ЧАСТЬ

1

~1~

Я слушал, как отец сокрушался при известии о том, что его всадник все еще жив.

Сначала начался какой-то бред. Папа продолжал рассказывать нам с Эмануэлем, как он всегда знал, что король все еще жив. Затем он засыпал нас вопросами о том, видели ли мы какие-либо доказательства жизни во время наших миссий в Итане. Мне пришлось заново пережить каждую минуту моего пребывания в Итане. Он хотел знать, как я это обнаружил, и кто сказал мне, что король все еще жив. Папа хотел знать все.

- Я его не видел, - вздохнул я, когда отец спросил меня в сотый раз.

Папа посмотрел на Эмануэля, который все еще не оправился от новости, которую я выложил ему перед началом шоу Кевина.

- Я его не видел, Роберт. Поверь мне, если бы это было так, - Эмануаль сделал глубокий вдох и бросил на меня взгляд, - я бы тоже никому не сказал. Честно говоря, не знаю, что бы я сделал.

Отец кивнул, и в его глазах заблестели слезы. Я хотел бы, чтобы Елена могла приехать сюда. Эмануэль смотрел на моего отца с беспокойством.

Папа оперся ладонями о стол и наклонился вперед.

- В течение восемнадцати лет он был заперт в этой адской дыре… в течение восемнадцати лет. Ни надежды, ничего.

- Папа, у него была надежда. Он знал, что Елена найдет свой путь в Пейю, когда придет подходящее время.

- Но она этого не сделала, Блейк. - Отец стукнул кулаком по столу и прошипел: - Из-за этой жалкой сучки Зеленого Пара.

Отец никогда не скрывал, что ему не нравился дракон королевы, и она тоже не скрывала обратного. Насколько я помнил, эти двое не могли сидеть за одним столом.

- Не думаю, что она хотела оставить Елену, папа. - Это должно было звучать так, будто я размышлял.

- Ты еще даже не сбросил свою детскую чешую. Поверь мне, Таня была именно такой, какой все всегда говорили о Зеленых Парах - лгуньей и предательницей. Она - главная причина, по которой Альберт не рассказал мне о Елене. – Он дико размахивал руками. - Она такая же, как и многие из них.

Я терпеть не мог, когда он так говорил о породах.

- Полегче, я тоже отчасти Зеленый Пар. Не все они такие.

Отец не ответил, но его плечи затряслись от беззвучных рыданий, когда он плюхнулся в кресло.

Я посмотрел на Эмануэля, когда тот прислонился к стене, скрестив руки на груди.

Я никогда не видел своего отца таким. Сожалеющим. Я встал со стула и подошел к нему.

Я присел на край стола и дотронулся до его плеча.

- Роберт, думать о прошлом не поможет, - сказал Эмануаль. - Нам нужно сосредоточиться на будущем и вывести всех из Итана. Ты знаешь, что Гельмут поможет, и ты знаешь, что вопрос времени, когда Калеб начнет вносить свой вклад в эту миссию. Мы здесь говорим об Альберте.

Отец фыркнул и кивнул.

- А это Горан, Эмануэль. Он убил Кейт. Монстр привязал ее к кровати и сжег, потому что она отвергла его. Он сделал это с тем, кого любил. Как думаешь, что Горан сделает с человеком, которого он презирает, со всем, что у него есть?

- Ты не знаешь, что именно по этой причине была убита Кейт. Никто из нас не знает.

На мгновение воцарилось молчание.

Я оглянулся через плечо на Эмануэля, умоляя его оставить меня на несколько минут наедине с отцом, и он кивнул. Дверь открылась и закрылась за ним.

- Папа, Эмануэль прав. Тебе нужно взять себя в руки. Мне нужен мой отец, сэр Роберт, в этом деле - Ночной Злодей, который размером с корабль. Дракон, который ничего не боится, если ты хочешь, чтобы эта миссия увенчалась успехом.

Подбородок отца задрожал.

Я ненавидел, когда он плакал.

- Я знал, что он жив, Блейк. Не спрашивай меня как, - он постучал себя по груди, - я всегда знал. Это никогда не казалось окончательным.

- Знаю, - прошептал я.

Папа не мог вспомнить, когда он сдался.

Я бы тоже не стал заставлять его вспоминать.

Я позволил ему выплакаться. Ему нужно было освобождение, чтобы стать тем драконом, который был мне нужен.

Дверь открылась, и в кабинет впорхнул мягкий восточный аромат Елены. Тепло разливалось по моему телу, когда она оказалась рядом.

Наши взгляды встретились и задержались на несколько коротких мгновений, прежде чем я снова посмотрел на отца.

- Я так сожалею об этом, - сказала Елена с состраданием, выделяя каждое слово.

Папа шмыгнул носом, затем на мгновение посмотрел на нее, закрыл глаза и покачал головой. Он глубоко вдохнул и громко выдохнул, прежде чем заговорить.

- Какая-то часть меня всегда знала, что он жив. Самое худшее сейчас то, что я не могу выбросить из головы тот день, когда я видел его в последний раз. - Он поднялся со стула и принялся расхаживать по комнате.

- Папа, - взмолился я, - Только не снова.

- Нет, сынок. Я должен был быть там, но он оттолкнул меня от себя. Он использовал связующее заклинание против меня! - закричал он, остановился, вспомнив кое-что еще, и его губы дернулись вверх, складываясь в усмешку.

Это была одна из тех улыбок, которые ты даришь, когда понимаешь, насколько ты был глуп.

- Я научил его этому заклинанию, и он использовал его, чтобы приказать мне уйти, из-за тебя, из-за того, что мы все обещали. Чтобы обезопасить тебя, как бы тяжело это ни было. - Он посмотрел на меня.

- Что? - Я нахмурился. Я вообще этого не знал.

- Я думал о той ночи миллион раз. Он знал, что однажды на тебя заявят права, и все, что нам нужно было сделать, это обеспечить твою безопасность до того времени. - Его лицо посуровело. Он подошел к своей книжной полке и вывалил содержимое на пол. Повсюду были разбросаны книги.

Я вскочил и сразу же оказался рядом с ним, пытаясь успокоить его, прежде чем он снова нацелится на лианы. Он шлепнул меня по успокаивающей руке и смахнул содержимое со своего стола на пол.

Я закрыл глаза. Когда же это должно было закончиться?

- Что меня больше всего разозлило, так это то, что он никому о ней не рассказывал. - Он указал на Елену. - Я прожил пятнадцать лет, думая, что он думал, будто я стою за его предательством. Вот почему он оттолкнул меня от себя той ночью… на пятнадцать лет…

- Он этого не делал, - прервала Елена.

- Знаю, - взревел мой отец, - вы мне это говорили, но это не меняет того факта, что я бросил его, когда он больше всего нуждался во мне.

- Папа, он использовал связующее заклинание. Ты сказал нам это несколько секунд назад. - Мой голос повысился, когда я разозлился из-за того, что он набросился на моего всадника.

- Я мог бы бороться сильнее. Когда я увидел лианы, выпрыгивающие из земли, то понял, что это что-то не от мира сего. Я мог контролировать заклинание, использовать его против своего всадника. Я дал ему клятву, что буду оберегать его…

- И он разрушил ее, когда связывал тебя, папа, - перебил я его. - Он жив. Ты увидишь его снова. Обещаю, когда придет подходящее время...

- Один месяц, Блейк!

Мои мысли обратились к людям короля Альберта.

- Папа, мы сказали им, что через два месяца.

- Один месяц. Я знаю людей короля Альберта. Я долгое время воевал вместе с этими людьми. Это люди, которые знают признаки войны. Они будут готовы независимо от того, что ты им сказал, через четыре недели. Готовьтесь. Через четыре недели она возьмет меня с собой. - Он снова указал на Елену.

Я оттолкнул от нее его указующий палец.

- Ладно, успокойся. Через четыре недели мы возьмем тебя с собой. Мы возьмем всех желающих. Обещаю.

Папа кивнул и затем откинулся на спинку стула.

- Он не хотел, чтобы мы освобождали Итан, - сказала Елена со слезами, блестевшими в глазах. - Мне жаль, что я тебе не сказала.

«Только не ты тоже, пожалуйста». Я оставил отца, подошел к Елене и обнял ее.

- Это не твоя вина, ладно. Мой отец тебя не винит. Он строг к себе.

Она обвила руками меня за талию, и мне было приятно вот так находиться рядом с ней.

Дверь открылась, и в комнату вбежали моя сестра с Дином.

- О, папочка, - сказала Сэмми и подошла к отцу. Она стояла перед ним, утешая его, когда он плакал. - Эй, он жив. Он не умер. Ты увидишь его снова.

Я глазами умолял Дина остаться с моей сестрой. Мне нужен был перерыв. Он глянул на Елену, которая все еще была в слезах.

- Иди, - одними губами произнес он, и я улыбнулся. Отец был в надежных руках. Сестра сможет достучаться до него. Меня не удивит, если мама влетит сюда в любую минуту и накричит на него, чтобы он взбодрился и взял себя в руки.

Четыре недели, как, черт возьми, мы собирались выполнить эту миссию за четыре недели?

Я повел Елену в кафетерий, приготовил нам по два кофе, когда она села за ближайший столик.

Она выглядела расстроенной, когда я поставил перед ней чашку.

- Спасибо, - прошептала она.

Я улыбнулся, выдвинул стул напротив и сел.

- Итак, как все прошло на шоу «Просто Кев», Елена?

Она покачала головой, уставившись на чашку кофе, стоявшую перед ней.

- Бекки никогда больше не заговорит со мной. - Она закрыла лицо руками, поставив локти на стол.

Шли секунды, пока я делал глоток кофе.

Елена шмыгнула носом, открывая лицо.

- Так что я понимаю, что небольшой срыв твоего отца лучше, чем ты думаешь.

- Чтобы было ясно, это был не маленький срыв. Ты все пропустила.

Она усмехнулась.

Я чуть улыбнулся.

- Это не смешно, Блейк. Я серьезно. Я увидела это в глазах Бекки. Она так зла на меня.

- Ладно, где они?

- Джордж отвез ее домой. Она хотела быть с мамой и Розой… бедная Роза. Она даже не знает, что ее сын мертв.

- Уверен, что многие из них знают, что драконы не выжили, Елена. Судя по тому, что кузина рассказала тете, новости быстро распространятся.

Елена прищурилась.

- Из-за твоей тети, Констанс?

- Да, она очень любит посплетничать.

- Теперь ты несешь чушь.

Я хихикнул, делая глоток кофе.

- Бекки поговорит с тобой снова. Поверь мне, она так и сделает.

Она перестала крутить чашку по кругу и посмотрела на меня.

- Что ты хочешь этим сказать?

Я вздохнул. Я не хотел думать о том времени, но мне было ненавистно видеть Елену такой.

- Когда ты была в Итане, и я не мог тебя найти, они с Джорджем вместе со мной искали как сумасшедшие. Поверь мне, она будет первой в очереди, кто запишется в твой личный совет. Она отказывалась сдаваться. Времена, когда не было никакой надежды, были единственным временем, когда она сомневалась, не находишься ли ты в шести футах под землей. - Я поднес чашку к губам и сделал глоток насыщенного аромата. - Но я уже мог чувствовать твое сердцебиение, так что она не задавалась этим вопросом так долго. Но она была так же расстроена, как и я, когда не смогла найти тебя.

Елена кивнула, и на ее губах появилась обиженная усмешка.

- Она может никогда этого не сказать, Елена. Но Бекки очень заботится о тебе. Моя сестра тоже так думает.

Она печально улыбнулась, но беспокойство застлало ее глаза.

- Я должна была сказать им, Блейк. Они мои лучшие друзья.

- Поверь мне, ты поступила правильно. Сэмми хреново умеет хранить секреты.

Елена издала лающий смешок.

Я протянул руку и коснулся ее руки. Наши пальцы переплелись.

- Перестань волноваться, пожалуйста. Дай Бекки время. Она простит тебя.

Она кивнула с мягкой улыбкой.

В здании послышались шаги. Сладкий аромат ванили моей матери коснулся ноздрей, и я мгновенно расслабил плечи.

Через несколько секунд она вбежала в столовую в халате.

- О, милая, - сказала мама и протянула Елене руку.

Елена вскочила со стула и обняла мою маму.

- Мне так жаль.

Мама поцеловала Елену в макушку и погладила по спине.

- Я добралась сюда так быстро, как только могла. Могу себе представить, насколько тяжелой была эта новость для отца, - сказала она со своим сильным британским акцентом, глядя на меня.

Я кивнул.

- Что случилось? - Мама хотела знать.

- Он полетел прямо к лианам. Я добрался до него вовремя, но ему было как будто наплевать.

Она покачала головой.

- Это меня нисколько не удивляет. Клянусь, если бы Альберт был женщиной, он был бы твоей матерью вместо меня.

Елена усмехнулась и посмотрела на мою мать.

Мама улыбнулась ей сверху вниз.

- С ним все будет в порядке. Держу пари, он даже не злится на тебя.

- Он злится на кого-то.

- Он не расстроен из-за тебя, Елена. - Я снова напомнил ей об этом. - Моему отцу приходится мириться с тем, что твой отец жив уже восемнадцать лет, Елена. Что еще хуже, твой отец в ловушке, и это мой не может до него добраться. Он чувствует, что подвел его во всех отношениях.

- Он не знал, Блейк. Это не вина твоего отца, если мой не рассказал ему обо мне.

Мама заправила волосы Елены за ухо.

- Драконы смотрят на это по-другому. Тебе нужно усвоить, что мы всегда видим тонкую грань в действиях каждого человека, милая. Роберт думает, что твой отец совсем не доверял ему в том, что касается тебя.

Елена выглядела так, словно ей снова хотелось заплакать.

- Это не похоже на…

- Знаю. Ты рассказала Роберту, и это принесло мир в его сердце, больше, чем ты думаешь, но это все равно произошло. - Она еще раз поцеловала Елену в макушку. - Мне нужно попасть туда.

Они разомкнули объятия.

Мама улыбнулась нам обоим, прежде чем выйти из кафетерия в направлении папиного кабинета.

Дверь в кабинет открылась, и до моего обостренного слуха донеслись утешительные слова сестры.

Елена вернулась на свое место и потерла лицо ладонями.

- Женщины в моей семье очень быстро во всем разбираются. Перестань беспокоиться о моем отце. С ним все будет в порядке.

Она кивнула, провела руками по волосам, прежде чем положить их обратно на стол, и взяла кофе, чтобы сделать глоток. Она все еще выглядела обеспокоенной.

Я не давил.

Мы молча потягивали кофе.

- Блейк, эта миссия будет выполнима через четыре недели?

- Я сделаю так, чтобы это произошло, Елена. У нас нет выбора. Отец непреклонен, и если Калеб передумает и пошлет войска...

- А что, если он этого не сделает?

Я выдохнул и не хотел, чтобы Елена беспокоилась о переносе этой миссии. Я достаточно волновался за нас обоих.

- Я заставлю. Честно говоря, я должен был это предвидеть. Отец сделал бы что-то столь же радикальное, как это, но с учетом сказанного мы получаем сэра Роберта. Я знаю, ты видела его только с одной стороны. Есть причина, по которой он находится в музее Итана, и это не потому, что он был драконом твоего отца.

Она улыбнулась.

- Я полностью верю в него, Блейк. Поверь мне, я верю.

- Тогда четырех недель будет достаточно. Даю тебе слово.

Она с улыбкой кивнула, и мы молча потягивали кофе.

~2~

Семья и друзья утешали моего отца в трудную минуту. Гельмут и Мэгги были среди них.

Я ускользнул, чтобы собрать сумку, сменил брюки на самые дрянные джинсы, которые у меня были, и рубашку, которую я больше не буду использовать. Елена все еще боролась с моей обнаженной человеческой фигурой, и я не мог раздеться перед ней. Мне нужно было как можно скорее отправиться за покупками новой одежды, так как я продолжал уничтожать ту, что у меня была, для ее удобства.

Я закрыл сумку и пошел за Еленой.

- Куда мы направляемся? - спросила она, когда я потащил ее к опушке леса.

- Мне нужно немного свободного времени, женщина. Подальше от Ночного Злодея и Серебряных глаз Ласточкокрылой.

Она улыбнулась.

Я протянул ей сумку, и она накинула ее на плечо. Затем я взял ее за руку и повернулся к ней спиной, положив ее руку себе на плечо.

- Готова? - Я оглянулся через плечо, чтобы посмотреть на нее.

Она кивнула.

Я подпрыгнул в воздух и превратился в дракона.

Смех тут же сорвался с ее губ.

Я знал, что каким-то образом мы станем драконом и всадником и облегчим полет.

Все приходит с практикой.

Я кружился с ней в облаках, нырял к земле и снова поднимался в воздух.

Ей нравилась каждая часть этой маленькой игры, а смех ласкал мои уши.

Я полетел прямо и направился к ближайшей горе.

Когда я приземлился, Елена соскользнула с моего крыла. Она сделала так, чтобы это выглядело так весело. Она бросила сумку рядом с моей лапой, и я когтем зацепился за ремешок.

Я, как леопард, подполз к ближайшим деревцам и снова превратился в человека.

Я достал из сумки запасную пару джинсов и рубашку и надел их. Елена сидела у маленького пруда. На поверхности плавали дикие гуси.

Я подошел и сел рядом с ней.

Она не смотрела на меня и ничего не говорила. Я бы все отдал, чтобы узнать, о чем она думает.

Я увидел край метки, которую Хранитель сделал ей после выхода из Священной пещеры, слегка выступающий из-под ее браслета.

- А пруд в Священной пещере тоже выглядел так?

Она резко повернула ко мне голову, и если бы взгляды могли убивать, то я был бы мертв.

- Блейк?

- Что, ну же, Елена? Я - твой дракон.

Усмешка сорвалась с ее губ.

- Это так не работает. - Она покачала головой, дразня меня прищуренными глазами.

Я уставился на нее, разинув рот.

- Нет, - наконец сказала она. - Нет такого места, которое когда-либо напоминало бы пруд Священной пещеры.

- Тебя не пугает, что Хранитель придет и утащит тебя обратно?

Она усмехнулась.

- Почему? Потому что я рассказала тебе о пруде. Мне разрешено рассказывать людям определенные части. Пруд - одна из них.

Я фыркнул.

- Как тебе это удалось?

- Этого я не могу тебе сказать.

- Я все равно не могу войти, так что...

- Нет, - усмехнулась она и слегка оттолкнула меня. - Перестань спрашивать меня, пожалуйста. Это в интересах нас обоих, поверь мне.

- Интересно, - сказал я.

- Блейк, клянусь…

- Можешь расслабиться? - Я схватил ее и притянул ближе к себе. - Я никому не скажу. Я действительно знаю, как хранить секреты. Я унаследовал это от отца. Он унесет секреты с собой в могилу.

- Здорово знать.

Я мягко пальцами коснулся ее щеки и потянул ее подбородок к себе. Я поцеловал ее в макушку.

- Здесь красиво, но ведь все горные вершины обладают какой-то красотой, верно? - спросила она.

Мои губы все еще касались ее лба.

- Это потому, что у людей нет способа подняться сюда без драконов.

Она усмехнулась и посмотрела на меня снизу вверх.

- Что ты пытаешься сказать?

Мой взгляд встретился с ее взглядом.

- Люди намерены разграбить всю красоту этого мира.

Она фыркнула, а затем кивнула.

- Ты прав. Но не все люди таковы. Точно так же, как не все хроматические драконы злые.

Я усмехнулся.

- Итак, как мы собираемся сделать это за четыре недели?

- Я же сказал тебе, не беспокойся об этом.

- Блейк, я буду беспокоиться об этом, даже если ты скажешь мне не делать этого. Не в моих правилах не волноваться. Кроме того, я играю в этом определенную роль, поэтому мне нужно знать план. Это не имеет ничего общего с доверием. Так уж я устроена.

Я посмотрел на нее. От нее захватывало дух, и я не мог оторвать от нее взгляда. Ее зеленые глаза постоянно искали то, чего я, вероятно, никогда не узнаю.

- Ладно, хорошо. Встречи будут проходить в течение следующих двух недель. Отец разработает надежный план. Я не удивлюсь, если он попросит тебя разместить кого-нибудь из его людей за лианами. Он отлично разбирается в рисовании макетов. Отцу понадобится подробный макет того, как сейчас выглядит Итан, чтобы это сработало. Он найдет способ, чтобы Горан предъявил доказательства того, что твой отец все еще жив, могу это гарантировать.

- Думаешь, он преуспеет в этом в ближайшие четыре недели?

- Когда дело касается твоего отца? Ага.

Она рассмеялась.

- Что здесь такого смешного?

- То, что сказала твоя мама, что если мой папа был женщиной, он стал бы твоей матерью. Я попыталась представить, на что была похожа их связь, если твой отец повел себя так, как он поступил, когда узнал эту новость.

- Они были близки, Елена. Как кровные братья. - Я снова подумал о Люциане. Я подвел его во всех отношениях, в каких только можно подвести кровного брата.

- Но он не Дент моего отца.

- Нет, это довольно редкое явление.

- Если это такая редкость, то почему тогда в Драконии два дента?

Я улыбнулся.

- Вот это правильный вопрос. Денты существуют из-за того, с чем нам приходится сталкиваться, Елена, - вздохнул я.

- Со спасением Итана?

- Кажется, они появляются, когда в будущем таится огромная опасность.

- Сколько дентов родилось во время Великой войны?

Я рассмеялся.

- Не знаю. Потому что тогда они не открыли для себя этого знания. Сомневаюсь, что этот термин вообще существовал. Твоя мать была одной из первых дентов. Могло быть и больше.

- Нет, она не была первой. Мой Паппи и Древние были частью первых Дентов.

- Ты знаешь, что ты частично дракон?

Ее пристальный взгляд метнулся ко мне.

- Что?

- Дракон твоего Паппи был женского пола, Елена. Это значит, что у них были дети.

- Ты серьезно?

- Ага. Он сказал мне об этом в тот день на тренировке. Я спросил его, есть ли в тебе драконья кровь, и его ответ поставил меня в тупик.

- Что он сказал?

- Больше, чем я знаю. Не знаю, что имел в виду Древний. Он часто так делает. Говорит вещи, которые звучат так, будто в этом есть нечто большее, чем видно невооруженным глазом.

Елена усмехнулась.

- Это его способность.

Некоторое время царила тишина, пока мы смотрели на гусей.

- Думаешь, мой отец знал о Паппи? - спросила Елена. - Он так скрытен в отношении своей семьи.

- Не знаю.

Она глубоко вздохнула.

- Подумать только, через месяц ты увидишь своего отца.

Елена застыла на месте, и на ее глаза навернулись слезы. Она усмехнулась, вытирая их.

- Я никогда не считаю дни в обратном порядке, - вздохнула она. - Через месяц я собираюсь встретиться с Величайшим Королем, который когда-либо жил.

- Нет, Елена. Через месяц ты встретишься со своим отцом.

Известие, которым я поделился с Еленой о встрече с ее отцом, потрясло ее больше, чем я ожидал. Мы задержались еще на несколько минут, потратив часть этого времени на то, чтобы поцеловаться, прежде чем отправиться обратно в Лигу Драконов.

Я ненавидел то, как она осведомленным тоном спросила меня, должен ли я снова остаться в Лиге Драконов.

Я снова почувствовал в ней разочарование. Это разочарование я возненавидел со всей страстью. Главным образом потому, что я был причиной таких ее чувств. Было здорово обнаружить, что она испытывает ко мне те же чувства. Она хотела быть рядом со мной, так же как я хотел быть рядом с ней.

Когда мы приземлились, Гельмут засыпал Елену вопросами, и Елена извинилась за то, что хранила тайну.

- Как долго ты собираешься здесь оставаться? - спросила она, когда ей пришло время возвращаться в Драконию.

- Мне нужно убедиться, что с ним все в порядке, и мне нужно знать, каков план. Как мы собираемся это провернуть. - Я погладил ее по рукам, когда она встала передо мной. Я ненавидел покидать ее.

Она обхватила меня руками за талию.

Я коснулся губами ее макушки, вдыхая запах шампуня с ароматом кокоса и клубники.

Моя сестра и Дин ждали Елену.

- Иди, она ждет тебя.

Елена улыбнулась. Она обвила руками меня за шею, привстав на цыпочки, и глубоко вздохнула.

«Да, я знаю это чувство, принцесса».

- Пока. – От ее голоса покалывало нежную кожу на затылке, прежде чем она убрала руки.

Мне было ненавистно видеть, как она уходит.

Когда она добралась до Сэмми, сестра опустила крыло, и Елена побежала, когда Сэмми медленно подняла свое крыло в воздух.

Дин подал Елене руку, когда она подошла к нему и села позади него.

- Лети осторожно, - крикнул я Саманте на латыни.

- Да, папочка. - Она передразнила меня, а потом побежала и взмыла ввысь.

Я наблюдал до тех пор, пока не перестал их видеть.

- Снова остаешься, Блейк, - голос Эмануэля напугал меня.

Он рассмеялся над эпическим прыжком от испуга, который я осуществил.

Подкрасться ко мне было трудно, а Эмануаль был драконом, у которого был режим невидимости.

- Ты видел моего отца, Эмануэль. Кроме того, мне нужно знать, как, черт возьми, мы собираемся провернуть это дело за четыре недели.

- Уверен, что твой отец придумает умопомрачительный план. Тот, от которого этот орешек у тебя в голове взорвется, - он изобразил руками взрыв. - Я удивлен, что Лунного Удара здесь нет.

- Отец Бекки был одним из тех, кто остался в живых. Она должна быть со своей матерью. Кстати, мне нужно ему позвонить. - Я достал Кэмми и набрал номер Джорджа.

Появилась его голограмма.

- Привет. - В его голосе звучали шок и печаль одновременно. Он снова ощущал эмоции Бекки.

- С Бекки все в порядке?

- Да, Роза и Люсиль не очень хорошо это переносят, Блейк. - Он запустил руки в волосы. - Думаю, что останусь здесь на некоторое время, чтобы убедиться, что с дамами все в порядке.

- Ты сделаешь это. Скажи Бекки, что Елена сожалеет. Это повлияло на нее сильнее, чем ты думаешь.

Его губы изогнулись, и он кивнул. Голограмма исчезла, и я положил Кэмми в задний карман джинсов.

Папа не терял времени даром, и мы с Эмануэлем пришли на первую встречу.

Когда отец начал собрание, зал был битком набит.

- Нам нужно увидеть доказательства жизни. Есть ли способ добиться этого, Эмануэль? - Говоря это, он посмотрел на нас обоих.

Эмануэль задумчиво посмотрел на стол. Я просто уставился на него.

- Чувак. - Я толкнул его локтем.

- Я думаю, Блейк.

Раздались негромкие смешки

- Мы должны заставить фермеров бастовать. Думаю, это единственный способ, но это также может привести к тому, что совет обнаружит, что это больше не фермеры.

Отец вздохнул.

- Мне нужны доказательства жизни. Когда фермеры в последний раз видели его живым?

- Они сказали, что около года назад, - ответил я.

Гельмут был исключительно спокоен. Я знал, что его разум работал сверхурочно.

Его Кэмми зажужжал. Король очнулся от своих мыслей и достал из кармана телефон.

Мой отец и Эмануэль продолжали размышлять о том, как фермеры могли бы провести забастовку, не предупредив Горана и совет в Итане о том, что те больше не имеют дела с фермерами.

Я наблюдал за Гельмутом ястребиным взором, пока он просматривал сообщение.

Он встал.

- Гельмут!

Король посмотрел на папу.

- Мне нужно идти, Боб. Калеб хочет встретиться.

- Нам нужен он и его флот, чтобы выполнить эту миссию.

- Да, это будет нелегко, это я могу тебе обещать.

Отец рукой с силой ударил по столу.

- Это был его гребаный лучший друг. Чего еще он хочет?

- Он думает, что Елена все это выдумала, чтобы заставить всех сражаться.

- Что? – произнесли мы с отцом одновременно.

- Он хочет встретиться с ней сегодня. Я должен идти, чтобы Калеб не разнес все на части.

Я вздохнул, пытаясь размять затекшую шею.

Папа ткнул пальцем в Гельмута.

- Ему нужно преодолеть все, что он придумал в своем уме, и подняться на борт.

Гельмут посмотрел на моего отца.

- Ты забыл о взрыве, Боб. Вот что происходит в голове Калеба. Это все, о чем я могу думать. Как, черт возьми, он это пережил?

- Мы говорим об Альберте. Я верю ей всем своим сердцем. Если фермеры сказали, что видели его год назад, значит, он пережил тот взрыв.

- Мы даже не знаем, в каком он состоянии, - умолял король Гельмут моего отца.

- Это причина, по которой мне нужны доказательства жизни, - взревел мой отец.

Я уже давно не слышал, чтобы он так разговаривал с королевской особой.

Гельмут кивнул.

- Я посмотрю, что могу сделать, чтобы привлечь Калеба. Все, что я хочу сказать, это то, что это будет нелегко. Пойдем, Эмануэль.

Эмануэль встал и ушел вместе с королем.

Все эти люди знали о взрыве, о котором говорил Гельмут. Он сказал мне это во время нашего ланча, но это не поколебало уверенности моего отца в том, что король жив.

Собрание прервалось через несколько минут после того, как Гельмут и Эмануаль ушли, и Байрон позвал меня по имени из гостиной.

Мы с папой бросились в комнату, и на экране появилось изображение. Репортеры набросились на Елену, когда она добралась до Академии.

- Принцесса, вы сказали, что ваш отец все еще жив. Это тактика, чтобы заставить Арис драться?

- Без комментариев, - отрезала она.

Моя сестра и Дин следовали рядом. Труди ждала их. Где, черт возьми, был Чонг?

Они все еще выкрикивали новые вопросы, и я возненавидел папарацци. Это были паразиты, которых я хотел раздавить лапой.

- Тот факт, что тебя там нет с ней, Блейк, еще больше вредит этой миссии, - сказал папа. - Нам нужно, чтобы жители Пейи объединились в этом вопросе. Вы двое - единственные, кто может это сделать.

- Папа, мне нужно знать план. Ты сказал, четыре недели. Мне нужно знать, как, черт возьми, мы собираемся все сделать за четыре недели? Так что чем быстрее я узнаю детали, тем быстрее смогу привести все в действие.

Он кивнул.

- Тебе нужно провести пресс-конференцию, заставить Калеба поверить так, как ты это делаешь. Взрыв или не взрыв, он нужен нам для борьбы.

- Хорошо, я позвоню кому-нибудь из своих знакомых. - Папа поднес ладони к лицу и с силой потер его.

Он устал, тревожился и просто хотел, чтобы миссия поскорее закончилась. На его широких плечах лежало много ответственности.

- Просто позвони Кевину. Он лучше всех умеет добиться реакции от людей.

Отец хмыкнул.

- Ты знаешь, что я к нему чувствую.

Я усмехнулся.

- Да, я знаю, но идиот - твой лучший выбор.

~3~

Остаток дня мы наблюдали, как СМИ вторгаются в жизнь каждого человека, затронутого новостями.

Даже Бекки и Люсиль приходилось иметь с ними дело.

- Ребекка Джонсон, каково это - знать, что твой отец жив?

- Проявите немного уважения! - крикнула она после того, как соскользнула с крыла Джорджа.

Они задали ей еще несколько вопросов, и она потеряла самообладание. Она схватила одного репортера за воротник.

- Ты не знаешь, когда остановиться, подонок. Убирайся с моей собственности, иначе!

Джордж обошел обнаженный сзади Бекки и втолкнул ее в дверь, которую Роза держала открытой для них.

Репортажи повторялись с сегодняшнего дня. Я видел интервью на другом канале о том, как они доставали Чарльза в лодже.

Он работал в саду Дэвида, насвистывая мелодию.

- Можете ли вы подтвердить то, что принцесса заявила сегодня на шоу Кевина?

- Подтвердить? - Чарльз перестал выдергивать сорняки и встал. Меня охватило удивление от того, что Чарльз согласился дать это интервью.

Он снял садовые перчатки и улыбнулся ей.

- Печально, что ты не веришь своей принцессе, но ты поверишь на слово старику. Принцесса тоже жила на другой стороне. Она взошла и увидела своего отца. Тебе не следует сомневаться в своей принцессе. Не в ее крови лгать людям, чтобы получить то, что она хочет.

Он обернулся.

- Да, но, пожалуйста, нам нужно знать, жив ли еще король? - Репортер продолжал спрашивать.

Чарльз нахмурился и фыркнул. Он покачал головой.

- Да, ваш король все еще жив. Я присутствовал каждый раз, когда Горан выставлял его напоказ, как пони. Каждый раз видел, как он вздергивал подбородок, когда это чудовище пыталось сломать его, - усмехнулся он, и его губы дрогнули, когда он посмотрел в землю. - Ни на секунду блеск не покидал его глаз. Потребовалось бы нечто большее, чем просто чудовище, чтобы убить вашего короля. - Он вошел в сторожку через заднюю дверь, которую Дэвид придержал для него открытой.

Репортер усмехнулся.

- Король все еще жив. Вот оно. Главный фермер, проживший восемнадцать лет в Итане, раскрыл правду. Король Альберт все еще жив. Я, Кейси Макдональд, веду прямой репортаж для Шестого канала новостей. Наш король все еще жив.

Я покачал головой и встал. Чарльз был прав. Они поверят старику, прежде чем принять слово Елены, а она была дочерью короля Альберта.

Чарльз понравился мне еще больше. Король Альберт выразит свою благодарность Чарльзу и его доброте. Я молился, чтобы мы не потерпели неудачу в его освобождении.

Я посмотрел на часы и хотел поговорить с Еленой, но она все еще разбиралась с Калебом и Гельмутом. Она выйдет на связь, когда я буду ей нужен.

Около половины двенадцатого я был в постели. Зазвонил Кэмми. Это был Эмануэль.

Я ответил. И появилась его голограмма, демонстрирующая широкую улыбку, игравшую на губах.

- Смотрел сегодняшние новости?

- Сегодняшние новости? Что? Репортеры бомбардируют всех подряд, чтобы выяснить, говорит ли Елена правду?

- Нет, встречу с Калебом. Гельмут должен был сыграть свою роль, но она потерялась во время встречи с Калебом. А потом она сорвалась на репортерах.

- О, черт.

- Нет, Блейк, это было эпично, - Эмануэль провел рукой по своей лысой голове.

- По какому каналу?

- Держу пари, они будут повторять это по кругу.

Я вздохнул. Я не разделял энтузиазма Эмануэля.

- Значит, он ей не верит. - Я имел в виду Калеба.

- Что-то не похоже на это. Калеб все еще думает, что Елена использует это как тактику борьбы. Она сказала ему, что ее больше не волнует, будет ли он сражаться или нет.

- Черт, - выругался я и опустил голову. Нам нужен был Арис, чтобы выиграть.

- Эй, дай ему время. Многое нужно переварить, Блейк. Он поднимется на борт. Он последний человек, который хочет встретиться лицом к лицу с Альбертом, отвечая на вопросы о том, почему он не хотел драться.

- А может, и нет.

Эмануэль прищурился.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Король не хотел, чтобы мы освобождали его, Эмануэль. Как думаешь, почему Елена никому не сказала, что он все еще жив?

Он прищурился.

- Я все еще не знаю, зачем он заставил Елену пообещать ему это?

- Он мог почувствовать, что это того не стоит, Блейк.

- Да, ну, я не так устроен, и она имеет право, черт возьми, знать одного из своих родителей.

- С этим мы оба согласны. У нас все получится, обещаю.

Я кивнул, и он снова улыбнулся.

- Ты бы гордился мной.

- Я уже горжусь тобой. Идти спать. Поговорим завтра.

Мы попрощались, и голограмма Эмануэля исчезла.

Я залез в Интернет через кэмми и поискал последнюю вспышку гнева Елены. Я усмехнулся, просто подумав об этом.

Интернет взорвался выдержками из ее нападок на СМИ.

Я нажал на видео, которое длилось дольше всего, и нажал кнопку воспроизведения.

Елена выбежала из дверей. Охранники немедленно удержали журналюг на расстоянии, когда она топала вниз по лестнице дворца в Тите. Тем не менее, это не помешало им выкрикивать ей свои вопросы.

Она остановилась и убила их своими свирепыми взглядами.

- Чего вы от меня хотите? - закричала она на них. - Хотите, чтобы я сказала, что я все это выдумала, чтобы Арис сражался? Это то, о чем вы продолжаете сообщать. - Она уставилась на них. Мурашки покрыли все мое тело, когда все они замолчали. Она была Мэлоун, это точно. Чонг шел на заднем плане к экипажу, избегая внимания прессы.

- Ну, я не могу вам этого сказать, - проревела Елена. - Потому что это было бы ложью. Я хотела, чтобы никто не знал правды, потому что мой отец любит свой народ больше, чем собственную свободу. Таким человеком он был, и я уважала это, но потом я начала задумываться. Почему вы хотите, чтобы этот человек отдал за вас свою жизнь? Что делает вас такими особенными, а меня - нет? - В ее глазах заблестели слезы. Она говорила с такой страстью, что слезы навернулись мне на глаза. - Итак, я сказала правду, потому что мой отец - великий человек, а не был им. Он жив. Клянусь могилой матери, что он жив. Как долго он еще будет оставаться таким, что ж, это зависит от вас. Дерись, если не хотите, не надо. Честно говоря, мне уже все равно, но мой отец вернется домой. Это обещание.

Королева Мэгги появилась рядом с ней и положила руку на плечо Елены.

Елена что-то прошептала ей, и Мэгги с улыбкой кивнула.

Елена подбежала к одному из экипажей Гельмута и забралась внутрь.

Вспышки фотоаппаратов отражались от кабинки, когда они выкрикивали новые вопросы.

Я видел, как дракон побежал.

- Хватит, - крикнула им Мэгги. - Весь этот день вы бомбардировали всех, кого смогли найти, чтобы выяснить, жив ли ваш король. Принцесса увидела его, когда Восходила, чтобы заявить права на Рубикона. Тогда она обнаружила это и сохранила в тайне.

- Моя королева, так вы верите Елене?

- Как ты смеешь, Тимоти Брэкстон? Как ты смеешь задавать такой вопрос? Конечно, верю. Это король Альберт. Никакая стена не помешала ему переправить свою дочь на другую сторону. Держу пари, он наколдовал эти лианы, чтобы обезопасить вас. - Она указала на толпу. - Так что да, я верю Елене каждой частичкой своего существа. Пришло время вам сделать то же самое и перестать расспрашивать принцессу. Перестаньте думать, что у нее есть какие-то свои планы. Она - дочь короля Альберта и королевы Катрины. Возможно, они и не растили ее, но она их дочь до мозга костей. Я согласна с ней в одном. Что делает вас такими чертовски особенными, что ей приходится отказываться от своего отца? - Мэгги развернулась и затопала вверх по лестнице, обратно во дворец.

Я усмехнулся. Мне нравилось, когда королевские особы теряли самообладание.

Это было превосходное развлечение.

В течение следующих нескольких дней состоялось множество встреч.

Многие солдаты короля Гельмута приходили и присутствовали на собраниях. Мы тщательно прочесывали все отснятые материалы, которые записали Буйо.

Это были долгие часы записей. Ни на одной из них не было никаких признаков или разговоров о короле Альберте.

- Нам нужно, чтобы Елена отвела больше мужчин, Блейк, - сказал отец.

- Мы так и сделаем. Обещаю.

У папы был четкий план. Он уже сформировал группы, и драконы стремились доказать моему отцу, что они могут это сделать.

Группа отца освободит короля Альберта и его людей. Моя сестра и Бекки разместятся вместе с ним.

Другая группа поможет нам отправиться в Боливию, чтобы убить Саадедина. Лаборатория разработала высокотехнологичное оборудование - гаджеты для отслеживания Горана и уничтожения Саадедина.

Отец знал о недостающем ингредиенте. Он полагал, что ягод может быть достаточно, чтобы усыпить зверя.

- Папа, Горан вызвал Саадедина. Он бы сделал так, чтобы ягоды Луи не воздействовали на этого монстра.

- Я не говорил, что это недостающий ингредиент, Блейк. Недостающий ингредиент - это то, о чем Горан мог и не знать.

- Он знает, что Елена существует, папа.

- А потом она превратилась в дракона. Это то, что сказали ему виверны. Поверь мне, сомневаюсь, что он все еще думает, что она - дочь Альберта и Кейт.

Я понял, о чем говорил отец.

- Думаешь, это сбило его с толку?

- Да, определенно.

- Значит, мы вдвоем?

- Что это за вопрос, Блейк? Конечно, вы вдвоем.

- Папа, я хотел, чтобы она пересидела это.

- Блейк, она не может. Без Елены у тебя ничего не получится. Знаю, это пугает, но Мэлоуны - это больше, чем жизнь, а Сквайрсы – и подавно.

Я рассмеялся над тем, на что намекал мой отец.

Потом что-то ударило меня.

- Где, черт возьми, Таня? После всего, что она сделала, почему она не первая в очереди, чтобы помочь нам в этом деле?

Мой отец посмотрел на меня с серьезным выражением лица. Он вздохнул.

- Конечно, ты не знаешь.

Я прищурился.

- Не знаю что?

- Она умерла, Блейк. Она нарушила священное правило, когда Елена и Ченг отправились в Аккерский лес. Она заплатила за это жизнью. Глава клана хотел Коронохвоста, а Елена не справилась бы иначе. Таня помогла им сбежать и поплатилась за это своей жизнью.

- Что?

- Они живут по другим законам. Таня знала это, когда нарушила обещание и сбежала, как трусиха. Я никогда не делал секрета из своих чувств к Тане, но она не была глупой.

Это поразило меня сильнее, чем я думал. Таня погибла, помогая Елене и Ченгу сбежать. Ченг рассказал мне о побеге и о том, что глава разыскивает его. Я не понимал, что Таня заплатила своей жизнью за свою роль в этом.

Таня занимала мои мысли в ту ночь. Она мне тоже не нравилась. Она была никудышной матерью, но я знал, что она любила Елену. Ее жизнь не могла быть комфортной, зная, что она нарушила обещание сестры. Тем не менее, она даже не пыталась остаться с Еленой.

На следующий день мне пришлось встать пораньше, так как у команды Кевина на сегодня было назначено интервью с моим отцом.

Я быстро принял душ, чтобы проснуться. Я не спал несколько дней, и прошлой ночью прошлое занимало мои мысли.

Я надеялся, что сегодня вечером я хорошенько высплюсь.

Было время перекусить на скорую руку и выпить чашечку кофе, а потом отправиться на утреннюю встречу.

Эмануэль вернулся с Гельмутом. Даже нескольким ученым из лаборатории пришлось сообщить, насколько далеко они продвинулись с оборудованием, которое мой отец хотел использовать для этой миссии.

Я сидел и с восхищением слушал его, пока он вел собрание.

Я фыркнул, и Эмануаль посмотрел на меня, когда сел рядом со мной на собрании.

- Ты не думал, что у твоего старика хватит духу разработать генеральный план за считанные дни?

- Честно говоря, нет. Жаль, что я раньше не сказал отцу, что его всадник все еще жив. Это вдохнуло в него новую жизнь.

- Да, и они, блядь, понятия не имеют, что у них есть власть над нами.

Я усмехнулся.

- Пообещай мне, что ты убьешь этого сукина сына, Блейк.

- Уточни, о каком сукином сыне ты говоришь?

Он улыбнулся.

- О звере.

Я посмотрел на него и улыбнулся.

- Опять же, тебе нужно быть более конкретным.

- О Саадедине, - прошептал он с улыбкой.

- Таков наш план. Я хотел позволить Елене отсидеться, но отец сказал, что ни при каких обстоятельствах. Она - часть ключа к этому. Я до сих пор не знаю, какого ингредиента не хватает.

- Ты найдешь его. Я знаю, что найдешь.

- Блейк и Эмануэль. - Отец бросил на нас свирепый взгляд.

- Извини, Боб. - Эмануэль съежился в кресле.

- Извини, сэр Роберт, - сказал я, и Эмануэль затрясся от беззвучного смеха. Было так глупо называть моего отца сэром в Лиге Драконов.

После встречи команда Кевина ждала нас в кабинете моего отца.

- Кевин, у меня нет времени болтать без умолку. Задавай свои вопросы и покончим с этим. У меня много работы, которую нужно сделать.

Кевин кивнул, и его съемочная группа подскочила к моему отцу, чтобы подготовить камеру.

Я стоял сзади, скрестив руки на груди, прислонившись к стене в углу, вне поля зрения.

Отец был готов через десять минут. Он сел на стул за письменным столом, в то время как Кевин занял другой перед его столом.

Продюсер отсчитал время. Кевин приступил к своим вопросам.

Он не поприветствовал зрителей и не представил моего отца.

Я не мог не улыбнуться, осознав, что Кевин был чертовски напуган, когда дело касалось моего отца. Я предположил, что все получили напоминание о том, что они имеют дело со старым сэром Робертом - королевским драконом. Он больше не был сломленным драконом последних восемнадцати лет.

- Итак, что вы почувствовали, когда Елена рассказала всем, что ее отец все еще жив?

- То же, что и ты, Кевин. Я был шокирован на несколько секунд, но часть меня всегда знала, что он был слишком волшебным, чтобы умереть от рук такого низкого подонка, как Горан. Я знаю, что он каждый день борется за свою жизнь, и Елена, возможно, больше не будет умолять, но я буду. Помните Великую войну, ту, в которой все драконы завоевали свою свободу? Это наследный принц сражался против своего собственного отца. Многие наследные принцы и их драконы сражались против своих родителей. Это тот человек, которого никто из вас не хочет освобождать. Нам нужна любая ваша помощь, но если вы не готовы поддержать нас, мы сделаем это сами, и у нас все получится. - Он посмотрел вниз. - Я просто не хочу быть тем, кто должен сказать ему, что этот человек и та особа не хотели биться, потому что они не приняли слова принцессы. Это опустошит его, особенно если это тот, кого он привык считать одним из своих величайших союзников.

Я поднял глаза, когда папа сказал это. Он бросал вызов Калебу по национальному телевидению.

- Это было нацелено на короля Ариса?

Сэр Роберт улыбнулся.

- Возможно, ты и забыл о нем, Кевин, но я-то нет. Альберт относился ко всем как к своим друзьям.

Сэр Роберт встал.

- А теперь, если ты меня извинишь, мне нужно готовиться к войне, и у меня есть всего три недели.

- Три недели? - спросил Кевин.

- Мой всадник возвращается домой через три недели.

Кевину и его команде нечего было сказать. Мой отец снял микрофон, который прикрепили к нему продюсеры, и положил его на свой стол. Папа ушел.

Кевин наконец показал знак «снято», и я затрясся от беззвучного смеха, стоя в углу.

- Это не заняло и десяти минут, - закричала продюсер с рыжими волосами. - Это такой беспорядок.

Она обнаружила меня и сделала жест руками.

Черт возьми, нет.

Другой схватил меня.

- Рубикон должен подойти. Люди даже не верят, что он и Елена заключили перемирие. Возьми это интервью, Кевин, - она обращалась к Кевину так, словно меня здесь не было.

Макияж размазывался по моему лицу, пока съемочная группа возилась с моей одеждой и всем остальным.

Рычание сорвалось с моих губ, и, как один, они попятились.

Чья-то рука схватила меня за локоть и потянула к отцовскому столу. Он усадил меня в кресло. И менее чем через две секунды продюсер начал обратный отсчет.

Кевин снова приступил к интервью.

- Итак, Блейк. Ты, очевидно, давно знал об этом?

- Да, Кевин. Знал.

- И что ты подумал об этом в первый раз?

Я улыбнулся.

- Честно говоря, это не Елена сказала мне правду, а народ Итана. Горан охраняет короля Альберта ценой своей жизни, так что, если ты хочешь знать, видел ли я его. - Я покачал головой. - Но я видел всех остальных. Они живы, и живы они только благодаря своему королю. Если бы он был мертв, они бы тоже умерли. Так что да, я всем сердцем верю, что он все еще жив.

- Это правда, что Елена не хотела, чтобы люди знали о том, что ее отец все еще жив?

- Да, потому что он взял с нее обещание никому не рассказывать. Он любил свой народ, о чем многие люди, похоже, забыли. Он любил их так сильно, что отказался от встречи со своей дочерью, чтобы они могли жить в мире до тех пор, пока дышат. Но я говорю, к черту все это.

Глаза Кевина и продюсера расширились.

- Я хочу, чтобы она познакомилась с человеком, которым является ее отец, человеком, которого мы все знали, а она только читала о нем в книгах по истории. И я освобожу его. Я поставлю на это свою жизнь.

Рыжеволосая опустила голову на руки.

- Каждый должен сражаться не потому, что он напуган, а из-за человека, который стоит за этими лианами, за все семьи, все еще пойманы в ловушке в Итане. Пришло время снова объединиться, как мы это делали давным-давно, когда другая сторона хотела всего для себя. Ничто больше никогда не коснется нас, если мы просто научимся держаться вместе.

- Спасибо тебе, Блейк, за то, что уделил нам время и за эти слова ободрения. - Кевин прочистил горло. - И я действительно желаю тебе всего наилучшего в продвижении этого дела.

- Спасибо, Кевин. - Я тоже снял микрофон и вышел через ту же дверь, что и мой отец. Как он мог оставить меня там с волками? Это был дурной тон.

~4~

Я присутствовал на каждом собрании, и с каждым днем план перерастал в серьезную миссию. Мы все знали, что делать, как и когда. Когда мы не были на собраниях, то наблюдали, как все больше СМИ пытались опровергнуть вести Елены, и они продолжали показывать кадры, на которых она набрасывается на публику.

Затем однажды днем Кевин взял интервью у Чарльза и Маркуса в лодже. Они поговорили с ним о действиях принцессы, и Чарльз только улыбнулся.

- Она - принцесса, и у нее есть все права набрасываться на репортеров. Они вышли за рамки дозволенного.

- Чарльз, последние восемнадцать лет ты был главой фермы в Алкадиме. Расскажи нам о том, как изменился Итан? - спросил Кевин.

- Там больше не видно звезд. Дни тоже казались длиннее. Думаю, мы потеряли время, когда вся электроника перестала работать. Отсутствие спутников означало множество сбоев, и в конце концов мы потеряли счет времени. Мы даже не могли следить за солнцем, так как много дней было темно. В Итане работают в основном генераторы, а топливо, что ж, создается так, как нам приходилось делать в старые времена. - Он рассказал Кевину все, пытаясь нарисовать яркую картину. Как драконы уродовались на публичных слушаниях. О том, что у некоторых из них больше даже не было драконьего облика. Он рассказал о том дне, когда Елена вернулась вместе со мной, и он обнаружил, что Пейя все еще существует. Он рассказал о своих эмоциях, о том, как они вспыхнули надеждой, и о том, когда он снова увидел своего дракона, здорового и живого. Это вызвало слезы у него на глазах.

- Сколько раз ты видел короля?

Какое-то мгновение он молчал.

- Четыре раза в год, до прошлого года. Но мы точно знаем, что он все еще жив. Горан не убьет его, он хочет сломить его, а король еще не сломался. Он - единственный источник света в Итане на той стороне. Вот почему так много людей все еще держатся.

- Думаешь, миссия увенчается успехом через две недели?

- Я знаю, что так и будет. Потому что в этой миссии есть не только королевский дракон, но и Рубикон, и принцесса тоже. У этих двоих все получится. Я видел их связь. Они сильны, что бы ни говорили СМИ. Они как магниты, всегда притягивающие друг друга, независимо от того, как сильно им нравится спорить.

Маркус усмехнулся.

Он задал Чарльзу еще несколько вопросов, а затем завершил интервью, умоляя мир Пейи сделать все, что в их силах, для этой миссии.

Отец вызвал меня к себе в кабинет.

Я постучал в дверь и стал ждать его команды.

- Входи, - послышался его голос, и я открыл дверь.

Листы бумаги покрывали его стол. Папа держал 3D-проект, над которым работал последние две недели.

Он получил подробный план от людей короля Гельмута, которые потратили больше суток на разведку городов Итана.

Он почти закончил его.

Он разместил небольшие 3D-объекты, чтобы завершить макет, и я дал ему время закончить.

Он выпрямился и вытер руки тряпкой, вероятно, какой-то клей, который прилип к его пальцам.

- Ты должен начать претворять свою часть плана в действие.

Я кивнул.

- Итак, я освобождаю тебя от участия в Лиге Драконов. Завтра ты вернешься в Драконию и сначала поговоришь с Оборотнями. Они нужны нам, чтобы выиграть эту войну. И возьми с собой Елену. Наблюдение за тем, как проходят эти встречи, может стать важным опытом обучения. Ей нужно знать эти протоколы, когда она будет управлять страной.

Я улыбнулся.

- Да, да, знаю. Я слишком долго держал тебя вдали от твоего всадника.

Я усмехнулся.

- Это ясно?

- Это ясно. Так что ты мог бы поработать и над этим тоже.

Я встал.

- Есть еще кое-что, Блейк.

- Что?

- Тебе нужно поговорить с Калебом. Нам нужен Арис. Я знаю, что сказал в интервью, но нам нужен флот Калеба, чтобы добиться успеха.

- Я не один из его любимых драконов в этом мире, отец.

- Попробуй, пожалуйста, - умолял он.

- Хорошо, я сделаю все, что в моих силах, но сейчас могу сказать тебе, что я не тот человек, чтобы достучаться до него.

- Может быть да, а может и нет. - Отец улыбнулся и вернулся к своему проекту.

- И это все?

- Да, и что бы ты ни делал, убедись, что жители Пейи видят, что вы с Еленой сильнее, чем когда-либо.

- Я так и сделаю.

- Наслаждайся последней ночью в Лиге Драконов.

Он отпустил меня, и я пошел собирать вещи. Я был так готов вернуться и хоть раз просто побыть драконом Елены.

Впереди нам предстоял огромный путь.

Я набрал номер кэмми Айзека.

Его лицо появилось через пару секунд.

- Чувак, как дела?

- Я в порядке. Как ты?

- Лучше. Я бы хотел, чтобы с этим дерьмом «Освободим Итан» было покончено прямо сейчас, и все вернулось на круги своя.

- Как и я, нас двое, - признался я.

- Твой отец серьезно настаивает на этом?

- Да, осталось две недели.

- Чувак, это жестко.

- Расскажи мне об этом.

- Ты нашел недостающий ингредиент?

- Пока нет, но папа твердо уверен, что это то, что мы с Еленой переживаем, так что это может быть нашей любовью ко всему, что мы знаем.

- Мы пишем песни об этом дерьме, чувак. Любовь могущественна. - Он говорил так, словно был под кайфом от травки.

- Ты под кайфом?

- Кайфую от жизни, - поддразнил Айзек, и мы оба рассмеялись.

- Мне нужна услуга.

- Все, что угодно, просто скажи мне, чего ты хочешь?

- Встреча со старейшинами завтра вечером. Думаешь, сможешь это сделать?

- Еще бы. Я последний орел Соверен-Хайт, так что держу пари, я смогу организовать встречу. Во сколько?

- Около шести - половины седьмого.

- Я позвоню завтра утром и сообщу о вердикте. Принцесса придет?

- Да, ей нужно выучить протокол Оборотней.

- Рэд, только не забудь сказать ей, чтобы она не глотала этот триппи-сок.

Я усмехнулся тому, как он это сказал.

- Поверь мне, скажу.

- Поговорим позже, приятель. Позволь мне пойти и внести свой вклад в эту войну.

- Это не война. Это спасательная миссия, - напомнил я ему.

- Которая, я обещаю, приведет к жертвам.

Я усмехнулся, и его голограмма исчезла.

Я был рад вернуться в Драконию. Держать Елену в своих объятиях. Мы много раз разговаривали по телефону по ночам, но это было уже не то. Я скучал по ее запаху и по тому, что она была рядом со мной.

Эти две недели - все, что у меня было с ней. Мне нужно было заставить их считаться.

В ту ночь я рано лег спать, так как последние несколько ночей плохо спал. Знание того, что завтра я увижу Елену, помогло мне лучше уснуть сегодня ночью.

После завтрака я ушел и сказал отцу, что позвоню ему после сегодняшней встречи.

Полет в Драконию занял несколько часов, но я снова заставил себя попытаться побить свой рекорд.

Я приземлился во внутреннем дворе и был удивлен, увидев мастера Лонгвея, выходящего из главного входа.

Я снова принял человеческий облик и натянул джинсы и рубашку.

- Ты продолжаешь расти, Блейк. Могу поклясться, ты стал больше, чем в последний раз, когда я видел твоего дракона.

- История моей жизни.

Он усмехнулся.

- Мне нужно, чтобы Елена выполнила несколько поручений.

- Поручений?

- Переговоры с оборотнями. Они нужны нам для этой миссии и, надеюсь, Король Калеб тоже.

- Да, он был с ней не так любезен во время той встречи после того, как она рассказала, что король Альберт все еще жив.

- Да, меня не волнует, что он чувствует. Нет никакого плана. Ему нужно сражаться.

- Он так и сделает. Он хочет, чтобы мы еще немного поунижались.

Я усмехнулся.

- Да, я пресмыкаюсь только перед одним членом королевской семьи, и это не король Калеб. Возможно, мы сегодня останемся с ночевкой у мамы, но я дам тебе знать. Все зависит от оборотней.

- Желаю вам обоим всей удачи на свете, Блейк. Пришло время, чтобы Пейя увидела вас с Еленой единым целым.

- Согласен с этой частью, - пробормотал я и вошел в здание, в то время как он направился к лазарету. Тетя все еще была в отпуске, и думаю, пройдет время, прежде чем она вернется.

Я бросился вверх по лестнице к девочкам и почувствовал притяжение. Елена определенно была в своей комнате.

Я добрался до их спален и постучал в дверь. Мое тело уже встрепенулось, будто в него вливалась новая жизнь. Я ни капельки не возражал против этого.

Сестра открыла дверь. На ее лице отразилось искреннее облегчение. Она обвила руками меня за талию.

Ладно, это было странно.

Я разорвал объятия и вошел в их комнату.

Елена обернулась, встала, подбежала ко мне и буквально прыгнула в мои объятия.

Я рассмеялся, когда она прижалась своими губами к моим - мой наркотик.

Но она прервала поцелуй слишком быстро, чтобы добиться полного эффекта, разливающегося по моему телу и заставляющего меня вести себя как идиот.

- Когда ты вернулся? - спросила она.

- Несколько минут назад, - ответил я, не в силах скрыть своих чувств.

Я увидел на телевизор, когда опустил ее обратно на пол.

- Почему ты это смотришь?

Пульт лежал на кофейном столике, и я огромными шагами направился за ним.

Я выключил.

- Серьезно? - Сестра хмыкнула. Она снова одарила меня таким взглядом, будто я собирался исчезнуть в любую секунду.

С ней что-то было не так, но я спрошу Елену позже.

- За последние две недели я выслушал множество планов о том, как мы собираемся это осуществить. Я не хочу слушать неверующих в течение следующих двух недель. Большое спасибо, - небрежно передразнил я ее.

Сэмми закатила глаза.

- Это все еще моя комната.

Неважно.

- Итак, каков наш план, Блейк? - спросила Елена.

- Ну, сейчас мне нужно поесть.

Она рассмеялась. Я даже по этому скучал.

- И потом, мне нужно, чтобы ты пошла со мной, чтобы мы могли убедить больше людей сражаться вместе с нами.

Она хмыкнула.

- Мне показалось, ты сказал, что тебе наплевать на неверующих.

- Эти не такие. Они не являются неверующими. Они просто отрезаны от прессы и средств массовой информации.

- Куда ты меня ведешь?

- Только не в Итан. Обещаю. - Я снова притянул ее к себе и наклонился для еще одного поцелуя. - Но они тебе действительно нужны, - прошептал я ей в губы.

- Не мне, а нам. Они нам действительно нужны. - Она строго посмотрела на меня.

- Ладно, они нам действительно нужны. - Я игриво посмотрел на нее, исправляя свою ошибку.

Я пожал много рук, пока мы оба шли по коридору в сторону кафетерия.

Было здорово вернуться в место, где я чувствовал себя как дома, где я мог быть просто Блейком.

Шеф-повар улыбнулся, увидев, что я приближаюсь.

- Блудный сын вернулся.

Я рассмеялся над тем, как это высказывание становилось обычным делом.

- Как прошло твое обучение в Лиге Драконов?

- Насыщено событиями, это уж точно.

- Я слышал, что ты наконец-то поймал Пола и Нору. Подумать только, они были прямо у всех под носом. Никогда не знал, что виверны настолько талантливы.

- Мало кто это знает. Нам еще многое предстоит узнать о вивернах, и сомневаюсь, что когда-либо будет возможно узнать, на что они действительно способны.

- Было бы неплохо, если бы кто-нибудь действительно смог собрать факты о них и написать эту книгу.

- Да, это было бы потрясающе, - поддержал я. Особенно о тех угрозах, которые они нам представляли.

Мы собрали тарелки и пошли садиться за столик на двоих.

- Итак, мне нужно тебе кое-что сказать, - сказала Елена.

Я прищурился.

- Что?

- Я получила костюм и попросила его изменить. - Последнюю часть она произнесла быстро, прежде чем положить в рот вилку с горкой еды.

- Ты что?

Она вздохнула.

- В видении ты был одет в черное. Я сменила его на белый.

- Елена, - сказал я и рассмеялся. - Это не так работает.

- Мне все равно, - проскулила она.

Я коснулся ее руки, зная, что она сделает все, что в ее силах, чтобы не дать одному из нас погибнуть.

- Спасибо, это восхитительно.

- Не за что. - Она улыбнулась и продолжила есть.

- Так где же Джордж и Бекки? Я его вообще не видел.

Она покачала головой, и ее улыбка тут же исчезла.

- Елена?

- Я не видела ее после интервью. Она сказала, что ей нужно пойти к маме, и все. Она отказалась разговаривать со мной и даже не берет трубку, когда я звоню. Как и Люсиль.

Я разговаривал с Джорджем. Бекки действительно была так расстроена из-за Елены?

- Я поговорю с Джорджем сегодня вечером, узнаю, все ли в порядке.

- Спасибо. - Ее голос звучал так, словно она вот-вот заплачет.

Внешность моей сестры всплыла в мыслях.

- Могу я тебя кое о чем спросить? - Мне нужно было знать.

- Конечно.

- Саманта знает о видении?

Ее губа слегка дрогнула.

- Она узнала о нем, когда прибыл костюм.

- Это все объясняет. Я просто хотел знать.

- Что объясняет?

- То, что она делает, когда не знает, что ждет ее в будущем.

- Ну, она этого не знает; это не ее способность.

Я улыбнулся.

- Просто не могу смириться с тем, что Сэмми тоже беспокоится об этом.

- Она - твоя сестра. Я - ее лучшая подруга. Это трудно, и она будет волноваться, нравится тебе это или нет. Так поступают люди, когда кого-то любят.

- Хорошо, Фрейд, как скажешь, - ответил я, но, честно говоря, я не думал об этом в таком ключе. В этом был смысл.

Елена рассмеялась, пока мы продолжали есть.

- Итак, что ты думаешь об этом костюме?

- Кое-что еще, что я должна сказать.

- Что еще? - Я нахмурился.

- Ладно, это чертовски блестяще. Я и не знала, что в тебе это есть.

- Что я могу сказать? Я - мастер во многих вещах.

- Ты такой. - Она рассмеялась. - Итак, куда мы направляемся?

Я зарычал, обнажая зубы.

- Пожалуйста, скажи мне. Я не сильна в сюрпризах.

- Я боюсь, что ты не пойдешь со мной, если я скажу тебе, и, честно говоря, две недели вдали от тебя были действительно тяжелыми.

- Перестань ныть. Куда?

- К семье Айзека.

Она расхохоталась.

- Ты ведешь меня в дом участника своей группы? Это так ужасно, - насмехалась она надо мной.

- Что я могу сказать?

- Должна ли я взять свои топоры? – пошутила она.

Я рассмеялся.

- Я бы с удовольствием посмотрел на выражение лица Айзека, но нет, они не представляют угрозы.

- Ты сказал, что они уединены.

- Скорее, не совсем уединены... увидишь, когда мы доберемся туда.

- Ладно, как скажешь.

~5~

Елена бросилась в свою комнату, чтобы одеться для встречи с оборотнями. Она выглядела взволнованной, и сердце ее бешено колотилось.

Я написал Айзеку, чтобы узнать вердикт.

Они согласны встретиться с тобой, Блейк. Не забудь предупредить Елену, чтобы она не пила триппи-сок.

Я снова усмехнулся, прочитав его сообщение.

Я быстро пошел в офис Чонга, чтобы рассказать ему о сегодняшней встрече и о том, что я дам ему знать, во сколько мы вернемся. Особняк был ближе к деревне Оборотней, и мы могли бы переночевать сегодня у мамы.

- Желаю тебе всяческой удачи, Блейк, - сказал Чонг.

- Спасибо, - улыбнулся я.

Я ждал Елену у входа в академию, одетый в свою мантию.

Встречи со старейшинами были суровым испытанием. Именно так они заключали союзы и обсуждали военное искусство, чтобы защитить свой образ жизни и традиции. Айзек был следующим, кто займет место отца в качестве главы сообщества оборотней. Однажды он станет выдающимся лидером.

Елена скатилась по ступенькам, и моя улыбка тут же засияла.

Она стала для меня всем так быстро, что я ни секунды не жаловался на это. Все было так, как и должно быть между дентами.

Я протянул ей руку, когда она огляделась. Она, вероятно, гадала, где Чонг.

Выйдя на улицу, я стянул с себя халат, когда она отвернулась, и превратился в дракона.

Она подняла с земли мой халат, когда я протянул ей свое крыло, а затем она изо всех сил взбежала по моему крылу, когда я поджал его, чтобы быстрее усадить ее себе на спину.

Она уселась между двумя моими рогами, и я поднялся в воздух так грациозно, как только мог.

Дорога к сообществу Оборотней занимала несколько часов, но мы должны были успеть к встрече.

По дороге туда Елена была молчалива, и это было в такие моменты, как сейчас. Как бы мне хотелось услышать ее мысли. Мы действительно могли бы отлично побеседовать во время путешествия.

Когда на горизонте показались слабые огни деревни оборотней, я спустился, и через несколько минут мы приземлились прямо перед их высокими стенами.

Елена соскользнула с моего крыла и протянула мне халат. Она снова отвернулась, чтобы я мог вернуться в свой человеческий облик.

Ворота открылись, и Тим вышел наружу. Он был медведем-оборотнем, охраняющим вход. Я накинул халат и подошел к нему гигантскими шагами, протягивая руку для приветствия.

- Тим.

- Блейк, - ответил Тим и пожал мне руку.

- Это Елена. - Я познакомил ее с Тимом.

Он бросил на нее странный взгляд, будто никогда раньше не видел женщину, но быстро пришел в себя и схватил ее за руку.

- Так приятно познакомиться с вами, принцесса.

- Елена – будет нормально, и мне тоже приятно с вами познакомиться. - Она говорила уверенно.

Я усмехнулся, когда Тим повел нас через ворота в деревню.

Это было красивое поселение с гигантскими деревьями и множеством домиков. Я слышал, как река журчала по камням в нескольких милях к югу, которые вели к их озеру.

Они веками жили за счет земли и озера.

Джеральд тоже был здесь. Он был пантерой, а его человеческая форма была размером с дом.

- Блейк, - поприветствовал он меня, и я пожал ему руку, когда Тим повел нас к фургону, который должен был отвезти нас с Еленой к дому Юрия.

Фонари висели у нас над головами, освещая путь. Я понял, почему Айзек любил свой дом. Тут было так мирно и все еще так нетронуто.

Я позволил Елене первой забраться в фургон.

Я сел рядом с ней, пока Джеральд и Тим забирались на переднее сиденье.

Первые ворота уже закрылись, когда Джеральд завел двигатель, и Елена схватила меня за руку.

Искры электричества взлетели вверх по моим пальцам и руке. Я приветствовал ее искры в любой день.

Я крепче сжал ее руку и наблюдал, как открываются вторые ворота.

Показался въезд в деревню, и нас встретили ряды хижин.

Елена ахнула и не знала, куда ей смотреть. Она постоянно вертела головой, чтобы все рассмотреть.

Хижины были освещены одним или двумя фонарями, установленными на крыльцах, и слабый свет проникал в окна.

- Это немного странное сообщество, но я уважаю их убеждения.

- Значит, они действительно отрезаны от мира?

- Люди оставляют их здесь в покое. Пейя боится, что ее засосет в их мир.

- Нет ничего плохого в том, чтобы так жить.

Огромная улыбка расплылась по моему лицу.

- Верно, но ты должна согласиться, тут похоже на амишей, тебе не кажется?

- В том, чтобы быть амишем, тоже нет ничего плохого, - игриво пожурила она меня.

Я рассмеялся.

- Конечно, нет. Тут просто скучно.

- Как Айзек справляется с таким образом жизни?

Я просто рассмеялся. Я не мог рассказать Елене об этом в присутствии Тима и Джеральда.

- Все оборотни так живут? - задала она еще один вопрос, когда фургон свернул к дому Айзека.

- Да, все участники группы являются частью этого сообщества, и у них есть какие-то причудливые традиции, когда кто-то приходит поговорить с ними о чем-то. Что бы тебе ни дали выпить, просто подожди, прежде чем глотать. - Последнюю часть я произнес так быстро, что понадеялся, что она расслышала правильно.

Фургон остановился перед домиком Юрия. В дверном проеме висел фонарь.

- Спасибо, Тим. Увидимся позже, - сказал я.

Я взял Елену за руку, помог ей выбраться из фургона и повел к дому.

Дверь фургона закрылась, и они уехали.

- У них здесь действительно нет электричества? - спросила Елена.

- Есть, но они в него не верят. Некоторые люди просто любят природу и предпочитают оставаться в районе, где они чувствуют себя в безопасности.

Она улыбнулась, когда мы поднимались по ступенькам.

Я постучал в дверь и стал ждать. Никто не пришел, и я знал, что Мисси ждет, чтобы снова наброситься на меня.

- Никого нет дома? - спросила Елена.

- Нет, они здесь, - прошептал я, затем повернул ручку. Дверь открылась, внутри царила кромешная тьма.

- Что ты делаешь? - прошептала Елена.

- Успокойся. Это не то, на что похоже. Просто оставайся здесь.

- Черт возьми, ну уж нет, - сказала она и шлепнула меня по заднице, когда мы вошли в дом.

Я слышал сердцебиение Химеры, но знал, что в конце концов мне просто придется сдаться. Иначе она никогда не остановится.

Сердце Елены снова заколотилось как сумасшедшее.

Пол тихо скрипнул у нее под ногами, и именно в этот момент Мисси нанесла удар.

Она врезалась в меня. Это были просто хвост и лапы, когда она прижала меня к земле.

Глухой удар в том месте, где стояла Елена, достиг моих ушей, и я увидел ее на полу.

Она сразу насторожилась, но тут Айзек рассмеялся и вышел из кухни.

- Ты поймала его, Мисси. Изменись обратно, пока не довела принцессу Пейи до сердечного приступа. - Фонарь, который держал Айзек, слегка осветил комнату, и сердцебиение Елены замедлилось.

Мисси слезла с меня.

- Извини за то, что напугала, - обратилась она к Елене.

Я принял руку Айзека, помогающего мне встать. Мисси снова приняла человеческий облик и совершенно голая побежала вверх по лестнице. Ее длинные светлые волосы скрывали большинство важных частей тела.

Мы посмотрели на Елену, которая, разинув рот, смотрела на фигуру Мисси, и рассмеялись.

- Мисси - моя младшая сестра, - сказал Айзек, снова привлекая к себе внимание Елены.

- Кто она?

- Никогда раньше не слышала о химерах?

Елена покачала головой.

- Ну, они довольно редки, вымерли в шестнадцатом веке, если не раньше. Моя сестра и отец - одни из немногих химер, которые у нас еще остались.

- Итак, я так понимаю, ты не химера?

- Нет, я намного круче.

Я рассмеялся.

- Что, я такой и есть? Я намного быстрее тебя.

- Ты тоже дракон? – выдохнула Елена.

- Он хотел бы, - прощебетал я и издал высокий свистящий звук.

- Нет, я - орел. - Айзек улыбнулся. - Мама была вторым орлом в семье, но она умерла давным-давно. Теперь остались только я, Мисси и мой папа.

- Кстати, о твоем отце, он здесь?

- Он прямо здесь. Все они, так что я надеюсь, ты проинформировал принцессу о ритуалах.

- Я так и сделал, не волнуйся. - Я улыбнулся, но знал, что он имел в виду триппи-сок.

- Понятия не имею, как пройдет сегодняшний вечер. Отец все еще держит меня в неведении, - сказал Айзек на латыни. - Но они были потрясены, когда пришло известие о короле. Каким бы ни был вердикт, ты знаешь, что мы с тобой.

- Знаю. - Я хлопнул его по спине. Я попытался еще раз убедить Елену не пить, но не смог ничего сказать, так как Юрий мог меня услышать.

Я надеялся, что она поняла меня и подождет, а потом выплюнет в бутылку содержимое, а не проглотит. Я был уверен, что она меня услышала.

Мы вошли на кухню Юрия, где все старшие сидели за столом.

Юрий был главой, а рядом с ним расположились Арнольд, отец Тео, Барри, отец Тая, Вильгельм, Фальк и Лео, дядя Тая и брат Барри. Джедай, брат Юрия, а за ним Пит, леопард-оборотень.

Все они сидели вокруг дубового стола с трубками и рюмками наготове, пока угольная плита разогревала кухню.

Айзек придвинул стул поближе к отцу, а два стула рядом с ним были свободны для нас с Еленой.

Мы сели.

Сегодня вечером Юрий оделся в традиционную одежду. В его волосы были вплетены перья орлов, ястребов и ворон.

Каждое перо представляло собой что-то особенное. Орлиное перо гласило - говори мудро и мысли непредвзято. Ястребиное перо видело правду от других или опасность их лжи, какой бы она ни была, а воронье перо служило для общей защиты. Они считали этих трех птиц священными для своей общины.

На нем была традиционная кожаная рубашка, брюки и обувь. Все старейшины так были одеты, кроме Айзека, поскольку он еще не был частью их, но он мог присутствовать на собрании сегодня вечером.

Юрий зажег последний фонарь и посмотрел на меня.

- Я слышал, на этот раз она тебя подловила.

Я усмехнулся.

- Я знал, что Мисси где-то прячется в темноте.

Все рассмеялись.

Юрий откинулся на спинку стула.

Лео поставил перед нами рюмки с жидкостью, и я глянул на Елену, уставившуюся на напиток.

Затем Юрий открыл собрание их традиционной руководящей молитвой.

Елена посмотрела на меня, и я подмигнул и опустил голову, но не закрывал глаза.

После молитвы мы все взяли рюмки и опрокинули жидкость в рот.

Айзек немедленно встал, достал из холодильника два пива и протянул по одному мне и Елене.

Я немедленно выплюнул порцию в пиво и увидел, что Елена сделала то же самое.

Мои губы слегка изогнулись, когда я понял, что она услышала меня, независимо от того, как быстро я говорю. Мы были так настроены друг на друга.

Юрий раскурил трубку.

- Добро пожаловать в мой дом и на эту встречу. Меня зовут Юрий, и я возглавлю альянс.

Он представил остальных.

- Юрий, я хотел бы познакомить тебя с принцессой Пейи, - наконец сказал я, и она глубоко вздохнула. Она, должно быть, чертовски нервничала, но пожала ему руку.

- Просто Елена.

- Юрий, - ответил он с широкой улыбкой и сделал еще несколько затяжек из трубки, прежде чем затушить ее и положить на стол.

- Пожалуйста, садитесь.

Мы снова сели, и через несколько секунд атмосфера изменилась.

- Когда Айзек сказал, что вы хотите прийти и повидаться с нами, мы сразу поняли, почему вы хотели поговорить с нами. Мы получили сообщение несколькими часами ранее и ждали вашего запроса на приглашение. Нам жаль разочаровывать, Блейк, но оборотни не будут сражаться в этой войне.

Я должен был признать, что совсем этого не ожидал.

- Что? - Айзек не чувствовал себя ни своим отцом, ни кем-либо из старших.

- Я решил.

- Вы все так решили? - Айзек посмотрел на них всех. - Дядя Джедай, Пит? – спросил он: - Вы забыли, кто дал нам эту землю, кто чтил наши убеждения, когда никто другой этого не делал?

- Это в прошлом, сынок. Мы вели свои войны. Мы сражались во множестве войн. Король поймет. - Выражение лица Юрия было непроницаемым, когда он посмотрел на Айзека.

- Отец, нам нужно сражаться.

Юрий кулаком ударил по столу, и Елена слегка подпрыгнула.

- Это не наша война, сынок. Это война между драконами и вивернами.

- А как насчет короля Альберта?

- Я хорошо знал короля, и могу обещать одно: он этого не хочет. Он тоже не хочет драться. Он бы никогда не захотел, чтобы эти Лианы были уничтожены. Его самой большой заботой всегда был его народ, и это то, что я разделяю с королем, Айзек.

- Они нуждаются в нашей помощи, - проговорил Айзек сквозь стиснутые зубы.

- Мне жаль, Айзек. Я не могу.

- Ну что ж. – Айзек поджал губы. - Если ты не будешь, это сделаю я.

- Айзек, - сказали мы с Еленой одновременно.

- Я запрещаю тебе, - приказал Юрий.

- Я следующий в очереди на пост главы, - сказал Айзек. - Я не буду трусом.

- Мы не трусы, - сказал Барри, поджав губы. - Ты когда-нибудь задумывался о том, что если Блейк и Елена, если все они, не добьются успеха? Что станет с Пейей? Ты не знаешь о том времени, Айзек, когда в Итане разразилась война, когда Лианы поглотили Итан. В ту ночь я потерял многих друзей-оборотней и семью. Горан просто слишком силен, и предположительно, он вызвал Саадедина. Ты знаешь, на что похож Саадедин, когда он зол?

- Мне все равно! Мы должны сражаться! - прокричал Айзек Барри.

- Ты умрешь! - сказал Юрий. - Ты последний из орлов Соверенхайта, Айзек.

