и хотя многие любопытные души отважились войти туда… ни одна не вернулась назад. Вы, команда «Хельсинг», представляете новую цирковую империю, которая хочет прибрать к рукам старую территорию и вернуть ей былое величие. Но прежде чем вы сможете это сделать, вы должны снять проклятие клоуна, выбравшись из комнаты смеха… если осмелитесь.
     Фитци подчеркнул последнюю фразу наигранно-злодейским хохотом. Несмотря на нарастающую тревогу, Картер нашла это ужасно милым и смешным — и почему она никак не может прекратить глазеть на его губы?
     — Картер, как первый испытатель, — сказал Фитци, — подойди ко мне за сегодняшней подсказкой.
     Бек сжал её плечо, пока она подходила к Фитци перед камерами.
     — К сожалению, Луис… — начал Фитци, но внезапно запнулся, и у него перехватило дыхание. Это было похоже на то, как сползает маска. Исчез оживлённый, недосягаемый ведущий шоу, а на его месте оказался… просто парень. Обычный парень. Он переступил с ноги на ногу, моргая блестящими от слёз глазами.
     — Соберись, Фитци, — гаркнул режиссёр в их наушники.
     — Да. Ага. Секунду. — Фитци откашлялся, всё ещё мнясь на месте.
     У Картер зачесались руки обнять его. Были сотни интервью, в которых Фитци называл Луиса своей отцовской фигурой. Они были так близки. С тех пор как Картер нашла записку Алисии и узнала, что Гейм-мастер вовсе не тот порядочный человек, каким она его считала, её раздирала злость, словно его проступки были личным предательством. И, возможно, так оно и было, учитывая подсыпанную ей дрянь. Она почти не скорбела о его смерти. Но Фитци всего этого не знал. Для него ушёл из жизни близкий друг и наставник.
     — Давайте попробуем ещё раз. — Фитци перевёл дух и придал лицу подобие печальной улыбки. Он снова повернулся к Картер: — К сожалению, сегодня мне придётся давать подсказку самому — в честь нашего гениального Гейм-мастера. Картер, ты готова?
     — Я готова, Фитци.
     — Отлично. Твоя подсказка: «В парке развлечений все игры хороши, так что не бойся. Эта игра должна быть проще пареной репы». — Он сделал паузу и рассмеялся: — Что это значит? Понятия не имею! Я всего лишь ведущий. А теперь, давайте наденем повязки на глаза!
     — Подожди… и это всё? — переспросила Картер, уверенная, что упустила что-то важное. — Это и была вся подсказка?
     Все игры хороши. Проще пареной репы.
     О господи — а что, если испытание заключается в поедании пирогов на скорость? Она же станет мем-шаблоном на всю жизнь!
     Сгорающая от стыда, Картер натянула повязку на глаза и позволила увести себя в следующий павильон. Единственным утешением для неё были звуки шагов сокомандников вокруг, но вскоре и они растворились вдали. Эту часть пути ей предстоит пройти в одиночку.
     Она пыталась заглушить назойливые сомнения, но они всё равно лезли в голову. Она провалится. Они проиграют в полуфинале, и это будет её вина.
     Ну — её и команды этих придурков. И что они вообще имели против её команды?
     — По моей команде, — раздался голос Фитци, прерывая её внутренний поток паники, — можете снять повязки и начинать. Три… два… один… Побег!


Часть 6
     ВЫЖИВАЛИТИ: СЕЗОН ПЯТЫЙ
     Раунд третий: Добро пожаловать в комнaту смеха
     ОСТАЛОСЬ ТРИ КОМАНДЫ
     
     
     
Глава 36
     
     Картер
     
     Картер сдёрнула повязку с глаз. Она стояла на небольшом балконе, от которого в сторону уходила узкая закруглённая лестница. На выступе прямо перед ней ровными рядами лежали десятки дротиков с ярким оперением. Высота балкона составляла футов двадцать, а прямо напротив нее располагалась стена из воздушных шариков, каждый из которых был пронумерован от одного до двадцати пяти.
     Шарики. Дротики.
     Она знала эту игру. Картер играла в неё бесчисленное количество раз на осенней ярмарке, которая ежегодно приезжала в их городок. Большинство ярмарочных аттракционов были сущим обманом, но лопать шарики дротиками? Вот это она умела на ура. В один из годов, когда ей было лет девять или десять, она сыграла в неё двенадцать раз подряд, пока не накопила достаточно билетиков, чтобы забрать плюшевую улитку, которая до сих пор красовалась на самом видном месте её книжного стеллажа дома.
     На губах Картер расплылась улыбка, а в голове приятно прояснилось. Кажется, у неё есть все шансы справиться.
     Она взяла первый дротик. И только тогда заметила внизу своих сокомандников — они стояли перед гигантской дверью, расписанной под жуткого клоуна. Погашенные лампочки обрамляли вывеску «Комната смеха», а прямо над дверью косо висела табличка «Аттракцион не работает — вход воспрещён».
     Бек приложил ладони ко рту рупором:
     — Ты сможешь, Картер!
     Она сосредоточила взгляд на стене с шариками, вскинула дротик и бросила.
     Первый же дротик угодил прямо в номер двадцать два с приятным уху хлопком. Картер почти ожидала услышать триумфальный звон колокольчика, но ничего не произошло. Она метнула второй дротик и попала в семнадцатый. Ещё один хлопок — и снова тишина.
     Ей что, нужно лопнуть их все?
     Третий бросок — номер девять. Затем номер пять. Потом двадцать четыре.
     С досадой прорычав, она взяла следующий дротик.
     — Картер! — крикнула Сиерра. — Здесь внизу сканер. Написано: «Один билет на каждый вход». Думаю, тебе нужно найти четыре билета!
     — Билеты, — прошептала Картер сама себе. — Четыре билета. Четыре шарика. Ладно. Ладно, я смогу. — Она въелась взглядом в стену с шариками, пытаясъ заставить её выдать свои секреты.
     Она прицелилась в счастливый номер шестнадцать, потому что число 1,6 было началом золотого сечения.
     Выдох. Бросок. Точно в шестнадцатый.
     Ничего. Никакого билета.
     Чёрт, чёрт, чёрт.
     — Какие номера мне нужно выбивать? — крикнула она вниз товарищам, которые усердно обыскивали площадку перед дверью комнаты смеха.
     — Мы не знаем! — отозвалась Сиерра. — Здесь внизу нет никаких указаний на цифры или подсказок…
     — Просто лопай эти чертовы шарики! — подал голос Ади. — Быстрее, как только можешь!
     Картер схватила следующий дротик.
     Счастливая семёрка? Людям ведь нравится цифра семь…
     Расслабься. Выдохни. Бросок.
     Седьмой шарик лопнул — но билета снова не было.
     Она тяжело застонала.
     — Проще пареной… — Картер осеклась на полуслове.
     И тут.
     Мысль.
     Проще пареной репы?
     Или проще… числа Пи?
     Её внимание мгновенно приковал шарик под номером три. Она метнула следующий дротик… но промахнулась на считаные миллиметры. Взяла другой. Прицелилась. Бросила.
     Тройка разлетелась на кусочки, и…
     Красивый бумажный билет плавно срикошетил со щита прямо в раскрытую ладонь Бека.
     — Есть! — закричал он, маша им Картер. — У нас есть один!
     Один готов, осталось три.
     Картер подхватила очередной дротик. Прицелилась в единицу. Хлопок!
     Ещё один билет!
     Номер четыре.
     Хлопок!
     — Святая божья коровка, Картер! — завопил Бек. — Как ты это делаешь?
     Неверующий смешок вырвался из груди Картер, когда она брала следующий дротик. Большинство людей знали последовательность только до этого момента. 3,14. Но она ради забавы выучила число Пи до сотого знака после запятой. Потому что, черт возьми, она — Картер-Взломщица. Математический гений. Специалист по головоломкам. И просто крутая метательница дротиков.
     3,1415…
     Повторно выбить единицу она не могла, так что оставалось пятнадцать.
     Картер взяла следующий дротик, взвесила его в руке, прицелилась и бросила.
     Пятнадцатый шарик лопнул, и четвёртый, последний билет плавно опустился в руки её сокомандников. Лампочки вокруг вывески «Комната смеха» задорно замигали, а из скрытых динамиков оглушительно заиграла ярмарочная музыка.
     Она сделала это. Испытание на ловкость было пройдено. Комната смеха открыла свои двери.
     Да начнутся игры.


Глава 37
     
     Бек
     
     Бек подставил обе ладони для двойного «дай пять», когда Картер слетела с балкона. Она звонко хлопнула его по ладоням, а затем повернулась, чтобы дать «пять» и Ади, но, к удивлению Бека, Ади подхватил Картер на руки и закружил её в воздухе.
     — Это было невероятно! — крикнул Ади.
     — Готов спорить, это самое быстрое прохождение испытания за всю историю, — ухмыльнулся Бек. — Как ты вообще…
     — Число Пи, — выдохнула она, заправляя локон за ухо, когда Ади наконец опустил её на землю. — Проще числа Пи. Понимаете?
     — В смысле… математическое число?
     — Хватит болтать! — рявкнула Сиерра. — Время тикает. — Впрочем, даже она не могла скрыть улыбки.
     Они подошли к ней, сгрудившись перед огромным клоунским лицом.
     — На билетах есть какой-то код, — сказал Ади, переворачивая их, чтобы все могли разглядеть напечатанные на обратной стороне буквы:
     VEKQQ CMH
     RKMX
     RKWWKX
     Ади на мгновение задумался, а затем произнёс:
     — K — это почти наверняка гласная, но нам понадобится шифр.
     По очереди каждый из них поднёс свой билет к сканеру возле выпуклого красного носа клоуна. Когда сканер пискнул на четвёртом билете, двери с оглушительным скрипом распахнулись. Из глубины помещения донёсся злорадный хохот, за которым последовал жуткий, искажённый голос: «Добро пожаловать в мою комнату смеха! Тот, кто вошёл сюда, уже не захочет уходить!»
     Бек провел языком по передним зубам, пытаясь заглушить дикий шквал синестетических ощущений, которые мгновенно породила эта комната. Баббл-гам от лопающихся шариков, ржавое железо от скрипа дверных петель и лекарственный, химический привкус от зловещего хохота клоуна.
     Стоило им переступить порог, как двери за их спинами со скрипом захлопнулись.
     Они оказались в квадратной комнате с шахматным полом. Стены были расписаны сбивающими с толку чёрно-белыми спиралями, поверх которых яркими пятнами выделялись неоновые граффити. На одной из стен висели три высоких зеркала. На противоположной располагалось гигантское ярмарочное колесо. Краска кое-где облупилась и потрескалась, а пол был завален мусором — выброшенными стаканчиками, обрывками билетов и даже бумажной лодочкой из-под фастфуда с парой размокших ломтиков картофеля фри.
     Комната выглядела настолько обветшалой, зловещей и достоверно жуткой, что Бек был просто в восторге. Абсолютный идеал в стиле Гейм-мастера.
     Они одновременно сделали шаг вперёд, чтобы осмотреть помещение, и так же одновременно вскрикнули и отскочили назад, когда плитки шахматного пола под их ногами вспыхнули яркими цветами — лесной зеленью, сочным оранжевым, небесно-голубым и флуоресцентным розовым.
     Переглянувшись, они пожали плечами и пошли дальше. Цвета квадратных плиток менялись каждый раз, когда на них наступали, и снова становились чёрными или белыми, стоит только шагнуть в сторону.
     — Ади, колесо на тебе, — распорядилась Сиерра. — Картер, осмотри зеркала. Бек… не возражаешь порыться в этой куче мусора?
     — Нисколько, — отозвался он, усаживаясь скрестив ноги на вспыхнувшую фиолетовую плитку и принимаясь раскапывать хлам.
     — Это кривые зеркала, — подала голос Картер. — Из тех, что искажают отражение. Под этим висит кодовый замок. Эм… похоже, нам нужно слово из пяти букв. А на этом висит навесной замок, так что нам понадобится ещё и ключ.
     — Ключ и слово из пяти букв, — повторила Сиерра. — Попробуй буквы с билетов. V-E-K-Q-Q?
     — Не подходит. Может, что-то связанное с комнатой смеха? — задумалась Картер. — Клоун? Музыка?
     — Жуткая хрень, — пробормотал Ади, разглядывая колесо.
     Бек ухмыльнулся:
     — Не любитель ярмарок?
     — Не любитель клоунов. Боже, они меня до смерти пугают. — Ади передёрнуло. — У этого колеса три уровня. На каждом — смесь из букв, пустых просветов и редких рисунков клоуна, делающего… ну не знаю, всякие жуткие клоунские вещи. Скорее всего, это шифр для билетов, если подстроить диски правильно. — Он принялся крутить уровни колеса, хмурясь и сдвигая их туда-сюда.
     — С этими граффити что-то не так, — заметила Сиерра. — Будто в них зашифровано послание, но это… какая-то оптическая иллюзия?
     Бек потянулся к бумажной лодочке со старой размокшей картошкой. Гадость. Он уже собрался отшвырнуть её в угол, как вдруг его взгляд зацепился за надпись под едой. Вытряхнув картошку, он обнаружил на дне зашифрованный текст.
     
     
     
     — Ади! — окликнул он, вскакивая на ноги. — У нас тут ключ к масонскому шифру!
     Ади лишь мельком глянул на код и… фыркнул:
     — Детский сад. Я выучил масонский шифр «пляшущих человечков», когда мне было двенадцать.
     Бек нахмурился:
     — Ну-ну, ладно… — пробормотал он, возвращаясь к мусорной куче и оставляя Ади наедине с его клоунским колесом.
     Внезапно свет в комнате погас, и яркие ярмарочные огни сменились жутковатым пурпурно-чёрным ультрафиолетовым свечением. Колесо само по себе пришло в движение и закрутилось. Из случайных отверстий в потолке вырвались струи воздуха. Безумный клоунский хохот эхом отдался от стен — на вкус он напоминал липкий густой санитайзер для рук, — а затем снова раздался тот дурашливый голос: «Вы ведь ещё не собрались уходить? Мы только начинаем!»
     — Мы что-то задели? — спросил Ади.
     — Время, — Картер указала на красный таймер, тикающий над тремя зеркалами. — Прошло ровно десять минут с начала раунда. Наверное, это происходит через равные интервалы, чтобы отвлекать нас.
     Не найдя больше ничего интересного в мусоре, Бек подошёл к Картер, разглядывая своё отражение в центральном зеркале. Он хмыкнул:
     — Симпатичная шея как у жирафа.
     — Отличный подбородок великана, — парировала она.
     — Подбородок великана? — переспросил Ади. — Как у этого парня? — Он ткнул пальцем в одного из клоунов, нарисованных на внешнем диске колеса, у которого и правда был длинный обвисший подбородок.
     — Ага, типа того, — ответил Бек. — А вот тот сбоку похож на…
     Они вдвоём ахнули.
     — Это же подсказка! — воскликнул Ади, быстро поворачивая диск так, чтобы клоуны с длинной шеей и огромным подбородком встали в один ряд. — А какой третий?
     Бек и Картер вместе прильнули к следующему зеркалу.
     — Короткие ноги и длинное тощее туловище, — сказал Бек.
     — И ещё огромный лоб, — добавила Картер.
     Ади быстро нашёл соответствующего клоуна на самом внутреннем диске. Как только все три изображения встали ровно друг под другом, он выудил из кармана билеты и начал сравнивать буквы на них с буквами на дисках колеса:
     VEKQQ
     CMH
     RKMX
     RKWWKX
     — Есть! — выкрикнул Ади. — Первое слово — FLOSS!
     Бек поморщился:
     — Серьёзно? Зубная нить?
     Сиерра тут же опустилась на корточки перед зеркалом и набрала FLOSS на кодовом замке.
     — Не открылось, — качнула она головой.
     — Следующее… ARM, — продолжал Ади. — Потом… CORN. И последнее… — Он потратил пару секунд, сканируя колесо взглядом. — C-O-T… COTTON!
     — Нить, рука, кукуруза и хлопок? — нахмурилась Сиерра. — Что за…
     — «Кэнди»! — одновременно рябнули Картер и Бек, отчего Ади даже подпрыгнул.
     — А-а… точно, — сообразила Сиерра. — Сахарная вата, сладкая парочка, попкорн… Поняла. — Она быстро прокрутила диски на замке, выстраивая слово CANDY. Замок щелкнул и раскрылся. Всё зеркало распахнулось прямо на нее… и Сиерру тут же завалило целой лавиной разноцветных плюшевых игрушек.
     — Вау, — протянул Бек. — Вот она, детская мечта. — Как только Сиерра кое-как выбралась из-под завала, Бек с воплем «Куча-мала из игрушек!» развел руки и с разбега нырнул в верхушку плюшевой горы.
     — Бек, прекрати паясничать, — осадил его Ади, пока команда принималась разгребать игрушки в поисках следующей подсказки.
     Бек сделал вид, что плывет кролем по плюшу:
     — Дай мне насладиться моментом.
     — Нам нужно их сосчитать? — спросила Картер. — Или как-то отсортировать?
     Бек схватил плюшевую лягушку и поднял ее над головой:
     — Есть идея. Что если…
     Но прежде чем он успел договорить, свет снова погас, погружая комнату в то же самое пурпурное ультрафиолетовое свечение. Диски колеса снова закрутились, а зловещий хохот опять загремел из динамиков.
     Бек поморщился, усиленно сглатывая слюну, чтобы избавиться от густого химического привкуша во рту.
     — Ади! — крикнула Картер. — Граффити!
     Бек окинул взглядом стены. Не вся краска реагировала на ультрафиолет, поэтому светящиеся фрагменты вспыхнули словно древние руны — узоры из квадратов, уголков и точек.
     — Куда делся тот код? — закричала Сиерра.
     Отбросив лягушку, Бек ринулся искать бумажную лодочку с шифром под неумолимый хохот клоуна: «Вам уже весело? Надеюсь, вы никогда отсюда не уйдёте!»
     Голос стих, освещение снова стало обычным, и светящаяся краска исчезла.
     Сиерра сочно выругалась.
     — Неужели уже прошло десять минут? — Картер взглянула на таймер. — Нет, всего пять. Похоже, это происходит каждые пять минут. А значит… нам придётся ждать ещё пять минут, чтобы узнать, что там было написано.
     — «Смотри под ноги», — ровным голосом произнес Ади. — Что бы это ни значило. А теперь, может, разберемся с этими игрушками? Боже, эта комната — просто ходячий кошмар.
     Бек уставился на него в полном изумлении:
     — Смотри под ноги?
     — Так там написано, — Ади окинул ошеломлённых сокомандников спокойным взглядом. — Я же говорил вам, что выучил масонский шифр еще ребенком.
     — Ладно, — кивнул Бек. — Так вот, что я хотел сказать до того, как этот Бозо начал нас подкалывать: каждая плюшевая игрушка определенного цвета. Что если нам нужно расставить их на соответствующие по цвету плитки на полу? — Он цапнул лягушку и поставил её на плитку у двери, которая тут же вспыхнула тем же темно-зеленым светом. Когда Бек отошел, плитка осталась гореть.
     — Гениально, — прошептала Сиерра, и Бек гордо выпрямил спину. — Налетаем, нам нужно зажечь весь пол!
     Следующие несколько минут превратились в суматоху: они хватали фиолетовых слонов, оранжевых китов и синих коал, жаркие споры вызвало то, какой плитке больше подходит красный чихуахуа — бордовой или кирпично-красной, и совпадает ли эта жёлтая квадратная плитка с горчично-жёлтым питоном или всё же с золотистым бегемотом. Вскоре они поняли, что угадали с цветом, только когда плитка продолжала гореть даже после того, как от неё отходили.
     Бек только успел подобрать ярко-салатового хамелеона, как Картер выкрикнула: «Последняя!» и с размаху вогнала фиолетового единорога на заключительный квадрат. Второе зеркало со щелчком распахнулось, отделяя ещё одну жуткую голову клоуна с широко разинутым ртом, образующим отверстие размером с кулак.
     — А как быть с этим? — спросил Бек, подбирая ящерицу.
     Они посмотрели на него, на хамелеона, а затем на разбросанные остатки игрушек.
     — Может, он понадобится нам позже? — предположила Картер.
     — Проверь, нет ли на нём дополнительных подсказок, — скомандовала Сиерра.
     Бек перевернул игрушку и заметил молнию на брюшке. Расстегнув её, он нащупал внутри два небольших цилиндра и выудил их наружу.
     — Мини-фонарик, — сказал он, — и свиток. — Он развернул плотную бумагу, на которой длинным рукописным шрифтом было выведено послание… но в зеркальном отражении.
     
     
     
     Бек поморщился:
     — От этого у меня точно разболится голова. Но пождите, я смогу разобрать. — Он прищурился: — «Не… нервничаем… ли… мы…», уф, это займёт вечность.
     — Поднеси к зеркалу, — посоветовал Ади, но когда Бек поднёс бумагу к оставшемуся зеркалу, искажение отражения сделало текст только еще более нечитаемым. — Ладно, вернемся к этому позже, — поправился он. — В следующей комнате могут быть нормальные зеркала.
     — Зато теперь у нас есть ультрафиолетовый фонарик, — заметила Картер, щелкнув кнопкой и направив луч на граффити. Надпись из рун вспыхнула ярким светом. — А что делать с этим парнем? — Она указала на клоунскую рожу с открытым ртом.
     Свет снова погас. Бек тяжело вздохнул, подавляя желание плюнуть от отвратительного химического вкуса, во рту, пока клоун снова затянул свою монотонную речь. У него было стойкое ощущение, что они идут с отличным результатом — если бы не эти дурацкие паузы, они бы уже давно закончили.
     После того как клоун произнес очередную завуалированную угрозу и его хохот затих, свет зажёгся снова. Сиерра стояла перед клоунской головой на стене, смеривая её таким взглядом, будто перед ней был смертельный враг.
     — Если эта дрянь откусит мне руку, — чеканя слова, произнесла она, — я рассчитываю, что вы скинетесь из своих призовых мне на крутой протез. — Задержав дыхание, она решительно сунула руку прямо в пасть клоуну.
     Бек уже замер в ожидании, что Сиерра закричит или снизу сорвется страшное лезвие гильотины, или…
     — Я что-то нащупала! — рябнула Сиерра, и в ту же секунду из глаз клоуна ей прямо в лицо ударили струи воздуха, а из носа вырвался сноп конфетти, закружившись вокруг неё ураганом. Она визгнула — самым настоящим, испуганным визгом — и отскочила назад, зацепилась за розовую лису и грохнулась на мягкое место.
     — Ты в порядке? — Картер тут же присела рядом с ней.
     Сиерра выглядела так, будто готова была кого-нибудь прибить, но демонстративно подняла руку, в которой зажала ключ:
     — Замечательно, — прорычала она. — Пошли отсюда.
     Картер выхватила ключ из её руки и вставила его в замок под последним зеркалом. Оно распахнулось. Бек повеселел, решив, что это всё — долгожданный выход! Для полуфинала это был бы абсолютный рекорд скорости.
     Но… нет. За зеркалом пролегала круглая труба на уровне пояса. Ярмарочная музыка оттуда гремела еще громче.
     — Я первый! — крикнул Бек и рыбкой нырнул в туннель. Сиерра поползла следом, но как только они оба оказались внутри, туннель начал вращаться по спирали, сбивая Сиерру с ног.
     — Держись, Сиерра! — крикнул Бек, извиваясь и добираясь до конца, а затем буквально вываливаясь с другой стороны. Пока Сиерра пыталась восстановить равновесие и ползти дальше, Бек залез руками обратно в туннель, схватил её за предплечья и рванул на себя с такой силой, что они оба выкатились в следующую комнату, и Сиерра растянулась прямо на нем.
     Он одарил её своей самой ослепительной улыбкой:
     — Обожаю эту комнату.
     Сиерра скатилась с него как раз в тот момент, когда Картер и Ади с воплями и ругательствами выскочили из трубы и повалились на пол. Свет снова погас, и этот ужасный клоун опять завел свое: «Не так быстро! Давайте продлим веселье!»
     — Боже мой, — пробормотал Ади, когда свет зажёгся. — Если я когда-нибудь встречу этого гада, я засуну этот мягкий красный нос прямо ему в…
     — Зеркала! — перебила его Картер.
     Туннель привёл их в зеркальный лабиринт: их отражения бесконечно дробились и отскакивали от стенок, уходя в бесконечность. На стене очередной таймер замер на отметке 25:06. Двадцать пять минут для полуфинала — это же отличный результат, правда?
     — Бек, где та записка, которая задом наперед? — спросила Сиерра.
     Бек достал записку, найденную в хамелеоне, и прижал её к ближайшему зеркалу, разворачивая буквы. Он начал читать вслух:
     — «Не нервничаем ли мы ещё, О…» — Он осекся, оторвал взгляд от бумаги и окинул взором стены вокруг, пока не наткнулся на одну из встроенных камер. Он сглотнул.
     — Что там? — шепнула Картер. — Ещё одна… — Она понизила голос: — Подсказка?
     Он кивнул и посмотрел на Сиерру, чьё лицо мгновенно потемнело.
     — Мы почти вышли из этой комнаты. Давайте закончим.
     Мысли Бека мчались с бешеной скоростью. Ещё одна подсказка. Что Настоящий Гейм-мастер написал им на этот раз?
     Но затем он взглянул на застывший таймер и понял, что Сиерра права. Они были так близки.
     Он убрал записку в карман.
     — Тут ещё масонский шифр, — подал голос Ади, направляя ультрафиолетовый фонарик на граффити, набросанные поверх зеркал.
     