- Тогда они будут петь песни о моей храбрости, отец, но я не трус. Я буду бороться. Группа тоже будет сражаться. - Он посмотрел на меня. - Мы никогда не бросим тебя, Блейк. Никогда.

- Айзек, так...

- Прекратите! - закричала Елена, и все они посмотрели на нее. - Мы не выиграем эту войну, сражаясь друг с другом. Мы можем победить, только заключив союз. - Она глубоко вздохнула, и я, прищурившись, посмотрел на нее. Черт, она выплюнула сок или нет?

- Айзек, я понимаю, почему твой отец не хочет драться, и он прав. Он довольно хорошо знает короля, и поверь мне, в этой комнате нет человека, который хотел бы освободить его больше, чем я, но это не может быть результатом принуждения людей сражаться. Я согласна с твоим отцом. - Ее слова лились рекой. - Ты последний в своем роде, и, надеюсь, однажды ты сможешь показать мне, что такого волшебного в Орлах Соверенхайт. Я, например, отказываюсь узнавать, какими они были раньше, по песням. Убийство Саадедина будет чудом, и твой отец прав. Если по какой-либо случайности у нас ничего не получится, или мы его не убьем, кто-то сильный должен быть здесь, чтобы сражаться за других...

Что? Я мог бы переубедить Юрия. Зачем она это делала?

- Елена, это не то, что имел в виду мой отец, - сказал Айзек.

- Ты не знаешь, что имеет в виду твой отец. Я никого не буду заставлять сражаться за мое дело.

- За наше дело, - перебил я.

- Прости. - Она улыбнулась. – За наше дело. - Она закрыла глаза, изо всех сил пытаясь произнести эти слова. Я нахмурился и просто смотрел на нее.

Она посмотрела на Юрия, и на ее лице появилось то же самое чертовски разочарованное выражение, что и у ее отца.

Юрий тоже это увидел, и его поза изменилась, но он не изменил своего мнения о союзе.

Елена улыбнулась.

- Спасибо, что уделили мне время. - Она посмотрела на них всех. - За все ваше время. Было действительно приятно с вами познакомиться.

Они все молчали, просто уставившись на Елену. Никто не произнес ни слова.

- Ты очень похожа на свою мать, - сказал Юрий. - Просто знай, что было сложно принять это решение.

- Не так уж и сложно. Когда-то я была там, где вы сейчас, и потом кто-то наконец-то достучался до меня и объяснил, почему мы должны были сделать это или умереть, пытаясь.

- Елена, - сказал Айзек.

- Не надо, Айзек. Это мое решение, и Блейка оно тоже касается. Ты можешь подраться в другой раз.

Она посмотрела на меня, и я встал.

- Спасибо, что согласились встретиться с нами. Это было приятно, как всегда. Извините, мы не можем задержаться дольше. Может быть, в следующий раз. - Я посмотрел на них всех.

Юрий кивнул, его улыбка погасла.

Мы направились к двери и дальше по коридору, через который пришли. Айзек ничего не сказал, просто попрощался и повел нас к выходу.

Елена шла быстро, но ее немного шатало. Я бросился за ней, и мы забрались в фургон.

- Все в порядке? - Голос Тима звучал удивленно, вероятно, из-за того, что это произошло так быстро.

- Да, - сказал я, продолжая смотреть на Елену. - Что, черт возьми, это было? - Я уставился на нее. - Я мог бы переубедить его.

Она глубоко вздохнула и улыбнулась мне.

- Я знаю, ты мог бы, но... - Она покачала головой. - Возможно, я не самая подходящая принцесса и не преуспеваю в этой должности, но если есть одна вещь, которой я научилась у королевы Мэгги, так это никогда не заставлять своих людей делать то, чего они не хотят. Это не кодекс монархии. Преданные докажут свою преданность в трудную минуту. Нам просто нужно иметь веру. - Ее голос звучал странно, не похоже на нее саму, а потом она коснулась моего лица.

О, черт. Елена выпила сок. Я рассмеялся.

- Пожалуйста, только не говори мне, что ты проглотила ту стопку.

- Конечно, проглотила? - сказала она с огромными глазами.

- Как ты думаешь, почему Айзек дал тебе пиво? Ты должна была выплюнуть напиток в пиво, - прошептал я.

- Что? - Она взвизгнула, прикрыла рот ладонью и истерически рассмеялась. - Что происходит?

- Извини за это, Тим. Этот человек собирается отправиться в путешествие всей своей жизни. - Я извинился, и Тим громко расхохотался.

Ей очень быстро понадобится Ласточкокрылая. Моя мама была ближе всех.

~6~

Я заставил Тима и Джеральда забыть о нашем разговоре о том, что нельзя пить триппи-сок. Они не могли доложить Юрию, что я больше его не пью. Они никогда больше не сядут со мной рядом.

Елена изо всех сил пыталась забраться мне на спину, но справилась до того, как ее разум окончательно сошел с ума.

Она истерически рассмеялась. И я не знал почему?

Я мог только догадываться, что она видела. Я вспомнил, как проглотил его в первый раз. Это был ужасный опыт - видеть демонов и существ, которые выходили из-под земли. Когти и усики пытались схватить меня, утащить обратно в ад.

Я все еще считал это одним из десяти моих самых ужасающих переживаний.

Но Елена видела нечто иное. То, как она смеялась, говорило мне об этом.

Она лежала у меня на спине за моими двумя рогами и каталась по ним.

Это была ужасная ошибка.

Она говорила по-английски, и я не понимал, что она говорит.

Она снова перекатилась, и на этот раз скатилась с моей спины.

Я нырнул и схватил ее лапой.

Она даже не закричала. Она продолжала смеяться.

Держа Елену в лапе, я полетел в поместье. Мама была ближайшей Ласточкокрылой и знала, что делать.

- Я - дракон, - крикнула она на латыни, а я посмотрел на свою сомкнутую лапу и покачал головой.

Смешок сорвался с моих губ.

Герберт стал великаном, и она изо всех сил пыталась разгадать загадку Герберта. Она снова расхохоталась.

Великаны и головоломки? С моих губ сорвалось еще больше смеха. По крайней мере, она говорила на латыни, чтобы я мог ее понять.

В поле зрения появилось поместье, и я приземлился на место на трех лапах, удерживая ту, где была Елена, в воздухе.

- Единороги, - выдохнула она. - Какой ты прекрасный единорог. - Она оживленно говорила. - Да, это так. Такой красивый.

Я положил Елену на землю и изменился, когда она вырвалась из моей лапы. Я наклонился, поднял ее и отнес в комнату.

- Мам, иди скорее, - крикнул я.

Елена продолжала дотрагиваться до моего лица, почти шлепая меня, а потом снова истерически смеялась.

- О, такая красивая лошадка, не убегай.

- Блейк, - донесся из коридора мамин голос.

- В мою комнату, - крикнул я, и через несколько секунд дверь открылась.

Елена продолжала смеяться, когда я уложил ее на кровать.

Мама выглядела обеспокоенной. Когда Елена рассмеялась, ее беспокойство превратилось в ужасающий взгляд.

- Пожалуйста, не говорите мне, что она пила...

- Она проглотила по ошибке, - сказал я и посмотрел, как она лежит на моей кровати. Ее тело обмякло, но слова продолжали литься из рта. У нее был серьезный разговор с кем-то или с чем-то. - Пожалуйста, скажи мне, что с ней все будет в порядке?

Елена посмотрела на мою маму и рассмеялась.

- Моя королева лягушек, - сказала Елена.

Мы оба разразились смешками.

- Ну, - сказала мама, глядя на нее. - По крайней мере, это сказочные существа, а не демоны. Пойду, приготовлю противоядие.

Она вышла из комнаты. Я присел на корточки рядом с кроватью, слушая, как Елена рассказывает о том, что она переживала.

Мама была права. По крайней мере, это были сказки.

Час спустя мама вернулась в комнату и протянула мне противоядие. Елене было трудно засунуть его в рот, но она проглотила, а потом потеряла сознание.

Это было весело. В тот единственный момент, когда Елена все еще просила королеву-лягушку о проходе через ее королевство. Затем ее глаза закатились, и она плюхнулась на мою кровать, как тряпичная кукла.

Я укрыл ее одеялом, а мама дотронулась до ее головы, чтобы измерить температуру.

- Ты сказал ей не пить это, верно?

- Да, я думал, она меня услышала, - вздохнул я.

Мама улыбнулась, глядя на нее, и покачала головой.

- Она немного поспит. Пойдем приготовим какао.

Я отошел от Елены, она была в безопасности в моей комнате, и последовал за мамой обратно вниз.

Я скучал по разговорам один на один с мамой. Она всегда была так занята всем, что ее окружало, и она также очень беспокоилась обо мне. Особенно теперь, когда я больше не был темным и вернулся к тому, кем был раньше.

В тот вечер мы говорили о стольких вещах.

Елена упоминалась во всех ее темах. Мама хотела знать, рассказывала ли она мне еще о своем восхождении.

Я покачал головой.

- Мы не могли говорить об этом, так как никто не мог знать, что король все еще жив.

- Думаешь, это было мудро, Блейк? Держать это в секрете так долго.

- Не знаю. - Я хотел рассказать ей о предзнаменовании, нависшем над нашими головами, но было достаточно плохо, что об этом знал один из родителей.

Я не хотел, чтобы мама относилась ко мне так, как относилась сестра.

- Мне нужно позвонить Джорджу, - сказал я и встал.

- Блейк, уже поздно.

- Он еще не спит.

Я достал Кэмми и набрал его номер. Его лицо появилось на голограмме.

- Привет. - Он выглядел счастливым, увидев меня.

- Привет, Джордж, что, черт возьми, происходит? Почему Бекки все еще расстроена?

- Ты знаешь Бекки, Блейк. Я пытаюсь донести до нее, что вы, ребята, никому не могли рассказать. Мне было неловко вот так подставлять твою сестру, говоря, что она не умеет хранить секреты и все такое.

- Она не могла ей сказать. Чего не понимает Бекки?

- Прошло больше года, Блейк?

- Она обещала ему никому не рассказывать, Джордж. Это ее отец. Пожалуйста, попробуй это исправить. Если бы я мог, я бы сделал это, но у меня нет времени. Глупо злиться на кого-то из-за глупостей. Кроме того, за две недели может случиться все, что угодно.

- Он продвинул эту миссию дальше?

- Да. Чего еще ты ожидал? Он - его дракон, Джордж. Мы бы сделали то же самое, если бы наши всадники оказались в ловушке за лианами.

- Я слышу тебя. Ладно, - вздохнул Джордж. - Я знаю, что ей сказать.

Мои губы дрогнули.

- Я твой должник.

- Ты мне ничего не должен. Скоро увидимся.

- Буду ждать.

Звонок завершился, и я вернулся к маме. Мы говорили о Бекки, как тяжело ей было смириться с тем фактом, что ее отец жив. Пойманная в ловушку известиями из Итана, она не разговаривала с Еленой последние две недели.

- Это был тяжелый удар для всех нас, Блейк. Бекки придет в себя.

- Ей лучше бы это сделать, потому что через две недели все будет по-другому.

- Твои тетя и кузина возвращаются. Констанс хочет создать пункты спасения, чтобы помочь. Она хочет использовать поместье для своих встреч.

- Что ты собираешься делать?

- Я - Ласточкокрылая, Блейк. Я помогу в одном из этих моментов.

- Держи Энни подальше от всего этого. Она достаточно настрадалась, мама.

Мама улыбнулась и кивнула.

- На днях она изменилась. Это были всего лишь чешуйки, но, по крайней мере, она старается. В последнее время без помощи Эмануэля ей помогают Чарльз, Констанс и Дэвиду.

- Она это сделала?

Мама кивнула.

- Констанс сказала, что это была кроваво-красная чешуя. Энни разразилась слезами.

- Она вернет своего дракона. Я знаю, она может это сделать.

Часы шли, пока мы говорили о миссии. Чарльз и другие обитатели охотничьего домика направлялись во дворец в Тите, чтобы помочь защитить детей. Академия Дракония будет еще одним надежным местом.

Я чувствовал, как напугана мама, хотя она и не хотела мне этого показывать.

Когда взошло солнце, мы поговорили о встрече. К ее удивлению добавился шок от того, что Юрий не хотел драться.

И удивление тому, что Айзек так рвался в бой, и что он наконец-то восстал против отца, и не тому, что Юрий был тираном. На самом деле, он был любящим отцом.

Она улыбнулась, когда я рассказал ей, как Елена остановила все это. Я мог бы переубедить его. Я рассказал маме, как Елена объяснила, что не хотела никого заставлять бороться за дело, в которое они не верят.

- Она так похожа на своего отца.

- Но она до мозга костей напоминает королеву Катрину, когда противостоит людям.

Мама рассмеялась, так как знала, как сильно я боялся мамы Елены.

Я тоже усмехнулся.

- Юрий просто напуган, Блейк.

- Мы все напуганы, мама.

- Знаю, но он забыл, что значит храбрость, как твой отец на протяжении многих лет.

- Не знаю. Сегодня вечером я чувствую себя так, словно предал Айзека.

- О, моя голова, что, черт возьми, произошло? - Елена, наконец, вошла на кухню.

Я посмотрел на маму, и мы рассмеялись. Мама встала со стула и прикоснулась к лицу Елены.

- Держу пари, у тебя чертовски болит голова.

Елена надулась и кивнула, когда мама коснулась ее висков, и я мог видеть, как Елена тает в ее ладонях.

- Это так приятно, - прохрипела она.

Они простояли так еще несколько минут.

- Лучше?

- Намного. - Елена улыбнулась. - Так рада знать, что мне больше никогда не придется принимать Адвил.

Мама рассмеялась, когда я улыбнулся, потягивая кофе. Елена плюхнулась на стул рядом со мной.

- Так что, черт возьми, произошло прошлой ночью? Я даже не помню, как сюда добралась.

- Как там было в волшебной стране?

- Фу, что я наделала?

Я рассмеялся.

Мама ударила меня тряпкой.

- Нехорошо смеяться, Блейк.

- Единороги и лягушачьи королевы, - ответил я.

- Не надо, - Елена коснулась лица и потерла его. - Что это было? И ты сказал, что я должна выпить все, что мне предложат.

- Нет, я сказал, что тебе не следует пить. Прошлой ночью Тим был в фургоне. Я не смог бы объяснить тебе это по буквам.

- О, и ты не мог сказать мне до того, как мы туда добрались?

Я улыбнулся.

- Извини, честно говоря, я забыл. Я должен был заставить Тима забыть, что я велел тебе выплюнуть это. Если бы он сказал Юрию, что я больше это не пью, тот никогда больше не сел бы со мной за стол.

- В следующий раз, пожалуйста, убедись, что я понимаю, о чем ты говоришь. Это было ужасно в очень хорошем смысле. - Она рассмеялась.

Я притянул ее ближе к себе и поцеловал в макушку.

- Извини за это. После этого я чувствовал себя ужасно и должен был как можно скорее отнести тебя к моей маме.

Мама приготовила завтрак, и мы остались.

Это было похоже на старые добрые времена.

Я скучал по нашему старому дому.

В этом доме всегда было так много людей.

В поместье было так тихо. Папа редко бывал дома. Мама была единственной, и я мог себе представить, как ей, должно быть, было одиноко.

Мы снова поговорили об этой встрече. Это был первый опыт Елены с оборотнями и их формальностями.

- Я мог бы переубедить его. - Я посмотрел на Елену.

- Я же сказала тебе, я никого не буду заставлять сражаться. Это должно исходить от оборотней, Блейк.

Мои губы дрогнули.

- Мисси стала огромной. - Я попытался сменить тему.

- Да? - Мама улыбнулась. - Я помню, когда она впервые преобразилась. Юрий хотел, чтобы это был еще один Орел Соверенхайт. Он был так разочарован, когда обнаружил еще одну химеру. - Она рассмеялась. - Он ужасно напился, и твоему отцу пришлось снимать его с дерева, на котором он каким-то образом застрял. Это было весело. - Мама рассмеялась этому воспоминанию и попыталась изобразить картину. - На этой ветке было два крючка. Когда твой отец добрался туда, его крыло застряло в этой ветке. Его задница свисала ему на лицо, - объяснила она, но смеялась так сильно, что было трудно представит эту картинку. Ее смех вызывал привыкание, и я не мог вспомнить, когда она так смеялась. - Он так много ругался из-за своего пьянства, что я не могла удержаться и продолжала смеяться. Твой отец на самом деле очень расстроился из-за меня, так как продолжал падать, пытаясь помочь Юрию слезть с дерева.

Елена представила картину и согнулась пополам, и я наслаждался тем, что две женщины в моей жизни наслаждаются этим моментом.

Потом мама наконец успокоилась. Она рассказала о друзьях-оборотнях, которых она когда-то знала.

О Калее, маме Айзека. Какой свирепой была ее орлиная фигура. Но потом она заболела, когда родилась Мисси, и у нее ничего не получилось. Даже прикосновение Ласточкокрылого. Она перепробовала с Калеей все. Она была одной из лучших маминых подруг.

Она также рассказала нам о Дандилии, которая была ястребом. Она знала многих оборотней, так как женщины общины любили помогать, когда могли. Королева Катрина тоже питала к ним слабость. В те времена виверны нападали на многие из их сообществ. Они не знали, что это были виверны. После нападения несколько детей остались без родителей. Королева всегда принимала их, заботилась о них, как о своих собственных. Затем она поговорила с оборотнями, надеясь, что они заберут их, чтобы они выросли со своим народом.

- Эти женщины ни разу не разочаровали меня. Они нашли для детей замечательных родителей, любящих родителей. Они воспитывали их в соответствии со своими традициями.

Было удивительно слушать мамины истории. Честно говоря, у нее были замечательные друзья.

- Во сколько у тебя встреча с королем Калебом? - Мама хотела знать.

- Нам нужно поскорее подготовиться, - сказал я, пока не хотел уходить, но у меня не было выбора. Последний глоток кофе скользнул у меня по горлу. - Надеюсь, что Калебу этого будет достаточно, чтобы сражаться.

- Конечно, этого будет достаточно. Король Калеб мог быть кем угодно, но он всегда был верен королю. - Мама казалась такой уверенной в себе и в короле Калебе.

- Да, я поверю в это, когда увижу, мама, - сказал я. Даже у моего отца были сомнения.

- Вот увидишь. Это будет гораздо приятнее, чем прошлой ночью.

Мы с мамой рассмеялись, а Елена покачала головой с намеком на улыбку.

- Я никогда не забуду об этом, не так ли?

- Не так быстро, - поддразнил я.

- Тогда, думаю, нам лучше идти. - Она встала и пошла в свою комнату. Через несколько минут она открыла краны в душе.

- Мне тоже нужно принять душ. - Я встал. - Одному, расслабься.

Мама усмехнулась, качая головой.

- Я вообще об этом не думала, Блейк.

- Да, да, - поддразнил я, поднимаясь по лестнице в свою комнату, чтобы подготовиться к этой встрече.

Я сомневался, что когда-нибудь смогу достучаться до Калеба, и молился о чуде.

Мама долго и крепко обнимала меня. Мне не хотелось оставлять ее одну.

- С тобой все будет в порядке?

- Блейк, перестань беспокоиться о всякой ерунде. Скоро приедут твои тетя и кузина. Я могу сама о себе позаботиться.

- О, я знаю, что можешь. Я беспокоюсь о том, что ты все время остаешься одна.

- На самом деле я люблю бывать одна. Иди, у тебя куча других дел, с которыми нужно разобраться.

Я улыбнулся и притянул ее к себе, чтобы еще раз обнять.

- Люблю тебя, мама, - прошептал я ей на ухо.

- Все будет хорошо, - поддразнила она в ответ. - И будь осторожен. Следи за тем, что говорит Елена. В ближайшие несколько часов у нее не будет фильтра.

Я кивнул, когда Елена выбежала из дома. Она быстро обняла мою мать, пока я ждал ее.

- Итак, ты собираешься отвезти меня в порт Тита.

- Нет, мы должны лететь. Показать людям, что мы наконец-то вместе в этом деле. Что мы действительно нравимся друг другу.

Мама усмехнулась.

- Отличная идея. Заставьте репортеров для разнообразия поговорить о чем-нибудь другом.

Я снял мантию и превратился в дракона.

Елена залезла и устроилась между моими двумя рогами.

- Лети безопасно, - сказала мама, и я поднялся в воздух и направился к Арис.

Спустя несколько часов на горизонте показались очертания Ариса. Я спустился.

- Итак, что, если это не сработает? - спросила Елена на латыни.

- Это должно сработать. Нам нужна Арис.

Это сработает. Я разделаюсь с этим тупоголовым мудаком раз и навсегда.

Если это не сработает, то ничего не сработает.

Мои лапы коснулись земли прямо перед воротами замка. Там собралась небольшая толпа, протестовавшая против нашего прибытия.

Какая-то женщина вышла вперед и плюнула передо мной.

У нее было мужество, и она могла быть рада, что я больше не был тем Рубиконом.

- Тебе никого из нас не одурачить, - крикнула она на латыни. - Мы знаем, что вы двое никогда не будете вместе, никогда не будете достаточно храбры, чтобы привести этот мир к победе. Выдумать, что твой отец жив, - это самое низкое, на что ты когда-либо могла опуститься, Елена.

- Просто не обращай на нее внимания, - сказал я, когда Елена соскользнула с другого моего крыла, подальше от леди-птицеловки.

Деревянные ворота замка Калеба открылись. Я вошел внутрь, защищая Елену своей драконьей формой.

Она шла рядом с моей лапой, не доставая даже до середины моего колена.

Его двор приветствовал нас.

Сотрудники поддерживали его сады в идеальном состоянии. Дорожки были вымощены булыжником.

Я изменился и накинул халат, в то время как Елена продолжала идти. Она смотрела на все эти прекрасные цветы и статуи его предков, которые стояли во весь рост.

Я потянулся к Елене и протянул ей руку.

Она взяла ее, когда мы поднимались по лестнице, ведущей к его парадной двери.

Двое мужчин стояли на страже перед дверями замка и открыли их, чтобы мы могли войти в вестибюль.

На стенах в вестибюле висели фотографии Арианны и ее предков. Она выглядела точной копией своей прабабушки или тети.

Арианна вбежала в вестибюль, приветствуя нас своей прекрасной улыбкой.

- Мне показалось, я видела, как ты приземлялся, - сказала она, и, подойдя к нам, поцеловала меня в обе щеки. - Елена, добро пожаловать в мой дом.

Елена прищурилась на Арианну. Я нахмурился, глядя на нее, а затем посмотрел на Арианну.

Она была дружелюбна, единственное дружелюбное лицо, которое мы могли бы увидеть сегодня.

- Прости, - сказала Елена. - Я просто никогда не представляла, что эти слова слетят с твоих уст, никогда.

У нее не было фильтра. Арианна уставилась на нее, а я рассмеялся.

- Прости ее. Прошлой ночью она выпила немного сока оборотней, так что следующие двенадцать часов без фильтра.

- Что? - спросили они обе.

- Ты выпила это? - спросила Арианна Елену.

- Да, потому что Смельчак забыл сказать мне, чтобы я выплюнула это.

Арианна рассмеялась.

- Ваша поездка, по крайней мере, была удачной?

- Можно и так сказать.

Я был слишком занят подавлением смеха, чтобы что-то сказать.

- По-прежнему добро пожаловать, и тебе не обязательно говорить мне, какой сукой я была. Я знаю, что была груба с тобой.

- Это что, любовь говорит? - поддразнил я.

- Ха-ха, Хейко определенно привносит немного света в это место.

- Да ладно, я уверен, что это не все, чем он светит.

Арианна шлепнула меня по руке.

- Я все еще принцесса. Не Принцесса, а именно принцесса. - Она подмигнула Елене.

- Итак, как проходит домашнее обучение?

Она посмотрела на меня, приподняв бровь.

- Я задыхаюсь в этих стенах.

- Ты все такая же избалованная девчонка.

Она рассмеялась и покачала головой. Арианна провела нас в комнату, где ее отец проводил совещание с одним из своих людей, одетым в форму. Они оба подняли головы, когда мы вошли.

- На этом все, Руперт. - Калеб махнул рукой, и Руперт выпрямился, свернул какой-то план и вышел из кабинета Калеба.

Калеб вышел из-за своего стола и подошел, чтобы встать перед ним.

Затем он отпустил свою задницу на стол и усмехнулся.

Мне это не понравилось.

- Ты веришь, что маленькая выходка Елены только с Кевом изменит мое мнение?

- Это не трюк. Ты можешь спросить любого из тех, кого мы пригласили…

Я прикрыл ей рот рукой.

Калеб покосился на Елену.

- Как сказала Елена, ты можешь уточнить у ста пятидесяти человек или посмотреть их интервью. Мы не лгали, - я говорил от ее имени.

- Я видел все записи, особенно ту, где они сказали, что не видели доказательств жизни за последний год, Блейк.

Я вздохнул.

- Горан никогда бы не убил его. Он…

- Ты не знаешь Горана так хорошо, как я. Он сделал бы все, чтобы унизить Альберта.

- Да, унизить. Горан не сможет этого сделать, если король умрет. Он все еще жив. Я знаю это. - Я пытался достучаться до Калеба.

- Ты ничего не знаешь. Никогда в жизни не воевал. - Он говорил скучным тоном.

- Да, мне очень повезло, - прошипел я.

- Я не буду сражаться. - В голосе Калеба была эта последняя интонация. - Как и любой, кто живет в Ари...

- Говори за себя, отец, - перебила его Арианна. - Что ты будешь делать, если они говорят правду? Если король Альберт все еще жив? Сможешь ли ты склониться перед ним, сможешь ли посмотреть ему в глаза, и что? Какую причину ты назовешь своему лучшему другу, что не участвовал в этом?

- Арианна, не вмешивайся в это. Это тактика.

- Я в это не верю. Елена не стала бы говорить что-то подобное, чтобы заставить людей воевать за нее. Она может быть занозой в моей заднице и занозой в твоем ботинке, как ты сам столько раз говорил.

Я резко поверну голову к Калебу. Заноза в ботинке? Я чувствовал, как губы Елены шевелятся под моей ладонью, и я крепче прижал свою руку к ее рту.

- Но она не может так лгать, - Арианна подошла к отцу. - Я потакала тебе последние девять месяцев. Ты забрал меня из Академии, единственного места, где со мной не обращались как с принцессой. Из-за тебя у меня нет друзей. Ты запихнул мне в глотку столько негатива и никогда не одобрял моих решений. Если ты не гордишься мной такой, какая я есть, что ж, думаю, пришло время перестать пытаться заставить тебя гордиться мной, потому что ты никогда не будешь. Я буду драться с Хейко, нравится он тебе или нет. Он - мой выбор, и ты можешь идти к черту, мне все равно. Я никогда не была так разочарована в своем отце, как сегодня. Я больше не знаю, кто ты такой. - Она прокричала ему, развернулась и вышла из его кабинета.

Я потерял дар речи. Я никогда не знал, что Арианна испытывала все эти чувства к Калебу и к тому, что он исключил ее из Академии. Негативные мысли, которые он запихивал ей в глотку, стали вызывать беспокойство.

Я уставился на него, пытаясь изобразить разочарование Елены, а он уставился на меня, не обращая внимания.

- Ну, тогда, я думаю, это все. Спасибо, что приняли нас, ваше величество. - Я усмехнулся над частью о величии. В моих глазах он не стоил этого титула.

Калеб не произнес ни слова.

Я вывел Елену из кабинета.

- Я заноза в его ботинке! - прошипела она, когда я убрал руку от ее рта.

- Не позволяй его словам разъедать тебя изнутри. Мама так ошибалась на его счет. Я был дураком, думая, что она может быть права. Это очень разочаровывает.

- Это так, но Арианна права в одном.

- И в чем же?

- Не могу дождаться того дня, когда ему придется давать моему отцу объяснения.

~7~

Мы вышли из замка.

- Подождите! - скомандовал один из сотрудников.

- Думаешь, он передумал? - прошептала Елена.

- Не знаю. Эта часть меня все еще немного отстойна. Видела только Саадедина, Елена.

Она усмехнулась, поняв, о чем я говорю. Моя способность видеть будущее все еще была слабой.

- Мы проиграем, если он не будет сражаться? - Беспокойство вернулось в ее зеленые глаза, и она сдвинула брови.

- Не думай так. У Давида было всего пять камней, чтобы убить пятерых великанов. Он победил, не так ли?

- В этой истории ты больше похож на Голиафа, чем на Давида, Блейк.

Я улыбнулся.

- Это принцип, Елена. Нам не нужны цифры. Нам нужно иметь веру.

Она улыбнулась.

Несколько мгновений спустя Хейко приземлился. Он больше не жил во дворце?

Он был великоват для Солнечного Взрыва и принял человеческий облик.

Затем из коридора появилась Арианна с сумкой в руках.

- Арианна, - услышал я голос Калеба.

- Я уже говорила тебе раньше, папа. Прячься, если это то, что ты хочешь делать, но я отказываюсь говорить королю, что я была трусом. У меня есть дракон. Мне восемнадцать. Мне не нужно твое разрешение.

- Арианна? - Королева Габриэлла пролетела по западному крылу, и Арианна хмыкнула. - Детка, что это? Куда ты направляешься?

- В Лигу Драконов.

- Ты с ума сошла? Ты не будешь бороться за это дело. Мы даже не знаем, жив ли король Альберт.

Я прочистил горло, и королева подпрыгнула.

Она одарила меня таким серьезным выражением лица.

- Мне надоело прятаться, мама. Хейко защитит меня. Неважно, что ты о нем думаешь. Я знаю, что он так и сделает.

Она перекинула сумку через плечо и огромными шагами направилась к двери.

- Вперед, - одними губами произнесла она, и я улыбнулся.

Возможно, она и была занозой в заднице Драконии, но будущее Пейи выглядело светлее, поскольку она была одной из ее королев.

Королева Габриэлла все еще умоляла, когда звала нас вслед. Арианна была быстра и в два прыжка взобралась на спину Хейко.

Мы полетели прямиком в Драконью Лигу.

Елена взвизгнула от волнения, и Арианна передразнила ее.

Я рассмеялся.

- Не думала, что в тебе есть это, принцесса, - крикнула Елена.

- Арианна - будет нормально, Елена. Кроме того. Мне надоело прятаться. С меня достаточно.

Елена рассмеялась.

- Спасибо.

- Не надо. Пожалуйста. Мы собираемся освободить твоего отца. Он - единственный, кто может выбить меня из колеи.

Через несколько часов мы приземлились. Отец с удивлением посмотрел на Солнечного Взрыва, несущего принцессу Ариса.

Я изменился обратно и покачал головой.

Разочарование накатывало на отца волнами.

- Но с нами его дочь. Она точно поставила его на место, - прошептал я.

Отец улыбнулся.

- Добро пожаловать в Лигу Драконов, принцесса.

- О, для меня это большая честь, сэр Роберт, - сказала Арианна и посмотрела на Хейко. - Небеса знают, что ему нужна любая помощь, которую он может получить. - Она говорила по-английски, так как Хейко все еще был в своем драконьем обличье.

Он снова превратился в человека, и ему предложили халат.

- Ну, тогда он пришел по адресу, - ответил отец. - Как они это восприняли?

- Мама в истерике, но, честно говоря, я не знаю, как отец.

Мой отец сделал шаг к ней и обнял Арианну.

Не было никаких мудрых слов, которые можно было сказать в этой ситуации? Ты не мог сказать, что он придет в себя, поскольку другой человек хотел знать, когда именно.

После завершения миссии будет слишком поздно.

Я позвонил Чонгу, чтобы сообщить ему, что мы в Лиге Драконов. Мне нужно было обсудить с отцом кое-что из того, что произошло за последние два дня.

Я чувствовал себя неудачником. Я не смог заставить оборотней сражаться, и также не смог заполучить Арис.

Елена постоянно напоминала мне, что мы не хотели никого заставлять бороться за наше дело.

Это было печально, потому что причиной был король Альберт. Если бы это был Гельмут или Калеб, он был бы первым в очереди. На самом деле, он не стал бы ждать восемнадцать лет.

Какая-то часть меня не могла дождаться, когда снова увидит короля Альберта. Он был во всем, чем была Пейя сегодня. Король упорно боролся за то, чтобы у всех драконов был голос. Он был тем изменением, в котором нуждался его мир, конечно, с помощью друзей и драконов.

В тот вечер мы сидели у костра и слушали Арианну и Хейко. Хейко и Елена много говорили о другой стороне. Там, где они жили, она знала много мест, так как жила повсюду. Часть меня жалела, что я не был там, но я был там лично с ней, все еще живущей на другой стороне.

Герберт мог бы быть жив сегодня. Даже Таня, и посиделки здесь могли бы стать уединением с королем Альбертом и моим отцом, сидящими по другую сторону костра. Брайан и Люциан тоже могли бы быть здесь. Все могло бы быть совсем по-другому, если бы Елена приехала на два месяца раньше.

Мы бы давным-давно освободили Итан, и это было бы намного проще, поскольку над нами не нависал бы монстр.

Около двенадцати отец объявил, что на сегодня все. Завтрашний день обещал быть долгим.

Мы пожелали девочкам спокойной ночи, и они пошли с моим папой в главное здание.

Хейко последовал за мной в лагерь, где мы должны были переночевать этой ночью.

- Я бы хотел провести здесь немного времени.

- Это весело. Я многому научился.

Хейко вздохнул.

- Небеса знают, что мне нужна любая помощь, которую я могу получить.

Я рассмеялся.

- Что здесь такого смешного?

- Ничего, - улыбнулся я. - Ты храбрый, Хейко. Еще храбрее за то, что выступил против короля ради Арианны.

Он улыбнулся.

- Спасибо тебе, Блейк. То, что я слышу от тебя, очень много значит.

Мы забрались в кровати, и нам двоим не спалось.

Время шло, пока мысли снова крутились вокруг недостающего ингредиента. Что, если Айзек прав?

Что, если это была наша любовь? Но почему это прозвучало для Дэвида и Конни как ингредиент?

Так я понял, что это была не наша любовь. Не могло быть так просто. Но потом мне вспомнились слова моего отца. Горан думал, что Елена была драконом. Он ошибался, думая, что я все равно стану его.

Он сделал Саадедина сильнее, зная это.

Кажется, нашей любви должно быть достаточно, но почему у меня возникло это чувство, что я был так неправ?

Шаги, скользящие по гравию, пронзили наши уши.

Хейко рассмеялся.

- Это моя девочка.

Он вскочил с кровати и бросился к двери.

Я улыбнулся. У нас с Еленой ничего не получится, если мы не найдем тот недостающий ингредиент.

Он открыл дверь.

- Попалась.

Раздались два тихих вскрика, а затем множество пощечин.

- Должок, должок, - пожаловался Хейко, смеясь и втягивая Арианну в комнату.

Я оглянулся и увидел Елену прямо у нее за спиной.

- О, она передалась тебе, - поддразнила я.

- Ты уверена, что это я? Это была не моя идея, - сказала Арианна.

- Заткнись, - парировала Елена, заставив нас с Хейко рассмеяться.

- Я передаюсь тебе, - поддразнил я, и Елена одарила меня таким взглядом.

- Я могу вернуться, если ты этого хочешь.

- Черт возьми, нет. - Я потянул ее за руку, и она упала на мою кровать.

Я собирался выпрыгнуть из своего тела.

Мы поцеловались, а потом я заставил себя держать гормоны в узде.

Елена быстро заснула. Звуки поцелуев, доносившиеся от Хейко и Арианны, не помогали.

По крайней мере, она нашла кого-то, с кем можно быть. Возможно, Хейко никогда не займет место Люциана, но однажды он станет великим правителем.

Я улыбнулся, когда до меня дошло.

У нас будет два короля-дракона на троне.

Будущее Пейи выглядело более светлым, с каждым новым открытием за раз.

На следующий день мы наслаждались обильным застольем в виде шведского стола. После этого папа отправил нас с Хейко тренироваться.

Я зарычал от раздражения.

- Елена будет занята, Блейк. Ей нужно принять несколько человек для нас с Гельмутом. Последнее задание.

Мне не нравилось, что он делал это в мое отсутствие.

- Расслабься. Принцессу хорошо охраняют.

Когда мы вернулись к обеду, Арианна набросилась на Хейко так, словно не видела его несколько недель.

Проходя мимо них, я покачал головой.

Елена разговаривала с Гельмутом и Эмануэлем в кафетерии.

Подали обед, и я ел как зверь, которым и был.

- Эй, что с тобой такое? - спросила Елена.

- Ничего. Думал, что Калеб уже должен был передумать.

- Блейк, это не твоя вина. Мы выполнили свою часть работы. Мы не можем заставить…

- Да, ты уже говорила это раньше.

- Давид, помни, - улыбнулась она мне, возвращая мне мои же слова.

Я притянул ее к себе и поцеловал в макушку.

Я не мог жить без нее. Я отказывался. Если кому-то и суждено было умереть, то это буду я.

Мой отец и сэр Эфраим огромными шагами подошли к телевизору.

Они все еще не убрали большой экран из кафетерия с момента появления Елены в «Просто Кев».

Он включил его.

- Что происходит? - Я встал и подошел к своему отцу.

- Калеб делает объявление.

- Он что? - спросила Арианна. Стул заскрипел, и мгновение спустя она стояла рядом со мной.

Елена коснулась моей руки, и моя ладонь накрыла ее.

- Нам сообщили, что он обращается к Арису по поводу того, что его дочь сражается за это дело.

Арианна рассмеялась, думая, что это было забавно.

- Возможно, именно твой поступок изменит мнение твоего отца, принцесса, - сказал сэр Эфраим.

- Я не должна быть этой причиной. Королю Альберту следовало бы.

Гельмут улыбнулся.

- Это не так. Я же говорил тебе, что он справится.

Я сомневался в этом.

Выступающий представил короля Калеба, и толпа зааплодировала. Камера переместилась на Калеба, когда он поднимался по ступеням на подиум за воротами своего замка.

Елена глубоко вздохнула, и я погладил ее по спине.

Я ни на секунду не поверил словам Гельмута.

Калеб был трусом. Мне было все равно, что говорили мой отец или Гельмут. Он никогда не показывал мне ничего другого с того самого дня, как появились лианы.

Калеб взял микрофон и обратился к своему народу.

Его губы изогнулись, а глаза загорелись. Это изменило все его черты.

Калебу следовало бы больше улыбаться.

- Новости о том, что король Альберт все еще жив, пойман в ловушку и подвергнут пыткам Гораном, заполнили первые полосы всех газет.

Елена закрыла глаза.

- Верю ли я, что это правда?

Тишина затянулась на несколько секунд, а мне показалось, что прошла вечность.

- Нет, - сказал Калеб.

- Ты идиот! - Арианна выругалась в адрес телевизора.

- Эй, не расстраивайся так, - прошептал Хейко ей на ухо. Он стоял у нее за спиной, поглаживая ее плечи.

- Я не верю и скажу вам почему. Король Гельмут и я были свидетелями того, как взорвали короля Альберта в ту ночь, когда Лианы поглотили Итан. Я был там с королем Гельмутом и несколькими его людьми. Альберт отдал свою жизнь, чтобы спасти всех нас.

Я закрыл глаза, а затем открыл их.

- Мой отец был взорван? - Елена посмотрела на Гельмута, стоявшего в нескольких шагах от нас.

- Позже, принцесса, - прошептал Гельмут.

Ее дыхание участилось, и я увидел сомнение в ее глазах.

- Тсс, - успокоил я.

Я слушал, как Калеб рассказывал о той ночи. Это было то же самое, что сказал мне Гельмут в тот день днем.

- Так вот во что я верю, - сказал Калеб. - Но, - продолжил он, и во всем кафетерии воцарилась тишина. - Верить и знать - это не одно и то же. Да, произошел взрыв. Да, шансы на то, что он жив, невелики, но я уже не уверен на сто процентов, жив он или мертв.

Он посмотрел вниз и глубоко вздохнул.

- Если есть шанс, хотя бы один процент, что мой друг, мой брат, мой король все еще жив, тогда я возьму свой меч. Я буду сражаться. - В его глазах заблестели слезы.

Гельмут усмехнулся и хлопнул в ладоши.

- Я не ожидаю, что кто-то из вас последует за мной. Я не буду заставлять никого из вас брать в руки оружие и маршировать. Это не то, что делают короли. Но вам нужно спросить себя: правда ли то, что говорит Елена? Если то, что говорят сто пятьдесят человек, живших по ту сторону, - правда? Что вы скажете своему королю в тот день, когда он спросит, почему вы не помогли? У вас есть веская причина? Достаточно веская причина, чтобы прожить с ней всю оставшуюся жизнь? Помните, кем он был, кем он все еще может быть. Примите свое решение по этому поводу. Я уезжаю завтра в девять утра, чтобы отправиться в Лигу Драконов в Тите. Кто хочет присоединиться ко мне в этой битве, встречаемся в восемь. Если кто-то из вас хотел бы оказать свои услуги каким-либо другим способом, защитить этот город, женщин и детей, будьте там. Помните, что король Альберт сделал для всех нас, помните, каким королем он был, и примите свое решение об этом и только об этом.

Он сказал спасибо и ушел.

Толпа больше не аплодировала; они оцепенели, как я и Елены. Даже Арианна такого не ожидала.

- Он делает это только потому, что боится потерять все, - сказал папа.

- Это хорошая вещь. Это значит, что Калеб верит, что Ал жив. - Гельмут хлопнул папу по плечу. - Мы должны подготовиться к приходу Ариса.

Гельмут выглядел взволнованным, когда выходил из кафетерия. Эмануэль подмигнул Елене и последовал за ним.

Несколько секунд спустя Елена последовала за мной, притягивая меня за собой, как магнит.

- Король Гельмут! - закричала она, когда Эмануэль превратился в дракона.

- Елена? – вздохнул он.

- Просто скажи мне. Правда ли то, что сказал король Калеб? Был ли взрыв?

- Был, но ты видела своего отца. Ты слышала, что он сказал. Твой отец был кем угодно, но трусом и лжецом он не был, - он погладил ее по щеке. - И он никогда бы не солгал, особенно тебе.

Она кивнула, когда король Гельмут улыбнулся.

Он забрался ботинком на крыло Эмануэля, и все выглядело так просто.

- Он жив. Мы все должны сыграть свою роль и сохранить его таким.

Эмануэль взлетел, и мы наблюдали, как они поднимаются в небо.

Я притянул Елену поближе и обнял ее.

- Я тоже верю, что он жив. Не теряй надежды сейчас.

Она посмотрела на меня с таким количеством вопросов в своих зеленых глазах.

- Ты его не знала. Он был особенным. Если кто-то и мог пережить взрыв, так это он.

Елена кивнула.

- Король Калеб вот так изменил свое мнение?

Я чуть улыбнулся.

- Это была одна из самых сильных черт твоего отца. Он каким-то образом всегда находил подход к людям, даже к самым упрямым.

Она залилась смехом - музыка для моих ушей. Но это исчезло быстрее, чем мне хотелось.

Я обхватил ладонями ее лицо и заставил посмотреть на меня.

- Ты встретишься со своим отцом, обещаю.

- Какой ценой? - В ее глазах заблестели слезы.

- Все должно получиться. Нам нужно доверять и иметь веру. Арис сражается вместе с нами.

Около двух мой отец захотел собрать больше людей в Итане теперь, когда приближался Калеб со своей армией.

Я пошел с ними, и Арианна с Хейко тоже.

Лианы все еще были пугающими. Их головы зашипели, когда их похожие на корни тела сплелись друг с другом, пробуждаясь.

- Срань господня.

Все рассмеялись над замечанием Хейко.

- Это было нашим кошмаром последние восемнадцать лет. - Арианна съязвила и посмотрела на Елену. - Но я не видела, чтобы кто-нибудь приближался к ним, так что продолжай в том же духе.

- Заткнись, - парировала Елена. - Ты скоро обоссышься.

Раздалось еще больше смеха, когда Арианна надулась на Елену, прищурив глаза и скрестив руки на груди.

Она схватила Байрона.

- Помнишь, что я сказал? - скомандовал папа.

- У меня есть карта. Я не потерплю неудачу.

Папа улыбнулся.

- Я знаю, что ты этого не сделаешь.

- Готов? - Пальцы Елены сомкнулись вокруг руки Байрона.

- Все говорят о том, что внутри. Итак, покажи мне, правда ли это.

Елена усмехнулась.

- Беги, Байрон, - пропищал я, и раздалось еще больше смешков.

Я ненавидел, когда она уходила без меня. Несколько секунд я с трудом дышал.

Арианна ахнула, когда лианы расступились перед Еленой, и они вдвоем исчезли.

- Срань господня, - улыбнулась Арианна. – Так просто?

- Да, Елена, несомненно, наполнена магией.

- Она должна была быть такой, чтобы заявить на тебя права.

Я улыбнулся, но улыбка быстро исчезла, и я продолжал наблюдать за лианами.

- Ты ненавидишь каждую секунду этого, не так ли?

- Конечно. Если что-нибудь случится с Еленой, пока она там, эта миссия провалена.

- О, черт. Я об этом не подумала.

Принцесса Ариса терпеливо ждала вместе со мной. Несколько минут спустя усики лиан раздвинулись. Елена вышла с человеком, которого заменил Байрон.

Она забрала еще троих, и еще трое вышли.

Они ушли с моим отцом, а Елена подошла ко мне с таким видом, словно у нее была своя миссия.

Затем она последовала за ним.

- Куда ты направляешься?

Она не ответила, но я мог сказать, что она направилась прямиком в кабинет моего отца. Она хотела получить ответы.

Она открыла дверь кабинета моего отца.

- Принцесса? - спросил Гельмут.

- Мне нужно знать, какие данные у них?

Гельмут улыбнулся.

- Нет, - закричала Елена прежде, чем он успел что-либо сказать. - Блейк и я должны убить Саадедина. Говорит ли нам что-нибудь из этой информации о том, где он находится? Как он выглядит?

- Ладно, просто оставь мне сегодняшний день, ладно? Вы с Блейком сможете присутствовать завтра, когда король Калеб и все его люди будут проинформированы обо всей имеющейся у нас информации.

- Обещаешь? - Она была непреклонна.

- Даю слово, - сказал Гельмут.

Она кивнула, и я взял ее за руку и вывел из зала.

У меня возникло странное ощущение, что Елена знала, что Гельмут что-то скрывает от нее. Этим чем-то был Горан, его близнец во всех проявлениях.

Часть меня чувствовала, что ей тоже нужно это знать. Это было предчувствие. Но тогда это бы означало, что я не буду выполнять свою работу, а это было невозможно. Мы не расстанемся. Я буду защищать ее ценой своей жизни и умру за нее. Если я увижу Горана, то испепелю его на месте.

~8~

Елена лежала в моих объятиях на диване. Я скучал по тому, чтобы держать ее в своих объятиях.

Она была неразговорчива, как бы я ни старался занять ее. Я продолжал посылать Джорджу сообщения. Я знал, что она беспокоилась о Бекки и о том, заговорит ли та с ней снова. Насколько злой может быть одна цыпочка?

- Блейк, - отец прошел мимо дивана, на котором лежали мы с Еленой. Он кивнул мне, чтобы я следовал за ним.

Я поцеловал ее в макушку, прежде чем встать с дивана. Мне не хотелось оставлять Елену одну, но она была погружена в свои мысли.

- Я всего на секунду.

- Хм, прости? - Елена улыбнулась.

- Отец хочет меня видеть. Я всего на секунду.

- Иди. - Она помахала мне рукой и снова посмотрела на экран.

Я ненавидел, когда она была такой тихой, и именно в такие моменты мне действительно хотелось услышать ее мысли.

Я открыл дверь кабинета.

- Блейк, извини, мне нужна твоя комната? - Он был занят обновлением данных.

- Тебе нужна моя комната?

- Здесь, в Лиге Драконов. Я только что получил известие, что сегодня попозже прилетит много драконов, и нам нужно их приютить.

- Ладно, как ты думаешь, где я буду спать? – Я приподнял бровь, ожидая ответ на мой вопрос.

Отец скривил губы.

- Только не с Еленой.

Мое лицо исказилось от сарказма. Это даже не было мыслью.

Отец рассмеялся.

- У меня есть несколько палаток, если не возражаешь поставить одну.

- Конечно, нет. Это палатка, - мои губы изогнулись в улыбке. - Сколько придет?

- Около пятнадцати. Но Чонг говорит, что все больше драконов слышат нашу мольбу, и все больше вступают в контакт с советом на той стороне. У меня странное ощущение, что у Мэтта заняты руки.

Я забыл о Мэтте.

- Он знает, что Елена была на другой стороне?

- Я сообщил ему, когда ты обнаружил, что находишься в Итане. Он сказал мне, что это было что-то в глубине его сознания, поскольку он так и не наткнулся ни на одну из зацепок, которые ты ему дал.

Я кивнул. Жаль, что Мэтт не мог сказать мне об этом. Тогда все, возможно, прояснилось бы быстрее, чем то, почему я не мог ее найти.

- И это все?

- Да, на данный момент это все.

Я кивнул и ушел, чтобы вернуться к Елене. Она все еще валялась на диване.

Я сел и положил ее ноги к себе на колени, рисуя пальцами на верхней части ее ступней.

- Пятнадцать драконов прибудут с другой стороны сегодня вечером, - сказал я, поскольку она не спросила меня, что он хотел знать.

- Прости, что?

Я улыбнулася.

- Я сказал, что пятнадцать драконов прибудут с другой стороны.

- Правда?

- Они услышали наш зов. Появляется все больше и больше людей.

- Где они остановятся?

- Прямо здесь, в лиге. Вот почему отец хотел меня видеть, сегодня мне придется спать в палатке.

- Ура, тебе.

Я усмехнулся.

- Я люблю спать на улице, Елена.

- Забыла. У тебя тоже есть к этому дар.

Мы оба улыбнулись.

Пока мы смотрели шоу, снова наступила тишина. Я не очень увлекался телевидением; мне больше нравилось парить в небе, проводить время в облаках.

- Ты... - зазвонил мой кэмми, и на нем высветилось имя Джорджа.

- Я всего на секунду, - сказал я и вышел на улицу. Я не хотел, чтобы Елена знала, что Бекки все еще расстроена.

Я ответил на звонок, и на голограмме появилось его лицо.

- Привет, - сказал он.

- Вы, ребята, в порядке?

- Более чем в порядке. Где ты? - Джордж плавным движением провел рукой по волосам.

- В Лиге драконов.

- Я видел интервью с Калебом, так что вы получили короля Ариса, поздравляю.

- Гельмут считает, что это был всего лишь вопрос времени.

- Да, тут у меня были свои сомнения.

- Как она? - Я имел в виду Бекки.

- Причина, по которой я звоню. Есть место еще для двоих?

Я улыбнулся.

- Всегда найдется место еще для двоих, Джордж.

- Хорошо, увидимся около шести.

- Не могу дождаться, - ухмыльнулся я.

Джордж усмехнулся, и его голограмма исчезла. Елена описалась бы, если бы знала, что Бекки наконец-то придет.

Я откинулся на спинку дивана и улыбнулся ей.

Она поймала на себе мой пристальный взгляд и наконец посмотрела в мою сторону.

- Почему ты так улыбаешься?

- Хорошие новости. Джордж и Бекки приедут сегодня вечером.

Елена разинула рот, заставляя себя сесть прямо.

- Правда?

Я кивнул.

- Джордж только что звонил мне.

Она продолжала пристально смотреть на меня.

- Это плохие новости?

- Нет. Я просто не видела Бекки с того дня, как она узнал, что ее отец все еще жив. Думаю, это всего лишь нервы.

- Ну, ты дала ей достаточно времени, чтобы прийти в себя. Хочешь полетать?

Она улыбнулась.

- Да, может быть, небо - это то, что мне нужно, чтобы проветрить голову.

- Ты в порядке?

- Думаю, что все, наконец, берет свое.

- Эй. - Я погладил ее по ноге. - Ты не одинока в этом, Елена.

- Знаю. - Она вздохнула. - Полет будет потрясающим.

- Пошли, - сказал я и встал.

Мы приземлились на горе, и Елена соскользнула с моего крыла, когда я трансформировался обратно.

Она протянула мне халат, не глядя на меня. Я покачал головой, взял его и натянул на себя.

Она поудобнее устроилась на одном из ближайших валунов, и я сел рядом с ней.

- Не против поделиться тем, что тяготит тебя?

Она посмотрела на меня и глубоко вдохнула, медленно выдыхая.

- Все. Что, если мы потерпим неудачу, Блейк?

- Этого не будет. Группа, которую ты недавно разместила в Итане, должна выяснить, жив ли еще твой отец. Они извлекут эту информацию.

- Есть причина, по которой он не хотел, чтобы мы его спасали.

- Какая именно?

- Боялся, что может быть слишком поздно, - сказала она.

- Эй, мы продвигаемся в миссии, Елена.

- Не так уж и сильно, Блейк. Он боялся, что спасать его может быть слишком поздно... для него.

- О, настолько поздно. Нет. Нам придется быть терпеливыми с твоим папой, но с ним все будет в порядке. Твой отец был одним из самых сильных людей, которых я когда-либо встречал. С ним все будет в порядке.

Она кивнула.

Я обнял ее за плечи и притянул ближе к себе. Я коснулся губами ее волос, когда очистил свой разум. Я не хотел думать ни о чем, что лежало перед нами.

Мы пробыли там некоторое время, прежде чем вернуться, и успели как раз к ужину.

Елена ждала прибытия Бекки и Джорджа. Я надеялся, что Бекки перестала злиться на Елену. Мне не нравилось, как Елена беспокоилась обо всем.

Мы вышли на улицу, чтобы подождать их.

Сегодня она была слишком тихой.

Я взглядом уловил Джорджа, летящего на горизонте.

- Смотри. - Я мягко подтолкнул Елену локтем, и она посмотрела на то, на что я указал.

Она сжалась.

- Все будет хорошо. Бекки здесь, а это значит, что она готова говорить.

- Да, - вздохнула Елена, просто глядя на горизонт, когда они приблизились.

Лапы Джорджа коснулись земли, и, пробежав немного, он остановился. Часть меня была рада, что он был здесь.

Бекки соскользнула с его крыла, а Елена поднялась с земли. Я последовал за ней.

Бекки направилась к нам. Она выглядела так, будто была опустошена.

Затем она подбежала к Елене и обняла ее. Она прошептала свои извинения.

Джордж преобразился и схватил халат, который торчал из сумки Бекки. Он натянул его на себя и подошел поприветствовать меня шлепком.

- Рад тебя видеть, - прошептал я.

- Я тебя тоже.

Мы продолжали наблюдать за Еленой и Бекки, просто крепко держащихся друг за друга.

Объятие прервалось. Бекки посмотрела на небо.

- Прошло так много месяцев. Как тебе удавалось хранить тайну о том, что твой отец был жив все это время?

- У меня не было выбора, - сказала Елена. - Технически он не хотел, чтобы мы делали что-либо из этого. Он не хотел, чтобы мы освобождали Итан. Заставил меня пообещать, и я вроде как пообещала.

Бекки фыркнула.

- Я была такой маленькой, когда все это случилось, но... - Она вздохнула. - Это очень похоже на него. Я имею в виду то, как все говорили о нем все эти годы. На самом деле заниматься этим опасно, и я понимаю, почему он не хотел, чтобы мы освобождали Итан.

- Бекки. - Голос Елены звучал растерянно. - Ты слышала, что я сказала. Кто был жив вместе с ним, верно?

- Да, я слышала. Я почти не помню своего отца.

- Твой отец настолько храбр, насколько это возможно, он никогда не склонялся перед волей Горана.

- А что, если мы придем слишком поздно? - спросила Бекки то, о чем беспокоилась Елена. - Ты не видела мою маму, когда мы добрались до нее. Она была вне себя. Она просто хотела, чтобы мы пошли за моим папой, будто он ждал нас у стены или что-то в этом роде.

Я посмотрел на Джорджа, и он кивнул.

- Я знаю, это страшно. Сэр Роберт направлялся к Лианам. Если бы не Блейк...

Бекки на несколько мгновений повернулась ко мне, а затем обратно к Елене.

- Так вот почему его не было там с нами?

Она кивнула.

- Мы освободим их, - сказала Елена. - Всех, и мы наконец-то встретим храбрых людей, которых всегда должны были знать. Может быть, Джорджу придется усилить свою игру сейчас, как только твой отец вернется в город.

Бекки рассмеялась, и Джордж тут же улыбнулся. Я тоже.

- Было бы приятно на это посмотреть, - сказала Бекки.

- Вы, ребята, поели? - спросила Елена, и они оба покачали головами. - Что ж, еды здесь предостаточно. Мы сделали много приготовлений для Ариса.

- Я слышала. Поздравляю с этим. - Бекки больше походила на саму себя и схватила Елену за руку, вцепившись в нее.

Я шел с Джорджем, пока они вдвоем говорили о том, что Калеб наконец присоединился к этой миссии и как ей не терпелось по-настоящему познакомиться со своим отцом.

Бекки обняла Елену одной рукой, когда мы шли в кафетерий.

- Что-то подсказывает мне, что это будет счастливый конец. Просто должно быть так.

~9~

Ужин изменил настроение Елены. Или, можно сказать, так и было. Возвращение Бекки изменило настрой Елены.

Мы вчетвером снова шутили, и Джордж, как обычно, развлекал нас вволю.

Было здорово видеть Елену немного более расслабленной.

Елена рассказала о встрече с Оборотнями. Как глоток напитка лишил ее рассудка. Она не знала, что это было.

Они оба смеялись над тем, как Елена назвала мою мать королевой лягушек. Я снова немного подразнил ее по этому поводу.

- Смейся, помни, расплата - сучка, - съязвила Елена.

- Как бы то ни было, это было весело. - Я притянул ее к себе и поцеловал в висок.

Остаток вечера пролетел слишком быстро, и не успел я опомниться, как наши пути снова разошлись. Они заставили Елену и Бекки спать в доме.

Джордж делил со мной палатку.

Арианна и Хейко ушли после интервью в Арисе, чтобы помочь ее отцу подготовиться к завтрашнему дню в восемь.

Джордж вспомнил подробности, когда они добрались до дома Люсиль.

- Я никогда раньше не видел ее такой расстроенной. Она просто хотела, чтобы мы освободили Этьена.

- Могу себе представить, - сказал я.

- Твой отец действительно летел в лианы?

- Он так и сделал. Слава богу, я быстрее его. Я не мог вот так потерять отца.

- А потом он дал нам всем срок месяц.

Я фыркнул.

- Ну, сэр Роберт сделал все приготовления за последние несколько недель, Джордж. С ума сойти, что может натворить этот дракон, если ему взбредет в голову.

Джордж усмехнулся, но улыбка исчезла.

- Что, если они умрут, Блейк? - Джордж говорил о девочках.

- Нет. Тебе нужно вбить Бекки в голову, что она должна просто дышать, и ты сделаешь все возможное, чтобы заставить ее дышать. Мы не можем жить без них, Джордж.

- Да, рассказывай мне об этом. Иногда мне хочется, чтобы я все еще был тем Лунным Ударом до того, как она заявила на меня права. Как бы я ни был счастлив о того, что она сделала для меня...

- Эй, ты не обязан ничего объяснять. Я тоже часть Дента, не забывай.

- Наша гребаная удача.

Я рассмеялся над тем, как уныло звучал его голос. Джордж тоже усмехнулся.

- Думаю, нам двоим больше всего нужен был дент.

- Да, вероятно.

Я рассказал Джорджу о встречах и планах. Как он и Дин будут в группе моего отца, помогая освобождать короля и его людей, в то время как мы с Еленой будет убивать Саадедина. Обязанностью Калеба и Гельмута было выследить Горана и обезвредить его.

Затем все снова перешло к собранию Оборотней. Нам нужны были оборотни, но Елена отказалась заставлять людей сражаться за ее дело.

- Может быть, Калеб тоже заставит их биться. С тем интервью он проделал огромную работу.

- Это единственное, черт возьми, что он сделал для этой миссии.

Джордж снова усмехнулся.

- Лучше поздно, чем никогда.

- Елена серьезно проглотила сок?

- Да, я сказал ей не делать этого и подумал, что она меня услышала, но она услышала обратное.

- Выпить все?

Я снова кивнул, когда он рассмеялся.

- Как тебе удалось переубедить Калеба? - Джордж хотел знать.

- О, я этого не делал.

- Елена?

- Нет, это сделала наша прекрасная принцесса Ариса. Никогда не думал, что у нее хватит духу противостоять ему. Я бы хотел, чтобы ты был там и увидел это.

- Я бы тоже этого хотел. Арианна действительно противостояла отцу?

Я кивнул, а затем перешел к разговору, который у нас был с ними, и о том, как Арианна только что поссорилась со отцом.

В тот вечер мы говорили и о других вещах… о вещах, о которых я действительно не хотел думать.

- Блейк, ты что?

- Она не была готова, Джордж.

- Она сказала, что была?

- Да, знаю, но я знаю, что ей было не так хорошо.

- Чувак. - Джордж усмехнулся моей глупости. - У нас осталось меньше двух недель до начала этой сумасшедшей миссии. Я даже не могу представить, чем все это закончится. Так что, пожалуйста, сделай мне одолжение. Если Елена снова набросится на тебя подобным образом, просто заткнись.

Мои плечи затряслись.

- Я не хочу знать, насколько твои шары синие?

Раздалось еще больше смеха.

Все стихло, когда мы оба улеглись на несколько часов поспать. У нас оставалось полторы недели, и я подумал, не отпустит ли нас случайно отец на несколько дней, просто чтобы отвлечься от всего этого. Я мог пригласить группу, Джорджа и мою сестру. Всего лишь несколько из нас, ради старых времен, потому что то, что он сказал, было правдой. Никто из нас не мог предвидеть, чем это закончится, и я предположил, что будущее снова было потеряно для всех Лунных Ударов из-за того, что это была жизнь короля Альберта и его родословная. Сбежать было бы идеально.

На следующий день я встал рано и отправился на охоту за Еленой. Я нашел Арианну и Хейко в гостиной с чашками кофе в руках. Должно быть, они пришли сегодня рано утром.

- Доброе утро, - сказала Арианна.

- Доброе утро. Итак, как это было? - Я плюхнулся в одноместное кресло по диагонали от них.

- Горжусь им. Он наконец-то сделал правильный выбор.

Хейко рассмеялся.

- Это не смешно. – Она шлепнула его по груди рукой.

- Что?

- Ничего, - простонал Хейко, сгибаясь пополам рядом с Арианной.

Я улыбнулся, когда мой взгляд остановился на принцессе Ариса.

- Ладно, хорошо, - она закатила глаза, - папа был немного чересчур эмоционален, когда увидел вернувшихся меня и Хейко.

Я усмехнулся.

- Твой папа плакал?

- Блейк. - Она раздраженно вздохнула, в то время как Хейко затрясся от беззвучного смеха.

- Это трудно для него. Я - папина дочка, так что да, хорошо. - Она покачала головой. - Перестань дразнить его.

- Его здесь нет, чтобы услышать нас, Арианна. - Я пожал плечами.

- Мне все равно. Он все еще мой отец и снова нашел свой путь. Так что прекрати это.

- Самое время, - Джордж появился из ниоткуда, и Арианна вскочила и обняла его.

Джордж слегка удивился.

- Джордж, Хейко, Хейко, Джордж.

- Другой дент. - Хейко встал и пожал Джорджу руку.

Джордж плюхнулся в двухместное кресло напротив меня. Мы поболтали о планах Калеба.

- Он открывает дворец для всех детей и женщин, и у него есть несколько охранников и мужчин, которые слишком трусливы, чтобы сражаться, так что они помогают во дворце.

- Дай угадаю, он также умолял тебя помогать, - поддразнил Джордж.

Арианна отмахнулась от него, не ответив на вопрос.

Бекки вышла из комнаты около половины восьмого, где они все спали.

- Доброе утро, Спящая Красавица. - Джордж встал и обнял ее. Бекки застонала в его объятиях.

- Нет? - спросил он, убирая от нее свои руки.

- Мне нужен кофе.

- Садись. Я пойду приготовлю тебе что-нибудь. - Он подвел ее к дивану.

Он был таким же жалким, как и я.

- Привет, - поприветствовала Арианна Бекки.

- Когда ты здесь появилась?

- Сегодня рано утром. Это Хейко, Хейко, это Бекки, вторая половинка Джорджа.

- Привет, приятно с тобой познакомиться. - Голос Хейко звучал как у человека, который всегда просыпается рано.

Бекки просто уставилась на него. Затем ее взгляд переместился на Арианну.

- Твой дракон?

- Знаю. Чудеса случаются. - Арианна улыбнулась.

- Наверное. - Она один раз подняла глаза и посмотрела на меня. - На этих кроватях ужасно спится, - прошептала она, и я усмехнулся.

- Ты ведь прочувствовала это, верно? - ответила Арианна и снова привлекла внимание Бекки.

- Ты спала здесь?

- Однажды ночью, когда я поссорилась с отцом.

Бекки лишилась дара речи.

- О, и Арианна с Еленой теперь большие подруги, - поддразнил я.

Бекки повернула голову ко мне со своим взглядом «ты-должно-быть-издеваешься-надо-мной».

Арианна рассмеялась.

- Он просто дразнит тебя, но мы заключили перемирие.

- Перемирие?

- О, я забыла, ты не такая всепрощающая, как Елена.

- Ты правильно поняла. На кроватях все еще дерьмово спиться. Такое ощущение, что спишь на стоге сена.

- Это Лига Драконов, Бекки, а не пятизвездочный отель, - огрызнулся я.

Она закатила глаза, когда Джордж вернулся, протягивая ей чашку кофе.

Она вдохнула аромат, прежде чем сделать глоток.

- Итак, что произошло за последние несколько недель, кроме того, что Елена и Арианна заключили перемирие?

Я нахмурился.

- Что?

- Елена сама не своя, Блейк.

- Знаю. Она беспокоится, что мы недостаточно подготовлены. Боится, что мы потерпим неудачу.

- Знаю. Она сказала мне это. Но все же. По крайней мере, вы, ребята, нашли недостающий ингредиент.

- Нет. Все верят, что это наша связь или любовь. Я не знаю.

- Какой недостающий ингредиент? - Арианна хотела знать.

- Пожалуйста, не сейчас, - умолял я ее.

- Она рассказала тебе о Луи, верно? - Бекки тоже проигнорировала вопрос Арианны.

- Да, она рассказала, - рассеянно произнес я.

- Ты так не думаешь?

- Нет, потому что я знаю, как вызывается Саадедин, Бекки.

- Ты что? - спросила Арианна.

- Как? - спросила Бекки.

Джордж посмотрел на нее.

- Они не учили этому на уроках Драконии.

- Ха-ха, нет. - Арианна сделала глоток своего кофе.

- Просто скажи мне? - Бекки была непреклонна.

- Что такого особенного в этом недостающем ингредиенте? - спросила Арианна Джорджа, в то время как мы с Бекки начали говорить о Саадедине и его преображении.

- Тот, кто создает Саадедина, использует магию и может использовать заклинания, чтобы усилить его. Горан бы в первую очередь подумал о ягодах Луи. Они не причинят ему вреда.

- Ты правда издеваешься надо мной? - спросила Бекки, когда Джордж быстро рассказал Арианне о недостающем ингредиенте.

- Что? - Арианна посмотрела на меня и схватила за руку. Ужас отразился на ее лице.

- Успокойся, серьезно, - рявкнул я на Арианну и снова посмотрел на Бекки.

- Один из вас умрет без этого ингредиента? - закричала Арианна, но в то же время Бекки что-то сказала.

- Ну и что? Саадедин недостаточно страшен. Им нужно было сделать его еще страшнее.

- Дело не в этом. Элементали рождаются, если опасность близка. Они превращаются в Саадединов с помощью магии и заклинаний, которые делают их сильными для всего, с чем им приходится сталкиваться. Так что да, Горан, вероятно, использовал это, чтобы сделать его еще более злым и мерзким.

Джордж продолжал отвечать на вопросы Арианны.

- И тебе нужен волшебный ингредиент, чтобы победить, Блейк. Елена знает об этом?

- Ну, сомневаюсь, что она не знает, а вы двое - да.

- Ты должен сказать ей.

- Нет, Бекки. Я не стану тратить последние две недели на поиски ингредиента, которого, возможно, даже нет.

- Блейк! - произнесла она своим обычным суровым тоном.

- Бекки! - скомандовал Джордж. - Ему виднее.

Она хмыкнула, а затем то же беспокойство, которое было у Елены вчера, отразилось на ее лице и лице Арианны. Хейко держался в стороне от этого.

- Перестань смотреть на меня так, будто я собираюсь исчезнуть. - Я посмотрел на Арианну.

- Но ты не знаешь, что это такое.

- Я никогда не узнаю, что это такое, пока не придет нужное время.

- Тогда уже слишком поздно, Блейк. У тебя его с собой не будет.

- Я буду импровизировать. Пожалуйста, не приставай к Елене по этому поводу. У нее и так достаточно забот, Арианна.

Она кивнула, и все они погрузились в молчаливую депрессию.

Я посмотрел на часы. Моя Спящая Красавица выспалась вдоволь.

Я пошел приготовить ей чашечку кофе, а затем пошел в комнату, в которой мы обычно спали, когда приехали в Лигу Драконов.

Я нашел ее спящей на одной из двухъярусных кроватей внизу. Я сел на кровать, все еще держа чашку в руках.

Я тихонько встряхнул Елену, и ее глаза открылись. Она просто вопросительно уставилась на меня.

- Тебе следует идти. Король Калеб скоро будет здесь.

Она кивнула и прикрыла глаза рукой. Нижняя губа задрожала.

- Что?

Она покачала головой.

- Просто глупый сон, вот и все.

Блин. Я не мог не чувствовать жалости.

- Сны бывают страшными и удивительными, но никогда не глупыми.

Она улыбнулась и опустила руку.

- Обещай мне, что мы освободим моего отца, пожалуйста? - Ее голос дрогнул.

- Елена. - Я наклонился и обнял ее.

Ей снился ее отец. Это было совершенно ясно.

- Даже если это будет последнее, что я сделаю, обещаю.

Она с силой хлопнула меня по плечу.

- Не говори так. Мы оба должны это сделать. У нас есть недостающий ингредиент.

Приподнятая бровь появилась сама собой, и я попытался ее остановить. Я улыбнулся, надеясь, что Елена этого не заметила.

- Ладно, как скажешь...

- Что это было? - Она перебила меня.

- Ты о чем?

- Я это видела. Ты же не думаешь, что это недостающий ингредиент, не так ли?

Я уставился в пол.

- Расскажешь мне?

- Елена. - Я вздохнул.

- Скажи мне, Блейк, - потребовала она.

- Не хочу, ладно.

- Почему это не он?

- Я не знаю. Это просто не похоже на недостающий ингредиент. - Я встал и медленно прошелся по комнате, приглаживая рукой волосы. Я обернулся и снова посмотрел ей в глаза. - Не знаю. Возможно, я никогда не почувствую, что это тот самый недостающий ингредиент. Просто иногда так трудно последовать моему совету, ладно?

Елена выглядела решительной.

- Тогда нам все равно нужно его найти.

- Нет, - тихо сказал я и подошел, чтобы присесть на край кровати. - Вовсе нет. Ягоды могут им быть. Я просто хочу быть таким же уверенным, как ты, и сомневаюсь, что когда-нибудь буду, вот и все. Устроен по-другому, не забывай. - Я снова улыбнулся.

Она нахмурилась и бросила на меня неуверенный взгляд. Она знала меня лучше, чем я думал.

- Ты уверен, что не можешь читать мои мысли?

Я хмыкнул.

- Я бы хотел.

Это снова заставило ее рассмеяться, но потом она вздохнула.

- Хорошо, мы можем подумать еще немного.

- Нет, так и должно быть. - Я не собирался тратить последние полторы недели на поиски чего-то, о чем понятия не имел. - Мне просто тоже нужно иметь веру и верить, что ягоды Луи настолько ядовиты.

- Все говорят, что они лучшие, - ответила Елена, в ее голосе было немного больше надежды, чем у меня.

- Тогда кто я такой, чтобы спорить? - Я уперся обеими ногами в пол и встал. - Вставай, - сказал я, направляясь к двери. - Король Гельмут совершенно ясно дал понять, что не будет никого ждать, когда придет Арис.

Я ушел. Черт, Блейк. Теперь Елена отправлялась на эту миссию, думая, что ягод Луи было недостаточно. Тупой засранец.

Мы позавтракали, и снова Елена была слишком тихой. Бекки продолжала смотреть на меня, чтобы я рассказал ей о том, как Саадедин создается с помощью магии и заклинаний. Арианна не бомбардировала нас дурацким недостающим ингредиентом или тем, о чем мы говорили сегодня рано утром.

Елена знала достаточно. Я не хотел, чтобы она боялась Саадедина еще больше, чем уже.

Около десяти пришло объявление: Арис быстро прибывает на драконах, а другие - на внедорожниках.

Мы все вскочили, включая Хейко и Арианну.

Я подошел к двери, Елена за мной не последовала.

Она все еще сидела на месте.

Я вернулся к столу.

- Король Калеб здесь. Он собирается сражаться.

Елена подняла голову и уставилась на меня.

- Да, это не меняет того, что он чувствует ко мне.

- Дай ему немного времени. В конце концов, он изменит свое мнение.

Она швырнула в меня салфеткой, лежавшей рядом с ее тарелкой, и снова отхлебнула кофе.

Я выдвинул стул и сел.

Бекки и Джордж вбежали обратно в кафетерий и направились к нашему столику.

- Елена, Блейк, идите и посмотрите. - Бекки снова выбежала, и Джорджа притянуло, как магнитом, которым она и была.

Я встал и протянул Елене руку. Ее пальцы сжались, и мы оба направились ко входу, по коридору и к главной двери.

Когда мы выбрались наружу, повсюду были только драконы и всадники, соскальзывающие с их крыльев. Подъехало по меньшей мере пятьдесят внедорожников с мужчинами на борту.

На наших лицах появилась улыбка.

- Видишь, зачем нам понадобился Арис? - пробормотал я.

Елена просто смотрела на океан людей и их драконов, которые собирались сражаться вместе с нами.

Я услышал тихий гул из леса и настроился на него. Нежный топот ног, соприкасающихся с дерном, направился в нашу сторону. Хлопанье крыльев Айзека достигло моих ушей. Я много раз летал рядом с ним, чтобы узнать звук, издаваемый его крылом. В нашей драке он сильно повредил крыло и не зажил должным образом. Теперь оно издавало звук, который был на секунду выше, чем у другого. Я все еще чувствовал себя дерьмово из-за этого, но он сказал мне забыть об этом. Это было в прошлом.

Его орлиная фигура вылетела из леса, и он пронзительно закричал.

Я улыбнулся. Айзек изменил мнение своего отца.

Множество других крылатых существ шли с формой гигантского орла Айзека.

Все ахнули, когда фигурки химер Мисси и Юрия полетели к нам, смешавшись с океаном ястребов, ворон, сов и других крылатых существ.

Остальные с невероятной скоростью выскочили из леса.

Группа пантер, львов, волков, тигров - все они были здесь.

Айзек и Юрий приземлились вместе с Мисси прямо за ними.

Некоторые оборотни превращались в воздухе и приземлялись на ноги, как только касались земли.

Я бросил Айзеку халат, и он быстро натянул его.

Он подошел ко мне, похлопал по плечу и заключил в объятия.

- Ты переубедил его?

- Это не я. Речь короля Калеба помогла, - сказал Айзек.

Юрий изменился, и одна из Химер исчезла. В сумке, которую он нес в когтях, у него была своя одежда, и он достал пару джинсов.

Когда Юрий натянул на себя всю одежду, то подошел прямо к Елене.

- Прости, что я был так слеп, принцесса. Мы готовы следовать за тобой, чтобы вернуть твоего отца.

Все остальные переоделись и приняли позу Юрия - все поклонились.

Я мог сказать, что ей становилось не по себе.

- Пожалуйста, встань, - сказала Елена Юрию, и как только он это сделал, она обвила руками его шею. - Спасибо.

- Надеюсь, у вас найдется место и для нас тоже.

Она рассмеялась, и объятие прервалось.

- Мы разработаем план.

Айзек дал мне пощечину.

- У тебя все плохо получилось.

- Заткнись, - пропищал я в ответ.

Гельмут и мой папа были следующими в очереди и пожали Юрию руку. Через некоторое время все приветствовали друг друга.

Я стоял рядом с Айзеком, и Елена подошла ко мне.

- Итак, что думаешь? - спросил ее Айзек.

- Честно говоря, я думала, ты крупнее, - пошутила она, и я рассмеялся.

Айзек игриво посмотрел на нее, когда остальные участники группы подошли к нам.

- Ты же не думал, что тебе достанется все веселье, не так ли? - сказал Тай, хлопая меня по руке.

- Нет, не думал, - ответил я. - Рад, что ты здесь. Все вы, и для разнообразия не за спинами ваших отцов.

- Ты так хорошо нас знаешь, Блейк, - съязвил Джейми, и снова раздался смех.

~10~

Мой отец созвал совещание, и главы флота короля Калеба и Оборотни направились в сторону кафетерия.

Эмануэль остановил нас с Еленой перед двойными вращающимися дверями, ведущими в кафетерий.

- Король Гельмут сказал, что я могу присутствовать. – Елена поджала губы.

- И он отдал мне приказ. - Тон Эмануэля был суровым.

Челюстные мышцы Елены яростно напряглись.

Я посмотрел на Эмануэля, и он одарил меня таким взглядом. Они собирались поговорить о Горане и о том, как они будут использовать его внешность в своих интересах.

- Он собирается сообщить вам с Блейком последние новости наедине. - На лице Эмануэля появилась улыбка. - Кроме того, ты же не хочешь сидеть рядом с оборотнями. От них пахнет мокрыми собаками.

Я усмехнулся, и Елена усмехнулась, когда легкая улыбка тронула уголки ее губ.

- Следуй за мной, - сказал Эмануэль, направляясь в кабинет моего отца.

Мы оба вошли и сели на стулья прямо перед столом отца, в то время как Эмануэль занял свое место перед стеклянным столом, на котором был изображен план леса в уменьшенном масштабе.

Он снял крышку с плана, и Елена встала со стула.

Мы оба подошли к 3D-модели, рассматривая готовый макет Итана, который скрывался под картой Лиги Драконов.

Папа, несомненно, был талантлив в верстке и создании своих 3D-моделей.

Глаза Елены заблестели, когда она посмотрела на все города такими, какими они были сейчас.

- И это весь Итан? - спросила она, не отрывая взгляда от крошечных домиков и улочек.

- Это весь Итан. Мы создавали его по мере получения новой информации, - ответил Эмануэль.

Он постучал по стеклу в правом углу, ближе к себе.

- Раньше это был замок Итан, твой дом.

Она уставилась на состояние замка. У него было семь крыльев; еще одно было совершенно черным. Королева Катрина умерла в этом крыле, и последние восемнадцать лет у них не было доступа к расходным материалам для ремонта.

- У нас мало информации изнутри, но и того, что мы получили, более чем достаточно, - продолжал Эмануэль. - Горан все еще бродит по этой стороне большую часть времени. Он отказывается входить в крыло, соседнее с западным.

- Почему? - Елена хотела знать. - Что такого особенного в западном крыле?

Он постучал по стеклу прямо над черной, сгоревшей башней.

- Твоя мать умерла в этом крыле.

- И ты хочешь сделать это точкой входа? - Я понял, о чем он говорил. Мне не понравилась эта идея, так как сооружение было старым и хрупким. Случиться могло все, что угодно. Нам обоим нужны наши силы, чтобы бороться со зверем.

- Там ближе всего – это ваш самый надежный шанс, - ответил Эмануэль.

- Мне это не нравится, Эмануэль. - Я скрестил руки на груди и уставился на ковер, устилающий пол.

- Вам просто нужно убить Саадедина. За Горана будут отвечать Гельмут и Калеб.

Я посмотрел на Эмануэля. Они что, спятили? Это был его близнец.

- Ты уверен, что они справятся с этим, а? - Я остановился, и пристальный взгляд Елены метнулся ко мне.

- Они справятся. - В устах Эмануэля это прозвучало так определенно. - Они оба настояли на этом.

Я уставился на Эмануэля. Лучше бы он справился с этим. Если Гельмут струсит и не сможет убить брата, то Горан придет за Еленой и мной. Гельмут воссоединится со своими детьми раньше, чем он думал.

- Что ты скрываешь? - спросила Елена.

Бляяяяя.

Я взглянул на коробку, а Эмануэль посмотрел на нее.

- Тебе не обязательно знать все подробности, принцесса. Так будет лучше всего. Тебе нужно сосредоточиться на поисках Саадедина.

- Ты, по крайней мере, знаешь, где он бродит? - спросила Елена.

- Нет, но многие горожане говорили, что иногда слышали его плач из замка.

- Его плач?

- Подземелья, - ответил я на ее вопрос.

- Элементали подобны волкам; по ночам они любят выть на луну, ну, в данном случае, плакать. Они называют это криком дракона. Ты не захочешь этого слышать. Это заставит плакать любого взрослого мужчину, - сказал Эмануэль.

- И мы должны убить его? - спросила Елена. Мне совсем не понравился ее тон. Я говорил ей, сколько раз это были не те детеныши, которых она помогала выводить на свет. Это был злой монстр.

- Это зло. - Эмануэль сжал челюсти.

- Которому я помогла вылупиться. Неужели вы все это забыли? Для меня это не какой-то монстр. Я увижу Торнадо, Дасти, Херби и Кирби, а не то, что вы, ребята, знаете под этим названием. – Она замахала руками в воздухе, отбивая удары.

- Ты дала им имена? - потрясенно спросил я.

- Они были всего лишь младенцами, прекрасными невинными созданиями, которых предали, чтобы они стали этим монстром. Конечно, мы дали им имена.

- Елена. - Эмануэль закрыл глаза и потер лицо ладонями. Затем он открыл глаза и посмотрел на нее мягко. - Они уже не те дети, что прежде. Ты видела видения. Ты знаешь, как выглядит Саадедин. Если ты не убьешь его или будешь колебаться, ты умрешь.

На несколько секунд в воздухе повисла тишина.

- Ты понимаешь, о чем я говорю?

- Да, я знаю. Это они или мы. - Голос Елены звучал побеждено.

- Это, это больше не «они». Это могущественный и опасный монстр. - Эмануаль говорил медленно и четко.

Она кивнула и снова посмотрела на 3D-модель.

- Кто-нибудь из них видел моего отца? Он все еще жив?

- Мы не получили доказательств существования жизни. Вот почему Гельмут послал последние войска, просто чтобы выяснить, жив ли еще он. Мы узнаем, что они обнаружат, в тот день, когда войдем.

Это было то, что я тоже ей говорил. Ей нужно набраться терпения.

- Значит, мы собираемся проникнуть в эту башню? - Она постучала по башне рядом с той, в которой умерла ее мать. - Сколько человек у вас внутри?

- Пара, и мы можем им доверять. Отвлекающий маневр уведет как можно больше людей Горана подальше от замка. Остальным они дадут снотворное во время чаепития, - сказал Эмануаль, глядя прямо на Елену. Его пристальный взгляд снова переместился на меня. - Все прошли через это, Блейк. Люди, близкие к Горану, дали нам часть его ДНК, а ученый сделал все остальное. Они дадут вам одно устройство, которое сможет отслеживать его местонахождение, но мы не знаем, будет ли оно работать внутри замка. В последний раз, когда мы разговаривали с ним, он говорил, что с Гораном происходит что-то серьезное. Как будто он работал над чем-то личным и был очень скрытен по этому поводу.

- В последний раз? С тех пор ты с ним не связывался?

- Он все еще жив. За ним просто наблюдают, как за ястребом. Мы говорим о Горане, так что мы примем меры предосторожности, но у нас есть посредник, и он дал нам кое-какую информацию, правда, не очень много.

Мы с Еленой обменялись взглядами, затем снова посмотрели на Эмануэля.

- Он сказал нам, что они разместили людей твоего отца в Соверене около полутора лет назад. - Эмануэль снова посмотрел на Елену.

- Восемнадцать месяцев назад? Фермеры не видели моего отца последние четырнадцать-пятнадцать месяцев, Эмануэль?

- Они также не выводят его на фестивали, - ответил Эмануэль, и у меня возникло желание зарычать на него.

- Тогда он вполне может быть...

Эмануэль схватил ее за руки.

- Я знаю, как это выглядит. Нам нужно верить, что твой отец все еще жив.

Я сжал челюсти так же сильно, как Эмануэль, когда он сказал это Елене. Она продолжала смотреть на 3D-макет, словно пытаясь запомнить его.

- Значит, моего отца нет со своими людьми? - Ее голос дрогнул, но она справилась со слезами.

- Другой, который прибыл с нами из Итана, сказал, что это случилось около полутора лет назад. Они перевезли их из подземелий замка в Летний замок в Соверене.

- Летний замок?

- Это был любимый дом твоей матери. Она любила Соверен.

Елена кивнула, обеспокоенно глядя на ту часть, которую Эмануэль обвел пальцем.

- Горан не разделит твоего отца и его людей. Он пытается сломить людей через твоего отца. Твой отец будет в Соверене.

Подожди, что?

- Он не стал бы перемещать короля Альберта. - Я выглядел смущенным.

- Он бы так и сделал, если бы Саадедин стал слишком силен, чтобы он мог его контролировать.

- Слишком силен? - спросила Елена.

- Вот почему мы думаем, что он в подземельях. Я говорил тебе, что был в том подземелье давным-давно. В эти стены встроены могущественные чары. Потребовалась бы огромная война, чтобы прорваться на поверхность. Может быть, даже нет.

Елена просто уставилась на него, как будто он говорил на другом языке.

- Что? - спросил ее Эмануэль.

- Ладно, в этом мало смысла. Если Горан уберег моего отца от зла Саадедина...

До нее наконец-то дошло.

Эмануэль кивнул.

- Часть его защищает твоего отца и его людей, Елена.

Елена покачала головой.

- Ты их не видел, Эмануэль. Он мучает их.

- Как бы жестоко это ни звучало, это всего лишь пытка. Горан поддерживает в них жизнь, потому что восемнадцать лет назад они были теми людьми, с которыми он ходил рядом, которым доверял свою жизнь. Он знает этих людей. Он знает их семьи. Глубоко внутри какая-то часть его все еще заботится о них.

- Да, теперь это то, к чему я могу относиться с пониманием, - съязвил я.

- Не говори так! - Елена пристально посмотрела на меня.

- Все, что я говорю, - это то, что говорит Эмануэль, имеет для меня абсолютный смысл. Горан не убьет твоего отца. Он сохранит ему жизнь, чтобы получить абсолютную власть, которая приходит с окончательным разгромом людей твоего отца. Он не сможет этого сделать, если твой отец мертв.

- Может быть, Пол прав? - спросила Елена.

- Горана здесь нет, - медленно проговорил Эмануэль.

- Это не то, что я имела в виду. Может быть, он прав насчет того, что Горан знает о нашем приходе?

- Не знаю. Я зорко следил за первой группой, которая пришла со мной, но если это так, то он не знает, что его ждет, - ответил Эмануаль.

- Нет, - сказал я. - Он не знает. Горан ненавидит это место. Вы не слышали, с какой ненавистью он сейчас относится к Итану. Он чувствует себя заключенным. - Я вспомнил слова Дракона на той горе, через которого тогда говорил Горан. - Если бы он знал, что мы придем, он бы справился с людьми, он бы уже был здесь, и мы бы уже знали.

Эмануэль вздохнул.

- Теперь ты говоришь как Гельмут.

- Тогда ты должен в это поверить.

- Ладно, итак, мы вернулись к исходной точке, но это не так уж плохо. Твой отец будет в безопасности, когда вы двое убьете Саадедина. - Он снова посмотрел на Елену.

- Хорошо, так кто же собирается освободить его людей? – спросила Елена.

- Сэр Роберт попросил Саманту и Бекки отправиться с ним вместе с небольшой группой мужчин.

- Хорошо, - сказала она, наконец-то согласившись с чем-то.

- Мы собираемся пойти другим путем. Под «мы» я подразумеваю Калеба, Гельмута и себя, а также Симеона и двух людей короля Калеба.

- Ты действительно доверяешь Симеону?

- Он никогда не был с Полом и Норой, сказал, что они остановились, чтобы подвезти его до замка, когда шли записываться.

- Когда? - Елена хотела знать.

- Это было через два месяца после смерти Люциана.

Мы немного поспорили по этому поводу, и Эмануэль подтвердил то, что Елена сказала мне той ночью об ожерелье Бекки.

- Каждый должен сыграть свою роль в освобождении Итана. Вы должны заботиться только о Саадедине, - сказал Эмануаль.

Мы снова кивнули.

- Ребята, вы нашли способ уничтожить Лианы? - спросила Елена.

- Да, но для этого кое-что нужно.

- Что?

- Кое-что, что невосприимчиво к ним.

- Кровь Елены, - ответил я со вздохом.

- Не так много, Блейк, но ее кровь - ключ к уничтожению их всех сразу.

- Как? - хотела знать Елена, прислонившись к стене рядом с 3D-макетом.

Эмануаль рассказал нам о формуле, с которой ученые экспериментировали в течение многих лет. Это был какой-то усовершенствованный убийца растений, но с лианами им не повезло. Они верят, что если смешать его с кровью Елены, формула сработает.

Они как бы поместят формулу в капсулы и прикрепят ее к маленьким бомбочкам, которые мы должны будем поместить в середину их сердцевины, расположив по обе стороны от Лиан. Бомбы взорвутся, выпустив смесь на все Лианы, и они умрут. Нам нужно было, чтобы упала только одна часть лиан, чтобы остальные смогли пролезть. Ученые продолжат экспериментировать над тем, как полностью уничтожить их.

Они хранили детонатор в надежном месте и приведут его в действие около полуночи. Восемнадцать лет назад все началось в полночь. Это также должно было закончиться в полночь.

Это также была блестящая тактика, полностью отбросившая Итан от полудня к немедленной темноте.

- Хорошо, так как мы попадем в замок? - спросил Блейк.

- Тревор и Форест будут ждать вас, и я отправляю Фреда и Реймонда с вами, ребята. Они отвезут вас в безопасное место, где вы проведете ночь, а ранним утром отправятся с вами в замок. Они будут оставаться рядом так долго, как смогут.

Я кивнул.

- Так долго, как только смогут? - спросила Елена. - В смысле, пока смерть не разлучит нас?

- Видишь, в тебе тоже есть что-то от твоего отца. Он был великолепен в том, что собирал все воедино, - сказал Эмануэль.

- Они умрут за нас? - Ее голос поднялся на несколько октав выше.

- Многие люди умрут, принцесса. Это не обычная спасательная миссия. Это снова война, и та, которая была предопределена нашими звездами. Многие Лунные Удары видели эту войну с разными исходами. Мы не знаем наверняка, что произойдет, и думаю, это зависит от вас двоих. Так много людей рассчитывают на то, что вы убьете этого сукина сына.

- Конечно, почему бы тебе не усилить давление, Эмануэль? - закричала она и снова посмотрела на схему Итана.

Я не смог удержаться от легкой улыбки. Елена была такой же, как ее мать.

- Ты получишь приказы, как только войдешь в Итан, Блейк.

- И это все? - спросила Елена, поскольку Эмануэль после этого ничего не сказал.

- Это все, что тебе нужно знать, принцесса, - сказал Эмануэль. - Кроме того, один ученый ждет этот драгоценный ингредиент.

- Тебе нужно, чтобы я держал тебя за руку? - спросила я, когда Елена и Эмануэль направились к двери.

- Я умею обращаться с иглами. Никогда их не боялась, - улыбнулась она.

Я уставился на 3D-макет, хотелось бы, чтобы мы могли использовать магию в этом деле, и чтобы все, что мы здесь делали, просто волшебным образом происходило в Итане, но подобной магии не существовало. Или я не думал, что она существует.

Воображение взяло надо мной верх, и какое-то время я притворялся рукой разрушения. Я осторожно снял крышку и поиграл с макетом отца и всеми крошечными человечками, которых он создал и поместил в свой мир. Они убежали от моей руки, пытаясь найти укрытие.

- Блейк, - голос отца напугал меня, и я просто уставился на крошечную фигурку в моей руке.

- Извини, наверное, я сплю не так хорошо, как хотелось бы. - Я быстро извинился, вернул фигурку на место и накрыл 3D-модель стеклянной крышкой.

Я огромными шагами вышел из его кабинета.

Улыбка тронула губы отца, когда я вышел, и он закрыл за мной дверь.

Мне было все равно, что говорила Елена. Я собирался найти ее.

Когда я вошел, доктор уже заканчивал. Он положил пробирки с кровью в медицинский контейнер.

- Что ты здесь делаешь? – Она улыбнулась, когда села в кресле с откидной спинкой.

- Мне стало скучно. Подумал, что смогу отвлечь тебя на некоторое время, но видишь, все уже закончилось.

Доктор залечил след от укола.

- Ага, - улыбнулась Елена. - А теперь мы ждем, верно, - она посмотрела на доктора.

Он кивнул.

- Они долго не задержатся, обещаю.

Тем не менее, он оставил нас наедине, и часть меня хотела рассказать Елене все. Особенно о Горане и о том, что он был близнецом Гельмута.

Я видел его фотографию. Никто из нас ни за что не различит их. Они всегда были идентичны, и на протяжении многих лет ничего в этом не менялось - абсолютно ничего.

~11~

«Вернусь через минуту», черт возьми.

Мы ждали три чертовых часа, как сказала бы мама. И начнем с того, что я был не самым терпеливым парнем на свете.

Они представили доктора, который назвался доктором Хамфри. Он был невысок ростом с очками на носу. Почему некоторые люди их носили, я не знал, ведь очки предназначались для глаз, а не для носа.

Судя по его запаху, когда они подошли, он был человеком. Неудивительно, что мы ждали три часа.

Драконы были пунктуальны. У них не было времени, чтобы тратить его впустую.

Я ясно видел раздражение его дракона из-за того, что его всадник не пришел вовремя, особенно из-за этого. По крайней мере, Елена была пунктуальна - слава моей счастливой звезде.

Все, что нам теперь оставалось делать, - ждать. Ждать, пока лабораторные крысы проведут эксперимент с кровью Елены, чтобы посмотреть, что из этого выйдет.

Мы все выполняли это задание в кабинете отца.

Джордж и Бекки сидели с нами. Хейко и Арианна, вероятно, восприняли это как время для перепихона, и мое раздражение только росло.

Я не был драконом для многолюдных мест, если только не выступал на сцене. Это было другое дело.

Елена, казалось, передразнивала мое раздражение, или, может быть, она просто была встревожена. В данный момент было трудно сказать наверняка.

Я ненавидел ждать. Никогда в жизни так не нервничал и не тревожился.

Казалось, что прошли часы, но каждый раз, когда я смотрел на часы, проходили считанные минуты. Я ненавидел ждать.

Бекки и Джордж расспрашивали моего отца о своей миссии. Они хотели знать, что им нужно делать, поскольку мой отец взял их в свою команду, чтобы спасти короля и его людей.

Калеб и Гельмут коротали время за игрой в шахматы. Калеб ни разу не взглянул в сторону Елены, не говоря уже о том, чтобы заговорить с ней.

Неужели он всерьез считал ее занозой в своем ботинке?

Елена в задумчивости расхаживала вперед-назад, ожидая результатов анализа своей крови.

От ее постоянного хождения у меня закружилась голова, и я встал.

- Эй.

Наконец она остановилась и встала передо мной.

Я погладил ее по рукам.

- Это сработает. Кроме того, возможно, тебе и не понадобится убивать Саадедина.

- Ты не пойдешь за ним в одиночку. У нас был уговор, - прошипела она.

Я улыбнулся.

- Это не то, что я имел в виду, но ладно. Понял. - Я слегка улыбнулся, зная, что она тоже не хотела жить без меня. Это было прекрасное чувство. - Король Гельмут думает, что если или когда они убьют Горана, его власть над Саадедином может исчезнуть, и все может снова стать хорошо.

Ее глаз дернулся.

- Правда?

- Саадединов было не так уж много, поэтому они не доказали этого раньше, но звучит правдоподобно, тебе не кажется?

Она погрузилась в размышления, а затем снова посмотрела на меня.

- Ты говоришь это просто для того, чтобы я почувствовала себя лучше, не так ли?

Я погладил ее по рукам.

- Я ненавижу, когда ты так нервничаешь. Просто расслабься, хорошо. Пока я не планирую умирать. Не тогда, когда жизнь оказалась такой сладкой.

Она обхватила меня за торс и положила голову мне на грудь. Я крепче обхватил ее руками и нежно поцеловал ее в макушку.

- Мы убьем его. С нами обоими все будет хорошо. Это обещание.

- Что, больше никаких клятв? - Она не смотрела на меня.

Я усмехнулся.

- Мои обещания больше не такие слабые. Почти такие же сильные, как мои клятвы.

- Хорошо, - вздохнула она.

Она хотела меня о чем-то спросить, когда дверь открылась.

Вошел дракон в человеческом обличье, одетый в мантию.

Доктор Хамфри последовал за ним через несколько секунд.

Все прекратили свои занятия и уставились на него.

- Выкладывай! – приказал папа.

Доктор Хамфри улыбнулся.

- Сработало.

Да! Все в офисе выразили свое облегчение и волнение.

- Принцесса, следуйте за мной, пожалуйста.

- Я пойду с вами, - тихо сказал я и гигантскими шагами направился вслед за доктором Хамфри в соседнюю комнату.

Он жестом указал Елене на стоматологическое кресло, чтобы она села.

Я пододвинул один из маленьких табуретов поближе к ее креслу и плюхнулся на него верхом.

Я зорко следил за доктором, пока он чистил иглу, прикрепленную к капельнице, и пакет с кровью, молча угрожая ему, чтобы он не причинял ей вреда.

Она слегка вздрогнула и на несколько секунд закрыла глаза, когда доктор Хамфри воткнул иглу ей в руку.

- Это займет около пары минут. Нам столько не нужно. Ровно столько, сколько нужно, - сказал доктор Хамфри, прежде чем выйти из комнаты, оставив нас наедине.

Елена кивнула и начала устраиваться поудобнее в кресле.

Я оперся подбородком на руку, локтем на колено и просто уставился на нее. И тут меня осенило. Я улыбнулся.

- Подумать только, у нас наконец-то есть что-то общее.

- Да? - Елена нахмурилась.

- Да, - улыбнулся я. - Ну, вроде того. Твои части нужны им не для изготовления смертельных зелий или тех, которые могут имитировать смерть, а для спасения жизней.

Ей это показалось забавным, и она слегка хихикнула.

- Это далеко не все, что у нас есть общего.

- Противоположности притягиваются. Только подумай, как было бы скучно, если бы мы были похожи.

Ее губы снова изогнулись.

- Это твой способ отвлечь меня?

- А работает?

- Немного. - Она поморщилась.

- Тогда хорошо.

На несколько мгновений воцарилось молчание.

- Вот я и подумал, - начал я снова.

- О чем сейчас? - спросила Елена немного раздраженно. - Честно говоря, весь этот день был разочаровывающим.

Я усмехнулся.

- О том, что, может быть, нам стоит попытаться сбежать, всего на два дня, предпочтительно те два дня, что предшествуют всему этому дерьму со спасением и Варкрафтом.

Она усмехнулась.

- Звучит как блестящая идея.

- Я бы с удовольствием провел немного времени с тобой и нашими друзьями. Только мы. - Мое сердце забилось быстрее.

Однако она не торопилась с ответом. Она кивнула первой.

- Да, похоже, это лучший план, который у тебя был за всю неделю.

Я рассмеялся.

- У тебя есть какое-нибудь место на примете?

- Да. Недалеко от Драконьей Лиги есть красивый коттедж у озера. Наконец-то я могу пригласить тебя на очень долгожданную прогулку на байке.

Она пристально посмотрела мне в глаза.

- Я на байке?

- Ты будешь в безопасности. Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

- Хорошо, - надулась она. - Это давно назревшая поездка. Оборотни тоже будут там?

- О, побег - это не побег без оборотней, но обещаю, что они будут вести себя наилучшим образом.

Дверь снова открылась, и вошел доктор Хамфри.

- Этого будет достаточно, спасибо, принцесса.

Он осторожно вытащил иглу и промокнул рану кусочком ваты.

- Дай сюда. - Я взял ее за руку и залечил ранку.

Я чувствовал на себе взгляд доктора.

- Удобно иметь такого человека, - сказал он. - Мы, нормальные люди, можем положиться на них только тогда, когда мы очень больны.

Мы оба рассмеялись.

- Да, он чрезвычайно ловкий, - пошутила Елена.

- Еще раз благодарю вас, принцесса.

- Не за что.

- Блейк, - сказал доктор Хамфри, затем повернулся и направился к двери.

- О, не торопитесь. Посылки будут готовы к отправке очень скоро. Нам снова понадобится ваша помощь.

- Вы знаете, где меня найти, - сказала Елена.

Он исчез, и она вздохнула.

- Иногда я сомневаюсь, что мы когда-нибудь выберемся отсюда.

- О, я собираюсь потребовать этого, - заверил я ее. - Это обещание.

- Теперь ты говоришь как Джордж с его клятвами.

- Ха-ха, - передразнил я ее и притянул ближе к себе, потянув за рубашку.

Мои губы мягко коснулись ее губ, и от поцелуя по всей моей коже побежали мурашки.

Я не хотел, чтобы это заканчивалось, но все всегда требовало нашего внимания. Стук в дверь заставил меня хмыкнуть.

Елена усмехнулась и мягко оттолкнула меня от себя.

Я уставился на дверь, когда она открылась.

- Ральф. - Я встал. - Что ты здесь делаешь?

Я пожал ему руку, в то время как взгляд Ральфа был устремлен мимо меня на Елену.

- Приказ от принцессы, - сказал он, и я увидел пакеты, которые он нес.

- Все готово? - спросила Елена.

- Да, - улыбнулся он. – Надеюсь, тебе понравится.

- Спасибо, Ральф, - сказала она, встала со стула и взяла у него сверток.

- Просто смирись с этим. Я знаю, тебе нравилось черное, но Елене - нет. - Ральф посмотрел на меня, а затем попрощался с нами обоими.

Елена положила сверток на стол.

- Ладно, давай посмотрим, - сказал я.

Елена открыла.

Костюм был чисто-белым.

- Не говори этого. Для меня это имеет значение. - Улыбка коснулась глаз Елены впервые за последние дни.

- Если ты хочешь белое, и белое заставит тебя чувствовать себя увереннее, тогда я надену все, что ты, черт возьми, захочешь.

- Спасибо.

Я схватил свой костюм.

Мне понравилось, как Ральф его оформил. Он был похож на костюм спецназовца, а не на космический костюм типа «фруктовая научная фантастика».

Материал казался мягким на коже, и я ничего не мог поделать, когда эта мысль пришла мне в голову. Кого он убил, чтобы заполучить материал?

Елена дотронулась до своего костюма, который все еще лежал в коробке, восхищаясь им.

Она сделала бы все, что угодно, лишь бы ее видение не сбылось. Это согрело мое сердце.

Я подошел к ней поближе и поцеловал в висок.

- Мы сделаем это. Я это чувствую. Я не хочу умирать, и ты тоже не хочешь.

- Это звучит лучше, чем то глупое обещание.

Я рассмеялся.

- Мои обещания не глупые. Я имею в виду каждое из них. - Я обнял ее за талию и крепко прижал к себе.

Мне хотелось бы заморозить этот момент и остаться с ней вот так навсегда.

~12~

Около пяти пришла мама с Сэмми и Дином. Королева Мэгги и Габриэлла, мама Арианны, тоже пришли.

Сегодня вечером что-то происходило, это было точно.

Сестра крепко обняла меня, когда увидела, а затем обняла Елену.

- Я слышала, твоя кровь работает. - У нее были огромные глаза, когда она разговаривала с Еленой.

Я пожал руку Дину, поздоровавшись с ним, так как мама все еще была занята разговором с папой.

Затем она подошла ко мне, пока Сэмми и Елена все еще говорили о результатах анализа ее крови и о том, что лианы наконец-то собирались отступить.

Она обвила меня руками и сжала крепче.

- Наконец-то у нас есть что-то общее, Блейк. - Она говорила со своим британским акцентом.

- Это меня ни капельки не беспокоило. Противоположности притягиваются, - ответил я, и мама рассмеялась.

Мы все пошли в кафетерий ужинать. Было приятно, что сегодня вечером здесь собрались все члены моей семьи.

Елена, Сэмми и Бекки не могли перестать говорить о костюме, который принес Ральф, и о маленьких бомбочках, которые мы должны были заложить в сердцевину лиан. Будет так странно больше не видеть пиявок, но мы снова увидим Итан.

Я видел, как папа поцеловал маму в макушку, а потом вышел на улицу.

Через несколько минут мое любопытство взяло верх, и я отправился на охоту за ним, чтобы посмотреть, что он делает.

Он начал с костра.

Он задумчиво смотрел, выкладывая каждый камень по кругу.

Я схватил камень и поместил его в землю.

- Ты планируешь похороны?

Папа рассмеялся.

- Нет, пришло время вспомнить, почему мы собираемся спасать народ Итана. Это моя вина, что с нами так обращались последние восемнадцать лет, Блейк.

- Что ты имеешь в виду? - Я нахмурился, надеясь, что заклинание Дими не было снято колебаниями. Я заплатил за это заклинание своей душой.

- Я отказался увековечивать память о короле. Отказался заставлять их помнить, с кем они имеют дело.

- Папа, тебе было больно. Я знаю, на что похоже это чувство. И хуже всего было то, что Елена все еще была жива.

- И король тоже.

Я посмотрел на отца.

- Ты был в неведении четыре месяца, Блейк. Я носил это с собой восемнадцать лет. Так что, надеюсь, ты понимаешь, почему я сказал «четыре недели».

- Ты не обязан объяснять мне эту часть. Я знаю. Надеюсь, у тебя есть блестящий план по доставке всех туда в целости и сохранности.

- Клянусь тебе, я сделаю все, что в моих силах.

Я улыбнулся.

Мы молча сложили оставшиеся камни и дрова для костра.

Для кострища оно было слишком большим, и я помог папе обложить его поленьями.

Папа называл это ночью воспоминаний. Я хотел бы, чтобы группа была здесь. Чтобы разделить это воспоминание.

Все заняли свои места вокруг костра.

Мы слушали рассказы моего отца о короле Альберте и его людях всю ночь. У Элиаса и Джеймса тоже были воспоминания. Гельмут и Калеб ошеломили нас рассказами о том, как король Альберт был им как брат.

- Во времена короля Александра драконы всегда содержались в темницах. Они были так переполнены, что в них не было места для мыши, - сказал Джеймс. - Тогда я был молодым драконом и сидел в клетке со своими отцом и дедом. Твой дедушка использовал много магии, чтобы держать наш замок запертым. У него было время на Металлических, но ни секунды на Хроматических. Эта любовь исходила от твоего отца. - Джеймс посмотрел на Елену, затем усмехнулся.

- Ночью вваливались пятеро идиотов. - Он взглянул на Гельмута, который смеялся, и Калеба, который улыбался. - Тогда я не был знаком ни с принцами, ни с твоим отцом. - Он посмотрел на меня. - И я не знал, что это, - он похлопал по своей крепкой фигуре, - существовало, пока Роберт не показал нам свою форму. - Джеймс посмотрел на Гельмута. - Насколько я помню, это ты показал мне мой огонь, болтающийся у тебя в руке, и мне захотелось оторвать тебе голову. Но я также был тем, кому нужно было доверять, так как мои папа и дед никогда бы не изменились. Они ненавидели людей так же сильно, как люди ненавидели нас. Но я послушался твоего отца. - Он снова посмотрел на Елену. - У него не было никаких способностей, и все же он бегло говорил на нашем языке. Это было похоже на то, что он был своей особой породой драконов.

Гельмут и Калеб рассмеялись при этом воспоминании.

- Мне жаль тебя, мой мальчик. - Он указал на меня, и все рассмеялись. - Может, ты и альфа, Блейк, но король Альберт - альфа людей. Надеюсь, ты готов выслушать его речь.

- О, я на это рассчитываю.

Раздалось еще больше смеха.

Тишина становилась все более напряженной, пока все смотрели на тлеющие угли и слушали потрескивание огня, когда выступал сок.

- Но одну вещь я знаю, Елена, - снова заговорил Джеймс и посмотрел на нее. - В том, что в этом мире была одна вещь, которую твои родители хотели больше, чем покоя, и она сидит прямо здесь. - Он указал на нее пальцем. - Так что это определенно воссоединение, которое я не пропущу.

- Я тоже, - сказал Гельмут.

Елена вытерла слезы, и я притянул ее к себе. Это были хорошие слезы. Ей нужно было знать, как сильно ее родители хотели ее. Каждый человек и дракон здесь сделали бы все, что в их силах, чтобы воссоединить их, включая меня.

- Я тоже запомнил тот день, Джеймс. Я был так чертовски напуган и чуть не наложил в штаны.

- Гельмут, - Мэгги отвесила ему пощечину.

- Что? Другого способа сказать это нет.

- Ты мог использовать «напуган» и точка.

- Это не соответствует действительности в данной ситуации, любовь моя.

Королева покачала головой, в то время как Елена пыталась подавить смех.

- Мой выбор был между тобой и Эмануэлем, но ты напугал меня до полусмерти, поэтому я выбрал Эмануэля.

Все покатились со смеху, увидев выражение, застывшее на лице Эмануэля.

- Что, черт возьми, это должно означать? - выругался Эмануэль.

- Джеймс был пугающим, Эмануэль. Вот что это значит.

- А я не был? - Он фыркнул. - Ты можешь быть счастлив, что тогда не знал, кем я был. Я хотел проглотить тебя целиком, когда увидел, что мой огонь тоже болтается у тебя на руке.

Когда Гельмут и Эмануаль поссорились, раздался еще один взрыв смеха.

- Ладно, ты победил. Ты был самым страшным. Я должен был сказать Джеймсу, каким страшным он был, чтобы поднять его самомнение перед этой миссией, - он говорил тише, но все равно все могли его слышать. - Я обосрался в тот день, когда мне пришлось заявлять на тебя права.

- Гельмут! – снова рявкнула Мэгги.

- Что? Это была правда. Слава богу, я надел свои коричневые брюки, потому что это было неловко.

Плечи Эмануэля затряслись от беззвучного смеха, и Елены тоже.

С губ короля Гельмута сорвался смешок, показывая всем, что он шутит.

Мой отец начал со своей истории и рассказал о том дне, когда на него заявили права. Все хотели знать эту историю. Папа никогда ни одной живой душе не рассказывал, как могущественный Ночной Злодей в конце концов сдался.

- Был очень дождливый день, когда я впервые встретил твоего отца. Я был в одном из моих любимых мест - на болоте.

- Ненавижу болота, - пробормотал я, и отец рассмеялся.

- Ты можешь радоваться, что король Альберт заявил на меня права, потому что мы бы жили в одном доме, Блейк, - пошутил мой отец.

- Только через мой труп, - съязвила моя мать, садясь рядом с Сэмми.

Раздалось еще больше смеха.

- В любом случае, именно тогда я с ним познакомился. Однако он не торопился, наблюдая за мной, сидя на своем дереве и рисуя. Я ненавидел его до глубины души, но пока не замечал опасности, и, честно говоря, он мне тоже был любопытен. Так что я позволил ему. - Он поднял палец. - Это была моя первая ошибка, приведшая к моей гибели.

Все снова захихикали, и папа улыбнулся.

- У него есть способ заставить тебя почувствовать себя самым особенным существом на свете. Раньше он рисовал часами.

- Подожди, мой отец рисует?

- Он был принцем Пейи, Елена. Поверь мне, он научился рисовать в очень юном возрасте. Члены королевской семьи навязывали своим детям подобные темы.

Она улыбнулась, кивнув в знак того, что поняла, что он имел в виду.

- А потом, по прошествии времени, он начал менять деревья. Это тоже должно было стать тревожным сигналом, но я все равно ничего не сделал. Я позволил ему. Я не знал, что он на самом деле наблюдал за тем, что я делал, чтобы заявить на меня права. - Тон моего отца был переполнен сарказмом.

Все думали, что это было весело.

- Мы все были глупы в свое время, - съязвил Эмануэль. - Не чувствуй себя одиноким, Боб.

Это был первый раз, когда я услышал, как кто-то, кроме короля, называет так моего отца.

- Боб? - спросила Елена.

- Твой отец обычно называл его Боб, - прошептал я в ответ, когда они вдвоем спорили о том, что мой папа был первым. По крайней мере, Гельмуту пришлось бороться за согласие Эмануэля заявить на него права.

- Согласие. Это тоже была сила, - пошутил Эмануаль, и Елена хихикнула, когда король Гельмут рассмеялся, поедая миску сегодняшнего рагу.

- У Ала было так много терпения, и я не знал, как долго он наблюдал, но это было долгое время. Потом он перестал приходить на какое-то время, и я действительно забеспокоился о моем маленьком друге-человеке. Моя третья ошибка - видеть в твоем отце друга.

Елена усмехнулась.

- Мы все совершали эту ошибку, папа, - съязвил я, и Елена сильно шлепнула меня.

Папа усмехнулся, когда я потер руку. Она ударила чертовски сильно для человека.

- А потом, однажды, я отправился на его поиски. Я выследил его на озере с его друзьями и спрятался в тени леса неподалеку, наблюдая за тем, что они делали.

Гельмут рассмеялся.

- Я помню тот день.

- Я тоже, - вторил Калеб. - Это была всего лишь тактика, и ты тоже дал ему ответ в тот день.

- Да, я знаю, - пробормотал папа, наклоняясь ближе к огню.

- Какой ответ? - спросила Елена.

- Я подхожу к этому, - сказал папа и продолжил свой рассказ. - То, как они плавали в озере, выглядело так, будто они делали это ради забавы. На том этапе это было так странно. Альберт почувствовал меня и хотел подойти ближе, но на этот раз я ему не позволил. Поэтому я обратился в бегство, и это дало ему его ответ. - Папа и Гельмут рассмеялись.

- Что драконы не так уж сильно отличаются друг от друга, независимо от породы. - Два короля произнесли мантру короля Альберта.

Папа продолжал.

- Некоторые из нас были немного более утонченными по краям. - Он посмотрел на мою мать, которая непонимающе уставилась на него.

- Он также стал непреклонен в том, чтобы сделать тебя своей сучкой.

- Гельмут, - снова выругалась Мэгги, но он не ответил.

- Затем началась погоня, - продолжал мой отец. - После этого я видел его каждый божий день, но он больше не наблюдал за происходящим с дерева. Он пугал меня до усрачки, и, честно говоря, именно тогда я осознал произошедшую во мне перемену. Он изменил что-то внутри меня, что я не мог выразить словами. Но я заботился об этом маленьком ублюдке больше, чем следовало бы.

- Роберт, придержи язык, - пожурила его мама.

- Они больше не дети, Исси.

- И все же, сэр, так не говорят. Особенно королевский дракон.

- Как думаешь, где я научился этому красочному языку? Альберт не так невинен или очарователен, как ты думаешь, любовь моя.

Раздалось еще больше смеха.

- Как он и сказал, - обратился король Гельмут к королеве Мэгги, указывая на моего отца.

Мама и королева рассмеялись, вспомнив красочный язык короля Альберта, когда он был среди друзей.

Папа продолжал рассказывать свою историю о том, как король Альберт безостановочно преследовал его. Когда ему, наконец, надоело, он посмотрел на Елену.

- В тот день, когда они заперли двери после того, как Коронохвост вытащил Арианну с ринга, в тот день я понял, кто ты такая. Я всегда видел его в тебе, но чертова стена была всем, о чем я мог думать каждый раз, когда эта мысль приходила мне в голову. Но в тот день на ринге вы оба были своими родителями, Елена. Я видел дерзость Кейт в твоей притворной маленькой истерике и силу Альберта. Я знал, что для Блейка существовала надежда. Все, что делал твой отец за год до лиан, наконец-то обрело смысл.

Все кивнули в знак согласия.

- А потом он обрушил свой огонь на тебя. Когда это прекратилось, и ты все еще была жива, твои действия изменились, и я знал, что твой отец был с тобой. Ты подтвердила это, ответив на вопросы, которые не были заданы вслух.

- Он был там. - Елена улыбнулась.

- На что это было похоже?

Она вздохнула.

- Страшно, и в то же время удивительно. Когда Блейк выдохнул на меня свой огонь, я подумала, что умерла. Я ничего не почувствовал. Я открыла глаза, а его огонь не двигался, будто время остановилось, - сказала она, пристально вглядываясь в огонь. - Я вышла из него, и все остановилось. Люди в толпе, Блейк. Честно говоря, это был мой худший кошмар. Затем мое внимание привлекло какое-то движение. - Она рассмеялась. - На нем был капюшон, и я была чертовски уверена, что это жнец.

У костра раздались смешки.

- Теперь этот капюшон не обязательно должен был быть черным, не так ли? - спросил папа.

- Да. - Она перевела взгляд с огня на моего отца.

Мой отец улыбнулся.

- Я сшил ему этот капюшон.

- Ты сшил ему этот капюшон?

- Из шкуры на моей заднице.

Раздалось еще больше смеха, когда Елена пожурила его взглядом.

- Что это с вами обоими такое, что вы сдираете с себя кожу, чтобы сделать нам подарки? - Она снова отругала меня.

- Думаю, яблоко от яблони недалеко падает, - сказал я.

- Ты сделал королю капюшон из кожи на своей заднице, - поддразнил я отца.

- Что ты приготовил?

- Браслет.

- Я победил, - сказал мой отец.

Я покатился со смеху и поймал хмурый взгляд моей матери.

- Что?

- Я с Еленой. Перестаньте сдирать с себя кожу. Это варварство. Вы оба.

- О, я и это ему сказала, - ответила Елена маме. - В любом случае, - продолжила Елена. - Наконец он добрался до меня, а затем снял капюшон. Человек из всех книг по истории, которые я читала, из всех историй, которые я слышала, золотая статуя в Драконии. Он стоял передо мной, и хотя я знала, кто он такой, я еще не видела в нем своего отца. Я поклонилась, и вот тогда-то он и рассмеялся. Он коснулся моего плеча и подошел, чтобы опуститься передо мной на колени. Так что я понимаю, что ты имеешь в виду, говоря, что он может заставить тебя чувствовать себя особенным. Это было, когда он узнал, что я не знала, кто я, или обнаружил это. Наше воссоединение изменило его, ну, он сломался. - Ее голос слегка дрогнул.

Я обнял ее одной рукой.

- Я никогда раньше не видела, чтобы взрослый мужчина так ломался. - Елена посмотрела на моего отца. - Потом он увидел тебя в толпе. Выражение его лица, это сожаление о том, что он не доверил тебе свое самое ценное достояние, было ясным. Но это было не потому, что он тебе не доверял. Моя мать и Таня заставили его не рассказывать тебе обо мне.

Отец кивнул.

Она вздохнула.

- Мой отец знал, что ты бы остался. Это было также, когда я обнаружила, что он все еще жив, думаю, это была его оплошность и моя сообразительность. И после этого у нас произошла наша первая ссора. Я хотела рассказать всем, что он все еще жив, но он заставил меня пообещать сохранить это в секрете. Он боялся, что Саадедин будет слишком силен, чтобы мы могли убить его.

- Он не знает и половины пророчеств Блейка, Елена, - сказала мама.

Елена кивнула.

- А потом все было кончено. Но он умолял меня сказать тебе, что никогда в тебе не сомневался. - Она посмотрела на моего отца.

- Ты уже говорила это раньше, - на этот раз папа говорил шепотом.

- Я говорила серьезно, потому что он говорил серьезно.

Она вытерла слезы, и я притянул ее к своей груди. Елена никому не рассказывала о том дне, когда она взошла. О событиях, которые произошли, когда она увидела своего отца, потому что никто из нас тогда не знал, что он жив.

Ее восхождение звучало волшебно.

Дин, Джордж и я вместе с Сэмми, Бекки и Еленой направились к зданию штаб-квартиры.

Сегодня все остались ночевать, даже королева.

Королева Мэгги и моя мама говорили о стольких вещах, пока втирали кремы в свои тела.

Дину пришлось спать со мной и Джорджем на улице в палатках.

- Так ты действительно думала, что твой отец был жнецом?

Елена сидела на кровати, на которой спала, а я стоял рядом с ней, опершись рукой о верхнюю койку.

Она подняла на меня глаза.

- Я думала, что умерла, Блейк. Он выглядел как долбаный Жнец.

- Ты озвучила это ему, - улыбнулся я.

- Да. - Она прикусила нижнюю губу, пытаясь скрыть свое смущение.

Я усмехнулся.

- Что сделал твой отец?

- Он хорошо посмеялся. Сказал мне, что я не умерла, что я восхожу.

Я мог бы просто представить себе это. Елена рассмеялась вместе со мной.

- Блейк, пора уходить. Нашим дамам нужен хороший сон. - Мама уже была в халате, и я посмотрел на отца, притягивая Елену ближе к себе.

Мама просто терпеливо ждала. Сэмми показалось забавным то импровизированное напряжение, которое возникло между мной и папой.

- Спокойной ночи, моя принцесса, - я осыпал Елену поцелуями повсюду, пока она не запротестовала. Королева Мэгги рассмеялась над тем, как моя мать уставилась на меня, приподняв бровь.

Дин, Джордж и я вышли и направились к палаткам.

Той ночью заснуть действительно было нелегко, и какая-то часть меня была разочарована тем, что Елена не улизнула, чтобы присоединиться ко мне сегодня вечером. Я догадывался, что мне все еще нужно было многое преодолеть.

~13~

Прибыли бомбы, которые мы должны были установить в течение следующих нескольких дней. Поначалу это совсем не походило на бомбу. Красная формула находилась в маленькой круглой капсуле, к которой был прикреплен крошечный квадратный блок. Это отчасти напомнило мне об одной из моих сфер.

- Это и есть бомба. Ученые приведут в действие детонатор из лаборатории. Через сто часов начнется обратный отсчет. Через сто пятнадцать часов красный индикатор подаст два звуковых сигнала. Один за другим они взорвутся, высвобождая формулу с кровью Елены, и оборотни и другие прорвутся, положив конец.

Это звучало слишком просто.

- Значит, вы уверены, что это безопасно? - Елена спросила то, что я хотел спросить.

- Да.

- Как мы прикрепим это к корням? - Она хотела знать.

- С помощью этого. - Хамфри открыл коробку с миллионом зажимов внутри. Он достал один, и шар автоматически, как магнит, подсоединился к капсуле. Все это было похоже на паучьи лапки. Он посмотрел на меня. - Лианы что-нибудь почувствуют, Блейк. У них есть нервные датчики, которые почувствуют укол, который выделит обезболивающее лекарство, а затем они снова заснут.

Он показал нам, что мы должны просто слегка надавить на корень, и механизм сделает все остальное, проникая глубже в корень.

Они определенно должны были это почувствовать.

Как только они взорвут бомбы, те выпустят формулу на Лианы, и те умрут.

Остальная армия вместе с оборотнями могла бы тогда проникнуть в Итан, и у Горана и его виверн не было бы ни единого шанса. Не против всех драконов и оборотней.

- Просто сделайте мне одолжение, пожалуйста, - спросил Хамфри.

- Валяй, - ответил я.

- До меня доходили слухи, что в сердцевине были розовые и фиолетовые цветы. Думаете, сможешь достать для меня столько, сколько сможете?

Я кивнул, не задавая вопросов.

- Спасибо.

- Нет, это вам спасибо. - Я улыбнулся и протянул руку, и доктор Хамфри пожал ее.

В тот день днем мы с Еленой вошли с пакетом бомб.

Мы изо всех сил пытались понять, как работает застежка. Но после того, как я мысленно повторил слова доктора Хамфри, механизм замкнулся вокруг лианы, и корень тихо загудел.

Я также сорвал столько же розовых и фиолетовых цветов и положил их во второй пакет.

Елена продолжала рассказывать о вчерашнем вечере, обо всех историях и о том, как она не могла дождаться встречи со своим отцом.

Ее настроение стало более оптимистичным. Но предзнаменование о недостающем ингредиенте сильно давило на меня.

Если кто-то и должен был умереть, то это должен был быть я. Я бы не смог выжить без Елены.

Мы закладывали бомбы до поздней ночи, а потом снова вышли на улицу.

- Ты в порядке? - спросила Елена.

- Да, я более чем в порядке, - сказал я с ухмылкой.

- Ты был таким тихим сегодня.

- Думал обо всем на свете. Это бомбы, Елена. Что, если они взорвутся?

Она усмехнулась.

Мне нравился ее смех, и мне нужно было наслаждаться каждой минутой. Вечность была долгим временем, когда я этого не слышал.

Я также вспомнил о побеге. Позже тем же вечером я пошел в кабинет отца и постучал в дверь. Его не было в его кабинете.

Поэтому я настроился и разыскал отца в его комнате, разговаривающего с моей мамой.

«Пожалуйста, не занимайтесь сексом», - взмолился я и пошел в комнату отца.

Я постучал дважды.

- Кто там? - раздался голос отца.

- Это я. Мне нужно тебя кое о чем спросить, пожалуйста?

- Входи, Блейк.

Я открыл дверь, прикрыв глаза одной рукой, и мама рассмеялась.

- Мы не голые. Опусти руку, - игриво пожурил меня отец.

Я ухмыльнулся, открывая глаза, и мама с любовью посмотрела на меня. Она постучала по краю кровати, по месту перед собой.

Я сел.

- Что это такое, что не могло подождать до завтра? - спросил отец.

- Нам нужен перерыв, всего на несколько дней.

Отец слегка приподнял бровь.

- Папа, пожалуйста. - Мой голос звучал так устало.

- Думаю, перерыв - отличная идея, Блейк, - сказала мама.

- Спасибо, - произнес одними губами я.

- Когда ты хочешь уйти, и о скольких мы говорим?

- Когда мы закончим устанавливать бомбы. Джордж, Бекки, Дин, Сэмми, ребята из группы. Немного, папа.

Он кивнул.

- Будь осторожен, Блейк, - предупредил он меня, и мое лицо сказало все это.

Мать снова рассмеялась.

- Он больше не такой безответственный, Роберт. Отдай ему должное, пожалуйста.

Папа вздохнул.

- Ладно, хорошо. Наслаждайся и будь в безопасности.

Я улыбнулся.

- Спасибо. Я действительно ценю это. - Я встал и пожелал спокойной ночи.

Я закрыл дверь и пошел в свою палатку.

Я позвонил Айзеку после того, как рассказал Дину и Джорджу о побеге.

Дин был очень взволнован и сказал, чтобы мы оставили организацию поездки на них четверых. Нам нужно было только сосредоточиться на бомбах.

- Привет, приятель, - ответил Айзек и начал излагать мне свою еженедельную разбивку того, что, по его мнению, могло быть недостающим ингредиентом. И любовь всегда была последней в его списке.

Смешок сорвался с моих губ.

- Спасибо, приятель, я действительно ценю это.

- Это придет к тебе, когда понадобится. Я знаю, что так и будет.

- Да, - ответил я. Я не хотел, чтобы ребята беспокоились обо мне и Елене.

Я рассказал Айзеку о побеге. Тео и Макс, возможно, и не смогли бы этого сделать, но Джейми, Тай и он сам определенно были готовы.

Он заговорил вполголоса, и я пожелал ему спокойной ночи.

Я не хотел думать о сексе с Еленой. Она еще не была готова. Эти идиоты не могли этого понять.

Сегодня ночью сон пришел быстрее, а на следующий день снова пришлось закладывать бомбы.

Это было почти повторение вчерашнего дня. Большую часть действий вела Елена, но мы также украдкой целовались между закладкой бомб.

Я сказал ей, что получил разрешение от отца на побег.

- Все будет хорошо. Что ты сказал отцу?

Я усмехнулся.

- Правду.

- Чудеса случаются. Ты ведь также упомянул мое имя, верно?

- Да, я это сделал, - улыбнулся я.

- Воистину чудо. - Она продолжила, и я притянул ее к себе, разделяя еще один поцелуй.

Честно говоря, я собирался скучать по этому месту. Большая часть уединения будет разрушена, не говоря уже о красоте.

В тот вечер за обеденным столом мы выслушали все приготовления к путешествию.

- Мне все равно, Бекки. Пока есть вода для катания на водных лыжах, палуба для вечеринок и кровати для сна, я согласен, - сказал Джордж.

Елена снова рассмеялась.

- Я просто катастрофа на водных мотоциклах.

Я улыбнулся, когда посмотрел на нее.

- Как я могу забыть? Было забавно слышать все твои грязные мысли об Эмануэле.

- Заткнись. В тот день ты до смерти напугал меня. На самом деле, теперь, когда я припоминаю, это ты заставил меня перевернуть гидроцикл.

Мы все рассмеялись.

- Он был в твоей голове, и какие грязные мысли об Эмануэле, - поддразнила ее Бекки.

- Заткнись. - Щеки Елены покраснели.

- К сожалению, в тот день он выглядел сексуально, - добавила моя сестра в разговор, и мы рассмеялись над выражением лица Дина.

- Что, я могу смотреть, но не трогать?

В тот вечер мы смотрели фильм в гостиной, и Елена просто прижималась ко мне. Я бы все отдал, чтобы услышать ее мысли так, как в тот раз, когда они катались на водных мотоциклах. Это было сразу после смерти Люциана и вечеринки по случаю дня рождения, с которой они снова ошиблись.

То, что говорят о сожалении, было правдой. Обычно ты обнаруживаешь это, когда слишком поздно.

Елена плотнее прижалась ко мне, и я крепче обнял ее.

Я мог бы сидеть вот так с ней вечно.

Какого ингредиента не хватало? Наша связь, наша любовь. Все, что я знал, это то, что это были не ягоды Луи.

В ту ночь я изо всех сил пытался заснуть, и на следующий день все было точно так же. Это был последний день, и мне нужно было снять что-то с души, даже если Елене не понравилось бы услышать слова, слетающие с моих губ.

Мы были заняты, как обычно, закладывали бомбы, а я срывал розовые и фиолетовые цветы для доктора Хамфри. Каждую ночь он посылал своего дракона отнести ему пакет с цветами.

Сейчас был единственный раз, когда я мог поговорить с Еленой о том, что было у меня на уме.

- Нам нужно кое о чем поговорить, - сказал я, когда мы углубились в заросли Лиан.

- Что? - Елена прикрепила следующую бомбу к стеблю корня.

- Если у меня ничего не получится... - я сорвал еще один цветок.

- Ты не можешь так думать, - отругала Елена.

- Елена, смерть - это самое естественное…

- Нет, ты слишком молод, и ты не умрешь, слышишь меня? - Она прошагала мимо меня.

- Прекрасно, ты не готова это услышать. Может быть, в другой раз.

Я прошел мимо нее, сорвал еще одну веточку пурпурных цветов и двинулся дальше.

- Я никогда не буду готова это услышать, потому что ты не умрешь!

Я остановился.

- Думай реалистично. Мы пока не знаем, какого ингредиента не хватает.

- Значит, я была права? - Она закричала. - Ты же не веришь, что это Луи, совсем нет.

- Да, - сказал я. – Не верю. Я знаю, что яд силен, но все, что я читал о колдовстве... - Я сделал глубокий вдох. - Когда кто-то что-то наколдовывает, он принимает меры предосторожности. Горан использовал бы все, что знал, чтобы создать Саадедина и сделать его невосприимчивым к яду.

Я не хотел говорить ей об этом, но она не оставляла мне выбора.

- Что значит «сделать его невосприимчивым к яду»?

- Это просто еще одно заклинание. Яд, если Горан употребил это слово, он не причинит ему вреда. Это все равно что испечь пирог с ингредиентами. Каждый ингредиент что-то делает. Он просто добавил список ингредиентов, которые не могут его убить. Ягоды Луи, могу обещать, были первыми в его списке. Отец говорил, что он был алхимиком. Раньше он готовил все зелья короля Альберта, все, что им было нужно. Он был тем, кто готовил зелья, и ягоды Луи почти всегда были во всех них.

- Убивающие зелья? – спросила она. - Ты пытаешься сказать мне, что мой отец варил смертельные зелья?

- Нет, они предназначены не только для убийств. Предположим, ты смешиваешь ягоды с чем-то другим. В этом случае это действительно может стать чем-то неядовитым, чем-то, что может исцелять, питать, это может стать чем-то прекрасным.

Мои слова доходили до нее, и между нами повисло молчание.

Она посмотрела на меня со слезами на глазах.

Я не хотел заставлять ее плакать и подошел к ней.

Я притянул ее к груди и позволил себе губами коснуться ее макушки.

- Знаю, трудно представить, что жизнь снова может стать хорошей после того, как я уйду.

- Ты не…

- Елена, ты должна выслушать то, что я собираюсь тебе сказать. Тебе нужно постараться и выслушать, пожалуйста. - На моих глазах выступили слезы.

Она покачала головой.

- Слушать то, что ты хочешь сказать, - это все равно что прощаться. И я не дам тебе такого шанса. Ты не умрешь!

- Хорошо. - Я обнял ее крепче. Было бесполезно говорить с ней об этом. Она была такой же упрямой, как и ее мать.

Мы заложили последнюю бомбу и проделали долгий путь домой пешком.

Фонзи, дракон доктора Хамфри, как обычно, ждал пакет с розовыми и фиолетовыми цветами возле лиан.

Я протянул его ему и увидел, как Елена пронеслась мимо меня к главному зданию.

Меньше чем через четыре дня мы отправлялись в Итан, и без недостающего ингредиента я умру.

Бекки отругала меня в тот вечер. Она пыталась вытянуть из меня то, что произошло сегодня.

Она дважды проверяла Елену, но та спала. Я тоже проверял. Елена выглядела усталой и нуждалась в отдыхе.

Бекки не понравилось выражение ее лица и поведение, когда она вернулась. Елена умоляла ее и мою сестру оставить ее в покое.

- Оставь это, Бекки, - крикнул я ей и умчался в свою палатку.

Это было между Еленой и мной, никем другим. Она, по крайней мере, знала направление того, что я хотел ей сказать. Она сможет разобраться с остальным.

Тем не менее, я много слушал сегодня вечером, когда Елена еще не спала, и мне совсем не нравились ее слезы.

И хуже всего было то, что я не мог ее утешить.

Ей придется смириться с этим.

Мы упаковали внедорожник Люциана, который король Гельмут организовал для нашей поездки, и у меня было несколько свободных часов, чтобы взять свой байк.

Дин поехал со мной за рулем внедорожника Люциана. Нам также нужно было забрать ключи от домика.

Было потрясающе вернуться на байке в Лигу Драконов.

На самом деле это был первый раз, когда я сел за руль, так как меня занимало очень многое.

Этот отдых был нужнее, чем я думал изначально.

Мы добрались до Лиги Драконов около четырех утра.

Айзек и Тай подошли к нам, когда я запарковал байк.

- Чувак, он твой? - сказал Тай.

- Да, ты не можешь взять такой на прокат.

Его лицо вытянулось, когда Айзек рассмеялся.

Они приехали на джипе с прицепом для байка, как сказал Дин, последняя часть пути была каменистой, и байк не справился бы с ней. Итак, Айзек одолжил нам трейлер.

Они помогли, отцепив его от джипа и прицепив к багажнику внедорожника Люциана.

Я помог им уложить кое-что из наших сумок в джип.

Мы все немного поговорили. Все были в восторге от этой поездки и не могли дождаться, когда отправятся в путь.

Джордж принес сумки девушек, даже Елены, и положил их во внедорожник.

Около пяти мама вышла из своей комнаты. Она приготовила нам всем по чашке кофе и захотела узнать подробности о том, куда мы направляемся.

Целых три дня вдали от всего.

Я посмотрел на часы и решил, что пора будить Елену.

Было почти шесть.

Я открыл дверь и подошел к кровати, на которой она спала.

Я присел на корточки и тихонько встряхнул ее.

Она открыла глаза и посмотрела на меня.

- Который сейчас час?

- Уже почти шесть утра.

- Ты разбудил меня в шесть утра? – прохрипела она.

Я улыбнулся.

- Почему ты не разбудил меня прошлой ночью?

- Ты выглядела такой умиротворенной, и я не хотел тебя будить. Тебе нужно отдохнуть.

- Мне приснился самый странный сон о моем отце, твоем и короле Гельмуте.

- Да, что произошло в этом сне?

- Это казалось таким реальным. Будто кто-то предупредил моего отца и твоего, Блейк.

Я нахмурился.

- О чем?

- Что Горан собирается предать их.

- Елена, это был всего лишь сон.

- А что, если это было не так? Сны не кажутся такими уж реальными.

- Ну и что? Ты думаешь, кто-то предупредил их, что Горан собирается их предать, и они ничего не предприняли?

- Да, это казалось таким реальным. Это было похоже на то, как если бы я заняла место посыльного и могла слышать все, что они говорили.

- Что они сказали? - Это мог быть пробуждающийся в ней Коронохвост, но она должна сначала прикоснуться к кому-то, чтобы получить информацию, а затем раскрыть ее. Я никогда не делал так во сне. Тем не менее, мы были устроены иначе, чем другие драконы.

- Я спряталась за колонной, и какой-то мужчина заговорил. Я поняла, что это был мой отец. Он сказал, что это было то, что она сказала.

- Кто?

- Король Гельмут тоже был там. Он хотел знать, уверен ли мой отец. Он ответил, что они могут заглядывать в будущее.

Я нахмурился.

- Лунный Удар.

- Так и должно было быть. Гельмут ни на секунду не хотел в это верить.

Я кивнул.

- Кто они?

- Кто-то по имени Купер и Марика.

- Дракон и Всадник?

- Я слышала, как отец сказал, что они не могли игнорировать то, кем был Купер, но он не упомянул, кем он был.

- Это мог быть только Лунный Удар.

- Твой отец тоже был там, Блейк.

Я посмотрел на нее.

- Если бы мой отец был там, могу обещать тебе, что он сам убил бы этого сукина сына, Елена.

Слезы наполнили ее глаза.

- Это казалось таким реальным. Сны через некоторое время исчезают, и они уже не такие яркие. Мне казалось, что я была там, Блейк. - Она была в панике.

- Эй, - я погладил ее по животу. - Мой отец сказал бы что-нибудь, если бы кто-то вроде Марики и Купера предупредил их, но я проведу расследование, как только все это закончится, и посмотрю, есть ли они где-нибудь в записях.

- Расследование? - Она улыбнулась.

- Да, это то, что люди делают, чтобы что-то найти.

Она обхватила меня за шею и просто крепко прижала к себе.

- Меня не волнует расследование. Ты сказал, что после того, как все это закончится. Значит, ты не планируешь умирать?

Я улыбнулся.

- Нет, - усмехнулся я. - Я буду сражаться, не планирую умирать.

Она отпустила меня и уставилась на меня.

- Я действительно думала, что когда ты хотел поговорить о том, что умрешь, ты уже сдался.

Я коснулся ее подбородка и повернул ее лицо так, чтобы она посмотрела на меня.

- Я - Рубикон. Каким драконом я бы был, если бы шел, думая о чем-то подобном?

Она улыбнулась и нежно поцеловала меня в губы.

- Хороший вопрос, - прошептала она мне в губы. - Так зачем ты разбудил меня так рано?

- Фургон битком набит, а дорога долгая.

Она нахмурилась.

- Наш побег.

Она закрыла глаза, а затем кивнула. Она оттолкнулась от моего плеча и встала.

- Я буду снаружи, - сказал я и направился к двери, чтобы она могла собраться.

Когда я вышел на улицу, все прощались.

Дин, Джордж, Сэмми и Бекки ехали во внедорожнике Люциана, а оборотни - в джипе Айзека.

Айзек вручил мне шлем, который король Гельмут привез для Елены, и мама уставилась на второй шлем, пока я укладывал свой на байк.

- Она едет с тобой? - Сэмми несла в руках подушку. Она никуда не выходила без своей подушки.

- Не могла бы ты перестать беспокоиться? С ней все будет хорошо, обещаю. - Я покачал головой.

- Хорошо. - Мама глубоко вздохнула и поцеловала меня в щеку. - Развлекайся, Блейк. Ты определенно заслуживаешь этого. Как и все вы. - Она посмотрела на Сэмми и коснулась ее плеча, прежде чем заключить в объятия.

- Уже скучаю по тебе, - сказала Сэмми.

- Ты собираешься повеселиться. Дорожи каждым мгновением, Детка.

Она хихикнула.

- О, я так и сделаю.

Она запрыгнула во внедорожник после того, как обняла отца, а я забрался на байк.

- Веди машину экономно, Блейк! - Отец ткнул в меня пальцем.

- Да, да, - сказал я и надел шлем.

Елена наконец вышла, когда я завел мотоцикл. Она подошла к маме и папе, когда я протянул ей шлем.

Мама протянула ей кожаную куртку, и она надела ее.

Она взяла шлем, а затем попрощалась с моими родителями, прежде чем надеть его и сесть на байк.

Она обняла меня, и я отдал честь отцу, прежде чем опустить забрало.

Он просто покачал головой, и тогда я уехал.

~14~

Поездка была волнующей, и чем быстрее я ехал, тем крепче держалась Елена.

Это было все, о чем только мог мечтать адреналиновый наркоман.

После двух часов разгона наконец показался указатель на озеро Тениква, и я свернул.

Это место буквально кричало об отдыхе, с прекрасным озером, сверкающим в лучах утреннего солнца, и маленькими магазинчиками, появляющимися вокруг, с домами, которые хотели быть один роскошнее другого.

Остальные отстали от нас примерно на час, и у меня заурчало в животе. Я все равно не мог ехать дальше из-за дороги, ведущей к тому месту. Было ветрено и очень каменисто.

Мне нужна была еда.

Я остановился у одной из кофеен, где уже подавали завтрак, и припарковал байк.

Елена слезла и сняла шлем.

Сначала я снял куртку, а потом шлем.

- Почему мы остановились?

- К хижине ведет каменистая тропинка. Вот почему Дин ехал с прицепом.

- Как долго мы будем ждать?

- Самое большее час, но я слышал, что у них есть неплохая закусочная прямо по дороге. Не хочешь присоединиться ко мне?

- Дай угадаю, ты умираешь с голоду?

- У меня так сильно урчит в животе?

Она рассмеялась, когда я взял ее шлем и положил его рядом со своим на ручки байка.

Я потянулся и взял ее за руку.

Я надел солнцезащитные очки и усмехнулся, когда увидел, что Елена пристально смотрит на меня, тихо покачивая головой.

Ее сердце бешено колотилось.

Неужели я действительно так действовал на нее?

Мы прошли мимо нескольких доков, где выстроились в ряд яхты и водные мотоциклы. Определенно, только богатые могли позволить себе что-то подобное.

Елена надела толстовку с капюшоном, и я догадался, что она пыталась скрыть тот факт, что мы были здесь.

Я иногда забывал, что она была принцессой и постоянно появлялась в средствах массовой информации. То, что я был ее драконом и альфой, нисколько не улучшало наш статус знаменитостей.

Я поднес ее руку к губам и поцеловал, прежде чем последовать за ней и надеть свою толстовку.

Мы направились к закусочной, с террасы которой открывался вид на озеро.

Несколько ступенек вели к закусочной, и нас встретила дружелюбная хозяйка.

- Столик на двоих? - спросила она с очаровательной улыбкой.

- Мы ожидаем еще восьмерых. Они будут здесь через час. Мы прибыли немного рановато.

- Конечно. - Она говорила еще дружелюбнее, зная, что день обещает быть хорошим, если их первый столик будет рассчитан на десятерых.

- Где-нибудь на веранде, если не возражаете.

- Вовсе нет.

Мы последовали за ней на веранду и сели за крайний стол, пока официанты придвигали еще два стола к тому, который мы заняли, чтобы создать больше места.

Когда они закончили, мы заказали два кофе.

Мы оба смотрели на озеро, на сверкающую на солнце воду.

Конечно, здесь было красиво и спокойно.

- Ральф рассказывал о сыворотке, которую он приготовил из ягод Луи? - спросила Елена.

- Это не такой вид отдыха. Никаких разговоров о войне, - ответил я.

- Мне нужно знать.

Я взял обе ее руки и поцеловал костяшки пальцев.

- Да, Ральф сделал это, и все, что, по его мнению, поможет, будет ждать нас, как только мы вернемся в Лигу. Обещаю.

Она улыбнулась.

Мы снова замолчали.

- Что король Гельмут скрывает от меня? Ты знаешь?

Кивнув, я отвел взгляд, и она тихо фыркнула. Я знал, что она продолжит.

- Ты мне не скажешь?

- Дело не в том, что я не хочу тебе говорить. Думаю, что причины, по которым Гельмут скрывает от тебя некоторые вещи, весомые. Просто знай: он защищает тебя и меня. Он не хочет, чтобы мы беспокоились о том, что должны делать другие. Саадедин - наш главный приоритет, и это то, на чем он хотел, чтобы мы сосредоточились, и ни на чем другом.

Она вздохнула.

- Ты доверяешь этому? Король Гельмут кое-что скрывает от нас двоих?

- Нет, я знаю, поскольку понимаю, как работает твой разум. Ты будешь слишком сильно беспокоиться о других, и это приведет к промахам. Я не хочу никаких промахов в этой миссии. Так что, пожалуйста, просто доверься его доводам.

- Что ты имеешь в виду, говоря: «Ты знаешь, как работает мой разум?» - улыбнулась она.

- Я видел, как ты отреагировала на то, что король Калеб рассказал всем о взрыве. Ты была спокойна. Это заставило меня забеспокоиться, увидев все это сомнение в твоих глазах. Я знаю, ты беспокоишься о том, жив ли еще твой отец, но я согласен с доводами Эмануэля. Как я уже сказал, это напомнило мне о том времени, когда я попросил тебя убить меня, если стану злым. Тогда я держался, но понимал, что как только я обращусь, то убью своего отца, даже Сэмми, и меня это не будет беспокоить. Так что я верю, что твой отец все еще жив.

- Ты действительно веришь?

- Да, и не только ради моего отца. Я действительно хочу, чтобы ты познакомилась с ним, на этот раз по-настоящему.

Она улыбнулась.

- Я тоже.

Тишина наполнила воздух вокруг нас.

Я мог бы жить здесь. Тут было так безмятежно. Озеро простиралось так, словно ему не было конца. Вдалеке, далеко на другой стороне, я мог разглядеть береговую линию и что-то похожее на пару домов.

Елена сделала глубокий вдох и подняла голову, закрыв глаза. Я мог бы наблюдать за ней вечно и настроился слушать ее мысли.

Ни единого писка. Раньше постоянная болтовня сводила меня с ума, а теперь - ни единого писка. Это выводило меня из равновесия.

Елена громко выдохнула.

- Что ж, если ты доверяешь ему, то и я буду.

Я сжал ее руку и подмигнул, когда официант принес нам два кофе и положил перед нами меню.

- Итак, могу я спросить тебя о паре вещей? - произнесла она, когда мы оба потянулись за сахаром и молоком.

- О, черт. Мне было интересно, когда ты захочешь узнать о паре вещей.

Она рассмеялась, помешивая кофе.

- Я просто хотела узнать несколько вещей. Очевидно, ты уже все обо мне знаешь.

Я усмехнулся и покачал головой, делая огромный глоток кофе.

- Ладно, валяй. - Я поставил чашку на стол.

- Что значит «КО»? Я много раз видела это обозначение в твоем дневнике, и, похоже, что тебе это действительно было нужно.

Блядь. Елена спрашивала о дневнике, и все, что я там написал, промелькнуло у меня в голове.

Я с трудом сглотнул.

- Ты действительно хочешь знать?

- Я бы не спрашивала, если бы не хотела.

- Хорошо. - Я вздохнул. - Это наркотик, который мне был нужен, чтобы не быть Рубиконом, - я говорил мягче и быстрее.

- Значит, это была техника зависания? - Она сделала глоток кофе.

- Можно и так сказать.

- Это был опасный наркотик, ну, ты был зависим от него?

- Да, был, но больше нет. - Я улыбнулся.

Она поднесла чашку к губам и сделала еще один глоток.

- Что он делал? Ты что-нибудь видел? - Она поставила чашку обратно на стол.

Я рассмеялся.

- Ты имеешь в виду, отправлял ли он меня в путешествие? Эм, нет, он делал меня беззаботным. Будто надо мной не висело никакого мрачного предзнаменования, но он также делал меня чрезвычайно агрессивным, и мы все знаем, кто пострадал из-за этого. - Табита снова промелькнула у меня в голове.

Она кивнула.

- Что означает «КО»?

- Каинов Огонь.

- Значит, это как кокаин?

- Я не знаю, что такое кокаин.

- Кое-что плохое по ту сторону стены.

- Тогда да, это, наверное, похоже на кокаин.

- И ты обычно вымещал свою агрессию на Табите?

Я вздохнул и кивнул.

- Одно я знаю точно: я никогда не смогу загладить вину перед Снежным Драконом. Ну, я могу, но не хочу этого делать, - сказал я таинственным тоном, поскольку мы оба знали, чего она хочет.

- Ты любил ее?

- Я уже говорил тебе раньше, это была не любовь, это было больше похоже на похоть... - Я должен был быть осторожен в словах. - Я привык к ней. Это самая простая категория, к которой это можно отнести.

- Привык к ней?

Я рассмеялся, почесал голову и на некоторое время положил руку на нее.

- Что произошло в ту ночь, когда она была в твоей комнате? Я имею в виду, почему она была там?

- Тебе действительно нужно это знать?

- Да, я хочу это знать.

Я знал, что мы никогда по-настоящему не говорили об этом, и сейчас было самое подходящее время поговорить об этом открыто. Я просто не хотел, чтобы Елена расстраивалась из-за меня в течение следующих трех дней.

Я опустил руку и положил их обе на стол.

- Ну, ты знаешь о Филе, о том, как я искал его вместе с ней. Она забыла сказать мне, что он был по другую сторону стены по настоящим делам. Кое-что, что она знала. Я никогда не думал, что она настолько хороша в актерской игре, и ее оправданием того, почему она так солгала мне, было то, что она пыталась разрушить чары, которые ты наложила на меня.

- Она что?

- Да, - улыбнулся я. - Табита верила, что это было заклинание больше, чем ты, и думала, что если я проведу с ней больше времени, оно исчезнет или что-то в этом роде.

- А теперь?

- Я понял, что после этого мы не сможем быть друзьями. Просто с ней все слишком сложно. Она всегда будет хотеть большего, а я никогда не смогу дать ей этого, поэтому я сказал ей, что никогда больше не хочу ее видеть.

- Это то, чего ты действительно хотел?

- Я не буду тебе лгать. Я действительно думал, что мы все могли бы стать друзьями, но... - я поморщился. - Это невозможно.

Елена поиграла с одним из пакетиков сахара.

- Последний вопрос?

- Всего один. - Я приподнял бровь.

Она рассмеялась.

- Ирен? У тебя действительно были с ней отношения?

Блядь. Я вздохнул, когда моя улыбка исчезла. Я не хотел смотреть на Елену, так как мне было стыдно за то, как я обращался с Ирен. Как сильно я нуждался в ней.

- Этот разговор действительно становится неловким.

- Нет, это не так. Я человек непредубежденный, и я уже все это знаю, просто хочу знать немного больше. - Она коснулась моей руки.

Я сделал глубокий вдох и выпустил его через ноздри.

- Это трудно. Да, думаю, что какая-то часть меня любила Ирен, но все начиналось не так. Она была запретным плодом, а я был непослушным малым. То, что она регулярно виделась со мной, тоже не улучшало моего поведения. Она была просто чем-то, что я должен был внести в свой список. Тогда я был очень поверхностным. - Я слегка улыбнулся. - Но через некоторое время я понял, что ее чувства ко мне были настоящими. Я тоже что-то чувствовал к ней. Но опять же, это была не любовь. Я думал, что это так, но это было не так.

- Откуда ты знаешь, что это была не любовь?

Серьезно. Я улыбнулся.

- Потому что теперь я знаю, на что на самом деле похожа любовь.

Она прикусила губу, и щеки ее покраснели.

- Ты любишь меня?

- Больше, чем я могу тебе сказать. - Мой голос звучал серьезно.

- Просто так?

- Любить тебя легко. - Я взял ее руку в свою, и наши пальцы переплелись. - Ты любишь меня?

- Я любила Люциана, или мне кажется, что любила.

Мне совсем не понравился этот ответ.

Она глубоко вздохнула.

- Это чувство в десять раз хуже, - прошептала она.

Я прищурился.

- Хуже?

- Да, хуже, потому что я хочу поддаться этому, но также не хочу. Каждый раз, когда я чувствую себя подобным образом, человек в конечном итоге умирает. - Ее голос дрогнул, но потом она улыбнулась.

Я тоже улыбнулся.

- Понятно, значит, это неплохое чувство. Ты просто напугана.

- Я в ужасе, - призналась она.

Я потянулся через стол и приблизился губами к ее уху.

- Я тоже в ужасе, - прошептал я, а затем вернулся на свое место и улыбнулся.

- Серьезно? - пробормотала она.

- Конечно, но я – Рубикон, - пошутил я.

- Я так сильно это ненавижу. - Она усмехнулась.

Я рассмеялся.

- А я нет.

- Наконец-то! - завопила Бекки, и ребята рассмеялись.

Все они появились из ниоткуда и подошли к нашему столику.

Бекки водрузила солнцезащитные очки на макушку и протянула Елене ее сумочку.

- Итак, как прошла поездка?

- Волнующе, - ответила Елена.

Она бросила ключи от внедорожника на стол, когда до нас донесся смех остальных парней. Я не расслышал, над чем они смеялись.

- Как ты узнала, что мы здесь? - спросила Елена.

- Джордж легко выследил тебя.

Все ребята плюхнулись на пустые стулья.

- Умираю с голоду, - сказал Айзек и сразу же заглянул в меню.

- Итак, сколько времени у тебя это заняло? - Тай хлопнул меня по плечу. - Как быстро он летает?

- Недостаточно быстро.

- Чувак. - Он ухмыльнулся, как идиот, и посмотрел на Елену. - Если хочешь знать, через несколько месяцев у меня день рождения.

Мы оба рассмеялись.

- Ты достал ключи? - спросил Джордж.

- Уже забрал их прошлой ночью, - ответил я. - Главная спальня на верхнем этаже – моя.

Все рассмеялись, а Джордж хмыкнул.

Официантка вернулась, и Тай немедленно переключил свое внимание на нее.

- Меня зовут Эмили, и добро пожаловать в «Сидар Инн». Что я могу предложить вам выпить?

Айзек сказал пиво Денолди, и большинство других сделали то же самое. Сэмми и Бекки принесли кофе. У Тая был огромный список вещей, которые эта бедная девочка могла бы ему подарить.

- Тай, - пропели все участники группы.

Я покачал головой. Бедная Эмили покраснела и посмотрела на него. Затем ее улыбка исчезла, когда загорелась лампочка.

- Разве ты не барабанщик Оборотней?

О, черт. Я уставился на Тая.

- Попался. - Тай улыбнулся и приподнял бровь, глядя на меня.

Идиот.

- Тай, - выругался я, когда Айзек запустил в него пакетиком сахара.

- Серьезно, это называется «побег». - Айзек и Джейми казались разъяренными.

- И что, никаких девушек? - спросил Тай. - Чувак. - Он посмотрел на меня. - Я могу умереть через два дня. Дай мне немного повеселиться.

Я рассмеялся.

- Прости. - Я посмотрел на Елену.

- Все в порядке.

Я посмотрел на Эмили и снял очки. Я думал, у нее случится сердечный приступ, когда она поймет, кто я такой.

- Пожалуйста, умоляю тебя, никому не говори, что мы здесь. Мы действительно просто хотим уехать на несколько дней.

- Конечно, - наконец сказала она. - Я никому не скажу.

- Нет, пожалуйста, ты можешь рассказать паре своих подруг. Большинство из нас все еще одиноки, - сказал Тай. Я ущипнул себя за переносицу, когда за столом раздались смешки.

- Как скажешь, тигр, - прощебетала Эмили.

- Вообще-то, пантера, но я понимаю, к чему ты клонишь. - Он подмигнул ей.