     
     
     По мере того как он разглядывал символы, его лицо становилось всё более озадаченным.
     — Что там? — спросила Картер. — Что написано?
     — Я… я не знаю, — ответил он, и в его голосе прозвучало настоящее замешательство. Все уставились на него.
     — Не знаешь? — переспросила Сиерра. — А как же все эти разговоры про то, что ты выучил его ещё в…
     — Да не имеет это никакого смысла, понятно?! — огрызнулся Ади.
     Он посветил фонариком на граффити, открывая ряд символов, которые для Бека выглядели полной тарабарщиной.
     Разбирая символ за символом, Ади пробормотал:
     — U-T-M-U-N-C-W-U-T-M… Это даже в слова не складывается. Бессмыслица какая-то.
     — Нет, этого не может быть, — Сиерра выхватила у него фонарик. — Может, надо читать с другой стороны? Или это анаграмма? Или…
     — Сиерра, — оборвал её Ади. — Я посмотрел под всеми углами. Ничего не выходит.
     Сиерра всплеснула руками:
     — И зачем мы только выбросили ту чертову лодочку из-под картошки?! Ах да, потому что Ади всё выучил наизусть. Ади у нас прямо вундеркинд. Раз он говорит, что может прочитать без ключа…
     — Разверни, — перебила её Картер.
     Ади посмотрел на неё:
     — Что?
     — Мы в зеркальном лабиринте, — пояснила она. — Что если это написано задом наперёд, ну… как то другое послание?
     Сиерра кивнула:
     — Ну конечно. Ади? — Когда он смерил её тяжелым взглядом, она добавила: — Ладно, прости, что я подкалывала тебя. Просто сделай это.
     — Уже делаю, босс.
     — Называй буквы по мере того, как разберешь, — сказал Бек. — У меня хорошая память.
     Бек буквально видел, как в голове Ади прокручиваются шестерёнки, когда тот пытался мысленно развернуть каждую букву.
     — W-A-N-T-O-U-T…
     — Да! — прошептала Картер. — Это оно.
     — T-W-I…
     Бек прижал пальцы к вискам, визуализируя буквы, пока Ади зачитывал их.
     — S-T-A-N-D-S…
     Сиерра нервно покрутила пирсинг на губе.
     — H-O-U-T, — Ади сделала паузу. — Всё. И что это значит?
     — «Хочешь наружу? Танцуй и пой!» — хором выкликнули остальные.
     Ади уставился на них:
     — В прямом смысле?
     Пожав плечами, Бек выскочил на середину комнаты и во весь голос затянул жутко фальшивую версию песни «Twist and Shout», которую так любили его родители. Он пел во всё горло, одновременно крутя бедрами и маша руками в воздухе.
     Остальные члены команды… его энтузиазма не разделили.
     — Да ладно вам! — Бек протянул руку Картер. Смущённо косясь на камеры, она зажмурилась и начала неловко покачивать бедрами из стороны в сторону.
     — Вот это я понимаю! — закричал Бек. — Давай, Сиерра!
     Закатив глаза, Сиерра подняла руки и принялась вяло махать ими:
     — На-на-на, танцуй и пой, — пробормотала она.
     — Ты просто звезда! — вопил Бек. — А теперь ты, Ади!
     Ади стоял в углу, наблюдая за ними с выражением нескрываемого ужаса.
     — Нет, — отрезал он.
     Пока Картер не подплыла к нему, не схватила за руки и не вытащила на их импровизированную танцплощадку. Ади скривился, но сопротивляться не стал: Картер прокрутилась под его рукой, Бек вопил текст песни во все легкие, Сиерра с абсолютно каменным лицом извивалась всем телом…
     — Боже, да что угодно, только прекрати, — выдохнул Ади. Затем он набрал полную грудь воздуха и присоединился к Беку для грандиозного финала: — Ну же, подходи поближе и зажигай со мной!
     Свет снова погас, погружая их во тьму. Из динамиков донёсся голос клоуна: «Ну разве это было не весело? Приходите поиграть со мной снова!»
     А затем — вспышка света: одно из зеркал со скрипом распахнулось, открывая смеющегося Фитци по ту сторону.
     — Команда «Хельсинг», вы совершили побег! И какой же незабываемый побег это был!
     
     Интервью: Алисия Анжелос
     ВЫЖИВАЛИТИ: СЕЗОН ЧЕТВЁРТЫЙ
     КОНЕЦ ТРЕТЬЕГО РАУНДА: УДИВИТЕЛЬНЫЙ ЛАБИРИНТ
     
     Камера фокусируется на Фитци и Луисе Расселе, стоящих у дверей квест-комнаты. Они улыбаются, когда к ним подходит вспотевшая Алисия Анжелос в налокотниках и наколенниках. На ней чёрный кроп-топ и розовый шлем.
     — Ну как, тебе понравилось? — спрашивает Фитци, протягивая ей микрофон.
     Она упирает руки в бёдра, всё ещё тяжело дыша.
     — Я уже пожалела, что вызвалась на испытание на ловкость.
     — Ты была великолепна, — произносит Луис. — Как Гейм-мастер, я очень горжусь тобой.
     Алисия вытирает лоб тыльной стороной ладони:
     — Когда посреди лабиринта неожиданно выскочил этот надувной плюшевый мишка, у меня чуть инфаркт не случился.
     — Но батуты стали твоим заклятым врагом, — замечает Фитци.
     Алисия стонет, качая головой:
     — Ох уж эти батуты…
     — Что, — ухмыляется Фитци, — никогда в детстве не прыгала на батутах?
     — Представь себе, Фитци, нет. Спасибо, что напомнил. — Она принимает бутылку воды от кого-то за кадром и жадно пьёт.
     — Я считаю, ты справилась превосходно, — говорит Луис. — И, между нами говоря, у меня есть предчувствие, что вы пройдёте в финал. Не то чтобы я знал время других команд, — добавляет он, вскидывая руки, — просто мне нравится твой стиль.
     — Что ж, спасибо, Луис. — Она толкает его локтём. — Да ладно тебе, ты можешь сказать мне время остальных. Это будет наш маленький секрет.
     Фитци втискивается между ними:
     — Эй! Никаких сговоров. Некоторые назвали бы это жульничеством. А, Гейм-мастер?
     Улыбка Луиса на мгновение гаснет, но к нему тут же возвращается привычная непринуждённая уверенность:
     — Разумеется, нет, Фитци. К тому же самый главный секрет — это то, что я приготовил для финала. И уж поверь мне, наши зрители ни за что не захотят такое пропустить.


Глава 38
     
     Сиерра
     
     Сиерре потребовались все остатки силы воли, чтобы сохранить невозмутимо-кислое выражение лица и не присоединиться к азартной болтовне сокомандников, когда их уводили со съёмочной площадки.
     — Это наверняка одно из самых быстрых прохождений в истории полуфиналов! — глаза Картер горели от восторга. — Я правда думаю, что в этом раундe у нас есть все шансы. Я…
     — Давайте без шапкозакидательства, — осадил её Ади. — Мы понятия не имеем, как справятся другие команды. Может, комната была слишком простой.
     Картер смерила его гневным взглядом, хотя Сиерра видела, что та супится скорее для вида:
     — И это ты говоришь нам не задирать нос? Вот уж кто бы говорил, лицемер.
     — Эй, команда «Громкие и бесячие».
     Они обернулись и увидели Веру, стоявшую возле стопки деревянных брусьев и строительных материалов. Она держала в руке телефон:
     — У вас есть двадцать минут до интервью после раунда. Встаньте вон там, возле жуткой клоунской головы, я сделаю пару кадров.
     Они попозировали для нескольких снимков — где-то обнявшись за плечи, где-то победно вскинув руки вверх, а затем сделав несколько дурашливых гримас.
     — Сойдёт, — отрезала Вера. — Ади, ты первый на интервью. Раниэль хочет запечатлеть его на камеру, пока с него еще не сошел этот… — Вера покрутила ладонью перед лицом Ади, — сексуальный пот.
     Картер поморщилась:
     — Фу.
     — На меня не смотри. Не я тут отдаю приказы. — С этими словами Вера умаршировала прочь, а Ади ссутулившись поплёлся за ней.
     — За что она нас так ненавидит? — спросила Картер.
     — Какая разница? — Сиерра подтолкнула Картер и Бека в сторону гримёрки. Внутри уже расположилась команда «Дред» — за одним заметным исключением. — А где Джериус? — тихо спросила Сиерра.
     Дельфи, Нил и Габриэла с явным недоверием оглядели ярмарочные костюмы участников «Хельсинга».
     — Многообещающе, — с ухмылкой протянул Нил.
     Дельфи громко громко громко заново зажевала свою жвачку.
     Бек уже открыл рот, чтобы ответить, но Сиерра прошипела:
     — Записка. Зеркало. Живо.
     — Разве мы не должны подождать Ади? — засомневалась Картер.
     — Нет.
     Бек напевным голосом произнёс:
     — Мы же одна команда.
     — Боже правый, — пробормотала Сиерра, но спорить не стала, позволив Беку оставить записку у себя.
     — Кем бы ни был этот человек, он чертовски смел — подбрасывать эти послания прямо под носом у Раниэль, — тихо сказала Картер. — Если он, конечно, на сто процентов уверен, что убийца — она.
     — И он выкладывает их в сеть, — добавила Сиерра. — У «Майнд Хака» ведь уже есть эта записка, да?
     — Вообще-то, — подал голос Бек, — я тут подумал…
     — Где тебя, черт возьми, носит?! — гаркнула Габриэла, когда в комнату вальяжной походкой вошёл Джериус. — Нам через две минуты нужно быть в костюмерной!
     Сиерра прекрасно знала этот тон. Ее собственная команда общалась так весь прошлый сезон. За этими словами кроилась злость. Досада. Даже ненависть.
     Продюсеры снова отыскали самых несносных людей и стравили их вместе, чтобы они огрызались, ссорились и вызывали у зрителей только раздражение.
     Злодеи.
     Сиерра смерила взглядом Картер и Бека. Конечно, команда «Хельсинг» тоже прошла через психологические игры, но они и близко не реагировали с такой жестокостью.
     Но ведь Сиерра была главным злодеем этого сезона. Так почему её определили к этим славным, приятным ребятам? К… героям?
     Неужели команду «Хельсинг» планомерно ведут к победе?
     В этом не было никакого смысла.
     Джериус одарил Сиерру, Бека и Картер ехидной ухмылкой:
     — Улаживал кое-какие дела. Наводил порядок. Создавал… так сказать, страховку.
     — И почему от этих слов у меня мороз по коже? — пробормотал Бек.
     Джериус злорадно хохотнул:
     — Отличная интуиция, червяк. — Он развалился на диване и закинул руки за голову, наотрез отказавшись отвечать на дальнейшие расспросы своей команды.
     Когда Бек и Картер уставились на Сиерру округлившимися глазами, она отмахнулась:
     — Забудьте про него. О чём ты говорил, Бек?
     — Я подумал… А что если Настоящий Гейм-мастер — это кто-то из декораторов? Ну знаете, у них же всегда эти тележки, набитые всяким реквизитом. Кто-то из них мог запросто подкидывать вещи в комнаты, пока там меняют обстановку.
     — А это не плохая идея, — признала Сиерра. Она попыталась вспомнить прошлый сезон, мелькал ли там кто-то из художников-постановщиков, но все лица сливались в сплошное размытое пятно.
     Команду «Дред» позвали переодеваться, и спустя мучительно долгое время в гримёрку наконец вернулся Ади:
     — Твоя очередь идти на интервью, босс.
     — Секунду, — Сиерра жестом подманила Бека. — Быстро, записку!
     Они подошли к огромному зеркалу на боковой стене, и Бек развернул свиток. Сиерра наклонилась вперед, вчитываясь в отражение:
     Ну что, не нервничаем ли мы ещё, о Убийца?
     Именно так. Я всё ещё здесь. Готов поспорить, ты жалеешь, что поторопилась с выводами, не так ли? Я знаю, что Луис не покончил с собой.
     Потому что Гейм-мастер — это я. НАСТОЯЩИЙ Гейммастер. И скоро все узнают правду. Обо мне. О тебе. Об Алисии. Это твой последний шанс закончить всё на своих условиях. Слабо признаться во всём до того, как я расскажу всему миру, кто ты на самом деле?
     Финал всё ближе… тик-так.


Глава 39
     
     Ади
     
     Съёмки церемонии исключения тянулись настолько бесконечно, что Ади постоянно проваливался в свои мысли, хотя по логике должен был сгорать от нетерпения. Сначала Фитци долго и упорно разглагольствовал о трагической смерти Луиса. Затем они смотрели состряпанный на скорую руку памятный ролик о скучных вехах его жизни — от победы на национальном конкурсе орфографии до женитьбы на Раниэль. После этого высыпала куча бывших участников, чтобы поделиться воспоминаниями о великом Гейм-мастере. И наконец, сама Раниэль пару минут красовалась перед камерами, промакивая уголки глаз платочком и безбожно слагая три короба о том, как сильно она убита горем.
     Пока Раниэль вещала, мысли Ади крутились вокруг улик, лжи и выдуманного им образа Алисии Анжелос, лежащей мёртвой и мокрой в том самом гробу.
     Удушение. Перчатки на лице. Облили из шланга, чтобы смыть ДНК. Для такого требовалась дьявольская сила…
     Не верь Расселам.
     Гейм-мастер на полу отеля. Фальшивое самоубийство. Фальшивая записка.
     Я знаю, что Луис не покончил с собой.
     Алисия встречалась с Луисом. Луис сливал ей подсказки. Раниэль узнала.
     Раниэль Рассел убила Алисию Анжелос.
     Они ещё не выложили эту версию на «Домене». Сначала нужно было убедиться, что у Раниэль нет ни единого шанса выкрутиться. У них были лишь подозрения, но обещанные Настоящим Гейм-мастером доказательства к финалу, оставалось надеяться, окончательно упекут её за решётку.
     К тому моменту, когда Фитци перешёл к обсуждению последнего раунда, у Ади от долгого стояния ломило ноги, и единственным его желанием было поскорее со всем покончить. Это всё-таки соревнование, и Ади чертовски хотелось узнать, кто выиграл этот чёртов раунд.
     На экранах крутили кадры из комнаты смеха.
     Джериус без видимой причины срывает с себя футболку.
     Надя и Киган из «Майнд Хака» пытаются одновременно пролезть через вращающуюся трубу и в итоге валятся в хохочущую кучу мала.
     Ади расшифровывает руны на граффити без всякого ключа.
     Все четверо участников «Дреда» отжигают твист в финальной комнате и хором орут: «Пошёл ты, Пеннивайз!»
     — В этом раунде, — громко вещал Фитци, — у двух наших команд были штрафы! Во-первых, команда «Хельсинг» использовала свою подлянку против «Дреда».
     На экране возникли Джериус и Дельфи в наручниках, пинающие плюшевых зверей по полу, чтобы загнать их на нужные квадраты. Затем кадр сменился Нилом, который с победным видом вытаскивал три ключа из клоунской пасти, — и облегчением на лицах остальных, когда они поняли, что два из них подходят к наручникам.
     Губы Ади искривились. Поделом им, надо было оставить их в наручниках до самого конца. Но оставалась надежда, что палка в колёсах сработала и не дала им снова вырваться на первое место.
     — В то время как команда «Дред» решила использовать свою оставшуюся подлянку, заменив участника «Хельсинга» на испытании на ловкость!
     Экран показал их команду перед началом раунда, где Сиерра с абсолютной уверенностью заявляет о Беке: «У него нереальный скилл».
     Срезка — и Фитци держит в руках конверт: «Картер Келли, они выбрали тебя!»
     Выражение лица Картер в эту долю секунды выражало непередаваемый ужас, но затем пошло видео, где она метает дротики. Лопает четыре нужных шарика. 3-1-4-15. Один. За. Другим.
     На трибуне Ади протянул Картер кулак, и она смущенно улыбнулась, стукнув в ответ.
     — Вау, — похлопал в ладони Фитци. — Эта квест-комната войдёт в историю. Команды, как по-вашему, вы справились?
     Нервозное нетерпение завязывалось у Ади в узлы. Фитци слишком много болтал. Им нужно было срочно переходить к результатам.
     Он понимал, что так устроено реалити-шоу. Понимал, что режиссёр и продюсеры должны выжать каждую каплю интриги. И если смотреть это шоу по телевизору, когда чужие люди ждут своей участи, было нервно, то стоять под софитами со своей командой — почти невыносимо.
     — Картер Келли! — Фитци пересек сцену с микрофоном. — Ты просто разгромила испытание на ловкость в этом сезоне. Стоило тебе найти первый билет, как всё пошло как по маслу. Лопнуть четыре шарика подряд — будто ты наперед знала, в каких именно спрятаны волшебные билеты! Скажи мне, это была удача или в тех шариках крылся секрет, который остальные команды не разгадали?
     — Эм. Ну… в смысле… проще числа Пи? — выдавила Картер. Её голос прозвучал неуверенно.
     Фитци с удивлением изгибнул губу:
     — Не хочешь пояснить?
     — Ну… как математическое число?
     Фитци выждал паузу, а затем крутанул кистью, побуждая её продолжить.
     — Ты серьёзно? — тихо пробормотал Ади.
     Она нервно хихикнула:
     — Это же была ваша подсказка, помните? То есть… прошу прощения, подсказка Гейм-мастера. «Вся суть ярмарочных забав».
     На другом конце сцены Джериус стонaл:
     — Число Пи. Ну, конечно. — Он протянул руку и отвесил Нилу подзатыльник: — Почему ты до этого не допёр?
     Но Фитци выглядел растерянным, хотя и пытался выдавить из себя смешок:
     — И это… помогло?
     Картер уставилась на него:
     — Очень. Он имел в виду не пареную репу, а число Пи. Ну знаете… 3,1415926535897…
     Ади слегка сжал локоть Картер, и она осеклась.
     — Это наш Специалист по головоломкам, — сияя от гордости, заявила Бек.
     Картер продолжила:
     — Как только я поняла, на что намекала подсказка, мне оставалось только выбивать правильные шарики. И, к счастью, — её взгляд метнулся к «Дреду», — я оказалась весьма неплоха в метании дротиков.
     — Что ж, — произнёс Фитци, — нет сомнений, что твоя сообразительность и меткость обеспечили вашей команде отличный старт. Вы готовы узнать итоговое время?
     — Да! — громко выкрикнула Сиерра, пока некоторые из участников подбадривающе зааплодировали.
     — Я тоже готов, — улыбнулся Фитци. — Капитаны команд, прошу сюда.
     Табло над ними загорелось с названиями трёх оставшихся команд:
     Дред
     Майнд Хак
     Хельсинг
     Ади едва дышал. Все его внимание было приковано к тикающим и мигающим цифрам.
     И тут… он услышал это.
     Победные вопли Джериуса и его команды, когда вспыхнуло их финальное время:
     Дред 36:16
     А затем, спустя целую вечность… ещё более громкие крики «Майнд Хака»:
     Майнд Хак 35:42
     Ади заставил себя сохранять невозмутимость. (Только бы мы прошли в финал. Только бы в финал. Только бы…)
     Хельсинг 27:17
     Сиерра победно взвизгнула, подбросив кулак в воздух. Бек и Картер закричали во весь голос. В следующий миг Картер крутанулась и так налетела на Ади с обнимашками, что едва не сбила его с трибуны.
     — Мы сделали это! — визжала Картер прямо ему в ухо.
     — Это ты сделала! — возразил он.
     Она отскочила, чтобы обнять Бека, и они оба принялись орать, что проходят в финал.
     Ади чувствовал себя так, будто у него из-под ног выбили опорную балку. Первое место.
     — «Хельсинг» и «Майнд Хак», поздравляю! — перекрывая шум, закричал Фитци. — Вы идете в финал! К сожалению, команда «Дред», это означает, что ваш следующий побег будет прямо из этой сту…
     — Погоди-ка, Фитци, — раздался голос Джериуса — настолько громкий, что он прорезал динамики словно коса. — Прежде чем мы продолжим, я думаю, всем стоит кое-что узнать.
     Фитци бросил быстрый взгляд за кулисы на Раниэль, которая с хмурым видом уже что-то быстро говорила в свою гарнитуру, пока по студии полз гул замешательства.
     Джериус повернулся к команде Ади, и на его мальчишеском лице заиграла ехидная ухмылка.
     — «Хельсинг» не может идти в финал, — отчеканил он, — потому что у меня есть доказательства, что они сжульничали.


Глава 40
     
     Картер
     
     Картер подступила к Ади, кипя от ярости из-за того, что Джериус выдвинул такое вэпиющее, наглое и ложное обвинение.
     — Стоп, снято! Включите свет! — гаркнул чей-то голос. На этот раз командный клик прозвучал не от режиссёра, а от самой Раниэль. Огни камер погасли. — Джериус, какого черта ты вытворяешь?
     — Восстанавливаю справедливость, — ответил Джериус, выуживая из кармана телефон. — Вам не кажется странным, госпожа исполнительный продюсер, что вокруг этого шоу в последнее время вспыхивает столько скандалов, и вы всегда оказываетесь в самом их центре?
     Картер переглянулась с Беком, который выглядел столь же растерянным, как и она сама. Сиерра подозрительно насупилась.
     А вот у Ади скулы сжались настолько сильно, что на щеке забился желвак. И он избегал встреч с чьими-либо глазами.
     — Я сейчас не в том настроении, чтобы играть в эти психологические игры, — отрезала Раниэль. — Мне этого с лихвой хватило от моего покойного мужа. Да покоится он с миром. — Она произнесла это с небрежным взмахом руки. — Так что если тебе есть что сказать, выкладывай прямо.
     — Мне сказать нечего. — Джериус ухмыльнулся. — Вы с Ади уже всё сказали за меня.
     Он запустил аудиофайл на своём телефоне. Сначала в динамике висела тишина, и Картер до последнего надеялась, что это какая-то жалка пародия или глупая шутка. Но затем раздался голос Раниэль:
     — «Команда „Дред“ собирается использовать свою подлянку, чтобы отправить Картер на испытание на ловкость — лопать шарики дротиками. С этим я тебе помочь не могу. Но шарики, которые тебе нужны, зашифрованы первыми цифрами числа Пи. Три, один, четыре и…»
     — «Пи, да, я понял».
     Все как один обернулись к Картер. Её лицо мгновенно вспыхнуло от прилива крови. Она затрясла головой:
     — Я не… Он же не…
     Что вообще происходит?
     На записи прозвучал голос Ади. Принимающего готовые ответы от продюсера.
     Жульничество.
     У Фитци отвисла челюсть. На лицах участников команды «Майнд Хак» отпечаталось глубокое отвращение.
     — «Внутри шариков находятся билеты, — продолжал вещать из динамика голос Раниэль. — На билетах вы найдете код…»
     Запись продолжалась. Долго, въедливо, без остановки, раскрывая каждую деталь и каждую подсказку. Картер в ужасе зажала рот обеими руками, когда Раниэль озвучила решение для масонского шифра. А она-то, дура, считала Ади гением.
     Спустя мучительно долгие минуты Джериус поставил аудиозапись на паузу.
     Воздух в студии стал слишком спертым, душным, тяжелым.
     Картер взглянула на Сиерру. Как капитан команды, та должна была что-то сделать. Но… что тут сделаешь? Что мог сделать любой из них? Сиерра выглядела совершенно разъярённой, испепеляя Ади свирепым взглядом.
     Картер тоже повернулась к Ади. Вонзи он ей нож прямо в грудь, она бы не почувствовала себя настолько преданной.
     — Нет, — сипло проговорил Ади. В его голосе проскользнула хрипота. На долю секунды он взглянул на Картер и повторил, на этот раз тверже. Почти… умоляюще: — Нет. Я…
     — Это был ты, — медленно произнесла Картер. — Или ты хочешь сказать, что это кто-то с абсолютно идентичным голосом?
     — Нет. То есть да, это был я, но я не… — Сжав кулаки, он сорвался с трибуны и крупными шагами направился к Джериусу и Раниэль. — Откуда у тебя, черт возьми, эта запись?
     — С твоего телефона, — хохотнул Джериус. — Нашёл его, пока вы торчали в комнате смеха, и скинул файл себе. Мне же нужны были доказательства, верно?
     — Это бред собачий! Я ничего не записывал и не сжульничал! Вы же видели отснятый материал! — Ади сорвался на крик. — Пусть монтажёры проверят! Я не использовал её подсказки! Я уже знал масонский шифр, а всё остальное команда…
     — А, то есть ты признаёшь, что тебе предлагали подсказки? — подловил его Джериус.
     — Я… — Глаза Ади вспыхнули такой яростью, будто он мечтал только об одном — замахнуться и съездить Джериусу по физиономии. — Моя команда разгадала каждую головоломку без помощи Раниэль или кого-либо ещё! А Картер? — Он ткнул рукой в её сторону. — Она сама додумалась до подсказки с числом Пи! Она знает это число до сотого знака после запятой!
     Джериус сделал шаг к Ади, вставая с ним лицом к лицу:
     — Ты вышел с той встречи с нашим многоуважаемым исполнительным продюсером и выложил всё своей команде. И как ты мог просто «знать» масонский шифр? Это были шпаргалки. От и до.
     — Я…
     — Ади, хватит. — Тон Раниэль был ледяным. — Какая наглость — записать наш приватный разговор и думать, что это не вылезет тебе боком…
     — Я этого не делал! — отредактировал Ади. — Я понятия не имею, откуда взялась эта хренова запись, но ничего из этого я не делал!
     — Как верно заметила Картер-Взломщица, — ухмыльнулся Джериус, — это был либо ты, либо тот, кто говорит точь-в-точь как ты.
     Ади открыл рот, но тут же сжал губы в узкую линию.
     Джериус победно улыбнулся:
     — Вот именно. Так что имеем то, что имеем. Полуфинал выходит в эфир меньше чем через неделю, и если всё это всплывёт, — он помахал телефоном перед носом у Раниэль, — вас ждёт огромная армия разочарованных фанатов, требующих ответов.
     Раниэль выхватила у него телефон, но Джериус только равнодушно пожал плечами:
     — У меня этот аудиофайл сохранён в куче мест, и он только и ждёт часа, чтобы отправиться в сеть. — Он оглядел студию. Остальных участников, Фитци, съёмочную группу. Вера прислонилась к одной из массивных камер, буквально сглатывая слюну от такой сочной драмы.
     Горячий уголек стыда обожжёт внутренности Картер. Если слухи об этом просочатся, если люди поверят, будто она жульничала, её репутации Специалиста по головоломкам придет конец. Вся аудитория, которую она выстраивала последние три года, отвернётся от неё. Она больше никогда не сможет показаться на «Домене» — даже под видом своего аватара.
     И почему-то это болело не так сильно, как само предательство. Ади не верил, что его команда способна победить честно. Он никогда в них не верил.
     — Вот что я предлагаю, — вальяжно продолжил Джериус. — Ведь в конечном счёте мы все хотим одного и того же. Ну… большинство из нас, во всяком случае. — Он пренебрежительно скользнул взглядом по Картер и её команде, после чего снова переключил внимание на Раниэль. — Немного ловкого монтажа, пара кликов мышкой — и цифры таймера переписываются сами собой. — Он указал на табло. — Мы переснимем эту сцену исключения, и, оу, как жаль, как печально, «Хельсинг» отправляется домой. — Он состряпал сочувственную мину. — Зато отличные новости! Шоу «Выживалити» продолжается, никто так и не узнает, как исполнительный продюсер пыталась сжульничать на собственном проекте, и в итоге… пусть победит сильнейший. — Он жестом указал на себя и команду «Майнд Хак», члены которой наблюдали за происходящим в глубоком и крайне неловком молчании.
     — Ага, щас, — фыркнул Ади. — Ты решил бросить меня под автобус и думаешь, что я буду молчать?
     — Ага, — отчеканил Джериус. — Думаю, будешь. Если только не хочешь, чтобы твоя репутация — и репутация твоих драгоценных сокомандников — была разнесена в щепки.
     Взгляд Ади метнулся к Картер, и его губы сжались в сухую, тонкую нить.
     Ноздри Раниэль раздулись.
     Она понимала, что её время исчерпано. Понимала, что подобный секрет никогда не утаить. Что даже если «Выживалити» продержится ещё немного — пройдя через убийство, через доказательства нечестной игры, — шоу всё равно приходит конец.
     — Ладно, — проронила она тихим, едва различимым шёпотом в замершей студии. — Мы переснимем последние несколько минут. Но… — Она глянула в сторону камер. — Время будет другим, и «Хельсинг» окажется на последнем месте.
     — Нет, — голос Ади звучал сдавленно и хрипло. — Дай моей команде выступить в финале. Дисквалифицируй только меня. Они могут остаться тройкой. Они могут…
     — Разговор окончен, — рявкнула Раниэль, резко разворачиваясь к нему. — Ты и твоя команда сделать убедительно разочарованные лица, когда на табло вспыхнет ваше новое время, иначе, видит бог, я превращу вашу жизнь в ад.
     И она чеканным шагом удалилась.
     Картер посмотрела вслед Раниэль и увидела Фитци, стоящего на другом конце сцены с открытым ртом. Он набрал в грудь воздуха, и на секунду Картер показалось, что он скажет что-то Раниэль, заступится за них. Но он замешкался и снова закрыл рот. Его взгляд сузился, выражая виноватое сочувствие.
     Картер сухо кивнула. Она не винила его. Это была не его битва.
     Всё это висело на Ади. Это он их предал.
     И теперь всё было кончено.


Глава 41
     
     Бек
     
     — Итак… как ты себя чувствуешь?
     Бек уставился прямо в объектив камеры, пытаясь осознать вопрос Фитци. Пытаясь осознать хоть что-нибудь.
     Он знал, что должен злиться. Большинство людей на его месте рвали бы и метали.
     Но вместо гнева он чувствовал лишь полное онемение, не в силах вместить в голову произошедшее. От него требовалось лгать. Сказать зрителям, что их команда заняла последнее место. C’est la vie и всё такое.
     Он не думал, что сможет это выговорить.
     Студийный свет был невыносимо ярким здесь, перед фальшивой кирпичной стеной, где участники записывали свои прощальные интервью. Никаких непринуждённых разговоров об игре или просмотра повторов. Только чистые эмоции.
     За пределами съёмочной площадки Вера сделала его снимок. Она выглядела сердитой, как и всегда. По крайней мере, у Фитци по ту сторону объектива слегка хмурились брови, будто весь этот фиаско-спектакль стоял у него костью в горле.
     Бек никак не мог смириться с мыслью, что Ади способен на жульничество. Они должны были быть сокомандниками. Они должны были доверять друг другу.
     Это было настолько паршиво. Прямо сейчас они должны были праздновать победу. Вместо этого Бек отправлялся домой. Без денег и без малейшей надежды попасть в Свитбрайер в ближайшее время.
     — Если тебя это хоть немного утешит, — тихо проговорил Фитци, — мне правда очень жаль, приятель. Это… — Он мельком глянул на камеру, и на его лице промелькнула тень злобы. — Это полный отстой.
     Осознание того, что Фитци впервые за всё время говорил не по сценарию, что-то надломило внутри Бека. Где-то на задворках сознания он понимал, что всё сказанное им сейчас изрежут на монтаже и склеят в уродливое искажение его истинных слов. Единственной важной историей здесь была история Раниэль, а до Бека ей не было никакого дела. Никогда не было.
     Но он больше не собился быть её дрессированной обезьянкой. Хватит. Он скажет правду.
     Всё это шоу от начала и до конца строилось на лжи. Не было никаких гениев, вундеркиндов-подростков или юных талантов. Не было злодеев и уж тем более героев. Была лишь кучка актёров, говоривших то, что им велели, и продюсеры-мошенники, дергавшие за все ниточки.
     Это шоу было фальшивкой, и Беку было стыдно за то, что он стал его частью.
     Но не успел он открыть рот, как за пределами съёмочного павильона поднялся невообразимый шум. Кричали люди. Множество людей. Члены съёмочной группы обернулись к двери. Источник шума доносился из гримёрки.
     Бек сорвал с себя петличку и помчался на крики и вопли. Он ворвался в гримёрку и увидел Ади и Джериуса, катающихся по полу в драке. Ади пытался вырвать из рук Джериуса телефон.
     — Растащите их! — закричал кто-то из операторов.
     Сиерра врезалась в эпицентр потасовки и вцепилась в воротник куртки Ади:
     — Соберись, тряпка!
     — Отдай телефон! — практически заново визжал Ади. — Отдай мне этот чёртов телефон, Джериус!
     Джериус успел выкинуть кулак, точно угодив Ади в челюсть. Сиерра дёрнула Ади назад:
     — Хватит! Прекратите оба!
     Ади отчаянно пытался вырваться из её хватки:
     — Я никогда не записывал тот разговор! Он не мог скачать его с моего телефона, потому что я его не записывал!
     — Да какая разница!
     Пронзительный крик Сиерры эхом разнёсся по комнате, заставив Ади замереть. Он застыл на полуслове.
     — Это уже не имеет никакого значения, — повторила Сиерра. — Ты сжульничал. Ты разрушил наш шанс сыграть в финале!
     Когда её голос дал трещину, сердце Бека точно так же надломилось. Что, если они теперь никогда не смогут доказать, что Алисию убила Раниэль?
     Ади встретился взглядом с Сиеррой. Вся ярость моментально испарилась из него, и он бессильно обмяк в её руках. Она брезгливо разжала пальцы и отступила.
     Джериус отряхнулся и поднялся на ноги:
     — Ух, — просиял он, ухмыляясь своей команде. — А это было бодряще.
     Ади уставился в пол. Вся спесь и боевой дух вытекли из него. На челюсти, куда пришёлся удар Джериуса, уже наливался наливной синяк.
     — Оу! Офигеть! — неожиданно закричал Киган из команды «Майнд Хак», уставившись в экран своего телефона, на который ещё пару секунд назад снимал драку. — Вы только посмотрите на это! — Он развернул экран к своим сокомандникам. — Полиция только что обнародовала предсмертную записку Луиса! Он признался в убийстве Алисии Анжелос! А Раниэль Рассел предъявили обвинения в препятствовании правосудию!


Глава 42
     
     Сиерра
     
     Никто не вымолвил ни слова, пока их везли из студийного комплекса в «отель для лузеров» — место, где выбывшие команды дожидались выхода серии в эфир каждое воскресенье.
     Гнев Сиерры и не думал утихать. Каждый раз, когда она вспоминала о том, что сделал Ади, ярость внутри вспыхивала с новой силой. Он даже не попытался извиниться. Просто молча собрал вещи, пока Картер и Бек обшаривали виллу в поисках забытых зарядок для телефонов и сборников головоломок.
     Когда машина остановилась, Сиерра подхватила свои сумки и прямо-таки штурмом взяла стойку регистрации, чтобы заселиться.
     Они уезжали, а у неё так и не было доказательств, что Раниэль убила Алисию. Полиция больше не станет копать, по их мнению, дело об убийстве закрыто. Начальница полиции в то же дневное время дала пресс-конференцию, сразу после того как обнародовала предсмертную записку и признание Луиса. Слушая её ответы журналистам, можно было подумать, что она раскрыла преступление века. Алисия Анжелос больше не была нераскрытой тайной. С какой стати им искать изъяны?
     Но Сиерра хотела искать изъяны. Сиерра хотела справедливости.
     Ей дали два смежных номера.
     — Поднимайтесь, — отрезала она, раздавая ключи-карты. — Я ещё побуду внизу. 
     Мысль о том, чтобы провести с Ади хотя бы секунду в одном лифте, вызывала у неё тошноту.
     Бек и Картер замялись.
     Ади вздохнул:
     — Всё нормально. Я поднимусь один.
     Сиерра выждала, пока двери лифта закроются, и только потом процедила:
     — Какая же он сволочь.
     — Не понимаю, зачем он это сделал, — удручённо пробормотала Картер.
     — И зачем Раниэль вообще предложила ему шпаргалки, — добавил Бек.
     Сиерра пожала плечами:
     — На него приятно смотреть. Она хотела удержать его на экране как можно дольше. Ради рейтингов. — Последнее слово она буквально выплюнула.
     — Ади не похож на человека, который стал бы жульничать, — насупилась Картер. — Ему нравится выставлять наповал свои мозги.
     — Может, он просто не верил, что мы вытянем игру, — огрызнулась Сиерра. — Его волнует только он сам.
     Она покатила свой обшарпанный чемодан к лифтам. Остальные неохотно поплелись следом.
     — Как думаешь… может… нам стоит с ним поговорить? — засомневалась Картер, когда двери открылись.
     — Пошёл он к черту.
     — Я поговорил с ним, — решительно заявил Бек. Перехватив свирепый взгляд Сиерры, он добавил: — Ты мне больше не босс. Я могу говорить с кем хочу.
     — Я тоже с ним поговорю, — поддержала Картер.
     Сиерра сильнее сжала ручку чемодана:
     — Ладно, я пойду с вами. По крайней мере, получиться ещё раз на него наорать.
     Когда они подошли к номеру Ади, Бек постучал. Прошло немало времени, прежде чем Ади отворил дверь. Увидев их вместе, он произнёс:
     — Мы поговорим, но я хотел дождаться, пока вы хоть немного остынете.
     — Остынем? — Сиерра оттолкнула его и ворвалась в номер. — Остынем?! Никто тут остывать не собирается!
     Бек и Картер прошмыгнули за ней. Бек прикрыл дверь.
     — Ты хоть понимаешь, что сделал? — накинулась на него Сиерра. — У нас больше нет доступа в студию! Нет доступа в комплекс, нет доступа к Раниэль! Мы теперь никогда не найдём доказательств, что она убила мою сестру!
     — Послушай, может, доказательства ещё есть. Мне нужно выяснить, откуда Джериус взял эту запись…
     — Что с тобой не так?! Какая разница, откуда у него запись?! Всё кончено! Ты всё разрушил! Единственная причина, по которой ты вообще попал на это шоу — твоя мамочка дала взятку продюсерам, а потом ты пошёл и принял подсказки, потому что единственный человек, который тебя волнует — это ты сам!
     — Ты шутишь, что ли?
     — Ах да, моя ошибка! Тебе ещё важно произвести впечатление на своего жадного папашу! Но у меня для тебя новости — ты ему нафиг не нужен!
     Лицо Ади налилось краской:
     — Ты не имеешь права заниматься моим психоанализом, когда с первого же дня всё крутится только вокруг тебя!
     — Вау, сильный ход! Наверное, мне стоит просто забыть о том, что меня обвиняли в убийстве собственной сестры!
     — Конечно, нет! Но ты же только этим и живёшь, Сиерра! Сестроубийца, вершительница правосудия, главная злодейка — ты позволила этим ролям полностью определить тебя! Если бы тебе не нужно было раскрывать убийство Алисии, у тебя бы вообще ничего не осталось!
     Его слова попали с ужасающей, уничтожающей точностью. Вот что бывает, когда подпускаешь людей слишком близко. Они видят твою голый, уязвимую правду, а потом бьют прямо туда. Ей следовало усвоить этот урок давным-давно.
     Прежде чем эта словесная шпилька успела пустить яд, Сиерра выкрутила боль в привычную ярость.
     — Пошёл ты, — выплюнула она, резко развернув чемодан и потащив его к выходу.
     — Подождите! — воскликнула Картер. Она уставилась в экран своего телефона широкими глазами. — Настоящий Гейм-мастер снова сделал пост на «Домене»!
     — Что ещё? — Сиерра выхватила телефон из рук Картер, чтобы прочитать сообщение самой.
     @TheRealGameMaster
     Не разочаровывайте меня, Мастера Подсказок! Полиция ОШИБАЕТСЯ.
     Признание» ЛАР — ФАЛЬШИВКА.
     Луис Рассел НЕ УБИВАЛ АЛИСИЮ.
     Я знаю правду и всё ещё могу раскрыть её в финале, но вы не выполнили свою часть сделки.
     Перечитайте подсказки ещё раз. Не ищите лёгких путей, как эти некомпетентные детективы.
     НАЙДИТЕ ЛОЖЬ.
     Иначе этот убийца так и не предстанет перед судом.
     Сиерра фыркнула:
     — Ничего нового, мы и так всё это знали.
     Картер забрала телефон и принялась листать комментарии:
     — Ужас. Некоторые ответы очень жесткие. Далеко не все теперь верят Настоящему Гейм-мастеру.
     — Люди настроились против Луиса, — проговорил Бек, уткнувшись подбородком в плечо Картер, пока они читали вместе. Ади оставался на другом конце комнаты.
     — И правильно делают, — отрезала Сиерра. — Даже если он не убивал мою сестру, он всё равно был хищником.
     Картер покачала головой:
     — Но если они сфокусированы на нём, они не думают о том, кто настоящий убийца. — Она принялась набирать текст. — Почему бы нам не написать имя Раниэль прямо под постом Настоящего Гейм-мастера?
     — Ты правда хочешь связать своё имя с обвинением без единого доказательства? — спросила Сиерра.
     Пальцы Картер замерли.
     — Вот именно. — Сиерра покатила чемодан мимо Картер и Бека к двери. — В этом нет никакого смысла. Всё кончено.
     Сиерра перечеркнула очередной неудавшийся набросок и перевернула страницу, чтобы начать заново. Закат, окрасивший горизонт в багровые тона, по идее должен был вдохновлять.
     Но он не вдохновлял.
     Она сама не знала, зачем пришла сюда. Она ненавидела пляж. Песок забивался в одежду, и она неизбежно уходила отсюда со сгоревшей кожей. Пляж всегда был стихией Алисии. Та постоянно твердила, что хочет научиться сёрфингу или дайвингу. Мечтала купить лодку и ночевать прямо в открытом океане. Вставать на рассвете, чтобы поплавать с дельфинами.
     Вещи, которых она никогда не сделает. Мечты, которые у неё украли.
     Карандаш в руке Сиерры с треском переломился. Она достала другой из пенала в своей сумке, смахнув волосы с лица.
     После смерти Алисии рисование давалось ей с трудом. Мысль о том, чтобы оставить графический планшет дома, должна была заставить её скучать по нему. Она надеялась разжечь свою страсть к творчеству заново, пока была здесь, но покупка нового скетчбука и набора карандашей оказалась бесполезной затеей. Вдохновение ушло. Она поняла это ещё в комнате гадалки, когда упустила банальнейшую связь — что красный и синий дают фиолетовый.
     Время Сиерры вышло. Её творческое начало высохло вместе с её душой.
     «Это не сломано. Это… это невероятно».
     Карандаш замер над бумагой, когда в её памяти всплыли слова Бека. Это был настоящий переворот в сознании, когда он сказал ей это тогда, в морозильной камере. Увидеть себя кем-то помимо навсегда сломанного человека. Посметь поверить, что она может быть хорошей — после всего, что твердил ей весь мир.
     «Мы будем твоими людьми».
     И они были ими.
     А потом они предали её. Ади предал её. Предал их всех.
     Так ей и надо. Сиерра почти позволила себе довериться. Она начала верить, что в мире есть достойные люди, и посмотрите, к чему это привело.
     В мире есть только монстры. Никаких Хельсингов.
     Она поднялась с скамейки, накинула сумку на плечо и выбросила скетчбук прямо в мусорный бак.
     К тому моменту, когда она добралась до холла отеля, уже спустились сумерки. В ресторане она заметила Картер и Бека, делящих порцию картошки фри. Они склонились друг к другу и хохотали над чем-то в телефоне Картер.
     Сиерра замедлила шаг, ожидая вспышки гнева от того, что они способны веселиться в такое время.
     Но вместо этого лед вокруг её сердца слегка подтаял. Она сделала шаг к ним. К Беку, чья улыбка всё ещё была заразительной. К Картер, которая могла быть настолько неловкой в общении и одновременно так искренне стремилась открываться людям.
     Её друзья.
     Эта мысль отозвалась в груди, словно удар сердца.
     Но тут её взгляд упал на Ади, сидевшего за барной стойкой: в одной руке он держал книгу, а другой уплетал спринг-роллы. Сиерра отпрянула.
     Людям нельзя верить.
     Она поспешила к лифту, оставив позади еду и смех.
     — Я одна, — твердила она себе, открывая дверь своего номера.
     — Я одна, — напевала она, набирая ванну.
     — Я одна, — шептала она, оттирая и оттирая свой боди-арт до тех пор, пока полотенце не покрылось черной краской, а вода в ванной не смешалась с её слезами.
     Одна, одна, одна…
     В дверь ванной постучали. Раздался неуверенный голос Картер:
     — Сиерра?
     Сиерра содрогнулась от рыдания:
     — Уйдите…
     Дверь открылась. Вошла Картер, зажмурив глаза и закрыв лицо руками:
     — Мы слышим, как ты плачешь.
     Вслед за ней вошел Бек, точно так же прикрывая глаза ладонью. В другой руке он держал гигантскую пачку «Скиттлс»:
     — Мы принесли тебе вкусняшки.
     Сиерре потребовалось некоторое время, чтобы справиться с прорывающимся сквозь боль голосом:
     — Убирайтесь.
     — Ты не одна, Сиерра, — произнесла Картер. — Ой, Бек, ты меня толкаешь!
     — Извини. — Бек неопределенно помахал пачкой. — Ты где, Сиерра? Я не хочу намочить конфеты.
     — Господи Иисусе, — пробормотала Сиерра. — Можете открыть глаза. Я в пене.
     Оба опустили руки и одновременно вздохнули с облегчением, убедившись, что вода действительно покрыта пышной пеной.
     — Пена — это хорошо, — сценическим шепотом сказал Бек Картер. — Никто в глубокой депрессии не стал бы взбивать пену.
     Картер села на пол рядом с ванной:
     — Ты не одна, Сиерра, — повторила она.
     Возможно, Сиерра шептала эти слова громче, чем ей казалось.
     — Мы с Картер подумали, что нам стоит снова поговорить с Ади, — сказал Бек. — Если он правда что-то знает…
     — Пошёл этот козёл.
     — У нас всё ещё есть пара дней до отъезда домой. И мы абсолютно свободны. Никаких расписаний, никаких кураторов, никаких комнат. Без всяких помех мы можем полностью сосредоточиться на том, чтобы доказать, что Раниэль убила Алисию. — Он ткнул пальцем себе в висок. — Лазерная фокусировка.
     Картер погладила Сиерру по руке:
     — Всё ещё не кончено.
     — И как мы добудем доказательства, если не можем попасть в студию?
     — Мы найдём способ, — ответил Бек. — Мы всё ещё команда «Хельсинг». И, будем надеяться, Ади сможет сказать нам что-то полезное. Завтра утром, — добавил он, когда Сиерра открыла рот, чтобы возразить. Он протянул ей пачку «Скиттлс». Она посмотрела на неё с недоверием.
     — Они не отравлены, — заверила её Картер.
     Сиерра хмыкнула и протянула мокрую ладонь. Радужные конфеты прилипли к влажной коже, но сладкий хруст оказался весьма приятным.
     Бек предложил ей ещё горсть, и она просто забрала всю пачку.
     Картер достала телефон:
     — Мы должны тебе кое-что показать.
     — Что? — Сиерра оживилась. — Настоящий Гейм-мастер снова что-то выложил? Она не заходила на «Домен» весь день.
     — Кое-что получше. Смотри.
     Сиерра наклонилась и нахмурилась:
     — Это кот.
     — И хорёк! Посмотри на них! Смотри-смотри… Погоди, сейчас вот этот момент…
     — И какое это имеет отношение к делу?
     — Самое прямое, — заявил Бек, опустив крышку унитаза, чтобы усесться на неё. — Пристегнись, Сиерра. У нас их целый миллион, и они изменят твою жизнь.


Глава 43
     
     Ади
     
     На следующее утро Ади сидел на кровати в своём гостиничном номере. Он собрал вещи сразу после того, как Бек больше часа назад ушёл на встречу с Картер и Сиеррой. Ади на эту встречу никто не приглашал.
     На экране его телефона было открыто расписание автобусов — всего двадцать пять минут, и он отсюда уедет. Сделает быструю остановку дома, бросит вещи в сумку. А потом…
     А потом межштатный автобус из Лос-Анджелеса, парочка попуток на автостопе — и вот он уже совершает побег в реальной жизни. Назад к матери он не вернётся ни за что на свете, а отец ему теперь помогать не станет. Ади потерпел крах. Во всех возможных смыслах.
     В дверь постучали. Он подумывал проигнорировать, но стук повторился — на этот раз более настойчиво.
     Смирившись, он пошёл открывать.
     На Сиерре не было её привычного слоя боевого макияжа и массивных ботинок, из-за чего она казалась сантиметров на десять ниже.
     — Привет. — Она нервно потерла пирсинг на губе. — Мы можем поговорить?
     — Ты пришла меня убивать?
     Она продемонстрировала пустые ладони:
     — Безоружна.
     Ади бросил взгляд через плечо на расписание автобусов в телефоне:
     — Я вообще-то немного занят…
     — Я ненадолго.
     Что ж. Если он собирался испариться, то перед уходом, пожалуй, стоило загладить вину.
     Он впустил Сиерру и забрал телефон с кровати.
     Её взгляд мельком скользнул по его собранной сумке и снова вернулся к нему:
     — Зачем ты взял эти подсказки? Мы могли бы справиться сами.
     — Мы и справились. Я не использовал подсказки, что бы там ни болтали Джериус и остальные.
     — Тогда зачем вообще было связываться?
     Сиерра ждала ответа, выглядя непривычно уязвимой. В её облике появилось нечто открытое. Без резких стрелок на веках и хищной чёрной помады Ади казалось, что он наконец видишь её настоящую.
     — Раниэль предложила мне место ведущего в следующем сезоне, — сказал он.
     Она отпрянула:
     — Что?
     — Она заговорила об этом после первого раунда исключения.
     — А как же Фитци? Она его увольняет?
     — «Hitflix» хочет его убрать. Она задвигала мне что-то про «новое направление», но я вот о чём подумал… Может, она сливает его, потому что он знает что-то лишнее? — Он нахмурился. — Как думаешь, он не может быть Настоящим Гейм-мастером?
     Они уставились друг на друга, а спустя секунду плечи Сиерры затряслись. Она прижала пальцы к губам, будто пытаясь запоздало скрыть расползающуюся улыбку. А затем раздался звук, которого Ади от неё ещё ни разу в жизни не слышал.
     Она хихикала.
     — Фитци? — выдавила она. — Оставлял подсказки? Анаграммы?
     — Ладно, я понял, тупая идея.
     Хихиканье нарастало словно лавина:
     — Думаешь, это он придумал ту подсказку со лентой? С использованием шифра столбцовой перестановки?
     — Боже, нет, конечно.
     На её глазах выступали слезы:
     — Да он даже не знал, что такое число Пи!
     Ади и сам не удержался от смеха:
     — Ладно-ладно! Не знаю, с чего я это ляпнул. Господи, как же я терпеть не могу этого парня.
     Хорошее настроение Сиерры постепенно угасло. Она одарила Ади взглядом, от которого тот почувствовал себя странно прозрачным.
     — Несмотря на твои вчерашние обвинения, — произнесла она, — у меня кое-что есть. В отличие от того, что ты наговорил.
     — Слушай, мне правда очень жаль за те слова…
     — У меня есть Картер. И Бек. И, возможно, ты. Вот почему я здесь. Я хотела расставить все точки над «i». Потому что ты был прав — мне нужно было остыть. Вчера я была не готова тебя слушать. А сейчас готова. Расскажи мне то, что хотел сказать про аудиозапись.
     — Хорошо, — вздохнул он. — Раниэль предложила мне шпаргалки, потому что не хотела, чтобы её шоу вел лузер. Сначала я отказался, но утром перед комнатой смеха она снова предприняла попытку, и мне пришлось её отвлечь, потому что она едва не застукала меня за кражей файлов курорта «Свитбрайер» для Бека. Вот эта разговор и был на записи у Джериуса. Только я понятия не имею, откуда он её взял. Её кабинет, должно быть, прослушивается.
     — Неужели Джериус способен на такое?
     — За этим стоял не он. Я знаю это наверняка, потому что во время того разговора Раниэль обсуждала со мной должность ведущего, а Джериус об этом даже заикнулся. Не думаешь ли ты, что это как раз та информация, которой он с огромным удовольствием стал бы нам тыкать в лицо?
     Сиерра приподняла бровь:
     — Хочешь сказать, он не знал?
     — Вот именно. И единственная причина, по которой он не знал — кто-то другой подогнал ему отредактированную версию записи. Кто-то постоянно слушает её. И я подумал… что этот кто-то мог случайно записать улику, которая поможет упрятать её за решётку за убийство Алисии. Или Луиса.
     Сиерра прислонилась к стене, размышляя:
     — Настоящий Гейм-мастер, — прошептала она. — Он знает, что Раниэль убила Алисию, и пытается добыть ту самую недостающую информацию, которой жаждет.
     — Возможно, они планируют обнародовать аудиодоказательства прямо во время финала.
     — Это же просто бомба! — Сиерра принялась за свою фирменную шагающую прохадку по комнате. — Мы должны заставить Джериуса расколоться, кто передал ему запись.
     — Человек за всем этим чертовски умен. Скорее всего, ему прислали её анонимно. Думаю, Джериус — просто пешка в этой большой игре.
     Сиерра замерла:
     — Скорее всего, ты прав. Аргх, да я бы всё отдала, чтобы попасть в эту финальную комнату!
     — Я знаю, Сиерра. Прости меня.
     Она повернулась к нему. От выражения её лица он невольно съёжился. Он был обязан дать ей объяснение.
     — Когда Раниэль предложила мне эту работу ведущего, мне показалось, что это мой единственный шанс сбежать. Моя жизнь дома — это ад. Может, конечно, и не «мою-сестру-убили», но моя мать… — Ади обычно за словом в карман не лез, но сейчас ему было трудно подобрать слова, чтобы объяснить, каково это — иметь родителя, которому до собственного ребёнка дела нет, а волнует только собственная персона.
     Взгляд Сиерры снова метнулся к его спортивной сумке:
     — Так вот почему ты уезжаешь?
     Он переступил с ноги на ногу, не в силах встретиться с ней взглядом.
     — Побег не решит твоих проблем, — сказала она. — Поверь мне.
     Ади эмоционально уже настроился на свой побег. Он был абсолютно уверен, что его здесь ничего не держит.
     Но тайна так и не была раскрыта. Раниэль собиралась выйти сухой из воды после убийства. Если Ади и мог сделать хоть что-то перед уходом, так это помочь Картер, Беку и Сиерре.
     И Алисии.
     — Мы ещё не уехали домой, — произнесла Сиерра. — Вчера вечером Бек напомнил мне, что мы всё ещё команда «Хельсинг», и нам всё ещё есть чем заняться.
     — Например, убить вампира?
     По лицу Сиерры медленно расползлась ухмылка:
     — Именно так.