Она приняла его заказ и ушла.

- Правда? - сказал Айзек. - Ты не можешь просто побыть нормальным два дня?

- Все в порядке, - ответила Елена. - Мы все знаем Тая, и у нас нет другого выбора, кроме как принимать этого парня таким, какой он есть.

Я рассмеялся.

- Все в порядке, Тай. Я просто надеюсь, что стены звуконепроницаемы. - Елена заглянула в меню.

Остальная часть позднего завтрака прошла весело. Мне было жаль Эмили, но она была верна своему слову и никому не сказала. Тем не менее, она сделала несколько селфи с нами.

Когда пришло время уходить, я понял, что снова увижу Эмили, по тому, как Тай флиртовал с ней.

Как только байк был погружен в трейлер, Дин поехал по каменистой дороге к нашему домику, построенному рядом с рощицей.

Бекки показала Елене брошюру с описанием этого дома, в которой говорилось о его восьми спальнях и пяти ванных комнатах.

Наконец-то мы добрались до него.

Это было потрясающе, именно таким и должен быть отдых.

Я вошел внутрь первым, так как у меня были ключи. У дома было массивное крыльцо, с которого открывался вид на озеро, а на веранде были закреплены водные лыжи.

- Она написала мне сообщение, - сказал Дин, когда мы оба вышли на крыльцо. - Она сказала, что отправит кого-нибудь пораньше, чтобы убедиться, что все готово, и вынести водные лыжи из сарая. Нам просто нужно положить их обратно, когда мы закончим.

Я кивнул с широченной улыбкой на лице.

- Девочки просто в восторге от кухни. - Джордж вышел из огромных стеклянных раздвижных дверей.

Тай последовал за ним.

- Кому какое дело до кухни? Где выпивка?

- Сначала нам нужно купить выпивку, идиот, - ответил Айзек. - Я принес сумку-холодильник, и там есть несколько банок пива.

Пока мы смеялись, Тай бросился за сумкой-холодильником Айзека.

Мы распаковали вещи, и я отнес свои сумки вместе с сумками Елены в главную спальню. Она была огромной и удобной. Я продолжал смотреть на кровать и просто выбросил это из головы… этого не произойдет.

- Блейк, - донесся голос Елены из конца коридора.

- Сюда, - крикнул я в ответ, и через несколько мгновений она появилась в дверях.

- Святое дерьмо, - сказала она.

Я рассмеялся.

- Уверен, что ты привыкла к лучшему.

- Узнал, что я - принцесса, но меня воспитывали не как принцессу, большое тебе спасибо. - Она обняла меня одной рукой и уставилась в окно на открывающийся вид. - Тут прекрасно.

Я посмотрел на нее.

- Ага.

- Прекрати. - Она покраснела, когда поймала на себе мой пристальный взгляд. - Бекки, Сэмми и я собираемся купить продукты. Здесь ничего нет. Тебе что-нибудь нужно?

- Выпивка, - сказал я, и она рассмеялась.

- Чтобы поесть, Блейк.

- Я тебе доверяю.

- Ладно, выпивку тоже, - сказала она и ушла.

Я разложил нашу одежду по шкафам и просто пожалел, что не могу как-то контролировать время или остановить его на несколько дней.

Закончив распаковывать вещи, я надел шорты и майку. Сменил кроссовки на шлепанцы и спустился на крыльцо.

Я взял одно пива Айзека и обнаружил, что все они сидят на стульях снаружи.

- Черт, это дерьмовое место, - сказал Джейми.

- Ты можешь сказать это еще раз.

- Итак, пока девочки не вернулись, у вас с Еленой есть какие-нибудь планы на эти выходные? - спросил Тай.

- Серьезно?

- Черт, чувак, что с тобой случилось? - спросил Джейми.

Джордж рассмеялся.

- Дент.

Я швырнул в него пробкой от бутылки.

- Заткнись, - сказал я.

- Нет, но серьезно, Блейк. Раньше ты трахал все, что ходило на двух ногах. Сколько времени прошло? - спросил Тай.

Я просто смотрел на него, пока Айзек смеялся.

- Оставь бедного парня в покое. Елена не такая.

- Мне так жаль тебя. - Тай сделал несколько глотков пива.

- Отвали. Я собираюсь взять гидроцикл, и не смей так разговаривать в присутствии Елены? - Я ткнул пальцем перед Таем.

- Мои уста на замке. Остынь.

Дин зашел внутрь, чтобы взять ключи от гидроциклов, которые покачивались прямо рядом с причалом.

- Извини за Тая. Ты же знаешь, каким он бывает.

- Эй, не извиняйся за него, Айзек. Елена права. Нам нужно принять его таким, какой он есть. Я просто не хочу, чтобы его слова поставили ее в неловкое положение. - Я забрался на первый попавшийся гидроцикл.

- Эй, если мы видим, что ты больше не тот парень, уверен, она тоже это видит.

Я рассмеялся, когда он взял один из других гидроциклов.

Я включил зажигание и выехал на озеро, Айзек несся позади меня.

Этот день обещал быть таким веселым.

Несколько часов спустя девушки вышли на веранду в шортах и бикини.

Джордж подбадривал меня вместе с Таем, когда я все еще был на озере с гидроциклом.

- Думаю, мы должны вернуться. Оставлять Елену с Таем - нехорошо.

- Да, поддерживаю, - сказал я, и мы поехали обратно. Я жестко припарковал гидроцикл, и вода хлынула на веранду.

- Блейк, - закричали Бекки и Елена, когда Сэмми засмеялась, и Айзек сделал то же самое, снова обрызгав их, на этот раз и Сэмми в том числе.

- Айзек, ты идиот, я сейчас такая мокрая, будто этого было недостаточно.

Елена и Бекки рассмеялись.

- Недостаточно? - спросили Дин и Джордж, когда мы с Айзеком слезли с гидроциклов, привязали их и поднялись по ступенькам на крыльцо.

- О, Елена и Бекки подумали, что это было весело, и практически разгромили единственный магазин.

- Мы не громили его, Сэмми, - сказала Бекки. - Ты такая королева драмы.

- Ты разгромила магазин? - Джордж посмотрел на Елену. - Похоже, этот большой парень наконец-то на тебя подействовал.

- Эй, я не мусорю в заведениях, - крикнул я. - Больше нет.

Раздалось еще больше смеха.

- Да, он стал серьезно скучным, - съязвила Елена, и все зааплодировали.

- Теперь я скучный, а? - Я игриво отругал ее, и она рассмеялась.

- Я покажу тебе, что такое скука, - сказал я и бросился к ней.

Она оказалась быстрее, чем я думал, вскочила со стула и пробежала мимо Джорджа.

Это была не изнурительная погоня, и я догнал ее на лестнице.

Она взвизгнула, когда я перекинул ее через плечо.

- Покажи ей, кто здесь главный, Блейк, - крикнул Тай, и все рассмеялись.

Мы с Еленой прыгнули в озеро, и она ахнула от того, какой холодной была вода.

- Ты идиот, - заикаясь, пробормотала она и плеснула на меня водой.

- Да, что ж, по крайней мере, этот идиот любит тебя. - Я притянул ее к себе, и она обвила руками мою шею.

- Мне так жаль Тая, - сказала я. - Все, что исходит из его уст, является сексистским.

Елена рассмеялась.

- Он не был бы Таем, если бы это было не так, Блейк. Он рогатый пес. Все в порядке.

Я рассмеялся.

- И все же я не мог поверить, что был таким на сцене.

Елена откинула голову назад и залилась лающим смехом.

- Ты все еще такой, просто отказываешься это признавать.

Я посмотрел на нее.

- Ты серьезно в это веришь?

- Ты парень, даже если ты - дракон. Вы, мужчины, все одинаковы.

- Неважно. - Я окунул ее голову в воду и поплыл прочь.

Что, черт возьми, это было?

- Блейк Сэмюэл Лиф, - крикнула она, когда я поднялся на веранду, все еще ошеломленный тем, что сказала Елена, но ухмылка тем не менее не сходила с моих губ.

Ребята дразнили меня.

- Заткнись. Ты на нее влияешь, серьезно. - Я указал на Тая.

- Круто, Елена, - крикнул Тай.

Она радостно закричала с озера, и Бекки нырнула в озеро, подплывая к ней.

Я настроился на какое-то время и одновременно стараясь поддерживать беседу с ребятами.

Я открыл пиво и сел на стул.

- Что, черт возьми, ты ему сказала, Елена? - спросила Бекки.

- Ничего. Иногда я действительно жалею, что заявила на него права. Он серьезно стал таким паинькой, - прошептала Елена.

Бекки рассмеялась.

Я просто покачал головой. Я давал ей время, вот и все.

Я не мог поверить, что ей нужна была темная часть меня.

Я рассмеялся, когда Тай бросил мне на колени связку презервативов.

- Это у тебя проблема, чувак, а не у нее, - сказал Тай, когда я быстро запихивал презервативы в штаны.

- Отвали. - Я покачал головой и отхлебнул пива.

Джейми и Тео вышли из дома, радуясь выпивке, которую принесли девочки. Я был так рад, что моя сестра была где-то в доме и не видела упаковку презервативов, которую Тай положил мне на колени.

- Я не часто это говорю, но думаю, что Тай, возможно, прав, Блейк, - съязвил Айзек.

- Серьезно, ребята, прекратите разговоры о сексе. Если бы вы знали, какие они синие на самом деле, вы бы не говорили таких вещей.

Все рассмеялись.

- Кто синие? - Сэмми вышла на веранду, и я игриво заплакал, когда ребята снова зашлись в приступе смеха.

- Что здесь такого смешного?

- Ничего. У Блейка синяя задница, - сказал Дин.

- Что случилось с твоей задницей?

Группа и Джордж разразились хохотом.

- Не для твоих ушей.

Она просто уставилась на меня.

- Ты что, ведешь себя как свинья? Уф. - Сэмми покачала головой и прыгнула в озеро, чтобы присоединиться к Бекки и Елене.

Я бы умер, если бы Елена услышала что-нибудь из этого.

Остаток дня мы провели на водных мотоциклах.

Было забавно видеть Елену за моим плечом, когда мы скользили над озером, чтобы увидеть, насколько оно на самом деле большое.

Нам потребовалось около сорока пяти минут, чтобы вернуться.

В животе у меня снова заурчало, и Айзек разжег барбекю.

Елена слушала все то дерьмо, в которое я обычно вляпывался, и наслаждалась каждым моментом.

- О, я действительно видела это, и это заставляет меня немного волноваться. Сколько месяцев, Блейк?

Я просто смотрел на нее, пока ребята смеялись.

- Расскажи мне. Поскольку ни один парень не смог бы продержаться так долго.

- Серьезно, что ты пытаешься сказать?

- Я просто спрашиваю. Кажется, в ту ночь у тебя не было проблем с Арианной.

Я улыбнулся и прикусил нижнюю губу.

- Отвалите все вы. - Я указал на всех, и в последнюю очередь на Елену. - И тебе следовало бы знать лучше.

Она растаяла, встала и подошла, чтобы обнять меня.

- Я просто дразню тебя. Я знаю, что ты никогда не изменишь мне.

- Тебе лучше знать и верить в это.

Она покрывала поцелуями все мое лицо, пока я не рассмеялся.

Могли ли Джордж и ребята быть правы, что она была готова, а я - идиот?

Мы все ели как звери. Айзек был фантастическим поваром, а потом мы поиграли в игру, с которой Елена была знакома – «Тридцать секунд».

Мы с Еленой были в одной команде. Она была одной из худших гадалок, какие только были, и нам пришлось выпить так много коктейлей.

Около девяти у нее заплетался язык, и она едва могла стоять на ногах.

Мы все смеялись над ней, такая она была веселая.

- Ладно, пора отвести тебя в постель, - сказал я.

- Иди, Блейк, - крикнул Тай, когда я повел Елену в ее комнату.

- Я что-то неважно себя чувствую, - проворчала она, когда мы проходили мимо ванной, она вбежала внутрь и прижалась к унитазу.

- Кто-то зовет меня, - появился Джордж, и мы оба расхохотались.

- Чувак, ты сегодня так здорово потрахаешься, - произнес Джордж более мягким, певучим тоном.

- Она пьяна, - прошептал я в ответ. - Я не настолько, блядь, отчаялся.

Я подошел к Елене.

- Ты в порядке? - Я отвел волосы с ее лица.

- Нет, я не в порядке. - Ее снова вырвало.

Джордж ушел. Я позвал Бекки, чтобы помочь ей принять душ и переодеть ее в пижаму.

Когда она легла в постель и отключилась, я вернулся вниз.

- Ты мог бы трахнуть ее трезвым, Блейк.

- Тай! - закричали мы с Айзеком одновременно, когда Джордж согнулся пополам.

Моя сестра и Бекки вышли из дома, и я был рад, что они были здесь, с нами.

- Что, черт возьми, с тобой не так? - выругалась Бекки.

- Прости?

- Святое дерьмо. Елена серьезно бросает в тебя огромный заряд динамита. Будь осторожен, чтобы она не подумала, что ты ее так не хочешь.

- Она пьяна, Бекки. Я не буду так использовать ее в своих интересах.

- Ну и что? Мы с Джорджем делали это много раз, когда были пьяны.

Джордж усмехнулся.

- Прекрати. Все совсем не так.

Она просто посмотрела на меня.

- Что случилось в ее день рождения? - спросила она.

- Ничего?

Джордж затрясся от беззвучного смеха.

- Именно это я, блядь, и имела в виду. У тебя есть какие-нибудь идеи о том, как Елена спланировала все до конца? Нет, зачем тебе это? Она не сломана, Блейк. Все мы были чертовски уверены в этом, так что перестань обращаться с ней как с фарфоровой куклой.

- Я так с ней не обращаюсь. Боже, остынь.

- Я просто говорю, что в этой ситуации ты сам себе злейший враг.

Айзек сменил тему. Но остаток ночи я думал об этом. Она действительно планировала сделать этот дополнительный шаг со мной в свой день рождения? Тогда это означало бы, что она была готова, а я был идиотом... Нет. Я слышал, как бьется ее сердце. Это было то же самое, что она дарила мне вначале всякий раз, когда я прикасался к ней или целовал ее. Она была напугана, и если бы она струсила, мне было бы только хуже.

Она не была готова и не будет еще долго, и я чувствовал себя единственным идиотом, который это знал.

- Эй, я серьезно. - Бекки прервала мои мысли. - Она готова, Блейк. Будь осторожен в своем обращении с ней, так как она все еще хрупка. Она думает, что Табита красивее и желаннее ее.

- Она тебе это сказала?

- Она и не обязана этого делать.

Я закатил глаза и отвел взгляд. Елена не была готова.

- У тебя есть идея, какого ингредиента не хватает?

- Нет, - вздохнул я.

- Просто сделай мне одолжение. Пожалуйста, не умирай. Елена никогда этого не переживет. - В глазах Бекки блестели слезы.

- Надеюсь, ты сказала ей то же самое.

- Я так и сделаю, обещаю.

Она вытерла слезы.

- Эй, я знаю, что ты думаешь, что Елена неправа. Ты не знаешь ее так, как мы. Она найдет недостающий ингредиент, когда придет время. Она всегда так делает, Блейк.

Я кивнул.

- Доверься ей в этом, - сказала она с улыбкой.

Разговор продолжался, и мы смеялись и шутили остаток вечера, прежде чем распрощаться.

Часы на стене показывали три.

Войдя в комнату, я принял душ и натянул шорты.

Я забрался в постель и просто уставился на Елену, спящую рядом со мной как убитую.

Видит бог, я мечтал узнать о том, на что похож секс с ней, но я не хотел, чтобы она потом возненавидела меня или не заговорила со мной, потому что не была готова. Это было моим самым большим страхом.

~15~

Я сварил Елене кофе около десяти. Бекки сунула мне в руку две таблетки Адвила, когда я отнес кофе в комнату.

Я просто посмотрел на таблетки у себя на ладони. Елена в них не нуждалась. У нее был я, но я все равно взял их.

Я разбудил ее, и она изо всех сил попыталась открыть глаза.

Я рассмеялся, и она выдавила из себя улыбку.

- Что произошло прошлой ночью?

- Не считая тех нескольких минут, когда тебя выворачивало наизнанку?

Она хмыкнула и спрятала голову под подушку.

- Я была настолько пьяна?

- Тебе было весело, Елена. Ты дала волю чувствам. - Я легонько шлепнул ее по заднице.

- Нормально, что у меня так болит голова?

- Да, давай помогу. - Я взял Адвил с боковой подставки и бросил через плечо, руками мягко погладил ее виски и почувствовал, как проявились мои целительские способности.

- Ну как?

- Намного лучше, а теперь я просто устала.

- Этого я еще не выяснил. Вот для чего нужен кофе.

Она рассмеялась и взяла у меня кофе.

- Приготовься. У нас сегодня день, наполненный весельем.

- Потрясающе, не могу дождаться.

День начался с завтрака, приготовленного Сэмми и Бекки для королей. Ничего не осталось. И я действительно имел это в виду.

Затем, после того как мы помогли с уборкой, мы покатались на байках.

Я даже показал Елене, как водить байк, и сидел позади нее. Мы много смеялись.

Тогда я дал Таю шанс. Он отдал бы левую руку, чтобы управлять байком, и если бы он умер, я бы пожалел, что отказал ему в этом.

Во второй половине дня несколько человек из нас отправились в поход в горы. Мы прилетели туда в наших драконьих обличьях и прогулялись по тропе, просто развлекаясь.

Мы снова пообедали приготовленную еду Таем и Тео, которые остались дома. Макса не могло быть здесь, так как его отец планировал что-то другое, но мы, конечно, скучали по нему.

После обеда мы снова взяли водные лыжи и немного поплавали.

Елена казалась больше похожей на саму себя, необычайно игривой и несколько раз подходила для поцелуев, на что я не жаловался.

Мы поужинали около пяти. Я взял Елену с собой в полет.

Это было моим любимым занятием в этом мире, когда она лежала у меня на спине, наблюдая за звездами, пока я парил в облаках.

Когда мы вернулись, группа порадовала нас множеством историй об оборотнях - причине, по которой они жили так, как жили раньше. Они верили в общность, в то, что нужно быть рядом друг с другом.

Истории снова изменились, вернувшись к воспоминаниям о группе. Елене нравилось слушать эти истории, и мы смеялись, когда Айзек и Тай пытались притвориться, что говорят как я.

- Я так не говорю, - сказал я.

- Говоришь. Ты просто себя не слышишь.

Елена рассмеялась и кивнула.

- Серьезно?

- Он подражает тебе лучше всего. - Она посмотрела на Тая.

- Видишь, я - второй ты.

- Как пожелаешь. - Я сделал глоток.

Эмили и несколько ее подруг появились около одиннадцати и присоединились к нашей вечеринке.

Айзек вытащил гитару и стал ухаживать за девушками. Он пел очень похоже на меня, особенно в одной песне.

Никто не думал о завтрашнем дне, даже Сэмми. Она прижалась к Дину и смеялась шуткам Тая и Айзека.

Елена сидела со мной в шезлонге. Сегодня днем, во время нашего похода, я научил ее всем знакам, которые нужны для общения. Я показал ей универсальный знак ожидания, за которым последовал мой знак «Быстро», знак «пять минут», «десять минут» и «несколько секунд».

Не то чтобы я думал, что мы стали бы использовать что-либо из этого. Это было всего лишь предчувствие.

Потом сестра зевнула, и я посмотрел на часы. Было довольно поздно. Я не хотел, чтобы эта ночь заканчивалась, и просто крепко обнимал Елену. Я хотел насладиться этим моментом вместе с ней.

Сэмми встала.

- Думаю, нам пора заканчивать, - сказала она и протянула Дину руку.

- Чувак, у тебя все еще есть яйца? - спросил Тай, и все рассмеялись.

- Ха-ха-ха, - передразнил его в ответ Дин. - По крайней мере, у меня есть теплая девушка, к которой можно прижаться ночью.

- Слишком много информации, Дин! - пошутил я.

- Тогда закрой уши, - пискнул Дин, и все рассмеялись.

Сэмми поцеловала Елену в макушку, когда сестра проходила мимо, то взъерошила мне волосы.

- Спокойной ночи, - пропела она всем, и мы все пожелали спокойной ночи.

- Завтра важный день, и независимо от того, хватит ли у меня смелости или нет, я тоже заканчиваю. - Джордж встал и потянулся к Бекки, чтобы взять ее за руку.

- Не засиживайся допоздна, Елена. Вам, ребята, тоже нужно отдохнуть, - сказала Бекки.

- Да, мамочка, - прощебетала она, и Бекки рассмеялась, входя в дом.

Я приступил к остальным нашим ручным сигналам.

- Это небезопасно, - ответила она на тот, который я ей показал.

- Этот. - Я показал еще один знак, и так продолжалось до тех пор, пока мы не прошли их все. Она ответила на все вопросы правильно.

- Ты быстро учишься. - Я притянул ее к себе и обнял, нежно целуя в шею.

Она заерзала в моих объятиях, погладив мою однодневную щетину, и рассмеялась.

Тай о чем-то оживленно беседовал с Эмили, в то время как Айзек разговаривал с двумя ее подругами. Джейми и Макс вместе с двумя другими девочками отправились рано утром поплавать.

Мы посидели в шезлонге еще несколько минут.

- Думаю, нам следует попытаться немного поспать. Сегодня был напряженный день, а завтрашний будет еще более напряженным, - сказал я.

- Хорошо. - Она поднесла наши переплетенные руки к губам и нежно поцеловала мою тыльную сторону ладони.

Она встала первой, поплотнее закуталась в мягкое одеяло и вошла в дом.

Тай показал мне знак «трахаться», и я покачал головой, испытывая отвращение от того, о чем он думал. Девочки и Тай рассмеялись.

- Всем спокойной ночи, - сказал я.

- Потише там, - пропел Тай.

Я показал ему палец.

- О, я знаю одно милое местечко, куда ты можешь нажать этим пальцем, Блейк.

- Отвали.

Все рассмеялись.

Бекки и Елена сидели на диване.

- Елена? - пробормотал я.

- Тебе не нужно мое разрешение, чтобы поспать. Я на минутку, - игриво бросила Елена, что заставило Бекки рассмеяться, когда я поднимался по ступенькам. Не готова. Мне было наплевать на то, что говорили все, включая Бекки.

Я принял холодный душ, чтобы привести в порядок свои гормоны, и когда вышел из ванной, Елены там все еще не было.

Может быть, Бекки тоже говорила с ней о том, чтобы остаться.

Я забрался в кровать и лег на живот. Я больше не хотел думать, потому что сегодня мои эмоции были переполняющими. Поэтому я закрыл глаза и ни о чем не думал.

Дверь открылась, и затем я услышал тихие рыдания.

Я открыл глаза и увидел Елену, стоящую спиной ко мне.

Почему она снова плакала? Бекки.

Я вздохнул и слез с кровати.

Я почти добрался до нее, когда она вытерла слезы и глубоко вздохнула.

Она вскрикнула, когда обернулась и обнаружила, что я стою прямо перед ней.

Я рассмеялся и обхватил ее руками.

- Извини, не хотел тебя напугать.

- Ненавижу, когда ты подкрадываешься ко мне, думала, ты спишь, - проговорила Елена мне в грудь.

- По какому поводу слезы? - пробормотал я.

Я отодвинулся от Елены и приподнял ее подбородок, чтобы посмотреть на нее. Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох, прежде чем снова открыть их. Слезы все еще стояли в них.

- Мы не нашли недостающий ингредиент. Мы оба знаем, что произойдет без этого.

Я улыбнулся.

- Я знаю, какого ингредиента не хватает.

- Да? - Ее сердцебиение слегка участилось. - Почему ты мне не сказал?

- Потому что я, по сути, только что понял это, - солгал я.

- Что это?

Я мягко улыбнулся и погладил ее по щеке большим пальцем.

- Это то, чего ты не можешь ни увидеть, ни потрогать. Это нечто гораздо большее. - Я дотронулся до ее груди. - Гораздо глубже.

- Мое сердце?

Я усмехнулся.

- Мое сердце - недостающий ингредиент?

- Не в буквальном смысле. Эта связь тоже моя. Любовь, которую мы разделяем. Я действительно верю в это... нет. - Я остановился. Ей нужно было больше уверенности. - Я знаю, что это мы. Вместе, как ты и сказала, кто мы такие, что мы собой представляем, мы убьем Саадедина. Елена, мы - недостающий ингредиент.

- А как же моя кровь? - снова спросила она. Она мне не поверила.

- Это не твоя кровь; твоя кровь никак на него не повлияет.

- Он злой.

- Они заколдовали его. Это не был естественный процесс.

Она кивнула головой.

- Его хозяин - нет. Вот почему моя кровь не подействует.

- Вот почему твоя кровь не подействует, - заверил я ее в этом.

Она вздохнула.

- Хорошо, тогда это мы. - Она улыбнулась и посмотрела на меня. - Просто пообещай мне, что ты будешь продолжать дышать, пожалуйста, - сказала она и приблизилась для поцелуя.

Наши губы соприкоснулись. Я мог целовать Елену вечно, но какая-то часть меня боялась по-настоящему поцеловать ее. В ту ночь я чуть не сорвался и знал, что она не была готова. То, через что она прошла, все еще тяжело давило на меня, и потом, была еще одна часть, которой я боялся. Что делали со мной ее поцелуи. Она была для меня чем-то вроде личной дозы. Это не исчезло с того самого первого раза, когда я поцеловал ее, и я боялся, что если отпущу, то не смогу остановиться.

Она была похожа на Каинов Огонь, здоровая, но в то же время опасная. Я так сильно любил эту девушку и сомневался, что она когда-нибудь поймет это. Но если завтра кому-то суждено было умереть, это буду я.

Этот мир нуждался в ней, а я все равно не смог бы выжить без нее.

Я принял решение.

Я не знал, какого ингредиента не хватало. Я был просто рад, что Елена на это купилась.

Поцелуй стал глубже, и я задержался на грани невозврата. Сердце Елены забилось быстрее, и я остановился. Это было так трудно, и с каждым разом становилось все труднее.

Я не стал открывать глаза, просто прикоснулся губами к ее голове. Она не была готова к этому. Еще нет.

И все же ее сердце бешено колотилось. И тогда другая эмоция наполнила мою душу. Она исходила от нее.

Я изо всех сил старался точно определить это. Это было так, будто она была разочарована, но к этому примешивалось что-то еще. Что-то похожее на то, что я чувствовал. Другой вид страха, что она тоже не была готова. Что она никогда не будет готова.

Это не имело значения.

Я посмотрел на нее сверху вниз. Она все еще учащенно дышала, положив голову мне на грудь.

Я закрыл глаза и попытался связаться с ее разумом. Я вспомнил, как легко это было, когда мне было насрать, а теперь это стало одной из самых трудных вещей в мире. Ничего не помогало. Я перепробовал все, даже ту часть, где нужно было сдаться, - ничего.

- Не могу читать твои мысли. - Мой голос был тих. - Но я могу чувствовать твои эмоции. Почему ты боишься?

Она подняла на меня глаза и улыбнулась.

- Ты действительно это чувствуешь? - спросила она, и я кивнул. - Ничего страшного. Не волнуйся. - Она отпустила и подошла к кровати.

- Не делай этого, пожалуйста. Просто поговори со мной.

Она села на кровать и поерзала по одеяло. Я сел на кровать перед ней и стал изучать ее.

- Хорошо, я боюсь, что ты никогда не захочешь быть со мной, хорошо, - пролепетала она. - Я знаю, это глупо, но ты всегда отстраняешься.

Что?

- Елена. - Я потер лицо. Как мне ей это объяснить? Она не была готова.

- Ты хотел знать, Блейк. Я не буду тебя принуждать. - Она мягко коснулась моей руки и улыбнулась. - Так что давай не будем ссориться из-за глупостей, ладно.

- Принуждать меня? - Я усмехнулся. Если бы она только знала, что она со мной делает.

- Я не хочу ссориться, - повторила она.

Я посмотрел на нее.

- Я тоже не хочу ссориться. Поверь мне, это последнее, что я хочу с тобой делать. - Я прикоснулся к ее лицу, и внутри у меня потеплело, когда она прислонилась к моей руке и закрыла глаза. Если бы она была кошкой, то замурлыкала бы.

Черт, Бекки была права. Я был своим злейшим врагом.

Я не думал, просто придвинулся и снова поцеловал ее. Я мог сказать, что она совсем этого не ожидала, и я почувствовал, что снова играю на грани потери всего.

Она взяла себя в руки и двинулась ко мне. Ее тело прижалось к моему, когда она перекинула свои ноги через мои и села мне на колени. Это было так идеально, будто мы подходили друг другу.

Я крепко обнял ее, когда поцелуй стал более глубоким, не желая отпускать.

Остановись, Блейк, просто остановись. Но я не мог. На этот раз чувство внутри меня не хотело прекращаться.

Ее пальцы запутались в моих волосах, и она придвинулась ближе ко мне. Она еще глубже соединилась с моим телом, и миллион волн пробежал по моему существу, когда с моих губ сорвалось тихое ворчание. Я не мог перестать целовать ее. Мои пальцы потянули за материал ее спортивных штанов. Не надо, Блейк, просто остановись.

Она поцеловала меня быстрее. Ее пульс участился, но это чувство не было страхом перед тем, к чему это может привести. Это было то же самое, что испытывал и я - страх перед тем, что произойдет, если этого не произойдет. Она хотела большего.

Я задрал ее рубашку, и она подняла руки над головой, когда наши губы оторвались друг от друга на несколько коротких секунд.

Когда они снова нашли друг друга, я крепче прижал ее к себе, и ее кожа была такой нежной, когда ее грудь соприкоснулась с моей.

Она крепко поцеловала меня, совсем как в тот первый раз, когда она не хотела, чтобы я целовал ее. Тогда я тоже не мог остановиться. Это был первый раз, когда я попробовал ее на вкус и понял, кем она была для меня. Так оно и было, но на этот раз она тоже этого хотела.

Мои губы оторвались от нее, и я прикусил нижнюю губу, стараясь не поцеловать ее. Мне нужно было знать.

- Елена, ты уверена в этом? - прошептал я. Мое дыхание было тяжелым.

- Просто заткнись. - Ее голос звучал строго, что заставило меня усмехнуться, когда она снова прижалась своими губами к моим.

Она толкнула меня спиной на кровать. Она никогда раньше не была такой непреклонной. Мне казалось, что я вот-вот лопну. Затем ее руки переместились на мои спортивные штаны, и я понял. Я все неправильно понял.

Мой разум кричал, что нужно достать презерватив, который Тай дал мне вчера.

Ее руки энергично потянули меня за брюки, и я помог, стянув их.

Она продолжала целовать меня и накрыла нас одеялом.

Поцелуй прервался, и на долю секунды я подумал, что это говорит о том, что она не готова, но она выскользнула из своей одежды и бросила ее на пол. Черт, она действительно была готова к этому.

Она снова прижалась своими губами к моим.

Презерватив!

Я прервал поцелуй, так как мой разум был затуманен от ее прикосновения.

- О, что теперь? Я готова, черт возьми, - прошипела она.

Я усмехнулся.

- Мне нужен презерватив, Елена. Отец убьет меня, и я не хочу знать, что сделает твой отец, если увидит тебя залетевшей.

Она усмехнулась, когда я выбрался из кровати и подошел к шкафу, чтобы найти брюки, в которые засунул связку презервативов.

- Думаешь, он действительно убил бы тебя? Я имею в виду, они оба знают, что мы - часть Дента, Блейк.

- Да, твой отец похоронил бы меня заживо.

Я достал брюки и сорвал один пакет с ленты.

Я вернулся в постель и сел, натянул презерватив и залез под одеяло.

- Теперь ты готов, или тебе нужно что-то еще? - спросила она с сарказмом в голосе.

- Нет, ты можешь убить меня прямо сейчас, - пошутил я, и она рассмеялась.

Ее губы снова нашли мои, и она забралась на меня сверху.

Мои руки обхватили ее лицо, по мере того как поцелуй становился все крепче.

Этой ночью она собиралась свести меня с ума. Я мог это чувствовать.

Она прижалась к моему члену, и чувство, вспыхнувшее внутри меня, было ошеломляющим.

Я перевернул нас, решив, что ей нужна дополнительная помощь, и прелюдии было более чем достаточно. Она мучила меня уже несколько месяцев.

Я прервал поцелуй, когда она с трудом переводила дыхание, и поцеловал ее в шею.

- Просто скажи мне, когда остановиться, если это станет слишком сильно, - быстро проговорил я ей в шею.

- Неважно, - проговорила она на выдохе, и я рукой нащупал ее вход.

Она ахнула, когда я прикоснулся к ней, и легонько укусила меня за плечо.

Я направил свой к ее входу и медленно вошел в нее.

Ублюдок, это потрясающее ощущение.

Я хмыкнул, когда она ахнула, и я не знал, как, черт возьми, я смог бы остановиться сейчас, если бы она попросила меня. Но знал, что так и сделаю. Я так сильно любил ее.

Она была тугой, и мне казалось, что я вот-вот взорвусь от чистой чувственности, что бы это ни было. Я не чувствовал ничего подобного с Ирен или Табитой. Или, может быть, это было потому, что я давно этого не делал.

Я медленно вышел и снова вошел в нее. Сначала темп был мягким, и когда она восстановила контроль над своим дыханием, я поцеловал ее еще раз.

Ритм стал немного быстрее, поскольку мы оба хотели большего, и звуки срывались с наших губ.

Елена крепче схватила меня за руки и прервала поцелуй, тяжело дыша.

- Ты в порядке, - спросил я, переводя дыхание.

- Да, не останавливайся, пожалуйста, - взмолилась она.

- Тебе это нравится?

- Это чертовски потрясающе, - снова произнесла она на выдохе, и я усмехнулся.

Она обхватила мои губы своими, энергично целуя меня.

Она прижалась ко мне, желая снова быть сверху, и я позволил ей.

Мы перевернулись, и как только она оказалась на мне, она задвигалась быстрее.

Я прервал поцелуй и хмыкнул. Черт возьми.

Она усмехнулся.

- Ты в порядке?

- Да, не останавливайся, - сказал я напряженно.

- Тебе нравится? - спросила она.

Я усмехнулся, когда она задавала вопросы, которые я задавал ранее.

- Это чертовски потрясающе, - ответил я, и она задвигалась быстрее.

Я крепко сжал ее попку и попытался контролировать ее движения, но она стонала все громче.

Я притянул ее лицо к своему и снова поцеловал.

Я перевернул нас еще раз, заняв положение сверху, и быстрее вошел в нее.

От нее исходили более громкие звуки, но мне было все равно. Прошлой ночью мне пришлось прослушивать весь дом. Они могли бы для разнообразия послушать нас.

Хотелось надеяться, что эти комнаты были звуконепроницаемыми, и что именно мой слух был достаточно силен, чтобы слышать сквозь звуконепроницаемые стены.

Она умоляла меня быстрее разобраться с ее стонами, и я подчинился.

Она снова схватила меня, когда ее мышцы туго сжались вокруг члена, и с моих губ сорвался стон. Она испытала оргазм, и мне этого было достаточно.

Я вышел из нее, и она громко задышала с хриплым звуком, который заставил меня снова рассмеяться.

- Черт возьми, - выругалась она и легла мне на руку.

Я поцеловал ее в макушку.

- Это было потрясающе, - проговорила она, задыхаясь.

- Ты можешь сказать это еще раз. - Я улыбнулся, и она подняла на меня глаза.

- Нет, ты не кончил.

Я нахмурился.

- Вы с Табитой продержались три долбаных часа, Блейк. Я помню.

Я снова рассмеялся.

- Она - дракон, Елена. Ты- человек.

- Мне все равно. Я буду не единственной, кто кончил.

Она снова забралась на меня и направила мой член, очень быстро скользя на него.

Я хмыкнул. Это был рай.

Она не стала терять времени даром и снова начала быстро двигаться на мне.

Я приподнялся, чтобы поцеловать ее, и поза стала удобнее, так как мы оба не могли насытиться.

Я снова оказался на ней сверху, и она сильно укусила меня за плечо, достигнув очередного пика, как она выразилась.

Я снова остановился.

- Ты еще не кончил.

- Елена, я более чем в порядке.

- Нет, это должно быть идеально для нас обоих, Блейк, не только для меня.

- У тебя даже сил не осталось.

- Мне все равно. - Она схватила меня за шею и притянула к себе для поцелуя.

Я не мог перестать целовать ее. Мы снова увлеклись, когда чистая похоть взяла верх, и я почувствовал, как теряю себя с ней.

Я больше ни о чем не думал и просто хотел доставить ей удовольствие от того, что наконец достиг своего оргазма.

Она была действительно громкой, музыкой для моих ушей, так как мы оба были под кайфом.

Она приглушила свои крики, уткнувшись мне в плечо, когда я быстрее вошел в нее, и я почувствовал, как она достигла своего третьего оргазма. Я был близок к этому. Я чувствовал и продолжал подталкивать ее к оргазму. Началось нарастание, и я стал двигаться быстрее. Оно становилось все сильнее и сильнее. Все мое тело слегка дрожало, когда я попытался оттянуть его и просто позволил ему опрокинуться, и в конце концов я проиграл и просто отпустил.

Хрюканье слетело с моих губ, когда я кончил.

Елена ничего не сказала. Она просто громко дышала.

Я посмотрел на нее сверху вниз.

- Ты все еще жива, - я поцеловал ее в макушку.

Она усмехнулась.

- Черт возьми, я побывала на небесах и вернулась обратно, клянусь.

Я рассмеялся над тем, как она это сформулировала.

- Я не мог бы сказать лучше. Это было идеально, - произнес я, глубоко дыша.

Я вышел из нее и лег на спину. Она перекатилась мне на грудь и устало рассмеялась.

- Что здесь такого смешного?

- Просто кое-что, что Люциан сказал мне однажды, когда тебе пришлось учить меня латыни.

- Тогда я был таким придурком, - проворчал я. - Что он сказал?

- Что я должна игнорировать твое ворчание.

Я рассмеялся. Я был уверен, что мой кровный брат уже знал, кем она была для меня, но не хотел отпускать ее. Он подыгрывал тому, чего не знал.

- Что латынь была для тебя как секс. Все должно быть идеально.

Я рассмеялся над этим. Люциан действительно так хорошо меня знал.

Мое тело все еще дрожало. У меня никогда раньше не было такого, чтобы мое тело вело себя подобным образом. Было ли это потому, что Елена была моей слабостью?

Я поцеловал ее в макушку. Ее тело все еще мягко вибрировало.

- Что, черт возьми, это было? - спросила она.

- Теперь ты знаешь, почему наш вид так сильно это любит.

- Что, с драконами или людьми?

- Драконами, людьми, всем вышеперечисленным, - сказал я.

- Это всегда будет так ощущаться?

Я усмехнулся.

- Надеюсь.

Она посмотрела на меня.

- Я люблю тебя, Блейк Лиф.

Она сказала это, но потом она уткнулась лицом мне в грудь, а я уставился на нее, как идиот. Пожалуйста, без слез, не сегодня, Елена.

Я выбрался из-под нее и подвинулся так, чтобы видеть ее лицо.

Ее глаза все еще были закрыты, но нижняя губа слегка подрагивала.

- Елена, - тихо произнес я и снова поцеловал ее.

Это не привело к большему количеству секса. Сегодня вечером у нас было более чем достаточно.

Но поцелуй был нежным и наполненным страстью. Наконец я нашел в себе силы остановиться и прервал поцелуй.

- Я люблю тебя еще больше, даже если ты так не чувствуешь, я обещаю тебе. Чувство внутри меня намного сильнее твоего, и я не против этого, потому что мы любим по-разному. - Я улыбнулся и поцеловал ее в нос. - Ты не можешь умереть.

- Ты тоже не можешь. Либо мы оба умрем, либо будем жить.

Я кивнул.

- Тогда давай это будет последнее, пожалуйста?

Она кивнула, и наши губы снова соприкоснулись.

~16~

Я проснулся, почувствовав на себе чей-то взгляд, улыбнулся, поскольку это могла быть только Елена.

- Почему ты пялишься на меня, как какой-то жуткий сталкер?

- Как ты узнал?

- Я чувствую на себе взгляд твоих прекрасных зеленых глаз.

Она тихо рассмеялась и поцеловала меня в губы. Я скользнул рукой по ее спине, по руке и плечу и остановился на шее, нежно обхватив ее лицо.

Она снова будила спящего монстра, и я прервал поцелуй.

- Мы не можем начинать это сейчас. Нам нужно собираться.

- Отлично, любитель вечеринок, - сказала она и встала, стянула с себя одеяло, которым была укрыта, и пошла в ванную.

Я усмехнулся.

Я встал и оделся. Прошлой ночью, когда она отключилась, я принял душ, а потом снова устроился, чтобы быть поближе к ней.

Мне было так же трудно не остаться здесь и не заниматься с ней любовью весь день, но у нас больше не было дня.

Краны в душе открылись. Лучшим выходом сегодня было держаться как можно дальше от Елены.

Прошлая ночь была действительно одной из лучших ночей во всей моей жизни, и я хотел надавать себе пинка за вечеринку по случаю ее дня рождения.

Мы могли быть в восторге от наготы друг друга, если бы в ту ночь я не был своим злейшим врагом.

Сожаление наполнило мою душу.

Она определенно снова что-то разбудила во мне, и это было так трудно снова усыпить.

Но, по крайней мере, она хотела быть со мной так. Этим утром она не сердилась. На самом деле, думаю, она была так же безумно влюблена в меня, как и я в нее.

Мы оба должны были это сделать. Все было вот так просто.

Я закончил натягивать одежду и вышел из комнаты.

Я скатился вниз по лестнице, и ребята захлопали, когда я вошел в гостиную рядом с кухней.

- Отвалите, - пробормотал я, но ухмыльнулся, как идиот.

Комнаты не были звуконепроницаемыми?

- Ну что ж, - Тай хлопнул меня по плечу. - По крайней мере, твои яйца больше не синие.

Все рассмеялись, когда я посмотрел на Тая.

- Она получила пару палок.

- Тай, - крикнул Айзек. - Достаточно. Самое, блядь, время, приятель.

Я не смог удержаться от смешка и покачал головой.

Я вошел на кухню и покраснел в ту же минуту, как увидела свою сестру и Бекки.

- Ты умеешь краснеть? Я впечатлена, Блейк, - поддразнила Бекки.

- Только не ты тоже, пожалуйста, и умоляю тебя, Елена думает, что стены звуконепроницаемые.

- О, для людей это так. Я ничего не слышала. Но Джордж понял, и он рассмеялся в ту минуту, когда вам двоим стало весело. Я должна была знать.

- Идиот. Ты заткнись. - Я посмотрел на свою сестру.

- Я ничего такого не говорила, - усмехнулась Сэмми.

Я вышел на веранду, где Джордж и Дин сидели в креслах с откидной спинкой.

Джордж хлопнул в ладоши.

- Отвали. Тебе пришлось рассказать Бекки?

- Она - мой криптонит. Я ей все рассказываю, - сказал Джордж с усмешкой. - Как ты себя чувствуешь, Здоровяк?

Я усмехнулся.

- Как новый гребаный дракон.

- Она выбрала идеальное время, - съязвил Дин.

- И ты тоже. - Я посмотрел на него, и они оба рассмеялись.

Остальные ребята вышли.

- Так где же Елена, или она все еще спит? У вас, драконов, есть склонность высасывать из нас каждую каплю энергии, прямо как пиявки. - Бекки села в глубокое кресло Джорджа и протянула ему чашку кофе.

- Она принимает душ.

Вышла моя сестра. Дин встал.

- Мне нужна еще чашка кофе.

- Ты хотел кофе?

- Все в порядке, Сэм, я могу приготовить сам, - сказал Дин.

- Я приготовлю для тебя.

- Все в порядке, правда. - Он обнял ее рукой за шею и поцеловал в макушку. - Кто-нибудь из вас хочет?

- Нет, у меня есть свой кофе. - Тай показал ему пиво, которое держал в руках.

- Я бы с удовольствием выпил чашечку, спасибо, Дин, - сказал я.

- У тебя получилось, Здоровяк.

Все снова рассмеялись.

- Серьезно, - я посмотрел на Джорджа.

- Я же говорил тебе, все называют тебя так за твоей спиной.

Моя сестра издала свой гиеновый смешок, и все расхохотались.

Раздвижная дверь открылась, и вышла Елена.

- Доброе утро, принцесса. - Бекки улыбнулась.

- Ты такая жизнерадостная этим утром, - сказала Елена, и я уставился на Бекки, умоляя ее глазами не обращаться с Еленой так, как они обошлись со мной этим утром.

- Это будет хороший день, чувствую это.

Елена подошла к ней и обняла ее сзади. Она наклонилась и поцеловала Бекки в макушку.

Она села рядом с Сэмми, и я ухмыльнулся.

Она тоже хотела держаться от меня подальше, но я уже чувствовал ее притяжение.

Айзек спросил меня, почему у нее такая улыбка в глазах, и я тихо покачал головой.

- Не смей так на меня смотреть, - отругала Сэмми Елену с широкой улыбкой.

- Что, как я на тебя смотрю?

- С тобой все будет хорошо, и с тобой тоже. - Сэмми посмотрела на меня.

- Конечно, с нами все будет хорошо, - сказал я и сделал глоток кофе, который Дин вручил мне всего несколько секунд назад. - Я вычислил недостающий ингредиент.

Они все ахнули и захотели узнать, что это было.

- Похоже, прошлой ночью ты избавился не только от своих синих яиц, - вынужден был сказать Тай, и мы все рассмеялись, когда Елена схватила подушку и с силой запустила ей ему в лицо.

- Святое дерьмо, принцесса.

- Следи за языком. Ты мог бы, блядь, заткнуть уши затычками, Тай. Я удивлена, что ты не схватил ни одну девушку прошлой ночью.

Все рассмеялись, и на лице Тая появилась широкая улыбка.

- Глупая я, - сказала Елена. - Я собираюсь приготовить завтрак. - Она встала, подошла ко мне, обхватила ладонями мое лицо и поцеловала на прощание, затем ушла на кухню.

Все ухмыльнулись, когда она ушла.

- Отвалите все вы. - Я покраснел, чувствуя себя так хорошо, что мог бы прямо сейчас убить Саадедина голыми руками.

Девочки, которые остались на ночь, наконец-то спустились, и настала моя очередь выкинуть несколько гадостей.

Но Тай справился с этим, как всегда, блестяще, заставив Эмили говорить так, словно он собирается жениться на ней завтра.

Потом Сэмми позвала нас помочь вынести посуду на стол на улицу.

Мы все помогли, сели за прекрасный стол, который накрыла Бекки, и позволили Дину произнести молитву, прежде чем приступить к делу.

Завтрак был превосходным и наполненным смехом, так как все по-прежнему шутили.

Никто из них не думал, что в ближайшие несколько часов мы все можем погибнуть.

Девушки приводили себя в порядок, а парням пришлось снова упаковывать внедорожники.

Я бросил свою одежду в чемодан, когда вошла Елена.

- Ты такой неряха, - сказала она, взяла мою футболку и аккуратно сложила ее, прежде чем положить в чемодан.

- Я не такой, - сказал я, обнимая ее и падая вместе с ней на кровать.

- Нам нужно идти, - сказала она, когда я поцеловал ее.

- А мы не можем просто остаться здесь, спрятаться?

Она ахнула.

- Такое от могучего Рубикона! Теперь это впервые.

Я рассмеялся.

- Ненавижу быть Рубиконом. Серьезно.

- Перестань ныть. - Она посмотрела на меня сверху вниз, быстро поцеловала и встала. - Нам нужно собрать вещи.

Я ненавидел то, что поездка закончилась, и Елена, вероятно, была права. Нам нужно было идти.

Наши чемоданы оказались в багажнике меньше чем за десять минут, и мы были готовы.

Мы убедились, что все более или менее прибрано, затем запрыгнули во внедорожник.

Когда мы подъехали к закусочной, Дин остановился, и я забрал байк из прицепа.

Я убедился, что у меня все есть, прежде чем Дин забрался обратно во внедорожник и поехал.

Елена натянула куртку, наблюдая, как внедорожник отъезжает. Она подпрыгнула, когда Айзек проехал мимо нас и посигналил.

Она показала ему палец, когда они все рассмеялись, а потом я повернулся к ней лицом и снова схватил ее.

Я поцеловал ее так, словно завтрашнего дня не было.

Я приподнял ее, и она обхватила ногами меня за талию. Поцелуй не прерывался ни разу. Она снова учащенно задышала, и мои губы переместились к ее шее, давая ей возможность дышать.

Она мечтательно рассмеялась.

- Что ты делаешь? - спросила она. - У нас нет...

- Тихо, просто тихо, - сказал я, и мои губы снова нашли ее. Мы оба рассмеялись.

- Ладно, пошли, - сказал я и поставил ее обратно на землю.

Я сел на байк, застегнул молнию на куртке и хотел надеть шлем, когда обнаружил, что Елена пристально смотрит на меня.

- Не смотри на меня так, - сказал я, надевая шлем и заводя мотоцикл.

Елена села и засунула руки в карманы моей куртки.

Я застегнул карманы, чтобы ее руки оставались в тепле, и надел перчатки.

- Готова? - Я говорил в микрофон, который был в наших шлемах.

- Дерзай! - раздался ее голос громко и отчетливо, и я завел мотоцикл.

Она рассмеялась, когда я выехал на дорогу.

Я поддал газу, когда мы выехали на асфальтированную дорогу, и она взволнованно закричала.

Я усмехнулся. Я определенно передавал это Елене.

Мы пронеслись мимо внедорожника и джипа Айзека. Они оба посигналили.

Это было мое счастливое место. Быстрая поездка и девушка, которую я любил, переживала это вместе со мной, и ничто никогда не отнимет этого у нас этого, ничто.

~17~

Мы добрались до Драконьей Лиги раньше остальных.

Я снял шлем, когда Елена встала рядом со мной, протягивая мне свой.

Я положил оба шлема на рулевые рейки и перекинул ногу через мотоцикл, чтобы слезть.

Она схватила меня за руку, когда мы вошли в главное здание.

Папа, Эмануэль и двое членов королевской семьи были заняты в офисе.

Все они были одеты в военную форму, готовые к войне.

Папа был одет в черный костюм, который Ральф изначально сшил для меня.

- Я хотел сказать, что это был ты. Как быстро он ехал, Елена?

- Не так быстро. Я здесь, целая и невредимая.

Я похлопал отца по плечу.

- Хорошо выглядишь.

- Не хочешь - не трать впустую.

Они все рассмеялись.

- Ты готов к этому, папа?

Отец посмотрел на меня и улыбнулся.

- Я был готов к этому последние восемнадцать лет, сынок.

Я улыбнулся ему в ответ. Мне было знакомо это чувство.

Эмануэль тоже был одет в костюм для дракона. Король Гельмут, вероятно, получил одну из первых партий, поскольку он был членом королевской семьи и пользовался привилегиями. Костюм Эмануаля был серым, и я мог только представить, как он будет смотреться по контрасту с его красной чешуей.

- Как твои нервы, Блейк? - спросил Эмануэль.

- Несколько минут назад все было под контролем, но, похоже, это дерьмо наконец-то становится реальностью.

Оба короля были одеты в черные брюки, белые фланелевые рубашки на пуговицах и жилеты Самурай 3000. С их жилетов свисали накидки, прикрывавшие спины и доходившие до икр. Вероятно, они собирались измениться, как только мы ступим на землю Итана, чтобы смешаться с толпой.

- Ладно, значит, ты знаешь план, пап...

- Сын. - Мой отец говорил властно. - Я уже участвовал в двух войнах; это будет моя третья. Ты...

- Я жил с войной, отец. Я уже много раз говорил тебе, что это самый худший вид из всех существующих. Я не боюсь. - Я имел в виду внутреннюю войну.

- Знаю, - сказал он. - Я тоже.

Мои сестра и друзья будут с отцом. Это, безусловно, успокаивало.

Гельмут и Эмануэль пойдут другим путем. Их миссия состояла в том, чтобы убить Горана вместе с Калебом и его охранниками.

Я снял куртку, а Елена расстегнула молнию на своей, когда Калеб и Гельмут вышли из комнаты.

Эмануэль прислонился к столу, скрестив руки на груди.

- Ты уверен, что готов к этому, щенок?

Я ненавидел самодовольную ухмылку, которая играла на его губах.

- Интересно, назовешь ли ты меня щенком после того, как увидишь, что вытворяет мой огонь?

Эмануэль усмехнулся, ничего не сказав.

- Разве тебе не следует следовать за мной, Пушистик? – усмехнулся я в ответ.

Он прищурил глаза.

- Заявленый или нет, но тебе серьезно нужна огромная практика.

- В твоих снах.

Гельмут снова вошел в кабинет, когда отец и Елена захихикали.

- Как у тебя дела? - спросил Эмануэль Елену.

- Хорошо, я думаю. - Она перекинула куртку через руку.

- Подумать только, что меньше чем через двадцать четыре часа ты встретишься со своим отцом.

Смешок сорвался с ее губ. Это согрело меня изнутри, зная, что она не могла дождаться этого воссоединения так же сильно, как мой отец.

- Итак, все готовы? - Елена спросила моего отца и Гельмута.

- Все они собраны, размещены и готовы к работе в лагере в Арисе. Нам все еще нужно сообщить в лабораторию, что все сделано вовремя.

Елена нахмурила брови.

- Как это сработает? Я имею в виду, разве взрыв просто не уничтожит все?

Папа улыбнулся.

- Это слишком технично, принцесса. Будут проведены два мероприятия. Первое - стрельба шарами из бомб, которые пропитают корни смесью из твоей крови. Через несколько секунд взорвутся настоящие бомбы, которые уничтожат Лианы.

- Ты уверен, что это сработает?

- Ученые говорят, что да. У них есть доказательства, а остальное я оставил на веру. Тебе нужно верить, Елена. Доверяй Блейку так, как никогда раньше.

Она улыбнулась.

- Знаю.

Я не мог выбросить из головы прошлую ночь, но мне нужно было сохранять самообладание, так как отец мог заметить, что-то изменилось.

Итак... пришло время доставить всех ключевых игроков, которые были частью этой миссии, к точке входа, расположенной в Арисе. Папа был одним из них.

Папа поставил перед нами коробку с нашими костюмами.

- Вам, ребята, нужно подготовиться. Уже почти пора.

Я кивнул, взял коробку и схватил Елену за руку. Я повел ее к раздевалке.

Ее сердце стучало у меня в ушах, а ладонь вспотела в моей руке.

Я был рад, что она не могла слышать мое сердце, потому что я чувствовал себя немного на взводе, слишком беспокоясь о таком исходе. Мы вообще не знали, как убить Саадедина, и больше никаких упоминаний о смерти тоже не было. Мы оба должны были жить.

В раздевалке я плюхнул коробку на одну из деревянных скамеек перед рядами шкафчиков.

Я снял крышку и протянул Елене ее костюм. Он был жемчужно-белого цвета с мягким оттенком бархатистой кожи. Вещество напомнило мне жидкость, но оно не было влажным, а холодным.

Я поцеловал ее в висок, взял свой костюм и ушел.

Я прошел мимо Бекки с костюмом в руках. Мы не произнесли ни слова. Мы сказали все, что было во время побега.

Я действительно не хотел его надевать. Это должно было сделать все реальным. Моя рука слегка дрожала. Я могу умереть в этом костюме, если вовремя не найду недостающий ингредиент, хотя Бекки верила, что у меня все получится.

Я зашел во вторую ванную и увидел, что Дин и Джордж заняты переодеванием.

Меня чуть не стошнило. Я сел на деревянную скамью, подперев голову рукой.

- Блейк? - Джордж тронул меня за плечо.

- Я в порядке. Мне нужно всего несколько секунд. - Я сделал глубокий вдох, позволил ему наполнить мои легкие, и медленно выдохнул.

Дин продолжал свой разговор. Он был очень похож на Люциана. Он тоже обычно отвлекал всех, когда чувствовал, что у меня не все под контролем. Мне так хотелось, чтобы принц Тита был здесь. Мне нужен был его совет, чтобы сказать ему, что я боялся подвести ее сегодня так же, как подвел его в тот раз.

Я никогда в жизни не был так напуган, и это не имело ничего общего с тем, что я столкнулся лицом к лицу с гребаным монстром, которого было почти невозможно убить.

Я не мог потерять Елену.

Прежде чем дверь открылась, раздался стук, и вошел Ральф.

- Блейк, - поприветствовал он, держа в руке черный кейс.

Разговор Джорджа и Дина сразу же оборвался, когда их взгляды задержались на кейсе.

Ральф плюхнул его на деревянную скамью рядом со мной и открыл футляр.

Внутри кейс был обит черной губкой, а внутри губки лежали гаджеты. Лабораторная крыса превзошла саму себя.

Он достал серебристый дротиковый пистолет и вставил в него синюю пулю.

Он протянул его мне.

- Сыворотка в голубом дротике предназначена для того, чтобы выбить из ублюдка все дерьмо. Если по какой-то случайности это сработает на Саадедине, это может облегчить вашу задачу.

Я посмотрел на конструкцию пистолета для дротиков. Пули не убьют этого ублюдка. Они отразятся от шкуры ублюдка, так что дротики могли сработать.

- Целься в его уязвимые места.

Я кивнул.

- Желтые - парализуют его организм и могут вызвать спотыкание, ну, это должно вызвать заторможенность, но это Саадедин, - продолжил Ральф.

У него были красные дротики, наполненные ядом Ягод Луи. Там было много красных стрел.

- Неоновые палочки. - Он схватил большую зеленую палку и потряс ею, сломал, и зелень засветилась так ярко, что мне пришлось отвернуться.

- Почти уверен, что там внизу темно. - Ральф протянул мне около восьми неоновых палочек.

Затем он вручил мне устройство, чтобы я мог выследить Горана. Эмануэль рассказал нам об этом, о том, как они получили его ДНК, и я выслушал Ральфа о том, как работает устройство.

- Последнее, - он открыл другое отделение и достал топоры Елены вместе с ее перчатками. Он протянул их мне. - Убедись, что она их наденет, Блейк.

Я кивнул и встал со скамейки. Я похлопал Ральфа по руке, прежде чем обнять его.

- Спасибо за это, Ральф.

- Я хотел бы сделать больше, дать вам то, что, как я знаю, поможет, и не надеяться, что это сработает.

- Я заставлю их работать. Ты сделал достаточно. - Объятие прервалось. Я достал все гаджеты из футляра и положил в открытый шкафчик передо мной.

- Всем вам удачи. - Ральф посмотрел на нас троих, прежде чем взять пустую коробку и выйти за дверь.

Пришло время.

Я глубоко вздохнул и усилием воли прогнал страх.

Я разделся и надел костюм. Брюки напоминали брюки-карго, но были чисто белыми. Рубашка была с черепашьим вырезом, без рукавов, и казалось, что материал шевелится, если внимательно на него смотреть.

Я надел туфли и сильно топнул ногой. Шипы вырвались из подошвы, и два идиота рядом со мной ахнули и последовали моему примеру.

Я наступил на каблук ботинка, и из передней части ботинка выскользнул нож.

Дин и Джордж выразили свое восхищение тем, насколько по-настоящему блестящим был костюм.

Я взглянул в зеркало и не смог отделаться от ощущения, что я в костюме Айзека, которые он арендовал для концерта, а не сражаюсь на войне.

Костюмы Джорджа и Дина были черны как ночь.

Наконец, я разложил гаджеты по карманам своего жилета вместе с топорами и перчатками Елены.

Дин хлопнул меня по спине.

- Это была лучшая идея, которая когда-либо приходила тебе в голову, Блейк. Мы с Сэм попробовали на днях и должен признать, никогда не чувствовал себя с ней таким единым целым, как в ту ночь.

Я прищурил глаза, сдвинув брови. Джордж рассмеялся.

- Да ладно, ребята, вы понимаете, что я имею в виду?

Мы оба рассмеялись.

- Это доставило мне удовольствие. Кроме того, когда я разрабатывал это, я имел в виду не вас с Сэмми. Никакое седло не подошло бы к моей большой заднице.

Они подумали, что это забавно, и это здорово сбивало с толку.

Мы втроем отправились на охоту за девочками.

Я чуть не убрал Елену с дороги, слишком много думая о миссии.

Она рассмеялась, когда я обнял ее за плечи.

- Извини, я тебя не заметил.

- Да, я знаю, что белый цвет как будто сливается со стеной, - пошутила она. Я притянул ее к себе, чтобы обнять, а она продолжала смотреть на мою татуировку.

Другой рукой я подтянул штаны.

- Чувствую себя так, словно только что присоединился к бойз-бэнду.

Она рассмеялась.

- Ты играешь в мальчишеской группе.

- Я не это имел в виду.

Она одарила меня тем же взглядом, что и моя сестра. Как будто я собирался умереть.

- Мы уже проходили через это раньше. - Я дотронулся до ее лица. – Все будет как надо.

Она улыбнулась и кивнула.

- Ты достал все, что нам нужно?

Я приподнял несколько клапанов на своем жилете, в которых были спрятаны пистолет, дротики и неоновые палочки.

- Мы готовы. Саадедин падет, и мы убьем этого сукина сына.

Она кивнула.

- А теперь дай мне свою руку.

Она протянула руку, и я достал из кармана ее перчатки.

Она улыбнулась, когда я надел их ей. Эти топоры много раз спасали ей жизнь, и теперь я знал, что Люциан подарил их ей на семнадцатый день рождения, перед смертью. Часть его всегда будет с ней. Теперь он был ее помощником.

Я поцеловал драгоценный камень на макушке. Пожалуйста, защити ее, умолял я Люциана. У меня возникло странное ощущение, что должно было произойти что-то, что разделит наши пути; это было всего лишь предчувствие, но этого не могло произойти.

Я надел ей другую перчатку.

На несколько секунд воцарилось молчание. Я даже не мог смотреть на нее, так как мои эмоции переполняли все вокруг.

- Тебе нужно просто дышать. - Мой голос почти сорвался.

Она подняла глаза.

- Это все, что тебе нужно сделать сегодня, хорошо?

Она кивнула.

- Тебе тоже. - Она обхватила меня за талию.

- Пришло время. - Эмануэль появился в дверях, выходя из коридора, который вел наружу.

Елена отпустила меня и пошла первой. Я последовал за ней и схватил ее за руку, показывая дорогу.

Мы попрощались у внедорожника, так как я не мог воспользоваться лифтом. Сегодня был не тот день, чтобы чувствовать себя слегка выбитым из колеи. Мне нужно было все, чем я был, чтобы быть сосредоточенным на сто процентов.

Я поцеловал Елену на прощание, а затем посмотрел, как внедорожник отъехал.

Бекки, Сэм, Джордж и Дин поехали с моим отцом.

- Блейк, - сказал папа.

- Я в порядке, папа, увидимся в Арисе. - Я подпрыгнул в воздух и почувствовал, как костюм расширился. Все ахнули, когда материал превратился в белую броню, покрывающую все мое тело. Лапой я нажал на кнопку у себя на груди, и шлем закрыл морду.

Я рассмеялся. Это была лучшая гребаная идея, которая у меня когда-либо была.

~18~

Координаты, которые дал мне отец, указывали на то, что базовый лагерь находился не так уж далеко от Лиги Драконов. Он был на границе между Арисом и Титом.

Все, кто собирался помочь в чрезвычайных ситуациях, будут там, включая наши семьи.

Здесь же армии короля Калеба провели последние несколько ночей.

Издалека показался лагерь.

Белые палатки стояли рядами. В дальнем правом углу располагался медицинский отсек, а рядом с ним - столовые. Джипы-Хамфри и внедорожники припарковались на краю зоны, где заканчивались палатки.

Звуки музыки и оживленной беседы доносились до моего обостренного слуха. Так много людей было здесь, чтобы помочь.

Группы людей ждали. Среди них были семьи и друзья тех, кто собирался сегодня войти в лианы.

Прежде чем я зашел на посадку, увидел, как моя мама разговаривает с несколькими врачами в лабораторных халатах у самой большой палатки в дальнем правом углу, на которой был огромный Красный крест.

Мои лапы коснулись земли, когда подъехали внедорожники с Еленой и моим отцом. Елена вышла первой и подбежала к Констанс и Энни.

Все взгляды были прикованы ко мне, когда я направился к маме, снова превращаясь в человеческую форму.

Она уже направлялась ко мне, и в ее глазах блестели слезы. В этом взгляде также читалось большое восхищение.

Елена обнимала моих тетю и кузину.

Люсиль была с Бекки.

Проходя мимо Люсиль, я коснулся ее плеча, и она улыбнулась мне. Умоляя меня глазами присмотреть сегодня за всеми.

Мама потянулась ко мне и просто обняла.

Я положил свою голову ей на макушку и почувствовал, как ее тело слегка задрожало.

- Не плачь, пожалуйста, - прошептал я, когда голос дрогнул.

Она фыркнула.

- Ты дышишь. Это все, что ты делаешь, Блейк. И я знаю, что ты убьешь этого монстра.

Я улыбнулся и вытер слезы, навернувшиеся ей на глаза.

Моя сестра схватила нас обоих. Я раскрыл для нее объятия и сжал ее между мамой и собой.

- Ты слушаешь своего отца, слышишь? - Мама посмотрела на Сэмми.

- Обещаю.

- И работаешь как одна команда с Дином, Саманта. Он - сильный всадник. Он знает много заклинаний. С вами обоими все будет хорошо.

Она продолжала кивать, пойманная в ловушку наших объятий.

Все говорили нам, чтобы мы возвращались. Даже Мэгги была здесь, говорила мудрые слова Елене, а потом ушла к Гельмуту. Теперь у него не было усов, и он превратился в своего брата. Я ненавидел Горана всем, что у меня было.

Мама коснулась моей щеки, чтобы я посмотрел на нее.

- Присматривайте друг за другом, Блейк.

- Хорошо, - прошептал я.

Она улыбнулась, повернулась и подошла к Елене.

Сестра все еще обнимала меня и шмыгала носом.

- Я не планирую умирать, Сэмми. Пожалуйста, сделай то же самое.

- Ставь свою задницу на то, что я это сделаю. - Плачущий смешок сорвался с ее губ.

Я сжала ее крепче.

- Мама права. Слушайся Дина. Это отличается от того, чему нас учат в академии. Не дерись честно. Если будешь убивать, не думай, пожалуйста. - Она кивнула. - Не давай никому шанса причинить тебе боль, Сэм. Это война. Они убьют вас обоих, если вы не подпалите им задницы.

- Обещаю, - ответила она плачущим тоном.

- Мы разберемся с последствиями. У меня такое чувство, что Ночные Искатели снова станут популярны.

Она расхохоталась, отчего я улыбнулся.

Я тоже не мог потерять сестру. Она была слишком дорога мне.

Когда я поднял глаза, мама разговаривала с Констанс и Энни, я обнаружил Елену с Люсиль и Бекки.

Папа обнял маму и прикрыл их щитом.

Я не хотел слушать, что они говорят друг другу, поэтому не стал проникать за щит.

Энни бросилась ко мне и крепко обняла.

- Ты подпали ему задницу и вернись. Я не потеряю тебя, Блейк. Я только нашла тебя. - Слезы текли по ее щекам.

- Эй, перестань смотреть на этого жалкого маленького труса. Я больше не тот дракон, Энни. Я - гребаный Рубикон.

Она рассмеялась сквозь слезы и вытерла их.

Я поцеловал ее в макушку, когда она снова врезалась в мое тело.

- Я люблю тебя, Блейк. Позаботься о нашей девочке, пожалуйста.

- Ты знаешь, я так и сделаю.

Она кивнула.

Следующей была тетя, и она обняла меня.

- Вот оно. - Она потянула меня за костюм.

- Ага.

Пристальный взгляд Констанс встретился с моим.

- Ты обрушишь свой огонь на любого, кто попытается причинить вред тебе и Елене, слышишь? Сейчас не время сдерживаться.

Я хмурился, когда гладил ее по спине.

- Когда это я сдерживался, Констанс?

Она рассмеялась.

- Я и забыла, каким говнюком ты был раньше. Мне жаль, что я не могу просто вспомнить его.

- Ты - дракон. Ты прекрасно его помнишь. Могу я открыть тебе секрет? - прошептал я.

Она кивнула с улыбкой.

- Я все еще он, просто больше не хочу быть им.

Она улыбнулась, когда рукой коснулась моего лица.

- Это не прощание, ты слышишь меня. Клянусь, я верну твою задницу обратно, если ты не останешься в живых.

- Я помогу, - вторила Энни.

Папин щит исчез, и он подошел ко мне.

- Пришло время.

Я кивнул и подмигнул маме.

Она просто улыбнулась мне, когда Констанс обняла ее за плечи.

- И помни, о чем мы говорили, Джордж! - крикнула Люсиль, когда Джордж и Бекки направились к одному из внедорожников, к которому уже подошла Елена.

- На последнем издыхании! - крикнул Джордж в ответ.

Бекки сильно ударила его.

- Это не смешно.

Джордж рассмеялся, потирая место на руке.

Чарльз и Дэвид пожали мне руку. Гертруда обняла меня, и Конни тоже. Многих из них здесь не было, но я знал, что мы увидим их снова.

- Сделай то, что, как мы всегда знали, ты можешь, Блейк, - сказал Чарльз. - И не умирай.

Я рассмеялся над тем, как мудро прозвучали в его устах эти слова.

- Ты ставишь на это.

Я подошел к внедорожнику, рядом с которым стояла Елена, и открыл дверцу.

Мы с Еленой заняли последний ряд во внедорожнике, а Сэмми, Дин и мой отец - ряд перед нами.

Пришли даже родители Дина. Его дядя стоял рядом с мамой.

Его отец умер несколько лет назад в результате трагического несчастного случая. Дин помахал им в последний раз.

Эмануэль сел за руль, а Гельмут сел на переднее сиденье рядом с ним, поцеловав Мэгги в последний раз.

Елена придвинулась ближе ко мне и положила руку мне на грудь.

Я поцеловал ее в макушку и снова начал показывать ей знаки.

Она рассмеялась и схватила меня за руку.

- Я их знаю. Я готова.

- Я знаю, что это так, - тихо прошептал я.

Эмануэль достиг вершины холма, и море воинов уже ждало войны. Это была смесь драконов и их всадников.

Оборотни тоже были здесь. Армия Калеба заняла половину открытого поля. Вот почему они нам были нужны. Это было зрелище, которое я и представить себе не мог, что когда-нибудь увижу, и у меня слегка отвисла челюсть. Я чувствовал себя лучше, зная, что они будут там сегодня. У армий Итана не было ни единого шанса.

На древках флагов, которые несли некоторые Драконианцы, была намалевана эмблема либо Тита, либо Ариса. Забавно, почему у Итана никогда не было короля, или, может быть, король Альберт также правил Итаном.

Многие Ластохвосты вернулись, чтобы помочь освободить Итан.

- Они вернулись, - тихо сказала Елена, то, что только что было у меня в голове.

- Большинство из них вернулось. Нам позвонили из порта, что Стена создавала какой-то сбой, когда они летели колониями, чтобы добраться сюда, - ответил ей король Гельмут.

- Почему ты мне не сказал? - Елена хотела знать.

- Чтобы мы могли видеть выражения ваших лиц.

- Закрой свой рот, Блейк. В драконьей войне было гораздо больше драконов, чем сейчас, - прощебетал Эмануэль спереди, и папа рассмеялся. Я действительно хотел шлепнуть его, но Елена держала меня за руку, будто знала, что я хочу сделать.

- Это были те деньки, - сказал папа.

- Которые настанут снова, сэр Роберт. - Король Гельмут назвал его драконьим титулом.

Папа засмеялся и, вздохнув, выглянул в окно. Скоро он увидит своего всадника.

Внедорожник остановился. Один лорд уже поднялся на трибуну и сказал им всем несколько слов.

Я выбрался из внедорожника вслед за папой, Дином и Сэмми.

Толпа зааплодировала, что по-настоящему укрепило мое самолюбие.

Папа улыбнулся и хлопнул меня по руке.

- Ты знаешь, что должен сейчас что-то сказать. Это твои драконы, Блейк.

Я глубоко вздохнул - мои драконы. Папа был прав. Я был Альфой, и если не знал, что это значит, что ж, сегодня я это обнаружил.

Я поднял кулак, и раздались новые одобрительные возгласы.

Елена схватила меня за руку, когда выходила, и просто с удивлением смотрела на всех, кто пришел.

Мы подошли к трибуне, и все поклонились. Я не знал, было ли из-за Елены или Гельмута.

Гельмут поднялся на трибуну и поблагодарил лорда Премиуса за то, что он произнес сильные слова мужества на латыни. Он обратился к толпе тоже на латыни, потому что все драконы уже были в своем истинном обличье. Оборотни поняли, а те, кто не понимал, что ж, кто-нибудь из их окружения переведет.

- Я благодарен за сегодняшний день, за то, что вижу, как Пейя снова объединилась. Восемнадцать лет назад лианы вышли из-под земли, если быть точным, в полночь, и сегодня вечером они вернутся туда, откуда пришли! - Он взревел, и все они зааплодировали. - Помните, кто стоит за этими лианами. Что держит вашего короля, и знайте, что они будут сражаться, делая все, что в их силах, чтобы удержать его там. Сегодня не тот день, чтобы сдерживаться. Напомните вивернам, почему они боятся драконов. Они сломили большинство из нас на другой стороне и забыли, какими величественными созданиями вы являетесь. Сегодня они никогда больше этого не забудут.

Улюлюканье и вопли были такими громкими, что от вибрации сотрясалась земля.

- Обещаю, Горан умрет сегодня ночью. Он не доживет до того, чтобы увидеть новую Пейю!

От радостных возгласов и криков, доносившихся из толпы, я покрылся мурашками. Мне было интересно, как Гельмут на самом деле относился к брату. Имел ли он в виду эти слова всерьез?

- У нас все получится!

Елена погладила меня по руке, и я накрыл своей ладонью ее.

- Мы вернем на трон настоящего монарха. И сделаем это с гордостью!

Толпа пришла в бешенство.

Он улыбнулся и посмотрел на меня.

- А теперь несколько слов от вашего Альфы.

Драконы завизжали, когда я поднялся на подиум. Я поднял руку, чтобы заставить их замолчать.

Все они повиновались, и над океаном воинов воцарилась тишина.

- Сегодня мы все собрались вместе. Человек, дракон, оборотень столкнутся с величайшей угрозой нашему миру, которую мы когда-либо знали. Сегодня тот день, когда мы больше ничего не скажем! - При этих словах по толпе прокатились одобрительные возгласы. - Мы стоим здесь, не разделенные нашими разногласиями, а связанные нашим желанием освободить тех, кто был порабощен, исправить тех, кто был сломлен, и отомстить тем, кто виновен. Не буду вам лгать. Многие из нас не вернутся, но клянусь, ваша жертва не будет напрасной. Стоя вместе, как единое целое, мы освободим наших павших братьев и сестер. Мы освободим Итан! - Я издал зов дракона, все еще находясь в человеческом обличье, и вся толпа сошла с ума. Я трансформировался в драконью форму, когда крики оглушили меня.

Это по-настоящему взбодрило мое самолюбие, и я взмыл в воздух и заревел.

Каждый дракон взревел в ответ, оборотни издали свои кличи, а их всадники выкрикивали боевые кличи.

Я приземлился рядом с Еленой, и она посмотрела на меня снизу вверх с таким восхищением и любовью.

На ее лице сияла широкая улыбка. Больше никаких забот. Сегодня обещал быть отличный день.

Сегодня вечером она увидит своего отца. Наконец-то у них состоится этот разговор, и я его не пропущу.

Я снова принял человеческий облик, и гель растаял на коже. Он снова вернулся в костюм.

Я взбежал по ступенькам туда, где она стояла, и обнял ее за талию. Я притянул ее к себе и яростно поцеловал.

Все зааплодировали, когда я прервал поцелуй. Щеки Елены слегка порозовели.

- Тебе понравился мой показ?

Она рассмеялась.

- Это было совершенно невыносимо.

- Дай угадаю, чертовски круто.

- Как скажешь.

Она притянула меня к себе за шею, привстав на цыпочки, и снова поцеловала.

ЧАСТЬ 2

~19~

Больше встреч проходило в одной палатке, которая была установлена рядом с трибуной.

Калеб, Гельмут, папа и Эмануэль присутствовали на всех них. Мы с Еленой сидели сзади и слушали. Они вообще не упоминали об отношениях Гельмута и Горана. Я предположил, что они достаточно говорили об этом, и Гельмут ясно дал понять, что никто не говорил об этом при Елене.

У меня все еще было это ужасное чувство, что она должна знать.

Около пяти, когда солнце село, Елена начала собирать все войска. Она вернулась за Гельмутом и Эмануэлем. Я слышал их светскую беседу.

У Елены была особая связь с Эмануэлем, но это не звучало как прощание с ее стороны.

Калеб был следующим. Он не сказал ей ни слова. Ни капли сожаления о том, как он с ней обращался, ни черта.

Я покачал головой.

- Что? - спросил отец, и я понял, что никто из них не мог слышать, что происходило внутри лиан, когда Елена входила вместе с ними.

- Ничего страшного, - сказал я.

- С ней все будет в порядке, Блейк. С тобой тоже. Я знаю. Назови это предчувствием.

Я улыбнулся. Слава небесам, отец неправильно понял меня.

Елена вернулась и указала на меня. Когда я подошел к ней, она запрыгнула на меня и обвила ногами мою талию.

- Спасибо тебе за прошлую ночь, - прошептал я.

- Не надо, пожалуйста. Я стараюсь забыть о прошлой ночи, и не потому, что мне это не понравилось, - улыбнулась она.

Я усмехнулся.

- Держаться от тебя подальше сегодня тоже было тяжело.

Я схватил ее за лицо, целуя в губы.

- Я люблю тебя, Елена. Мы справимся с этим, обещаю.

Она улыбнулась и кивнула.

Когда мы добрались до другой стороны, она побежала обратно в заросли и вытащила оттуда Бекки, Джорджа, Дина и Сэмми.

Она схватила Джорджа.

- Обещай мне, что ты позаботишься о том, чтобы она прошла через это.

- Я не сдамся без боя, Елена. У нас все будет хорошо.

Она улыбнулась и просто уставилась на него.

Я слегка прищурился, поскольку, клянусь, уловил в ней решимость. Она должна была знать, что не умрет.

- Мы проделали такой долгий путь. Ты - классный Лунный Удар.

Он снова обнял ее.

- Это не прощание. Ты что, не смей! Подумай о последствиях. Я не потеряю свою принцессу и своего лучшего друга. Мы и так потеряли слишком много друзей.

Она кивнула.

- Это так.

Бекки была следующей, и они врезались друг в друга.

- Я знаю, что ты жесткая. Ты дважды напугала меня до полусмерти. С тобой все будет хорошо, - сказала Елена.

- Помни о нашем обещании, Елена, - сказала Бекки, и она кивнула.

Какое обещание?

- Передай привет своему отцу и моему, - сказала Елена и разорвала объятия.

- Я так и сделаю. - Она ударила себя кулаком в грудь, давая клятву.

Моя сестра была последней. Сэмми покачала головой, в ее глазах стояли тяжелые слезы.

- Я не буду выбирать. Я отказываюсь. Так что вам обоим лучше пройти через это, слышите? - Она посмотрела на меня. - Не разделяйтесь. Оставайтесь друг с другом.

- Сэмми, - сказал я.

- Мне все равно, даже если ты - Рубикон. Ты - мой брат, а ты мне как сестра, так что не смейте умирать у меня на глазах. Никому из вас лучше не умирать у меня на глазах, или я сожгу ваши задницы. - Слеза скатилась по ее лицу.

- Не будем. - Я притянул ее в объятия. - Позаботься о ней, Дин.

Он добрался до нас в несколько шагов и хлопнул меня по руке, крепко сжав ее.

- Ценой своей жизни.

- Елена, сходи за моим отцом.

Она кивнула и вернулась в заросли Лиан.

- Мне не нравится выражение ее лица, Блейк. - Сэмми обняла меня одной рукой.

- Она не прощается, Сэм. Она просто напугана. Это нормально.

- Я знаю, что она - твой Дент, но при всем моем уважении, я знаю ее дольше, чем ты. Это не очень хороший образ для Елены.

Я улыбнулся. Если бы только Сэм знала, что это за дент.

Я услышал, как ахнул отец, когда они вошли в заросли лиан.

- Они опустятся, сэр, - сказала Елена.

На несколько мгновений воцарилось молчание.

- Мне нужно кое о чем с тобой поговорить. - Ее голос слегка дрогнул.

Я прищурился и настроился еще больше.

- Елена, не надо, - приказал мой отец.

- Нет, я знаю. Я сожалею о том избиении.

Раздражение слетело с губ моего отца.

- Ты очень похожа на своих родителей.

- Я еще не закончила. Извини, что не сказала тебе раньше.

Он вздохнул.

- Как я уже говорил тебе раньше, часть меня всегда знала, что твой отец жив.

- Еще кое-что, - сказала Елена. - Убедись, что с Блейком все будет в порядке, если...

- Ты не посмеешь? - Отец прервал ее, и мне захотелось вдохнуть огонь. Моя сестра была права. Она прощалась, никого не посвящая в это.

Ни за что на свете.

- Денты не могут жить без своих всадников. - Голос отца звучал непреклонно.

Я снова сосредоточился на их разговоре.

- Это почти невозможно для обычной драконьей связи, но каким-то образом мы справляемся. С моим сыном все будет по-другому. Так что ты борись, потому что я не могу тебе этого обещать. - Голос папы звучал раздраженно.

- Хорошо, - крикнула Елена в ответ, когда ее голос сорвался.

- Тогда просто скажи моему отцу, что я сожалею. Он разочаруется, что я ослушалась его.

- Скажешь ему сама!

Лианы наконец зашуршали и раздвинулись, когда они вдвоем вышли наружу.

Я видел слезы в глазах отца, когда он смотрел на свой дом. Мышцы его челюсти напряглись, но он не наклонился к земле, как идиот, и не поцеловал ее.

Он нашел меня, подошел ко мне гигантскими шагами и притянул к себе, чтобы по-отечески обнять.

- Будь осторожен, - сказал я.

- Ты тоже.

Потом отец ушел, забрав с собой Сэмми, Дина, Бекки и Джорджа.

Я подождал, пока они отойдут на достаточное расстояние, чтобы их было слышно, и пристально посмотрел на Елену.

- Что это было? - Я жестом указал назад, на лианы.

- Что? - спросила она.

- Там, Елена. Я слышал все, что ты сказала. Ты не умрешь, и я тоже. Ты это понимаешь? - Она вывела меня из себя.

- Знаю, просто...

- Этому нет никакого оправдания. Ты не умрешь. Мы приняли это решение прошлой ночью вместе.

Она кивнула.

Она вернулась и привела Реймонда, который собирался пойти с нами. Он знал, куда мы должны были идти.

Реймонд пошел по тропинке, которая вела к фермам, но быстро изменил направление и пошел совершенно в другом направлении.

Я не сказал ни слова. Я все еще был расстроен из-за того, что Елена даже попыталась сказать это моему отцу. Ей нужно было дышать.

Мы остановились передохнуть у одного из близлежащих деревьев, и я открыл сумку, достал накидку и отдал ее Елене. Наши костюмы красноречиво свидетельствовали о том, что нас здесь быть не должно.

Я достал еще одну накидку для себя и накинул ее на плечи.

Мы продолжили идти, и Елена схватила меня за руку.

Как бы сильно я ни старался злиться на нее, у меня ничего не получалось.

- Прости, мне не следовало этого говорить.

- Наверное, это человеческая ошибка, - пробормотал я.

- Не расстраивайся, пожалуйста.

- Я не расстроен, но отец прав, Елена. У меня ничего не получится, если ты этого не сделаешь. Мы говорили об этом вчера вечером. Мы оба умрем или оба выживем. Тебе лучше дать мне знать, что ты выбрала.

- Жизнь, всегда жизнь.

Я улыбнулся.

- Лучше бы тебе говорить серьезно. Клянусь, я отыщу твою задницу в загробной жизни, если ты этого не сделаешь.

Она рассмеялась, и смешок сорвался с моих губ.

- Тсс, - сказал Реймонд.

Я уставился ему в затылок. Я мог слышать и чуять опасность за милю.

Мы были одни.

Час спустя мы добрались до места назначения, и Реймонд отодвинул массивный камень с дороги, открыл щеколду, обнажив ступени.

Реймонд закрыл люк рычагом, и камень снова завалил отверстие.

Мы спустились по ступенькам в подземное помещение.

Нас встретили простые стены из гофрированного металла.

Вдоль другой стены стояло несколько спальных коек. Как долго они пробыли здесь, внизу?

Склад оружия располагался вдоль противоположной стены рядом с деревянным столом, который занимал половину пространства. В бункере было много боеприпасов и средств для чистки в отдельном хранилище рядом с тем, где они хранили оружие.

Небольшая кухня с раковиной, шкафчиками, микроволновой печью и холодильником находилась рядом со складом оружия.

Меня познакомили с группой плечистых парней.

- Мейерс. - Один парень представился, тоже одетый в форму спецназовца. Он был готов к войне и сливался с окружающей обстановкой.

- Блейк, - сказал я, и все рассмеялись.

- Все знают, кто ты такой, Блейк. Твой отец попросил нас собрать как можно больше информации о Саадедине.

- И? - Я хотел знать.

Он развернул карту на столе и схватил коробку, стоявшую на кухонном столе.

Он протянул мне коробку, и я открыл ее. Они запечатлели на всех изображениях то, что, по их мнению, было Саадедином.

- Парень, который сделал их, умер в ту ночь. Саадедин умен. Его чувства - одни из лучших, которые мы когда-либо видели. - Он посмотрел на нас обоих.

- Стефан был единственным, кто был так близок к нему перед смертью. Мы нашли камеру рядом с подземельями.

- Значит, он в темнице?

- Он близко к Горану. По ночам он издает ужасный плачущий звук, от которого у вас заложит уши, так что, пожалуйста, не забудьте свои затычки для ушей.

- Сомневаюсь, что он заплачет, если почувствует нас, - сказал я Мейерсу.

- Почему фотографии темные? - спросила Елена.

- Мы думаем, что у него проблемы со светом. Лучше используй это в своих интересах.

Я кивнул.

- Значит, он в темнице? - Я не получил подтверждения, когда в первый раз задал Мейеру этот вопрос.

Мейерс кивнул, когда Елена отошла и села на пол в углу.

Я остался, чтобы получить всю информацию о Саадедине, но, честно говоря, не так уж много.

- Он огромен, Блейк.

- Знаю. Я видел Саадедина в своем предсказании.

- Потребуется чудо, чтобы свалить его, но если оно и есть, то это ты.

Я улыбнулся и кивнул в знак признательности.

Когда у меня была вся информация, которую они могли получить о Саадедине, я подошел и сел рядом с Еленой. Я притянул ее ближе к себе, и она закинула свои ноги на мои.

- Ты не умрешь. Мы останемся вместе, будем бороться вместе и добьемся этого вместе. Ты можешь помочь с Саадедином.

- Можешь поспорить на свою задницу, что я собираюсь помочь.

Я усмехнулся, когда на заднем плане заиграло радио.

- Просто пообещай мне одну вещь. Дыши.

- Я обещала это многим людям, - пробормотала Елена.

- Я не из большинства. Я - Блейк Лиф.

- Хорошо, обещаю, что буду дышать, Блейк Лиф.

- Это уже сказывается на тебе, да?

Она положила руку мне на грудь.

- Это должно было случиться. Мы проводим вместе почти каждую минуту дня.

- Недостаточно долго. - Я вздохнул, погладил ее по руке и поцеловал в макушку.

Молчание затянулось, пока я смотрел на свои часы.

Через несколько часов должны были взорваться бомбы, и тогда нам уже нужно было быть в замке.

- Знаю, ты не хочешь говорить об этом, но как бы ты представлял нас, если бы мы выросли вместе? - спросила Елена.

- Все было бы совершенно наоборот. Зная, что у меня есть всадница, даже если у нее тощая задница.

- Я думала, что моя задница сексуальная.

Я усмехнулся.

- Для меня это так, но другие могут подумать, что она тощая. - Я негодовал при мысли о том, как бы это могло быть. - Все было бы по-другому. Это я знаю. На меня бы уже давным-давно заявили права. Люциан был бы все еще жив, может быть, даже Брайан тоже. Этого бы никогда не случилось.

- Ты поговорил со своим отцом и выяснил, предупреждали ли их Купер и Марика?

- Я спросил. Там их не было. Мой отец сам убил бы Горана, если бы там был кто-то подобный.

Она кивнула.

- Это был просто глупый сон.

- Думаешь, мы были бы друзьями?

- Самыми лучшими, - ответил я, - позже превратились бы во что-то гораздо более глубокое. - Наши пальцы переплелись, и мы оба уставились на это.

- Не могу не думать о том, какой матерью она была бы, - сказала Елена.

- Ты была бы другой, это точно.

- Я так не думаю. Я имею в виду, я бы не была такой, как Арианна.

- Вы могли бы стать лучшими подругами.

- Нет, мы с твоей сестрой все равно были бы лучшими подругами, так как она тоже была бы во дворце, как и ты.

- Значит, ты действительно часто думала об этом? - Я слышал, что так оно и было.

Она улыбнулась.

- Больше, чем ты думаешь.

Я поцеловал ее в висок.

- Мы никогда не узнаем. Бесполезно гадать о вещах, которых никогда не было.

- Знаю.

Молчание между нами снова затянулось, пока солдаты перешептывались на заднем плане.

- Я люблю тебя, Елена Уоткинс, - сказал я.

Она посмотрела на меня и улыбнулась.

- Я люблю тебя еще больше.

~20~

Реймонд принес каждому из нас по чашке кофе, и мы выпили его.

Елена пошла в туалет, пока он разговаривал со мной.

- Они еще не видели короля Альберта, - Реймонд присел передо мной на корточки.

- Лучше бы ему быть все еще живым. Не говори об этом Елене, - прошептал я.

Реймонд кивнул.

Елена вернулась и села рядом со мной, прислонившись к стене.

Мы еще немного поговорили о нашем доме.

Мои часы запищали, и я посмотрел на цифры.

- Время пришло. - Я встал.

Мейерс взял инициативу в свои руки и протянул мне бутылку воды. Он отпер хранилище, в котором лежало оружие, и начал раздавать его свим людям.

Он также хотел вручить мне его.

Я посмотрел на пистолет.

- У меня есть множество способностей, которые я не боюсь использовать. Передай это кому-нибудь другому.

Губы Мейера слегка дрогнули.

Я оглянулся и увидел Елену, все еще сидящую на полу в задумчивости.

Я присел перед ней на корточки и дотронулся до ее ноги.

- Елена.

- А? - Она посмотрела на меня.

- Теперь я знаю, что чувствовали профессора, - пошутил я.

- Я знаю, держись поближе. Все будет хорошо. Я это чувствую. Это будет хороший день.

Я кивнул.

- Просто не переставай дышать. - Я еще раз поцеловал ее.

Я натянул ей на голову капюшон рваного плаща.

Мы встали и поднялись по ступенькам обратно к люку.

Реймонд и Фред, а также один отряд, который хорошо знал расположение, пошли с нами.

- Удачи, - сказал Мейерс, когда мы поднялись на поверхность.

- И вам всем тоже.

Выйдя на улицу, мы направились по дороге к замку.

Это была долгая прогулка, и импровизированное солнце не обошлось без тепла.

Мы останавливались на короткие перерывы, чтобы попить воды и просто остыть, пока не пришло время двигаться дальше.

Добравшись до Боливии, нам пришлось укрыться в лесу. Это был мой дом и дом Елены.

Я издалека наблюдал, как они обустраивают рынок на весь день. Все было на своих местах. Разговор звучал как всегда. Надежды не было никакой. Между собой использовались резкие тона, и разговоры о следующем урожае снова достигли моих ушей.

Горан не знал, что мы здесь. Пол всего лишь блефовал. Это была великолепная новость.

Я посмотрел мимо деревьев вниз по склону к замку.

- У ворот стоят два охранника, - сказал я Реймонду.

- С ними разберутся, их заменят охранники, размещенные поблизости.

Я кивнул.

Когда на рынок пришло больше людей, я встал.

Елена последовала за мной, и я снова накинул капюшон на голову.

Мы прекрасно вписались в обстановку.

Когда мы вошли, в городе стоял ужасный запах. Последние восемнадцать лет они жили как свиньи.

- Напомни, как меня зовут, боливиец? - спросила Елена.

Я усмехнулся.

- А потом я увидел ее лицо, теперь я боливиец, - спел я первое, что пришло мне в голову, и она рассмеялась. - Да, ты боливийка, Елена. Я знаю, сейчас тут не так уж, но раньше было большое и красивое место.

- Нет, Блейк. Ты был просто маленьким. - Реймонд подошел сзади и сильно хлопнул меня по спине. - Все кажется большим, когда ты маленький.

- Ты можешь радоваться, что я прозрел, старик. Иначе это похлопывание стоило бы тебе руки.

Реймонд рассмеялся и глубоко вздохнул.

- Я тоже боливиец, так что наконец-то можно сказать, что мы дома. - Реймонд посмотрел на Елену и подмигнул.

Я что-то проворчал ему, когда он повел нас по другой тропинке через лес, которая должна была привести нас ближе к замку.

Я посмотрел на Елену, и на ее лице было то же самое печальное выражение, которое обычно появлялось у нее, когда она думала о том, что, если. Ее эмоции, переполнявшие меня изнутри, подтверждали это. Это было почти то же самое, что сожаление, только еще печальнее. Я почувствовал это однажды. Когда она привела меня сюда в первый раз. Я так сильно ненавидел Горана.

- Не позволяй Горану и тому, что он сделал, добраться до тебя. Помни, что я сказал. Теперь за него отвечают два короля. Сила Саадедина ослабнет, и вместе мы победим его. Мне нужно, чтобы ты еще немного сдерживала свои эмоции.

- Связь восстановилась? - спросила она.

Я улыбнулся и крепче сжал ее руку.

- Я бы хотел.

- Тогда откуда ты узнал, что я так думала?

Я дотронулся до своего живота.

- Я почувствовал это в тот день, когда ты привела меня сюда.

- Ты имеешь в виду тот день, когда ты обманул меня и прошел со мной?

Я улыбнулся.

- Это и выражение твоего лица.

Она усмехнулась.

- Поняла.

Мы нашли двух стражников на дороге к замку.

Елена сразу же насторожилась.

Я снова сжал ее руку.

- Не волнуйся, принцесса, - сказал Реймонд. - Это двое наших.

Фред подошел ближе и поздоровался с ними.

Когда мы с Еленой подошли к ним, они склонили головы.

Я кивнул.

Они разговаривали на латыни и передали другим парням пару гаджетов от Реймонда.

Затем они повели нас дальше по тропинке.

Воспоминания о том, каким красивым был дом Елены, и как он выглядел сейчас, наполнили меня таким сильным гневом.

Я вздохнул.

- Ты в порядке? - Она погладила меня по руке.

- Я не видел это место восемнадцать лет, - пробормотал я.

В небо вздымались три башни. Все выглядело совсем не так, как я помнил.

- Что здесь произошло? – спросил я одного парня, с которым мы только что познакомились.

- Из того, что мы выяснили, это то, что осталось после той ночи, когда Лианы поглотили Итан. В западном крыле вспыхнул пожар. Он разрушил всю боковую часть замка, а также часть южного крыла.

Они вручили мне гаджет с электронной картой, отображаемой на экране.

- Это все, что мы смогли собрать из того, что сейчас находится внутри. Шиони очень сблизилась с Гораном. Мы бы не справились с этим без нее. - Он посмотрел на всех нас. - Фрэнк проводит вас внутрь.

- Хорошо, давайте сделаем это. - Голос Елены звучал немного оптимистичнее, и мы подошли к стене, которая была ближе всего к западному крылу, которое было почти сожжено дотла.

Там было совершенно пустынно, и я свистнул, как голубь.

Появились две длинные веревки, и я провел для Елены ускоренный курс по использованию силы ее ног после того, как обвязал веревку вокруг ее талии.

Она быстро включилась в движение и сильно ударила ногой по передней части своих ботинок, чтобы высвободить шипы.

- После тебя, - сказал я.

Она воткнула шипы в стену и начала медленно подниматься.

Я огляделся вокруг, чтобы убедиться, что поблизости нет никакой опасности, но ее не было абсолютно никакой.

Я снова посмотрел на Елену. Она была почти на полпути на стене.

Реймонд занял позицию охранника рядом со мной. Мы оба были в состоянии повышенной готовности.

Наконец Елена добралась до вершины, и я туго натянул веревку.

- Увидимся наверху, - тихо сказал я Реймонду.

Он кивнул, не отрывая взгляда от опушки леса, где начинались лианы.

Я частично трансформировался, и чешуя покрыла мои ладони. Я сильно топнул обеими ногами, и на моих подошвах появились шипы.

Я взбежал по стене и влез в окно.

Фрэнк носил старые цвета Итана, чтобы не выделяться в качестве охранника.

Елена подняла брови, разинув рот.

Меня больше не волновало то, что у нас не было общего. Мои сильные стороны станут ее сильными сторонами, и наоборот.

- Драконы все делают по-другому.

- Хвастун, - поддразнила она, и мы последовали за Фрэнком - или, по крайней мере, так, по словам Реймонда, его звали - к двери.

- Будь осторожен, - сказал Фрэнк, и я кивнул.

Мы спустились по ступенькам и подошли к первой двери. Я побежал дальше вниз, пока мы не подошли ко второй двери.

Я взял устройство, которое дал мне Ральф. Я посмотрел на экран, на трехмерную карту расположения замка, и увидел красную точку уровнем ниже.

- Это что…

- Да, это он. - Мы спустились на один уровень ниже. - Он не входит в нашу миссию.

Она кивнула, когда мы вошли в дверь.

Красная точка исчезла. Я несколько раз ударил по устройству, но ничто не вернуло точку на место. И тут меня осенило - магия. Мое тело снова было на пределе. На секунду я засомневался, знал ли Горан о нашем сегодняшнем визите.

- Черт, - проворчал я.

- Что?

- Это не может быть к добру. Внутри замка есть какие-то чары.

- Чары?

Я кивнул, огляделся вокруг и снова уставился на устройство. Я пытался использовать свой огонь, но он не хотел разгораться.

Я закрыл глаза, с трудом сглотнул, а затем прогнал прочь все сомнения.

- И все же мы знаем, где была эта красная точка. Мы должны сообщить об этом двум королям. Они, должно быть, уже внутри. Пойдем.

Я положил устройство обратно в карман жилета и схватил Елену за руку.

Мы побежали по коридору налево. Это едва ли напоминало те воспоминания, которые остались у меня об этом месте.

Все фотографии предков Елены, которые раньше висели на стенах, исчезли.

Цвета отсутствовали.

Ощущения дома так не хватало.

Ковер был тусклым и грязным, и я вспомнил, что когда-то он был таким красивым.

Я сохранял защитную стойку, идя немного впереди Елены.

Я услышал шаги и остановился, прижимая Елену к стене и сливаясь с ней.

Сердце Елены заколотилось, когда пара охранников вышла из-за угла и прошла мимо нас.

- Она трахалась, как скаковая лошадь, - сказал один охранник.

- Это только ты мог бы воспользоваться помощью, - сказал другой.

- Она была такой чертовски тугой.

Я почувствовал отвращение к их комментариям и увидел, как слегка Елена сжала челюсти.

Они свернули в коридор дальше по коридору, и я взял Елену за руку и двинулся в противоположном направлении. Я сжимал ее руку.

Нам нужно было добраться до одного из безопасных проходов, из которого, как я помнил, мой отец и король Альберт выходили много раз.

Он был где-то здесь. Я знал, что приближаюсь к тому месту, где в последний раз видел красную точку, но это был единственный путь вниз, в подземелье. Или тот, что ближе всего.

Я нашел дверь и открыл ее.

Мы оба проскользнули внутрь и оказались у ступенек, ведущих на тот уровень, на котором мне нужно было оказаться, чтобы спуститься в подземелье.

Замок все еще был гребаным лабиринтом.

Шаги сверху заставили меня остановиться. Елена врезалась в меня и тоже подняла голову.

Я показал ей знак спуститься на уровень ниже, и она быстро взяла инициативу в свои руки, устремившись на нижний уровень.

Я показал ей знак, что мне, возможно, придется убить. Она кивнула.

Она отступила еще дальше, подальше от опасности. Не то чтобы она была девушкой, попавшей в беду. Но если он сбежит от меня, в чем я сильно сомневался, она расправится с ним своими топорами.

Ступеньки тихо скрипнули, и я услышал вздох, но сразу увидел, что это был Фред.

Я снова мог дышать.

- Черт. Ты, блядь, доведешь меня до сердечного приступа, - прошипел он, хватаясь за грудь. - Вы нашли его?

- Нет, но мы знаем, что он был где-то здесь, - прошептал я.

- Думаю, мы нашли Саадедина. Его рычание доносилось из подземелий.

- Итак, это подтверждено.

Группа мужчин побежала вверх по лестнице, а я бросился вниз к Елене и толкнул ее себе за спину.

Реймонд и Фред следовали за мной по пятам и встали передо мной.

Фред и Реймонд выдохнули немного воздуха, когда подбежал Гельмут с двумя мужчинами, которых мы нашли ранее в лесу.

Эмануэля с ним не было.

- Где Эмануэль? - спросил Реймонд и обнажил меч.

Король Гельмут уперся руками в колени и уставился на меч, который держал Реймонд, затем поднял глаза на Реймонда.

- Осторожнее, Реймонд. Горан наполнил этот замок чарами. Я обнаружил это в ту же минуту, как вошел сюда. Это лишило меня всех моих способностей.

- Очень удобно, не находишь? - прошипел Фред. Это был Горан? Он был похож на Гельмута, но одет по-другому.

- Где Эмануэль? - снова спросила Елена.

- Мы попали в засаду, когда нашли нашу команду. Калеб и Эмануэль остались. Я должен был сделать то, что должен был сделать, Блейк.

- Твои способности? - спросил Реймонд.

- Мы не можем их использовать, - ответил я. - Я уже пытался. Он говорит правду. - Я велел Реймонду опустить меч. - Ты не можешь пойти за ним в одиночку. - Я посмотрел на Гельмута, гадая, был ли это Гельмут. Но Горан никогда не смог бы справиться со своим братом.

Ни за что на свете.

- Да, я могу. Это мой долг, - прошептал Гельмут, и я сразу понял, что это был Гельмут. Горан выдал бы себя известием о том, что его близнец хотел убить его.

Я с силой потер лицо.

Пол был прав. Горан знал, что мы придем. Он просто не знал, когда именно.

- Ты ведь знаешь, что это значит, верно?

Гельмут кивнул.

- Пол был прав.

- Черт. - Мой взгляд переместился на Елену. - Что бы ты ни делала, не теряй меня из виду.

Она кивнула.

- Мы пойдем с тобой, поможем, пока не появятся Эмануэль и Калеб. Ты не сможешь сделать это в одиночку, - заговорил Реймонд.

- У вас есть какие-нибудь предположения, где он может быть? - спросил Гельмут.

- Да, ну, красная точка была совсем рядом. Думаю, в кабинете или в его башне, но это на верхнем уровне, - ответил Фред, поскольку в руках у него было такое же устройство.

- Помни, что я сказал, Елена. - Я посмотрел на нее сверху вниз, и она кивнула.

Мы последовали за Гельмутом, когда он взял устройство Фреда… не то чтобы оно работало, но он лучше всех знал планировку этого замка.

Я слегка подтолкнул Елену перед собой, чтобы она встала между мной и Гельмутом.

Фред и Реймонд шли сразу за ними; двое из леса выглядели как охранники.

Я показал рукой туда, где в последний раз видел точку. Гельмут побежал в том направлении, в другой коридор.

Елена зашагала быстрее, и тут я почувствовал это. Запах Елены.

- Черт, - сказал я. - Елена, подожди. - Я попытался оттащить ее назад, но моя рука просто проскользнула сквозь нее.

- Нет, нет, нет, - закричал я, и Фред с Реймондом тоже остановились.

- Что?

Я ударился о стену, и она завибрировала у меня в руке.

- Это заклинание.

Страх одолел меня, когда я просто уставился на Елену, оглядывающуюся назад в поисках меня.

~21~

Это было то самое заклинание, о котором сэр Эдвард рассказывал нам еще в Академии, и ничто не могло его разрушить.

Я сразу понял, что было прямо перед нами, в нескольких дюймах от меня. Я мог просто оттащить ее назад, но было слишком поздно.

По крайней мере, она будет в безопасности, пока я буду охотиться за Саадедином.

Мое сердце обливалось кровью из-за нее, когда она продолжала бежать ко мне, думая, что я умер. Она не могла найти проход ко мне, на ее лице было написано замешательство, потому что она просто снова обнаруживала Гельмута, стоящего посередине.

- Это бесполезно, - сказал я Реймонду, когда он продолжал бросать кислотные шарики в щит. Наши способности вернулись в ту минуту, когда они переступили через барьер. Я чувствовал, как магия этого заклинания становится все сильнее, забирая всю силу, разделяя нас, чтобы мы не могли сражаться с Саадедином вместе. И это заманило короля Гельмута в ловушку вместе с ней, потому что Горан знал, что они пошлют близнеца убить его. - Оно не сломается. Это одно из самых сильных заклинаний, которые только существуют. По крайней мере, она в безопасности.

- Ты не можешь убить Саадедина в одиночку. - Реймонд схватил меня за рубашку.

- У меня нет выбора. Это всегда было моей работой. Ее целью было провести всех нас внутрь. Пол был прав. Горан все это время знал.

- Если это правда, то мы попали в смертельную ловушку! - закричал Реймонд.

- Нет, он знал, что этот день настанет. У него не хватает сил. Послушай. - Я повернул голову к стене. - Они сражаются снаружи. У него недостаточно людей, а у виверн нет ни единого шанса против драконов. Как только Лианы будут повержены, они проиграют.

Шаги приблизились как раз в тот момент, когда я решил уйти, чтобы отправиться на поиски Саадедина.

Это был Эмануэль.

Мне показалось, что я снова могу дышать.

Он был жив. Король Калеб шел прямо за ним со своей гвардией. Ему это ни капельки не нравилось. И тут мое сердце остановилось, когда я посмотрел на четвертого человека, бегущего к нам. Это был Гельмут.

Фред, Джефф, Вирджил и Реймонд использовали свои способности, в то время как я оставался стоять на одном месте.

Эмануэль заслонил от нас свою компанию.

- Горан наполнил замок чарами; это я, - сказал Эмануэль. - Это я, Эмануэль, твой друг, а не враг.

- Мы знаем, что это ты, - рявкнул на него Реймонд. - Что ты с ним делаешь?

Эмануэль обернулся и уставился на Гельмута, затем снова повернулся ко мне.

- Где Елена? - спросил он, уставившись на мое застывшее тело. - Блейк, я не отходил от Гельмута с той минуты, как Елена привела нас сюда. Где принцесса?

Я повернул голову и посмотрел на Елену. Я пришел в себя и воспользовался своим розовым поцелуем, когда сердитое ворчание сорвалось с моих губ. Я атаковал стену всем, что у меня было.

Откуда, черт возьми, Горан узнал?

Вирджил и Реймонд очень быстро сложили два и два.

Мы были идиотами, которых одурачил Горан. Мне следовало довериться своим инстинктам, когда я увидела его на лестнице.

- Блейк! - закричал Эмануэль и подошел ближе.

- Нам нужно разрушить эту стену, или она умрет, - проворчал я и положил руки, охваченные розовым поцелуем, на стену. Она загорелась. Огонь побежал по углам, превращая заклинание в огненную дверь, но она так и не сдвинулась с места. Магия была могущественной, даже более могущественной, чем мой розовый поцелуй.

- Блейк! - крикнул Эмануэль, и огонь на стене исчез. Тогда они все увидели мой худший страх.

Король Гельмут и Калеб уставились на Елену и Горана, рассказывающих друг другу о том, как они оказались в ловушке, что она в безопасности.

Гельмут применил свой огонь, и все четверо, как один, обратили свои способности на стену.

Я не мог поверить, что был таким идиотом. Как меня можно было так одурачить? Я был Рубиконом, и я подверг жизнь моей принцессы опасности. Она оказалась в ловушке с одним парнем, которого мы пытались застать врасплох. Горан не просто знал, что мы придем. Он принимал участие, все спланировал.

Мне следовало принять больше мер предосторожности.

Эмануэль, Гельмут и Калеб не произносили ни слова, помогая разрушить чары. Мы даже сотворили одно заклинание вместе, которое король Гельмут хорошо знал, одно заклинание, которое он много раз использовал через своего близнеца, но это было бесполезно.

Стена ослабевала, но не разрушалась.

- Еще раз! – взревел я.

- Блейк, не работает. Он стал слишком сильным, - сказал Гельмут. - Даже для меня.

- Он - твой близнец. Должно быть, у вас с ним все еще есть какая-то связь.

- Нет. - Он прислонился к стене и сполз вниз, пока не сел на землю.

Тем не менее, Эмануэль, Калеб и я не прекращали попыток прорваться сквозь чары.

Там были Елена и Горан. Затем Горан начал говорить о смерти Люциана и о том, что во всем виновата она.

Ледяной палец прошелся по моему позвоночнику, когда я посмотрел на Елену.

- Нет! – Слово едва слетело с моих губ. Он собирался убить ее, и она подумала бы, что это было сделано рукой Гельмута.

- Ты ублюдок! - завопил Гельмут невменяемым голосом и сильно ударил по стене. - Ты убил моего сына, ты и та мразь, которую ты так сильно любишь!

- Нам нужно разрушить это заклятие! - Эмануэль взревел и метнул свой огонь. Я помогал всем, что у меня было. Я закричал и изо всех сил попытался связаться с ее разумом, когда она начала верить его словам. Полагая, что это был Гельмут.

- Это не сработает, Эмануэль, - взревел Гельмут.

- Ну, тогда ты только что стал ее убийцей, поскольку она всем сердцем верит, что это ты. - Эмануэль бросил на Гельмута такой взгляд, какого я никогда раньше не видел у него.

- Елена, борись. Ты так не умрешь! – закричал я, чувствуя себя беспомощным. Я выкрикивал заклинания. Гельмут даже пытался, но им требовалось время, чтобы поработать. Времени у нас не было.

Я снова попытался разрушить стену, но безуспешно. Даже трещинки не было.

Один из нас должен был умереть... Нет, нет, это не должна быть Елена. Я снова ударил в стену молнией, и она отразилась от стены и погасла.

Она сдалась, и слезы потекли по моим щекам.

- Сражайся, Елена, сражайся!

Она склонила голову, и он обнажил свой меч.

- Елена! – закричал я. - Это не Гельмут. Это Горан! Сражайся!

- Блейк, успокойся. Она тебя не слышит, - сказал Гельмут, и в его глазах заблестели слезы.

- Ты должен был сказать ей! - Я закричал на Гельмута.

Горан обнажил меч.

- Неееет! - закричал я, когда Горан поднял свое оружие, готовый к удару. Я мог бы поклясться, что на лестнице стоял Гельмут. Он действительно знал обо всем, что мы планировали.

Я не мог смотреть на то, как он собирался убить ее. Я отвернулся, когда плакал, слезы катились по моим щекам, и все ахнули.

- Ты ведь не Гельмут, не так ли? – прокричала она.

- Она знает, - сказал Эмануэль и рассмеялся от облегчения.

- Она догадалась об этом, Блейк. Она знает.

Я обернулся и увидел, что они кружат друг вокруг друга.

- О чем ты там болтаешь? Конечно, я - Гельмут.

- Нет. - Она покачала головой. - Гельмут никогда не произносил имя Маргарет с такой ненавистью. Кто ты такой?

Я сдержал крик облегчения и положил руки на стену, просто прислонившись к ней.

- Она поняла это, Блейк.

- Ответь мне, - закричала она.

Я поднял взгляд, чтобы посмотреть на них.

Горан засмеялся и запрыгал на одном месте.

- Ответь мне, - передразнил он ее оживленным голосом.

- Горан, - прошептала она.

- Та-ак, - снова пошутил он и рассмеялся.

Он поклонился, не отрывая взгляда от принцессы.

- Елена. - Его губы изогнулись в хитрой улыбке, присущей только ему. - Так приятно с тобой познакомиться.

- Ты знал, что мы придем сегодня, не так ли?

- Тебе следовало послушать Джерри. Или это был Малик? Нет, это был Пол. - Он усмехнулся.

- Он мертв, а я не слушаю мертвых трусов. А теперь ответь мне, - прошипела она.

- Да, я знал, что ты придешь. У меня были свои информаторы, и я долго ждал этого боя.

- Почему ты просто не воспользовался кровью моего отца, чтобы выбраться?

Он прикусил губу и улыбнулся.

- Нет. - В ее глазах заблестели слезы, и они также скатились у меня.

- Ты ублюдок, - закричал Гельмут и заплакал.

Альберт был мертв.

- Это тактика, Блейк. Он не знал о крови, - сказал Эмануэль. - Залезай туда.

- Как? - накричал я на него. Я был рад, что она поняла, что это был Горан, но она все еще была заперта внутри волшебного пузыря.

Елена закричала и бросилась на него.

- Она не победит в гневе, - прошипел Эмануэль.

Давай, успокойся. Я учил тебя не драться в гневе. Разозли Горана, Елена.

Она остановилась и тяжело задышала.

- Значит, ты готов подвергнуть опасности жизни миллионов невинных людей только для того, чтобы развязать свою дурацкую войну?

- Я полагаю, быть запертым в Итане на... Сколько тебе сейчас лет... девятнадцать, двадцать? Это не имеет значения. Долгое время так с тобой поступает! - прокричал он последнюю часть.

- Нет, это была вина твоего дракона за то, что он дал тебе слишком много своей Сущности.

- Она ни хрена мне не сказала! - взревел Горан.

- Да, разозли его, - пробормотал я себе под нос.

- Ты научил ее? - спросил Эмануэль.

- С ней все будет в порядке. Как мне разрушить это гребаное заклятие? – накричал я на Гельмута.

Горан снова попытался спровоцировать Елену, но она сохранила свою позу.

- Ты этого не сделаешь, но это здание, Блейк. Обычно твой лучший выбор - снаружи.

Я понял, о чем он говорил. Мне нужна была моя драконья форма, и стена замка должна была рухнуть.

Я в последний раз взглянул на Елену.

- Да, и теперь я знаю, почему она не хотела, - поддразнила его Елена. - Я бы тоже не стала. Она знала, что на самом деле было в твоем сердце. Ты был злом еще до того, как получил Сущность.

Он насмехался над ней, скривив лицо и покачав головой.

- Похоже, у нас настоящий всезнайка.

Я улыбнулся. Это моя девочка.

Я подбежал так быстро, как только мог, к ближайшему окну и выпрыгнул из него.

Я полетел к передней части замка, туда, где были Горан и Елена.

Рынок был объят пламенем, и я мог видеть поле битвы на улицах.

Лианы так и не расступились. Предполагалось, что к этому времени они уже должны разлететься на куски.

Эмануэль показал свой огонь из окна, и я прицелился в нескольких футах перед ним.

Я выдохнул свой гром, и он отразился от здания. Стены треснули, но ничего не произошло.

Я почувствовал, как заклинание вибрирует от стен, и снова пустил молнию.

Снова грохот, но на этом все.

- Черт, - взревел я и врезался в стену всем телом.

Она задрожала, и куски стены посыпались вниз, но магия сохранила стену нетронутой.

Я снова влетел в стену. Я бы, блядь, делал это до тех пор, пока все не рухнуло бы.

Я взревел, надеясь, что вибрация моего голоса сорвет стену, но это чертово магическое заклинание удерживало ее на месте.

Я несколько раз врезался в нее. Ты нужен Елене. Сломай стену.

Я сильно ударился о кирпичи и провалился внутрь.

Я увидел большую черную дыру по другую сторону стены и Горана, смотрящего на кого-то сверху вниз. Крики Елены эхом отражались от стен.

- Нет, - взревел я, и он оглянулся через плечо и убежал с моего пути.

Я протиснулся в дыру, и из стены вылетело еще больше кирпичей. Я нырнул в чернильную яму.

Я мог видеть белый костюм Елены, когда она падала, размахивая руками и ногами - еще больше магии. Я потянулся лапой к ее телу. Мой коготь зацепился за ее костюм.

Я притянул ее к себе, сжал в лапе и прижал к груди.

- Держись, - прорычал я и принял удар на себя, когда мы столкнулись с землей.

Все мое тело пронзило, когда чешуя загорелась.

Металл вонзился в мягкое место на торсе. Я зарычал, когда что-то пронзило мою кожу.

Мы продолжали падать, и что-то большое сильно ударило меня по голове.

Я пытался удержаться в сознанию, но тьма победила, и тогда все вокруг меня померкло.

Я разжал лапу, в которой держал Елену, и это было последнее, что я помнил.

~22~

АЙЗЕК

Мы все долго ждали. Сквозь тяжелые тучи сверкали звезды. Забавно, что война всегда велась, когда небо было затянуто серыми тучами, будто вселенная знала, что разрушение близко, и не хотела, чтобы солнце или луна были свидетелями этого.

Мы наблюдали за лианами издалека.

Один лорд из ополчения короля Гельмута наблюдал за ними в бинокль. С их улучшенным зрением оборотням и драконам не требовался бинокль. Мы видели каждую мурашку, каждую дрожь, которая пробегала.

Мое сердце подпрыгивало от волнения.

Это не только поддерживало мою жизнь. Также был адреналин.

Затем прогремел первый взрыв. Это были пакетики со всей смесью крови Елены. Лианы вздрогнули, но не более того. Второго взрыва так и не последовало.

- Что случилось? Почему бомбы не взорвались? - закричал кто-то, и еще больше людей высказали свои опасения.

- Они не смогут выиграть эту войну без нас.

Он был прав. Они не могли. На другой стороне было недостаточно войск, чтобы выиграть эту войну в одиночку. Блейк дал мне конкретные инструкции убедиться, что Саманта выйдет из этого живой. Это было все, что он хотел от меня, и теперь я даже не мог пробраться сквозь лианы.

- Просто подожди. Это сработает, - ответил лорд. Я никогда не мог запомнить их имен.

Призрачная фигура моего отца шагнула вперед.

- Эта бомба уже должна была взорваться. Сэр Роберт позаботился об этом. Что-то не так.

Охватила паника. Еще больше людей закричали одновременно.

Табита шагнула ко мне. Она была меньше моей орлиной фигуры.

- Это реально?

- Что? - спросил я, не понимая, о чем сейчас болтает эта сумасшедшая цыпочка.

- Дент. Это реально?

Я вздохнул. Табите действительно следовало бы расставить приоритеты, но я поддакнул ей.

- Блейк не объяснил, что это было, но он сказал мне, что это не заклинание и это реально. Это надежно, Табита. Он счастлив.

- Пожалуйста, проследи, чтобы он оставался таким.

- Почему ты говоришь мне...

Она не дала мне закончить мой вопрос и шагнула через океан воинов с Питером на спине. Каков бы ни был их план, Питер уже был в курсе дела и похлопал ее по белой шее.

- Сделай это, - прошептал он.

Сделай что?

Она повернула голову и посмотрела на меня в последний раз.

- Никогда не позволяй ему прекращать играть, Айзек. Скажи ему, что я всегда буду любить его.

Подожди, что?

Она взлетела со скоростью света, полетела к Лианам и подняла одну из ближайших бочек с прикрепленными к ней бомбами. Это были те, что должны взорваться последними. Питер орудовал своим морозом.

Они исчезли в зарослях лиан. Лианы были все так же смертоносны, как и всегда, они медлили в своих действиях из-за формулы, но по крику Табиты мы все поняли, что у них ничего не получилось.

Мы все уставились на них в полном шоке. О чем только думала Табита? Я склонил голову.

Затем пришла дрожь. Земля содрогнулась, простая вибрация, а затем взрыв пронзил всех нас насквозь.

Некоторые солдаты потеряли равновесие и упали. Некоторые из меньших оборотней тоже потеряли равновесие. Самые крупные из них, такие как мой отец и я, а также драконы, устояли.

Я в шоке наблюдал, как части Лиан падали на землю, но их жертвы было недостаточно. Я хотел пойти следующим, но отец и несколько его людей остановили меня.

- Ты последний в своем роде. Пожалуйста, сынок, - взмолился он, и краем глаза я заметил, как еще восемь драконов поднялись в воздух вместе со своими всадниками, атакуя Лианы. Все они подхватили бочки и разлетелись в разные стороны. Они исчезли в лианах, которые были настороже. Затем воздух наполнился новыми криками, а через несколько секунд раздались новые взрывы. На этот раз они были громче, сильнее, и мне казалось, что мне вот-вот переломает кости, но мы были далеко от опасности.

Когда пыль осела, мы все посмотрели вверх и услышали громкий треск ломающихся, умирающих лиан, и они с грохотом упали на землю.

- Сработало! - закричал кто-то неподалеку. Это был неподходящий момент. Девять драконов и их всадники пожертвовали своими жизнями из-за действий одной храброй драконицы и ее всадника. Они были слишком молоды.

Она была Снежным Драконом, трусихой, которая сегодня погибла как храбрый герой, потому что Табита любила другого, которого никогда не будет ее, и она не могла с этим жить. Я позабочусь о том, чтобы все помнили о ее жертве.

Я взлетел со всей скоростью, которой обладал, и бросился к Лианам. Остальные последовали. Крики, рычание, звериное уханье и другие звуки наполнили воздух, когда мы проходили мимо лиан.

Другая сторона превратилась в леса. Мы все оглянулись вокруг, когда они разрушили так много частей Итана. Целая деревня оборотней была потеряна.

Мы пригибались и ныряли, а лианы все еще падали на землю, словно тысяча гигантских бобовых стеблей, сваленных в одну кучу.

Многие Драконианцы пускали заклинания, и некоторые части лиан исчезали, прежде чем коснуться земли. Теперь я догадался, что они были мертвы. Магия воздействовала на них.

Ночное небо убило день Итана, которым владел Горан. Ярко сияли звезды. Воцарился еще больший хаос, когда люди забегали вокруг, крича, убивая и грабя.

Ночь начала эту войну, и ночь должна была ее закончить - так сказал король Гельмут.

Отец отдавал приказы прямо за моей спиной, и несколько воздушных драконов остались позади, чтобы помочь утихомирить хаос под нами.

У нас был суверенный приказ - найти короля и убедиться, что Сэмми в безопасности.

Виверны появились из ниоткуда. Пришло время сделать то, для чего я был создан, - убить врага.

БЛЕЙК

Приглушенные крики эхом отдавались у меня в ушах.

Мне показалось, что я снова погрузился в тот темный омут небытия, но затем боль пронзила мое тело. Я и пикнуть не успел. Честно говоря, я не мог, так как еще не проснулся.

Кто-то кашлянул. Это был глубокий кашель, исходивший из легких и хриплый.

- Давай, Елена, ты можешь это сделать!

Проснись!

И сразу же все вернулось на круги своя. Боль была в двадцать гребаных раз сильнее, и мое тело пело от способности к исцелению, работающей сверхурочно.

Боль пронзила череп, и я застонал.

- Блейк! - Елена что-то проворчала. - Проснись, - взмолилась она.

Я снова хмыкнул и заставил себя открыть глаза. Я нигде не мог разглядеть Елену, и мое ночное зрение сработало.

Ее нигде не было видно, и меня охватила паника.

- Елена! – зарычал я.

- Сюда, но будь осторожен, пожалуйста. Все это место скоро обрушится. Тебе нужно измениться обратно, - сказала Елена.

Я сосредоточился так сильно, как только мог, и конечности заставили себя вернуться в человеческую форму. Боль была невыносимой.

- Ублюдок! – закричал я.

- Что? - Ее голос дрогнул.

Из моего туловища торчал огромный металлический шип. Я сделал несколько глубоких вдохов.

- Ты в порядке? - Я не заботился о себе.

- Я буду жить, а ты?

- Просто дай мне пару минут, - снова проворчал я, а затем вытащил кусок металла из туловища. Я прикусил руку, чтобы подавить крик, и бросил металл на землю.

Я почувствовал себя лучше в ту же секунду, как выбросил его.

Я уже выздоравливал.

- Что это было? – прокричала она.

Я не ответил, пытаясь отдышаться - дротики. Я нащупал дротики, и все они сломались при падении. Неоновые палочки были все еще целы.

Слезы навернулись у меня на глаза. Это было безнадежное дело. Без дротиков мне придется столкнуться с его силой, и я, вероятно, погибну.

- Блейк!

- Жить буду, - наконец ответил я, тяжело дыша.

Я встал и понял, что Елена увидела. Если бы мы оба были здоровы, мы могли бы легко победить этого сукина сына, и Горан это знал. Вот почему он сделал то, что сделал, чтобы немного нас подставить. Встретиться лицом к лицу наполовину сломленными с чудовищем.

Без недостающего ингредиента и дротиков мы погибнем.

Я наклонился и заглянул за край.

Она была прямо там. Я должен был добраться до нее.

- Ты в порядке?

Она подняла голову, но я не думал, что она могла меня видеть. Было слишком темно. Я использовал свое пламя, и оно заплясало на ладони.

Она прищурилась, кивнула и зашлась в подобающем случаю хриплом кашле. Мне не понравилось, как это прозвучало. Он исходил из глубины ее легких.

Она сплюнула кровью, и я соскользнул к ней по обломкам.

- Елена. - Это не входило в наши планы.

Она подняла голову.

- Будет чудом, если мы выберемся из этого живыми.

Я нежно обнял ее и погладил по спине. Я достал неоновую палочку и встряхнул ее, прежде чем сломать.

Окружающее пространство озарилось ярким неоновым цветом.

- Что это? - Она посмотрела вниз, на мой живот, где кровь окрасила мой костюм в малиновый цвет.

- Ничего страшного. Нам нужно выбираться отсюда. И как можно скорее.

- Показывай дорогу. - Ее голос звучал хрипло.

- Я не могу. Если я изменюсь, все рухнет.

- Это может быть нашим единственным выходом, Блейк. - У нее был усталый голос, и когда я посмотрел на нее, она выглядела сонной.

Я поймал ее как раз вовремя.

- Нет, нет, нет. Ты останешься со мной! - Я несколько раз похлопал ее по лицу. - Оставайся со мной, - приказал я. Ей нужно было исцелиться.

Она распахнула глаза, и я выдохнул с облегчением. Я не стал больше терять времени и положил руку ей на легкие. Вероятно, она истекала кровью изнутри. Она не успеет обратиться к врачу вовремя. Я был ее единственной надеждой.

Я притянул ее к себе, желая, чтобы моя способность исцелила ее.

Мои губы задержались на ее голове.

- Просто не закрывай глаза. Это все, что тебе нужно делать, и продолжать дышать. Я вытащу нас.

Я чувствовал, как моя способность прожигает ее тело насквозь. Это опустошило меня как сумасшедшего. Но если кто-то из нас и собирался выбраться отсюда, то это была она. Меня больше не волновала моя жизнь.

- Просто оставайся со мной, - продолжал шептать я.

Хрипы в ее дыхании затихли, затем исчезли, и она тихо рассмеялась - музыка для моих ушей.

Тихий кудахчущий звук от чего-то большого пронесся сквозь меня. Мы оба превратились в статуи, просто уставившись в темноту впереди.

- Что такое...

- Тсс, - сказал я.

Я чувствовал его запах. Это был Саадедин.

Я не мог припомнить, чтобы подземелье было таким большим, но опять же, Горан был магом. Вероятно, он использовал заклинание манипулирования измерениями, чтобы увеличить его для размещения Саадедина.

Я медленно встал и схватил Елену за руку. Моя хватка была крепкой, и я поднял ее.

Она слегка хмыкнула, и я заметил только ремень на ее ноге.

Горан серьезно подшутил над ней.

- Ладно, я был неправ. Тебе нужно сделать немного больше, чем просто держать глаза открытыми. Нам нужно убираться отсюда. - Я огляделся в тупике. Подъем был слишком высоким, и я не мог трансформироваться. Я даже не мог попытаться в своей человеческой форме доставить нас туда.

Елена посмотрела на меня и быстро кивнула.

- Что...

Она остановилась, так как знала, что издало этот звук.

Я крепко прижал ее к себе. Исцеление Елены потребовало много энергии, чтобы я мог исцелись себя.

Я глубоко вздохнул, а затем обнял ее за талию, чтобы она могла опереться на меня.

Мы двигались без неонового света, потому что это выдало бы нас.

Я начал произносить заклинание, которое помогло бы Елене видеть в темноте, и мое зрение затуманилось.

- Нет. - Она прижала пальцы к моим губам, когда я все еще произносил эти слова. - Тебе нужно все. Я доверяю тебе. Просто вытащи нас отсюда.

Ко мне вернулось зрение, и я пошел впереди, быстро двигаясь вперед.

Я увидел очертания тела Саадедина, скользящего, как змея, в нескольких ярдах от нас.

Я втолкнул ее в узкое отверстие и продвинулся глубже в щель, пока не осталось места для дальнейшего продвижения.

Она крепко прижималась ко мне, и стук ее сердца отдавался у меня в ушах. Это вывело меня из себя. Мое дыхание было поверхностным, едва слышным, чего, как я думал, никогда не будет возможно.

Кудахтанье приблизилось, и похожее на чихание дыхание задержалось прямо у нашего укрытия. Елена спрятала голову у меня на груди, глядя в другую сторону.

Я крепко держал ее и прикрывал своим щитом.

Кудахтанье было совсем рядом с нами, потом оно исчезло.

Ублюдок не двигался, всегда оставаясь поблизости, и любое резкое движение заставило бы Саадедина отползти назад.

Казалось, прошла вечность, прежде чем он двинулся дальше. Я опустил щит, так как был слишком слаб, чтобы поддерживать его дальше.

Как, черт возьми, мы собирались его победить?

Камни упали на то место, где мы были раньше.

Я двинулся первым, медленно, и попытался разглядеть, где находится Саадедин. Если бы мы могли выбраться из трещины, вернуться в безопасное место.

Упало еще больше валунов. Это прозвучало с того места, где я потерял сознание.

Наконец он двинулся в противоположном направлении, и я крепко схватил Елену за руку. Мы должны были выбраться из этого укрытия, дальше, в одно из других мест, о существовании которых я знал.

Я повернул налево, на достаточно широкий выступ, и увидел вход в дыру в стене.

Это было что-то вроде пещеры.

Мы повернули направо на выступе и снова двинулись к пещере.

Здесь было так много валунов. Падение было не таким уж большим, но в нашем состоянии это будет больнее, чем обычно.

Я вошел в пещеру и зашел так глубоко, как только смог.

Я толкнул Елену вниз, чтобы она немного посидела. Чтобы восстановить наши силы.

Я обхватил пальцами еще одну неоновую палочку и сильно встряхнул ее, прежде чем сломать.

Она осветила пещеру, чтобы Елена могла видеть.

Я подполз к ней.

- Дай мне посмотреть на твою ногу. - Она завязала свой пояс выше раны. Я осторожно прикоснулся к ней, затем оторвал часть ее штанов, прикрывавшую рану. Она вздрогнула. - Я могу сделать рану лучше, но не знаю, смогу ли полностью ее исцелить.

- Просто подожди. Сделай пару вдохов, пожалуйста. Посиди со мной, - попросила Елена, и я подчинился.

Я спиной врезался в стену и шумно выдохнул.

Я раскрыл объятия и снова притянул ее к себе.

- Это было то, о чем я подумала?

- Да, твой отец был прав. Нам не следовало приходить.

- Что ж, теперь уже слишком поздно. Мы должны убираться отсюда.

- Обязательно, - сказал я и нежно поцеловал ее в губы. - Обещаю, мы выберемся отсюда.

Она устало улыбнулась и посмотрела на меня.

- Что?

- Это не мы, не так ли?

Наконец-то до нее дошло.

- Елена, не надо.

- Было глупо заставлять всех нас поверить в это, Блейк. Мы могли бы поискать еще.

Я тихо хихикнул.

- Тогда что? Провести, возможно, нашу последнюю ночь на земле, просматривая новые книги? Нет, мы искали. Этого не было ни в одной книге.

- Ты этого не знаешь.

- Я искал, группа искала, все, кто знал об этом, искали, Елена. Мы не нашли. Ты не умрешь, я обещаю.

- Ты не можешь драться с ним в таком состоянии. Я едва могу стоять на ногах. - Ее голос дрогнул.

- Ты не умрешь, - прошипел я.

- Ты что прощаешься? И ты тоже не умрешь! - прошептала она. - Я не буду жить в этом мире без тебя.

Улыбка тронула уголки моих губ.

- Это не смешно.

- Знаю, просто я думала, что ничего из этого на самом деле не сбудется.

- О чем ты сейчас говоришь?

- Теперь ты знаешь, что я чувствую.

- Ты не можешь умереть. Я серьезно.

- И ты тоже не можешь, так что мы просто должны сделать это, мы оба.

Ее взгляд снова скользнул вниз по моему торсу.

- Разве ты не можешь исцелиться?

- Это так не работает. Это должно исходить изнутри, а прямо сейчас ничего не происходит. - Раздалось тихое жужжание, но недостаточное для заживления.

- Эй, перестань волноваться. Со мной все будет в порядке. - Я увидел выражение лица Елены. - А теперь давай посмотрим на твою ногу, пока он не вернулся.

- Что заставляет тебя думать, что это он?

- Тестостерон, который он выделяет. Это что-то вроде «не мочись на мои метки, иначе умрешь».

Усталый смешок сорвался с губ Елены.

Я положил руку ей на ногу, и она вся напряглась от боли.

- Я знаю, это больно, но станет лучше, - выдохнул я.

Мои способности работали из рук вон плохо. Это было немного, но поможет Елене почувствовать себя лучше.

- Блейк, прекрати.

- Нет.

- Прекрати. Дело не в этом. - Она нежно коснулась моей челюсти. - Ты будешь становиться слабее, и мы не знаем, что ждет нас впереди. Пожалуйста. Со мной все будет в порядке.

Я просто смотрел на нее.

- Тебе лучше остаться в живых, - сказал я и развязал пояс, затягивая его потуже.

Я снова прислонился спиной к валуну, а она лежала, положив голову мне на колени.

Она закрыла глаза.

- Не закрывай глаза, - приказал я, и они распахнулись. Елена посмотрела на меня. - Мы сделаем это. Я…

Кудахтающий звук раздался совсем близко. Елена вздрогнула, когда я прополз мимо нее, чтобы выключить неоновый свет.

Коготь вонзился мне в ногу и вытащил меня из пещеры.

Он был так быстр, что моя скорость даже не могла сравниться с его.

Я закричал, когда его коготь сильнее вонзился в мою плоть.

Елена найдет выход, пока будет дышать. Я не мог просить о большем.

~23~

Я преобразился во время мучительной боли.

Я ударил его задней лапой по телу, и он выпустил мое бедро из когтей.

Я выдохнул кислотный шар, и он вздрогнул. Я использовал всю скорость, которая у меня была, чтобы убежать от него.

Зубы вонзились в мой хвост, и какая-то сила отбросила меня спиной в стену. По пещере прокатился грохот, и на землю посыпались мелкие камешки.

Его челюсти щелкнули в мою сторону, и я откатился в сторону, пнув его задними лапами и выпустив туман.

Ничто не влияло на этого ублюдка, но отвлекало его.

Я зарычал. Саадедин зарычал громче.

Он схватил меня за крыло. Густая гроздь усиков была ближе всего, и я зубами ухватил несколько из них.

Я дергал всем, что у меня было.

Он издал еще несколько воплей, но снова одержал верх. Я выстрелил в него своим розовым пламенем прежде, чем он успел отшвырнуть меня к стене.

Он отпустил меня, чтобы защититься.

Я наблюдал, как мой огонь отскакивал от него, будто это было ничто.

Горан серьезно поработал над тем, чтобы сделать его неуязвимым.

Зверь застал меня врасплох и снова держал в своих когтях. Он швырнул меня к другой стене, и я врезался в валуны.

Он был неумолим и пришел за мной, когда я лежал на полу.

Я выпустил еще больше огня, и тогда он выпустил немного своего.

Я едва выкатился из-под его киля.

Он продолжал выдыхать пламя, а я продолжал уворачиваться от него.

Саадедин был не таким большим, как в видениях Елены, но он был больше меня. Его змееподобное тело было чисто белого цвета, с желтыми и черными полосами, расходящимися по нижней части спины.

У него были огромные ноги и крошечные крылышки.

Я нашел его недостаток. Его крылья были не такими большими и сильными, как у меня.

Мы снова набросились друг на друга. Я пытался отвлечь этого сукина сына, вызвать у него головокружение, но Мейерс был прав. Он был слишком умен и понял, что я делаю. Он снова набросился на меня.

Я продолжал уворачиваться от его зубов, а потом зарычал, когда он укусил меня за хвост и одним быстрым движением повалил на землю.

Я заскользил по полу и ударился о стену. Удар высвободил мою человеческую форму, и чешуя исчезла. Я уже давно не чувствовал себя таким опустошенным.

- Неееет! - завопила Елена.

Я чувствовал, как она вытягивала из меня все свои способности.

Первым выпал снег. Она закричала, а потом я почувствовал, как она достала розовый поцелуй.

Он был таким мощным в ее руках, поскольку это были ее способности.

Я скользнул обратно в темноту, когда пещера загрохотала.

Я даже не мог открыть глаза, чтобы посмотреть, что, черт возьми, происходит.

Чья-то рука непрерывно шлепала меня по щеке.

- Нет, нет, нет. Просыпайся. Не закрывай глаза, - вопил голос Елены. - Проснись, Блейк! - Она скомандовала, и сразу же все вернулось на круги своя.

Где мы были, с чем боролись.

Сейчас было не время отключаться.

Я встал и толкнул ее себе за спину.

- Где он? - спросил я.

- Думаю, он мертв. Я наградила его розовым поцелуем.

Я снова посмотрел на нее.

- Мой огонь ему ничего не делает.

- Ну, он рухнул где-то с другой стороны.

Я ущипнул себя за нос указательным и большим пальцами.

- Не надо, - сказала Елена. - Я знаю, о чем ты думаешь. Он рухнул. Давай просто уберемся отсюда к чертовой матери.

- Тогда что? Мы не можем его сдержать. Он должен умереть.

- Как? Скажи мне, как, и я помогу тебе, - она замахала руками, - но мы не знаем, как убить эту тварь! - Прежде чем я успел ответить, подземелье наполнилось рычанием и хрюканьем. Было слишком поздно.

- Просто оставайся здесь, - сказал я и яростно впился губами в губы Елены, не желая думать, что это может быть нашим последним поцелуем. Поцелуй прервался, и я снова изменился.

- Не умирай, пожалуйста, - взмолилась она.

Я отдал этому все, что у меня было. Я старался отвлекать его так долго, как только мог. Пытался найти его слабое место, которым могло быть только его тело, и пригибался и нырял, когда видел свои шансы подобраться поближе к его животу.

Он великодушно защищался, вероятно зная, что это его слабое место. Поэтому я сражался упорнее, нанося ответный удар, не выказывая страха.

Я попытался вцепиться в него когтями, но он был скользким, как улитка, и я не мог зацепить плоть, чтобы разорвать на части. Мои когти только скребли с него чешую.

Мне пришлось наблюдать за тем, как много частей тела прикреплено к этому сукиному сыну. Если это был не его хвост, то его змееподобные отростки, которые обвивались от каждой моей попытки, отталкивая меня от него.

Тем не менее, я не сдавался и снова нырял, целясь в крыло или усик.

Он схватил меня и снова швырнул об стену.

Чего будет стоить его смерть?

Елена использовала молнию, пока я пытался собраться с силами. Затем она выпустила хлор, но он просто чихнул и стряхнул его, будто это было перышко, щекочущее ему нос.

Я подкрался к нему, пока Елена отвлекала его спереди, и крепко ухватил за усики. Я тряс и тянул до тех пор, пока они не оторвались от его головы.

Он зарычал и снова заскрежетал на меня зубами.

Елена столкнулась с его хвостом и упала на валуны.

Она не встала, но я не мог добраться до нее, так как он сосредоточил свое внимание на мне.

Я зарычал и позвал ее по имени. Ей пришлось встать.

Мы оба высвободили свой огонь. Я увернулся от пламени Саадедина, в то время как мое просто скатилось с него.

Я использовал молнию, кислоту, все, что могло навредить этому сукиному сыну.

Это заставило его отступить, но когда он вонзал в меня свои зубы, снова и снова. Я визжал.

Наконец я услышал голос Елены, выкрикивающей команду своим топорам вернуться к ней.

Она прокричала это снова, громче, пока я изо всех сил старался увернуться от этого придурка.

Я был истощен и мог рухнуть в любую минуту. Тем не менее, я использовал всю силу воли, чтобы не отвлекаться, продолжать концентрироваться и искать эту возможность.

Я взревел, когда он крепко вцепился в мое крыло.

Я чувствовал, как он разрывает и тянет его. Мое плечо ныло от боли, и потекли слезы.

Я взвизгнул.

- Нет, - Елена кричала и визжала, команда ее топорам вернуться стала громче.

Я зарычал и плюнул кислотой в глаза Саадедину, когда он отпустил мое крыло. Он оттолкнул меня от себя и рухнул на пол.

Один из топоров Елены, измазанный кровью, пролетел мимо меня и упал в паре метров от меня.

Почему он был измазан кровью?

Недостающим ингредиентом была не ее кровь. Мы говорили об этом снова и снова.

Елена.

Саадедин зарычал, когда двойник топора с силой вонзился в его тело.

Это имитировало смех Гельмута, нет, Горана. Он был в темнице. Оглушительный взрыв снаружи заставил яму завибрировать, и я потерял равновесие как раз в тот момент, когда был занят тем, что пробирался к источнику голоса. Стены были разрушены взрывом снаружи. Свет просачивался сквозь них, и я был недостаточно близко к Елене, чтобы спасти ее от каких-либо камней. Драконы и их всадники выкрикивали команды. Это был хороший знак, и ни один камень не попал в меня. Мы сделали это.

- Не надо! - закричал мой отец. Он был невменяем, и я видел, как Саадедин превратился в того человека, которым он был раньше.

Мой отец преобразился и побежал в его направлении. Что, черт возьми, он пытался сделать?

Он выплеснул свою кислоту, и я подумал, что это немного перебор. Когда я увидел, как сжигаются валуны, и он стал двигаться быстрее, все обрело смысл. Если они хотели, чтобы Саадедин был хорошим, то ужасный хозяин, самый худший, должен был быть принесен в жертву, чтобы стать Саадедином. Если им нужен был злой Саадедин, в жертву должен был быть принесен кто-то чистый. Саадедином был король Альберт. Горан солгал. Он все еще был жив.

Елена.

Я встал и посмотрел на нее.

Я нашел ее лежащей на животе лицом к отцу.

- Папа. - Она была все еще жива, и тогда я увидел это. Два копья торчали у нее из спины.

- Нееет! - закричал я и побежал к ней так быстро, как только мог. Я упал на колени и, не задумываясь, выдернул их из ее тела. Я поднял ее и развернул лицом к себе.

- Держи глаза открытыми, Елена. Это все, что тебе нужно делать! - закричал я, влепляя ей пощечину. Она их не открывала. - Помогите! Позовите Констанс!

Эмануэль снова превратился в человека и бросился ко мне.

- Констанс не успеет, Блейк, - сказал он и положил голову ей на грудь. Я знал, что он делал. Он прислушивался к биению сердца, но его не было. Мое исцеление тоже не хотело включаться. Я слишком устал.

Слезы текли по моему лицу, но рыданий не было слышно. Она не может быть мертва.

- Блейк!

- Не говори этого!

Я прижался губами к ее губам и сделал искусственное дыхание. Кровь хлынула из ее ран и растеклась лужицей по полу.

- Блейк.

- Нет. - Это даже не было похоже на меня, когда я продолжал делать искусственное дыхание.

- Уже слишком поздно. Отпусти ее.

- Как мне это сделать? – прокричал я ему.

Эмануэль нахмурился.

- Сущность, Эмануэль, как мне это сделать?

Он закрыл глаза.

- Скажи мне!

- Ты буквально должен отдать ей частичку своего сердца, Блейк. Есть только один способ сделать это.

Мой огонь вспыхнул с новой силой. Я прижал палец к своей груди. Было больно, но это было ничто по сравнению с тем, что я почувствую, если ничего не получится.

Я закричал, когда хлынула кровь. Как кто-то из них мог пережить это? Но мне было насрать на эту часть. Если она умрет, я тоже умру.

Я засунул руку себе в грудь и отломил кусочек своего сердца. Я закричал, и Эмануэль разорвал рубашку Елены и рассек ей грудь одним копьем, которое поразило ее.

На этот раз кровь даже не пролилась - еще один плохой знак. Наконец-то частичка моего сердца оказалась в моих руках, и я нежно положил руку на ее открытую грудь, прижимая частичку к сердцу.

Ее сердце было таким крошечным и не билось, но мой кусочек сердца был похож на кровососа, и он извивался в руках. Когда он соприкоснулся с ее сердцем, то привязался сам.

Я вытащил окровавленную руку из ее груди, и усталость, какой я никогда раньше не испытывал, нахлынула на меня. Я рухнул прямо рядом с ней.

«Не оставляй меня, пожалуйста».

~24~

Сверла и стук молотков обрушились на мои уши прежде, чем боль пронзила грудь.

Я сильно зажмурил глаза, когда попытался заглушить этот звук. Я почувствовал себя таким уставшим, и сразу же все тело загудело.

Мои способности к исцелению были на пределе. Глаза наконец открылись, и я обнаружил себя в незнакомой комнате.

Фигура справа привлекла мое внимание, и я повернул голову.

Мама спала в кресле рядом со мной, или это была тетя?

Я застонал от легкой жгучей боли в груди. Я никогда раньше не испытывал такой боли.

- Блейк, - хриплый голос матери произнес мое имя, и в тот же миг она оказалась рядом с кроватью.

Образы промелькнули у меня в голове. Саадедин, он превратился в короля Альберта, и Елена с двумя копьями, торчащими из спины. Она больше не дышала.

Я глянул на маму и дкио стал взглядом искать Елену.

- Где Елена?

- Тсс, тебе нужно отдохнуть. Что ты сделал, Блейк? Тебе нужно вылечиться.

- Мама, где Елена? - Я стал невменяемым.

- Она здесь. Она отдыхает, Блейк, просто в другой комнате. С ней Констанс.

- Она жива? - спросил я.

Мама закрыла глаза и попыталась скрыть дрожащую нижнюю губу.

- Мама! - Мой голос дрогнул, и она посмотрела на меня. Взволнованная, с блестящими слезами на глазах.

- Елена… жива.

- Блейк, она сильно пострадала. Она еще не проснулась. Ты – первый.

- Мне нужно ее увидеть. - Я попытался встать, но боль была в тысячу раз сильнее. Я зарычал от разочарования и рухнул на кровать.

Мама сразу же оказалась рядом со мной.

- Тебе нужно отдохнуть, пожалуйста.

Слезы грозили покатиться по щекам, но я уговорил себя выбраться из этого мрачного места. Елена не была мертва. Она просто спала.

С ней все будет в порядке.

Ты отведешь ее обратно к живым. Она переживала и худшее.

- Как долго я без сознания?

- Около четырех дней.

Я снова повернул к ней голову.

- Четыре дня?

- Блейк, отдать кому-то свою сущность - непростая процедура, и то, как ты это сделал, - слезы потекли по ее щекам, - ты мог умереть.

- У нас, блядь, не было времени на медицинские процедуры, мам. Она была на грани смерти. Я должен был это сделать. Ты же знаешь, я не могу жить без нее.

- Я знаю, но все же. Ты меня так напугал.

Молчание затянулось, когда я впервые по-настоящему увидел свою мать. Она выглядела старше, бледнее. Сияние в ее волосах будто исчезло. Она ужасно волновалась.

- Прости. Я не подумал.

Она мягко печально улыбнулась и подошла ко мне, присела на корточки перед моей кроватью и просто заплакала.

Я слабо обнял ее одной рукой. Это было лучшее утешение, которое я мог ей дать в моем состоянии.

- С Еленой все будет в порядке. Ты же знаешь, мама, ей приходилось переживать и похуже. Она гораздо сильнее, чем ты думаешь.

- Знаю. - Она фыркнула, наконец подняла голову и вытерла слезы.

- Как Саманта?

- Тоже все еще спит.

- Что?

- Бекки, Джордж, Дин, вся команда попала в засаду огромной колонии виверн.

- Дай угадаю, колония Каина?

Она кивнула.

- У них был Лунный Удар, который мог видеть все, что должно было произойти, а ты знаешь, какие чешуйчатые виверны, Блейк. Никто их не видел, пока не стало слишком поздно.

Я кивнул. Мне не следовало недооценивать Каина.

- Он мертв?

- Кто?

- Каин?

Она кивнула.

- Джордж, - вздохнула она.

Мое сердце бешено заколотилось, и это сразу насторожило меня.

- Что насчет Джорджа?

- Эфраим думал, что они были прямо за ними. Твой отец просто ушел, когда узнал, что Альберт был Саадедином. Он взял с собой нескольких драконов, и именно тогда Каин напал. Эфраим нашел выход, но Бекки, вероятно, не смогла последовать за ним, так как они уже были заняты борьбой за свои жизни. Когда он обнаружил, что твоей сестры и Джорджа с ним нет, он обернулся. Он издалека увидел, как электричество Джорджа просто вырвалось из него и убило током так много виверн. Он никогда не знал, что Лунный Удар может такое сотворить.

- Джордж уничтожил колонию?

- Он убил их электрическим током. Вложил в себя столько энергии и также передал Бекки свою сущность. - Она вытерла слезы. - Твоя сестра чуть не умерла. Ее сердце остановилось. Я почувствовала это по ее ритму, когда они принесли их сюда. Электричество Джорджа заставило их с Бекки сердца снова забиться. - Ее голос дрогнул, и на глаза навернулись новые слезы. Затем она затряслась от беззвучных рыданий.

- Мама, - умолял я ее не плакать.

Она шмыгнула носом и попыталась перестать плакать. Она покачала головой. Почему она качала головой?

- Дин не выжил, Блейк.

Слезы навернулись мне на глаза.

- Что?

- Он умер. Я не знаю, как сказать Саманте, что ее всадник умер. Я понятия не имею, как она с этим справится.

- Он мертв? - Это было трудно проглотить. Слезы текли по моему лицу. Дин не мог быть мертв. Он был похож на Люциана. Больше, чем жизнь. - Нет, - сказал я. - Нет, это неправильно.

- Мне жаль. Это была тяжелая пилюля для всех нас. Сэр Эфраим не относится ко всему этому легкомысленно, Блейк.

Тихие рыдания сорвались с моих губ, и я шмыгнул носом.

- Тебе нужно отдохнуть. Я скажу твоему отцу, что ты проснулся, и попрошу Констанс проведать тебя.

Я кивнул и отвернулся. Я просто хотел побыть один.

Дин был слишком молод. Он не должен был умереть.

Горничная вошла в мою комнату с едой. Я ел медленно, так как тело все еще болело. Мои тетя, мать и кузина ввалились в комнату.

Губа Энни задрожала в ту секунду, когда она увидела меня и забралась ко мне на кровать. Она нежно обвила руками меня за шею.

- Я в порядке. Как Елена?

Она фыркнула.

- Все еще спит.

- Она проснется.

Энни убрала руки и села рядом со мной на колени.

Тетя просто смотрела на меня со слезами на глазах. Она выглядела измученной.

- Ты, черт возьми, не доктор, Блейк!

- Там не было...

- Мне все равно! - Она замахала руками. - Ты мог убить себя.

- Если бы она умерла, я с таким же успехом мог бы быть мертв, Констанс. Ты это знаешь. - Мой голос стал на несколько октав громче.

У нее задрожали губы, как у мамы и кузины, а потом она подошла и присела передо мной на корточки, просто поглаживая меня по руке.

- Ты проснулся, так что это важный знак. Потребуется время, чтобы все зажило, - сказала Констанс, пытаясь справиться с легкой дрожью в голосе.

- Я это чувствую. Мое исцеление работает сверхурочно. Тело постоянно гудит.

- Приятно это слышать, - улыбнулась тетя.

- Как Елена?

- Я не могу исцелить ее, Блейк. С твоей сущностью в себе, она перешла на нашу сторону. Теперь она наполовину дракон, благодаря тебе.

- Она проснется, обещаю.

- Не давай таких обещаний, - отругала она.

- Она должна проснуться, Констанс. Я не могу жить без нее. Ты это знаешь. Так что немного позитива не убьет. Ты, как никто другой, должна знать, насколько она сильна.

Она кивнула и ничего не сказала.

- Я хотел бы получить ответы на некоторые вопросы, пожалуйста? – взмолился я.

Она вытерла слезы.

- Ладно, спрашивай.

- Король...

- Блейк, - раздался голос отца с порога, и я должен был признать, что меня охватило облегчение. Я знал, что в последний раз, когда я просыпался, он был жив, но после того, как я потерял сознание, могло случиться все, что угодно.

Я моргнул и перевел взгляд на отца.

Следом за ним вошел тощий мужчина. Он шел, опираясь на трость. Мне потребовалось несколько минут, чтобы сообразить, что это был король Альберт. Он все еще был жив?

- Мой король. - Я склонил перед ним голову, и он подошел ближе к кровати.

Мой отец хотел помочь ему.

- Не надо. Я могу это сделать. - Судя по голосу, он был расстроен из-за моего отца, и папа отступил, сжав челюсти, когда уставился на короля.

Отец Елены стоял перед моей кроватью. Огонь покрыл ожогами одну сторону его лица. Взрыв, о котором говорил Гельмут, промелькнул в моей памяти.

Его пристальный взгляд встретился с моим. Убийственные зеленые глаза уставились на меня.

- Зачем ты пришел? - Он выплевывал слова.

- Простите?

- Я заставил Елену пообещать не освобождать Итан. Почему, почему она должна была ослушаться меня? - закричал он, и слезы наполнили его глаза.

Он злился на меня.

Я усмехнулся.

- Ты, должно быть, издеваешься надо мной, да?

- Блейк, твой язык.

- Нет, отец. Он должен это услышать. Почему? Хочешь знать, почему? Потому что это было не только обещание Елены, мой король. Это также было моими обещанием, и вы оба отняли это у меня. Я сделал выбор освободить Итана, поскольку это моя судьба.

- Ты самонадеянный маленький...

- Прекрати. Я - гребаный Рубикон! Ты, возможно, забыл, каким был предыдущий, но я - нет. Не в моих силах сделать шаг назад, не твоим драконам позволять тебе гнить в этой адской дыре, и не людям, твоему народу, позволять тебе умереть здесь.

- Я стал гребаным Саадедином, Блейк. Из-за меня убили Елену, - прорычал он.

- Она не мертва! - От его упрямства у меня на шее запульсировала вена.

- Она не просыпается, - проревел он.

- Ты не знаешь ее так, как я. Она пережила гораздо худшее. Может быть, мой отец тебе этого не говорил, но она пустилась в бега с той самой минуты, как ты доверил ее Тане. Ей следовало расти в Пейе, а не с драконом королевы. Ты поставил ее в крайне невыгодное положение, думая, что Таня будет растить ее.

- Блейк! - приказала моя тетя.

- Нет, ему нужно…

- Она рассказала мне об этом, когда взошла, - сказал король Альберт. - Она обещала не освобождать меня, Блейк, а теперь... - Слезы потекли по его щекам.

- Это несправедливо, мой король. Ты прожил в Итане всю ее жизнь. Вы с королевой должны были растить ее. Несправедливо по отношению к ней знать своих родителей по книгам и тому, что ей рассказывают другие люди. Она заслуживает встречи с тобой. Вот почему мы оба нарушили обещание и просто пришли, и спасли тебя, чтобы у нее был шанс узнать мужчину, который стал ее отцом.

Молчание затянулось, и мои глаза тоже наполнились слезами.