Глава 44
     
     Картер
     
     Картер и Бек сжались вместе на одной из двух двуспальных кроватей. Картер изо всех сил старалась держать экран телефона под таким углом, чтобы Бек не увидел футболки команды, которые она сама разработала. «ХЕЛЬСИНГИ КРАШАТ! Выживалити СЕЗОН ПЯТЫЙ» — гласила надпись над светящимся химическим набором. Картер оформила заказ на следующий день после раунда в комнате смеха.
     А теперь она понятия не имела, как, черт возьми, отменить этот заказ.
     Индивидуальный заказ. Возврату не подлежит.
     Рядом с ней Бек уже в тысячный раз изучал зашифрованное письмо Алисии об интрижке. Они не отдали его детективу, который допрашивал их на вилле, понимая, что тот лишь использует бумагу как еще одно подтверждение вины Луиса. Теперь это была их единственная оставшаяся улика.
     По телевизору крутили старые выпуски «Выживалити». Картер следовало бы его выключить. Смотреть, как прошлые участники ломают головы над каждым раундом, зная, что её собственное время на шоу истекло, было настоящей пыткой.
     Конечно, опасность вылета существовала всегда, но Картер и в страшном сне не могла представить, что всё закончится так. Позволить вырвать победу из рук, когда они были так близки, когда справлялись так отлично — и всё из-за того, что Ади в них не верил.
     Бек разгладил письмо на абажуре настольной лампы. Они уже пробовали это на вилле. Никаких скрытых посланий не проявилось тогда, не появилось и сейчас. Он вздохнул. Перевернул листок. Вверх ногами. Туда и обратно.
     — Брось ты это, — пробормотала Картер, открывая телефон. У нее было три пропущенных от родителей, но она не могла заставить себя перезвонить, понимая, что расплачется в ту же секунду, как услышит их голоса. Вместо этого она бездумно листала свои видео на «Домене». — Ключ к этому остался на вилле Илая, спрятан где-то в светильнике или типа того. — Она уставилась на свой аватар. Ярко-красные волосы. Круглые очки. Кроп-топ в сочетании с трендовой юбкой. На этом кадре аватар Картер подмигивал и показывал большой палец вверх. Это должно было выглядеть подбадривающе, но сейчас казалось, будто персонаж над ней насмехается. — Мы его уже никогда не найдём.
     На лице Бека застыла упрямая решимость. Он начинал вести себя так же одержимо, как и Сиерра.
     — Или, может, это как-то связано с нотами из второго эпизода?
     Они пересмотрели тот эпизод раз двенадцать с тех пор, как нашли записку, но так и не смогли найти ничего, что имело бы отношение к письму Алисии.
     Картер испытала облегчение, когда услышала шаги за дверью и характерный щелчок ключа-карты — хоть что-то, что отвлечет их от сползания в безумие.
     Дверь распахнулась, с ударом врезавшись в стену. В номер ворвалась Сиерра — запыхавшаяся, с взъерошенными волосами.
     А за ее спиной — Ади.
     Картер напряглась. Пусть они с Беком и были теми, кто убедил Сиерру поговорить с Ади, это вовсе не означало, что Картер перестала на него злиться.
     — О, отлично, вы оба здесь, — выпалила Сиерра, падая на вторую большую кровать. — У нас новости.
     Картер скрестила руки на груди:
     — Новости о том, что Ади все-таки не жульничал и нас возвращают на шоу?
     — Эм… нет.
     Картер фыркнула.
     Сиерра бросила взгляд на Ади, который стоял у двери так, будто хотел оставить себе открытым путь к отступлению.
     — Ты обязан перед ними извиниться, — отрезала Сиерра.
     Ади глубоко вздохнул:
     — Мне жаль. Правда жаль. Я все испоганил для нас, и я сам себя за это ненавижу.
     Картер сузила глаза. Его голос прозвучал искренне.
     — Сойдет, — кивнула Сиерра. — А теперь слушайте.
     Она быстро объяснила, что человек, передавший запись Джериусу, скорее всего, и есть Настоящий Гейм-мастер. Все то время, пока она говорила, Ади молчал, прислонившись к стене, а его взгляд хаотично метался к экрану телевизора. Будто просмотр старых выпусков «Выживалити» был куда интереснее, чем поиск доказательств преступлений Раниэль.
     В комнате повисла тишина, пока Картер и Бек переваривали информацию Сиерры. Наконец Ади выпрямился и спросил:
     — Какой это сезон?
     Картер мельком взглянула на него:
     — Что?
     Пересекая комнату длинными шагами, Ади схватил пульт и прибавил звук:
     — Из какого это сезона?
     — Эм… — Картер уставилась на участников программы, которые судорожно обматывали полоской бинта высокий посох, покрытый нарисованными иероглифами. — Второй сезон.
     — Какая серия?
     — А?
     — Какая серия?!
     Картер раздраженно вздохнула и всплеснула руками:
     — Да не знаю я! Вторая, кажется! Какая разница?
     — Вот оно. То, что мы упустили. — Он резко повернулся к ней. — Где письмо Алисии?
     — Здесь. — Бек поднял его с тумбочки и протянул ему.
     — Ни у кого нет ножниц?
     — Ножниц? — рявкнула Сиерра. — Ты не смеешь уничтожать письмо моей сестры!
     — Мы должны. — На лице Ади теперь сияла улыбка. — Это шифр «Скитала».
     Картер ахнула:
     — Шифр «Скитала»! Боже мой. Ты можешь быть прав. Почему мы сразу об этом не подумали?
     — Э-э. Ну да. Шифр «Скитала». Так очевидно, — пробормотал Бек. Затем он посмотрел на Сиерру, которая лишь пожала плечами.
     — Это когда ты обматываешь полоски бумаги вокруг цилиндра, чтобы проявить послание, — объяснил Ади.
     В глазах Бека вспыхнул огонек:
     — А-а, это! Ну да, точно, это может сработать.
     — А если ты ошибаешься? — насторожилась Сиерра.
     — Я не ошибаюсь. Но если вдруг… что ж, сначала сфотографируй его.
     После паузы Картер неуверенно произнесла:
     — Кажется, у меня в сумке были маникюрные ножницы?.. — Она глянула на Сиерру, не увереная, стоит ли предлагать помощь.
     Желвак на челюсти Сиерры дернулся, и она коротко кивнула. Картер распознала этот жест. Вотум доверия. Ади. Команде «Хельсинг».
     Картер слезла с кровати и принялась копаться в своей сумке. Когда она достала ножницы, а Сиерра сделала снимок, Ади быстро расправился с письмом Алисии — разрезав его на части так, чтобы каждая строчка текста превратилась в отдельную полоску.
     Только полностью уничтожив их лучшую улику, он запнулся:
     — Черт.
     Бек приподнял бровь:
     — Это не совсем то, что мы хотели услышать.
     — Нам нужен стержень или цилиндр, — пояснил Ади.
     — У меня есть гигиеническая помада? — предложила Картер.
     Он качнул головой:
     — Это сработает только в том случае, если диаметр будет точно таким же, как у того предмета, который использовала Алисия для создания шифра. Что у нее могло быть… — С стоном он опустился спиной на стену. — Светильник из виллы номер четыре. Она должна была использовать основание лампы или что-то в этом роде.
     — Ладно, — сказала Сиерра. — Нам нужно вернуться на виллы и выяснить, о каком именно светильнике шла речь. Мы знаем кого-нибудь внутри, кто согласится помочь? Мы можем доверять Лизе?
     — В этом нет необходимости, — заявил Бек, скрестив ноги и откидываясь на подушки. — Она, скорее всего, имела в виду фонарик. Тот самый, из приветственного набора. — Он залез в рюкзак, который принес из своего номера, и выудил оттуда фонарик, крутанув его между пальцами.
     — Отличная работа, Бек! — Сиерра протиснулась на кровать, заставив Бека оказаться зажатым между ней и Картер. Она забрала фонарик и раскрыла ладонь перед Ади: — Давай сюда полоски.
     — Это была моя идея, — возразил тот. — Разве не я должен это сделать?
     Сиерра одарила его тяжелым взглядом.
     Ади состряпал гримасу, затем собрал полоски бумаги и передал их Сиерре. Та взяла первую и, придерживая один конец у верхушки фонарика, обернула ее так, чтобы бумажная лента спиралью спустилась по цилиндру.
     Она повернула фонарик, сканируя новые столбцы, образовавшиеся из букв, но Бек заметил разгадку первым. Он ткнул пальцем:
     — Здесь!
     — В-И-Л-Л, — прочитала Сиерра. — Г-О-Т-О…
     — «Пойдет куда»? — азартно спросил Бек.
     Сиерра схватила следующую полоску и повторила процесс, проявляя следующие слова:
     — М-Е-Д-И-А…
     — «В СМИ»? — перевела Картер. — Про интрижку? Она собиралась предать это огласке?
     Сиерра уже наматывала третью полоску бумаги на фонарик. Потребовалось всего пару минут, чтобы пройтись по всему письму и составить финальное послание Алисии.
     Пойдетв
     СМИ_
     Про
     Интрижку
     шанта_
     жирует
     Рани.
     предложение4
     молчания
     Ялюблютебя
     — «Я люблю тебя», — прошептала Сиерра, уставившись на последнюю строчку. Последние слова, которые ее сестра адресовала ей.
     Картер дотянулась через Бека и положила руку на ногу Сиерры:
     — Хочешь сделать перерыв на минуту?
     Сиерра сглотнула:
     — Нет. Я хочу довести это до конца.
     — Так это с самого начала был шантаж, — произнес Ади. — Она шантажировала Раниэль.
     Руки Сиерры дрожали:
     — Это и есть мотив Раниэль.
     Ади раздраженно взъерошил волосы:
     — У нас и так был мотив. Алисия спала с ее мужем.
     — Это само по себе паршиво, но это? Если бы Алисия обнародовала свои отношения с Луисом, это уничтожило бы шоу. Hitflix моментально разорвал бы с ними контракт. Сколько денег потеряет Раниэль, если сделка сорвется?
     — Дельный аргумент. Но это все еще не прямая улика.
     — Алисия вела себя безрассудно, — сказала Сиерра, глядя на расшифрованное послание. — Она знала, что в опасности. Что бы Раниэль ей ни предложила, Алисия рисковала слишком многим.
     Вдруг Бек ахнул:
     — Я знаю, что нам нужно сделать! — Он сорвался с кровати, раскидав полоски бумаги в спешке. — Нам понадобятся бумага, карандаши и куча маркеров. — На его лице расплылась азартная улыбка: — Мы сделаем детективную доску расследования!


Глава 45
     
     Бек
     
     Хотя его сокомандники и не горели столь же диким энтузиазмом по поводу создания настоящей детективной доски расследования, они все равно дружно включились в процесс сборки информации. Картер и Ади отправились в бизнес-центр отеля, чтобы распечатать самые важные фотографии и посты Настоящего Гейм-мастера, пока Сиерра делала отдельные карточки для каждого подозреваемого. Бек сделал всё возможное, чтобы составить сносную хронологию событий. Ему безумно хотелось сбежать в магазин товаров для творчества, ведь им катастрофически не хватало ключевых элементов — пробковой доски, канцелярских кнопок и цветных нитей. Но иногда приходилось обходиться тем, что есть.
     К тому моменту, когда они закончили раскладывать всё прямо на покрывале кровати, результат почти исполнил одну из тайных мечт Бека. Он создал настоящую детективную доску. Круто.
     Они отступили на шаг, чтобы охватить взглядом всю картину.
     Здесь было письмо Алисии, в котором она признавалась в интрижке с Луисом.
     Не верь Расселам.
     Множественные (зачастую сомнительные) алиби на момент смерти Алисии:
     Остальные финалисты спят по номерам
     Сиерра одна на улице
     Раниэль и Луис дома вместе (покрывают друг друга?)
     Фитци проводит стрим из дома
     Вера выкладывает посты в соцсети — из дома (??)
     Фотография предсмертной записки Луиса, которую сделал Ади:
     Я убил Алисию. Не могу больше жить с этой виной. Пожалуйста, попросите прощения у моих фанатов и всех, кому я причинил боль. Скажите Рани, что я её люблю.
     Детали двух смертей, расписанные отдельными списками:
     Алисия: удушение руками; место смерти неизвестно; время смерти между 1:00 и 2:00 ночи; доставлена в съёмочный павильон на тележке; тело обнаружено мокрым; пропали телефон и одеяло; никаких записей с камер (отключение электричества); странный автомобиль у вилл ближе к рассвету?
     ЛАР (Луис): отравление цианидом; место смерти: отель; время смерти около 20:00; два винных бокала (один пустой — для Картер?); блондинка на записях камер видеонаблюдения? (Скорее всего, Раниэль).
     Поперёк подушек они разложили детали всевозможных пакостей, с помощью которых кто-то пытался саботировать их или всё шоу. Морозильная камера. Отравленный напиток Картер на вечеринке. Испорченная картина. Коровье сердце. И — болезненная тема — запись того, как Ади берёт подсказки.
     Целый угол кровати был отведён под улики, оставленные в комнатах. Анаграмма имени Алисии. «Десятое-Третье-Ф-У» (10/3 = день рождения). Видео из комнаты с пришельцами — они постарались вспомнить как можно больше деталей. Расшифрованный код на ленте и письмо в зеркале.
     — Полиция считает, что нашла виновного, — произнёс Ади, указывая на предсмертную записку. — Раниэль могут предъявить обвинение за ложь о его местонахождении и препятствование расследованию, но какое это имеет значение? Дело закрыто.
     — К тому же, — добавила Картер, — мы знаем, что она умеет врать и не краснеть. Она запросто выкрутится так, будто остаётся абсолютно ни при чём. Скажет, например, что спала всю ночь, и откуда ей было знать, что муж испарился посреди ночи?
     Бек нахмурился:
     — Почему на теле не осталось больше ДНК?
     — Алисия грызла ногти, — сказала Сиерра. — Даже если она отбивалась, её ногти были слишком короткими, так что под ними ничего не осталось. А убийца надел перчатки, чтобы его ДНК не попала ей в рот.
     — А это что? — спросил Ади, поднимая фото с коротким рукописным текстом. — Я сначала подумал, что у нас тут две разные фотографии предсмертной записки.
     — О, извини, — смутилась Картер. — Это снимок, который я сделала в гримёрке перед раундом с подлянками. Текст был написан на обороте фотографии. Я подумала, что мы сможем использовать его для сравнения почерка в предсмертной записке.
     — Отличная идея, — похвалил Бек. — Раниэль либо заставила Луиса написать записку под угрозой, либо подделала её. Было бы круто, если бы у нас был способ доказать это полиции.
     Они сгрудились вокруг двух фотографий:
     Это только начало. — Луис
     Я убил Алисию. Не могу больше жить с этой виной. Пожалуйста, попросите прощения у моих фанатов и всех, кому я причинил боль. Скажите Рани, что я её люблю.
     — Никому больше не кажется, что с предсмертной запиской что-то не так? — спросил Ади.
     — Начиная с того факта, что он не совершал самоубийства? — фыркнула Сиерра. — Или с того, что он признался в убийстве, которого, мы уверены, он не совершал?
     — Я имею в виду, да. Но тут есть кое-что ещё… — Ади склонил голову набок.
     — Как насчёт фразы «Скажите Рани, что я её люблю»? — предположил Бек. — Звучит как-то слишком наигранно и с издевкой.
     — Да, может, дело в этом, — неуверенно пробормотал Ади.
     — У него был очень характерный почерк, — добавил Бек, размышляя о том, облегчает ли уникальность почерка его подделку или усложняет. — Мне нравится, как он выводит буквы «у» и «д». — Он ткнул пальцем в букву «д» в слове «деле», с её пышным, закрученным хвостиком.
     — Ага, — согласилась Картер. — Он однажды ответил на моё фанатское письмо. Я посчитала его почерк настолько изысканным, что даже пыталась подражать ему — правда, красивый курсив мне никогда не давался. — На её лицо набежала тень. — Это была всего лишь открытка, но тогда она значила для меня очень много.
     Сиерра обняла Картер за плечи и слегка сжала.
     — Часть меня жалеет, что я вообще узнала об этой интрижке, — призналась Картер. — Что я больше не могу думать о нём просто как о Гейм-мастере. — Ее брови сдвинулись, когда она уставилась на предсмертную записку. — Погодите, — прошептала она. — Погодите-ка…
     Рука Сиерры соскользнула с её плеча, когда Картер подхватила две фотографии — оборот снимка из гримёрки и предсмертную записку.
     — Буквы «д», — прошептала она. — Бек! Ты прав!
     Он моргнул:
     — Я?
     — Дайте мне секунду! — Схватив телефон, Картер выскочила из комнаты, уже набирая номер. — Да, пап? Мне нужна твоя огромная помощь. У меня в спальне лежит открытка…
     Не прошло и минуты, как Картер влетела обратно в номер.
     — Буквы «д»! — закричала она, с маху роняя телефон на кровать. На экране было фото обратной стороны открытки, исписанной уже знакомым почерком.
     Картер Келли — Спасибо за интересную головоломку. Продолжай в том же духе! — Луис
     Ади скривился:
     — И всё? Это всё, что он написал?
     Картер пихнула его в плечо:
     — Заткнись! Он был… был занятым человеком! Но посмотри! Посмотри на буквы «д»!
     Разница бросалась в глаза мгновенно. Хвостик буквы «д» на открытке закручивался совершенно иначе, чем на подписи к фотографии.
     — И что? — настороженно оглядел её Ади. — Люди иногда меняют почерк, особенно те, кто гордится…
     — Вот именно! — перебила Картер. Она ткнула пальцем сначала в фотографию, затем в открытку. — Где-то между первым сезоном, когда он подписал это фото, и третьим сезоном, когда прислал мне открытку, он изменил свой стиль письма! Но в предсмертной записке использованы старые буквы «д»! — На её лице расплылась ликующая улыбка. — Это доказательство того, что записка поддельная! А если она поддельная…
     — То и признание не имеет никакой силы, — закончил Бек.
     — И теперь, — подхватил Ади, — полиция знает, что Раниэль лгала про алиби, а значит, Луис тоже лгал, что делает её главной подозреваемой по обоим делам!
     — И у нас есть сразу два мотива в придачу, — подытожила Сиерра. — Доказательство того, что Алисия и Луис спали вместе, и что она шантажировала Раниэль.
     — Мы просто гении! — воскликнула Картер. — Я так и знала, что сделала то фото не просто так!
     — И что теперь? — спросил Бек. — Мы идём в полицию, да?
     — Нет, — отрезала Сиерра. — Мы идём к Раниэль.
     Ликующее настроение в комнате мгновенно испарилось.
     — Ты ведь не серьёзно? — нахмурился Ади. — В прошлый раз, когда мы рванули за потенциальным убийцей, мы нашли труп Луиса.
     — Ты правда думаешь, что копы станут слушать кучку обиженных подростков? Или меня? Они свято уверены, что раскрыли дело. Они не станут открывать его заново из-за какого-то сомнительного почерка. Нет. Я не могу рисковать и дать ей уйти от ответа. Только не снова.
     — И что ты предлагаешь сделать? — округлил глаза Бек.
     Взгляд Сиерры выражал мрачную, непреклонную решимость:
     — Мы выбьем из неё чистосердечное признание.


Глава 46
     
     Сиерра
     
     Сиерру буквально штормило от злости всю дорогу в «Uber» до студии, пока её команда наперебой строили самые абсурдные планы, как миновать стойку администратора. Ади предлагал заболтать всех своим обаянием. Картер рвалась устроить диверсию, чтобы отвлечь охрану. Бек искренне восторгался возможностью залезть по пожарной лестнице и пробраться через крышу.
     Сиерру вообще не волновало, как именно они попадут внутрь. Она шла на очную ставку с Раниэль, и готова была снести любого, кто встанет у неё на пути.
     Однако, когда они вошли в здание, стойка рецепции оказалась пуста, а в холле царила тишина. Странно, хотя Сиерра не стала жаловаться на легкий доступ. Хоть что-то в этой жизни должно было пройти гладко.
     По пути к кабинету Раниэль Сиерра услышала строительный шум, доносившийся из Павильона «А». Беглый взгляд внутрь показал, что рабочие вовсю разбирают декорации, демонтируя лабораторию доктора Фири. Совсем скоро здесь останутся лишь голые стены да бетонный пол.
     — Разве они не сохраняют декорации для спецвыпуска после окончания сезона? — удивлённо спросил Бек.
     Сиерра лишь прибавила шаг.
     Когда они приблизились к кабинету Раниэль, до них донеслись не звуки дрелей или кувалд, а самый настоящий орангутаний визг.
     — …не можете так со мной поступить! После всего, что я сделала для вас и этого шоу!
     — О нет, — простонал Ади. — Только не говорите мне, что это…
     Дверь кабинета распахнулась, и оттуда вышли двое охранников, тащивших под руки мать Ади. На камере Симфония всегда выглядела безупречно и элегантно. Сейчас же её длинные волосы превратились в колтун, а кроткая улыбка сменилась оскалом.
     — Уберите от меня свои руки! — рявкала она. — Я буду говорить со своим адвокатом! Вы вообще знаете, кто я такая?! Да вы… — Её взгляд упал на Ади. Она ахнула: — Адитья! Вот ты где! Скажи этим мужикам, кто я! Заставь их немедленно меня отпустить!
     Охранники на секунду замерли, переведя взгляд на Ади, но тот лишь отступил на шаг и поднял ладони:
     — Она полностью в вашем распоряжении.
     Симфония визжала как ужаленная:
     — Адитья! Это не смешно! Адитья!
     Её крики постепенно затихли вдали по коридору.
     — Теперь понятно, почему охрана не скрутила нас на входе, — пробормотала Сиерра. Расправив плечи, она решительно шагнула в открытую дверь кабинета Раниэль.
     Исполнительный продюсер стояла над пластиковой коробкой на своём столе, сгребая туда бумаги и папки. На их глазах она вытащила целый выдвижной ящик и просто вывалила всё его содержимое в контейнер, после чего швырнула пустой ящик на пол за своей спиной.
     — Что здесь происходит? — спросила Сиерра.
     Раниэль вздрогнула, а затем мрачно смерила их взглядом:
     — Прекрасно. Ещё проникатели на частную территорию. — Она схватила подставку для ручек и швырнула её в коробку. — Неужели «Hitflix» не мог подождать хотя бы день, прежде чем увольнять девяносто процентов службы безопасности?
     — «Hitflix» увольняет людей? — опешил Ади.
     Испустив раздражённый вздох, Раниэль нахлобучила крышку на коробку и навалилась на неё всем телом:
     — Они уволили всех. Шоу закрыто. Решение вступает в силу немедленно.
     — Что?! — ахнула Картер. — Они не могут так поступить! Финал же на следующей неделе!
     Раниэль одарила её испепеляющим взглядом:
     — Они уже разбирают декорации, а завтра утром первым делом начнут крушить эту проклятую финальную комнату. К этому времени на следующей неделе здесь не останется ничего, кроме фанеры и мусора. Но можете смело отправлять им свои жалобы. — Она принялась сдёргивать книги с ближайшей полки. — Меня это больше не касается.
     — Но… а как же главный приз? — растерялся Бек. — Деньги? Приглашение в «Свитбрайер»?
     — «Свитбрайер»?! — заорала Раниэль, без церемоний швыряя книги в другой ящик. — Моя жизнь рушится, а всё, о чём вы заботитесь — это поездка на гребаный курорт?!
     Ади поморщился, пока она сгребала очередную стопку:
     — А моя мать была в бешенстве, потому что…
     — Да почём я знаю?! Какая-то часть её мозгов всё ещё верила, что она главный претендент на роль ведущей! — Она упёрла руки в бока. — Я вообще должна спрашивать, какого черта вы тут делаете? Потому что если вы припёрлись из-за той грёбаной записи, то давайте, вперед. Расскажите всему миру, что великая Раниэль Рассел помогала участнику жульничать. Моя репутация всё равно уже в дерьме.
     — Да неужели? — Сиерра сделала шаг вперёд. — А что произойдёт с твоей репутацией, когда люди узнают, что ты убила мою сестру?
     Раниэль уставилась на Сиерру так, словно та заговорила на инопланетном языке.
     А затем расхохоталась. Это был пронзительный, сухой и злой звук.
     — Вы, подростки, с вашими долбаными теориями заговора… У меня нет на это времени. Вон из моего кабинета.
     — Мы знаем про шантаж, — не уступала Сиерра. — Мы знаем, что Луис не писал ту предсмертную записку. Мы знаем всё.
     На этот раз лицо Раниэль выражало лишь лёгкое недоумение.
     — О, вы знаете всё, надо же? Как мило.
     — Да, всё. — Гнев Сиерры вспыхнул с новой силой от этой небрежности. Она что, не понимает? Сиерра всё раскрыла. Раниэль ответит за то, что сделала. — Алисия оставила мне записку. Она рассказала об интрижке с твоим мужем и о том, как угрожала пойти в СМИ, если ты не дашь ей то, что она хочет. Всё кончено. Моя сестра наконец-то получит правосудие.
     Медленно высокомерное выражение лица Раниэль стало меняться. На мгновение промелькнуло замешательство, а затем… сожаление.
     Огонь в груди Сиерры взвился до небес. Наконец-то. Наконец-то!
     Она зажала её в угол.
     Взгляд Раниэль перетек с Сиерры на остальных членов команды и вернулся обратно. Затем она обошла стол и захлопнула дверь кабинета.
     Инстинкты Сиерры заставили её сгруппироваться, готовясь к нападению. Им следовало взять с собой хоть какое-то оружие.
     Картер и Ади синхронно потянулись к телефонам.
     Но Раниэль лишь подошла к дивану и с тяжелым вздохом рухнула на него.
     — Ладно, — тихо произнесла она. — Давайте проясним кое-что раз и навсегда. Я не убивала твою сестру. Я пыталась её защитить.
     Сиерра нахмурилась:
     — Что, простите?
     — Мне жаль, Сиерра. Мне следовало вмешаться раньше. — Она посмотрела на Картер. — Как я сделала с тобой. По крайней мере, попыталась. Когда я увидела тебя в первый день в гримёрке Луиса, я пыталась предостеречь тебя. Я не знала, что ещё сделать, не раскрывая мерзкую тайну моего мужа.
     Картер передернуло.
     — Но я сделала это вовсе не ради Алисии, — продолжила Раниэль. — Я просто стояла в стороне и позволяла этому происходить, потому что у меня не было ни времени, ни сил на выкрутасы Луиса — мне нужно было делать шоу. — Она качнула головой. — Я никак не ожидала, что Алисия начнёт шантажировать меня из-за этого.
     — И что ты ей предложила? — спросил Ади. — Деньги?
     Раниэль смерила его загадочным взглядом:
     — Я предложила ей всё. — Она сделала паузу, смакуя эти слова, а затем добавила: — В обмен на её молчание и разрыв этой связи.
     — О, — тихо выдохнул Ади. — То есть ты думаешь, что Луис убил её, потому что она собиралась его бросить?
     — У меня были именно такие подозрения, да.
     — Ты велела ей расстаться с ним, а потом обеспечила ему алиби для полиции, когда он убил её за это?! — задыхалась Сиерра. — Какого… черта…
     Её тело забила мелкая дрожь.
     — Я никогда не была уверена наверняка, что это сделал он, — в тоне Раниэль проскользнули защитные нотки. — К тому же мои действия спасли шоу! Это сотни рабочих мест! Это фанатское сообщество, да и вообще…
     — И твой собственный банковский счёт, после того как «Hitflix» предложил продлить шоу на пятый сезон? — поддел Ади.
     Раниэль скривила губы.
     — Но… — Картер смущённо зажмурилась. — Это не мог быть Луис. Настоящий Гейм-мастер сказал, что это не он.
     Сиерра сжала виски. На мгновение она потеряла нить. Весь смысл этого разговора был в том, что Луис не убивал Алисию.
     Правда ведь?
     Но Раниэль снова закипела от ярости:
     — Настоящий Гейм-мастер — бредовый бездарь, которого мне следовало уволить уже давно!
     — Погодите, — вмешалась Картер. — Вы знаете, кто такой Настоящий Гейм-мастер? Кто это?!
     — Вы думаете, что должны знать ответы на все загадки мира, но это не ваше собачье дело! Это вам не материал для ваших вшивых соцсетей!
     Картер ахнула:
     — Я бы никогда не стала выкладывать об этом пост!
     — Выложила бы! — отрезала Раниэль. — Вы все выложили бы. Здесь нет ни одного человека, который не пытался бы меня подставить. Что ж, поздравляю — у вас получилось. После того как я побывала во главе этого полыхающего мусорного бака, я больше никогда не найду работу в этом городе. Убийство, самоубийство, каждый недоумковатый фанат играет в детектива… Дайте мне передышку!
     — Два убийства, ноль самоубийств, — поправил Бек. — Луис не убивал себя.
     Раниэль рявкнула на него:
     — Конечно, убил!
     — Нет — не убивал, — твердо сказал Ади. — Записка поддельная. Почерк совпадает с его старым почерком многолетней давности, а не с тем, каким он писал в последнее время.
     Раниэль фыркнула. Но, увидав, насколько он серьёзен, прошипела:
     — Он был в состоянии глубочайшего стресса! Поверьте мне, уж я-то знаю его почерк. Он сам написал эту записку. — Раниэль поднялась с дивана. — Как бы то ни было, мне жаль. Но дело закрыто, Сиерра. Вы получили свои ответы.
     Все слова Сиерры будто испарились. Она была так уверена, так чертовски уверена, что Луис не убивал Алисию и не кончал с собой. Но теперь ей казалось, будто собранные им улики были так же эфемерны, как песок, просыпающийся сквозь пальцы.
     Раниэль подошла к двери и распахнула её настежь:
     — Мне нужно собрать кучу вещей, заполнить тонну бумаг, а ещё в какой-то момент объяснить моему ведущему, почему его отправляют обратно в Австралию через пару недель. Так что если вы меня извините…
     Голос Картер взлетел на верхние ноты:
     — В Австралию?
     Ади выругался:
     — Черт, я и забыл об этом.
     Картер посмотрела сначала на него, затем на Раниэль:
     — Его депортируют?
     — Погодите, — сказал Ади, оглядывая кабинет. — В прошлый раз, когда я был здесь, я… кое-что уронил. Флешку. Вы её не находили?
     Раниэль взглянула на него так, будто готова была задушить прямо на месте:
     — Находила, вообще-то. — Она выдвинула ящик стола и достала небольшой пластиковый контейнер. Он был доверху забит брендированными флешками «Выживалити». — Она где-то среди этих. Развлекайся.
     Она впихнула контейнер в руки Ади, а затем попыталась вытолкать их из кабинета.
     — Нет, — упёрлась Сиерра, впечатав каблуки своих массивных ботинок в пол. — Вы не можете так просто нас выставить.
     — Прощай, Сиерра.
     — Нет! — Сиерра вырвалась из рук Раниэль, с трудом подавив рваный навзрыд в горле. — Зачем вы вернули меня?! И зачем поставили в команду, которую сами же подстраивали под победу?! Я же злодейка!
     — О, Сиерра, — вздохнула Раниэль. — Знаешь, что зрители любят даже больше, чем хорошего злодея? Хорошую историю искупления. А теперь вон.
     Она без лишних церемоний выставила их в коридор и громко захлопнула дверь.
     Картер тут же налетела на Ади:
     — Фитци депортируют?! И ты знал?!
     — Я не знал, что шоу закроют!
     Она съездила ему кулаком по плечу:
     — Но ты знал, что он не будет ведущим в следующем сезоне, потому что им должен был стать ты!
     — Его всё равно бы уволили! Это не моя вина!
     — Эй, — перебил их Бек, и его голос прорезал перепалку. — У нас есть проблемы поважнее.
     Все замолкли. Сиерра чувствовала, как они поворачиваются к ней, как уставляются на неё, но её собственный взгляд застыл на дальней стене, не выражая ничего.
     Она потерпела крах.
     Снова.
     — Ты как, Сиерра? — тихо спросил Бек.
     — Ужасно, если честно.
     — Так это реально был он всё это время, — пробормотал Ади. — А мы были так уверены, что его признание поддельное…
     — Честно говоря, я бы хотела, чтобы он ожил — просто чтобы я могла убить его снова.
     Когда они побрели по коридору, Картер взяла Сиерру под локоть:
     — По крайней мере, теперь мы знаем, почему Алисия была готова отдавать тебе призовые деньги. Похоже, она крепко держала Раниэль за горло.
     Бек откашлялся:
     — Кто-нибудь собирается напомнить ей, что её кабинет прослушивается?
     — Я и забыла об этом, — призналась Картер.
     Ади замедлил шаг, перехватив коробку с флешками под мышкой:
     — Погодите-ка. Мы думали, что человек, оставлявший подсказки, установил прослушку в её кабинете. Но она ведь явно знает, кто оставляет эти подсказки.
     — Насчёт этого, — подхватил Бек. — Кто имеет такую власть над Раниэль Рассел, что она не смогла его остановить, хоть и пыталась?
     — И почему этого человека не уволили? — добавила Картер.
     Они переглянулись, но ни у кого не было ответа.
     — И всё-таки Луис не совершал самоубийства, — резко остановилась Сиерра. Предыдущие мысли хлынули назад с новой силой, принося твердую уверенность. — Дело не только в почерке. А бокалы для вина, помните? Я ни за что не поверю, что он позвал Картер к себе просто для того, чтобы она нашла его труп. Он был нарциссом. Он бы ни за что не захотел, чтобы именно Картер увидела его в таком виде.
     Бек задумчиво поджал губы:
     — Но Раниэль выглядела абсолютно уверенной в том, что он покончил с собой. Я знаю, что люди иногда считают меня наивным, но… я ей верю. Не думаю, что она убила Луиса. Или Алисию.
     Сиерра огляделась, проверяя, одни ли они. Пока что вокруг не было ни души. Похоже, когда «Hitflix» тебя увольняет, они не слишком жалуют твоё присутствие на территории.
     — Мы не продвинулись ни на шаг. После всего этого мы снова на самой отправной точке.
     — И шоу закрыто, — округлила глаза Картер. — Нет финала — значит…
     — Настоящий Гейм-мастер ничего не обнародует, — закончил Бек.
     — А завтра утром они начнут разбирать комнату, — добавил Ади.
     — К черту всё, — сказал Бек, кивнув на дверь за спиной Сиерры. Это была костюмерная. — Мы не уйдем отсюда, пока не получим свой ответ.


Глава 47
     
     Ади
     
     — Ты же говорил, что ничего не достал, — сказал Бек.
     — Технически так и есть, — ответил Ади, склонившись над компьютером в костюмерном отделе и облегченно вздохнув, когда тот не потребовал пароль для входа. — Я уронил флешку у нее в кабинете и не успел ее забрать.
     Он выудил флешку из корзины и вставил в порт. На экране всплыла папка.
     Пусто.
     Он извлек флешку, отложил в сторону и взял другую.
     — Как думаешь, сколько их там? — спросил Бек, разглядывая корзину.
     — По моим оценкам, около двухсот, — ответила Картер. — Судя по размеру накопителя и объему контейнера.
     — Отлично, — сказал Ади, вытаскивая вторую пустую флешку. — Минус две.
     — Время у нас есть, — произнесла Сиерра. — Мы не можем рисковать и пробираться в комната финала, пока не убедимся, что в студии никого нет.
     Пока Ади работал, Бек рылся в вешалках с костюмами, где висело абсолютно все — от серебристых диско-комбинезонов до ковбойских жилетов с бахромой.
     — Жаль, что мы не сфотографировали нашу доску улик. Теперь, когда мы знаем, что это не Раниэль…
     — Считаем, что не Раниэль, — поправила Сиерра. — Доказательств у нас нет ни в ту, ни в другую сторону.
     — Резонно. Но было бы здорово взглянуть на улики еще раз. Я вот думаю, может, у убийцы был сообщник? Это объяснило бы некоторые алиби. Как насчет твоих бывших сокомандников? Элайджи и Круза?
     Сиерра подняла взгляд от скетчбука костюмера, который нашла за столом.
     — Возможно. Элайджа как-то слишком быстро тыкнул в меня пальцем.
     — Не у всех были железные алиби, — заметил Ади. — Вера могла отвечать на комментарии в соцсетях откуда угодно.
     — Ага, точно, — саркастично протянула Сиерра. — Задушить человека, поставить лайк фотографии. Сбросить тело в гроб, отправить сердечко к комментарию. Очень в стиле Веры.
     — А полиция не могла ошибиться со временем смерти? — спросила Картер, примеряя ковбойскую шляпу.
     Ади вставил следующий накопитель.
     — Судмедэксперты не стали бы так косячить.
     — Ну а вдруг? — возразил Бек. — Путаница в лаборатории. Опечатка в документах. Человеческий фактор. Это не так уж и невероятно.
     — В таком громком деле? — усомнилась Сиерра. — Думаю, они перепроверили работу по десять раз.
     — А есть какой-нибудь препарат, способный замедлить разложение? — спросила Картер.
     Бек задумался.
     — Не думаю, что прошло достаточно времени для разложения. Дело скорее в трупном окоченении и трупных пятнах. В любом случае, вещество всплыло бы в токсикологическом отчете.
     — Лёд? — предложила Картер. — Холод ведь должен замедлять оседание крови?
     — Ты думаешь, кто-то засунул тело в мешок со льдом? — перебил Ади.
     Картер раздраженно посмотрела на него.
     — Нет, в морозилку. И я ничего не думаю, мы просто набрасываем идеи.
     — Вообще-то, — вмешался Бек, — это могло бы отсрочить трупное окоченение и сдвинуть видимое время смерти на более поздний срок.
     Ади нахмурился.
     — Но тогда были бы следы…
     — Пождите, — перебила Сиерра. Она с треском захлопнула скетчбук. — О господи!
     Все уставились на нее.
     — Ребята, вы гении. Все вы. Каждый из вас!
     — У тебя что, инсульт? — спросил Ади.
     — Алисия была мокрой! — Сиерра прикрыла рот рукой. — Копы решили, что ее облили из шланга, чтобы смыть ДНК. Но что, если она была мокрой, потому что оттаивала?
     Сначала Ади отнесся к этому с скепсисом. Но постепенно изумление вытеснило сомнения. В этом был смысл! Это объясняло, почему дело так долго не могли раскрыть. Время смерти указали неверно.
     — Это перечеркивает почти все алиби, — произнес он. — Значит, под подозрением снова абсолютно каждый.
     — На территории студии ее убить не могли, — сказал Бек. — Местные морозильные камеры слишком малы.
     — Ее телефон нашли вроде в миле отсюда? — спросила Картер. — Мы могли бы поискать близлежащие рестораны и проверить, связаны ли они с кем-то из подозреваемых.
     Но у Ади внутри все сжалось.
     — Нет.
     — Пропавшее одеяло, — продолжала Сиерра, не слушая его. — Его могли использовать, чтобы защитить кожу в морозилке. Оно было с ней в ту ночь. Убийца мог с его помощью затащить ее в любой промышленный мороз…
     — Ади? — перебила Картер. — Ты в порядке?
     Ади сглотнул, почувствовав подступившую тошноту.
     — Что, если, — слабо проговорил он, — Алисия так и не покинула комплекс живой?
     — Ты думаешь, убийца использовал морозилку на нашей кухне? — ахнул Бек. — Такую же, в которой заперли нас?
     Воздух в комнате будто застыл.
     — Она точно достаточно большая, — шепотом подтвердила Картер.
     Сиерра обхватила голову руками.
     — Пищевое отравление… Если убийце пришлось вытаскивать коробки с мясом, как и нам…
     — То Алисия могла свободно лежать на полу морозилки. — Картер схватилась за живот. — Да, Ади, теперь я понимаю, почему у тебя такой вид.
     — Постойте, — сказала Сиерра. — Элайджа видел, как она уезжала из комплекса после меня.
     — Может, она вернулась, — тихо предположил Бек.
     — Кстати, об Элайдже, — добавил Ади. — Та машина, которую он слышал в четыре утра… Если убийца оставил Алисию замерзать в комплексе на ночь, логично, что он вернулся перед рассветом, чтобы забрала тело и инсценировать все в студии.
     — Во сколько отключился ее телефон? — спросила Картер.
     — В десять двадцать восемь, — в один голос ответили Бек и Сиерра.
     — Значит, ее убили на вилле, — подвел итог Ади, — затем забрали телефон, отъехали подальше и только потом выключили, чтобы создать видимость, будто Алисия была еще жива и уехала в другое место.
     — Сходится. — Голос Сиерры звучал словно издалека. — Думаю, ты был прав, Бек. Алисия, скорее всего, вернулась в комплекс. Возможно, убийца даже заманил ее обратно. Притворившись Луисом? — Она зажмурилась, будто наяву представляя происходящее. — Она входит, но там не Луис. Или она вовсе не видит убийцу. На нее нападают сзади. Зажимают рот и нос рукой в перчатке. Она барахтается… царапается, но ногти слишком короткие, чтобы на них осталась ДНК, и убийца просто ждет, пока… пока…
     У Ади все перевернулось в животе. Это было совершенно не похоже на эйфорию от разгадывания головоломок. Смерть Алисии была жестокой.
     И несмотря на то, как далеко они продвинулись, имя убийцы по-прежнему оставалось тайной.
     Ади уже готов был пасть духом, как вдруг... 
     Его сердце подпрыгнуло.
     — Вот оно.
     Сокомандники уставились на него. Ади развернул монитор компьютере к ним, демонстрируя открытую папку. «Курорт Свитбриар — сезон шесть».
     — Да! — Бек подбросил руки вверх. — Ади, ты прямо хренов Джеймс Бонд!
     — Но главного приза больше нет, — заметила Картер. — Никакого приглашения в Свитбриар.
     — О, я еще попаду туда однажды, — ответил Бек. — И когда это случится, я буду готов.
     Вскоре шум сноса стих, и студия закрылась на ночь. Они пробирались по коридору, подсвечивая себе путь фонариками телефонов.
     — Не верится, что мы увидим комнату финала, — прошептала Картер. — Это нормально, что я немного взволнована?
     Они подошли к дверям Павильона E, и Ади взялся за ручку.
     — Готовы?
     Все кивнули.
     Выдержав драматичную паузу в стиле ведущего шоу, Ади толкнул дверь и шагнул внутрь. Мозгу потребовалось время, чтобы распознать очертания и силуэты, но даже когда он их разобрал, осознание пришло не сразу.
     — Да вы шутите, — пробормотала Сиерра.
     Луч фонарика Ади выхватил… череп? Нет — целый скелет. Он повел лучом дальше. Всего три скелета, у каждого на шее гирлянда из чеснока. Каждый висел на крюках в каменных стенах.
     — Подождите, — сказал он. — Разве это не…?
     — Комната вампира. — Голос Сиерры дрогнул, и Ади заметил, что она замялась в дверях. Ее взгляд приковал большой черный ящик в центре комнаты.
     Не ящик. Гроб.
     — Невышедший финал. — Картер прошла дальше, выбивая сапогами клубы пыли. — Они же не стали бы на самом деле использовать те же декорации, где нашли тело Алисии?
     — Не совсем те же, — сказала Сиерра. — Здесь все выглядит… более аутентично. Детали. Реквизит. Но готова поспорить, головоломки те же.
     Ади щелкнул выключателем на стене, и в настенных факелах по периметру вспыхнули языки электрического оранжевого пламени.
     — Стильно, — пробормотал Бек.
     Картер тронула кодовый замок, запиравший гроб.
     — Поверить не могу, что они на это пошли.
     Все как один обернулись к Сиерре. Она смотрела на гроб с застывшим в глазах ужасом. Словно ожитала снова увидеть внутри труп сестры…
     — Сиерра… — начал Бек.
     Она резко встряхнулась.
     — Мы же не найдем там еще одно тело. Давайте искать улики. Проверьте скелетов.
     Они разошлись. Сиерра подоперла дверь камнем, чтобы та случайно не захлопнулась.
     — У этого пергамент, — шепотом сказала Картер. Они говорили вполголоса, словно ступили на священную землю. Словно дух Алисии витал где-то рядом, ожидая правды.
     Ади вытащил мешочек из костлявой руки своего скелета.
     — У меня мешочек. Заперт. На коже выдавлен символ какого-то витиеватого креста.
     — А у меня тут только чеснок, — отозвался Бек и подошел к Картер. — Что написано на пергаменте?
     — Это карта с цифрами. Заголовок гласит: «Святейшие из мест».
     — Нам нужен код, чтобы пройти в следующую комнату, — произнесла Сиерра, осматривая тяжелую деревянную дверь с кодовой панелью. — Четыре цифры. Я плохо помню, что было в прошлый раз.
     — Ты была в шоке, — ответил Бек. — Мозг, скорее всего, просто заблокировал воспоминания.
     Ади подошел изучить пергаментную карту Картер.
     — Это средневековье… или, по крайней мере, закос под него. Европа и Ближний Восток. — Он ткнул пальцем в цифры, отмечавшие разные точки. — Интересно…
     — На обороте что-то есть! — крикнул Бек.
     Картер перевернула пергамент.
     — О, отлично. Послание, судя по всему, написанное кровью: «Наша защита — ключ к нашему сильнейшему оружию. И все же этого мало. Мы обречены».
     Сиерра оживилась.
     — Ключ?
     — Какая еще защита? — спросил Бек, оглядывая комнату. — Щит?
     — Защита от вампиров, — Сиерра хлопнула себя по лбу. — Чеснок! Ну конечно.
     — Ключ в чесноке? — уточнял Бек.
     — Для комбинации. Пересчитайте головки. Пальцы скелетов указывают на порядок. Вот этот показывает цифру два, и здесь девять головок чеснока.
     Они осмотрели скелетов, пересчитали чеснок…
     — Семь-девять-пять, — набрала код Картер.
     Крышка гроба распахнулась так резко, что Картер отскочила. Сиерра отвернулась.
     Возможно, на долю секунды Ади тоже показалось, что внутри лежит тело.
     Но там оказалась лишь старая книга и острый деревянный кол. Картер забрала кол с бархатной подушечки, а Ади поднял книгу. Страницы были искусственно состарены, внутри виднелись напечатанные фрагменты карт.
     — Атлас.
     Картер наклонилась через его плечо, и он отчетливо ощутил исходившее от нее тепло.
     — Номера страниц? Код?
     — Скорее всего, это связано с первой картой, — сказала Сиерра.
     Бек внезапно крикнул:
     — Я еще кое-что нашел у этого скелета! — Он поковырялся в шейных позвонках. — Раньше не заметил, потому что он был под чесноком. — Он триумфально вытащил цепочку с распятием.
     В ту же секунду челюсть скелета отвалилась, и на всю комнату раздался громкий голос:
     — «Идемте, мы должны видеть и действовать. Дьяволы или не дьяволы, или все дьяволы разом — неважно; мы все равно будем сражаться с ним».
     — Я знаю эту цитату, — сказал Ади. — Это из «Дракулы». Вообще-то… кажется, это слова Ван Хельсинга.
     Сиерра ухмыльнулась.
     — Милый штрих. Есть зацепки на распятии?
     Бек не ответил. Сжимая крест в руке, он задумчиво уставился на скелет, проведя языком по передним зубам.
     — Бек? — позвала Сиерра.
     Он протянул руку к челюсти скелета, прижал ее, затем снова отпустил. Слова повторились: «Идемте, мы должны видеть и действовать. Дьяволы или не дьяволы…»
     Когда запись закончилась, он зажмурился, снова закрыл челюсть и дал фразе прозвучать еще раз. Его губы сморщились, будто он съел что-то ужасно кислое.
     Ади обменялся озадаченными взглядами с Картер и Сиеррой.
     Пожав плечами, Сиерра забрала распятие из рук Бека. Тот отдал его без возражений.
     — Никаких символов или узоров, — сказала Сиерра, разглядывая дерево.
     — Подожди… символ! — Ади достал из кармана куртки запертый мешочек. — На нем символ распятия! Он должен как-то открываться.
     Сиерра покрутила распятие, и оно отделилось от цепочки, обнажив заостренный кончик в форме ключа. Ади поднес ей мешочек, и они отперли замок.
     — Святая вода в подписанных бутылочках. — Ади выкатил пузырьки себе на ладонь. — И какой-то белый камень или кристалл. — Это был странный предмет, заставивший мозг среагировать, но его внимание сначала привлек вычурный почерк на бутылочках: Река Иордан (I). Нотр-Дам де Лурд (II). Купель Силоам (III). — Святые места. Где та карта?
     — Я понял! — внезапно закричал Бек. Он резко повернулся к ним с сияющим лицом. — Это тот же голос, который записывал послание в видео из комнаты пришельцев! Тогда использовали автотюн, голос был смазанным, но синестезический вкус тот же! В основном терпкий, немного фруктовый. — Он сделал паузу. — Клюква.
     Ади нахмурился.
     — Ты сказал «она».
     — Да, именно. Настоящий Гейм-мастер. — Он сделал паузу, буквально дрожа от возбуждения. — Это Вера!
     — Вера? — расхохоталась Сиерра. — Да ни за что.
     — И почему же, интересно, — раздался саркастичный голос, — вас это так удивляет?
     В дверном проеме, подсвеченная огнями коридора, возникла фигура. Команда отпрянула. Ади был уверен, что в этот момент не он один представил себе маньяка с топором — пока не разглядел, кто это.
     — Помяни черта, — выдохнула Картер.
     — Долго же до вас доходило, — Вера скрестила руки на груди. На ней был топ-халтер, открывающий ее масштабную татуировку — хамелеона, обвивающего плечо. — Думаю, вы заслужили косточку. А теперь: какого черта вы тут делаете?
     — А ты как думаешь? — Сиерра шагнула к ней. — Шоу закрыли. Завтра эту комнату снесут. Мы пришли за твоей последней уликой. Может, избавишь нас от хлопот и сразу скажешь, кто убил мою сестру?
     — Избавлю от хлопот? — рявкнула Вера. — С чего бы? Потому что вы так облегчили мне жизнь? Иди к черту, Сиерра. Я тебе ничего не должна.
     — Но ты ведь Настоящий Гейм-мастер, — вмешался Бек. — Ты же сгораешь от желания рассказать всем правду.
     — Да, сгораю! — Вера с силой ударила ладонью по каменной стене. — Но меня никто никогда не слушает! Вы и остальные участники только закатываете глаза и шепчетесь у меня за спиной, но вы понятия не имеете. Вы понятия не имеете, насколько я важна — для всего этого!
     — Это неправда, — возразила Картер. — Ты — мост между шоу и фанатами. Проект перед тобой в огромном долгу. Все эти интервью, закулисные съемки…
     — К черту соцсети! Я вам не какая-то шестерка из пиар-отдела. Никто ничего не понимает. Вы, Мастера Улик, считаете себя умниками, но даже после смерти Луиса так ничего и не доперли. — Она прижала кулак к груди. — За всем стою я. Создание комнат, разработка загадок, спецэффекты. Это всё я. Я, черт возьми, Гейм-мастер! Но разве Раниэль хоть раз отдала мне должное? Черта с два. Это ведь «испортит имидж шоу».
     — Ты шутишь, — опешила Картер. — Я следила за Луисом годами. Читала каждую статью, каждую новость…
     — Да неужели? — Вера желчно расхохоталась. — И насколько хорошо ты его узнала по этим глянцевым статейкам? Там упоминалась его слабость к несовершеннолетним девчонкам?
     Картер отшатнулась с таким лицом, что Ади сжал кулаки.
     — Так ты Настоящий Гейм-мастер? — переспросила Сиерра. — И никто не знал?
     — Со второго сезона, — с гордостью в голосе подтвердила Вера.
     — Ну да, — Картер прикрыла глаза. — Загадки в первом сезоне были ужасными. Шоу выехало только благодаря харизме ведущих.
     Вера оскалилась.
     — Луис не был гением, как все думали. Из него просто получился отличный шоумен. Торговое лицо. Пока я сидела в тени, потому что недостаточно красива или недостаточно тоща для телевизора.
     — Ну, в смысле, — начал Ади, — твой характер тоже немного…
     Вера смерила его уничтожающим взглядом.
     — …потрясающий, — быстро поправился он. — Абсолютно телегеничный. Ума не приложу, почему тебя не взяли.
     — Это несправедливо, — сказал Бек. — Ты заслуживаешь признания — и за создание игры, и за поимку убийцы. Настоящего убийцы. Тебе ведь никто не поверил, да?
     — Я нашла ее. Улику, что он был здесь в ту ночь. — В глазах Веры блеснули злые слезы. — Я рассказала полиции, но время не сходилось. Они заявили, что у него алиби. Что я ошиблась. Ошиблась! — В ее голосе зазвучала отчаянная потребность быть услышанной. — Сначала я не поняла, что это. Но засунула вещь в карман, когда делала финальную проверку комнаты, даже не подозревая, что Алисия лежит мертвой в гробу. Лишь спустя дни до меня дошло… но вещь успела побывать в стирке… а потом я, сука, не могла ее найти… — Она осеклась, осознав, что переходит на крик. Сделав медленный выдох, она продолжна: — А когда спустя месяцы она наконец всплыла, знаете, что мне заявили копы? Что это не доказательство. Они твердили про его чертово алиби. И тогда я подумала: я знаю, кто мне поможет. Люди, которые всегда восхищались моей работой, пусть даже не подозревали, что она моя.
     — Мастера Улик, — прошептал Бек.
     — Мне нужно было лишь создать фейковый аккаунт и скинуть улики на форум. Рано или поздно кто-то должен был догадаться, как ему удалось всех обвести вокруг пальца. Как он вышел сухим из воды. — Ее лицо снова исказила злоба. — Но вы ведь не выполнили свою часть сделки, верно? Хотите своего убийцу? Тогда разгадайте чертову ложь!
     — Время смерти указано неверно! — крикнула ей в ответ Сиерра.
     Вера отшатнулась, ошеломленная.
     — Время смерти?
     — Убийца использовал морозилку в нашем комплексе, — объяснил Ади. — Вот почему Алисия была мокрой — это таял иней. Настоящее время смерти — до часу ночи. Возможно, даже около десяти вечера. Мы думаем, убийца вернулся рано утром, чтобы забрать тело и спрятать его здесь, в гробу.
     Вера щелкнула пальцами.
     — Я знала, что с отчетом что-то не так! Я думала, он подкупил какого-нибудь продажного коронера или вроде того…
     — Кто? — перебила Картер. — Кто это?
     Вера едва не рассмеялась.
     — Вы реально до сих пор не поняли?
     Ади сдавленно рыкнул. Вера явно получала от этого слишком много удовольствия.
     Но Сиерра, которую, казалось, меньше смущала скрытность Веры, спросила:
     — Я думала, ты ненавидела мою сестру.
     — О, еще как ненавидела. Она манипулировала людьми, флиртовала, чтобы получить желаемое. Даже Раниэль перед ней лебезила: «Сделай так, чтобы она хорошо выглядела, Вера! Фанатам она должна понравиться!» Она не могла допустить, чтобы ее драгоценная новая ведущая опозорилась.
     Арктический холод прошлся по спине Ади.
     — Новая ведущая?
     Вера фыркнула.
     —  Hitflix  хотели сделать ее ведущей следующего сезона. Вот почему ее команда так хорошо шла — Раниэль сливала ей подсказки. — Ее тон стал саркастичным. — Знакомо звучит, а, красавчик?
     Ади резко повернулся к Сиерре.
     — Я видел пометки Раниэль на видео с моего прослушивания! Она написала: «следующая Алисия». Я решил, это кака-то больное маньяческое сравнение, но она имела в виду, что предложила Алисии место ведущей и собиралась предложить его и мне!
     — Вот почему Алисия сказала, что отдаст мне свою долю выигрыша, если победит, — прошептала Сиерра. — Она метила выше.
     — Но разве она не шантажировала Раниэль из-за ее интрижки с Луисом? — вмешалась Картер.
     Сиерра качнула головой.
     — Теперь я понимаю, что произошло. Она планировала шантажировать Расселлов и знала, что это опасно, поэтому и оставила мне ту записку в картине. Но когда она пришла к ним с угрозами, Раниэль предложила ей кое-что получше разовой выплаты. Высокооплачиваемую работу в Голливуде. Вот почему поведение Алисии резко изменилось: от перепуганного к откровенно высокомерному.
     Мозг Ади работал на пределе.
     — И убийца не хотел, чтобы она получила эту работу. Он бы слишком много потерял. — Он посмотрел на маленький белый камешек, зажатый в руке.
     Не кристалл. Акулий зуб.
     Реликвия. Улика, оставленная на месте преступления.
     Он сжал пальцы вокруг кулона.
     — Он знал?
     — Не должен был, — ответила Вера. — Но, видимо, продал. Думаю, именно это означало послание на гробу Алисии. Каждый получает то, что заслужил. Это адресовалось Раниэль, потому что он решил, будто лишился работы, и захотел потопить шоу вместе с собой. Парень просто сдвинулся.
     Он убил Луиса, думая, что тот оставляет подсказки. Он понял, что «реликвия» из стиха — это его пропавший акулий зуб… Ади даже застал его за поиском в гримерке Гейм-мастера…
     — Фитци, — выдохнула Картер в ужасе. Это прозвучало как неверующий всхлип.
     — Это был Фитци, — прошептал Ади, еще сильнее сжимая в кулаке акулий зуб. Он почувствовал непреодолимое желание извиниться — правда, сам не знал, за что.
     Но Картер смотрела мимо него — на дверь павильона. И обернувшись, он уже примерно догадывался, что увидит.
     Джеймс «Фитци» Фитцджеральд, любимец публики и дурачок-австралиец, стоял на пороге.
     И в руке у него был пистолет.