- Я не сдаюсь. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы заставить Елену проснуться. Это мое обещание.

- Ты клянешься...

- Я только что дал обещание. Я не могу жить без твоей дочери. Так что можешь не сомневаться, я сделаю все, что в моих силах, чтобы заставить ее проснуться.

Он громко вздохнул.

- Как получилось, что ты все еще жив? Кто-нибудь знает, какого ингредиента не хватало?

- Мы обнаружили следы крови Елены, смешанной с твоей, на ее топорах, - ответила тетя.

- Наша кровь?

Она кивнула.

- Если вдуматься, это было так очевидно. - Мама пересказала мое предсказание о недостающем ингредиенте.

Король Альберт выслушал и слегка нахмурился, услышав слова, слетевшие с губ моей матери.

- Это были вы оба, Блейк. Физически.

Я кивнул. Это были мы, все, чем мы были. Айзек не ошибся. Это была связь, и единственным ингредиентом, который был веществом, была наша кровь. Это было очевидно, как и говорила мама. И все же никто из нас не нашел его. Ну, Елена нашла, прямо перед тем, как копья Горана поразили ее. Бекки была права.

- Я бы действительно хотел увидеть Елену, - потребовал я.

Пристальный взгляд короля Альберта снова встретился с моим. Я бы не стал с ним ссориться. Ему нужно было смириться с этим, как и любому другому человеку в Пейе.

Мой отец подошел ближе ко мне.

- Роберт, - взмолились мои тетя и мать.

- Он - Рубикон, Исси. Елена - его всадница. Пришло время нам всем взяться за дело с этим дентом.

Мои губы дернулись. Я знал, что могу положиться на отца.

Он помог мне подняться с кровати, я сделал это с огромным трудом и оттолкнулся от нее, возвышаясь на несколько голов над отцом.

Король Альберт уставился на меня. Да, уже не такой маленький.

Папа почти исчез подо мной, поддерживая мой вес, и мы вышли из комнаты по коридору.

- Он занимается ремонтом?

Мой отец усмехнулся.

- Это Альберт для тебя. Он хочет вышвырнуть Горана из своего дома.

- Почему мы здесь, отец?

- Елена слишком слаба, чтобы перевозить ее, Блейк. Твоя мать не лгала, когда говорила, что она не в лучшем состоянии, и я боюсь того, что ты пообещал ее отцу. Он собирается убедить тебя в этом.

- Ей нужно проснуться. В противном случае, ты тоже можешь поцеловать меня на прощание. Я отказываюсь жить в мире без нее.

- Блейк!

- Ты сам заговорил об этом. Ты не хочешь слышать правду, тогда не упоминай об этом.

Он вздохнул, когда мы с трудом пробирались к комнате Елены.

- Как ты себя чувствуешь?

- Со мной все будет в порядке. Наркоманы так просто не умирают, - пошутил я.

- Ты не наркоман, Блейк.

- Он серьезно разозлил меня там.

- Осторожнее, твой старик отдал ему свою сущность. Улучшенный слух.

Я усмехнулся.

- Мне все равно. Я также скажу это в лицо королю. Он уже не тот человек, которым был когда-то.

- Это не так, но он все еще там, глубоко внутри. Что-то подсказывает мне, что мы снова увидим его, когда Елена проснется.

Я улыбнулся. С моим отцом было так легко справиться в подобных ситуациях.

Наконец мы добрались до двери, и отец открыл ее.

Они задернули шторы в комнате, и маляры занялись покраской крыши.

Какого черта?

Мой взгляд оторвался от штукатура на балке и наткнулся на тело Елены на кровати.

Они подключили ее к аппаратам, и у меня внутри все сжалось.

- Я же говорил тебе...

- Тсс. Елена сейчас проснется.

Я подошел к кровати и забрался на нее.

Я ненавидел трубку у нее во рту и ненавидел, что она не может дышать сама.

Но мне нравился звук ее сердцебиения.

Пока оно билось, и с моей помощью, она исцелялась.

Вошли моя тетя, мать и кузина. Констанс попросила штукатура уделить нам несколько минут.

Мама села на кровать Елены, поближе ко мне, в то время как отец обнял Энни одной рукой. Констанс плюхнулась на стул рядом с кроватью.

Я просто уставился на Елену.

Я нежно губами коснулся ее макушки, и от ее кожи у меня по коже побежали мурашки. Это отличалось от моей способности к исцелению.

Молчание затянулось, когда я просто положил свою голову на голову Елены.

«Тебе нужно проснуться». Я мысленно пожелал этого. Мне хотелось услышать ее мысли, знать, где она, что видит. Но я догадался, что это мое дело - думать за нас обоих.

- Спасибо, - тихо произнесла тетя, и я поднял голову, оторвав взгляд от Елены, посмотрев на нее.

- За что?

- За то, что наставил Альберта на путь истинный. Он был похож на кабана с тех пор, как мы сюда прибыли.

Я усмехнулся.

- И то, что слетает с его губ. Я больше не знаю, кто он такой.

- Он снова найдет свой путь, Констанс. Я полностью верю в него, - сказал папа.

- Ты, кажется, единственный, - съязвила моя мать.

- Исси, Горан мучил его семнадцать лет. Можешь себе представить, как долго это продолжалось? Потом он превратился в чудовище. Я бы забеспокоился, если бы он не был таким.

И тетя, и мама замолчали.

- Лучше бы ей просто проснуться, - тихо пожурила меня мама.

- Она так и сделает. Она заявила на меня права, черт возьми. Пробуждение должно быть для нее прогулкой в парке. – Я улыбнулся. Елена никуда не уйдет. Ни в коем случае.

Я вроде как переехал в комнату Елены. Я не видел короля Альберта с того дня, как он ворвался в мою комнату и накричал на меня. Он действительно изменился, но то, что сказал мой отец, было правдой. В конце концов он тоже доберется туда.

Вокруг нас все еще продолжалось строительство, и, наконец, они закончили с комнатой Елены. Они использовали магию, чтобы заглушить запах свежей краски, и сотворили что-то вроде заклинания, заставляющего херувимов летать по облакам в определенное время дня, смеясь надо мной и играя на своих тихих арфах. Я часами пялился на херувимов, летающих на потолке над ее кроватью.

Вероятно, это была бы ее комната, если бы она росла здесь. Это не казалось мне таким чуждым.

У меня тоже были с ней долгие беседы. Не устные. Я использовал свой дар Коронохвоста, чтобы запечатлеть наши разговоры в ее сознании. Это всегда было одно и то же.

Мы были на моей горе, под гигантским дубом, лежали на кровати. В моем воображении, у нее не было всех этих аппаратов и трубок, опутанных проводами. Она была похожа на саму себя.

Неподалеку щебетали птицы. Ветра не было, только лучи солнца.

Это тепло было похоже на тепло моей любви.

Верхушки деревьев нависали над нами. Образ казался таким реальным в моем воображении, и я хотел сделать его реальным. В конце концов, она должна была это увидеть.

Она убирала прядь черных как смоль волос с моего лица, и тогда я открывал глаза и улыбался ей.

- Привет, принцесса.

- Привет, красавчик, - отвечала она, и я смеялся. - Где мы?

Я просто закрывал глаза и улыбался. Елене не нужно было знать, где она на самом деле находится.

- Блейк? - Она произносила мое имя, и я смотрел на нее.

- Имеет ли значение, где мы находимся? Мы вместе.

Ее губы изгибались, а затем она качала головой, глядя на меня. И мы могли разговаривать часами. Она никогда не спрашивала о том, что произошло. Это было в прошлом, а мы должны были сосредоточиться на будущем.

Слезы наполняли мои глаза, так как я чертовски сильно скучал по ней.

- Думаю, пришло время.

- Время для чего? – спрашивала она. Она никогда не видела моих слез.

- Чтобы показать тебе, Елена. Что такое дент?

Она улыбалась.

- Закрой глаза.

Она слушалась, и я мягко клал свою голову на ее. Я желал, чтобы все в ее жизни, где я был на заднем плане, вошло в ее сознание. Она узнает, что я всегда был рядом с самого начала, и я всегда буду рядом в течение многих последующих лет.

Ей просто нужно было проснуться. Я делал это изо дня в день. Разговор становился утомительным. Всегда одни и те же предложения, всегда одни и те же воспоминания. Каждый раз, когда я вспоминал все больше и больше о своей жизни с ней по ту сторону, это становилось сильнее и прозрачнее.

Я мог бы часами лежать с ней вот так, просто разговаривая о денте. Даже если я знал ее ответы, это не имело значения. Она была для меня настоящей, живой, здоровой, такой, какой и должна была быть.

Когда я не разговаривал с ней вот так, я клал голову ей на грудь и просто слушал, как бьется ее сердце. Оно было очень сильное, потому что с ней была часть меня. Я боролся буквально за нас обоих. Или та часть меня, которая была с ней, вела всю борьбу. Мне было все равно, что говорила тетя, что именно аппарат, дышащий за нее, поддерживал в ней жизнь. Я знал лучше. Кусочек, что я ей дал, не билась бы так, если бы она была мертва.

Дверь открылась, и вошел Эмануэль.

Я улыбнулся.

Он мягко улыбнулся в ответ.

- Я думал, ты тоже умер, - сказал я.

Он сел в кресло.

- Извини, что я пришел только сейчас. В данный момент я занят.

- О, могу себе представить.

- Как ты себя чувствуешь, Блейк?

- Лучше.

- Уже подготовил речь?

- Для кого, короля Альберта? - Мой голос звучал раздраженно.

- Блейк?

- Он поссорился со мной, потому что мы нарушили обещание Елены.

- Знаю. Альберт сражался вместе со всеми нами.

Я покачал головой.

- Он просто беспокоится, что все было напрасно. - Он посмотрел на Елену.

- Она не умрет.

Он улыбнулся.

- Мне это даже в голову не приходило. Она переживала и худшее.

Я поднял глаза.

- Именно это я и имею в виду.

Он усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз.

Что-то было не так.

- Поговори со мной. Что ты скрываешь?

Он покачал головой и глубоко вздохнул.

- Эмануэль?

Он поднял взгляд, который был устремлен на ковер, и его глаза наполнились слезами.

О, и что теперь?

- Поговори со мной, пожалуйста. Каждый здесь как закрытая книга.

- Значит, ты не знаешь?

- Не знаю чего?

- Насчет Гельмута.

Я застыл.

- Что насчет Гельмута?

Он вытер слезу.

- Он мертв, Блейк.

- Как? - Слезы тут же затуманили мне зрение.

- Он убил Горана. Я не могу себе представить, как тяжело это было для него. Это было сразу после того, как ты потерял сознание. Я должен был оказать тебе медицинскую помощь и отправил твоих мать и тетю в подземелье. Король Альберт не хотел расставаться с Еленой. Он был так зол на всех нас.

- Когда твои мать и тетя увидели тебя, они растерялись. Думали, ты умер. Я висел на волоске. Я отправился на поиски Гельмута и нашел его и Горана. - Эмануэль фыркнул. - Он... - Он не мог говорить, так как его голос надломился. - Я нашел их обоих с копьем в теле. Гельмут обрел покой в свои последние часы, но Горан. - Он покачал головой. - Это было так, как если бы Гельмут просто решил, что они оба пришли в этот мир вместе, и именно так они собирались уйти. - Эмануэль шмыгнул носом и вытер слезы.

- Мне так жаль, Эмануэль, не могу себе представить, через какую боль тебе приходится проходить.

- Он не мой дент, Блейк, но он был моим всадником очень долгое время. Он был моим лучшим другом и заслуживал того, чтобы увидеть новую Пейю. Так что я понимаю, почему Альберт так зол. Эта спасательная миссия не может быть напрасной.

- Так и не будет. Король тоже должен внести свой вклад. Все мы должны играть в эту игру. Он не может оставаться в стороне от этого дела. Ему нужно поправиться и сделать все, что в его силах, чтобы пройти через это. Ей пришлось это сделать не так давно. Ему нужно двигаться вперед.

Губы Эмануэля изогнулись.

- Как поживает королева? - спросил я.

- Как блуждающий призрак. Мэгги отказалась есть. Она так зла, и я не знаю, сможет она пройти через это, Блейк. Я не знаю, как вывести ее из темноты.

- Эмануэль, это не твоя ответственность.

- У нее тоже есть моя сущность, Блейк. За все это мы несем ответственность.

Я кивнул.

- Прости. Мне еще многому предстоит научиться.

- И ты научишься. Мне нужно идти. Дживс может наблюдать за Мэгги только очень долго, прежде чем она прогонит его прочь.

Я кивнул.

- Удачи.

- Спасибо. Чего бы это ни стоило. Я рад, что ты проснулся, Блейк.

Я усмехнулся, и Эмануэль вышел из моей комнаты.

Остаток ночи я думал о Гельмуте и о том, что сказал мне Эмануэль. Сейчас он был со всеми своими детьми, и я мог только представить, через что проходила королева. Гельмут оставил ее. Она должна была пройти через это без их помощи. Я бы не смог этого сделать. Это было слишком тяжело нести, а я был драконом.

Люди были намного сильнее драконов.

Мои плечи затряслись от беззвучного крика. Гельмут был великим королем и всегда старался помочь мне, когда все становилось слишком темным. Гельмут был замечательным отцом, и он вырастил принцев и принцесс. Пейя будет очень скучать по нему, и Эмануэль был прав. Он заслуживал того, чтобы увидеть новую Пейю и то, какой она станет. Было печально, что его родословная исчезла. Я знал, что у них были другие дети. Они умерли давным-давно. И теперь Мэгги была совсем одна. Все ее дети, а теперь и ее давний партнер исчезли.

Я понимал, почему Эмануэль чувствовал себя таким безнадежным. Я тоже так бы поступил. Мать могла бы вынести только это.

Я боялся за жизнь королевы. Ей больше не для чего было жить.

Я вытер слезы и снова лег рядом с Еленой.

Я закрыл глаза и приступил к своему ритуалу. Я представлял себе лес, постель под большим дубом. Солнце согревает нас обоих, и птицы щебечут на деревьях.

~25~

Шли дни, и у меня было много посетителей.

Люсиль и Этьен были одними из них. Они тоже остановились во дворце. Этьен выглядел лучше, чем в последний раз, когда я видел его во время парада. В его глазах снова появился блеск, которого раньше не было.

Он схватил меня за руки и крепко прижал к себе, и я заметил короля Альберта, стоявшего в коридоре, прежде чем дверь закрылась.

- Спасибо тебе, Блейк, за то, что ты рисковал своей жизнью ради нашей. Это того не стоило, но я все равно искренне благодарю тебя.

- Она проснется. Вот увидишь. Твоя дочь может быть похожа на жену, но она - ее отец до мозга костей.

Объятие прервалось, и Этьен, улыбнувшись, вытер слезы с глаз.

- И не будь слишком строг к дракону. Он один из самых мужественных людей на свете.

- Денты. - Этьен усмехнулся. - Не могу поверить, что она - часть Дента.

- Теперь ты знаешь, какая она особенная. Смерти в ней уже давно нет. Нет, если Джордж сможет с этим справиться. Как они? - Я посмотрел на Люсиль.

- Похоже, они решили подольше вздремнуть. Я слышала, что сделал Джордж. Подумать только, у нее остановилось сердце. - В глазах Люсиль заблестели слезы.

Я обнял ее.

- Эй, ты знаешь ее лучше, чем кто-либо из нас. Она не из тех, кто сдается.

Люсиль всхлипнула у меня на груди.

- Бекки будет так расстроена, когда проснется, Блейк. Она много раз говорила мне, что ей не нужна суть.

- Да, ну, Джордж не хотел ее терять. Для драконов это хуже смерти. С ней все будет в порядке, к тому же она будет не одна. С ней все ее друзья.

Они оба рассмеялись.

- Спасибо тебе за то, что спас его. - Она шагнула в объятия Этьена.

- Это самое малое, что я мог сделать для моей феи-крестной, - поддразнил я, и она рассмеялась.

- Фея-крестная? - Этьен с любовью нахмурился, глядя на Люсиль сверху вниз.

- Это ничего не значило. - Щеки Люсиль покраснели.

- Я сожалею о твоем драконе. - Я посмотрел на Этьена.

- Он умер давным-давно, но я скучаю по нему.

- Как Роза справляется?

Этьен взглянул на фигуру Елены.

- Как мать, потерявшая своего сына, но с ней все будет в порядке. Мы позаботимся об этом.

- Я знаю, вы это сделаете. - Я коснулся его руки.

Люсиль подошла к Елене, и Этьен последовал за ней.

Она нежно коснулась лица Елены, и тогда на глаза Люсиль навернулись слезы.

- Она всего лишь спит, как и Бекки. Они справлялись и похуже.

- Хуже? - В глазах Этьена отразился шок.

Люсиль хмыкнула.

- Если мне придется рассказать обо всех вещах, во что ввязывались эти девочки и мальчики.

Я усмехнулся.

- Истинные лидеры.

- Которые рано или поздно погибнут, независимо от того, получила ли она сущность или нет, - закончила Люсиль свое предложение.

Я усмехнулся.

- Что? Не верите в их драконов?

Этьену это показалось забавным, а Люсиль прищурилась, но уголки ее губ дернулись.

- Время от времени у меня возникают сомнения.

Она поцеловала Елену в макушку.

Рука Этьена снова коснулась моей руки.

- Еще раз спасибо, Блейк.

- Перестань говорить «спасибо», пожалуйста.

Люсиль подошла и обхватила меня руками за торс.

- Мы всегда будем благодарны, Блейк.

Они попрощались и ушли.

Отец также навещал меня при каждом удобном случае. Вероятно, хотел посмотреть, как у Елены дела с обновлениями для его всадника.

- Как у него дела?

- Встречается с Лео ежедневно. По ночам ему снятся ужасные сны.

- Я бы удивился, если бы это было не так, папа. Ты рассказал ему о Елене? Что случилось с ней в Итане?

- Он еще недостаточно силен, Блейк.

Я провел руками по волосам. Эти люди были такими неприятными.

- Папа, он должен знать.

- Он узнает. Дай ему время успокоиться и разобраться с прошедшими семнадцатью годами, пожалуйста.

- Хорошо, - сказал я, и отец поцеловал Елену в макушку и ушел.

Мама или тетя обычно приходили ночью, чтобы снять повязки с Елены, и я использовал это время, чтобы принять душ или подышать свежим воздухом. Я не мог смотреть на шрам, за который нес ответственность. Он был длинны и некрасивый, и тетя никогда не переставала винить меня в глупости. Но я был в отчаянии. Либо это, либо позволить ей умереть, а о смерти не могло быть и речи.

Перед тем как лечь спать, я провел визуализацию с Еленой. Это тоже стало моим любимым занятием, потому что она всегда выглядела такой нормальной, такой настоящей. Сон казался реальностью, а реальность была кошмаром.

Что, если ее отец был прав? Что эта миссия была напрасной. Дин умер. Кто знает, сколько еще людей тоже погибло. Увидев Люсиль и Этьена, я понял, что оно того стоило. Это казалось правильным, и это было то, за что я собирался держаться. Елена проснется. У нее не было выбора.

На следующий день Айзек и Тай вошли в мою комнату.

- Черт, - радостно завопил Айзек. Его лицо засветилось, как фейерверк, и его улыбка могла бы обвесить голову по кругу, если бы не уши. Легко было сказать, что он был доволен результатом.

Он дал пощечину – а-ля рукопожатие.

- Так приятно видеть тебя живым, Блейк. - Тай посмотрел на Елену. - Итак, когда, черт возьми, ты снова почтишь нас своим присутствием, принцесса?

- Тай, - отругал я его.

- Что, ей, блядь, нужно проснуться? - Он игриво пнул край ее кровати, и Айзек рассмеялся.

Я покачал головой, глядя на этого идиота.

Они оба поудобнее устроились на стуле и на диване-комоде, стоявшем у стены.

- Так что привело тебя во дворец? - Я посмотрел на Айзека, который сидел на сундуке.

- У моего отца и нескольких старейшин назначена встреча с королем.

- Королем Альбертом? - Моя левая бровь приподнялась.

Айзек оперся локтями о колени, подавшись вперед.

- Я слышал, вы двое поссорились.

- Как, черт возьми, ты это услышал? - Я скрестил руки на груди, сидя, прислонившись спиной к изголовью кровати.

- Подобные новости распространяются быстро, Блейк. Как это было?

- Он кричал на меня, потому что мы освободили Итан. Ведет себя так, будто Елена уже мертва. Я просто поставил его на место. Он не знает, кто его дочь, точно так же, как она не знает, кто ее отец, так что да, я говорил только правду.

- Ой, - донесся ответ Тая со стула рядом с кроватью Елены. - Наверное, это было нелегко услышать. Как получилось, что король все еще жив? И какого, черт возьми, ингредиента не хватало?

Я усмехнулся.

- Нашей крови. Она смешала нашу кровь. - Я уставился на фигуру Елены рядом со мной. - Она догадалась об этом, как и обещала Бекки.

- Я был не так уж далек от истины. - Айзек улыбнулся.

- Да. Я должен был догадаться. Обе наши крови волшебны, и, взятые вместе, они были еще более особенными. Это было единственное, чего Горан не мог понять, так как тогда он думал, что она - дракон.

Молчание затянулось, когда я упомянул имя Горана.

Айзек прочистил горло.

- Я слышал, его тело все еще находится в морге.

- Они должны были сжечь его.

- Да, Итан действительно изменился. Это совсем не то место, которое я помнил, - вздохнул Айзек.

Тай посмотрел на него и спросил:

- Как, черт возьми, ты можешь помнить, каким был Итан?

- Я гребаный Орел, вот почему.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Я - гений, Тай.

Я смеялся над их препирательствами.

Заговорил Айзек:

- Она проснется, Блейк. Я полностью доверяю ей.

- Я знаю, что она проснется. Она любит не торопиться.

- Ты слышал о Гельмуте? - спросил Айзек.

Я кивнул.

- И Дине. Сэм будет так зла, когда проснется.

Айзек провел рукой по волосам.

- Мне жаль. Мы добрались туда так быстро, как только смогли. Мы сражались со множеством Виверн, и когда увидели, что Джордж набирает силу, я понял, что все, что он собирается выпустить, будет смертельным. Поэтому я схватил столько оборотней, сколько смог, и крикнул остальным, чтобы они прятались. Джордж как бы взорвался. Повсюду было электричество.

- Это было чертовски круто, - съязвил Тай.

- Как поживает Лунный Удар? - Айзек хотел знать.

- Все еще спит. Джордж передал Бекки свою сущность. Очевидно, что-то, чего она не хотела, так что я рад, что я не он, когда они проснутся.

- Она должна знать, что он не мог жить без нее.

- Да, - усмехнулся я. - Иногда сомневаюсь, что Драконианцы знают эту часть.

Молчание затягивалось.

Тай прочистил горло.

- Ты же знаешь, что лианы не опустились, Блейк.

- Тай? - Айзек вздохнул и покачал головой.

- Что, он должен знать.

Я нахмурился.

- Знать что? И что ты имеешь в виду, говоря, что лианы не опустились?

- Бомбы, - ответил Айзек. - Произошла какая-то неисправность, и они не сработали.

- Тогда как, черт возьми, вы, ребята, сюда попали?

- Благодаря очень храброму Снежному дракону и группе, которая последовала ее примеру.

Я нахмурился и посмотрел на них обоих.

- Табита?

Они кивнули.

- Капсулы взорвались, но бомбы, которые должны были последовать за ними, этого не сделали. Все мы ждали. Табита сложила два и два, подошла ко мне и попросила присмотреть за тобой. Я не думал, что эта цыпочка настолько сумасшедшая, Блейк. Но она полетела с бомбой в когтях, со своим всадником на спине, и нырнула прямо на них.

Тай вздрогнул.

- Ее вопли будут вызывать у меня гребаные кошмары на долгие месяцы вперед.

- Она мертва?

Они оба кивнули.

- Прости, Блейк. Я знаю, ты не любил ее так, как любил Елену, но она любила тебя всем своим сердцем. Не думаю, что она смогла бы жить без тебя, и тот дурак, которого она выбрала в качестве всадника, тоже это знал. Что это всегда будешь ты.

Слезы навернулись у меня на глаза. Ее смерть поразила меня сильнее, чем я думал.

- Извини, Блейк, - тоже сказал Тай.

- Когда их бомба взорвалась, еще несколько драконов последовали их примеру и отдали свои жизни за эту миссию. Я всегда буду помнить о них, жить ради них до самой смерти. - Айзек был мудр для своего возраста. - Теперь ты понимаешь, почему я пока не хотел ему говорить?

- Легко. Он - Рубикон. Он должен знать.

Я шмыгнул носом и сдержал слезы.

- Тай прав. Никто мне ничего не говорит. Вы говорите, их тела находятся в морге.

- Да. Король Альберт хочет подождать, устроить грандиозный мемориал драконам и всадникам, в общем, всем, кто отдал свои жизни этой миссии.

- Какого черта он ждет?

Они оба замолчали, и я посмотрел на Елену.

- Ты, должно быть, блядь, издеваешься надо мной. Она не мертва. - Я встал и открыл дверь.

- Блейк! - Они оба побежали, чтобы не отстать от меня. Я более или менее вспомнил, где находится его офис, и ворвался внутрь.

Отцы Юрия и Тая улыбнулись, когда подняли глаза.

- Блейк, у нас совещание. - Мой отец встал со стула.

- Когда вы планируете похоронить мертвых? - Я спросил отца Елены.

- Когда придет время.

- Пора! Больше никто не умирает. Вбей это себе в голову. Она проснется. Хорони своих мертвецов. Они заслуживают того, чтобы покоиться с миром.

Я развернулся и выбежал из его кабинета.

- Прости, Ал, - заговорил мой отец.

- Не стоит. Этот мальчик - именно такой, каким я его себе представлял. Моей дочери повезло, что он ее дракон, и он прав. Я должен верить, что она тоже проснется. Скажи ему, что я договорюсь о дате поминовения. - Я отключился и вернулся в комнату.

Айзек и Тай последовали за мной.

- Святое дерьмо, Блейк. Все ходят вокруг него на цыпочках, но ты обращаешься с ним так, словно он…

- Все еще жив. Королю нужно поправляться, сражаться. Мы все знаем, каким королем он был раньше. Он все еще там. Елена не может встретить его в таком виде. Я больше не смогу пережить ее разочарование. Если мой отец не будет драться с ним, то это сделаю я. Мой отец был рядом с моим всадником, когда я не мог. Я буду рядом с его, когда он не может.

- Твой папа там.

- Мой отец дает ему все, что ему нужно. Это не то, что вернет королю его прежнее «я».

~26~

Я пошел в морг, по дороге встретил тетю и кузину, которые несли бинты и дезинфицирующие средства, чтобы промыть рану Елены.

- Иди с Блейком. Мне нужно немного побыть с Еленой, - сказала Констанс Анук.

Я дождался кузину после того, как бросил на тетю укоризненный взгляд. Лучше бы ей не прощаться.

- Так отдай это мне. Что твоя мать говорит о состоянии Елены?

- Не спрашивай меня, пожалуйста. Это то, чего ты не захочешь слышать, Блейк.

- Анук, что говорит твоя мама? Я не смогу бороться за нее, если не буду знать, что не так.

- Все, Блейк. - У нее навернулись слезы. - Эта машина - единственное, что поддерживает в ней жизнь.

Ее слова вывели меня из себя.

- Неужели я единственный идиот, который может слышать, насколько сильно ее сердце?

- О чем ты говоришь? Машина заставляет ее сердце биться, Блейк. Это не Елена. Она ушла.

- Она не ушла, Анук! Только не она! Ты должна довериться мне в этом.

- Я - да, но моя мать - нет, и в данный момент король прислушивается к ней.

Я кивнул.

- Тогда твоей матери нужно перестать сообщать ему последние новости о его дочери. Король не может похоронить Елену. Ему нужно дать ей время. Машины, возможно, пока поддерживают в ней жизнь, но скоро она начнет жить сама. Я позабочусь об этом. Мне просто нужно время.

Анук выглядела побежденной.

- Хорошо, как скажешь.

Мы молча шли в морг, и от того, что сказала Энни, мне захотелось забиться в угол и заплакать навзрыд. Елена должна быть жива. Ей нужно бороться, чтобы выжить. Если бы только я знал, где я могу помочь. Я бы сделал все, что угодно, чтобы заставить ее проснуться.

Мы вошли в комнату, где хранились все тела. Несколько близких стояли рядом с трупами, перешептываясь.

Они превратили комнату в морозильную камеру, и Энни потерла руки. Холод на меня не действовал, так как я был частично Снежным Драконом.

Мы прошли вдоль рядов тел, распростертых на столах, накрытых простынями.

Драконы растворились в золотой пыли. Так происходило, когда мы умирали. Наши тела распались, когда мы покидали эту жизнь и переносились в новый мир. Мы становились частью звезд.

Эти тела были всего лишь оборотнями и людьми.

Мы шли ряд за рядом. Я нашел тела короля Гельмута и Горана в дальнем углу.

Они лежали рядом друг с другом. Я приподнял ткань Горана, и он выглядел точь-в-точь как его брат. Я понял, что сказал Эмануэль. Страх смерти застыл на его лице, придавая его мышцам такое выражение. У него была напряженная смерть.

Я опустил его ткань и поднял ткань на его близнеце. На глаза снова навернулись слезы. Если бы он был здесь, он бы сказал королю Альберту, что его дочь жива. Он бы сказал ему это прямо.

В некотором смысле он был единственным королем, которого я знал. Он был моим королем.

Я шмыгнул носом и снова закрыл ему лицо тряпкой.

Энни погладила меня по плечу.

- Не знаю, как мама могла это делать. Я не очень хорошо отношусь к смерти.

- Не так уж и тяжело, Анук.

- Мне жаль, что тебе больно, Блейк.

Я улыбнулся.

Мы продолжали идти. Я читал все имена. У Уильямов, которые попадались мне на глаза, я поднял все до единой их тряпки.

- Их здесь нет. Я уже проверила.

- Ни одного из них?

Она кивнула.

- Это означает, что они все еще где-то там.

- Я найду их.

- Блейк. - В ее тоне снова прозвучало предупреждение.

- На каком-то этапе я был хуже Сеймура, Анук. Я знаю, тебе трудно в это поверить или даже воспринять, но это правда. Я не создан для того, чтобы убегать и прятаться. Он познает страх, когда я с ним закончу.

Она пристально посмотрела на меня.

- Если ты мне не веришь, попроси свою мать сказать тебе правду и перестать приукрашивать ее, как я знаю, она делает.

Она кивнула.

Мы продолжали идти в тишине, и я нашел тело Дина. Я приподнял его ткань. Он выглядел умиротворенным. Я надеялся, что у Сэмми будет возможность попрощаться с ним.

- Мне жаль, Дин. - Я навис над его телом и тихо затряслась от слез. Он был отличным другом, и заменить его будет трудно.

- Он всадник Сэмми, верно?

- Да.

- Надеюсь, она проснется.

- Они проснутся. Все они, Анук. - Я шмыгнул носом и вытер слезы.

Мой взгляд упал на десятки планшетов, висевших на стене, и я взял первый попавшийся.

В списке были сотни имен. Драконы, которые не выжили. Мой взгляд скользнул по имени Табиты. Имя Питера тоже было здесь, поскольку ничего не осталось ни от его тела, ни от любого из восьми драконов, которые умерли, чтобы убедиться, что лианы пали.

Я нашел другие имена, такие как Людвиг, многих людей, которые были в Лиге Драконов. Людей моего отца. Они были на многих из этих планшетов с зажимами.

Я оплакивал каждого из них, кого знал лично, а потом я нашел его имя, и это было слишком тяжело для меня.

Я громко закричал, сползая по стене. Анук плакала вместе со мной, просто крепко обнимая меня.

- Мне жаль, Блейк. Вот почему мать не хотела рассказывать тебе всего. Это слишком тяжело.

На бумаге стояло имя Реймонда. Воспоминания о том, как он помогал мне искать выживших, как он пошел с нами, чтобы дать людям короля Альберта надежду. Он ничего не боялся. И все же его имя было на этом листе. Почему так много погибло? Я ничего из этого не понимал.

И это тяжелым грузом легло на мои плечи. Было ли это тем, что предвидел король Альберт? Морг, заполненный телами. И именно поэтому он заставил Елену пообещать оставить его. Не освобождать Итан. Я был о нем невысокого мнения, но, возможно, в его словах был смысл. Елена не была бы подключена к этому гребаному аппарату, если бы я ее послушал. Я должен был вывести фермеров и оставить Итан гнить за лианами.

Что, если освобождение Итана было ошибкой?

Я впал в депрессию, но все упорнее боролся со тетей каждый раз, когда она умоляла меня, что пришло время отпустить Елену.

Она проснется. Ей просто нужно время.

Отец тоже приходил и просил смиловаться. Так же поступала и мать. Я ненавидел их всех. Мне казалось, они вообще не заботятся обо мне. Потому что я буквально умру, если ее здесь больше не будет. Может быть, мне следовало сказать об этом кому-нибудь из них, чтобы бороться усерднее, потому что, если король Альберт похоронит свою дочь, моя жизнь будет кончена.

- Хватит, Блейк, - крикнула однажды Анук и просто уставилась на меня.

- Только не ты тоже, пожалуйста.

- Нет, я не могу справиться с этим тобой. Ты продолжаешь бороться, но выглядишь несчастным. Освобождение Итана не было ошибкой. Ты веришь, что она проснется, и тогда она проснется. Я верю, что, черт возьми, что говорят другие, но ты молча наказываешь себя за освобождение Итана. Я больше не могу этого выносить. Я хочу показать тебе, что ты сделал, поэтому, пожалуйста, пойдем со мной. Мама может присмотреть за ней.

- Анук, они выключат машину.

- Я заставила маму поклясться, что она не сделает этого сегодня.

Я кивнул и встал.

Когда мы подошли к двери, вошла Констанс. Я остановил ее.

- Не надо, пожалуйста. Просто поспорь со мной в этом. Я ее знаю.

- Блейк? - вздохнула она.

- Ты думаешь, мне легко видеть ее такой. Это не так. Это разбивает мне сердце. Но если ты выключишь эту машину, тогда будь готова вырыть две могилы, Констанс.

Ее лицо расслабилось.

- Ты знаешь, кто она для меня. Я не могу жить без нее. Я рискну умереть, но я не буду жить без нее.

Слезы навернулись у нее на глаза, и она кивнула.

- Пойдем, - взмолилась Энни.

Я шмыгнул носом, вытер слезы и ушел с кузиной.

Снаружи она превратилась в дракона. Она была большой и красивой, и радость согрела мое сердце. Я уже давно не чувствовал ничего подобного.

- В кои-то веки, - произнесла она на латыни. - Ты вернул ее мне, Блейк. В течение многих лет я чувствовала себя человеком, но ты вернул мне мой рев, то, что, как я думала, никогда не будет возможным. Этого бы не случилось, если бы ты не освободил меня. Так что забирайся своей задницей мне на спину. - Она опустила свое крыло, и я забрался ей на спину.

Она стремительно взлетела и пролетела над Итаном.

Повсюду люди что-то строили: ремонтировали дома, сооружения, обрабатывали земли.

Они вернули документы на фермы тем, кому они принадлежали.

Вокруг Итана образовалось большое черное кольцо - воспоминание о Лианах. Мемориалы и дома закрывали некоторые части круга, пытаясь скрыть ужасные воспоминания.

Энни заговорила на латыни.

- Потребуется время, чтобы Итан снова предстал во всей своей красе, но он снова поднимется, Блейк. Он будет величественен, точно так же, как мы его запомнили, даже лучше.

Впереди мое внимание привлекло огромное скопление людей, и Анук полетела к ним навстречу. Там была трибуна, и Калеб обращался к толпе. Серебряная ткань покрывала колоссальную статую. В моем теле произошел сдвиг, возвещающий о биении моего сердца.

Энни грациозно приземлилась, и многие люди съежились от страха. Малыши обнимали ноги своих родителей, а мужчины защищали своих женщин и стариков.

Энни раскрыла крыло, и я соскользнул с него.

Калеб заговорил по микрофону, и когда мои ноги коснулись земли, он позвал меня по имени.

Все зааплодировали, и я огляделся по сторонам. На лицах, молодых и старых, наконец-то появились улыбки.

Я пожал так много рук и получил так много поцелуев в щеку, что почувствовал, что после этого мне нужно принять душ.

Маленькие дети продолжали трогать мои джинсы, руки, все, до чего могли дотянуться, пока я поднимался на подиум.

Я получил медаль Почета от Калеба и огромную благодарность за мою храбрость. Принцессе повезло, что я стал ее драконом.

Елене бы это понравилось.

Затем Энни вышла вперед и попросила меня перевести.

- Я знаю многих из вас в лицо, поскольку когда-то была одной из вас.

Я перевел, и множество лиц повернулось в ее сторону. В их глазах застыло замешательство.

- Я была изнасилована, обожжена, подверглась жестокому обращению, худшему из худших. Я так боялась рассказать об этом своему кузену, так как боялась, что он посмотрит на меня по-другому, но правда в том, что именно мы заставляем себя чувствовать, будто мы этого не заслуживаем. - Солнце сверкало на ее драконьей чешуе. - Мы заслужили это. Мы заслужили нашу свободу. Мы заслуживаем, чтобы к нам относились как к людям, драконам или кем бы мы ни были, точно так же, как и ко всей остальной Пейе. Освобождение Итана не было ошибкой, и к черту всех, кто так думает. Если бы принцесса не спала, она бы сказала вам это, насколько я ее знаю. Может, мы и не так давно знакомы, но я знаю ее хорошо. Так что, если я смогла снова обрести свой истинный облик, свое истинное «я», то и вы сможете. Давайте подарим принцессе этот сон, когда она проснется.

Наконец она вернулась в свой человеческий облик, и все зааплодировали, узнав Анук. Ей вручили халат, и она натянула его через голову. Многие люди подходили к ней и обнимали ее. Она знала многих из них лично, и это была та кузина, которую я запомнил. Она все еще была тем же человеком, каким была всегда, даже если в конце концов немного потеряла себя.

- В память об этом дне, - сказал Калеб. - Мы сочли только это подходящим для того, чтобы показать статую, которую мы сочли подходящей для нового мира. Давайте вспомним, чем мы пожертвовали, чтобы увидеть новую Пейю.

Он потянул за покрывало, и я ахнул.

Они вырезали массивную каменную статую в виде моего дракона с Еленой на спине в мельчайших деталях.

Слезы застилали мне глаза, и Энни обняла меня.

Смеясь, она погладила мой бицепс.

- Спасибо, - сказал я. Это было единственное слово, которое я мог произнести. Я продолжал смотреть на статую. Все было идеально, как и сказал Калеб.

Мы пробыли там некоторое время, отпраздновали сегодняшний день, и, наконец, около шести Энни отвезла меня обратно во дворец.

Облегчение нахлынуло на меня, когда я обнаружил, что Елена все еще лежит на кровати, подключенная к аппарату.

Я обняла кузину.

- Спасибо тебе, Анук. И позволь мне сказать, твой дракон просто потрясающий.

Она рассмеялась.

- Ты не совершил ошибку, Блейк.

- Знаю. Мне нужно было это увидеть. Нужно было увидеть часть исцеления Итана, борьбу за то, чтобы стать таким, каким он был раньше.

Она улыбнулась, подошла к матери и обняла ее.

Констанс тоже обняла меня.

- Я сделаю все, что смогу, Блейк. Даю тебе слово. Я буду бороться упорнее, потому что я не потеряю тебя.

- Это все, что мне нужно.

Она фыркнула, и они оба оставили меня наедине с Еленой. Мне не терпелось рассказать ей о сегодняшнем дне. Она скучала по всему. Честно говоря, сейчас этого было достаточно, больше, чем я мог вынести. Ей нужно было проснуться.

Прошел месяц, и, наконец, Джордж, вальсируя, вошел в комнату.

Я спрыгнул с кровати и обнял Джорджа.

Бекки неторопливо вошла через несколько секунд, и я рассмеялся. Из ее ушей торчали тампоны, а из носа - вата.

- Ты же знаешь, Бекки, тампон не туда засовывают, - сказал я.

Она одарила меня своим мягким взглядом.

Джорджу это показалось забавным.

Я пожал плечами и забрался обратно на кровать рядом с Еленой.

Джордж занял место у изножья кровати. Он слегка поморщился, дотронувшись до своей груди.

Бекки плюхнулась на стул рядом с кроватью Елены и просто уставилась на нее.

- Не могу передать тебе, как я рада тебя видеть. Мама рассказала мне, что произошло. Я поговорила с Джорджем.

- Гребаные виверны. По крайней мере, я отомстил этим ублюдкам, - ответил Джордж.

- Ты буквально взорвался?

Он фыркнул с улыбкой.

- Не знаю, что это было, но не хочу снова чувствовать себя так.

- Как так?

- Ее сердце, черт возьми, остановилось. - Он кивнул головой в сторону Бекки. - Сердце Дина остановилось, сердце Сэмми остановилось. Это бесполезное чувство спровоцировало все. Мне казалось, что я набираюсь сил. А потом.... - Он издал взрывающийся звук. - Мое электричество заставило их сердца снова биться, ну, у двоих из них.

Я потер лицо.

- Мне жаль, что Дин умер. Блядь. Я страстно ненавижу виверн.

- Я слышал, их много в подземельях Тита и Ариса.

- Да? - Я прищурился.

Он нахмурился, и левый уголок его губы слегка дернулся.

- Как ты можешь этого не знать?

- В данный момент я занят. - Я вздохнул и уставился на Елену.

- Не мог бы ты, пожалуйста, говорить потише? - спросила Бекки, и мы оба рассмеялись.

Я спросил:

- Ты ведь знаешь, как нелепо ты выглядишь, верно?

- Ты не представляешь, как мучительно больно все происходит в данный момент. - Она указала на Джорджа. - Он сделал это. И теперь я собираюсь прожить сотни гребаных лет.

- Это было так, или не живи со мной вечно. - Он язвительно посмотрел на нее, а потом посмотрел на меня. - Клянусь, я никогда больше этого не сделаю, - прошептал Джордж.

- Что ты сказал? - спросила Бекки.

- Я заявляю, что навсегда останусь твоим Дентом, - заговорил он громче.

Мои плечи слегка вздрогнули от того, как быстро он произносил свои слова.

- Ты мог бы просто заявить об этом своими устами, а не сердцем, - съязвила она в ответ, и я покатился со смеху. - Должен был, - Бекки зажала уши и оживленно деланно заплакала.

- Тише, Бекс. Я уже говорил тебе раньше. Это просто, - с любовью проговорил Джордж.

- Это нелегко, - захныкала она.

- Я не могу жить без тебя, женщина. Чего ты не понимаешь? И заберите мою жизнь, если тебя больше не будет рядом, я никогда больше не буду с тобой. Так что смирись с этим. Это не бессмертие, черт возьми.

Она повернула к нему свое лицо.

Он оглянулся на меня.

- Итак, как поживает спящая красавица?

- Все еще спит, - ответил я.

- Черт, цыпочки. Они не знают, что делают с нами.

Я усмехнулся и покачал головой.

- Она может не торопиться. Я терпелив.

- Тебе лучше, блядь, проснуться, - отругала Бекки Елену. - Я не буду вечно жить одна.

Джордж посмотрел на нее.

- Ты не будешь одна. Я тут.

- Ты замолчи. Я все еще злюсь на тебя. Я изо всех сил стараюсь дышать.

- Что-то не похоже, - прошептал Джордж.

- Что? - сердито спросила Бекки.

- Это так не заживает, - он щелкнул пальцами. - Боже, женщина, о чем, по-твоему, я говорю?

- Тогда почему он смеется? - Она указала на меня.

- Он рад видеть нас живыми, Бекки.

Я кивнул в знак согласия.

- Я лучше буду надеяться, ради твоего же блага, что это то, что ты говоришь, Джордж Миллс.

Я продолжал хихикать, а Джордж просто улыбался. Я вспомнил, что сказал король Гельмут о том, как им иногда бывает тяжело, но мы слишком сильно их любим, чтобы пойти другим путем.

- Ты слышал о короле Гельмуте? - спросил Джордж. Это было так, будто он мог читать мои мысли.

Я кивнул.

- Трудно представить Пейю без Маккензи в ней.

- Эй, их запомнят навсегда. Маккензи были больше, чем сама жизнь, - вздохнул Джордж.

- Так и было, и мы должны сделать так, чтобы это того стоило, Джордж. Для всех тех, кто отдал свои жизни. Мы должны жить ради них.

Он кивнул.

- Это правда, что они сказали о Табите и Питере? - спросила Бекки.

Я кивнул.

- Реймонд также погиб вместе с половиной людей, которые были с нами в той спасательной операции.

Казалось, ей снова захотелось заплакать.

- Мне жаль, Блейк. Как держится Эмануэль?

- Он выглядит хорошо, но я знаю, что он испытывает напряжение.

- Нам нужно проведать его, - сказала Бекки.

Джордж кивнул.

- Сначала успокойся. Мы сделаем все, что нам нужно, чтобы сделать этот мир таким, каким он был. Она не может снова проснуться разочарованной. Что сказал ее отец?

Я посмотрел на Елену.

- Он так зол на меня. Он общается со мной молча.

Джордж вздохнул.

- Извини, Этьен не может перестать благодарить нас. Это было очень эмоционально, когда мы проснулись. Ну, я проснулся.

Я посмотрел на него

- Ты проснулся первым?

- Да, это отстой. Я не смог с этим справиться, поэтому слегка подпортил все дело. Это было чертовски весело.

Бекки снова впилась взглядом в Джорджа.

- Что ты сделал?

- Я не такой, как ты. Я признаю это, я жалок без этой цыпочки, так что Бекки может злиться. Мне действительно все равно.

Она оживленно вскрикнула, встала и схватила Джорджа за щеки.

- Как я могу продолжать злиться на тебя, когда ты говоришь такие вещи?

Он улыбнулся и поцеловал ее в губы.

Я посмотрел на Елену, желая, чтобы Лунный Удар мог разбудить и ее тоже, но я никогда не смог бы причинить ей такую боль. Кроме того, Бекки не была на аппарате. Я бы, наверное, вырубил машину, и тогда она умерла бы. Я не стану рисковать. Она проснется. Когда, я еще не знал.

~27~

Сэмми проснулась через неделю после Джорджа и Бекки. Я никогда не видел маму и папу такими счастливыми. Я обрадовался и долго обнимал сестру.

Мы все были в ее комнате. Анук сказала, что присмотрит за Еленой, почитает ей немного и просто поговорит один на один, в чем она отчаянно нуждалась.

Сэмми была в приподнятом настроении, и мы позволяли ей веселиться так долго, как только могли.

- Где Елена? - спросила она меня, и я улыбнулся.

- Блейк? - В ее глазах заблестели слезы. Ее нижняя губа задрожала, как у моей мамы. - Нет, она не мертва. Нет.

- Она не мертва. - Король Альберт вошел в комнату Сэмми, и она ахнула.

Она взвизгнула от возбуждения и буквально запрыгнула на него, поморщившись.

Он рассмеялся.

- Ты так сильно выросла, Саманта. - Король Альберт ласково улыбнулся.

- С Еленой все в порядке?

- Она все еще спит.

Она посмотрела на меня.

- Спит?

- Да, - строго сказал я, и Сэмми посмотрела на всех. - Что ты мне недоговариваешь, Блейк? - Король Альберт все еще обнимал ее рукой за плечи.

- Думаю, тебе следует присесть, Сэмми, - сказал король.

Он взял на себя смелость сообщить ей эту новость.

Она села и посмотрела на короля. Он с любовью присел перед ней на корточки.

- Елена находится в коме. Она на аппарате искусственного дыхания, но твой брат пообещал, что вытащит ее из этого, и я настаиваю на этом. Так вот чего он не хотел тебе говорить из-за того, как все отреагировали.

- Как все реагировали. Это просто кома. Поверь мне, Елена проснется.

- Спасибо тебе, Сэмми. - Мой тон поднялся на несколько октав выше, и все рассмеялись.

Она посмотрела на всех.

- Ты знаешь эту девушку. Она возрождается, как птица Феникс. Как ты мог так потерять надежду?

- Это моя вина. - Король Альберт погладил ее по руке. - Мне следовало довериться Блейку. Это была моя первая ошибка. Чем больше я общаюсь с ее друзьями, тем больше мне приходит в голову, что она может быть похожа на меня, но она ее мать до мозга костей.

- Ага, - сказала Сэмми, и мы все рассмеялись. Она снова огляделась. - Где Дин?

Все замолчали.

- Блейк? - спросила она меня, и я посмотрел на нее со слезами на глазах.

- Почему ты плачешь? - Ее растерянный взгляд переключился на маму и папу, которые не могли смотреть на нее.

- Нет, - ее голос дрогнул, и она прикрыла рот ладонью. - Пожалуйста, не говорите этого.

Я шагнул к ее кровати и притянул ее к себе.

- Мне жаль, Сэмми, но Дин не выжил.

Она закричала у меня на груди, и, к счастью для нее, я легко мог выдержать ее вес. Я просто крепко обнимал ее, когда она не выдержала и заплакала.

Бекки гладила ее по спине, но вскоре ушла, так как не могла с этим справиться. Джордж последовал за ней.

Король Альберт произнес свои мудрые слова и извинился.

- Дин не должен был умереть, Саманта, но мир несовершенен, и никто не знает, в каком возрасте он умрет. Я с радостью займу место Дина, если это будет означать, что твой всадник сможет вернуться.

Она кивнула, уткнувшись мне в грудь, но вырвавшиеся у нее рыдания разбивали мне сердце.

Я бы сделал это ради Елены.

Я бы не смог жить без нее. Возможно, у нее будет другая жизнь после меня.

Внутри меня словно щелкнул выключатель. Это было трудно объяснить. Это было чувство, которое превратилось в знание, как раскрыть... мои сферы.

Никто не знал, на что они способны, но внезапно я понял.

Мои сферы могут стать такими, какими мне нужно. Тело Елены могло быть здесь, но ее разум - нет. Я могу последовать за ней, поискать, чтобы выяснить, где она. Сферы могут помочь мне в этом.

Мне просто нужно было найти их.

Я пошел с Самантой в морг. Наконец-то они назначили дату, когда должны были состояться похороны.

Она снова рыдала навзрыд, прощаясь с Дином, и была так измучена, что мне пришлось отнести ее обратно в комнату.

Драконы любили по-разному, независимо от того, были ли мы дентами или нет. Эта любовь была сильной, и моя сестра любила Дина всем, что у нее было.

В день поминовения я остался только ради тех, кого знал. Елена нуждалась во мне больше. Это был изнурительный день, и мне было трудно прощаться. Они пускали фонарики в небо. По одному за каждого дракона, которого мы потеряли, а люди были похоронены, те, чьи тела мы могли упокоить. Ближе к вечеру были открыты гигантские мемориальные таблички с выгравированными серебром именами драконов и людей - место, где можно навестить погибших.

Похороны короля Гельмута были самыми страшными и печальными. Это был первый раз, когда я увидел Мэгги, и ее было трудно узнать. Эмануэль стоял рядом с ней, и они оба сотрясались от беззвучных рыданий.

Я подошел к ним, когда его гроб спустили в озеро, точно так же, как его сына несколько лет назад.

Пушка выстрелила, и у меня заложило уши.

Король Альберт сказал ему самые замечательные слова и заплакал вместе с Мэгги, крепко прижимая ее к себе. Я больше не мог на это смотреть и ушел. Я вернулся к Елене.

- Тебе, блядь, нужно проснуться, - заорал я на нее за то, что она просто лежала там, за то, что просто сдалась. - Я не могу жить без тебя, женщина, пожалуйста, просто открой свои гребаные глаза.

Я поддался и безудержно зарыдал. Я был рад, что замок был пуст, и что тетя была единственным человеком где-то поблизости. Я снова заснул рядом с Еленой и попытался представить себе наше место, но я был слишком измотан. Я отказался прощаться с ней и пожалел, что не пришло время искать сферы.

Я боялся, что в ту минуту, когда я уйду, они отключат ее от аппаратов и похоронят.

Тогда ничто из того, что я собирался сделать, не вернет ее обратно.

За этим днем последовал гнев. Я надеялся, что это не те стадии горя, через которые я проходил, поскольку я никогда не переживу ее смерть. Но да, я был зол на Елену за то, что она не просыпалась. За то, что не боролась сильнее, за то, что просто лежала там, заставляя нас хотеть отказаться от нее.

Сестра много раз приходила навестить меня. Она медленно переживала смерть Дина. Айзек и Тай тоже приходили время от времени. Иногда с ними был Мэтт или Джейми, Тео тоже приходил, но все они боялись плохого настроения короля Альберта, так как мы уже переходили на второй месяц.

Иногда мы джемовали, и Айзек хотел записать новый альбом, сказал, что это отличное развлечение.

Это был не самый худший план, который они когда-либо придумывали, поэтому на следующей неделе они приехали в замок.

Неподалеку была небольшая студия звукозаписи, и Тай записался на несколько часов в день.

Сеансы глушения помогли. Я скучал по друзьям, и они сильно отвлекли меня от мыслей о Елене и ее ситуации.

У меня появилась идея для новой песни - еще одной песни о любви. Это были несколько моих смешанных стихотворений, которые я написал для Елены. Я был занят доработкой текста. Я знал, что как только отдам текст Айзеку, он придумает прекрасную мелодию. Так что я работал над ним ночью, лежа рядом с Еленой.

Отец настоял на встрече с королем Альбертом, чтобы разобраться с членами совета Итана, теми, кто был заперт в подземельях, с вивернами.

Королю было тяжело, и я никогда не видел, чтобы мой отец сражался так, как он.

- Черт возьми, Ал. Никогда не будет союза с гребаными вивернами. Сколько людей должно умереть, чтобы ты осознал это. - Я подключился к одной из их встреч.

- Они говорили то же самое в течение сотен лет и про Хроматических тоже.

- Виверны, блядь, сожгли Кейт в ее комнате! - Мой отец взревел. - Они чуть не убили Елену. Если бы не Люциан, она бы умерла, а он лишился своей жизни. Открой глаза.

Я слышал тихие всхлипывания короля.

Мой отец вздохнул и, должно быть, подошел к нему.

- Я знаю, как это тяжело для тебя. Виверны не хотят союза. Те, кто сидят в подземельях, творили злые дела. Ты жил этим в течение семнадцати лет. Люди в этих подземельях еще хуже.

Последовал глубокий вздох.

- Хорошо, я скоро обращусь к СМИ. Мы разберемся с этим, как делали в старые добрые времена.

Молчание затягивалось. Как они разбирались с этим в прежние времена?

- Расскажи мне о Елене и о том, как умер Люциан? - спросил король, и я услышал, как отец говорил ему, как сильно ему понравился бы Люциан, что он был первой любовью Елены. Я отключился и не хотел слушать этот разговор. Мои мысли вернулись к Люциану.

Гнев наполнил меня до глубины души, так как я знал, что он был с Еленой. Он должен быть. Это была единственная причина, по которой она не сопротивлялась сильнее. Потому что она свернулась калачиком в его объятиях. Это ответ на мой вопрос.

Что она всегда выберет его.

Я вздохнул, и на глаза навернулись слезы.

- Ну что ж, приятель. Ты не дракон, и ты не ее Дент. Я не могу жить без нее.

Я писал в своем дневнике, делая заметки о том, как выслеживаю его задницу в загробной жизни и одновременно надираю ее. Мне было все равно, увидит это Елена или нет. Елена не может забыть обо мне. Она пообещала мне в ту ночь; мы оба умрем или оба выживет, и мы выбрали жить. Она должна была внести свой вклад, и я собирался убедить ее в этом.

На следующий день тетя сменила Елене повязки, а я пошел поискать что-нибудь поесть.

Я услышал голоса, доносившиеся из кухни. Джордж рассмеялся, а Бекки захихикала, когда они заговорили о том, как Елена хотела вернуть меч Короля Лиона.

- Она действительно похожа на Кейт, не так ли? - раздался голос короля Альберта.

Я застыл. Отец усмехнулся, и я вошел.

- Конечно, она дерзкая, Ал, - улыбнулся отец.

Отец так и не рассказал ему, что случилось с ней в Итане.

- Блейк, все в порядке? - спросила Бекки.

- Да, Констанс как раз меняет повязки Елене.

Все они молчали. Елена уже должна была полностью выздороветь.

- Я не понимаю, Блейк. Она - твоя всадница. Почему она не выздоравливает? - спросил король Альберт.

- О, в этом нет ничего нового. Елена сопротивляется во второй раз.

- Во второй раз?

- Она стала драконом, Ал, - тихо произнес мой отец, и глаза короля расширились.

- Карой, - сказал я.

Сожаление наполнило глаза короля Альберта, когда он перевел взгляд на стол, вокруг которого все сидели.

Папа дотронулся до его плеча.

- О чем ты думал, давая ей зелье Калупсо?

Я хотел ответить за него, но вспомнил, что технически я не должен этого знать.

Король Альберт вздохнул и потер лицо.

- Это была Таня. Я не хотел этого делать. Она была больна, Боб.

- Что? - потрясенно спросил папа.

Остальные, включая меня, посмотрели на отца Елены.

- Моя дочь была больна. Она должна была умереть, и мы ничего не могли с этим поделать. Потом Таня упомянула, что у нее было предсказание, и она уверена, что это сработает. Я не был так уверен.

- Значит, Кара отдала свою жизнь за Елену? - спросил папа.

- Я не знал, что она проснется. У нее была другая анатомия, чем у Елены. Почему она проснулась?

Никто из нас не мог ответить на его вопрос.

- Так вот, что он имел в виду, - пробормотал король, - когда сказал мне, что она не моя, что она -дракон.

Папа нахмурился.

- Что кто имел в виду?

- Горан. Он знал о ней. Я не знаю как.

- Меч Короля Лиона, мы в основном сражались против него косвенно, - прощебетала Бекки.

- Что? - Король посмотрел на нее, разинув рот.

- Блейк на самом деле спас ей жизнь, хотя и не хотел иметь с ней ничего общего.

Пристальный взгляд короля Альберта переместился на меня.

- Ха-ха, это в прошлом. Все больше не так. И уж точно я не должен перед тобой извиняться, черт возьми.

- Твой язык, Блейк, - отругал меня отец, и я закатил глаза.

Король Альберт рассмеялся.

- Это ругательство, Боб. Едва ли плохое.

- О, если бы ты только знал, через что мы с ним прошли.

- Да, да. Это в прошлом, - съязвил я.

Все они рассмеялись, когда я криво улыбнулся.

- Почему ты не рассказал мне о Елене? - Отец наконец спросил о том, о чем он хотел спросить его последние девятнадцать лет.

- Это была идея Тани. Если бы только у нас был общий гребаный дент.

Я впился ногтями в ладони, чтобы не дышать огнем.

- Значит, ты не сказал моему отцу из-за Зеленого Пара, который даже не сдержал своего обещания.

- Блейк, - снова рявкнул отец.

- Нет, папа. Они все испортили. Если бы ты знал, по крайней мере, все мы знали бы, что есть надежда.

- Я не сказал своему дракону из-за моей жены, королевы. Ты все еще помнишь ее, верно? - Тон короля был суров.

Мне нечего было на это сказать.

- Кроме того, ты больше нуждался в своем отце.

- Я бы вырастил ее здесь, с Блейком и Сэмми. Она бы знала, росла бы в нашем мире, и, возможно, только возможно, они двое заключили бы перемирие раньше, и мы могли бы спасти Итан раньше, не потеряв так много жертв, Ал.

Король Альберт просто уставился на него.

- Теперь ты говоришь мне?

Все рассмеялись над тем, как легко король произнес это.

Вошел Лео.

- Ах, смех, музыка для моих ушей. - Его трость касалась каждой поверхности на кухне. - Я чувствую запах тестостерона?

Раздалось еще больше смеха.

- Да, извини, - сказал король Альберт. - Думаю, это я.

Джордж чуть не согнулся пополам.

- Похоже, мои сеансы проходят лучше, чем я думал.

Я усмехнулся.

- Черт возьми, - вздохнул Лео. - Как раз в тот момент, когда я подумал, что прорвался. Доброе утро, Блейк.

- Доброе утро, Лео, - сказал я в ответ.

- Прости, мой король. Это не ты. Это Рубикон. Боюсь, что это соревнование, в котором тебе не победить.

Король Альберт только улыбнулся и покачал головой, глядя на слепую летучую мышь.

- Готов к сеансу?

- Да, готов. Я слышал, сад прекрасен. Садовники усердно потрудились, так что давай посмотрим.

- О, не могу дождаться, - ответил Лео.

У него по-прежнему было отличное чувство юмора.

Улыбка отца задержалась на губах.

Когда король и Лео подошли к двери, ведущей в сад, папа последовал за ними.

Король был точь-в-точь как его дочь. Они были магнитами для своих драконов.

Вошла мама и спросила нас, не хотим ли мы чего-нибудь поесть.

Мы все кивнули, и она приготовила каждому из нас по здоровенному сэндвичу.

Я подумал о том, что сказал отец. Стал бы он действительно растить Елену вместе со мной и Сэмми?.. Я был бы совсем другим драконом. Почему король не сказал своему дракону правду? Почему он не дал ему возможности выбирать? Мы бы никогда ее не бросили.

Я ненавидел все эти «что, если». Все было бы совсем по-другому.

Снова прошло два дня, и, наконец, король провел во дворце слушание для представителей СМИ.

Они засыпали его вопросами, с которыми он справлялся. Он сделал так, чтобы это выглядело так просто.

Король был терпелив.

Сегодня приходил Эмануэль. Мама отправилась во дворец присматривать за королевой Мэгги.

Та была непреклонна в том, чтобы остаться у себя дома.

- Значит, сегодня наконец-то настанет тот самый день, да?

- Так сказал мой отец. Он упомянул, что справится с этим так, как они поступали в старые времена. Как же ты тогда со всем этим разбирался, Эмануэль?

Он слегка замер и вздохнул.

- Он так сказал?

Я кивнул.

- По-моему, это варварство, но тогда это был единственный способ уладить разногласия. Процесс типа «Око за око».

- Что?

- Послушай.

Кевин только что закончил расспрашивать о Елене и о том, проснулась ли она.

Я покачал головой.

- Нет, к сожалению, моя Спящая красавица все еще отдыхает. Я бы хотел, чтобы ее чертов принц наконец-то поцеловал ее и разбудил прямо сейчас.

Журналисты захихикали.

- Ему потребовалось много времени, чтобы рассказать людям, кто она такая, по крайней мере, я так слышал.

Эмануэль тихо рассмеялся, а я просто покачал головой.

- Он никогда не заставит меня забыть об этом, не так ли?

- Маловероятно, но это последнее, о чем тебе следует беспокоиться, Блейк.

Я посмотрел на Эмануэля.

- Что ты имеешь в виду?

Он продолжал смотреть вниз, на конференцию в фойе.

- На твоем месте я бы больше беспокоился о его согласии на то, сможешь ли ты жениться на его дочери. Боюсь, тебе придется долго ждать этого ответа.

О, черт. Я даже не думал об этом.

Эмануэль рассмеялся, увидев выражение моего лица.

- ... чтобы разобраться во всем так, как мы привыкли делать в прежние времена. - Король ответил. - Состоится слушание, судить которое будет либо король Ариса Калеб, либо я. У любого, кто придет и встанет перед нами, есть шанс искупить свою вину. Если на слушании не будет никого, кому можно было бы предъявить претензии.

- Вы хотите сказать, что суд Бориша состоится через сто пятьдесят лет после предыдущего, мой король? - спросил Кевин.

Эмануэль закрыл глаза.

- Вот именно. Нам нужен судебный процесс Бориша за тот тип тирании, который имел место в Итане в течение последних семнадцати лет, Кевин.

Кевину нечего было сказать в ответ.

- Ой, - пробормотал я.

- Таким образом, общественность может подать иск. Пришло время исцелиться всей Пейе, а не только Итану. А судебный процесс начнется через неделю. - Король помахал на прощание, когда на него посыпались новые вопросы о суде, но вмешался мой отец и увел его прочь.

Я предположил, что у меня наконец-то тоже появился шанс заявить о своих правах, если эти четверо ублюдков были где-то в подземельях.

- Будет очень весело.

- Мне нужно выяснить, как работает это?

- Блейк?

- Я дал клятву, что заставлю их заплатить, Эмануэль. Это мое право как дракона добиться справедливости для Елены.

- Ты сам не понимаешь, что говоришь? Тот, кто подал иск, должен вынести приговор.

- Ты пообещал, что поможешь.

- Черт возьми, Блейк. Боюсь, это не их жизнь на кону, а твоя. Ты больше не тот Блейк.

- Я всегда буду тем Блейком, Эмануэль. Он - это я. Я просто выбираю не быть им. Елена стоит тьмы, чтобы справиться с ними. Со мной все будет в порядке.

Я повернулся, вышел и вернулся в комнату.

Когда я приблизился к королю Альберту, отец подошел с противоположной стороны.

Он ежедневно проверял Елену, но обычно меня не было в комнате, когда он приходил.

- Блейк, - поприветствовал меня король Альберт.

- Мой король, - сказал я и посмотрел на отца. Ему нужно было подготовить короля Альберта к тому, что должно было произойти, независимо от того, достаточно ли он силен, чтобы справиться с этим.

Мы вошли в комнату. Тетя выглядела озадаченной, когда шепотом рассказывала Елене обо всем, что произошло в ее отсутствие.

- Извини, что прерываю, Констанс. - Король наклонился и с любовью поцеловал Елену в макушку. - Как поживает моя принцесса?

Она улыбнулась.

- Она выздоравливает, Ал.

Мы все застыли.

- Что? - спросил король Альберт.

- Просто не так быстро, как нам хотелось бы, но ее шрам заживает. Блейк прав. Она просто спит.

- Это важная новость. - Король улыбнулся и с восхищением посмотрел на Елену, любовно обхватив ладонями ее лицо.

Констанс откашлялась.

- Нам нужно выяснить, что она собирается делать, если мы отключим одну машину.

- Нет, Констанс... - первым ответил король Альберт.

- Я знаю, это страшно. Я здесь. Блейк здесь. Это всего лишь щелчок кнопки, чтобы посмотреть.

Он кивнул, выглядя ошеломленным, но вздохнул и улыбнулся. Я был ошеломлен. Но Елена наконец-то сможет дышать самостоятельно.

Елена выздоравливала, а это означало, что она была жива где-то в своем теле.

Или какая-то ее часть была таковой.

~28~

Судебный процесс наконец начался. Я оставался с Еленой, пока Эмануэль высматривал четырех психопатов.

Прошла почти неделя, и это тоже была не самая спокойная неделя. Каждую ночь я получал информацию от Эмануэля, кого они освободили и на кого претендовали.

С людьми, на которых были заявлены претензии, расправлялись те, кому они причинили боль, или члены их семей.

Те, чьи преступления были мелкими, в основном те, кого бросали в ямы, получали обратно свою свободу.

Том и Чарльз давали показания по многим обвинениям. Он еще не видел ни Билли, ни Сеймора.

Дверь открылась, и вошел Эмануэль. Он уставился на меня.

Я застыл. Я знал, Эмануэль нашел их.

Я бросился к двери.

Энни пыталась остановить меня.

- Это они, это они, пожалуйста, Блейк.

- Мы говорили об этом. Я больше не позволю тебе бояться этих придурков. Все кончено, Энни.

- Что случилось с прощением и забвением, а?

- Прощением! Простить что? То, как они обожгли тебе глаз, Энни? То, как они неоднократно нападали на вас с Еленой? Она чуть не умерла. Ты чуть не умерла. Драконы такого не прощают и не забывают. Ты это знаешь.

Наконец она кивнула.

Я вышел, и мы поспешили к зданию, которое использовалось для судебного разбирательства.

Король Альберт обычно использовал его для экстравагантных приемов, к которым давно привыкли.

Эмануэль был прямо рядом со мной.

- Ты уверен, что хочешь этого, Блейк?

- Я не собираюсь возвращаться в эту тьму, Эмануэль. - Я имел в виду омут страха, что бы это ни было. - На этот раз я его не нарушу. Они того не стоят.

Он кивнул.

- Ты уверен, что это они?

- Энни была со мной, когда их привезли. Она дышала по-другому, и все ее поведение изменилось. Твоя кузина боится, Блейк. Она может и не говорит этого вслух, но она боится их, и она боится того, что это может сделать с тобой.

- Эмануэль, знаю, ты думаешь, что знаешь меня. Но нет. Ты не знаешь и половины того дерьма, что я натворил. Я знаю этот тип тьмы, даже если ты отказываешься в это верить. Со мной все будет в порядке.

- Хорошо. - Он первым вышел в коридор, и я последовал за ним.

Их запах наполнил мои ноздри, и у меня вырвалось глубокое, низкое рычание.

Эмануэль посмотрел на меня.

Король Альберт преобразил зал, сделав его похожим на зал суда.

Скамьи были заполнены заключенными из темниц. Король Альберт выступал на каждом судебном процессе, сидя за гигантским столом и оглядывая весь зал. Свидетельская трибуна располагалась рядом с ним.

Пресса и члены семей, пришедшие на судебные процессы с заявлениями, сидели на скамьях присяжных.

Перед скамьями стояли столы, совсем как в настоящем зале суда. Придурки уже сидели на стульях, когда кто-то отстаивал их правоту.

- У них может присутствовать адвокат?

- Если они могут себе это позволить. - Челюстные мышцы Эмануэля напряглись.

- Как, черт возьми, Сеймор может себе это позволить?

Эмануэль прошептал:

- Я не знаю.

- Это решается по-другому?

- Нет, ты заявляешь свои права, и все, Блейк.

Отец увидел меня, а затем отошел от короля и подошел ко мне и Эмануэлю.

- Это будет весело, - вздохнул я.

- Отец Елены не знает?

- Он ему еще не сказал, - ответил я.

Отец добрался до нас.

- Блейк?

- Не говори мне отойти в сторону. Я дал клятву. На этот раз я не могу нарушить ее. Эти трое того не стоят.

Папа подошел ближе.

- Ты уверен, что это они?

- Папа, этот выглядит точь-в-точь как я.

Он кивнул.

- Думаю, это Уилл.

- Он еще не представился?

- Нет, адвокат представляет того, кто сейчас на трибуне, и формальности немного отличаются.

- Да, это не имеет значения. Он все еще мой.

- Тот, что с адвокатом?

- Особенно тот.

Отец закрыл глаза.

- Позвольте мне сначала увести его со слушания.

- Нет, отец, он должен знать.

- Это сломает его, Блейк.

- Он ее отец. Король имеет право знать, что эти подонки сделали с его единственной дочерью. Он сильнее, чем ты думаешь.

Папа сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

- Надеюсь, ты прав. Он через многое прошел.

Он вернулся к королю.

Я слушал, как король Альберт общается с адвокатом. У Сеймора было несколько обвинений против него, и этот проныра собирался отпустить его. Как, черт возьми, он мог позволить себе нанять адвоката?

Они утверждали, что он должен был подчиняться приказам под правящей рукой Горана, и король купился на это. Адвокат поклялся своей жизнью, что его клиент не такой и изменится при малейшем шансе. Угрозы и тирания со стороны Горана стали причиной их противоправных действий.

Король Альберт улыбнулся.

- Я вижу сожаление, которое ты испытываешь, и то, что ты меняешься, чтобы начать все сначала для себя. Тем не менее, формальности должны быть соблюдены. И хотя мы слышали ваши признания, пришло время общественности высказать свои, если таковые имеются. Тот факт, что Клайв Крептон был твоим отцом, вселяет надежду. Он был хорошим человеком и отличным союзником. Мы бок о бок сражались во множестве войн.

- Таким он и был. - Сеймор улыбнулся. - Я очень скучаю по нему. Его смерть была тяжелым ударом для всех нас, - его голос действительно надломился.

Я поднял бровь, глядя на Эмануэля.

Эмануэль вздрогнул.

- Я уверен, что так оно и было, - ответил король Альберт. - Последняя формальность в этом деле, а затем мы сможем перейти к следующему. Есть ли кто-нибудь из Итана, кто хотел бы заявить права на его жизнь?

Я посмотрел на Эмануэля. Он закрыл глаза.

- Что это значит?

- Ты должен быть из Итана, Блейк.

- Елена прожила там четыре месяца.

Эмануэль прищурился и крепко задумался.

- Это сработает. Ты - ее дракон. Просто изложи свое дело, используя то имя, которое использовала она. Закон дракона серьезнее, чем закон Бориша.

- Позови Энни, если это не сработает, - прошипел я.

- Я займусь этим. - Эмануэль ушел.

- В таком случае, добро пожаловать...

- Не так быстро, мой король, - сказал я сзади и шагнул вперед.

- Блейк? - спросил король.

Сеймор и его адвокат обернулись, чтобы посмотреть на меня.

- Я хотел бы сказать несколько слов от имени человека, который не может присутствовать на этом процессе. - Я огляделся по сторонам. - Честно говоря, на этом слушании, похоже, пропало много людей.

Камеры вспыхивали как сумасшедшие, так как все они знали, кого я представляю. Они знали ее историю.

- В смысле? - спросил король. - Ради кого ты здесь, Блейк?

- Ради того, кто жил в Итане.

- Почему этот человек не может присутствовать на этом процессе? Он мертв?

- Нет, он просто спит. - Я посмотрел на короля. Он понял, о чем я говорил.

- Говори, - выдохнул он, и его адамово яблоко дернулось.

Появились сообщения и опасения, особенно со стороны СМИ.

Король Альберт выступил перед прессой, но сейчас был в полной боевой готовности.

- Это мое право предъявить претензии этому человеку и трем его друзьям.

- Блейк, ты не можешь заявлять здесь о своих правах. Это скучное испытание. Ты должен быть из Итана. Жить там. Ты должен был пройти через то, через что прошли они, чтобы сделать это, - напомнил мне король.

- Я понимаю эту часть. Но Драконий закон имеет полную силу, и я заявляю о своих правах.

Король застыл, его взгляд продолжал блуждать от меня к преступникам.

- Ты здесь по поручению твоего всадника?

- Как, по-твоему, мы нашли способ попасть в Итан, мой король?

- Твой отец сказал мне, что это была Елена, наша кровь. - Его голос дрогнул.

- Возможно, я и не прошел через то, что пришлось пережить народу Итана, но принцесса прошла.

Вздохи наполнили воздух тех, кто не знал, что принцесса находится в Итане.

Король замолчал, просто уставившись на Сеймора.

- Что?

- Она исчезла на четыре месяца, и я не мог ее найти. Принцесса была в Итане. Она прошла мимо лиан, не подозревая об этом, так как была в другом душевном состоянии и чуть не умерла, когда нашла дорогу обратно. И снова она была не в своем уме. Она не могла вспомнить лианы, которые позволили ей пройти.

- Почему она была в таком состоянии духа?

- В первый раз она подумала, что убила меня. Это была моя вина, а не ее. Во второй раз… - Я посмотрел на короля. - На нее жестоко напала группа мужчин, которые оставили ее умирать.

Король Альберт застыл, когда его глаза стали еще зеленее.

- Что?

- Я уверяю тебя, что Сеймор был одним из этих преступников.

- Мой король, мой клиент не знаком с принцессой. Этот молодой человек, должно быть, явно ошибается, - сказал их адвокат. Он был старше их и кругленький, особенно в районе талии.

Король посмотрел на него сверху вниз.

- Этот молодой человек - Рубикон и дракон моей дочери. Я определенно хотел бы услышать, откуда он знает об этом. Блейк, какие у тебя есть доказательства?

- Штрих-код на запястье вашей дочери плюс тот факт, что я могу видеть ее сны. Когда она нашла меня, я продолжал видеть его лицо, называющего ее своей маленькой птичкой. - Я указал на Сеймора.

- Это нелепо, - тихо проговорил Сеймор.

- Я не лжец, но, может быть, тебе стоит сказать своему королю правду. Сеймор, как на самом деле умер твой отец?

Сеймор посмотрел на меня, и его глаз дернулся.

- Он погиб в засаде.

- Кто устроил эту засаду и каков был мотив?

- Я не знаю, - пробормотал он.

- Перестань врать, - усмехнулся я ему.

- Мой клиент уже ответил на эти вопросы, мой король.

Я прервал адвоката.

- Все это было ложью. Я говорю правду. Я каждую ночь переживал ее кошмары, вызванные им, Уильямом Хендерсоном, Патриком Мэллоем и лордом Свенсоном.

Головы всей толпы повернулись к адвокату.

- Я не знаю, откуда вы знаете мое имя, но обещаю вам, что я не имею к этому никакого отношения.

Значит, он был четвертым ублюдком.

- Приятно с вами познакомиться. Ты ей никогда не снился, но теперь я знаю, как ты выглядишь, о, и другие доказательства. - Я постучал себя по носу. - Их запах. Он присутствует в этой комнате прямо сейчас.

- Блейк, их запах? - спросил король Альберт.

- Я на десятую Коронохвост. Я узнал это от тех двоих, которые нашли ее, полузамерзшую, оставленную умирать. Я могу показать тебе то, что они показали мне, но ни один отец не должен этого видеть.

- Мы не знаем принцессу, - повторил адвокат.

- Может быть, не по ее настоящему имени. Раньше она называла себя Элли. И если бы она не спала, то была бы здесь, чтобы напомнить им, кто она и что она.

Они застыли на несколько секунд, а затем быстро овладели языком своего тела. Я посмотрел на короля Альберта, и он это увидел. Его ноздри раздулись.

- Я могу поручиться за заявление моего кузена, - сказала Энни сзади.

Она шла рядом с Эмануэлем и не смотрела ни на одного из них.

- Принцесса пробыла в Итане четыре месяца. Август нашел ее рядом с лианами и привез на ферму. То, что сказал мой кузен, - правда. Я думала, она умерла в ту ночь.

- Какую ночь? - Король хотел знать. В конце его голос пропадал.

Он начинал злиться. Мне нужен был его гнев, чтобы он вынес решение.

- В ту ночь, когда он убил своего отца, - она указала на Сеймора, и судебный процесс пошел вразнос.

- Говори, - громко произнес король, ударив молотком, и посмотрел на Энни. - Он убил своего собственного отца?

- Да, мой король. В то время я жила в заведении лорда Крептона. Я работала там горничной. Элли была непреклонна в этом и не согласилась бы на меньшее. Они отвели ей роль его любовницы. Но лорд Крептон никогда не прикасался к ней из-за своей любви к представителям того же пола. У него был любовник, о котором он не хотел, чтобы кто-нибудь знал. Она была просто его прикрытием, и он защищал ее в ответ. Но его сын совсем не похож на своего отца, мой король.

Шепот и ворчание наполнили зал суда после откровения Энни.

- Он выслеживал ее, и чем больше отец говорил ему отступить, тем больше он хотел ее, пока не сломался и не убил своего собственного отца самым ужасным способом. - Она кричала, перекрывая щебет и шок, исходящий от СМИ и членов семьи, ожидающих других судебных процессов.

Сеймор наклонился над столом и с силой хлопнул по его поверхности.

- Это гребаная ложь, ты, маленькая полукровка.

Свенсон удержал его.

- Порядок, - крикнул король Альберт, и Свенсон изо всех сил старался сдержать Сеймора, поскольку знал, что эти вспышки опасны не только для его клиента, но и для его собственной жизни.

- Я была там. Мы нашли Джеймса освежеванным, все еще живым, и поднятым на балкон. Затем с крыши посыпались стрелы и ранили лорда Крептона. Я сказала принцессе бежать и никому не доверять, и это был последний раз, когда я ее видела. Тогда я не знала, кто она такая. Она не была похожа ни на кого другого, кого я когда-либо встречала. И такие женщины, как она, подобны свежему глотку воздуха для таких мужчин, как эти, мой король. - Она посмотрела на Сеймора. - Я думала, что она умерла, но на следующее утро трое преступников пропали без вести.

- Трое, сколько человек напало на нее? - Король терял самообладание.

- Напали - это доброе слово для того, что они сделали, - уверенно сказала Энни.

Король наконец понял, что они сделали с Еленой.

- Семеро, мой король, - ответил я. - Мой огонь пришел вместе с последними тремя, и она сожгла их заживо. Отсюда и ее душевное состояние, когда она во второй раз пробиралась сквозь лианы.

Он кивнул Энни, чтобы та продолжала.

- Сеймор и Билли схватили меня, чтобы выяснить, где Элли и остальные трое. Я не знала. Они прижгли меня железом.

Король Альберт посмотрел на нее мягким, печальным взглядом.

- Где они тебя жгли?

Она постучала себя по глазу, и король нахмурился.

- Ваше величество, при всем моем уважении, вы можете ясно видеть, что эта история не является правдой.

Король Альберт поднял руку и посмотрел на Энни, ожидая объяснений.

- Я знаю, что больше не ношу метку с собой, но это из-за моего кузена. Он сотворил заклинание трансформации, когда впервые обнаружил, что это я. - Ее голос дрогнул. - Взял ожог на себя и исцелился через несколько дней.

Король Альберт посмотрел на меня.

- Она - дракон.

- Причина для заклинания трансформации. Я не могу исцелять драконов. И я уже много раз пытался связаться с твоей дочерью. Это не работает.

- Он исцелил меня таким же образом, мой король, - сказал Эмануэль. - Моя чешуя сгорела, так как я не мог угнаться за ним, и я разбился. Все мое левое крыло было в беспорядке. На следующее утро, когда я проснулся, мое крыло было исцелено, а крыло Рубикона обожжено. Через несколько дней он выздоровел. Я видел это своими собственными глазами.

Король Альберт кивнул и снова посмотрел на Энни.

- Они обожгли тебя, и что случилось?

- Они оставили меня умирать после того, как надругались надо мной. Я подобралась поближе к фермам, и Чарльз забрал меня обратно и вернул мне здоровье. Я чуть не умерла.

- Почему, на этом процессе присутствует только она, - сказал я. - Видишь ли, это рецепт. Кого бы они ни отметили, они заботятся о том, чтобы потом тот не выжил.

Король замолчал.

- Мой король. Эти люди, склонные к птицеводству, никогда не изменят своего образа жизни. Я знаю, потому что я сказал Богу, что он спрячет их от меня, если в них есть хоть капля раскаяния. И вот мы здесь. Я дал принцессе свою клятву.

Щебет и перешептывания СМИ вышли из-под контроля, и я заговорил громче:

- И закон дракона всегда имеет большее значение, чем любой другой закон в мире. Может, я и не вырос на процессе Бориша, но я знаю драконий закон!

Король кивнул, и вид у него был такой, словно его вот-вот стошнит.

Адвокат заговорил снова:

- Мой король, если бы я мог кое-что сказать…

- Я услышал от тебя достаточно. Я не могу быть судьей на этом процессе.

- Мой король, пожалуйста, - взмолился я.

- Я отложу рассмотрение дела до трех часов дня сегодня.

Он кивнул охранникам, и затем они увели четверых, чьи имена я назвал.

- Калеб. Он будет судить справедливо, Блейк, - сказал Эмануэль.

- Ты этого не знаешь.

Это вывело меня из себя, и мне захотелось высказать Альберту все, что я думаю. Он никогда не был рядом со своей дочерью из-за лиан, и теперь, когда она нуждалась в нем больше всего, его все еще не было рядом.

Я замер, услышав шум, который происходил в его кабинете.

Крики срывались с его губ, и мой отец пытался успокоить его.

- Это процесс Бориша, Блейк. - Голос Эмануэля раздался у меня за спиной. - Я забыл, что это против правил - быть судьей, когда истцом является кто-то близкий. Я знаю, ты слышишь, что там происходит. Дело не в том, что он не хотел выносить им приговор. Они могли бы выйти на свободу, если бы он это сделал.

До меня наконец дошло, о чем он говорил.

- Поверь мне, когда я говорю, что Калеб - твой лучший выбор из-за прошлого. Он никогда не уделял Елене ни грамма своего времени. Или тебе. Он справедлив.

Мой гнев и дурное настроение отступили.

- Итак, мы возвращаемся в три часа.

- Я постараюсь получить больше свидетельских показаний. Чарльз должен быть здесь.

- Почему его нет?

- Не знаю.

- Выясни.

Он кивнул и ушел.

Я изменил свой курс и вернулся в комнату Елены.

Энни уже ждала в комнате. Она встала и, заливаясь слезами, направилась ко мне.

- Я горжусь тобой, Анук.

- Мне на них насрать, Блейк. Я забочусь о тебе.

- Знаю, но я не святой, Энни. Поверь мне, я натворил в своей жизни много гадостей.

- Продолжай это повторять, приведи пример?

- Твоя мать тебе не говорила?

- Она сказала, что это в прошлом.

- Так и есть, но это часть меня, и так будет всегда. Я все еще тот Блейк, которым мне нужно было быть.

- Тогда расскажи мне, чтобы я знала, что с тобой все будет в порядке, пожалуйста?

- И что потом, ты уставишься на меня, как на чудовище, как на Уилла и Сеймора?

Ее лицо вытянулось, ноздри раздулись.

- Ты насиловал женщин!

- Нет, обычно я снимал с них трусики.

Она закрыла глаза, и ярость на ее лице растаяла.

- Поверь мне, я бы не подумала, что ты - чудовище.

- Ладно, это было плохо, Энни, порочно.

- Я выросла в Итане, Блейк. Поверь мне, мое плохое и твое зло - совершенно разные вещи.

Я кивнул, и мы поудобнее устроились на кровати, прямо рядом с Еленой.

Я рассказал ей все о своей жизни, когда наступила тьма, и я не упустил ни единой детали.

Стук в дверь прервал мой рассказ, и вошел Эмануэль.

- Сейчас половина третьего. Я нашел Чарльза. Он сказал, что получил неверную информацию о Сейморе и следе Билли. Он не знал, что процесс сегодня, но сейчас он здесь.

- Думаешь, за этим стоял Сеймор?

- Легко, поскольку он знал, что фермеры - единственные, кто может свидетельствовать против него.

Я встал, и Энни схватила меня за руку.

- Мы еще не закончили этот разговор, Блейк?

Я кивнул, и, к моему удивлению, она пошла со мной.

Она взяла меня под руку и просто положила голову мне на бицепс, пока мы шли.

Она все еще чувствовала себя со мной в безопасности, что говорило мне о том, что она очень похожа на Елену. Каким бы плохим ни было мое дерьмо, она никогда меня не оттолкнет.

~29~

Когда мы вошли в здание, где проходил судебный процесс, король Альберт и мой отец сидели рядом с представителями прессы. Мы с Эмануэлем подошли к ним и сели рядом. Энни нашла Чарльза, Маркуса, Люка и Оливию. Они все были здесь, чтобы дать показания от имени Максин и Ники. Джесс здесь не было.

- Здесь много людей, которые могут свидетельствовать против них, - прошептал я за спиной отца.

Он медленно повернул голову ко мне.

- Где они были сегодня утром?

- Чарльз сказал, что, по словам Эмануэля, им предоставили неверную информацию, когда должен был состояться его розыск.

- Ну, теперь он здесь.

Затем король Альберт встал.

- Ал, - заговорил мой отец, но он проигнорировал его. Король все еще ходил, опираясь на трость, но он становился сильнее.

Журналисты следили за ним своими камерами, когда он подошел к Чарльзу и его семье.

- Мой король. - Чарльз встал перед королем Альбертом.

Король Альберт покачал головой и положил руку ему на плечо.

- От всего сердца я благодарю тебя за доброту, которую ты проявил к моей дочери. - Слеза скатилась по его щеке, когда он заговорил с Чарльзом.

Чарльз улыбнулся и покачал головой.

- Было легко проявить к ней такую доброту. Она порядочная леди и унаследовала боевой дух своих родителей, а также их сострадание.

Король улыбнулся.

- Мы должны добиться для нее справедливости. Знаю, что судебные процессы Бориша - это неправильный способ разобраться во всем...

- Не надо. Я вырос, слушая истории об этих тропах, но я рад, что смог дожить до того, чтобы увидеть их своими глазами. Это был правильный выбор в ходе судебного разбирательства. Им это с рук не сойдет. Слишком много людей сейчас здесь, чтобы свидетельствовать, мой король. Элли мне как внучка, часть моей семьи, и я буду дорожить ею и бороться за восстановление ее чести любым доступным мне способом. Мой сын Маркус и друзья с фермы, - он указал на Люка, Маркуса и Оливию, которые склонили головы и с любовью пожали руку короля, - будут свидетельствовать правду.

- Я ценю это.

- Как у нее дела, мой король? - спросила Оливия.

- Зовите меня Альберт. Вы говорите, что Елена вам как член семьи, значит, вы и есть семья. Здесь не место «моему королю», - сказал он, и они захихикали. - Она все еще спит, но выздоравливает, что является важным признаком.

- Мы рады это слышать, - с любовью сказал Чарльз.

Он предложил королю Альберту стул, и отец вздохнул.

Я усмехнулся.

- С королем все будет в порядке, папа.

- Да, иногда я гадаю, действительно ли я ему еще нужен.

- Ты что, издеваешься надо мной? Конечно, нужен. Сейчас, больше, чем когда-либо.

Он коснулся моей руки, лежащей у него на плече, и дважды похлопал по ней.

Вошли охранники, и у них появился новый представитель.

- Как, черт возьми? - прошептал я.

- Это принцесса, Блейк. Эти расходы высоки. И это Рубикон, который дал свою клятву. Этот судебный процесс немного отличается от всех остальных.

Я кивнул.

- Закон Дракона на твоей стороне, что бы ни случилось. - Мой отец говорил по-латыни, и я понял, о чем он говорил. Но на этот раз я хотел бы придерживаться справедливости и не делать ничего за ее спиной.

Теперь перед судом предстал не только Сеймор, но и Уильям Хендерсон, мой кузен, и двое других, чьи имена я назвал.

Мой взгляд встретился с взглядом Билли, и он нахмурился, глядя на меня.

Да, я больше не был тем жалким маленьким дракончиком, с которого ты срывал чешую. На самом деле, он бы описался, если бы я превратился в дракона. Он отвел взгляд, и мои глаза дернулись.

- Кто это, черт возьми, такой? - спросил его Сеймор.

- Мой кузен?

Левая бровь Сеймора изогнулась.

- Он - член семьи?

- Да, но поверь мне, ему насрать на кровь. Ему и его отцу.

Взгляд моего отца метнулся к Билли. Это была чудовищная ложь, поскольку папа много раз пытался уговорить сестру оставить своего всадника - даже взял Билли к себе.

Билли увидел, как нахмурился мой отец, и папа постучал себя по уху. Билли отвел взгляд.

Сеймор посмотрел на Билли сверху вниз.

- Что?

- Просто заткнись. Я и забыл, что у драконов обостренный слух.

- Это его ты видел в тот день?

Билли кивнул в ответ на вопрос Сеймора.

- Я должен был поверить тебе.

Он фыркнул.

- Да, тебе следовало это сделать. - Он откинулся на спинку стула. И вот, наконец, прибыл король Калеб с несколькими своими стражниками.

Он занял место за судейским столом.

- Судебное заседание Бориша по делу возобновляется. Мы объединяем регистры NUBER 5437, 5438 и 5349. Преступниками являются Сеймор Крептон, Уильям Хендерсон, Патрик Малой и Манфред Свенсон, которые продолжают действовать с сегодняшнего утра. Истцом является. - Он замер, и взгляд его глаз встретился с моим. - Блейк Лиф, Рубикон.

- Ваша честь, Рубикон вырос не в Итане, и при всем моем уважении, он не может предъявлять претензии в этом судебном процессе.

- Тогда я подам иск на это судебное разбирательство, мой король. - Чарльз встал.

- А ты кто такой?

- Меня зовут Чарльз Бенсон. Я был главой, управляющим фермами. Мне есть о чем поговорить с этими четырьмя молодыми людьми. Они причинили вред не только Элли и Анук. Обе были мне как внучки. Из-за этих людей у меня почти никого не осталось в живых.

- Я понимаю, но здесь сказано, что это было частью их закона.

- Их закон - насиловать и убивать, мой король? Оскорблять их ряды и не проявлять милосердия? Моей единственной внучке едва исполнилось восемнадцать, когда они забрали ее; другая умерла при родах.

Адвокат возразил:

- Мой король, при всем моем уважении, это не мои клиенты стали причиной ее смерти.

- Нет, но они причинили много вреда Анук и Элли. Вреда, по поводу которого, я даже не думаю, что они испытывают какие-либо угрызения совести, - перебил Чарльз.

Король Калеб нахмурился, роясь в бумагах.

- Почему вас не было здесь сегодня утром?

- Потому что я получил неправильное время, когда должен был состояться их судебный процесс.

- Понимаю, - сказал Калеб и вздохнул. - Я не знаю, знает ли кто-нибудь из вас, насколько серьезны эти обвинения. Тот факт, что одним из истцов является принцесса, делает этот процесс еще в десять раз более трудным для доказательства вашей невиновности.

- Ваша честь, согласно закону Бориша, те, кто не присутствует, не могут привлекать к ответственности.

- Но здесь вы имеете дело не только с законом Бориша. У него есть подзаконные акты. Если вы можете, откройте сорок пятую страницу. Это поправка была добавлена давным-давно королем Александром, согласно которой, если присутствует дракон истца, дракон может заменить истца. Закон Дракона есть и всегда будет выше любого другого закона, и во всех судебных процессах всегда есть оговорка, независимо от того, насколько стар акт.

Представитель закрыл глаза и еще больше откинулся на спинку стула, теребя свой галстук.

- А Рубикон - дракон принцессы, - продолжил Калеб. - Не только ее дракон, но и ее дент. Дракон дал клятву, которая превращает это в совершенно новую тропу. Не думаю, что вы понимаете всю серьезность.

- Закон Бориша гласит, что истцами могут быть только люди, выросшие в Итане. Я сожалею о том, что случилось с принцессой...

- Прости, - прошептал я. - Это полный пиздец, пап.

- Тсс, он действительно хорошо подготовился к этому, сынок.

- Они собираются идти пешком?

- Я в этом сомневаюсь. Твоя кузина жила в Итане, и она тоже является истцом. Возможно, мы и не сможем привлечь их к делу принцессы, но они не могут обойти стороной Анук.

Я посмотрел на кузину, сидевшую рядом с Маркусом и Чарльзом. Они были ее семьей так долго.

Я надеялся, что она наберется храбрости и займет свою позицию.

- Принцесса - не единственный истец в этом деле, - сказал Калеб. - У нас есть кое-кто, выросший в Итане, кто подал жалобу на вас четверых.

- Анук Лонгвей. Солнечный Взрыв сказала, что они напали на нее. Этому нет никаких доказательств, мой король. - Адвокат нанес ответный удар.

- Судебный процесс Бориша рассматривает каждую жалобу, советник, с указанными доказательствами или без них. Это не похоже на обычное судебное разбирательство, - ответил Калеб. - И, следовательно, у нее было время сказать свою правду, а также новым истцам.

- Я не получал служебных записок от новых истцов.

- Опять же, это судебный процесс по делу Бориша. Вам не нужно сообщать об этих истцах, советник.

Мои губы мягко дернулись, так как он не был настолько готов.

- Первый истец, Анук Лонгвей. - Калеб не выказал никаких эмоций.

Констанс ворвалась в судебную комнату, подошла к Анук, обняла ее и поцеловала.

- Просто говори правду, милая. Это все, что тебе нужно сделать.

Она кивнула, а затем подошла к кабинке для свидетелей.

- Из-за серьезности этого дела я вношу поправку об истине Говендера. Это на сто второй странице.

Папа улыбнулся.

- Что, черт возьми, такое правительственная поправка к истине?

- Сыворотка правды, Блейк. Каждый, кто дает показания, должен выпить ее. Они не могут лгать.

Я посмотрел на советника, просматривающего сто вторую страницу своего руководства, и поговорил с четырьмя людьми, которых он представлял. Он заговорил мягко и сказал им, что им придется выпить сыворотку правды. Выражение их лиц говорило само за себя. Они облажались.

Анук выглядела ошеломленной. Она не знала, что это было.

Король Калеб кивнул, они подло обошлись с Анук.

- Выпей. Это сыворотка правды. Тебе не будет больно, если ты скажешь правду. - Я прошептал ей это на ухо, и она кивнула. Она сломала печать и выпила содержимое.

Охранник проверил ее рот, чтобы убедиться, что она проглотила содержимое.

Калеб выиграл время, чтобы сыворотка подействовала, прежде чем задавать вопросы.

- Я могу только представить, как тяжело тебе, должно быть, быть частью этого скучного судебного процесса, - сказал Калеб, поддерживая светскую беседу.

- Мой отец был генералом. Я слышала этот термин несколько раз. Раньше он называл это процессом Бориша.

Констанс хихикнула и с любовью улыбнулась Анук.

- Но это совершенно другое - оказаться в одном из них.

- Как ты себя чувствуешь, нет ли головокружения, тошноты? - спросил он, и она покачала головой.

- Объясни мне, как обстояли дела в Итане, когда лианы поглотили нашу столицу?

Она рассказала им по-своему, как она это пережила. Она все еще была драконом и еще не приняла свой человеческий облик. Ее матери с ними не было, и она испугалась, когда отец наконец сказал ей, что им нужно спрятаться. Она рассказала о том, как через несколько дней все закрылось. Долгое время они жили во тьме, пока магия все не изменила, и им, по сути, пришлось платить за это так, как посчитал нужным король виверн.

Папа вздохнул, когда я только слушал историю Анук.

- Мне было восемь, когда они нашли моего отца, и они устроили ему и нескольким другим драконам, которые были с ним, публичную казнь, потому что те не хотели преклонять колени. Он много раз пытался освободить короля Альберта. С тех пор они переводили меня из одного заведения в другое. Чем старше я становилась, тем хуже становилось, и примерно в шестнадцать лет я впервые встретила Уильяма. Я помнила его как кузена моего кузена, но он почти не проявлял сострадания, даже будучи маленьким мальчиком. Было ошибкой предполагать, что он научился состраданию, когда лианы поглотили Итан.

Она рассказала присутствующим, как он притворился ее другом и причинил ей самую сильную боль, душевную и физическую. В конце концов, они вышвырнули ее, и она бродила несколько дней. Ее каким-то образом нашли фермеры, где она познакомилась с Чарльзом и его семьей, Бенсонами. У них не было штрих-кодов, как у остальных, потому что их земли были жизненно важны для выживания Итана. Она снова обрела надежду, но все еще была сломлена.

Констанс смахнула несколько слезинок и просто крепко сжала руку Оливии.

- Когда вы познакомились с принцессой?

- Я не знала, что она принцесса. Август, внук Чарльза, нашел ее, когда уходил по поручению.

Анук начала рассказывать нам эту историю. Как близко Елена была к лианам, когда Август нашел ее.

Он спрятал ее в сарае на несколько дней, пытался ухаживать за ней. Они не знали, что с ней не так. Елена спала несколько дней. Тогда Август рассказал о ней своей семье, и Чарльз сказал, что лучше оставить ее в сарае. Она могла быть ранена, и ее с самого начала не следовало перевозить.

- Она выглядела по-другому, когда проснулась. В ее одежде было мало смысла, но никто из нас не усомнился в этом. - Анук вертела в руках салфетку. - Она дала нам имя Элли и просто сказала, что потеряла своего дракона.

Я слушал, как Энни объясняла, как Елена сказала им, что она была частью дента.

- Она была не похожа на тех людей, которых я знаю. Элли была храброй и умной. Она проявляла мужество в очень стрессовых ситуациях. Доброта, которую я видела только у фермеров, и столько силы, о существовании которой я и не подозревала. Я знала, что в конце концов они сломают ее.

- Расскажи мне о том, как вы с Элли связались с преступниками?

Она заново пережила эту историю и все рассказала королю Калебу. Как они прятались, и что виверна Уильяма, Пенелопа, вынюхала их.

Они схватили Энни и Елену вместе. Елена боролась изо всех сил, что у нее были. Она ударила Сеймора, за что получила от него затрещину, но никогда не сдавалась.

Я впился взглядом в Сеймора, который просто впился взглядом в Энни. Отец толкнул меня, и мой взгляд потускнел.

Затем она рассказала ту же историю, что рассказала королю Альберту сегодня утром. Как они отвезли их в заведение лорда Крептона, который был отцом Сеймора, и все, что произошло во время их пребывания.

- Он убил своего собственного отца? - спросил Калеб.

- Да, я видела это своими собственными глазами. Вот как сильно Сеймор хотел Элли. Я знала, что она в опасности, и сказала ей бежать и никому не доверять. Это был последний раз, когда я видела ее. - Глаза Энни наполнились слезами. - Я думала, что она мертва, потому что на следующее утро трое друзей из группы Сеймора исчезли. Они не смогли их найти, и я услышала из их разговоров, что они не смогли найти тело Элли. - Она вытерла слезы. - Это было тогда, когда они схватили меня и потребовали ответов. Они причинили мне сильную боль. - Ее нижняя губа задрожала. - Прижгли мне раскаленным железом глаз. Оставили меня умирать, а когда я проснулась, мне захотелось домой, так что... - ее подбородок задрожал, когда она закрыла глаза, и слезы потекли по ее щекам.

Мои слезы грозили пролиться.

Ее слова были подобны бензину, подливаемому в огонь.

Охранник протянул ей новую салфетку, и она взяла ее и вытерла глаза, сделала глоток воды, чтобы прийти в себя.

Я гордился ею за то, что она стояла перед монстрами, которые сделали это с ней. Она правдиво рассказала о тех событиях.

- Я нашла дорогу обратно на фермы, и Люк нашел меня, когда выполнял свои еженедельные поручения. Чарльз вернул мне здоровье. Нелегко было примириться с моей деформацией. Несколько месяцев спустя Элли появилась снова, с кем-то, похожим на Уильяма. Я не знала, что это был мой кузен, и тогда он сказал нам, кто он такой. - Она снова взорвалась. - Простите. Я уже давно не испытывала такого счастья.

Слезы застилали мне глаза, когда я слышал, что она на самом деле чувствовала в тот день.

Она посмотрела на меня.

- Он сотворил заклинание трансформации, когда увидел мой глаз, и исцелил себя в течение следующих нескольких дней. Вот почему у меня больше нет этого шрама.

Я улыбнулся ей. Она ни разу не вскрикнула от боли, а это означало, что все, что слетало с ее губ, было правдой.

- Вместе с ним пришло много надежд. Это было тогда, когда он обнаружил, что король Альберт тоже все еще жив. Я могу с легкостью засвидетельствовать, что мой кузен мог видеть ее сны. Он много раз подпрыгивал во время их пребывания на ферме, умоляя меня разбудить ее. Так что, если он говорит, что увидел в них Сеймора, я ему верю. Мне тоже снились кошмары. В конце концов они прошли вместе с восстановлением.

Она говорила еще немного, а затем, наконец, сошла со свидетельской трибуны.

Констанс обняла ее, то же самое сделали Чарльз и Люк, когда она села.

Следующим был Чарльз, и он выпил сыворотку, назвал свое имя и сел в кабинку для свидетелей.

Король тоже задал Люку много вопросов. Старик проливал слезы по всем женщинам из потерянных семей. Он закончил свой рассказ тем, как Сеймор и Уильям забрали Максин и Ники, когда те пришли.

Он засвидетельствовал, что был свидетелем того, что я сделал для Анук. Она была изуродована. Ее левый глаз был ужасно обожжен, и потребовалось время, чтобы он зажил. Он думал, что на каком-то этапе они потеряют ее из-за серьезности совершенного над нею надругательства. Констанс громко заплакала, и Оливия вывела ее из здания. Даже у короля Альберта были слезы на глазах, и он качал головой.

Четверо подсудимых просто фыркнули и даже не выглядели обеспокоенными причиненным ими ущербом. Сеймор, вероятно, планировал, что делать с Чарльзом после суда. Как я планировал, что сделаю с ним. Он был таким гребаным садистским придурком.

Наконец Чарльз ушел. Ни одна боль не поразила его тело во время этого свидетельства.

Оливия вернулась и засвидетельствовала похищение Ники, а Люк сделал то же самое с Максин. Две девушки не хотели быть здесь сегодня, потому что они все еще решали свои проблемы. Даже несмотря на то, что это сделали не они четверо. Они забрали их с фермы, что противоречило договору, который они подписали с Гораном.

Люк свидетельствовал о том, как они пытались поговорить с Гораном по поводу этих инцидентов, но он не хотел их видеть. Инциденты продолжали происходить, а они ничего не могли поделать.

- Подожди, ты подписал договор с Гораном? - спросил Калеб у Люка.

- Да, мой король. Тот, который уберег бы наши семьи и детей от беды за то, что они сделали с нашими землями. Вот почему у нас нет штрих-кодов. Мы также были свободны от посещения жатвы и праздников.

Калеб кивнул, когда, наконец, услышал всю историю целиком.

Люк закончил.

- Поскольку принцесса не может присутствовать здесь сегодня для дачи показаний, вступает в силу Драконий закон с сорок второй поправкой. Следующий свидетель - Блейк Лиф.

Я встал и подошел к свидетельской трибуне. Охранник дал мне пузырек, сломал печать и сунул его мне в рот - правда, Блейк, не больше и не меньше.

- Назови свое имя, пожалуйста, - сказал Калеб, и я посмотрел на него, но назвал свое полное имя и породу дракона, прежде чем сесть в кабинку для свидетелей.

Я смотрел на Сеймора и не сводил с него глаз.

- Ты дракон принцессы?

- Да, - сказал я, свирепо глядя на ублюдка.

Он тоже посмотрел прямо на меня, думая, что это была маленькая игра.

Калеб попросил меня многое уточнить, и, наконец, мы заговорили о возвращении Елены. Состояние, в котором они нашли ее, сны, которые я видел, я думал, что был частью того, что они с ней сделали. Я рассказал им обо всех ее снах. Я был настолько честен, насколько мог, и снова мое тело не болело.

- Блейк? - спросил Калеб, и мой взгляд оторвался от Сеймора, когда я посмотрела на него.

- Я знаю, ты злишься, - прошептал он так тихо, что я едва расслышал его. - Перестань пялиться на него.

- Я дал клятву при первом же удобном случае, что если в людях, которые сделали это с Еленой, есть хоть какое-то искупление, Бог скроет их от меня.

Калеб кивнул.

Все было кончено. А потом они пригласили одного врача, чтобы он засвидетельствовал состояние здоровья Елены, когда они привезли ее сюда. Доктор был последним свидетелем.

Сеймор встал, хотя адвокат советовал ему этого не делать.

- Я не сделал ничего плохого, - прошипел он, и мой отец слегка нахмурился. Так же поступил и король Калеб.

Неужели он действительно был таким наивным?

Я покачал головой.

- Это будет весело.

- Блейк?

- Он вырос без нашей магии, отец. Он увидит свою задницу.

- Ты действительно думаешь, что он настолько эгоистичен?

- Да, ты не видел ее снов. Сеймор думает, что он бог.

Отец фыркнул и откинулся на спинку стула, наблюдая за происходящим.

Сеймор выпил сыворотку, и охранник убедился, что он выпил ее, прежде чем занять свидетельское место, назвав свое имя.

Король Калеб рассказывал о том, как его отец давным-давно сражался с ними на войне. Он был отличным союзником.

Сеймор просто кивнул.

Калеб снова завел светскую беседу, задавая вопросы о Горане. Когда его восхищение Гораном проскользнуло наружу, Калеб понял, что сыворотка подействовала.

Затем он расспросил его об Элли.

- Я не знаю... - он согнулся пополам от боли.

- Сынок, ложь не поможет, - предупредил Калеб. - Сыворотка, которую ты выпил, - это сыворотка правды. Адвокат посоветовал не давать показаний, если не собираешься говорить правду.

Сеймор хрюкнул, как бык, так как вены на его шее, казалось, вот-вот лопнут.

- Прекрати это, сейчас же.

- Скажи правду, и это прекратится, - приказал Калеб. - Ты знаешь Элли?

- Да, - выплюнул он, и боль исчезла.

Он провел руками по волосам, так как пот задержался у него на лбу. Беспокойство просачивалось сквозь него.

Мне действительно нравилось видеть, как этот мудак страдает.

- Обвинения, выдвинутые в ваш адрес, являются правдой?

- Нет, - сказал он, но весь суд мог видеть, как он борется с болью.

Король Калеб тоже просто уставился на него. Сеймор был идиотом.

Отец усмехнулся.

- Говори правду, сынок. Боль никуда не денется.

Ноздри Сеймора раздулись, и, наконец, он вымученно произнес «да».

Все в зале суда зааплодировали.

- У меня больше нет вопросов, - сказал король Калеб. - Можешь уйти.

Остальные из них не пили сыворотку. Они увидели всю мощь этого и поняли, что им крышка.

Я посмотрел на часы. Уже почти подошло время ужина.

- Я знаю, вы думаете, что из-за того, что принцесса недоступна для этого испытания, оно не такое суровое, как вы думаете, - сказал Калеб и посмотрел на всех четверых. - Но ее дракон, который связан с ее разумом, видел то, через что она прошла. Как будто принцесса здесь, через него. Итак, вы четверо предстаете перед судом за следующее. Анук Лонгвей - за нападение, нанесение увечий и преднамеренное убийство. Во-вторых, террор фермеров, когда они заключили контракты, четко заявляющие, что им не причинят никакого вреда. Наконец, за нападение на принцессу и предварительное обдумывание ее убийства.

Журналисты зашептались, и Калеб посмотрел на них. Все замолчали, прежде чем он снова перевел взгляд на четверых преступников.

- Честно говоря, Пейя не заживет с такими людьми, как вы. Я знаю, что правило «око за око» отпало давным-давно. Я сам в это не верю, но я верю в справедливость и твердо верю в Закон Дракона. Была дана клятва, и не просто какая-то клятва, а клятва Альфы всех драконов. Суд Бориша мог бы подвести его в этом, но не Закон Дракона, который в данном случае является абсолютным. Я одобряю это заявление, и теперь вы во власти Альфы драконов.

В суде поднялся шум, и четверо истцов умоляли Калеба о пощаде, или это делал их представитель. Они удалили их из зала и поместили в темницу Итана.

Когда начался судебный процесс, СМИ рассказали королю Альберту об исходе и Энни, которая стояла рядом с ним.

Я попытался пройти, но тут король схватил меня за руку, заставив ответить на несколько вопросов.

- Что ты собираешься с ними делать? - спросил один репортер.

- Исправить ошибку, - просто сказал я. - После этого все будут знать, что никто и никогда больше не причинит вреда принцессе. И у тех, кто так думает, их мнение очень быстро изменится.

Мы все попрощались и вышли через другую дверь обратно во дворец. Я бросился в комнату Елены, чтобы проведать ее, и сказал ей, что мы наконец-то получили их. Она никогда больше их не увидит.

Раздался стук в дверь, и вошли король Альберт с моим отцом.

- Я перевожу их сюда, в подземелья. Что тебе нужно, Блейк?

Я посмотрел на него.

- Я не понимаю?

- Это будет быстрая смерть, или ты собираешься ее растянуть?

- Альберт, - голос моего отца звучал потрясенно.

- Он сказал прессе, что собирается отомстить, и что никто больше не причинит вреда моей дочери. - Он посмотрел на Елену.

- Четыре каменных стола с кандалами.

- Блейк! - взревел мой отец.

- Ты не смеешь учить меня? Ты бы сделал то же самое, если бы Горан был все еще жив. Они ничего для меня не значат, но они признаются в том, что сделали. Они расскажут мне, почему Елена была так важна для них.

- Это пытка!

- И что, по-твоему, они сделали с Еленой, папа, с Энни? Она чуть не умерла. Разве ты не слышал ни слова из того, что сказал Чарльз? Они не заслуживают быстрой смерти.

- На этот раз я согласен с Блейком в этом вопросе. Я хочу видеть, как они страдают так, как, по моему представлению, страдала моя дочь.

Отец покачал головой и ушел.

- Он стал мягкотелым, - сказал король Альберт.

- Нет, он сломался, когда подумал, что ты умер, и снова нашел применение, только когда узнал, кем была Елена. Ты должен был сказать ему, что она существует. Все было бы по-другому.

- Мне жаль, что я этого не сделал, Блейк. - Он вздохнул. - Ты не знал, как сильно я хотел этого, но Таня и твой отец.

- Да, я помню. Они никогда не сходились во взглядах.

Он кивнул.

- Тем не менее, он был твоим драконом, и поскольку ты прогнал его, они подумали, что это он предал тебя. Если бы не Гельмут, они бы никогда его не освободили.

Король Альберт закрыл глаза и глубоко вздохнул. Он открыл их и посмотрел на меня.

- Я не подумал. Мне очень жаль.

- Есть много вещей, о которых ты не подумал. Но это тоже в прошлом. Я хочу, чтобы ты исцелился, стал сильнее, стал королем, каким мы тебя знаем. Потому что это тот самый король, о котором мы рассказывали твоей дочери, и она отчаянно хочет познакомиться с тобой. Я не могу разочаровать ее в этом и не буду. - Слезы навернулись мне на глаза, а король просто уставился на меня. Я пытался убрать их силой воли, но они отказались уходить.

Улыбка тронула губы короля Альберта, поскольку молчание затянулось, а затем он кивнул.

- Она разделила с тобой это, - продолжил я.

- Что?

- Взгляд, которым ты одаривал людей, когда они тебя разочаровывали. Я вижу его каждый день с тех пор, как мы освободили Итан, когда смотрю на тебя, но я скорее увижу его на твоем лице, чем на лице твоей дочери. Так что делай то, что тебе нужно, чтобы снова обрести себя. - Я повернулся и вышел из ее комнаты. Ему нужно было стать королем, которым он всегда был.

~30~

ГЛАВА С ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕМ - ВЫСОКИЙ УРОВЕНЬ НАСИЛИЯ

Король Альберт позаботился о том, чтобы я получил то, что мне было нужно.

Честно говоря, не думал, что это продлится так долго, или будет так трудно вытянуть правду из Сеймора.

Энни была права. Он зашел так далеко, я иногда думал, что этот идиот слеп к тому, что я мог сделать.

Он отказывался ломаться.

Я не использовал приспособления для пыток, как это делали они, когда причиняли боль своим жертвам. Нет, я использовал свои способности. Я использовал их все, за исключением моего розового поцелуя.

Я оставил его для последнего акта.

Никто из них еще не умолял меня просто покончить с их жизнью, никто из них не признался.

Билли, казалось, собирался признаться в том дерьме, которое он натворил, но он плюнул мне в лицо, когда я подошел ближе. Остальные трое рассмеялись.

Я ударил его электрическим током своим прикосновением, но это тоже прошло.

Ночами я исцелял их израненные тела, и на следующий день все начиналось сначала.

Тело Елены тоже брало свое. Я ничего из этого не понимал. Неделю назад она выздоравливала, а теперь просто сдавалась. Это постоянно выводило меня из себя.

Я боролся со всеми вокруг, кто хотел, чтобы я отказался от нее, и с меня этого было достаточно.

Я ворвался в кабинет короля Альберта, когда он отправил сообщение моей тете. Он приказал мне отпустить его дочь. Ей нужно упокоиться с миром.

- Ты с ума сошел? - Мой голос звучал невменяемо, когда я навис над его столом. - Я скорее умру, чем отпущу твою дочь. Она, черт возьми, не мертва, - закричал я.

- Блейк, - вздохнул отец, в то время как король просто смотрел на меня.

- Нет. - На мои собственные глаза навернулись слезы. - Я говорил тебе, что произойдет, если Елена умрет. Ты потеряешь меня, потому что она - мой Дент. - Я снова поговорил с отцом Елены.

Король Альберт закрыл глаза.

- Я больше не могу видеть ее такой.

- Тогда держись подальше от ее комнаты, пожалуйста. Позволь мне сделать то, что мне нужно.

- Что? Блэйк. Что тебе нужно сделать, а? Ничто не вернет мою дочь обратно.

- Имей гребаную веру. Перестань слушать, о чем кричит ее тело всем подряд. И верь всем своим сердцем, что она проснется, - взревел я со страстью. Ему нужно было услышать меня. - Я могу помочь ей с моими сферами после того, как закончу с этими придурками. - Я указал в направлении подземелья.

Король Альберт посмотрел на моего отца.

Папа прищурился.

- Блейк, ты выяснил, на что способны твои сферы?

- Да. - У меня перехватило дыхание. - Мои сферы станут тем, для чего они мне понадобятся. Они мне помогут. Мне еще нужно кое-что найти, но, пожалуйста, я умоляю, не отказывайся от Елены. Она больше не тот маленький ребенок, который не может постоять за себя. Умоляю тебя. Она намного сильнее, чем ты думаешь.

Слезы навернулись на глаза короля Альберта, и одна из них скатилась по его щеке. Он вытер ее. Затем кивнул.

Я снова выбежал из комнаты и направился в комнату Елены, чтобы сказать тете, что я достучался до короля. Ему нужно было дать мне время. Я сделаю все возможное, чтобы заставить ее глаза открыться, и чтобы она снова могла нормально функционировать.

Две недели. Прошло две недели подряд, и время, проведенное вдали от Елены, снова окруженное тьмой, не пошло мне на пользу.

Я даже дал отцу Елены несколько часов здесь и там, чтобы он отомстил. Это не было правосудием. Это было неправильно, но каждый раз, когда я закрывал глаза, я видел тот лес, я видел пещеру, и тот ублюдок неуместно прикасался к ней.

Я не собирался сдаваться. Я хотел знать все.

Это натолкнуло меня на идею. Эти ублюдки могли справиться с болью, а я собирался найти ответы на свои вопросы. Я использую свое прикосновение Коронохвоста и не стану исцелять их сегодня вечером. Они должны сидеть с головной болью, пусть сходят с ума. Мне нужен был только один человек для признания. Если они увидят розовый поцелуй, это вселит в них страх. Я знал, что так и будет.

Я открыл стальную дверь, и солдат, охранявший ее, сделал перерыв.

Подземелье стало маленьким теперь, когда пространственное заклинание Горана ослабло. Я быстро сбежал вниз по лестнице.

Все четверо находились в своих камерах. Взмахнув рукой, мой телекинез распахнул их двери. Их кандалы упали, звякнув о цементный пол, прежде чем их тела вылетели наружу одно за другим. Я осторожно опустил их на каменные столы. Кожаные ремни обвили их лодыжки и запястья.

Это удерживало их на месте, как рассерженные водоросли.

Сеймор рассмеялся.

- Блейк, когда ты собираешься дать этому отдохнуть?

- О, я еще не показал тебе всех своих трюков, Маленькая Птичка.

Он терпеть не мог, когда я его так называл. Я не видел в нем ни птицу, ни маленького человечка.

Я хотел бы преобразиться, чтобы показать им еще один кошмар, но я бы разрушил это место.

- О, не могу дождаться, - передразнил Билли, и все четверо рассмеялись.

- Я тоже. - Я усмехнулся, глядя на них.

Я подошел к самому слабому из них, Свенсону. Этот чертов парень на самом деле терял вес здесь, внизу. Не то чтобы он умирал с голоду или что-то в этом роде. Король Альберт позаботился о том, чтобы они получали трехразовое питание каждый день.

Я насвистел мелодию, пододвинул один из ближайших валунов поближе к его каменному столу и сел у его изголовья.

- Что ты делаешь? - Я услышал легкую нотку страха в голосе Свенсона.

- Мы идем в веселое местечко, подальше от твоих приятелей-садистов. Мне не очень нравится это место, но Элль того стоит. Уверен, мы оба согласны с этим. - Слова, слетевшие с моих губ, были абсолютной тьмой, но в то же время я наслаждался каждой секундой.

Я закрыл глаза и представил себе свое пребывание в этой темной яме и направил его через свой дар. Это было не так нежно, как с Еленой. Я заставил тьму проникнуть в его разум, и он закричал от боли, когда я копался в его воспоминаниях. Это было так, как если бы я был там с этим ублюдком.

То, как он смотрел на Елену, когда она стояла рядом с Клайвом. Клайв выглядел садистом, подлым и бессердечным. Елена сказала, что это был всего лишь фасад.

Клайв помешал Свенсону дотронуться до Елены и напугать ее еще больше, и я увидел взгляд, который этот ублюдок бросил на Сеймора.

Я даже больше не слышал его криков.

Копнув глубже, я нашел ту ночь, когда ему позвонил Сеймор. Как Свенсон встретил их в лесу.

Мое сердце забилось быстрее, когда я оказался совсем рядом с ним.

Сеймор был на ней сверху. В ней все еще было столько борьбы, но она была вся в крови из разбитой губы.

Это заставило меня захотеть зарычать, захотеть разорвать этого ублюдка на части, и я ничего не мог с этим поделать.

Свенсон расстегнул брюки. А потом Сеймор снова ударил Елену.

Елена перестала сопротивляться, и мой взгляд переместился на дерево. Она сказала, что чувствовала себя так, словно она покинула тело и оказалась в безопасности на дереве. Ее там не было, так как это не было ее воспоминанием. Оно принадлежало Свенсону.

Мне пришлось наблюдать, как он насилует ее, и я крепко зажмурил глаза.

Я больше не хотел ничего видеть. Я и так был зол.

Я отпустил его разум.

От его криков у меня разрывались барабанные перепонки.

Билли закричал.

- Блейк, достаточно.

Патрик всхлипнул, а Сеймор рассмеялся. Свенсон дышал как бешеный бык, когда к нему наконец вернулось зрение.

- Думаю, мне не нужно слышать, как ты рассказываешь мне, что произошло той ночью. Я все видел. Тебе больше не нужно делать мне устных признаний, Свенсон.

Он задышал быстрее.

- Я видел, что ты сделал той ночью. Почему ты хотел кого-то, кто тебе не принадлежал, кто не принадлежал никому из вас? - прорычал я им всем.

Сеймор снова усмехнулся.

- Смейся над этим, Сеймор. Обещаю, ты будешь смеяться не последним.

Мой огонь вспыхнул.

- Ты хотел знать, что случилось с твоими приятелями в ту ночь? Это случилось. Мой огонь перешел к Елене, и она опалила их. Они превращаются в пепел, и ветер просто уносит их прочь, потому что они становятся ничем. - Я посмотрел на Сеймора.

- О-о-о, я так чертовски напуган, - театрально сказал он.

Я фыркнул.

- Может быть, пока и нет, но рано или поздно ты расколешься.

Я шагнул со своим огнем к Свенсону и уронил его ему на ногу.

Там не было пламени, потому что мой огонь не обжигал снаружи. Он горел изнутри.

Сначала все они рассмеялись, а потом Свенсон замолчал.

- Блейк, что ты с ним делаешь?

- Я покончил с ним, - ответил я Уильяму. - Точно так же, как я собираюсь очень скоро покончить со всеми вами.

Я развернулся и пошел обратно к лестнице, когда крики Свенсона огласили подземелье. Они всегда визжали, как свиньи. Я был рад, что Елена спала, так как не хотел, чтобы она это слышала. Их крики преследовали бы ее, и она, возможно, посмотрела бы на меня по-другому.

Я открыл дверь, папа стоял с королем Альбертом, ожидая с другой стороны.

- Блейк?

- Это мой огонь, папа. Просто потерпи. Он скоро остановится.

Король вошел внутрь. Он хотел увидеть это своими глазами, и отец попытался остановить его.

Я знал, как работает мой огонь. Я пользовался им много раз. От розового поцелуя не было лекарства.

Крики Свенсона, наконец, стали тише, и в конце концов он тоже превратился в ничто.

Я прислонился руками к стене, пытаясь выбросить ту ночь из головы. Мои плечи тихонько затряслись. Я чувствовал себя таким беспомощным.

Я мог понять, что чувствовал Джордж. Мне было знакомо это безнадежное чувство.

- Блейк, - отец рукой коснулся моего плеча. - Прекрати это.

- Ты не знаешь, что они с ней сделали, отец. Они заслуживают всего этого!

Он нахмурился, когда я вытер слезы.

- Ты меня немного пугаешь.

- Я бы хотел, чтобы они испугались. Что бы я ни делал, это их не ломает. Они не сознаются. Они слишком злые. - Я говорил так, словно эти слова были ядом.

- Ты больше не такой.

- Это я, отец. Вот кто я без Елены. Теперь ты понимаешь, почему она не может умереть?

Он кивнул.

- Я получу от них всех то, что мне было нужно, и тогда все будет сделано.

Я развернулся и пошел прочь. Мне нужно было принять душ, а потом хорошенько выспаться. Так будет в том случае, если воспоминания Свенсона позволят мне заснуть.

Я плакал той ночью, обнимая Елену. Я столько раз подводил ее. Особенно в ту ночь. Отец неправильно истолковал мой плач и подумал, что это из-за того, что тьма была для меня невыносимой. Это было из-за нее, я навсегда буду им, если она не проснется.

На следующий день я позавтракал, а затем снова спустился в подземелье. Охранник, должно быть, посадил их обратно в камеры, когда я вышел.

Я присвистнул, и этим утром никто из них не насмехался надо мной. Были ли они все еще здесь?

Я открыл их камеры своим телекинезом и снял с них кандалы. Я перенес их на столы и понял, что Сеймор не дышит. Этот ублюдок пытался найти легкий выход. Я оживил его своим электричеством, поскольку его тело все еще было теплым, и он закашлялся, когда его сердцебиение застучало у меня в ухе.

Сеймор сделал несколько глубоких вдохов, когда я присел перед ним на корточки, лежащем на полу.

Я схватила его за волосы.

- Ты не сбежишь от меня так быстро, Сеймор.

В его глазах читалось недоумение.

- Спасибо, - сказал он.

Я прищурился.

- Я не хочу умирать. Пожалуйста, сжалься.

Он что, издевался надо мной?

- Я не хочу умирать, - снова закричал он.

Он увидел черную лужу.

Это был мой ад. Это мог бы быть ад. Когда я вернулся к Елене, я весь был покрыт серой.

- Это неизбежно, Сеймор.

- Дай мне шанс все исправить, пожалуйста.

- У тебя было много шансов. Я дал свою драконью клятву.

Мой телекинез вернул его обратно на плиту. Он боялся того, что ждало его целую вечность. Он немного попробовал это на вкус.

Он заплакал, и это вселило страх в Билли и Патрика.

Я чувствовал себя бесполезным, зная, что это не из-за моих действий они сломались, а из-за срыва того ублюдка из-за чего-то другого, что он испытал, пытаясь найти легкий выход.

- Хватит! - закричал я. - Отвечай на мои вопросы. Может быть, этого будет достаточно, чтобы искупить вину.

Он шмыгнул носом и кивнул.

- Хорошо, что ты хочешь знать?

- Почему Елена?

- Я не знаю. Я просто хотел ее, а я всегда получаю то, что хочу.

- Она не хотела тебя.

- Это не имело значения, - выплюнул он. - Мне нужна помощь, ладно.

- Не играй со мной в эту игру. В этом мире есть много людей, у которых такие же садистские наклонности, как у тебя, и все же они пытаются, Сеймор. Ты даже не пытался. Ты убил своего отца.

- Знаю. - Из него вырвалось плаксивое рыдание. - Ты не знаешь его так, как я.

- И все же, он проявил к Елене доброту.

Он рассмеялся.

- Ты действительно думаешь, что он проявил к ней доброту?

- Она сказала мне это. Она бы не стала мне лгать.

- Может быть, она просто не хотела говорить тебе правду.

Я усмехнулся.

- Это не способ искупить свою вину, Сеймор. Ты все еще лжешь. Ты все еще обманываешь. Ты возвращаешься туда, откуда я тебя вытащил, и знаешь, что этого может быть достаточно, чтобы утолить мою жажду.

Я подошел к нему.

- Нет, нет, пожалуйста. Пожалуйста. Я умоляю тебя. Только не в это место, пожалуйста.

- К сожалению, мое время истекло. Может, я и не тот, кто сломает тебя, но что-то подсказывает мне, что твои мучения только начинаются.

Мой огонь разгорелся, и Сеймор умолял, как ребенок.

Я дотронулся до его головы, и боль, наконец, пронзила его тело.

Я сделал то же самое с Уильямом и Патриком, ни о чем их не спросив, и вышел. Пришло время найти сферы. Пора оставить прошлое позади и вернуть Елену оттуда, где, черт возьми, она была. Я знал, что она была с Люцианом. Она должна была быть там.

~31~

Сегодня был самый тяжелый день во всей моей жизни.

Мне пришлось наблюдать, как Констанс выключила аппарат, так как больше ничего не работало.

Она наложила на нее заклятие, чтобы она оставалась замороженной, и я сам добавил заклинание.

Она просто спала. Я продолжал твердить себе это. Если бы она обнималась с Люцианом в загробной жизни, то скоро увидела бы меня. Я бы не стал убивать себя. Я просто собирался использовать сферы для входа туда, где бы она ни была. Если бы с ней был какой-нибудь принц, я бы надрал ему задницу и напомнил ей, что она не могла бросить меня, только не так.

Мне было все равно, насколько она была счастлива. Умирать было легко. Жизнь была более требовательной, и она должна была жить.

Я дам ей силу духа, чтобы она вернула свою задницу сюда. Даже если это будет моим последним заданием. Пейя нуждалась в ней больше, чем они нуждались во мне, и для меня было бы честью отдать свою жизнь за нее, чтобы совершить этот обмен.

- Блейк, - окликнула меня тетя.

- Ты дала мне свою клятву, Констанс. Ты должна сделать все, что в твоих силах, чтобы не позволить ему действовать за моей спиной и похоронить ее.

Она кивнула и просто уставилась на фигуру Елены.

Теперь Елена была похожа на Спящую Красавицу.

Я хотел, чтобы мой поцелуй мог разбудить ее, но это была всего лишь сказка.

Я собирался уйти от нее завтра.

В ту ночь Джордж, Бекки и Сэмми также дали мне свои клятвы и обещание не причинять Елене никакого вреда, пока я не вернусь.

Они и не подозревали, что я, возможно, никогда не вернусь, но сегодня было не время говорить им об этом.

Группа пришла с демо-версией песен, которые Айзек хотел включить в новый альбом.

У сестры навернулись слезы, когда она слушала песню, которую я написал для Елены. Бекки уставилась в никуда, а Джордж смотрел на меня.

Песня была о денте. Что мы видим во время процесса.

Позже тем же вечером они все попрощались.

Я забрался обратно на кровать Елены и закрыл глаза. Я снова представлял себе наш разговор, пока не задремал.

На следующий день предстояло уладить множество формальностей.

Я должен был получить письменное согласие короля, чтобы покинуть Пейю.

- Куда ты собираешься идти? - спросил отец.

- Я думал обратиться за помощью к монахам в Китае. Они знают обо мне, и пришло время им познакомиться с моим человеческим обликом.

Отец кивнул.

- Отличный выбор.

Король Альберт написал что-то на пергаменте и протянул его мне.

- Отдай им это. Они помогут тебе во всем, в чем ты нуждаешься, Блейк. Как мы будем поддерживать с тобой связь?

- Я позвоню, сомневаюсь, что смогу связаться с вами, как только пройду стену, но я сделаю все возможное, чтобы регулярно выходить на связь.

Король посмотрел на меня.

- Ты уверен, что твои сферы найдут ее?

- Да, я знаю, что они это сделают.

Король вздохнул.

Я схватил его за руку.

- Не сдавайся, пожалуйста.

Он улыбнулся.

- Хотел бы я иметь твою веру, Блейк.

- Она проснется. Обещаю.

Отец просто уставился на меня. Я не знал, узнал ли он о моем плане, но мне не нужно было его разрешение на это.

Я вернулся в комнату Елены и попросил тетю побыть с ней наедине.

Она коснулась моей руки и улыбнулась, уходя.

Я забрался на кровать и лег, прижавшись головой к ее голове.

Я закрыл глаза в последний раз и пожелал, чтобы все, что у меня было, попало в ее разум.

Солнце согревало мое лицо, а рядом чирикали птицы.

Это было так мирно.

Я почувствовал, как ее рука убирает прядь моих волос, и открыл глаза. Я слегка улыбнулся, когда наши глаза встретились. Она улыбнулась в ответ.

- Привет, принцесса.

Она рассмеялась. Это звучало так реально, и я так сильно скучал по этому.

- Я же просила тебя не называть меня так. Где мы?

Я закрыл глаза. Раньше она говорила «Привет, красавчик», но сегодня все изменилось.

- Блейк? - спросила она, и я открыл глаза.

- Имеет ли значение, где мы? Мы вместе.

Она нахмурилась. Это становилось слишком реальным, когда она посмотрела на меня с беспокойством.

Я коснулся ее подбородка:

- Эй, почему у тебя такой обеспокоенный вид?

Ее лицо расслабилось, и она снова улыбнулась.

- Думаю, пришло время. - Слезы навернулись у меня на глаза.

- Время для чего? - ее голос дрогнул. На самом деле это было такое незначительное изменение, но оно согрело меня изнутри.

- Чтобы показать тебе, Елена.

- Что, на этот раз у деревьев нет ушей?

Я рассмеялся. Откуда, черт возьми, это взялось?

- У меня действительно хорошо получается это делать. Так хорошо, что... - Я закрыл глаза и покачал головой.

- Хорошо что?

Я открыл глаза и с любовью посмотрел на нее.

- Ничего, это то место, где я хочу быть всегда.

Она уставилась на меня.

- Закрой глаза, Елена.

Она послушалась, и я мягко положил свою голову на ее.

Я снова показал ей, что такое дент. Это казалось таким реальным, и я не знал, как смогу оторваться от нее, чтобы найти свои последние сферы.

В этом сне она была для меня более реальной, чем во всех них вместе взятых.

Когда все было сделано, когда я прошел через все вместе с ней, вернулось солнечное тепло. На заднем плане тихо щебетали птицы. Наши головы все еще мягко касались друг друга.

- Это действительно произошло?

- Тсс, ты никому не можешь рассказать.

Она кивнула. Молчание затянулось, пока я просто смотрел на нее, размышляя. Черт возьми, я знаю, почему произошли эти перемены. Это был я. Желая, чтобы это было по-настоящему. Наконец-то это стало реальностью.

- Что-то здесь не имеет смысла. Если все это действительно произошло, значит, ты предупредил Герберта. Это значит, что ты знал еще до того, как я пришла в Пейю, и все же...

Она спросила о чем-то, о чем я даже не задумывался.

- Я этого не знал, - сказал я.

- Тогда как?

- Это одна часть, на которую я не знаю ответа, но это действительно произошло.

- Это было два разных времени. Когда ты прошел через это... - Она замерла и посмотрела на меня.

- Что? - Это действительно было похоже на то, как если бы я разговаривал с ней. Я нежно коснулся ее подбородка. Она казалась такой реальной.

- Это как будто ты прыгнул назад во времени.

Я улыбнулся. Юрий говорил мне об этом.

- Вот что такое дент.

Мое лицо вытянулось, так как я не мог продолжать в том же духе. Это было ненастоящее, и я знал, что мое сердце будет разбито, если я открою глаза и обнаружу, что Елена снова находится под этим заклятием.

- Что? - задала она новый вопрос. Она никогда раньше не спрашивала меня об этом. Прекрати это, Блейк. Просто остановись.

Я покачал головой и снова мягко улыбнулся.

- Теперь ты знаешь, как сильно я люблю тебя и всегда буду любить. - Слезы застыли у меня на глазах.

Мне не понравилось выражение ее лица. Я никогда больше не смогу быть здесь, с ней.

Ее пристальный взгляд встретился с моим, а затем она просто схватила меня и поцеловала.

Я хотел, чтобы это прекратилось.

Я должен был найти свои сферы. Елене нужно было проснуться.

Я проснулся, и по моим щекам покатились слезы.

Это казалось таким реальным.

Я посмотрел на безжизненное тело Елены.

Почему моя сущность не сработала?

Мне нужно было найти свои последние две сферы.

Я слез с кровати, и дверь открылась. Вошли Констанс и моя мать.

- Блейк.

- Мама, пожалуйста. Просто подожди. Чары будут действовать.

- Твой отец не сможет…

- Ему это нужно ради меня. Пожалуйста! - Я умолял ее. - Я не могу жить без нее. Просто подожди, пока у меня не будут все мои сферы. Я могу это исправить.

Констанс и мама одновременно ахнули и посмотрели на меня огромными глазами.

- Что значит, ты можешь это исправить? - спросила Констанс. - Ничто не может вернуть мертвых к жизни, Блейк, ты это знаешь. - Мама коснулась своей груди.

Я кивнул. Я знал это, но это было не то, для чего они мне были нужны.

- Мне нужно найти свои сферы. Просто не позволяй им похоронить ее, потому что тогда все будет кончено.

Я подошел к ее кровати и нежно коснулся губыми ее щеки.

Елена все еще пахла собой. Она была еще теплой. Я вдохнул ее запах, то, что делало ее воздухом, которым я дышал, и слеза скатилась по моей щеке. Я крепко зажмурил глаза. Мне было невыносимо расставаться с ней, но у меня не было выбора.

Этот сон казался таким реальным, будто я снова мог проникнуть в ее разум. Будто я наконец-то объяснил ей, что такое дент, но я знал, что это была не она. Это я хотел, чтобы это была Елена. У меня получалось все лучше и лучше с каждым разом, когда я показывал ей это. Она становилась более реальной, такой, какой я ее помнил.

Она ничего не знала, потому что если бы она знала, что она значит для меня, она бы открыла глаза, как я говорил ей в тот день. Это все, что ей нужно сделать!

Те вопросы, которые она задавала. Она никогда не задавала их раньше, но это было то, что долгое время крутилось у меня в голове. Неужели я вернулся в прошлое? Этот поцелуй... именно так я всегда хотел поцеловать ее, но боялся, что это снова пробудит воспоминания, и тогда она перестанет меня игнорировать. Она никогда больше не боялась бы, если бы просто открыла глаза. Я знал, как это было тяжело. Я тоже не хотел просыпаться.

- Скоро, я скоро увижу тебя. Обещаю.

Я шмыгнул носом, в последний раз поцеловал ее в макушку и встал. Я не обратил никакого внимания на маму и тетю и вышел за дверь.

Мне нужно было найти сферы.

~32~

Первую сферу было легко подобрать. Это заняло у меня три дня, и каждый вечер я звонил отцу, чтобы узнать последние новости о Елене. С ней было все так же, все еще под заклинанием.

По крайней мере, король не похоронил ее в ту же секунду, как я ушел.

Сфера находилась на границе стены. Мне пришлось нырнуть в озеро, и ее песня была напряженной, будто она кричало мне, чтобы я нашел ее.

У нее было красивое желтое свечение, смешанное с зеленым, и я знал, что другая находится за стеной.

В тот вечер, когда я добрался до стены, я позвонил отцу.

- Сегодня вечером я собираюсь перейти стену. Возможно, я больше с тобой не свяжусь. Пожалуйста, папа. Я умоляю тебя не...

- Эй, я тебя не подведу. Мы ничего не будем делать до твоего возвращения, Блейк.

Я улыбнулся.

- Спасибо тебе, отец.

- Просто вернись, пожалуйста.

- Я так и сделаю. - Я солгал. Если Елена была в загробной жизни, я не вернусь. Он больше не увидит меня, и, возможно, я был неправ, не сказав ему правду, но я знал, что он помешает мне найти сферы, и начать это путешествие.

Я передал стражнику записку короля Альберта, и он позволил мне пройти через стену.

Когда я пролетел сквозь чары, защищавшие Пейю, чувство потери наполнило меня до глубины души.

Я вступал в мир, которого не знал.

Я взмыл в воздух и полетел выше, чем обычно летают самолеты.

Никто не мог меня видеть, и я принял дополнительные меры предосторожности и смешался.

Я скучал по небу. Прошедшие восемь недель показались мне вечностью.

Я настроился на свой последний шар и услышал его слабое пение, доносящееся с Востока.

Я улыбнулся. Конечно, он был на Востоке. Восток знал о нашем существовании и, я надеялся, что он подскажет мне, как найти последнюю сферу.

Я увеличил скорость и полетел так быстро, как только мог, в Китай. Мне нужно было отдохнуть, так как крылья слегка дрожали от недостатка энергии, и я разбивал лагерь в ближайшем лесу или нырял в море, чтобы поспать ночью.

Существа не стали меня беспокоить. Они могли почувствовать, что я - хищник.

Я ел, когда мне нужно было подкрепиться, а потом, когда восстанавливался, снова летел изо всех сил.

Ночью мне тоже снилась Елена. Мы всегда были под этим деревом.

Я почти не думал о той ночи, когда мы занимались любовью. Это просто заставило бы меня в конечном итоге расплакаться. Это был самый прекрасный момент в моем существовании - вот так слиться с ней воедино. Именно так, как я ей и обещал, все и будет.

Это было более чем идеально.

Я добрался до Китая за два дня.

Его мир был полон чудес. Однако было много людей, и мне пришлось использовать свою способность выслеживать, чтобы найти Минга, парня, которого знал король Альберт. Я молился, чтобы он все еще был жив.

Было раннее утро, когда я добрался до владений монахов. Там была массивная деревянная дверь, и я улыбнулся дверному молотку в виде дракона. У него было огромное кольцо в носу, и я сильно ударил им по деревянной поверхности.

Через несколько минут один монах открыл, и его глаза расширились.

Он слегка поклонился. Он прикрыл свое тело чем-то вроде туники.

Я поклонился, прежде чем войти.

Монастырь вопил об азиатской архитектуре. Мы прошли через внутренний двор, окруженный комнатами.

Впереди ступени вели в огромный храм, и мы побежали вверх по лестнице.

Я последовал за ним и встретил группу монахов. Некоторые были старыми, по-настоящему старыми, а другие - моложе.

Монахи подошли ближе и прикоснулись ко мне. Они говорили по-китайски.

Я не знал этого языка.

Наконец, вперед выступил старик. Его волосы были совершенно белыми, и у него было так много морщин. Я бы с удовольствием узнал его возраст.

- Меня зовут Минг, - сказал он с китайским акцентом. - Король прислал известие, что ты придешь этим путем.

Завораживающая мелодия с самой красивой музыкой наполнила мои уши. Мурашки побежали по всем моим ногам и рукам.

Минг коснулся моей руки, чтобы привлечь внимание, но было трудно отвести взгляд от направления, откуда доносилась музыка.

- Ты слышишь, не так ли?

Я кивнул, встретившись с ним взглядом.

- Следуй за мной, - тихо произнес Минг, а затем повел меня в другую часть монастыря.

Здание было священным, храмом.

Минг снял ботинки. Я сделал то же самое.

Он подвел меня к алтарю. Музыка становилась все громче и громче, и когда он открыл ящик, сфера засветилась.

Она будто почувствовала меня и не могла дождаться воссоединения со своим хозяином.

Она была чисто белой и намного больше остальных.

Минг жестом велел мне взять ее, и я поднял ее.

Она была тяжелой и похожей на жемчуг, когда сияние пульсировало от сферы.

- Она счастлива воссоединиться со своим хозяином.

Я нахмурился.

- Ты знаешь, что это такое?

- Она всегда возвращается к нам, Рубикон. Мы охраняли мать тысячи лет, и мы встретили четырех Рубиконов до тебя. Некоторые были не так любезны, как ты, и за эти годы мы потеряли много людей, но король Альберт пообещал мне, что на этот раз все будет по-другому.

Я улыбнулся.

- Полагаю, ты знаешь, что с этим делать?

Я кивнул, так как не мог оторвать от сферы глаз.

- Но мне понадобится твоя помощь.

Он нахмурился.

- Моя помощь?

- Мне нужно, чтобы они стали коммуникационным иллюминатором в загробную жизнь.

Выражение лица монаха изменилось. Ему это не понравилось.

- Пожалуйста, помоги мне. Любовь всей моей жизни, моя дент, она в коме, и мне нужно вернуть ее обратно.

Минг вздохнул и закрыл глаза.

- Я не могу жить без нее.

Затем он кивнул.

- Следуй за мной. Для этого тебе нужно много воды.

Старик, ведомый другим человеком из-за его возраста и нетвердых ног, спустился по ступенькам, которые вели к озеру.

Это было потрясающе, луна освещала озеро, а деревья с цветущей вишней создавали романтическую атмосферу.

Было грустно, что мы не могли поделиться красотой земли с нашими всадниками.

- Расположи свои сферы в линию на расстоянии пяти футов друг от друга на другой стороне озера. Отдай мне сферу. Мать станет связующим звеном, чтобы ты мог связаться.

Я улыбнулся, отдал ему шар и крепко прижал к себе сумку вместе со всеми ее детьми.

Я нырнул в озеро и через несколько минут вынырнул на другом берегу.

Насквозь промокший, я поставил свои сферы на расстоянии пяти футов друг от друга.

Я нырнул обратно к Мингу и забрал у него материнский шар.

- И что теперь?

- Ты концентрируешься на том, с кем хочешь поговорить.

Я закрыл глаза и подумал о Елене, но что-то сильно прижалось ко мне, вызывая головную боль.

Я хмыкнул.

- Кто-то другой, не этот, - сказал Минг, и я кивнул.

Я сосредоточился на Люциане.

Шар стал теплым в моих руках, и я слегка подглядывал, чтобы увидеть, как все дети связаны с матерью. Цветные лучи, которые они испускали, были ярким свечением.

Последний соединился, и материнское тепло обожгло мои руки.

- Теперь направь свет на середину озера, - сказал Минг.

Я сделал то, что он сказал.

- Не переставай думать о том, с кем ты хочешь соединиться, Рубикон.

Я кивнул, когда лучи коснулись поверхности озера в средней части.

Я ахнул, когда вода покрылась рябью. Из воды появилась фигура и направилась к нам.

Я улыбнулся, подумав, что снова увижу своего кровного брата.

Но что-то было не так. Фигура была слишком высокой, чтобы быть Люцианом.

Фигура сняла капюшон, и мои глаза расширились, когда я увидел Реймонда. В моих глазах появилось замешательство.

- Реймонд?

Он улыбнулся.

- Привет, Блейк.

- Где Люциан?

- Он не хочет, чтобы его беспокоили. Прости. Я должен вернуться, но он попросил меня передать оставить его в покое.

Я сжал челюсти.

Я знал, почему он не хотел со мной разговаривать. Он точно знал, о чем идет речь.

Реймонд исчез прежде, чем я успел сказать ему, как мне жаль.

Сияние материнского шара становилось все слабее, а затем и вовсе прекратилось.

- Нет, нет, нет, нет, - сказал я.

Минг коснулся моей руки.

- Ей нужно отдохнуть. Она будет выполнять свою часть работы до тех пор, пока ты не получишь то, что тебе нужно.

Услышать, как Минг произнес эти слова, было облегчением.

Я кивнул и нырнул в воду за другими шарами.

Если Люциан думал, что я так быстро сдамся, то пусть подумает еще раз.

Монахи готовили еду. В основном это был рис и овощи, выращенные в их саду, но это было одно из лучших и вкуснейших блюд, которые я когда-либо ел.

- Итак, твой друг не хочет разговаривать? - спросил Минг, когда мы уселись на полу вокруг столов высотой с теленка.

- Тогда, я думаю, он встретится со мной лицом к лицу. Ему тоже нравился мой всадник, и я знаю, почему он не хотел со мной разговаривать. Она с ним.

- Блейк?

- Я должен вернуть ее. Я не могу жить без нее, Минг. Я не создан для того, чтобы жить без нее.

- Ты дал ей сущность?

- Да.

- Что тебе нужно?

Я вздохнул, благодарный за то, что он не принял меня за полного сумасшедшего.

- Мне нужен кто-то, кто присматривал бы за моим телом, пока мой дух бродит по другой стороне в поисках нее.

Молчание затягивалось.

- Ты хочешь вернуть ее, не так ли?

Я вздохнул.

- Знаю, это звучит глупо.

Он улыбнулся и покачал головой

- Не глупо, а храбро. На той стороне время работает по-другому. До твоего возвращения могут пройти годы.

Годы? Я посмотрел на него.

- Тем не менее, это путешествие, которое тебе не обязательно совершать в одиночку. Мы проводим тебя ко входу, но войти можешь только ты.

- Они позволят мне пройти?

Он посмотрел на материнскую сферу.

- У них нет выбора. Что бы ты ни решил сделать со сферой, она твоя. Они будут стоять в стороне.

Я кивнул.

- Мы позаботимся о твоем теле и будем молиться, чтобы ты поскорее вернулся к нам.

Я улыбнулся.

- Но сначала тебе нужно отдохнуть, Рубикон. Это долгое путешествие.

Он отвел меня в их покои, и я хорошо отдохнул ночью. Я собирался снова увидеть Елену. Посмотреть на Люциана, на всех, кто умер… даже на Дина.

Елене нужно было выслушать меня.

Она не оставит меня вот так.

На следующий день я плотно позавтракал. Они знали, как накормить дракона.

Потом Минг захотел, чтобы я изменился для тех, кто помоложе, кто еще не видел дракона. Мало кто из драконов приходил к ним с тех пор, как у нас был совет на этой стороне.

За все, что он собирался сделать для меня, я мог бы показать им это.

Я изменился, и они совсем не испугались. Мой рост, мое телосложение и моя чешуя загипнотизировали монахов.

Они продолжали прикасаться к моим лапам, когтям и хвосту. Наконец, когда они закончили, я вернулся к своей человеческой форме.

Около двенадцати часов дня ритуал начался. Я собирался войти в духовный мир вместе с племянником Минга. По словам Минга, тот мог говорить по-английски, правда, очень ломано, но он был отличным духовным наставником.

Я должен был отдать им все свои сферы, чтобы контролировать их сущность и предоставлять их, когда я в них нуждался.

А потом я забрался на алтарь, похожий на тот, на котором тоже лежал Чжудо, племянник Минга.

Его глаза уже были закрыты, и он выглядел таким умиротворенным.

- Он ждет тебя, - сказала Минг, и я опустил голову.

Минг взял мое лицо в свои старые ладони и запел вместе с остальными монахами.

Я закрыл глаза и позволил их песнопению перенести меня туда, куда мне нужно было попасть.

Пение становилось все тише, пока совсем не исчезло.

Я открыл глаза.

Меня окружал полуразрушенный мир. Это было совсем не то, чего я ожидал.

- Рубикон, - позвал меня Чжудо, и я увидел, что он ждет с посохом в руках.

Я все еще выглядел настоящим. Я не был похож на привидение или дух.

Я все так же ходил, говорил, и когда подошел к нему, он протянул мне сумку.

Я взял ее и открыл. Это были мои сферы.

- Где мы?

- Они называют это место Лонченг (кит. Lǚchéng – дорога).

- Лонченг, - повторил я. Теперь он бегло говорил по-английски. Он кивнул с улыбкой.

- Как так получается, что ты можешь говорить по-английски, но, вернувшись в реальный мир, испытываешь трудности?

- Возможно, мы говорим на универсальном языке. Языке Лонченга.

Я фыркнул, никогда не думал об этом.

Я последовал за ним по ветреной тропинке, которая пересекала горы, и знал, что это путешествие займет некоторое время.

По крайней мере, у меня был благородный спутник.

Он сказал мне сосредоточиться, так как это путешествие я должен был проделать сам. Он не мог ждать меня, когда я войду в Шенди (кит. Shèngdì) – Святую Землю.

Загробную жизнь.

Я кивнул. Я знал, что моя способность выслеживать приведет меня домой.

Елена приведет меня домой.

Мы не устали и не проголодались; я все время чувствовал себя сытым, а потом Чжудо сказал мне, что это из-за монахов, которые кормили нас из пробирки на другой стороне. Это было то же самое, чем Констанс кормила Елену. Чтобы сохранить ее органы живыми.

Быть накормленным было единственным способом совершить это путешествие, если ты не был мертв.

Я знал, что я был не первым, кто совершил это путешествие.

Как мертвые находили свой путь в святую землю?

- Они выбрали кратчайший путь, Рубикон. Мы должны свернуть на проселочную дорогу.

Я разинул рот, глядя на него, и Чжудо проник в мой разум. Он мог слышать мои мысли?

Мои губы изогнулись в улыбке, а ноги продолжали идти.

После этого у нас было много молчаливых бесед. Это было глубоко и о таких вещах, о которых я даже не задумывался.

Он интересовался Пейей и мной и отдал бы все, чтобы увидеть это, но он знал о стене, и как только войдешь, уже не сможешь вернуться.

Я рассказал ему все, что мог. Мы говорили о его семье.

Очевидно, он отказался от всего этого, когда присоединился к своему дяде и монахам.

Он не пожалел об этом ни на мгновение.

Его цель была жизненно важной, и когда его человеческое тело умрет, он тоже отправится в Шенди.

Ближе к святой земле происходили странные вещи.

Я изо всех сил старался дышать, и мне казалось, что я занят тем, что теряю свою драконью форму. Мой рев, как и сказала Энни.

- Просто сконцентрируйся, Рубикон. Тебе не нужен воздух. Тебе нужно сердце. - Он постучал меня по груди, и я кивнул.

- Почему я так себя чувствую?

- Потому что ты не умер. Хранитель мертвых не обрадуется, что ты превратил свои сферы в это, но он позволит тебе пройти.

Я кивнул.

- Действуй быстро, потому что там ты потеряешь себя. Не успеешь оглянуться, как тебе, возможно, никогда не захочется уходить.

Я кивнул.

- Надвигается вихрь. Просто позволь его захватить тебя.

- Спасибо тебе, Чжудо. Я всегда буду у тебя в долгу.

Дул сильный ветер.

- Здесь я тебя оставляю. Я не могу отправиться с тобой в это путешествие. Береги свои сферы.

Ветер становился все сильнее и сильнее.

Он поднял меня, и когда я оглянулся, Чжудо исчез.

Я изо всех сил пыталась снова дышать и только сейчас вспомнил, что он мне сказал. Что мне не нужен воздух. Мне нужно было сосредоточиться. Я был в ужасе от того, что меня ожидало.

Я успокоил свое сердце и просто снова представил Елену под деревом.

Это казалось таким реальным.

Смех Елены согрел мое сердце.

Это было похоже на волшебство. Она была волшебницей. Моей магия. Моим домом, моей любовью, воздухом, которым мне нужно было дышать.

Наконец вихрь прекратился, и я приземлился на твердую землю.

Сквозь нее просачивался свет. Он исходил не от солнца. Честно говоря, я не знал, откуда шел свет, но когда он утих, или когда мои глаза привыкли к нему, передо мной предстали красивые ворота.

Они выглядели крепкими и в то же время мягкими.

Я шагнул вперед, и хранитель врат появился из ниоткуда. Он был настоящим гигантом. Вдвое выше меня. Я запрокинул голову, чтобы посмотреть на него.

Он слегка нахмурился, увидев мою сумку.

Он знал, что я не умер.

- Кто ты такой? - Волосы хранителя почти светились с каждым произнесенным им словом.

Они должны были знать, кто приходил и уходил?

- Меня зовут Блейк Лиф. Я - Рубикон. Мне нужно войти. Я должен кое-кого найти.

Он запрокинул голову и рассмеялся. Его одеяние напоминало ханьского воина. Это было так странно.

- У тебя здесь нет прав, Альфа.

Я открыл сумку и показал ему материнский шар.

- Да, я знаю.

Его глаза из голубых стали черными, когда он уставился на шар в моей руке. Музыка шара заиграла снова, и я мог сказать, что хранитель тоже услышал ее.

- Убери, прямо сейчас, - приказал он мне, и я сделал то, что он сказал. - С какой целью ты сюда пришел?

- Мне нужно поговорить с моим всадником. Ей здесь не место. Она не может умереть, пока нет.

- Это не...

- Мне все равно, - завопил я. - Мне нужно увидеть ее, и мои сферы - мой билет, чтобы поговорить с ней.

Его глаза дернулись, а мышцы челюсти напряглись, когда он уставился на меня, и я снова открыл клапан сумки. Он остановил меня.

- Никто из живого мира никогда не переступал порог этих врат. Я не могу позволить тебе сделать это. Но для твоей породы нет никаких ограничений. Ты не должен был позволять им становиться такими.

Мне было все равно.

- Если ты найдешь то, что ищешь, тебе нужно понять одну вещь. Кто-то должен занять ее место. Кто-то, кто сейчас жив.

Я кивнул. Этим человеком буду я. Это будет единственный раз, когда я могу увидеть ее снова.

- Ты готов поиграть в Бога?

Я не стану играть в Бога. Я просто собирался занять ее место.

- И это единственный способ. Смерть нельзя обмануть. Ты понимаешь последствия? - Хранитель говорил властно.