Глава 48
     
     Картер
     
     Пистолет. У него был пистолет. Это не могло быть правдой. Потому что зачем Фитци, её Фитци, пистолет?
     Но мгновение прошло, и отрицание сменилось леденящим ужасом, пробежавшим по спине.
     Фитци убил Алисию.
     Он же не собирался…
     Он же не сможет на самом деле…
     Холодный пот выступил у неё на загривке, когда Фитци прогулочным шагом направился к ним.
     По крайней мере, он не выглядел как маньяк. Скорее, слегка раздражённым.
     — Чёрт возьми, — сказал он. — Что вы здесь делаете?
     Картер даже не осознавала, что отступает, пока не врезалась спиной в стену, едва не сбив один из скелетов с крюка. Лязг костей привлёк к ней внимание Фитци, и её передёрнуло.
     Он прищурился:
     — Вас не должно здесь быть. — Он перевёл пистолет на Веру. — Умная недо-инфлюенсерша. Я-то думал, это Луис, но тебе же нравилось издеваться надо мной и намекать, как я ошибаюсь, да? Мне пришлось поставить прослушку в кабинете Раниэль, чтобы понять, что за чертовщина происходит. И только когда я услышал, как вы вдвоём обсуждаете загадки для финала, до меня дошло. Настоящий Гейм-мастер. Чёрт, Ви, ты что, всё это время стояла за шоу?
     На какую-то безумную секунду Картер покоробило от того, что Фитци, дружелюбный ведущий семейного шоу, ругается матом.
     — Ах ты, ублюдок, — сквозь зубы процедила Вера. — Ты превратил мою жизнь в ад.
     — Эй, ну зато теперь я тебя хоть немного уважаю. Это ведь чего-то стоит? — Фитци мотнул пистолетом в сторону дальнего угла. — Все встали туда.
     Остальные молча, в панике переминались с ноги на ногу между деревянной дверью и скелетом, но Картер не могла сдвинуться с места. Всё её тело онемело.
     Взгляд Фитци снова упал на неё. На его лице появилось саркастическое выражение.
     — Извини, милая, но я сейчас не в настроении для очередного сеанса поцелуев. Так что двигай.
     Его тон был настолько жестоким, что Картер вздрогнула. Она подошла ближе к двери, сжимая деревянный кол. Рядом с ней Ади держал карту и три пузырька со святой водой — может, они могли бы швырнуть один из них Фитци в голову? Мысль была настолько абсурдной, что Картер чуть не хихикнула и была вынуждена зажать дрожащий рот ладонью.
     Фитци потёр подбородок:
     — Думай, Фитци. Думай, думай, думай. Чёрт. — Он снова взмахнул пистолетом в их сторону, и они вздрогнули. — Что вы вообще здесь делаете? Вас же элиминировали!
     Картер слышала дыхание остальных вокруг себя. Чутко ловила каждое едва уловимое движение и дрожь.
     — Я хочу знать, почему, — произнесла Сиерра. Голос звучал твёрдо. Холодно.
     Фитци сжал и разжал пальцы, будто душил воздух, и пистолет заколебался в такт движению.
     — Она собиралась забрать мою работу! Я был здесь с самого начала, ещё когда мы были крошечным проектом на YouTube! Она не могла просто заявиться и отнять всё у меня. Меня бы депортировали! Обратно к моему отцу и мачехе, которые возненавидели меня из-за пары нелепых синяков на их драгоценном маленьком ребеночке…
     Испуганный вдох вырвался из груди Картер. Она не могла поверить своим ушам.
     — А Луис? — спросил Ади.
     — Я думал, это он оставляет подсказки. Поэтому, когда он стал хвастаться своей новой победой, — он поморщился, глянув на Картер, — я решил сначала встретиться с ним в отеле для дружеской беседы.
     — В блондинистом парике? — уточнил Ади.
     — Разумеется. Персонал отеля не должен был меня узнать.
     Разумеется.
     Мозг Картер ворочался с трудом. Этот Фитци не был тем ведущим, который смешил её своими глупыми выходками и ужасными каламбурами. И уж точно не тем парнем, который смотрел на неё так, будто она умная, особенная и красивая. Точно не тем парнем, который целовал её так… будто хотел её.
     — Я попросил его прекратить оставлять подсказки, — продолжил Фитци. — Он ответил, что это не он, но я думал, что он врет. Врет мне! После стольких лет, что я терпел его высокомерие и самодовольные ухмылки. Боже, как меня это взбесило.
     Ади тихо застонал:
     — Записка! Буква s! Вот в чём дело!
     Картер качнула головой, не в силах оторвать взгляд от пистолета:
     — Там же буквы g были…
     — Нет, именно s. В слове «apologise». «Please apologise to my fans». Меня это всё время мучило.
     Картер нахмурилась.
     — Это британское написание. Австралийское написание.
     — Чёрт, — ругнулся Фитци. — Вечно я про это забываю.
     — Как насчёт того, — вмешался Бек, — чтобы ты нас отпустил, а мы пообещаем никому ничего не говорить?
     — Ага, щас. Не-а. — Он повёл пистолетом в сторону Веры, которая пыталась незаметно вытащить телефон из кармана. — Убери.
     Вера поморщилась и оставила телефон в покое.
     — Ты пытался саботировать нас, — сказал Ади. — Все эти угрозы…
     — Я решил, что самый простой способ сохранить работу ещё на год — сделать так, чтобы вы не попали в финал. Раниэль любит только победителей, а Джариуса или кого-то из его шестёрок она бы ни за что не наняла. Фаны их ненавидят.
     — Бычье сердце? — спросил Бек. — Запереть нас в морозилке?
     — Подсыпать дрянь в напиток Картер, — добавила Сиерра с рычанием. — И испоганить мою картину.
     — В точку, — отозвался Фитци. — Хотя морозилка была чистой случайностью. Я увидел, как вы прошмыгнули на кухню, и решил использовать обстоятельства в своих интересах.
     Голос Бека задрожал:
     — А что ты делал в комплексе посреди ночи в балаклаве?
     Фитци прижал ствол пистолета к губам, призывая к тишине, и при этом выглядел почти по-мальчишески:
     — Встречался с Командой Страха. Мы, возможно, вступили в сговор, чтобы завалить вас. Ничего личного.
     Картер опешила:
     — Так это из-за тебя они строили нашей команде пакости на каждом шагу?!
     — Это было несложно. Джариусом легко манипулировать, и ему понравилась идея стать тем, кто уложит на лопатки великую Kартер-Взломщицу.
     Внутри у Картер всё перевернулось. С каким откровенным отвращением он это произнёс.
     Реальность происходящего окончательно сформировалась. Последние капли отрицания испарились.
     Фитци не имел в виду ни единого сказанного им слова. Все эти улыбки, лёгкий флирт… Он просто использовал её.
     — Я начинаю понимать, почему Раниэль хотела тебя заменить, — сказал Ади.
     — Заткни пасть, — огрызнулся Фитци, целясь Ади в голову. — Или я заткну её за тебя.
     Картер сама не поняла, что на неё нашло. Ещё секунду назад она сжималась у стены. В следующее мгновение она уже заслонила собой Ади, глядя прямо в ствол пистолета.
     — Почему? — потребовала она ответа. — Зачем ты притворялся… Почему я?
     Фитци качнулся на каблуках и, к удивлению Картер, действительно задумчиво задумался над вопросом. Он медленно опустил пистолет, направив его в пол.
     Картер неровно перевела дыхание. Позади неё Ади положил руку ей на плечо, словно намереваясь отодвинуть её назад, но она не сдвинулась с места.
     — Ну, я всегда находил тот твой мультяшный аватар довольно секси, — произнёс наконец Фитци, — пусть даже настоящая ты слегка не дотягиваешь.
     Ожог стыда вспыхнул на её щеках.
     — Или, может, потому что я знал, что ты во вкусе Луиса, а играть всегда весело. Я даже удивился, когда он рассказал мне о вашем свидании в отеле. Не ожидал от тебя такого, Картер. — Он пощёлкал языком. — Жаль, что мне пришлось убить его до того, как всё стало по-настоящему интересным.
     — Ах ты, козёл, — зарычал Ади. — Ты, больной, мерзкий…
     Прежде чем он успел закончить, Сиерра издала глухое рычание и вырвала кол из рук Картер:
     — Ты убил мою сестру!
     Она присела, будто готовясь рвануть на него, пока Фитци спокойно не ответил:
     — Я этого не говорил.
     Это остановило её на полушаге. Лицо Сиерры исказилось от ярости и замешательства:
     — Ты… Но ты же только что... 
     — Я хотел сохранить работу. Но перевезти Алисию в студию, спрятать её в гробу — я всего лишь убирал чужой мусор.
     — Что? — прошептала Сиерра, и в то же время Вера выпалила:
     — Чушь!
     — Честно говоря, Джеймс, — промурлыкал смутно знакомый голос издалека. — Я-то думала, мы пришли сюда найти какую-нибудь глупую улику. Не думала, что у нас окажется такая большая компания.
     Каблуки зацокали по каменному полу. В дверях появилась фигура, обрамлённая светом коридора. Раздался громкий хлопoк — дверь за её спиной захлопнулась, заперев их внутри. Картер отступила назад, прижавшись к груди Ади.
     — Какого черта? — прошептал он.
     Картер потребовалось немало времени, чтобы понять, на кого она смотрит, а когда до нее дошло, её сердце ухнуло в самый низ живота.
     Симфония Парвеш. Мать Ади.
     
ЧАСТЬ 7
     ВЫЖИВАЛИТИ: СЕЗОН ПЯТЫЙ
     Раунд четвёртый: Ставки повышаются
     
Глава 49
     
     Бек
     
     Бек начинал чувствовать себя персонажем мыльной оперы.
     Тёмные глаза Симфонии сузились, когда она окинула взглядом комнату.
     — Какая досадная проблема, верно? — произнесла она, и её взгляд остановился на сыне. Губа женщины скривилась, но Бек не мог понять, что выражало её лицо: гнев, отвращение или просто раздражение из-за возникшего осложнения. — Что ты здесь делаешь?
     Ади попытался заговорить, но не смог вытолкнуть ни слова.
     — Это были вы? — спросила Сиерра. — Вы убили мою сестру? Но… вы же её даже не знали!
     — Разумеется, я её знала! — огрызнулась Симфония. — Я познакомилась с ней на съёмочной площадке в первую же неделю съёмок. Я взяла её под своё крыло. Учила, как сделать так, чтобы камера её полюбила. Я была наставницей этой сучки!
     Сбитый с толку, Бек встретился взглядом с Картер.
     И тут… до него дошло. Все те случаи, когда Алисия исчезала во время пребывания Луиса на площадке. Она встречалась с Симфонией.
     — У неё был потенциал. Мы могли бы свершить великие дела вместе, — зарычала Симфони. — А потом она всадила мне нож в спину. Было и так достаточно скверно, когда Раниэль заявила, что они решили отдать роль ведущей Алисии… Что ж, это Голливуд, не так ли? Здесь всегда предпочитают талантливой и опытной актрисе одноразовую сенсацию. Но когда в ту ночь я увидела, как Алисия выходит из машины Луиса, я поняла, что происходило на самом деле. Она проложила себе дорогу к моей работе через постель! Ведущей должна была стать я! Я!
     Фитци повернулся к ней:
     — Вы говорили, что вас берут продюсером!
     — Детали, — Симфония пренебрежительно взмахнула рукой. — Раниэль обещала место ведущей мне — ещё до того, как Hitflix затаил дыхание от восторга по поводу моей маленькой протеже. Я знала: как только Алисия исчезнет из поля зрения, они придут в себя. Здесь звезда — я. Я этого заслуживаю.
     — О боже, так вот почему она пыталась украсть мой контракт, — произнёс Ади настолько тихо, что Бек заподозрил, будто тот говорит сам с собой. — Она не хотела быть продюсером. Она метила в ведущие ещё с четвёртого сезона.
     Выражение лица Фитци исказилось от ярости:
     — Вы обещали, что, как только станете сопродюсером, гарантируете мне безопасность моей работы!
     — Ну да. Я соврала, — сказала Симфония с такой легкомысленностью, будто даже не замечала дула пистолета в руках Фитци. — К тому же тебя так или иначе уволили бы. Это вина Раниэль, а не моя.
     — Я помогал вам! — воскликнул Фитци. — Я делал всё, что вы просили! Кто вытаскивал её промороженную тушу с виллы? Кто вёз её через полгорода? Думаете, мне было легко погрузить её на эту тележку и уложить в гроб…
     — Я не просила тебя тащить её в студию! — рявкнула Симфони. — Я сказала избавиться от тела, а не устраивать из этого спектакль!
     — Я должен был послать сигнал! Никто не смеет выставлять меня дураком и выходить сухим из воды. Ни Раниэль, и уж подавно не вы! Вы клялись, что я сохраню работу, если разгребу то катастрофическое дерьмо, которое вы устроили!
     — Я не планировала её убивать! — В её глазах вспыхнул огонь. — Но она плела против меня интриги. Когда я поняла, как именно она меня предала… Что ж. События развивались быстро. — Её гнев угас, и она пожала плечами — так, словно разница между обычным разговором с Алисией и её убийством была сущим пустяком.
     Ноздри Фитци раздулись. Пистолет дрогнул, и на секунду показалось, что он застрелит её, но затем он перевёл ствол на Бека и остальных:
     — Если мне крышка, я утащу вас с собой. И что вы предлагаете с этим делать?
     Бек вжался в стену, притягивая Картер ближе к себе.
     — Вы убили её, — прошептала Сиерра. Бек усомнился, слышала ли она вообще остальную часть разговора. — Из-за… работы. Из-за жалкой роли ведущей в реалити-шоу. Это стоило её жизни?
     Симфония резко повернулась к ней:
     — Это моя жизнь! Моя карьера! Ты вообще представляешь, через что мне пришлось пройти, чтобы втянуть моего бывшего в это шоу? Через какие обручи мне пришлось прыгать, чтобы получить то предложение от Раниэль?
     Бек видел, как закипает ярость Сиерры, подступая к самой поверхности…
     — Она! Была! Моей! Сестрой!
     Сиерра подняла деревянный кол. Фитци вскинул пистолет. Но тут Вера с диким, нутряным боевым кличем толкнула Сиерру в сторону и вырвала кол из её рук.
     Вера рванулась — не к Симфонии, а к Фитци.
     Застигнутый врасплох, он выдернул пистолет из её досягаемости и отскочил в сторону. Вера врезалась в каменную стену. Если ей и было больно, она не подала виду, тут же развернувшись и всадив кол ему в заднюю часть плеча.
     Он издал дикий рев от боли. Раздался выстрел — звук в тесном помещении был оглушительным. Картер закричала и пригнулась. Бек присел рядом с ней, обхватив её за плечи. Симфония орала, Фитци вопил, и пистолет выстрелил снова…
     Кто-то дёрнул Бека за рукав. Он отважился поднять глаза.
     — Пошли! — закричал Ади, толкая его к стене.
     Нет, не к стене. К двери. Тяжёлая деревянная дверь была… открыта? Ади подобрал код к кодовой панели, пока Фитци и Симфония спорили.
     — Бегите! — крикнул Ади, выталкивая Бека и Картер наружу. — Быстрее! Сиерра!
     Бек споткнулся на пороге и едва успел осознать обстановку вокруг — ещё больше каменных стен, сводчатые потолки и целая стена книг, — как развернулся и увидел, что Ади держит Сиерру за запястье, втаскивая её в дверной проём.
     — Вера! — визгнула Картер.
     Вера лежала на полу. Крови было много. Очень много.
     Фитци отвлёкся на рану в плече, но, увидав, что остальные сбегают, повелительно вскинул пистолет, целясь в них, ровно в тот момент, когда дверь захлопнулась.
     Бек стоял, тяжело дыша, уперевшись руками в колени и пытаясь ухватить ртом воздух. Он приготовился к новому выстрелу, но его не последовало. Вместо этого Фитци начал колотить в дверь, пытаясь выбить её.
     — Как? — задыхаясь, спросила Картер. — Как ты её открыл?
     — Названия святых мест на бутылочках соответствовали цифрам на карте, — выдохнул Ади, бессильно прижавшись к стене.
     — Но у тебя же не было атласа, — сказала Картер. Пот приклеил её кудри к вискам, а в глазах застыл ошеломлённый, дикий ужас. Бек подозревал, что у них у всех сейчас был именно такой вид.
     — Я знаю, где находится Иордан, — ответил Ади. — И Лурд. Это было не так уж трудно сообразить. Твою ж мать… это была моя мать.
     — Вера… — проговорила Картер. — Мы оставили её там. Она же может…
     — Я звоню в полицию. — Сиерра выхватила телефон. Она зажала свободное ухо, отворачиваясь от звуков глухих ударов, которыми Фитци сотрясал дверь.
     — Они не успеют, — произнёс Ади.
     — Не успеют спасти Веру? — слабо спросила Картер. — Или…
     Ей не потребовалось заканчивать мысль.
     Ади выглядел так, будто его сейчас тошнит.
     — В ночь, когда умерла Алисия, она была сама не своя. Помню, как она швыряла вещи и орала на меня. Она вернулась поздно. Поздно — потому что совершила убийство.
     Бек сжал его плечо:
     — Мне жаль.
     Каждый удар в дверь заставлял его вздрагивать. Долго ли она выдержит?
     — Нам нужно продолжать игру, — прошептал он.
     Осознание отразилось на лице Картер:
     — Каждая комната заканчивается побегом.
     — Ага, — выдавил Ади с невесёлым смешком. — Где с другой стороны нас ждут Фитци и моя мать.
     — Не в этот раз, — возразила Картер. — Они заперты в первой комнате. По крайней мере, пока.
     — Верно, — подхватил Бек. — Нам нужно быть на шаг впереди. Решить загадки, выбраться. Когда мы окажемся в студии, а они всё ещё будут заперты здесь… — Он тяжело сглотнул, понимая, что хватается за призрачную надежду. Они оказались заперты с убийцей и маньяком с пистолетом. Но полиция уже в пути. Нужно просто пройти игру до конца. Вот и всё. Они смогут.
     — Чего мы ждём? — сказал Ади. — Выбираемся отсюда к чертям.
     Бек заставил себя сосредоточиться. Игнорировать стук в дверь, каждый удар которой отзывался занозой в голове, и оглядеться вокруг.
     На самом деле помещение было великолепным. Настоящая мечта любителя квестов. Они находились в чём-то вроде обеденного зала готического замка: тёсаные вручную деревянные балки, огромные кованые люстры, стена с пыльными книгами и передвижной библиотечной лестницей, а также серия средневековых гобеленов на одной из стен. В центре стоял стол, накрытый на нескольких гостей, с изысканным фарфором и серебром.
     Картер прошла в другой конец огромного зала, где выезд перекрывала решётка. Её удерживала система блоков и тросов, зафиксированная навесным замком, к которому требовался ключ.
     — Это не последняя комната. Смотрите.
     Бек подошёл к ней. За решёткой виднелось кладбище, зажатое между высокими каменными стенами. В углу возвышался мраморный мавзолей. Серовато-голубое освещение создавало иллюзию серебристого лунного света, а на ветвях корявого дерева сидели летучие мыши-аниматроники, поблёскивавшие красными глазами.
     Вера превзошла саму себя.
     Но мысль о Вере заставила Бека вспомнить её тело, скрюченное на полу, и кровь, и…
     Он резко развернулся, пытаясь сосредоточиться на задаче. Его взгляд упал на большой камин.
     — Меч! — крикнул он, бросаясь к крюкам над каминной полкой. Клинок был не заточен, но достаточно тяжёл, чтобы нанести урон.
     — Хорошая идея, — одобрил Ади. — Нам нужно вооружиться.
     — Я думала, мы пытаемся решать загадки? — спросила Картер, уже осматривавшая запертый сервант с витражными дверцами.
     — Вооружиться, одновременно решая загадки, — уточнил он.
     Картер судорожно вздохнула:
     — Ладно. Нам нужен ключ от решётки, а на этом серванте четырёхбуквенный буквенный код. Внутри кубки и винные бочонки.
     — На сервированных местах есть сервиз под кубки, как только мы получим к ним доступ, — сказал Бек, подходя к столу с длинной чёрной скатертью и стульями с высокими спинками. — И тут коробка. Заперта. — Он осмотрел сервировку, проверяя каждое блюдо.
     — Эти книги настоящие, — с благоговением в голосе сказал Ади, вытаскивая кожаный фолиант с одной из полок. — Боже мой, кажется, они ещё и старинные. Подождите, вот эта стоит отдельно. Может быть важной? — Он потянулся к книге на пустой полке. Как только он взял её, из страниц выскользнул листок бумаги и упал на пол. Ади поднял его к свету. — В верхнем углу написаны какие-то цифры, и в случайных местах пробиты крошечные дырочки. Думаю, его нужно наложить на страницу.
     — Или на страницы, — предложила Картер. — Попробуй наложить на страницы этой книги, которые соответствуют этим цифрам. Может, появится послание.
     — Точно. Да. Логично. Извините, мозг сейчас работает не на полную мощность.
     Пока Ади листал книгу, Бек поднял последнюю тарелку на обеденном столе.
     — Ага! — воскликнул он, подхватывая кусочек пожелтевшего пергамента. — Я кое-что нашёл! — Он пробежал глазами по тексту. — Похоже на список гостей.
     Николай Дракон        A-
     Моргана Дракулешти    O+
     Вали Воевода          AB+
     Дездемона Цепеш       A+
     Кристоф Драконем      B-
     Константин Драгуля    O-
     Под лунным светом мы соберёмся на пир.
     — Вкуснотища, — пробормотал он про себя. Затем громче, обращаясь к остальным: — Похоже, мы устраиваем званый ужин для семейства Дракулы, и они рассчитывают на широкий выбор групп крови.
     — Что вы все делаете?! — закричала Сиерра. Она опустила телефон и прикрыла динамик ладонью. — Полиция уже едет, я пытаюсь объяснить оператору всё, что произошло, а вы рассуждаете о званом ужине и подаче крови?!
     — Не я, — защищаясь, сказал Бек, указывая на пергамент. — Это улика.
     — Зачем вы тратите время на… — Сиерра резко осеклась, её взгляд устремился на тяжёлую деревянную дверь. Только тут Бек понял, что она услышала… точнее, не услышала.
     Фитци затих.
     — Они заперты там, — сказал Ади. — Если они не смогут выбить одну из дверей, им придётся решать загадку со святой водой.
     — Карта… — ахнула Картер. — Мы…
     — Я её уронил. — Тень легла на лицо Ади. — Когда пытался всех вытащить. У них есть всё необходимое, чтобы разблокировать панель.
     — Через сколько будет полиция? — спросил Бек, слыша приглушённый голос оператора из телефона.
     — Десять минут, — слабо ответила Сиерра, её взгляд метался по комнате, словно она только сейчас впервые увидела эти масштабные декорации. — Ладно. Ладно, мы справимся. Вы правы. Нам нужно продержаться на шаг впереди них десять минут. — Она снова приложила телефон к уху, и её голос обрёл твёрдость: — Мы попытаемся пройти эту комнату и вернуться в студию. Раниэль Расселл должна знать, где находятся входы в этот павильон.
     Она не стала дожидаться ответа оператора и просто положила телефон на стол экраном вверх:
     — Какая у нас обстановка?
     Бек перечислил всё, что они нашли на данный момент и что искали: четырёхбуквенное слово для серванта, способ открыть шкатулку на столе, ключ, чтобы поднять решётку, код в книге Ади.
     Но тут Ади застонал и оторвался от чтения:
     — Бесполезно. Это последняя улика. — Он зачитал:
     Возле гроба я нашёл
     То, что он с собой унёс.
     Коль узнаешь этот зуб,
     Правду вспомнишь без вопросов.
     Отомсти за призрак Алисии
     И осуди нашего бывших любимца-ведущего.
     — Знакомый зуб? — спросил Бек.
     Ади поднял маленький белый клык:
     — Он был в мешочке со святой водой. Улика Веры. Должно быть, она увидела его на нём во время прямой трансляции, а потом нашла в то утро до того, как все пришли в студию. Это было её доказательством того, что Фитци был здесь, чтобы подбросить тело Алисии.
     — Вера многим рисковала, чтобы разоблачить его, — сказал Бек. — Давайте убедимся, что эта улика достанется полиции.
     Ади мрачно кивнул и убрал акулий зуб в карман.
     — О! — закричала Сиерра. — Я нашла нишу за этим гобеленом! Тут куча гравированных металлических табличек с именами. Дездемона, Николай…
     — Сюда! — одновременно позвали Бек и Картер. Сиерра высыпала таблички с именами на стол. Рядом с каждым именем был инкрустирован цветной драгоценный камень… но ничего о группах крови.
     — Как понять, какая табличка куда относится? — спросил Бек.
     — Нашёл дневник! — крикнул Ади. Он бросил осматривать забитые книжные полки и вытащил дневник из-под полена в камине. Страницы обгорели по краям. Он открыл первую страницу и застонал: — Тут полно текста. На это уйдёт время.
     — Делай своё дело, — сказала Сиерра. — А это что такое?
     Бек проследил за её указательным пальцем. Высоко под сводчатым потолком, над железными воротами, часть стены была драпирована тяжёлой чёрной тканью. Бек её даже не заметил. В голове всплыли слова из нижней части списка гостей: Под лунным светом мы соберёмся на пир.
     — Если за ней окно, оно должно пропускать лунный свет, — сказал он. — Ну или имитацию лунного света.
     — Но это же так высоко, — произнесла Картер. — Как мы дотянемся…
     Не успела она закончить, как Бек бросился к библиотечной лестнице и покатил её вдоль полок. Он продвинул её насколько мог, а затем взобрался на самый верх. Но даже стоя на верхней ступеньке, он понимал, что не достанет.
     — На этом конце петлей завязана верёвка! — крикнул он вниз остальным. — У нас есть что-нибудь, чем можно дотянуться? Вроде черенка от метлы или…
     — Меч? — предложила Сиерра. — Тот самый, который ты засунул за пояс?
     — Ах да!
     Держась одной рукой за книжные полки, он наклонился к ткани, вытянув меч. Клинок соскользнул в петлю верёвки, и он потянул.
     Верёвка высвободилась. Отрез ткани упал, эффектно планируя на пол и открывая потрясающий витраж.
     Далеко внизу Картер ахнула:
     — Стол!
     Бек глянул вниз. С высоты своего положения у стропил ему открывался прекрасный вид на обеденный стол и лучи цветного света, падающие на каждую тарелку.
     — Драгоценные камни! — крикнула Картер, хотя Сиерра уже начала раскладывать таблички с именами в соответствии с цветными камнями и лучами света. Закончив, они затаили дыхание, ожидая, что что-то произойдёт. Но ничего не произошло.
     Ничего, кроме удара в дверь, от которого сердце Бека ушло в пятки. Они замерли, прислушиваясь, не раздастся ли характерный писк кодовой панели.
     Но Фитци и Симфония снова затихли.
     Выдохнув, Бек начал спускаться по лестнице, когда Ади окликнул его:
     — Подожди! В дневнике упоминается книга. Автор пишет, что она спрятана на верхней полке, за «драконом». Это должно означать вот это! — Он указал пальцем.
     Бек заметил хрустальный подпор для книг в форме дракона двумя полками выше. В обычной ситуации он бы спустился и подвинул лестницу, но никогда ещё он так остро не ощущал тиканье часов. Он схватился за край книжных полок и перебрался к ним в стиле Человека-паука.
     — Бек! — закричала Картер. — Что ты делаешь?!
     — Не смотрю вниз! — ответил он, выбивая ногой мешавшие книги. Они со снопом упали на пол, и он постарался не думать о том, как их глухой звук сменится глухим звуком его собственного тела, если он сорвётся.
     Ладони вспотели. Руки дрожали. Но адреналин затопил вены, и у него едва хватило времени подумать, прежде чем он добрался до полки и оттолкнул дракона. Там, за ним — книга.
     — Держи! — крикнул он, бросая её Картер. Она закричала и несколько раз неуклюже попыталась её поймать, выронив листок бумаги, вылетевший из страниц на каменный пол.
     Не тратя времени на возврат к лестнице, Бек съехал вниз прямо по полкам.
     — Шифр из символов! — закричала Сиерра, изучая бумагу. — Летучие мыши, короны, кресты… Кто-нибудь знает, с чем это связано?
     Картер указала пальцем:
     — Гобелены!
     Бек пока не уделял гобеленам особого внимания. На первом был изображён олень на ложе из цветов. На втором — охота с собаками на фоне замка. На третьем — два человека, давящие виноград в бочке. На четвёртом — группа музыкантов.
     — Да… — сказала Сиерра, а затем с большей уверенностью: — Да! Собаки на втором гобелене похожи на этот символ, обозначающий букву Л. А музыкант, играющий на… Что это? Люта? Это буква Д.
     — Олений рог — В, — указал Ади. — А третий…
     — А, — выкрикнула Картер, подбегая к серванту, чтобы ввести четырёхбуквенный код. — Это должно быть «ВЛАД».
     Ади и Сиерра переводили взгляд с гобелена на шифр.
     — Гроздь винограда, — сказал Ади. — Ну конечно.
     Замок щёлкнул, и Картер распахнула стеклянные дверцы. Она вытащила первый кубок:
     — На этом надпись «I(0) Rh-»!
     — Я займусь этим, — ответил Бек, снова сгребая список гостей, пока остальные несли кубки к столу, подбирая их к драгоценным табличкам. Как только последний кубок встал на место, шкатулка в центре стола открылась.
     — Ключ! — хором закричали они. Сиерра первой схватила его и бросилась к механизму ворота. Она вставила его в замочную скважину и сдёрнула замок. Ади схватился за ручку и начал вращать. Железная решётка пошла вверх.
     Сиерра и Картер проскользнули под решётку, едва та приподнялась на пару футов. Ади бросил крутить и нырнул за ними. Бек следовал прямо за ним, пока не вспомнил про телефон Сиерры, всё ещё лежавший на столе. Он развернулся, чтобы подбежать к нему, схватил телефон и услышал звук, от которого кровь стыла в жилах.
     Пищание кодовой панели.
     Он замер.
     Дверь распахнулась. В проёме стоял Фитци с перекошенным от досады лицом, всё ещё сжимая пистолет. Рубашка на его плече насквозь пропиталась кровью.
     Рядом с ним стояла Симфониия, скрестив руки на груди и барабаня пальцами по предплечьям:
     — Эти загадки, — процедила она, — сплошная головная боль. — Она посмотрела на Фитци: — Не стой просто так. Сделай что-нибудь!
     Он вскинул пистолет.
     Бек побежал. Раздался выстрел, когда он въехал под решётку, как бейсболист, скользящий к базе. Он едва осознавал крики остальных или то, что Ади просунул меч сквозь решётку, из всех сил рубя верёвку. Но лезвие было слишком тупым. Ади издал рёв, когда рубил, пилил и резал, пока Фитци и Симфония неслись к ним.
     Верёвка разлохматилась. Одна нить. Вторая…
     Тяжесть железных прутьев оборвала последнюю нить. Решётка с грохотом обрушилась на пол, отделяя их от обеденного зала.
     Симфони просунула руки сквозь решётку, пытаясь вцепиться в Ади. Тот отскочил назад, вжимаясь в каменную стену.
     — Ох, иди сюда, Ади. Почему ты вечно всё усложняешь?
     Фитци просунул пистолет сквозь прутья и выстрелил снова — раз, два, — но, должно быть, понял, что под таким углом прицел слишком ограничен, и перестал стрелять, оставив Ади сползать по стене, дрожа всем телом.
     Твою мать. Симфония действительно собиралась стоять там и смотреть, как Фитци убивает её собственного ребёнка.
     Фитци переключил внимание на Бека, который карабкался по мягкой земле. Бек нырнул за ближайшее надгробие, когда пистолет выстрелил снова. Пуля отскочила от мрамора, осыпав плечо Бека каменной крошкой и пылью. Он закрыл голову руками и свернулся в тугой клубок, прижимаясь к камню.
     Затем — Клик. Клик.
     Фитци грязно выругался, отчего во рту у Бека появился солоновато-металлический привкус.
     — Патроны кончились!
     — Надеюсь, у тебя есть ещё, Фитцджеральд.
     — Бек, — прошептала Сиерра.
     Он выглянул из-за колен. Сиерра и Картер сидели на корточках у стены мавзолея, уставившись на него с ужасом в глазах.
     — Ты ранен, — сказала Сиерра.
     Он уставился на неё, не понимая. Он не был ранен. Его сердце колотилось так сильно, что, казалось, переломает рёбра, но он не был ранен.
     Затем он заметил липкую влагу на коже. Глянул вниз. Увидел тёмно-алый цвет, расползающийся по боку его рубашки. И понял, что привкус крови во рту вызван вовсе не голосом Фитци.
     Это было так… странно. Он знал о шоке. Но всё же… разве он не должен был хоть что-то почувствовать?
     Железная решётка звякнула, Симфония тряхнула её.
     — Мам, какого черта? — закричал Ади, выглядя так, будто окончательно сорвался. — Зачем ты это делаешь?!
     — Ты всё равно не поймёшь, эгоистичный паршивец, — огрызнулась Симфония.
     Фитци расхохотался:
     — Похоже, яблоко от яблони действительно недалеко падает.
     — Заткнись, Фитци! С тебя на сегодня уже хватит!
     — А с меня твоих разговоров хватит на всю оставшуюся жизнь, — парировал он.
     Пока они спорили, Бек прислушивался к звукам металла и механики — к звукам перезарядки пистолета, патрон за патроном.
     У Фитци действительно были с собой запасные патроны.
     — Да как вы двое вообще познакомились?! — завопил Ади.
     — О, милый, мы встречались в студии кучу раз в прошлом сезоне, пока обсуждали условия нашего соглашения с Раниэль.
     — Ты только что назвала меня «милым»? Ты же пытаешься меня убить!
     — А ты не оставляешь мне выбора, не так ли?
     — Да! — гаркнул Ади, окончательно выведенный из себя. — Выбор в том, чтобы не убивать меня!
     Симфония издала горловой звук, будто он требовал невозможного:
     — Я не собираюсь в тюрьму из-за того, что ты и твои ботанутые дружки не смогли засунуть свой нос куда подальше! Фитци, почему ты так долго копаешься с этими патронами?!
     — Меня ранили мечом в плечо, сука!
     Бек панически огляделся в поисках оружия, выезда или хотя бы какой-то надежды.
     Всё, что он увидел, — это два десятка жутких статуй, смотривших на него сверху вниз, имена кучи мертвецов и мавзолей, который мог бы служить укрытием, если бы не кодовая панель, обещавшая, что внутрь без кода они не попадут.
     Он прочитал слова на двери, высеченные в мраморе:
     СЕ МЕЙСТВО ДРАКУЛА
     ИЗ СМ РТИ МЫ ВОССТАЛИ
     БЕССМ РТНЫМИ МЫ СТОИМ
     СИЛЬ НЕЕ В В ЧНОСТИ
     НЕРАЗД ЛИМЫ ОБИДОЙ
     ИЛИ СМ РТЬЮ
     Он уставился на надпись, слова сливались перед глазами, пока пот капал в глаза. Потребовалось время, чтобы заметить пропущенные буквы, но как только он их увидел, разгадка стала очевидной.
     — Сумма годов, — пробормотал он про себя. Затем громче, для остальных: — Нам нужно сложить годы вместе. Это и есть код.
     — Что? — огрызнулась Сиерра. — Все? Тут больше двадцати надгробий! У нас нет времени… Чёрт, чёрт, чёрт. Где полиция?
     Бек посмотрел на ближайшее надгробие:
     АБИГЕЙЛ КОВАЛИ Р.
     1766—Д. 1792
     И на соседнее, с именем, которое он узнал:
     МОРГАНА ДРАКУЛЕШТИ
     Р. 1449—
     Даты смерти не было, потому что, конечно же, она не умерла. Она была членом семьи Дракулы. Она была бессмертна.
     — Не все, — сказал он. — Думаю, только те, у которых нет даты смерти. У этой 1449.
     Сиерра и Картер переглянулись. Чтобы увидеть все надгробия, кому-то из них пришлось бы покинуть укрытие мавзолея.
     — Я вижу два отсюда, — подал голос Ади. — 1517 и 1580.
     — Подождите, — сказала Сиерра. — Мне нужно на чём-то записать. Чем мы…
     — Нет, я посчитаю, — перебила Картер. Она закрыла глаза, лицо исказилось от напряжения. — Пока получается 4 546.
     Сиерра бросила на неё впечатлённый взгляд, а затем посмотрела на Бека:
     — Как думаешь, сколько всего Дракул?
     — Гостей на ужине было шестеро, — ответил он. Осталось ещё трое.
     — Я вижу ещё одно, — сказала Сиерра. — 1702.
     — 6 248, — пробормотала Картер.
     Бек окинул взглядом ту часть кладбища, которую видел, не зная, находятся ли два оставшихся надгробия слева или справа. Ближе к мавзолею… или ближе к воротам.
     Он осмелился податься вперёд настоль, чтобы разглядеть Ади у каменной стены. Ади встретился с ним взглядом. Его брови насупились — Бек, должно быть, выглядел паршиво, если судить по тревоге на лице Ади.
     Затем Ади сжал челюсти с выражением мрачной решимости. За секунду до того, как это произошло, Бека прожгла догадка:
     — Ади, стой…
     Ади поднял меч и с диким криком вогнал лезвие прямо сквозь прутья в живот Фитци. Пистолет выпал из его рук, отскочив назад к столу.
     Борясь с инстинктом оставаться в укрытии, Бек схватился за надгробие и рывком поднялся на ноги.
     Пока Симфония сыпала оскорблениями, Бек помчался вдоль ряда надгробий, игнорируя первую вспышку боли в боку. Ища, ища… Есть! Вали Воевода.
     — 1537! — крикнул он, огибая один из памятников и не обращая внимания на гаргулий, злобно уставившихся на него сверху.
     — Достань пистолет! — прокряхтел Фитци. — Мы скажем полиции, что это была… самооборона. — Его голос задыхался от боли. — Сиерра напала на нас. Ты пыталась защитить сына.
     — Только попробуй умереть, Фитцджеральд! — зарычала Симфония. — Мне нужны твои показания!
     — Просто кончай с этим!
     Выстрел заставил Бека вздрогнуть. Ади орал, Картер визжала, и… вот оно! Кристоф Драконем.
     — И 1655! Это должны быть все!
     — 9 440! — выкрикнула Картер.
     Сиерра выскочила из-за угла мавзолея. Бек встретил её у двери, но она уже вводила код: 9-4-4-0.
     Замок открылся — это был самый прекрасный звук, который Бек когда-либо слышал.
     — Ади, живо! — крикнула Сиерра.
     Бек спотыкаясь ввалился внутрь. Сиерра и Картер проскочили за ним. Снова выстрелы. Бек сбился со счёта, сколько патронов уже вылетело. Он прижал руки к боку и оглянулся, боясь увидеть Ади, лежащего ничком на кладбище, залитом лунным светом и туманом.
     Но нет — Ади бежал, сжимая рукоять меча, перемахивая через ближайшее надгробие и врываясь в мавзолей. За его спиной, всё ещё запертый за воротами, на земле корчился Фитци, залитый кровью в том месте, куда его ткнул Ади. Пистолет теперь был у Симфонии, её лицо застыло от решимости.
     Ещё одна пуля отскочила от тяжёлой мраморной двери, когда Картер толкнула её, закрывая.
     Бек последовал за остальными вниз по каменным ступеням, рассчитывая оказаться на свободе. Но добравшись до подножия лестницы, он обнаружил ровно то, что и было обещано — внутренности мавзолея.
     И никакого видимого выхода.


Глава 50
     
     Сиерра
     
     Они оказались в ловушке. Идти было некуда. Вере срочно требовалась медицинская помощь, и…
     — Бек!
     Картер бросилась к Беку, когда тот начал сползать на пол. Его лицо было бледнее обычного, на коже выступили капли пота. Картер помогла ему прислониться к стене. Его слабая улыбка сменилась гримасой:
     — На самом деле… начинает болеть.
     Сиерра посмотрела на Ади, ощущая, как её накрывает безысходность:
     — Ты только что убил Фитци?
     — Не знаю. Меч довольно тупой, но крови было много. — Его пальцы сильнее сжались на рукояти. — Мы всё ещё можем закончить игру. Выбраться в безопасность.
     Именно его решимость вернула её к жизни. У них была цель. Ранение Бека ничего не меняло. Пока Симфония и Фитци заперты за железной решёткой, у них есть шанс.
     — Надави на рану Бека, — сказала она Картер.
     — Ох. Точно. Я же знала это. Извини. — Картер выглядела почти такой же бледной, как Бек, сдергивая с себя толстовку сборной по математике и оставаясь в одной майке.
     — У нас есть время, — сказала Сиерра. — Даю залог, эта решётка весит тонну.
     — Моя мать может быть дико сильной, когда захочет, — ответил Ади. — Все эти протеиновые коктейли, наверно. — Затем его лицо осунулось: — Я понятия не имел. Я не… Я до сих пор не могу поверить… — Он сполз на землю, выронив меч. — В каком-то смысле это кажется нереальным. А с другой стороны… в этом есть какой-то безумный смысл. Может, я должен был догадаться?
     — Как, черт возьми, ты мог догадаться? — спросила Картер, прижимая толстовку к ране Бека.
     — Перчатки. Убийца был в перчатках, так? Моя мать всегда носит перчатки для вождения. Паранойя из-за ультрафиолета и возрастных пятен.
     — Это… правда, — тихо пробормотал Бек. — Ультрафиолетовые лучи могут убить. — Он тихо хмыкнул и добавил: — Извините. Это совсем не смешно. Не знаю, почему я смеюсь.
     Ади закрыл лицо руками:
     — И её навязчивое желание вернуться в шоу-бизнес. Попытки убедить Раниэль отдать ей роль ведущей. Я должен был что-то заподозрить.
     — Да ладно тебе, Ади, — сказала Сиерра. — Будь к себе помягче. Ты же не находил у себя дома окровавленное одеяло или телефон в блестящем чехле с дельфином.
     Ади замер. Через секунду он отнял руки от лица и уставился на неё с недоверием:
     — Блестящий чехол с дельфином? — Он застонал. — Да. Я видел его.
     — Ты шутишь, — обомлела Сиерра.
     — Ты никогда не говорила, как выглядел её телефон! А у Симфонии целая куча телефонов… Она помешана на вещах, сгребает всё подряд…
     Сиерра начала ходить взад-вперёд:
     — Ладно. Это не важно. Нам нужно сосредоточиться.
     Она осмотрела комнату. К одной из стен прислонился большой мраморный гроб с гербом Дракулы на крышке. Его удерживал ещё один четырёхзначный буквенный замок. На каждой из стен висело по картине в стиле Ренессанса. Сиерра постучала по крышке:
     — Нам придётся убить Дракулу.
     — У нас нет деревянного кола, — напомнила Картер.
     Ади поднял меч:
     — Придётся обойтись этим.
     Бек победно вскинул руку и прохрипел:
     — Команда Хельсинга рулит.
     — Перестань так активно двигаться, — осадила его Картер. — Кажется, твой утягивающий топ задерживает кровотечение.
     Он опустил руку:
     — Потрясающе.
     Сиерра глянула вверх по ступеням:
     — Кто-нибудь считал, сколько выстрелов было во втором раунде?
     — Пять, — без колебаний ответил Ади. — У них остался один патрон.
     Сиерра вернулась к картинам:
     — Не будем давать им шанса его использовать. В картинах спрятаны буквы?
     Ади поднялся на ноги и подошёл ближе к полотну, изображавшему детей, играющих на винограднике. Сиерра отступила назад, надеясь разглядеть силуэты издалека.
     На других картинах были изображены голый младенец Купидон, пускающий стрелу в сердце дамы, охотник, целящийся из ружья в оленя, и король, восседающий на троне.
     — Я ничего не вижу, — сказал Ади.
     Со стороны двери на вершине лестницы донёсся дребезжащий звук.
     Сиерра напряглась.
     — Как думаете, дверь мавзолея заблокировалась автоматически? — спросила Картер.
     Бек что-то пробормотал, и Картер наклонилась ниже, чтобы расслышать.
     Сиерра дернула себя за кольцо в губе, затаив дыхание:
     — Ну же, мы сможем…
     Картер ахнула, отстраняясь от Бека:
     — Ты гений! Виноград. Виноградник. Как тот виноград раньше!
     — Это тот же шифр с картинками, что и для серванта! — подхватил Ади. — Виноград был…
     — А! — закричала Картер. — А рогатый олень был В!
     У Сиерры сердце подскочило к самому горлу. Ну конечно! Охотник целился в оленя с рогами. У них всё получится. Они действительно выберутся…
     — Значит, у нас есть А и В? — переспросил Ади, осматривая остальные картины. — Каким может быть слово? Тут всего четыре буквы.
     — Снова «ВЛАД»? — спросила Картер.
     Ади бросил меч и попытался ввести слово, но замок не поддался:
     — Лава? — предположил он. — Нет, картина с виноградом только одна.
     — В коде было сердце. — Сиерра указала на картину с Купидоном. — Какую букву оно обозначало?
     Ади покрутил головой:
     — Я не помню.
     Бек и Картер уставились на Сиерру дикими глазами.
     Она в отчаянии повернулась к последнему полотну:
     — Король… корона? Где-то ближе к началу алфавита была корона.
     — Может, Б? — предложила Картер. — Б-А-В? Нет.
     Ади ходил из стороны в сторону перед стоящим гробом:
     — Всё не то. У нас нет кода. Нужно вспомнить слова, где есть буквы А и В.
     — «ВЕРА»! — воскликнула Картер. — Готова спорить, корона обозначала Е!
     Ади попытался ввести S-A-V-E. Не сработало. Как и HAVE или GAVE.
     — Это должно быть связано с вампирами, — раздражённо сказал он и попытался ввести V-A-M-P.
     Сиерра закрыла глаза, заставляя свой мозг собрать детали воедино:
     — Мы должны думать так, как думал Луис.
     Бек кашлянул и застонал:
     — Вера.
     — Вера. Точно. — Это всё время была Вера, эта раздражающая, но гениальная девчонка, которой никогда не доставалось признания и которая всегда оставалась в тени, рискуя жизнью, чтобы разоблачить убийцу…
     — Вера, — повторил Бек.
     Картер пискнула, взмахнув свободной рукой:
     — Ади! Код! Это…
     — ВЕРА!
     Внезапно Сиерра увидела всё. Серебряная сережка в банке в химической лаборатории — точная копия той, что так часто болталась в ухе Веры. Палетка ярких теней для век, спрятанная среди хлама в инопланетном бункере. Плюшевый хамелеон, повторяющий её татуировку.
     Её финальное послание в доме ужасов: И скоро все узнают правду. Обо мне.
     Она планировала раскрыть себя как настоящего Гейм-мастера в финале!
     Прежде чем Ади успел ввести код, дверь над ними с грохотом распахнулась. Сиерра отскочила в сторону, уходя с линии огня узкой лестницы. Но Ади остался на месте, судорожно листая диски замка и вводя имя Веры.
     — Ади! — закричала Картер.
     Он был либо невероятно храбр, либо…
     Никаких «либо». Он был просто невероятно храбр. Он рисковал жизнью, чтобы вытащить их оттуда.
     Каблуки застучали по ступеням. Картер закрыла своим телом Бека. Сиерра следила за дверным проёмом. Сначала появился пистолет. Покрытый лаком ноготь дёрнулся на спусковом крючке — Сиерра рванулась слишком поздно — раздался выстрел, но одновременно с этим откинулась и крышка гроба. Ади отпрыгнул в сторону, когда манекен Дракулы выскочил наружу, тут же дернувшись назад от попавшей в него пули. Инерция всё равно понесла Сиерру вперёд, и она толкнула Симфонию под локоть, заставив её потерять равновесие. Картер сорвалась с места и сделала низкий подкат, целясь в ноги Симфонии. Этого захвата хватило, чтобы сбить женщину на пол. Картер попыталась прижать её, но Симфония вырвалась из хватки и ударила её ногой по лицу. Картер откатилась назад, схватившись за разбитый, окровавленный нос.
     Сиерра замерла, когда Симфония, покачиваясь, поднялась на ноги. Она всё ещё держала пистолет, целясь прямо в Сиерру. Её красивое лицо было пятнистым от ярости, губы искривились в оскале.
     Медленно Сиерра подняла руки, сдаваясь.
     — Он пуст, — сказал Ади. — У тебя кончились патроны.
     Симфония прорычала:
     — Да неужели?
     У Сиерры перехватило дыхание. Симфония выглядела слишком уверенной в себе. Слишком. Её взгляд метнулся к Ади, который подобрал меч и стоял у открытого гроба Дракулы. Глаза манекена светились красным, как у летучих мышей снаружи, клыки были оскалены.
     — «Резня в мавзолее», — прохрипела Симфония. — Вот каким будет заголовок. Моя карьера, может, и кончена, но я уйду со вспышкой славы. Никто и никогда не забудет имя Симфонии Парвеш. — Её губа дернулась: — И моё имя больше никогда не затмит твой проклятый отец.
     Ади держал меч как бейсбольную биту, готовый к замаху:
     — Ты так уверена?
     Она рассмеялась:
     — Ты так рвёшься защищать Виктора Каннингема? Ты даже не знаешь его.
     — Он лучше тебя. Должен быть лучше.
     Симфония перевела пистолет на него:
     — «Жестокость с вампирами!» — В её голосе звучали безумные нотки. Она повела стволом в сторону Картер, всё ещё лежавшей на полу: — «Танец с дьяволом!»
     Ади посмотрел на Сиерру, сжав челюсти, его глаза горели. Раз, — беззвучно артикулировал он губами.
     Раз? Раз что?
     Симфония направила пистолет на Бека:
     — Больно? — пропела она с наигранным материнским сочувствием.
     — Я… в полном… порядке, — прохрипел Бек.
     — Ненадолго, — сказала Симфони.
     Два, — показал губами Ади.
     Господи Иисусе. Что происходило?
     Симфони снова перевела ствол на голову Ади.
     — Три!
     — Нет! — закричала Сиерра, бросаясь наперерез дулу ровно в тот момент, когда Ади развернулся и с силой вогнал меч в грудь Дракулы. Манекен повалился вперёд. Потайная дверь в задней стенке гроба распахнулась, открывая вид на кучу полицейских и Раниэль Расселл…
     Раздался оглушительный хлопок. Картер закричала.
     Сиерра в ужасе отшатнулась назад. В углах глаз вспыхнули яркие цветные пятна. Всё-таки это был последний патрон.
     Ади ошибся.
     Она доверила ему свою жизнь. Она действительно доверилась ему, и вот… вот что она получила за то, что поверила хоть кому-то. Никогда больше. Никогда…
     Всё смешалось, когда мимо неё рванулись люди. Кто-то сбивал Симфонию с ног, выкручивая пистолет. Другие толпились вокруг Бека. Звук выстрела всё ещё эхом отдавался в ушах Сиерры. Она слышала его снова и снова.
     Прошло много времени, прежде чем пришла боль. Или хоть какие-то следы крови.
     Повсюду были вспышки света. И выстрелы. Ещё больше пуль, ещё больше взрывов…
     — Сиерра. Сиерра! — Ади был рядом с ней.
     — Я… Она… Она застрелила меня…
     — Она не стреляла в тебя, — сказал Ади. — Это фейерверк. Ты не ранена.
     Сиерра оторвала взгляд от своего туловища и увидела, как из потайных карманов в каждом углу комнаты вылетают мини-вспышки огней.
     — Фейерверк, — слабо проговорила она.
     Ади ухмыльнулся:
     — Фейерверк. Для финала.
     Сиерра ощупала себя. Ни боли, ни крови, ни дырок от пуль:
     — Черт возьми. — Придя в себя, она изо всех сил стукнула его в грудь: — Я поверить не могу, что ты это сделал!
     — Что сделал? — спросил он, потирая ушибленное место.
     — Начал считать и ждал, что я догадаюсь, что, черт возьми, ты творишь! Ты из ума выжил?
     — А что я должен был делать? Показывать пантомимой?
     — Я доверилась тебе!
     — Ну да, и всё закончилось хорошо, разве нет? — Его выражение лица смягчилось: — Но спасибо. Спасибо, что прыгнула под воображаемую пулю ради меня.
     — Никогда. Больше.
     — Вы имеете право хранить молчание…
     Они обернулись и увидели, как полицейский заламывает руки Симфонии Парвеш за спину. В сполохах цветных огней она выглядела почти красивой. Синие вспышки отсвечивали на стали наручников, красные озаряли её щеки. От этой картины у Сиерры зачесались пальцы — так захотелось взяться за кисть.
     Она помахала рукой, когда Симфонию выводили из комнаты.
     Кошмар закончился. Убийца пойман. Алисия получит правосудие.
     И они выбрались.
     
     THE HOLLYWOOD HERALD
     Убийца Алисии Анжелос за решёткой… и вы НИ ЗА ЧТО не поверите, кто это!
     Вчера вечером полиция заполнила съёмочный павильон шоу «Escape Game» («ВЫЖИВАЛИТИ») после столкновения между несколькими участниками, ведущим шоу Джеймсом «Фитци» Фитцджеральдом и Симфонии Парвеш — звездой блокбастера «Проклятая гробница» и лицом компании «Best Life Nutrition». Сообщается, что Парвеш была арестована по обвинению в убийстве Алисии Анжелос. Фитцджеральд остается в критическом состоянии с колото-резаной раной живота. Очевидцы утверждают, что во время стычки он признался в содействии Парвеш при попытке скрыть смерть Анжелос. Фитцджеральд также стал главным подозреваемым в смерти Гейм-мастера Луиса Расселла, которую полиция сейчас расследует как возможное убийство.
     Шоу "Выживалити" находится под шквалом критики с прошлого сезона, когда восемнадцатилетнюю финалистку Алисию Анжелос нашли мёртвой внутри одного из съёмочных реквизитов. Всё время, пока велось дело, вокруг гибели Анжелос не стихали слухи и обвинения.
     Исполнительный продюсер Раниэль Расселл, вдова покойного Луиса Расселла, заявила, что стриминговый сервис Hitflix уже принял решение не продлевать сотрудничество с шоу на шестой сезон. Отвечая на вопрос о главном призе в один миллион долларов, она отказалась от комментариев.


Глава 51
     
     Картер
     
     — И это всё, — произнесла Kартер-Взломщица, пока на заднем плане крутились нарезки из шоу. — Вот такая грязь стояла за пятым сезоном «Выживалити». А теперь, Мастера Ключей, у меня к вам огромная просьба.
     Аватар смахнула рукой, меняя экран на фотографию Бека в его синем лабораторном халате.
     — Мы в Domain начали сбор средств для Бека Мэтисона, который всё ещё находится в критическом состоянии. Медицинские счета растут, и любая ваша помощь будет неоценима. Спасибо за вашу любовь и поддержку. С вами была Картер-Взломщица — всё ещё жива, всё ещё в строю, всё ещё решаю головоломки! — Она послала в камеру знак «пис», и видео закончилось.
     Картер тяжело выдохнула. На монтаж ушла вечность.
     Когда она начала загружать видео, в дверь постучали. На пороге стояли родители, продолжая делать вид, будто они не были в полном ужасе от того, что их дочь едва не погибла на прошлой неделе. С момента её возвращения домой они окружили её чрезмерной опекой, но после того как Картер увидела, как в Ади стреляла его собственная мать, она не собиралась жаловаться на их гиперопеку.
     — Я в магазин, — сказал отец. Он был одет с иголочки — в клетчатый блейзер и кашемировый шарф, чей кремовый цвет контрастировал с его темно-коричневой кожей. Для обычной поездки в магазин это выглядело чересчур вычурно, но таков был её отец. — Думал прихватить пирог на вечер.
     — Тебе точно больше ничего не нужно? — добавила мама с сильной тревогой в голосе. Она, напротив, была в пушистом халате и тапочках, а её рыжие ирландские кудри находились в полном беспорядке.
     Картер вспомнила стихотворение Лорда Байрона, которое Ади процитировал ей на вилле и которое она позже не удержалась и разыскала:
     Она идёт во всей красе,
     Как ночь прозрачная небес,
     И всё лучшее от тьмы и света
     Слилось в её чертах и взоре…
     Ади не был знаком с её родителями, но надо же, насколько проницательным он мог быть, когда хотел.
     Картер покрутила головой:
     — Всё отлично. Спасибо. — В подтверждение она показала большой палец вверх — так же фальшиво, как выглядел её аватар.
     Завершив свой ежечасный осмотр, они неохотно ушли. Картер снова взяла телефон. За последние несколько дней её просто засыпали сообщениями на Domain. Она даже получила благодарность от Веры — от неё-то уж меньше всего ожидали, — которую выписали из больницы после лечения вправленного плеча и неопасного для жизни огнестрельного ранения.
     На сайте вообще кипела жизнь, включая пост от Элайджи. Он написал надрывное стихотворение об утерянной любви и прощании. В конце он упомянул, что берет паузу, чтобы найти новую цель в жизни, после чего сразу же удалил свой аккаунт на Domain.
     А вот Сиерра и Ади молчали. Картер старалась не принимать это близко к сердцу. Они через многое прошли, и она понимала, если им нужно время прийти в себя. Она верила, что они свяжутся с ней, когда придет время.
     Но эта уверенность не спасала её от нарастающего чувства одиночества, которое с каждым днём становилось всё сильнее. Она наконец-то нашла «своих» людей, и всё же чувствовала себя одинокой как никогда.
     Листая ленту Domain, она зацепилась взглядом за ветку комментариев.
     
     Fitzy4Ever818299: Фитци и Картер были моей любимой парочкой! Вы видели, как он смотрел на неё во время экскурсии по студии?! НАРОД, моё сердце разбито!! [СМАЙЛИК]
     OmegaPuzzler: Вообще не понял этой темы с Фитци и Картер. У него могла быть любая девчонка, а он выбрал её? М-да, нет. Но теперь-то понятно, что он просто морочил ей голову? Ну, это сходится.
     KaPowPow: Да что с тобой не так? Картер — героиня!
     OmegaPuzzler: Героиня — да. Нелепая лузерша с раздражающим смехом? Тоже да. Я просто к тому, что она не во вкусе Фитци.
     KaPowPow: Она не в его вкусе, потому что ОН ПСИХОПАТ!
     OmegaPuzzler: Каждому своё.
     
     Внутри у Картер всё перевернулось, и она отбросила телефон. Бек сказал бы ей не обращать внимания на хейтеров, но сделать это было трудно. Особенно когда они были правы.
     «Я всегда считал, что твоя мультяшная версия весьма горячая, пусть даже настоящая ты оставляешь желать лучшего».
     Вздрогнув, Картер взглянула в зеркало. Краска на её кудряшках начала смываться, обнажая полоску натуральных чёрных корней. Нос всё ещё слегка опух после того, как Симфония ударила её ногой. На ней были мешковатые пижамные штаны и новенькая футболка с надписью «helsings slay!», уже украшенная пятном от соуса спагетти.
     Во время шоу был момент, когда ей казалось, что она сможет стать такой же утончённой, как её альтер-эго. С поддержкой друзей она начала чувствовать себя непобедимой.
     Но девчонка в зеркале не была Kартер-Взломщицей.
     Kартер-Взломщица не попалась бы на удочку лжи Фитци. Kартер-Взломщица никогда бы не влюбилась в такого подонка.
     И если ей нужно стать Картер-Взломщицей, чтобы никто и никогда больше с ней так не поступил, именно это она и сделает.
     Первым делом… ей понадобится ещё краска для волос.
     Она взяла телефон, чтобы сделать заказ, как раз в тот момент, когда пришло новое уведомление.
     Картер нахмурилась. Этого не могло быть.
     Она открыла приложение для сбора средств. Перепроверила и перепроверила снова.
     
     Статус: Сбор завершён!
     Последнее пожертвование: $915 866,21
     Имя спонсора: Victory Escapades, Inc.™


Глава 52
     
     Сиерра
     
     Хотя картина была небольшой, Сиерре казалось, что это её лучшая работа. На ней была изображена женщина, стоящая на коленях в наручниках среди поросших мхом надгробий, пока над её головой взрывались фейерверки. Яркие краски переливались в ночном звёздном небе, откуда с небес за происходящим наблюдал скелет девушки. Её череп и ключицы были украшены красными розами и чёрными лилиями. Она была мертва, но она улыбалась.
     Сиерра сжала холст обеими руками, глядя сверху вниз на надгробие своей сестры.
     — Я люблю тебя, — прошептала она в пустоту кладбища. Странно, насколько неловко эти слова отзывались на языке. Прошло слишком много времени с тех пор, как она произносила их в последний раз. Они с Алисией так много ссорились. Не сходились ни в чём. Обижались друг на друга, кричали друг на друга…
     Но в последней записке Алисии, в том зашифрованном послании, которое она оставила для Сиерры, были именно эти слова: Я люблю тебя.
     Порой самые простые вещи сказать труднее всего.
     Бек высмеял бы её за такие мысли. Он донимал бы её своим неугасающим оптимизмом до тех пор, пока она не признала бы, что говорить близким людям о своих чувствах совсем не трудно. По крайней мере, не должно быть трудно.
     Но Бек всё ещё находился в искусственной коме. Врачи не давали никаких прогнозов о том, когда он проснётся.
     Господи, как же она скучала по своей команде. По нервному хихиканью Картер и её безумной преданности. По острому уму Ади и тому, как он вечно прятался за книгой. По безупречной улыбке Бека и его безграничному энтузиазму.
     Прошла неделя с тех пор, как она передала полиции свои показания и акулий зуб. Не имея другого пути, она вернулась домой — в квартиру, заваленную незавершёнными набросками и сохнущими тюбиками краски. Ей нужно было начинать разбираться со своей жизнью. Собирать её по кусочкам. Перестать жить прошлым.
     Ей нужно было двигаться дальше. Отпустить смерть сестры. Забыть про «Выживалити».
     Она сразилась с монстром и победила.
     Что ей делать теперь?
     Когда она прислонила холст к надгробному камню, то почувствовала на себе чей-то взгляд. Сиерра огляделась. На кладбище не было никого, кроме неё и стаи ворон, но за дальними воротами стоял автомобиль. Роскошный чёрный седан с наглухо тонированными стёклами.
     Двигатель завелся, разрезая тишину, и машина медленно тронулась с места.
     Мороз прошёл по коже Сиерры.
     Лишь подходя к выходу с кладбища, она заметила чёрный конверт, висевший на железных прутьях ворот и покачивавшийся на золотой бархатной ленте.


Глава 53
     
     Бек
     
     До конца своих дней Бек был убеждён, что его вернуло к жизни печенье Сиерры с шоколадной крошкой.
     Её свежевыпеченный подарок доставили как раз в то утро, когда он вышел из комы. Это было похоже на то, как если бы он карабкался из тёмной ямы, ориентируясь исключительно на текшие слюнки. Всё дело в апельсиновой цедре. Определённо в ней.
     С тех пор подарки потекли рекой. Футболка от Картер и стопка классических фэнтези-романов от Ади. Бесчисленные букеты цветов от тетушек, дядей и двоюродных братьев и сестер. Ему присылали подарки даже из сообщества Мастеров Ключей — плюшевых пришельцев и леденцы в форме химических колб.
     Но больше всего внимание Бека привлекала одна конкретная открытка. Единственная из всей кучи, на которой не было пожеланий скорейшего выздоровления.
     Как только родители Бека вышли перекусить в кафетерий, он потянулся к чёрному конверту, лежавшему на ночном столике. Открытка внутри была сделана из плотной льняной бумаги, а текст отпечатан мерцающим золотом:
     Команда Хельсинга,
     Пусть найти вас было непросто, поиски полностью оправдали себя. Похоже, мы все многое потеряли в результате фиаско с «Выживалити», однако ключ к успеху кроется в нашей настойчивости и храбрости. Поэтому мне, как основателю «Victory Escapades», весьма приятно направить вам это приглашение.
     Искренне ваш,
     Виктор Каннингем
     За запиской лежала открытка с глянцевым изображением курорта «Sweetbrier Resort». На обороте толстым маркером от руки было написано:
     Готовы сыграть?
     Бек откинулся на больничную койку и покрутил в пальцах флешку с логотипом «Выживалити».
     Он ухмыльнулся:
     — Игра начинается.


Глава 54
     
     Ади
     
     Жизнь Ади превратилась в руины. Всё утро он бесцельно бродил по дому, трогал бархатные шторы, валялся в кресле эпохи династии Цин, поднимал с пьедесталов скульптуры Чихули. Его окружали вещи стоимостью в миллионы долларов, но он видел в них лишь бесполезный хлам.
     Его мать была в тюрьме. До суда оставались месяцы, и Ади не сомневался, что после него она получит пожизненное.
     Органы опеки назначили ему социального работника, который добросовестно пытался связаться с его отцом, но пока до Виктора Каннингема было не дозвониться. Почему-то это ранило в тысячу раз больнее, чем попытка собственной матери убить его. Казалось бы, теперь, когда матери больше нет рядом, отец уж точно должен прийти за ним.
     И всё же — тишина.
     У Ади не было ни малейшего желания отправляться к какому-нибудь дальнему родственнику, поэтому, насколько понимал социальный работник, вариантов оставалось немного. Его могли передать в приёмную семью, отправить в приют для мальчиков его возраста или подать в суд прошение об эмансипации, чтобы он больше не находился под опекой ни одного из родителей. Последнее звучало почти как свобода. На всё это потребовалось бы время, да и юридческих вопросов хватало: дом Симфонии, её банковские счета, её имущество.
     Ему ничего из этого не было нужно. Ни вещи. Ни деньги. Ни прошлое. Он устал быть запертым в этом доме, где было нечем дышать.
     Ему нужно было вырваться отсюда. Подальше от матери, её нарциссизма, её иллюзий, её эгоизма и её неспособности любить кого-либо, кроме себя.
     Он стоял в прихожей, держась за дверную ручку, когда из кухни донёсся громкий треск.
     Ади резко обернулся. Весь день в доме было тихо, как в могиле.
     Хлопанье дверей кухонных шкафчиков. Звон бьющегося стекла. Знакомый гул измельчителя мусора.
     С бешено колотящимся сердцем Ади схватил мраморную статуэтку и, занеся её над головой, крадучись двинулся к кухне. Он толкнул дверь носком ноги, готовясь обрушить удар на непрошеного гостя.
     К нему спиной стоял мужчина и доставал коробки из шкафа. На нём был идеально скроенный клетчатый костюм — аметистового и золотого цветов.
     Мужчина повернулся. На нём были жилет и бабочка в тон, а в чёрной эспаньолке проступала седина.
     Виктор Каннингем бросил в мусорное ведро одну из упаковок с протеиновым коктейлем Симфонии и улыбнулся.
     — Привет, сынок, — сказал он, прижав палец к чёрному конверту на столешнице и подтолкнув его в сторону Ади. — Я принёс тебе подарок.
     
     Продолжение следует…
Марисса Мейер и Тамара Мосс - Выживалити
Marissa Meyer & Tamara Moss - The Escape Game

~3~