Он ждал моего ответа. Он приподнял бровь, давая мне понять, что я понимаю его вопрос.

- Я понимаю.

~33~

Страж отступил в сторону, и врата открылись.

Я глубоко вздохнул и вспомнил, что сказал мне Чжудо. Что мне нужно быть быстрым, сосредоточенным, чтобы не потеряться здесь.

Я сделал первый шаг и прошел через врата.

Это было прекрасно, вокруг меня росли огромные деревья, трава была зеленее, чем я когда-либо мог себе представить. Плоды, которых я никогда раньше не видел, большие и круглые, висели между листьями деревьев.

Дома не были домами. Это были дворцы, достойные королей и королев.

Там были цвета, которые я не узнавал.

Справа происходил инструктаж. Группы людей сгрудились вокруг какого-то человека. Я нахмурился, увидев одного новичка.

Она была точной копией Мэгги.

Я подошел к ней и коснулся пальцами ее плеча.

Она обернулась, и ее глаза расширились, когда она увидела меня.

- Что ты здесь делаешь?

- Ищу Елену. Я мог бы спросить тебя о том же самом?

Ее лицо исказилось.

- Альберт сказал мне, что ты ушел искать свои сферы. Сомневаюсь, что они знают, зачем тебе понадобилось их искать.

- Это не имеет значения. Что случилось?

Королева покачала головой.

- Я не могла, Блейк. Я слишком сильно скучала по ним. - Она заплакала.

Я обнял ее и сжал, когда ее тело затряслось от рыданий. Было странно, что твои чувства все еще работают в загробной жизни. Ты все еще чувствовал себя живым, но в то же время это было не так.

Она шмыгнула носом и посмотрела на меня снизу вверх.

- Ты, должно быть, так плохо обо мне думаешь.

Я покачал головой, и с моих губ сорвался вздох.

- Я тоже воспользуюсь своим шансом, если Елена будет здесь. Я понимаю, почему ты это сделала.

- Я не хотела, на 80% я соскользнула с обрыва, но была рада, что это произошло.

Я нахмурился.

- Ты поскользнулась?

- Я не смотрела, куда иду, Блейк. Я чувствую себя плохо, потому что все, вероятно, думают, что я покончила с собой. Это не так. Я упала, но это не имеет значения. Я здесь и снова увижу своих детей. - Ее губы растянулись в искренней улыбке, которую я уже давно не видел на лице Мэгги. Ее глаза наполнились слезами. - Если ты подождешь со мной, они позвонят Гельмуту. Если Елена здесь, он может знать, где именно. Скажи Эмануэлю, что я сожалею. Он, должно быть, думает, что подвел меня.

Я улыбнулся.

- Я скажу Эмануэлю.

- Пожалуйста, присмотри за ним и за всеми животными Люциана.

Я усмехнулся.

- Хорошо.

Я подождал вместе с ней и спросил, через сколько времени после моего ухода она упала.

- Примерно через три недели после твоего отъезда. Но теперь могут пройти месяцы. Время здесь течет по-другому, Блейк.

Через три недели после моего отъезда. В этом было мало смысла.

Мне потребовалось около недели, чтобы добраться до монахов, и мне показалось, что прошло два дня, когда мы вошли в мир духов. Прошло уже больше трех недель.

- Неужели Елена...?

- Я не знаю. Я не могу тебе сказать. Мне очень жаль.

- Все в порядке. - Я погладил ее по руке.

Она смотрела на меня с таким восхищением.

- Ты действительно любишь ее, не так ли?

- Тебе лучше надеяться и молиться, чтобы она не вернулась из-за твоего сына.

Мэгги попыталась подавить смех.

- Сомневаюсь, что Люциан оставил бы ее у себя. Он знает, что она тебе нужна.

Я уставился на нее.

- Возможно, он и любил ее всем сердцем, Блейк, но ты его кровный брат. Он также любил тебя всем, чем владел. Никогда не забывай об этом.

Я мрачно кивнул. Я стал причиной его смерти.

И тут Мэгги запрыгала от радости. Она побежала навстречу кому-то.

Я видел, как король Гельмут целовал ее прямо в лицо. Он обхватил ее щеки ладонями.

Я подошел ближе, и его глаза расширились, когда он увидел меня. Он выглядел удивленным, а потом улыбнулся.

- Мне жаль, Блейк. Я видел, что ты сделал для Елены. Умереть за того, кого любишь...

- Я не умер.

Он рассмеялся и огляделся по сторонам.

- Ты на святой земле.

- Нет. - Я покачал головой. - Я не мертв. Я использовал свои сферы, чтобы прийти сюда.

Его лицо вытянулось.

- Что?

- Я не мертв. У меня не так много времени. Елена здесь?

- Блейк, я прибыл несколько дней назад. Я все еще ищу всех своих детей. Я еще даже не нашел Люциана.

- Несколько дней назад? - спросил я, и Мэгги ахнула.

- Сколько времени прошло с тех пор? - спросил Гельмут.

- Почти три месяца, - ответила Мэгги.

- Вау, похоже, здесь время течет по-другому. - Он провел рукой по волосам. - Как поживает Эмануэль?

- Он скучает по тебе, но мы присмотрим за ним.

Он кивнул, но я заметил беспокойство в его глазах.

- Елена прибыла не с тобой?

- Если так, то она умерла раньше меня, Блейк. Работает ли здесь твоя способность к отслеживанию?

- Не знаю, но могу попробовать.

- Хорошо, мне нужно увидеть Дейзи и Люциана, пожалуйста. Я нашел Марко и остальных, но не Дейзи и Люциана. - На его лице была та самая улыбка, и Мэгги хихикнула.

- Они все здесь?

- Большинство из них, - мрачно произнес он. - Мы старались изо всех сил, Мэгги.

Она кивнула.

- Пошли, - сказал я и настроился на Елену. Это казалось неправильным, заблокированным, точно так же, как когда я использовала свои сферы, чтобы поговорить с Люцианом. И все же я последовал за ним. Запах Люциана заглушал ее.

Я изменил направление своего движения.

Мэгги и Гельмут шли вместе со мной. Это было похоже на то, что моя скорость многократно возросла, и мы двигались со скоростью ветра. Гельмуту нравилась каждая частичка скорости. Мэгги визжала всю дорогу.

Мы приблизились к озеру, и мой взгляд охватил все сразу. Мать всех вечеринок была занята тем, что устраивала их. На озере были люди, которые плавали или сидели в огромных трубах, наслаждаясь послеполуденным солнцем, бросая между собой гигантский мяч. В бассейне несколько человек лежали на надувных диванах, разговаривая друг с другом с коктейлями в руках. Громкая испанская музыка лилась из динамиков рядом с баром.

Огромный подиум с ди-джеем развлекал тех, кто танцевал на веранде.

Смешок сорвался с моих губ, когда глаза увидели эту невероятную сцену, заполненную ленивыми диванами-креслами и навесами. Почти все они были заняты незнакомцами, которые смеялись и беседовали.

Это действительно был рай.

Присутствие Люциана стало более мощным, и сразу же наша скорость остановилась.

Я первым приземлился на веранду, среди танцующих людей.

Гельмут и Мэгги шли в нескольких шагах позади меня.

В несколько шагов я добрался до Гельмута.

- Мне нужно найти его, и как можно скорее. У меня мало времени.

- Ты уверен, что он здесь?

- Где-то, да. Пожалуйста, помогите мне?

Они кивнули, и мы расстались.

Мой взгляд скользнул по каждому человеку, который был в озере. Их было так много, но я прекрасно разглядел все их лица.

Это было так, как если бы мое зрение стало еще более обостренным. Я перескакивал с одного на другого с рекордной скоростью.

- Папа. - Я услышал голос Люциана, вибрирующий у меня в ухе, и попытался найти Гельмута.

Я издали видел, как они обнимали друг друга.

- Что ты здесь делаешь? - спросил Люциан.

Гельмут покачал головой, когда слезы покатились по его лицу, и он просто обнял сына.

- Люциан! - воскликнула Мэгги.

- Мама, - сказал Люциан, и Гельмут отпустил его.

Он обнял мать, и Мэгги расцеловала его, пока он не рассмеялся. Раньше я это ненавидел.

Я пытался найти Елену, но ее нигде не было видно. Я знал, что она где-то здесь, и силе нужно было отвести меня к ней.

- Ты знаешь, где твоя сестра? - Я слышал, как Мэгги спрашивала.

- Дейзи здесь нет. Ей нравится безмятежная атмосфера. Пойдем, я тебе покажу.

- Подожди, сынок, - попросил Гельмут, когда я почти добрался до них.

- Что?

- Нам нужно знать, если...

Я схватил Люциана и прижал его к стене.

- Где она? – взревел я ему в лицо, и его глаза стали еще больше.

- Блейк? - Он коснулся моих кулаков, и на его губах появилась широкая улыбка. - Что..?

- У меня мало времени. Ты - единственная причина, по которой Елена не просыпается, Люциан. Пожалуйста. Я не могу жить без нее.

Глаза Люциана забегали по сторонам.

- Блейк, ты устраиваешь сцену. Что-то подсказывает мне, что это нехорошо.

Я огляделся вокруг, и все как будто застыли. Музыка перестала играть. Все уставились на нас двоих.

- Я в порядке, я в порядке, - обратился Люциан ко всем и засмеялся.

Я отпустил его, и из динамиков сразу же зазвучала музыка. Люди продолжали вести себя так, будто ничего не произошло.

Это, конечно, было напряженно для рая.

- Да, будь осторожен с этим. Это рай. Здесь никто по-настоящему не дерется, Блейк. Но, полагаю, принятие есть всегда. Ты - Рубикон.

- Перестань увиливать от моего вопроса. Где Елена?

Шок сменился на его лице, когда он нахмурил брови.

- Елена?!

- Люциан. Вот почему я пытался поговорить с тобой раньше. Почему ты не ответил на мой звонок?

- Потому что я хочу покоиться с миром, Блейк. - Он говорил тихо, но шипел на меня. Затем он прищурился. - Подожди, ты не умер?

- Нет, я пришел найти ее, потому что она не просыпается. И когда ты послал Реймонда сказать мне, что не хочешь, чтобы тебя беспокоили, я подумал, что причиной этого была Елена.

- Блейк, - он шумно выдохнул. - Я бы никогда так с тобой не поступил. Что значит, она не просыпается?

Я провел рукой по голове.

- Прошло уже около двух месяцев. Если не дольше.

Люциан огляделся и покачал головой.

- Я ее не видел.

Блядь. Я не мог произнести это слово вслух. Мои губы отказывались сквернословить на святой земле.

- Эй, успокойся. Я знаю, ты не можешь жить без Елены. Как, черт возьми, ты сюда попал?

Мой взгляд переместился на него

- Мои сферы. Они стали тем, в чем я нуждался.

Люциан рассмеялся.

- Значит, ты помирился с ней.

- Люциан, пожалуйста. У меня не так много времени.

- Хорошо, я помогу тебе найти ее. Если она здесь, я знаю несколько мест, где любят тусоваться новички.

- Спасибо тебе, и мне жаль, что между нами все так закончилось.

Он улыбнулся.

- Не надо. Я попрощался со всеми. Я рад, что ты нашел свет, Блейк.

Я улыбнулся.

- Да, кто бы мог подумать.

- Так что же произошло?

- Мы освободили Итан, отец Елены все еще жив, и у нас не было выбора.

- Что? Вот почему я не смог его найти.

- Ты его искал?

- Да. Я дважды находил маму Елены. Она здесь довольно популярна, как знаменитость.

Мэгги рассмеялась.

- Это так похоже на Кейт. Не имеет значения, куда она пойдет. Все просто обожают ее.

Гельмут рассмеялся.

- Может быть, мы найдем ее и посмотрим, не видела ли она Елену.

Я кивнул.

Мы снова стали подобны ветру и двигались быстро.

Люциан был прирожденным. Я все еще осваивался с этим.

Сначала он высадил мать и отца в том месте, где любит тусоваться его сестра.

Там была группа, наслаждавшаяся занятием йогой. Дейзи была одной из них.

- Дейзи, - закричал Люциан.

- Я занята, Лу, - крикнула она.

- Меня не волнует, насколько ты занята, юная леди. Тащи сюда свою задницу прямо сейчас, - крикнула Мэгги, и Дейзи повернула голову в нашу сторону. Она все еще была такой же красивой, как всегда.

Она ахнула:

- Мама! - Крик сорвался с ее губ, она вскочила и побежала к матери.

Королева Мэгги целовала ее везде, где только могла, пока Дейзи не рассмеялась.

- Я так сильно скучала по тебе.

- Привет, Орешек, - сказал Гельмут, подходя ближе.

- Папа, - снова взвизгнула Дейзи.

- Лу, пожалуйста, - взмолился я.

- Да, пошли.

Мы снова стали подобны ветру, и я последовал за Люцианом на другой конец Святой Земли. Это было огромное место, и у меня закружилась голова от скорости, с которой мы неслись.

Наконец мы остановились. Я потерял равновесие и ударился о землю, когда колени подогнулись.

Падать было совсем не больно.

Люциан помог мне подняться, покатываясь со смеху.

- Да, мне потребовалось довольно много времени, чтобы привыкнуть. Ты побиваешь рекорд, но это касается только тебя, Блейк. Признай, это порочный способ путешествовать.

- Люциан? - Я услышал голос Дина, и когда он обернулся, Дин заключил его в объятия.

- Какого черта ты здесь делаешь? - Люциан оттолкнул его.

- Прибыл сюда около трех дней назад. Где ты тусуешься? - Он посмотрел мимо Люциана и увидел меня. - О, нет.

- Я не мертв…

- Он не мертв, - сказали мы с Люцианом одновременно.

- Тогда какого черта ты здесь делаешь? - Дин хотел знать. Его рука взметнулась в воздух.

- Ты видел Елену? - спросил Люциан.

Дин застыл.

Люциан щелкнул пальцами перед лицом Дина.

Дин пришел в себя и покачал головой.

- Я ее не видел. Она не была в моей ознакомительной группе.

- Блейк? - Люциан оглянулся через плечо.

- Как? - Дин начал расспрашивать.

Люциан выставил руку перед собой.

- У него не так много времени.

Дин и посмотрел на меня.

- Ты пробовал отследить Елену?

- Да, но это странное ощущение. Будто что-то блокирует меня.

Лицо Люциана вытянулось, будто он знал, что это значит.

- Что?

- Ее здесь нет, Блейк.

- Что ты имеешь в виду? Ее нет и в живых, Люциан.

- Она находится в подвешенном состоянии. Между жизнью и смертью. Вот почему ты не можешь отследить ее.

- Как мне туда добраться?

Он вздохнул.

- Это сложно, и тебе понадобится проводник.

- Проводник?

Люциан кивнул.

- Следопыт… тоже правда отличный.

- Ладно, показывай дорогу, - сказал я.

Люциан покачал головой и заулыбался.

- Еще одно задание в память о старых временах?

Я выдохнул. Люциан был все тем же.

Ветер снова поднялся, и Дин последовал за ним.

- Скажи своей сестре, что мне жаль.

- Это не твоя вина, Дин.

- И все же, это не входило в мои планы, Блейк.

- Я позабочусь, чтобы с ней все было в порядке.

Мы отправились в другую часть Святой Земли, и скорость серьезно сбивала меня с толку.

Люциан помогал мне, когда мы приземлялись.

- Я же говорил тебе, что это порочно, как только ты к этому привыкнешь.

- У меня нет времени привыкать. Мне нужно попасть в лимб.

Следующее место было таким же красивым, как и первое. Оно было наполнено горами и прекрасными деревьями. Я оперся руками о колени, и у меня закружилась голова.

Люциан несколько раз присвистнул.

Я поднял голову к небу, и яркий свет, похожий на звезду, полетел к нам. Он становился все больше и больше, а когда остановился, появилась фигура.

Дин ахнул и бросился к нему

- Брайан!

Они с хлопком пожали друг другу руки.

- Брайан очень рад видеть Дина, присоединяющегося к нам на Святой Земле, но очень печально, что Дин умер таким молодым. Брайан хочет знать, что произошло? - Брайан рассмеялся, все еще говоря в третьем лице.

Он еще не видел меня.

- Нам нужна твоя помощь. Мы должны попасть в лимб, - перебил Люциан прежде, чем Дин успел ответить.

- О, черт возьми, нет. Брайан сказал: «больше никогда».

- Ты отведешь меня в лимб, - заговорил я.

Брайан резко повернул голову туда, где я все еще стоял, положив руки на колени.

- Блейк. - С его губ сорвался лающий смешок, и все его лицо просияло. - Какого черта ты здесь делаешь? - Брайан бросился ко мне и крепко сжал в объятиях.

Он выдавил весь воздух из моих легких. Наконец-то он отпустил меня.

- Брайан очень рад увидеть Рубикона. Что, черт возьми, произошло?

Я нахмурился. Было странно слышать, как Брайан ругается.

- Елена находится в подвешенном состоянии. Мне нужно добраться до нее.

Он придал своему лицу растерянное выражение, но ответил:

- Она должна сделать выбор: умереть или жить. Но видеть тебя здесь...

- Я не мертв. Я использовал свои сферы, чтобы прийти и найти Елену.

- Ту Елену, Блейк?

Люциан и Дин рассмеялись.

- Ха-ха, она моя Дент, - эту часть я произнес мягче.

- Ничего себе! - возбужденно завопил Брайан.

- Ты меня слышал? Я не буду этого повторять.

Все трое рассмеялись.

- Не заводи меня, - сказал Дин.

Мой взгляд наткнулся на Люциана, который пристально смотрел на меня.

- Не смотри на меня так. Ты знал. Тебе нужно было знать?

- У меня было предчувствие, но ты не сказал правду, - ответил Люциан.

- Я был идиотом.

- Пока ты не относишься к ней как к женщине, тогда все хорошо.

- Я на Святой Земле и даже не мертв, Лу. Так что подумай об этом.

- Елена и Блейк, - снова сказал Брайан и засмеялся. - Никогда не думал, что это произойдет.

Мне хотелось выругаться так сильно, но губы не хотели произносить эти слова.

- Лимб - темное место, Блейк. Трудно вернуться к жизни, если ты застрял. - Люциан сменил тему.

- Просто покажи мне дорогу, пожалуйста.

Он кивнул, а затем улыбнулся.

Брайан хлопнул в ладоши.

- Прямо как в старые добрые времена. Брайан очень рад отправиться в очередное приключение. Самое приятное то, Брайан, что на этот раз ты не можешь умереть.

Я усмехнулся и хлопнул его рукой по спине.

- Ты все такой же идиот, как всегда.

- Брайан воспримет это как то, что Блейк рад его видеть.

Это действовало мне на нервы. Независимо от того, как долго отсутствовал этот идиот, и как сильно я скучал по Брайану, разговор в третьем лице действовал мне на нервы. Паинька тоже не соответствовал характеру Брайана.

~34~

С Брайаном мы неслись на более высокой скорости.

Дин пошел с нами. Какой ускоренный курс.

Когда Брайан остановился, он выглядел каким-то опустошенным, поскольку мы стояли перед огромной черной горой с одним входом.

- Добро пожаловать в лимб, Блейк, - сказал Брайан.

Это выглядело чертовски жутко, и я не мог избавиться от ощущения дежавю, которое испытывал внутри этой черной тьмы.

- Пошли, здоровяк, - сказал Дин.

Люциан усмехнулся.

- Ты наконец-то говоришь это ему в лицо? - Он схватил меня за руку, когда все мое существо задрожало.

- Блейк, ты зашел так далеко. Она где-то там, если она здесь.

Я посмотрел на него.

- Что ты имеешь в виду, если Елена здесь, ты же не думаешь…

- Нет, не Елена. Возможно, она просто пытается вылечиться.

Я кивнул, но мне нужно было убедиться, что она не застряла в подвешенном состоянии, борясь за то, чтобы найти дорогу обратно ко мне.

Мы вчетвером вошли в проем.

- Ты можешь подождать снаружи, Брайан, - сказал я.

- Нет, - закричал Люциан. - Драконы - единственные, кто хранит разум внутри туннелей. Ты не умер, Блейк.

- Хранит разум?

- Так работает лимб, - объяснил Люциан. - Ты забываешь обо всем. Это то, как ты переходишь границу. Нам нужен Брайан.

Я кивнул.

- А теперь пойдем искать принцессу. - Люциан нахмурился. – Я действительно думал, что она перестанет подвергать себя подобной опасности.

Мы все посмеивались, углубляясь в туннель. Я ненавидел темноту и старался быть храбрым, как мой кровный брат.

Кого я обманывал, он был больше, чем жизнь, но я больше не был тем Блейком.

Впереди послышалось глубокое рычание и грохот, и мы все замерли.

Взгляд Люциана забегал по сторонам, когда он поднял руки перед собой.

- Расслабься, это случается.

- Что это было? - спросил я.

- Кто-то, кто проснулся, Блейк. Насколько нам известно, это может быть Елена.

- Лимб издает такой звук, когда кто-то просыпается?

- Да, - ответил Люциан.

- Это похоже на то, что лимб отказывается расставаться с идиотами, оказавшимися здесь застрявшими. Это очень злит, - заговорил Брайан. - У меня вся чешуя покалывает.

- Взбодрись, чувак. Ты просто Солнечный Взрыв, черт возьми, - пропищал я.

- С Блейком Брайан не боится.

Хорошо, что он не знал, как я был напуган. Взбодрись, Блейк.

Я ненавидел это чувство, которое так сильно давило мне на грудь, что я не мог дышать.

Мы обнаружили ряды дверей внутри стен.

- Мы примем эту сторону, - сказал Люциан. - Вы двое встаньте на ту сторону. - Он кивнул мне, чтобы я следовал за ним.

- Тебе нужно быть осторожным, Блейк. Ветер, который дует из этих дверей, может отбросить тебя назад, к самому началу.

Я хмыкнул. У меня не было на это времени.

- Наблюдай, - сказал Люциан, и нижняя часть его тела превратилась в какую-то дымящуюся субстанцию.

Его рука задержалась на двери.

Он рывком распахнул ее и схватился за дверной выступ, когда мимо него пронесся сильный порыв ветра.

Я ухватился за выступающий из стены камень и уперся пятками в гравий, когда ветер попытался втянуть меня внутрь.

Дул сильный ветер, но это продолжалось несколько секунд.

Люциан вбежал в комнату.

Я схватился за дверь, подтянулся и пошел за ним. В комнате было темно и пусто. Это была всего лишь стена, и в одном углу мягко горел свет.

Из угла доносились тихий плач и бормотание.

Руки Люциана остановили меня, когда я увидел девушку, сидящую под мягким сиянием лампы.

Она подтянула колени к груди. Она не обратила на нас никакого внимания.

- Это не наша битва, - прошептал Люциан. - Это не Елена. Пошли.

Я кивнул, медленно отступая к двери.

Мы выскочили оттуда и закрыли дверь.

- Очень важно, чтобы они не узнали, что мы там, Блейк.

- Ну и что, если это Елена?

- Это совсем другая история, но остальные из них так одиноки, что сделают все, что в их силах, чтобы удержать тебя.

О, чувак. Я понял, о чем говорил Люциан.

- Думаешь, что готов к открытию двери?

- Да, давай попробуем. В противном случае мы застрянем здесь навсегда.

Я подошел ко второй двери, открыл ее и ухватился за выступ, когда внутрь ворвался порыв ветра.

Мои пальцы болели, борясь с ветром, но он, наконец, отпустил меня и двинулся к началу входа.

Я поднялся в комнату. Мужчина, бессвязно разговаривающий сам с собой, расхаживал по комнате. Его руки молотили вокруг себя.

Я закрыл дверь быстрее, чем открыл ее.

Люциан посмотрел на меня и поднял большой палец. Я кивнул, и он превратился в клуб дыма. Я проследил за ним взглядом, когда он направился к двери в верхнем углу.

Я подошел к следующей и приготовился открыть.

Открытие дверей заняло некоторое время. Это высасывало из меня все дерьмо.

Порыв ветра подхватил Дина, и нам пришлось приложить все наши силы, чтобы удержать его, чтобы его не засосало и не унесло обратно в начало.

Он был нам нужен, если мы хотели найти Елену.

Наконец ветер отпустил его, и мы продолжили путь.

Мой разум был затуманен, а мысли путались.

Я открыл дверь, ветер стих, и я шагнул внутрь.

Я не знал, что здесь делаю и закрыл за собой дверь.

Дверь открылась, и вошел Брайан. Он схватил меня за руку, уставившись на женщину лет тридцати.

- Блейк, пойдем. Елены тут нет.

Он вытащил меня из комнаты.

- Что?

- Вот дерьмо. Лу, - закричал Брайан.

Пришел Люциан.

- Она не по эту сторону, Блейк.

- Да, у нас есть еще одна проблема. Приятель, - Брайан похлопал меня по лицу, и я зарычал. - Полегче, Брайан просто хочет знать твое имя.

- Блейк?

Люциан выругался и схватил меня за плечи.

- Почему ты здесь?

Я уставился на него. Люциан?

Он потряс меня за плечи.

- Блейк, это важно. Почему ты здесь?

Я покачал головой, когда слезы затуманили мне зрение. Губы скривились. Это был Люциан, но он умер?

- Черт, это происходит. Нам нужно выбираться отсюда. Дин, - закричал на него Люциан. - Сколько дверей у тебя еще осталось?

- Две, - крикнул Дин.

- Хорошо, мы встретимся с тобой снаружи.

Дин завис в воздухе перед дверью в стене. Я огляделся вокруг.

На стенах были миллионы дверных проемов.

- Нам нужно выбираться отсюда, здоровяк. - Люциан схватил меня за руку, и я вырвался из его хватки.

- Почему?

- Ты забываешь, - сказал он громче. - Это не очень хороший знак.

- Где, черт возьми, мы находимся? – спросил я, и что он здесь делал. Я был на его похоронах.

- А теперь, пошли, - крикнул Люциан. Он схватил меня за руку, и я не понял, что, черт возьми, произошло дальше. Это была такая мощная сила, которая дернула нас обоих. Я закрыл глаза, так как скорость, с которой мы неслись, была очень высокой. Я хотел броситься вперед, когда какая-то сила отбросила нас назад.

Мы тяжело упали на землю.

- Где, черт возьми, я?

- Блейк! - Голос Люциана выкрикнул мое имя.

- Люциан! - крикнул я в ответ. Страх сжал мое сердце. Какого хрена я слышал голос Люциана? Он умер.

- Люциан!

- Блейк, - снова крикнул он, и мой взгляд увидел очертания трех темных теней, прижимающих Люциана к стене.

Я не думал. Я просто побежал и пнул одну темную фигуру так сильно, как только мог, и выбил облако дыма, в котором не было никакого гребаного смысла. Был ли я в другом сне. Все казалось таким реальным. Сны были смутными, ничего подобного.

Брайан дрался с другим. Какого хрена?

- Сосредоточься, Блейк, - крикнул Брайан.

Темная фигура была рядом со мной, и я ударился о дым головой, а затем локтем.

Этот сон был испорчен.

Тени попятились.

- Да, никто не смеет связываться с Рубиконом. Скажи это лимбу, - крикнул Брайан.

- Брайан, - позвал я и схватил его. Я рассмеялся от возбуждения.

- Блейк, сосредоточься, - крикнул Люциан, когда он застонал, схватившись за грудь, все еще лежа на полу, прислонившись спиной к стене.

- Люциан! - Мое возбуждение выплеснулось наружу, и я протянул ему руку.

Я крепко обнял его за шею.

- Мне так жаль.

- Нам нужно выбираться отсюда. Он уже забывает, зачем пришел сюда, - обратился Люциан к Брайану.

- Забываю? – спросил я.

Люциан схватил меня за руку и потащил так быстро, как только мог, ко входу.

Скорость снова была невыносимой, но мы выбрались наружу.

- Где, черт возьми, вы были, ребята? - спросил голос Дина.

Дин?

- Где, черт возьми, Саманта?

Дин застыл и посмотрел на меня, подняв глаза.

- Что происходит?

- Он забывает, - сказал Люциан. - Нам нужно вернуть его обратно в Святую Землю. Пошли.

- Святая Земля? - спросил я, когда что-то потянуло меня обратно в темноту.

- Блейк, - закричали они все и последовали за ним.

Мои мысли снова затуманились, когда из окружавшей меня волны тьмы донеслось глубокое рычание.

Что-то было очень не так. Где бы я ни был, я боялся, что мне отсюда не выбраться.

Напуганный… кем, черт возьми, я был?

Я отлетел назад, и сквозь клубы дыма донеслось рычание.

Это было звериное создание.

Я замахнулся на него руками, но он вцепился зубами в мой капюшон и вытащил меня из темноты.

Я закружился в воздухе и попал в массивные когти.

Мир перевернулся с ног на голову, когда меня вывели на свет.

- Блейк, ты в порядке? - кричал зверь.

Кто, черт возьми, такой Блейк?

Она зарычала, и зверь позади нас издал пронзительный крик.

Дракон, чьи когти поймали меня в ловушку, летел все выше и быстрее.

Скорость снова стала невыносимой, и мне показалось, что мое тело вот-вот переломится надвое.

Потом это прекратилось. Меня швырнули на землю, и зверь, который нес меня, превратился в девушку.

У нее были темные, вьющиеся короткие волосы с фиолетовыми прядями, обрамлявшими лицо.

Другой зверь приземлился, и он превратился в человека.

- Какого черта ты делаешь в лимбе, Люциан? - Другая женщина со светлыми волосами толкнула светловолосого парня.

Люциан?

Однажды я помнил Люциана, но это было очень давно, и он был ребенком.

- Елена не проснулась. Мы думали, что она, возможно, находится в лимбе, - сказал Люциан.

Блондинка пристально смотрела на меня, пока я лежал на полу.

- Он не умер? - взвизгнула она.

- Мама, успокойся, пожалуйста. - Умоляла девушка с темными волосами и фиолетовыми прядями.

- Таня, успокойся, - сказал мужчина и поднял меня на ноги.

- Он забывает. У нас нет времени, - заговорил Люциан. Откуда я его знаю?

- Что случилось с Еленой, Блейк? - спросил похожий на кабана парень.

- Он даже не помнит своего собственного имени. Он не знает, кто такая Елена, - закричал Люциан.

Осознание того, откуда я его знаю, вертелось у меня на кончике языка. Это было так неприятно.

Елена, светловолосая девушка, промелькнула у меня в голове.

- Дайте ему минутку, - сказала блондинка.

- Привет, грызун. - Девушка с фиолетовой прядью улыбнулась мне. - Что случилось с Еленой?

Она схватила меня за плечи.

Я прищурился на девушку, а она продолжала пристально смотреть на меня. Ее драконья форма промелькнула у меня в голове. Грызун? Мой разум стал менее затуманенным по мере того, как все возвращалось ко мне.

- Кара?

- Да, - закричала она и обхватила меня за шею.

- Что ты здесь делаешь?

Она отстранила меня и посмотрела на меня.

- Какого черта ты здесь делаешь? Где Елена?

- Елена? - тихо прошептал я, когда еще больше облаков исчезло. - Черт, Елена, - я попытался вернуться в лимб.

- Расслабься, Блейк, Елены там нет. Мы проверили все комнаты.

Я уставился на Люциана, не в силах была подумать, что когда-нибудь забуду его.

- Ну, она же не в аду, Лу.

- Елена мертва? - спросил парень, и я прищурился.

- Жако?

Он схватил меня за руку и притянул к себе.

- Блейк, Елена мертва?

- Нет, она в коме.

Блондинка хмыкнула, и я посмотрел на нее. Таня. Они были все вместе.

- Ладно, нам нужно отвести его обратно ко входу. Мы не можем позволить ему больше оставаться здесь. Он может потерять свои воспоминания в любую секунду, - сказала Таня.

- Что ты здесь делаешь? - До нас донесся другой женский голос, показавшийся очень знакомым.

- Кэти, - произнесла Таня и посмотрела на меня.

Ее пристальный взгляд встретился с моим.

- Кто это?

- Королева Катрина. - Я шагнул вперед. - Вы знаете, где ваша дочь?

- Елена, почему ты хочешь знать? - Она прищурилась.

- Ей нужно вернуться, - проворчал я.

- Кто ты? - спросила она.

- Кейт, у нас мало времени. - Таня дотронулась до ее плеча. - Он не мертв.

Она стряхнула с себя руку Тани.

- Кто ты такой? - Она подошла ближе ко мне.

- Кейт, успокойся, - попытался Жако.

Взгляд Кейт снова обратился к Жако.

- Не говори мне успокоиться, Жако.

- Я не могу жить без нее, так что, если она у тебя, тебе лучше отдать ее сейчас. - Я постарался придать своему тону как можно больше властности.

Разочарование слетело с ее губ, и она с такой силой толкнула меня в дерево.

- Блейк! - Мое имя слетело с ее губ, словно это был яд.

- Я пришел только ради Елены.

- Она не твоя собственность. Кроме того, ее здесь нет. Я бы знала, если бы моя дочь была здесь, - усмехнулась она мне.

- Хорошо, тогда отпусти меня.

- Тебе лучше слушать, и слушать внимательно. Если ты причинишь боль моей дочери, я буду преследовать тебя вечно.

Я рассмеялся.

- Причиню ей боль? Я нахожусь в загробной жизни и пытаюсь найти ее, - выплюнул я.

- Хорошо, продолжай держаться за это. Любое забавное дельце, и я обещаю тебе, ты будешь иметь дело со мной.

- Забавное дельце? - Кора дерева впивалась мне в спину.

- Держи свой член в штанах, пока не женишься. Обещай мне.

- Кейт, - закричали Герберт и Таня.

- Ему нужно убираться отсюда, - закричал Люциан.

- Обещай мне, - снова закричала королева Катрина.

- Я обещаю.

- Дай мне свою клятву.

Я хмыкнул, и она схватила меня за яйца.

- Хорошо, я даю тебе свою клятву.

- Хорошо, - она отпустила меня. - Альберт все еще жив?

- Да, но Елена не просыпается.

Она покачала головой.

- Он должен уйти, - умолял ее Люциан.

- О, замолчи ты. Блейк уйдет, когда я с ним закончу.

Она посмотрела на меня.

- Что случилось?

Я схватился за свою промежность. Хватка королевы будучи призраком была довольно жесткой.

- Мы освободили Итан, а Горан пытался убить ее.

Она хмыкнула.

- Я знала, что было ошибкой отсылать ее прочь.

- Я столько раз извинялась за это, - сказала Таня.

- Не надо, ты обещала?

Таня хмыкнула.

- Так, значит, она спит? - спросила Кейт.

- Да, я пытался найти ее в лимбе. Ее там нет. Здесь я тоже нигде не могу ее отследить?

Королева изогнула губы. Она действительно была красивой женщиной.

- Ты действительно пришел в загробную жизнь, чтобы найти ее?

- Она - моя Дент. Я умру за нее.

Она кивнула.

- Продолжай в том же духе. Ее здесь нет. Они немедленно сообщают нам, находятся ли здесь члены семьи. Я бы знала.

- Пожалуйста, мы можем сейчас уйти? - спросил Люциан раздраженно и уставился на королеву так, словно она была сумасшедшей.

Королева Катрина ткнула пальцем ему в лицо.

- Ты можешь радоваться, что ты мертв, - сказала она.

- Иди, пожалуйста, сделай мне одолжение и скажи моей малышке, что я всегда буду любить ее.

- Если в моих сферах осталась хоть капля магии, скажешь ей сама. Если ты поможешь мне вернуть мою задницу… - сила снова соединилась с моим телом.

Это была тьма.

- Что? - спросила какая-то женщина. Я посмотрел на нее снизу вверх, прищурившись.

- Нет, нет, нет, - закричал парень со светлыми волосами.

- Немедленно отведите его к воротам, - приказал мужчина, похожий на кабана.

- Слишком поздно, - сказала женщина со светлыми волосами.

- Он здесь не останется! - завопил кабан.

- Где, черт возьми, я нахожусь? – взревел я.

Женщина с темными волосами, стоявшая ближе всех ко мне, схватила меня за руку и понеслась со скоростью света.

Раньше я не испытывал ничего подобного. Мне казалось, что моя кожа может содраться в любой момент.

Мы остановились у красивых ворот, и я попыталась унять головокружение.

Где, черт возьми, я был?

Женщина открыла калитку и с силой швырнула меня на землю.

- Беги, - крикнула она и указала в сторону пустыни.

Она пнула здоровенного парня, который направлялся в нашу сторону.

- Герберт!

- Иди, Блейк, - крикнул светловолосый парень моего возраста, и я вскочил и побежал в направлении, указанном женщиной.

Я не знал, где нахожусь, но понял опасность, когда увидел угрозу, и чем бы это место ни было, оно пыталось причинить большой ущерб. Я просто еще не знал, насколько серьезный.

~35~

Я продолжал бежать.

Бежал до тех пор, пока больше не смог.

Повсюду вокруг меня был песок. Где, черт возьми, я сейчас находился? Что я здесь делал?

Я бродил по городу целыми днями и не знал, куда мне следует идти.

Губы потрескались, и тело нуждалось в воде. Подошел бы любой тип жидкости.

- Блейк! - Женщина выкрикивала чье-то имя.

Должно быть, это было мое воображение, а потом я услышал снова.

Я огляделся по сторонам. Был ли я Блейком?

Я напрягал мозг, чтобы вспомнить, но не мог. Я вообще не мог вспомнить, как, черт возьми, я здесь оказался.

- Помни, кто ты есть, - пропел голос на ветру.

- Где я? - крикнул я в ответ.

- Вернись ко мне? – умолял голос.

- Кто ты? - снова закричал я, поворачиваясь кругами, уставившись на странное фиолетовое, оранжевое и розовое небо, демонстрирующее четыре планеты.

Земля задрожала. В песке вокруг меня появились туннели.

Я изо всех сил старался сохранить равновесие, и это отняло у меня много сил, которых мне не хватало, чтобы сохранять равновесие.

О, черт!

Я бежал так быстро, как только мог.

Земля сердито затряслась, предупреждая меня о приближении чего-то большого.

Я не понимал, откуда знал, что это опасно, но я знал.

Я желал смерти и жалел, что не могу вспомнить хоть что-нибудь. Мне нужно было одно краткое воспоминание о том, почему я здесь, как я сюда попал, и куда мне нужно было идти.

Я нырнул в песок головой вперед, когда оттуда вынырнул огромный червь.

Он рухнул на землю, и в его круглом рту появился миллион зубов, которые спиралью опускались в рот.

Он полз ко мне.

Это было нехорошо.

Я пополз быстрее, так как у меня не было сил встать.

Мои ладони и колени горели от песка, когда я попытался продвинуться вперед хоть на дюйм.

Направление, в котором я должен был идти, было неправильным. Я пытался двигаться вперед, но продолжал соскальзывать назад.

Я оглянулся на червя и на того, кто был позади меня, и посмотрел вперед.

Я уставился на песчаную дюну, которой минуту назад там не было, и она была похожа на ревущую волну передо мной.

Сегодня я должен был стать червячным чак-чаком, а я даже не знал, как, черт возьми, меня зовут.

Я попытался протолкнуться, когда второй червь вырвался из песка в нескольких ярдах передо мной.

Червь схватил меня своими зубами, и я понял, что мне конец.

Я взлетел в воздух и, кувыркаясь головой через ноги, взмыл в воздух. Спираль зубов и огромная открытая пасть ждали внизу.

Стрелы вонзились в слизистое розовое тело червя, и он захлопнул пасть как раз перед тем, как я стал его пищей.

Мое тело сначала врезалось в червя, а затем сильно ударилось о теплый песок.

- Да-да, - закричал молодой мужской голос, когда его стрелы попали в первого червя, продолжавшего приближаться к мужчине.

Я так устал, что не знал, как долго смогу держать глаза открытыми.

Было ли это помощью? Неужели помощь наконец пришла? Был ли этот парень другом или другим человеком, который хотел, чтобы я ушел, который пытался убить меня?

Черви, наконец, отступили в землю, когда земля содрогнулась, прежде чем затихла.

Мужчина побежал ко мне.

- Блейк? - Парень произнес имя, которое ветер произнес раньше.

Он присел на корточки рядом со мной.

- Блейк! - Он поднял меня.

Почему я не мог просто отдохнуть?

- Держи глаза открытыми! - приказал он и схватил мою руку, закидывая ее себе за шею.

Я хмыкнул. Откуда, черт возьми, этот парень меня знает?

Он поднял меня на руки.

Я хмыкнул.

- Оставишь меня в покое?

- Ты не умрешь сейчас. Вставай!

Мое тело каким-то образом слушалось его, но я сопротивлялся.

Он многозначительно пробормотал себе под нос несколько иностранных слов, а затем его рука сильно коснулась моей груди.

И сразу же все вернулось на круги своя.

Кем я был, чем я был, почему я был здесь и где.

Новая жизнь бурлила в моем теле.

- Чжудо, - нахмурился я.

Он рассмеялся и обхватил ладонями обе мои щеки.

Он кивнул.

- Ты сделал это, Блейк. Ты совершил это путешествие. Пришло время вернуться в свое тело.

- Как?

- Делай в точности то, что я тебе скажу.

Я проснулся, судорожно вздохнув. Воздух обжигал легкие.

Усталость, какой я никогда раньше не испытывал, захлестнула все мое существо, и я больше не мог бодрствовать.

Я даже не мог открыть рот, чтобы произнести нужные слова. С Еленой все было в порядке?

Я снова провалился в сон, снова погрузился в темноту и снова оказался под деревом.

Я посмотрел в бок и улыбнулся, потому что Елена спала прямо рядом со мной.

Она открыла глаза и посмотрела на меня, уголки ее губ дернулись. У нее были такие зеленые глаза, совсем как у ее отца.

- Привет, принцесса.

- Привет, красавчик.

Я закрыл глаза. Это был тот же самый сон, который снился мне всегда, но на этот раз он исходил не от меня.

Мне было уже все равно. Пока я был с Еленой. Такова была сделка, которую мы заключили.

Мы оба будем жить, или мы оба умрем. До тех пор, пока я не оказывался на одной стороне, а Елена - на другой, мне было все равно, на какой именно мы стороне.

Я не могу жить без нее. Я отказываюсь.

Я наконец открыл глаза.

Я лежал на кровати.

В комнате меня окружали восточные узоры. Я понял, что все еще нахожусь в Китае. Я отправился в загробную жизнь и не смог найти Елену.

Я закричал от отчаяния и сел, так что мои ноги коснулись земли.

Я не знал, где, черт возьми, была Елена. Как с ней связаться.

Она не была в загробной жизни.

Все вернулось ко мне. У меня даже не было времени попрощаться с Дином, Люцианом или Брайаном.

Даже Кара и Жако были там. Таня и мама Елены тоже снова были вместе.

Я ударился о вазу с фруктами, стоявшую на маленьком столике передо мной, с такой силой, что виноград и яблоки разбились о стену.

Слезы потекли по лицу, и еще один крик сорвался с губ.

- Блейк, - заговорил Чжудо, мягко коснувшись рукой моего плеча, когда я задрожал. - Что случилось?

Я покачал головой, когда рыдания прорвались сквозь меня.

- Ее там нет?

Я снова покачал головой.

- Значит, она не мертва?

- Ты этого не знаешь. Если Елены там нет, и она не в лимбе, то где же она, Чжудо?

Он поднял глаза.

- Ты был в лимбе?

Я кивнул и нахмурился.

- Блейк, никто не отправлялся в лимб и не возвращался оттуда живым.

- Ну, я так и сделал, но не сам. Мне помогли.

- Твой друг, должно быть, был могущественен в этой жизни, чтобы быть таким же сильным в загробной жизни.

У меня снова задрожала нижняя губа, когда я подумал, что каким-то образом сыграл свою роль во всех их смертях.

Они все еще помогали мне.

Они были большими друзьями. Братья, надеюсь, что однажды мы увидимся снова.

Где, черт возьми, ты, Елена?

Я ел как зверь, и у меня было время только на то, чтобы сбрить отросшую за четыре месяца бороду.

Вот как долго я пробыл на другой стороне.

Честно говоря, мне показалось, что прошло несколько дней.

Монахи были заняты перезагрузкой системы, чтобы я мог подключить Кэмми к домашнему телефону.

Четыре гребаных месяца.

Я ненавидел себя за то, что не знал, кто я такой, когда пришло время прощаться.

Я видел только Люциана, Герберта и королеву Катрину, которые оттесняли стражу, чтобы я мог сбежать.

Я не мог сказать им спасибо за их помощь. Я также не мог сказать им, как мне жаль, что они погибли. Если бы я мог вернуться назад во времени и сделать все заново, я бы все сделал по-другому.

Я не мог сказать им, как сильно я скучал по ним - особенно по Люциану, моему кровному брату в жизни и смерти.

Загробная жизнь, конечно, была чем-то таким, чего можно было ожидать с нетерпением, но с Еленой.

Драконы могли приходить и уходить, когда им заблагорассудится, и это здорово.

Мои волосы закрывали уши и свисали на плечи. Мне нужно было вернуться в Пейю.

Минг вошел в то место, где я мылся. На мне была одна из их туник.

- Устройство готово, - сказал он. Восхищение тем, что я добрался до лимба и вернулся живым, все еще ясно читалось в его глазах. Они задавали мне множество вопросов о лимбе, а я выражал свою признательность за их помощь.

Я улыбнулся.

- Спасибо.

Я поднял сумку и схватил Кэмми, открыл его и последовал за Мингом в другую потайную комнату. Он открыл дверь, и на столе посередине стояло круглое устройство. Больше в комнате ничего не было: только ковер и четыре деревянные стены.

Я положил свой кэмми поверх устройства, и загорелся свет.

Я набрал номер отца, и он зазвонил. Слезы снова подступили к глазам.

Появилось его лицо, и облегчение отразилось на нем, когда он увидел мою голограмму.

Я тут же заплакал.

- Блейк, где ты был?

- Блейк? - заговорил король Альберт.

Я сильно шмыгнул носом, пытаясь сдержать слезы. Сердце буквально разбилось. Душа была так утомлена.

- Я не могу найти ее, папа. Она не на другой стороне.

- Другая сторона? О чем ты говоришь… где, черт возьми, ты был?

- Я не могу жить без нее! – выплюнул я и энергично вытер слезы.

- Успокойся, сынок, успокойся. - В кадре появилось лицо короля Альберта. Он улыбнулся. - Она очнулась через месяц после того, как ты ушел.

Я ахнул.

- Что?

- Елена проснулась, - сказал король Альберт со слезами на глазах, и они оба рассмеялись.

- Папа, ты не шутишь…

- Блейк, она проснулась, и она несчастна без тебя. Пожалуйста, возвращайся домой, - сказал король Альберт.

Смешок сорвался с моих губ, когда новая жизнь согрела мою сердце. Мне захотелось заплакать еще сильнее, когда облегчение разлилось по всему телу. Я рассмеялся, увидев, как старая фигура Минга делает какие-то забавные движения, что-то вроде танца.

Я вспомнил рев лимба. Это Елена уходила?

- Ты не успеешь на свадьбу, но завтра ты можешь подождать ее, когда она проснется.

- Ну свадьбу, какую свадьбу?

Отец рассмеялся, увидев, как покраснело лицо короля Альберта.

- Твоей тети и король.

- Подожди, что? - Я правильно расслышал?

Они оба запрокинули головы и рассмеялись.

- Мы завтракаем. Я сохраню это в качестве сюрприза.

- Я буду там.

- Блейк, это долгий путь, - сказал папа.

- Елена проснулась. Я буду там, - сказал я и отключил звонок.

Я не мог объяснить то чувство, которое испытывал прямо сейчас. Моя Любовь проснулась. Во мне проснулся смысл жизни, и она была так же несчастна без меня, как и я без нее.

Это сработало. Что бы я ни делал, это сработало.

Я попрощался с монахами, когда пришло время уходить. Было около двух часов ночи, и путешествие было долгим.

Я превратился в зверя и взмыл в небо, выше небес, подальше от людских глаз.

Внутри меня зародилась новая жизнь, поскольку Елена была моим маяком. Она собиралась проводить меня обратно домой. Мне просто нужно было быть достаточно быстрым, чтобы успеть вовремя.

Я внимательно следил за самолетами, когда летел изо всех сил.

Чешуя слегка горела от ветра, но мне было все равно.

Я даже не понял, когда пролетел сквозь барьер.

Я почувствовал жужжание, когда стена пробежала рябью по моей чешуе.

Это было похоже на волшебство, приветствовавшее меня дома.

Воздух здесь был чище, цвета ярче, чем на другой стороне.

Это был мой дом.

Солнце уже село, и я полетел в замок Итан. Мне было все равно, насколько я устал. Я прорвался, так как должен был это сделать. Я должен был увидеть ее сегодня вечером. Мне нужно было заключить ее в свои объятия. Мне нужно было заглянуть в эти зеленые омуты и попробовать на вкус ее губы. От этого зависела моя жизнь.

~36~

Я приземлился снаружи, в саду замка, где они устраивали прием. Я слышал болтовню гостей, которые смеялись и разговаривали друг с другом.

Там было много людей, и я не мог поверить, что Констанс собирается стать королевой.

Я изменился обратно и натянул джинсы и толстовку с капюшоном вместе с кроссовками. Я схватил маму и попросил позвать отца, когда из зала донеслась тихая музыка.

Я видел, как он выходил из одной из боковых дверей.

- Блейк, - прошептал он.

- Посмотри налево.

Он посмотрел налево, и на его лице появилась широкая улыбка, когда он побежал ко мне.

Он обнял меня.

- Ты не представляешь, как я волновался, когда мы не смогли до тебя дозвониться. Как быстро ты летел? - Он коснулся моих волос, закрывавших уши.

- Лучше об этом не спрашивать. Елена действительно проснулась?

- И она несчастна, даже если пытается это скрыть. Мы все беспокоимся о ней, даже Эмануэль. - Я видел его беспокойство, но он улыбнулся, и оно исчезло. Все будет в порядке.

- Ну что, теперь я здесь?

Папа улыбнулся.

- Король Альберт хочет станцевать под песню, которую ты записал.

Я прищурился.

- Ту, новую?

- Да, ему она очень понравилась, но он подумал, что было бы жестоко, если тебя здесь не будет.

- Я сейчас здесь?

- Ты не против спеть песню?

- Начни песню, а я ее закончу.

Отец усмехнулся.

- Рад, что ты вернулся, сынок.

- Ты действительно ей не сказал? - спросил я, когда он возвращался.

- Ни единого слова. - Отец снова стал прежним сэром Робертом. - Ал хотел сделать это сегодня несколько раз. Думаю, он наконец-то увидел ту разочаровывающую вещь, о которой ты ему рассказывал.

Я усмехнулся.

- Оставайся здесь. Я скажу тебе, когда идти. - Он бросился обратно в приемную и вошел через дверь.

Я кивнул.

Я огляделся по сторонам. За четыре месяца многое изменилось. Звук, издаваемый лабиринтом в саду, задрожал, и я понял, что он меняет курс.

Я закрыл глаза и настроился на прием, пытаясь уловить голос Елены.

Мне нужно было услышать ее.

Я услышал, как кто-то постучал по микрофону, и из динамиков донесся голос отца.

- Нет, Елена, я не буду петь.

- Ты тоже можешь читать мои мысли?

На мои глаза снова навернулись слезы.

Это действительно была она. Она проснулась.

Она не была мертва. Она действительно была внутри, живая и невредимая.

- Нет, но выражение твоего лица сказало само за себя.

Все рассмеялись.

- Пришло время попросить прекрасную новую пару открыть для нас танцпол. Молодежь хочет веселиться.

- Слушайте, слушайте! - закричал Джордж, вызвав смех и аплодисменты.

Песня началась, и я забыл, какое у нее длинное вступление. Я вспомнил, что чувствовал в тот день, и ребята продолжали играть на инструментах, пока я пытался собраться с силами, чтобы наконец спеть слова. Именно так мы закончили с этим длинным вступлением.

Затем мой голос, наконец, начал петь текст песни:

Предан, обессилен и, может, порабощен.

Ни то, ни другое, я был спасен

Милая, дорогая, любимая, крепче обними меня.

Моё сердце – твоё, видел свет я.

- Когда он это записал? - Я услышал голос Елены, спрашивающей кого-то.

- Когда ты была в коме, - ответила ей моя сестра.

Я видел надежды, испытал страхи твои,

Я прожил годы в твоей тени.

Малыш, успокойся в объятьях моих,

Воля влюблённых у нас, у двоих.

Это действительно была одна из наших лучших песен.

Папа появился из боковой двери и помахал мне рукой. Я подошел к нему.

О, я так был неправ, любовь моя,

Где моё место, теперь знаю я.

Моя тьма умерла, больше нет зла,

Наша общая связь потрясает до дна,

Не уходи, эта печаль слишком сладка.

Я здесь и буду любить тебя всегда.

- Ладно, я не думал, что эта песня дастся ей так тяжело. Тащи сюда свою задницу, пока она не собралась встать и уйти.

Снова зазвучал припев.

- Эй, все будет хорошо, тссс, - прошептала Сэмми, и я мог только представить, через что должна проходить Елена. Если ее три месяца были такими же тяжелыми, как мои, то мне действительно нужно было побыстрее засунуть туда свою задницу.

Я вошел в приемную и не знал, где, черт возьми, она сидит.

Отец подтолкнул меня локтем.

- Елена, - раздался голос Энни, и я посмотрел на все дверные проемы.

Мой взгляд упал на ее спину. На ней было красивое викторианское платье, и мой отец был прав.

- Отпусти ее, - мягко произнес Эмануэль.

Папа сунул мне в руки микрофон.

Раздалось несколько вздохов, когда я прошел вглубь зала, а затем я спел остальную часть текста.

Малыш, успокойся в объятьях моих.

Я нуждаюсь в тебе больше, чем знаешь,

Свет во мне ты выбираешь.

Она остановилась, когда я направился к ней, но еще не обернулась. Она просто стояла там, застыв на одном месте.

Ты нужна мне сейчас, я все исправлю,

Рядом с тобой я крылья расправлю,

Чтоб бороться, чтоб победить.

Только лишь ты можешь демонов усмирить.

Твоя невинность, твоя чистота,

Они заставляют остаться меня.

Всегда так было и всегда так будет.

Она медленно повернулась, чтобы посмотреть на меня, и мои слезы навернулись на глаза, когда она затаила дыхание.

Слезы катились по ее щекам, так как я не мог подойти к ней быстрее, но в конце концов я добрался до того места, где она стояла, когда снова спел припев.

Она просто продолжала смотреть на меня, пока я исполнял серенаду, которую написал специально для нее.

Наконец, песня закончилась, и я позволил руке, в которой держал микрофон, опуститься.

Она выглядела такой красивой, и я не мог поверить, что она проснулась. Мои губы скривились в усмешке, а она подбежала и прыгнула в мои объятия. Ее губы прижались к моему лицу, и я обнял ее крепче.

Ее запах приветствовал мои ноздри, когда я возвращался домой. Она была моим домом. Я нежно губами коснулся ее шеи, когда ее губы коснулись моей щеки, и я закружил ее. Счастливый, что она не застряла где-то там, куда я не мог последовать.

- Где, черт возьми, ты был? - В конце ее голос надломился.

- Прости, что так долго, - прошептал я. - Я так сильно скучал по тебе. - Я шмыгнул носом, когда слезы навернулись мне на глаза.

- Я думала, ты умер, - захныкала она.

Мои губы коснулись ее виска и задержались на несколько секунд.

- Я думал, ты умерла. - Мой голос тоже сорвался, губы все еще задерживались на ее виске, когда рука нежно обхватила ее затылок, вероятно, испортив прическу, но мне было все равно.

- Сорняки так легко не погибают. - Она смеялась и плакала одновременно.

Мое тело затряслось от беззвучного смеха, когда я откинул голову назад, чтобы посмотреть на нее. Мое зрение затуманилось, когда я уставился на нее. Я не мог вспомнить, когда в последний раз был так счастлив. Она нежно коснулась пальцами моих волос, прежде чем дотронуться одной рукой до моего лица. Я растаял от ее прикосновения и вдохнул сладкий цветочный аромат, который остался на ее запястье.

- Ты далека от сорняков, Елена. Ты - роза.

Она усмехнулась.

- Роза?

- Да. - Я снова крепко прижал ее тело к своему. - А я - колючка, из тех, кто причиняет адскую боль.

Наши губы снова коснулись друг друга, и мне было все равно, был ли ее отец защитником или нет. Ему придется привыкнуть к этому, и довольно быстро, так как это не скоро исчезнет.

~37~

Король Альберт прочистил горло, и поцелуй прервался.

Я посмотрел на него, слегка приподняв бровь. Он выглядел лучше, больше походил на того короля, которого я помнил.

- С возвращением, Блейк. На минуту я подумал, что у тебя ничего не получится. - Его голос тоже звучал лучше.

- Мой король, рад видеть, что ты выглядишь здоровее.

Елена вырвалась из моих объятий и ударила своего отца по руке.

- Ты знал?

- Это был сюрприз, сладкая горошинка. - Он рассмеялся. - Как думаешь, почему я выбрал эту песню?

- Как давно ты знал? - Голос Елены звучал расстроенно.

Я улыбнулся, когда увидел их вместе. Позже я узнаю подробности о том, как прошло их воссоединение.

- Этим утром, - я нежно смотрел на нее, а она смотрела в ответ, - не так давно, и я прилетел сюда так быстро, как только мог, когда папа сказал мне, что ты наконец проснулась. Я буквально приземлился десять минут назад, а мне еще нужно было петь.

Она рассмеялась и подошла, чтобы обнять меня одной рукой. Я положил голову на ее макушку.

Король Альберт снова прочистил горло. И мне пришлось подавить смех, когда его брови недоверчиво изогнулись.

- Серьезно. Мне девятнадцать, - запротестовала Елена.

- Не волнуйся, я уже подготовил речь, - сказал я, глядя на короля.

Он слегка прищурился, и его губы дрогнули. Что напомнило мне о том, на что способны мои сферы? В них еще оставалось немного сока для грандиозного финала.

- Итак, ты получил свои дурацкие сферы? - спросила меня Елена.

Я заулыбался.

- О, они далеко не дурацие, и думаю, пришло время показать всем, на что они способны.

- Что они делают? - Елена слегка разинула рот, глядя на меня.

Я приподнял брови.

- Это сюрприз, так что иди, оденься потеплее, надень плащ и ботинки.

- Почему? - Она заскулила.

- Просто сделай это. Я не хочу, чтобы ты испортила свое красивое платье.

Король Альберт посмотрел на нее, слегка нахмурившись.

- Ты тоже, - сказал я королю. - Это то, что вам обоим нужно увидеть.

Елена указала на меня пальцем.

- Хорошо, но больше не исчезай.

Я мягко схватил ее палец.

- Ни за что на свете.

Она улыбнулась, а затем, приподняв платье, побежала к лестнице и поднялась в свою комнату.

- Блейк. - Руки Сэмми обвились вокруг моей талии.

- Дин передает привет, - прошептал я. - И он сожалеет обо всем.

Она подняла на меня растерянный взгляд.

Я улыбнулся, когда мама обняла меня.

- Ты меня так напугал. Я клянусь, Блейк Сэмюэл Лиф. - Ее голос дрогнул.

- Я в порядке, более чем в порядке, мам. Больше никаких страхов, обещаю.

- Я настаиваю на этом.

Следующей была моя кузина, и она рассмеялась.

- Что?

- Я встречалась со своей сводной кузиной, и она ранее сказала нам, что в этой семье нет полутонов, Блейк.

- Тогда, думаю, тебе нужно смотреть на инцест по-другому, Энни.

Смех вырвался наружу, когда тетя, одетая в красивое белое облегающее платье с белыми цветами в волосах, встала передо мной. Слезы облегчения навернулись на ее глаза.

Я схватил ее за руку и нежно поцеловал.

- Моя королева.

- О, тише. – Она крепко сжала мои плечи, прежде чем обняла меня за талию. - Жаль, что ты не видел этого, когда она проснулась, Блейк.

- Думаю, ты должна как-нибудь рассказать мне об этом.

Она шмыгнула носом и смахнула слезы.

Группа была следующей и даже Эмануэль.

Я объявил, что нам нужно пойти на озеро за моим последним сюрпризом, и несколько членов моей семьи и близких друзей последовали за мной.

Я умолял папу подождать Елену, и он кивнул.

Идти до озера было недалеко, и все хотели знать, где, черт возьми, я был.

- Увидите, - загадочно сказал я, за что они все страстно возненавидели меня.

Когда мы добрались до озера, я снял толстовку с капюшоном, схватил сумку и достала сферы. Я нес их на руках, взбираясь на холм, который находился прямо за озером на заднем дворе замка.

Я положил первый шар и молча взмолился, чтобы в нем было достаточно сил для Елены, чтобы попрощаться с теми, с кем она не смогла - особенно с ее мамой.

Я сделал несколько гигантских шагов, опустил второй шар и продолжил с каждым из них.

- Что, черт возьми, ты делаешь? - спросил король снизу. Он говорил нормально, не кричал на меня, так как у всех нас был улучшенный слух. Ну, почти у всех.

- Подожди и увидишь, мой король. Рад, что ты снова обрел себя.

- Я должен был. Ты был прав насчет внешнего вида. Мне казалось, что я разочаровываю ее каждый день.

Все вокруг него захихикали, когда Констанс подошла, чтобы обнять его.

Я положил предпоследний шар и краем глаза увидел Елену, идущую с моим отцом. Она была без этого красивого платья, в джинсах, ботинках и блейзере, как и ее отец.

- Посмотри вверх, - сказал король, и я ухмыльнулся, как идиот, опуская последний шар. В сумке на земле лежал только материнский. Закончив, я нырнул в озеро и поплыл обратно к берегу.

Джинсы прилипли к ногам, когда я вылез из озера.

Я потряс головой, и вода забрызгала Елену.

Она рассмеялась, пытаясь заслониться от капель; она подняла руки, защищаясь, и я остановился. Я наклонился, чтобы быстро поцеловать ее в губы, прежде чем достать из сумки материнский шар.

Я держал его в руках, пока все пялились на меня.

- Сейчас мне нужна полная тишина, пожалуйста. Ни писка.

Я сделал несколько шагов назад и взял шар обеими руками.

Я подмигнул Елене, прежде чем закрыть глаза, чтобы сосредоточиться.

Я надеялся, что это сработает.

- И не пугайтесь.

Я чувствовал тепло, исходящее от шара, когда указывал путь и открывал дверь для троих, которые отчаянно хотели попрощаться с Еленой.

Воздух наполнился вздохами, но я знал, что еще не пришло время.

Шар стал тяжелее и теплее, и свет заплясал за моими закрытыми веками. Я знал, что они делали то, что собирались сделать. Соединяясь с материнской сферой, прокладывали путь с другой стороны.

Я открыл глаза, когда последний шар соединился с материнским шаром в моих руках.

Я сильно сосредоточился и легким движением направил луч на середину озера, точно так, как учил меня Минг в тот первый раз, когда я попытался позвонить Люциану.

В середине озера появилось серебристое пятно, которое медленно становилось все более заметным. Оно приблизилось к краю, а затем превратилось в яркий серебристый свет. Это делало озеро похожим на большую яркую луну.

Все ахнули от красоты, и я молился, чтобы они откликнулись на этот звонок.

Вода покрылась рябью, и я закрыл глаза и сосредоточился сильнее, когда неведомая сила оттолкнула это прощание.

Я открыл глаза, и двое из них вынырнули из озера.

Это были Герберт и Кара.

Они были одеты в плащи и остановились у кромки воды.

Кара первой сняла капюшон. Ее вьющиеся темные волосы с фиолетовыми прядями почти светились. Наши глаза встретились, и она улыбнулась, но когда ее взгляд переместился, и она нашла взгляд Елены, ее улыбка стала шире.

Елена просто уставилась на нее. Затем Герберт снял капюшон.

Он улыбнулся мне, но в его глазах было предупреждение. Я кивнул ему.

Елена наконец оторвалась от руки короля и бросилась в озеро. Она обняла мужчину, которого так долго называла папой.

- Спасибо тебе, - сказал король Альберт Герберту, и тот тихо кивнул, хотя в его глазах стояли слезы.

- Мне так жаль, - прошептала Елена, когда несколько всхлипов сорвалось с ее губ.

- Тсс, Медвежонок. Все в порядке. - Жако погладил ее по спине.

- Как это возможно?

Он рассмеялся и отстранил Елену, чтобы посмотреть на нее. Герберт был счастлив, улыбаясь своей дружелюбной улыбкой. Он любил ее так же сильно, как Кару. Он нежно обхватил ладонями ее лицо.

- Ты все еще не понимаешь, на что способны его сферы, не так ли?

Елена оглянулась на меня, а затем снова на Герберта.

- Мне не следовало с тобой ссориться. Тебе пришлось растить меня, когда ты узнал, что я убила... - Она замерла, затем посмотрела на девушку рядом с ним. - Кара?

Она улыбнулась.

- Что тебя так задержало, сладкая?

Елена обхватила ее руками.

- Я так сильно скучала по тебе.

- Что, грызун все еще доставляет тебе неприятности? Это звучит не так.

- Это не то, что я имела в виду.

- Я знаю, и я говорила тебе, что я всегда здесь. - Она коснулась груди Елены: - Ну, это фигура речи.

Смешок сорвался с губ Елены, и она снова обняла ее.

- Ты столькому меня научила.

- Вот почему мое яйцо вылупилось. Чтобы направлять тебя. Это удивительно, загробная жизнь, ты просто знаешь, для чего они тебя создали, но тебе придется ждать этого очень долго, но что-то подсказывает мне, что прямо здесь у тебя будет свой собственный кусочек рая.

Елена обняла ее крепче, когда король подошел ближе и вошел в воду.

- Жако. - Король Альберт встал перед Гербертом.

- Не надо, мой король. Я всегда знал, что, когда Кара вылупилась, они создали ее для большей судьбы.

Король Альберт нежно коснулся лица Кары.

Она улыбнулась.

- Эй, я помню тебя. - Кара обняла короля. - Всегда такой добрый, и мы, бывало, играли часами.

Мы все тихо рассмеялись, и я заметил, как несколько людей вытирали слезы.

Король рассмеялся.

- На самом деле, мне было очень приятно. Она была важной частью моей жизни. - Кара оглянулась на меня.

- Не знаю, как и благодарить вас обоих, - сказал король Альберт. - Этого никогда не будет достаточно. Ты остался, когда Таня ушла. - Он снова посмотрел на Герберта.

- Я должен был сказать ей раньше, - тихо ответил Герберт.

- Не надо. Все случилось именно так, как и должно было случиться. - Король улыбнулся.

Говори за себя.

Они оба рассмеялись, будто могли слышать мои мысли.

- Просто наслаждайся временем, которое проводишь с ней. Она замечательная молодая леди, Ал.

- Спасибо тебе.

- Нам пора идти, Елена, - сказал Герберт.

- Уже?

- Эй. Мы хотим остаться, - сказала Кара. - Мы просто не можем.

Елена кивнула.

Кара посмотрела на меня.

- Позаботься о ней, грызун. Или я приду, чтобы надрать тебе задницу.

- Мне бы так повезло, - пошутил я, и Елена еще раз обняла ее, и Герберта тоже.

- Я люблю тебя.

- Я люблю тебя еще больше, Медвежонок. Всегда любил и всегда буду любить. Когда-нибудь увидимся снова, - сказал Жако и подмигнул ей.

Он кивнул мне в знак благодарности, и я закрыл глаза, убеждаясь, что у них есть путь обратно в Святую Землю, и убеждаясь, что путь останется открытым еще для одного человека. Я надеялся, что у нее хватит сил попрощаться.

Я чувствовал, как чье-то присутствие проникает сквозь меня подобно силе - это, должно быть, была королева Катрина.

Все ахнули, и я услышал плеск падающей в воды.

Я открыл глаза, когда до слуха донеслись тихие приглушенные всхлипывания, приносящие извинения.

Елена стояла рядом со мной, оглядываясь на озеро.

- Иди, Елена, - сказал я, и ее взгляд метнулся ко мне. - Она действительно хочет тебя видеть.

- Мне так жаль, Кэти. Я должен был стараться сильнее, - тихо воскликнул король, когда Елена медленно пошла обратно к озеру.

- Тсс, - прошептала королева. - Я так сильно люблю тебя, и тогда я была такой потерянной. Я превратила твою жизнь в сущий ад. Мне очень жаль.

- У тебя были все причины в мире чувствовать себя потерянной. Елена, - сказал он властно. - Я хочу познакомить тебя с самой храброй женщиной, которую я когда-либо встречал. С твоей матерью.

Он повернул голову к Елене и отошел в сторону.

Они просто смотрели друг на друга, и тут появилась мягкая королева Катрина. Она угрожала только мне. Она раскрыла объятия, и Елена бросилась вперед и крепко прижалась к своей матери.

Они обе плакали.

Мне хотелось бы навсегда вернуть ее мать.

Королева Катрина расцеловала Елену, как Мэгги Люциана, когда нашла его. Она снова притянула Елену в свои объятия.

- Ты совсем взрослая, - прошептала она и шмыгнула носом. - Я так сильно люблю тебя, и я никогда, никогда не перестану любить тебя. Я действительно хотела тебя, и мне так жаль, что нам так и не удалось ничем поделиться. Я действительно с нетерпением ждала наших походов по магазинам.

- О, она могла не любить магазины, - пошутил король Альберт, вытирая слезу.

- Тише. - Королева шлепнула короля, и Елена рассмеялась.

- Но обещаю тебе, у тебя будет удивительная жизнь. - Она заправила прядь волос за ухо. - Та, которая будет наполнена любовью и воспоминаниями. Твоя судьба предначертана звездами, и однажды, однажды мы отправимся за покупками.

Елена снова обняла ее, и королева поцеловала ее в макушку, когда она посмотрела на меня. Слезы навернулись на ее глаза, когда она одними губами произнесла «Спасибо». Она перевела взгляд обратно на Елену.

- Я люблю тебя, детка.

- Пожалуйста, не уходи, - голос Елены сорвался.

- Если бы это было возможно, моя милая, я бы осталась, но не могу. Я больше не часть этого мира, но теперь у тебя замечательная мать. Она присмотрит за тобой.

Елена кивнула. Королева Катрина вытерла слезы Елены, в то время как ее собственные все еще стояли в глазах.

- Я всегда буду с тобой. Обещаю. - Она еще раз поцеловала Елену в висок и отступила.

Елена попыталась отпустить ее, но король крепко держал ее. Ее плечи затряслись от беззвучного плача, и я снова закрыл глаза, нуждаясь в том, чтобы направить ее обратно в другое русло, поскольку мои эмоции были бурными, но я должен был преодолеть их и сосредоточиться.

- Я люблю тебя, Кэтрин Сквайрс, - сказал король. - Всегда любил, всегда буду любить.

Королева рассмеялась.

- Не будь таким прямолинейным. Твоя новая невеста может приревновать.

Я услышал смех моей тети. Она ничего не сказала.

Сила снова стала сильнее, когда я сосредоточился, чтобы вернуть королеву туда, где ей место.

- Мне так жаль, Елена. Поверь мне, если бы я знал, что это Горан, я бы что-нибудь сделал. Клянусь, - воскликнул король.

- Шшш, - фыркнула Елена. - Это в прошлом, папа.

Сила, наконец, стала слабее, а затем исчезла. Материнский шар был обжигающе горячим в моих ладонях. Он сделал то, чего я от него хотел.

~38~

Один за другим шары издавали свистящий звук и взлетали в воздух. Мы все наблюдали, как они один за другим взрывались в небе. Сначала взорвался красный шар, затем розовый, оранжевый, желтый и синий. Все они взорвались потоком красок. Они умерли вместе с крошечными разноцветными искорками, упавшими с неба. Это был самый отвратительный и самый потрясающий фейерверк.

Последний из них взмыл в воздух и залил ночное небо своим фиолетовым светом. Я поднес материнский шар к губам, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза.

- Спасибо тебе, - прошептал я сфере, а затем подбросил ее в воздух. Яркий свет наполнил ночное небо. Взрыва не было, и они исчезли.

Елена снова прыгнула в мои объятия.

- Спасибо, - сказала она скрипучим голосом.

- Шшш, - прошептал я ей на ухо. - Мне жаль, что я не смог уделить тебе больше времени.

- Спасибо тебе, Блейк, - прервал нас король, и я опустил Елену на землю. - Не знаю, как тебя отблагодарить. Знаю, что они, должно быть, значили для тебя.

- Они ничего не значат по сравнению с тем, что твоя дочь значит для меня.

- Пожалуйста. - Король покачал головой, его тон был совершенно серьезен. - Не проси у меня благословения, пока нет.

Мы все рассмеялись.

- Слишком рано? – пошутил я.

- Слишком, слишком рано.

Мы вернулись во дворец.

Я встретился с Эмануэлем.

- Она поскользнулась. Она не совершала самоубийства, Эмануэль.

- Что?

- Королева Мэгги, она не совершала самоубийства.

Он уставился на меня.

- Откуда, черт возьми, ты это узнал? Это было после того, как ты ушел.

- Как думаешь, где я был?

Елена подошла, чтобы снова сесть за стол с тарелкой еды и столовыми приборами. Она поставила их передо мной. Эмануэль мне не ответил. Он просто уставился на меня, пока я улыбалась болтовне Елены. Она рассказала о том, каким потрясающим был ее отец, когда Древние захотели поговорить с ним, а в Пейе больше нет Древних. Все они были уволены.

Эмануэль рассмеялась, а я просто нахмурился, глядя на нее.

- Уволены?

- Да, это было потрясающе. Ты должен был это видеть, - ответила Елена.

- Думаю, я чертовски много пропустил за последние четыре месяца.

- Да, что тебя так задержало, серьезно?

Я запихнул еду в рот, не отвечая ей.

Вечеринка продолжалась. Многие из наших друзей танцевали, и те, кто не хотел знать, где, черт возьми, я был, как мне удалось разбудить Елену и все такое прочее.

Когда я покончил с едой, Елена захотела потанцевать, но я оттащил ее назад.

- Полетаешь со мной? - прошептал я ей на ухо, когда она как бы плюхнулась мне на колени.

Она кивнула.

Мы встали, я взял ее за руку и вывел на улицу. Я разделся, чтобы превратиться.

Я был совершенно голый и оглянулся на Елену, которая просто смотрела на меня.

- Самое время, - пошутил я и преобразился.

Она рассмеялась, а потом подбежала ко мне и забралась ко мне на крыло. Я дал ей всегда необходимый толчок, чтобы помочь подняться.

Она нашла свое местечко между двумя моими рогами на спине и нежно обхватила пальцами мои усики. Все мое тело гудело от ее прикосновений. Я взмахнул крыльями и поднялся в воздух.

Мы поднялись выше, прежде чем я бросился к ближайшей горе. Я вспомнил, какими красивыми когда-то были горы в Итане.

Я чувствовал себя как дома в небе моего мира, с любовью всей моей жизни на спине.

Итан был прекрасен, и слова о том, что я чувствовал по отношению к своему дому и Елене, просто промелькнули в моих мыслях, звуча как еще одно стихотворение.

Я знал, что должен сказать ей это. Она не могла снова оставить меня в таком состоянии. Я не выживу без нее.

Впереди показалась гора, и я спустился вниз. Мы приземлились на поляне.

Луна отражалась в маленькой речке, и луг озарился светлячками. Или они могли бы быть феями.

Елена соскользнула с моего крыла, продолжая смотреть на жуков-молний. Я трансформировался обратно в свою человеческую форму и подошел, чтобы встать позади нее, обхватив ее руками.

- Прости, что я так долго не появлялся, - сказал я.

- Все в порядке. Ты должен был найти свои сферы. Просто пообещай мне, что в следующий раз, когда тебе снова придется сделать что-то подобное, я смогу поместиться в твоей сумке.

Я усмехнулся.

- Я обещал это слишком много раз, но на этот раз у тебя есть моя клятва.

Было тихо, пока мы стояли там и наблюдали за миллионом светлячков вокруг нас.

- Это стихотворение было прекрасным, - сказала Елена.

- Знаю. Ты говорила мне это раньше.

- Не то, которое ты превратил в песню, Блейк, а то, которое ты пел, когда мы летели сюда.

Я нахмурился. Что она говорила?

- Ты это слышала?

Она кивнула.

- Я также слышала, когда мы разлучились в замке, когда Горан притворялся Гельмутом. Я не могла тебя видеть, и мне было так страшно. Я действительно думала, что Гельмут хочет убить меня, а потом твой голос проревел, что это Горан.

Я закрыл глаза. Она услышала меня.

- Он не хотел, чтобы ты узнала, что он его близнец. - Я открыл глаза.

Она повернулась в моих объятиях, чтобы посмотреть на меня.

- Теперь я это знаю.

Я мягко улыбнулся и настроился, но от нее ничего не последовало. Я сильнее концентрируюсь.

- Почему у тебя такое вытянутое лицо? - спросила Елена.

- Это не двусторонний поток. Я не слышу тебя.

- Думаю, это своего рода расплата, - поддразнила она. - Это вернется, Блейк. Я знаю.

Я глубоко вздохнул. Пришло время.

- Что ж, если ты можешь читать мои мысли, может быть, теперь я смогу тебе кое-что показать.

Она прищурила глаза.

- Что бы это могло быть, черт возьми?

Я ухмыльнулся.

- Тссс.

Я закрыл глаза и отвел ее в белую комнату - начало дента.

Она рассмеялась.

- Ты хочешь еще раз показать мне дент?

Я открыл глаза и уставился на нее, сдвинув брови. Наконец она открыла свои.

- Что ты подразумеваешь под «еще раз»?

- Ты уже показывал мне.

- Нет, я бы запомнил, если бы показывал. - Мои мысли были в смятении, когда я одарил ее кривой ухмылкой.

Она рассмеялась, но смех тут же исчез.

- В тот день в лесу. Я думала, ты собираешься попрощаться со мной. Это выглядело так, будто ты что-то скрываешь. - Мои брови сошлись на переносице. День в лесу. Мой сон. - Ты даже говорил тебе, что это не имеет смысла. Что, если бы ты была там. - Я приложил палец к ее губам и закрыл глаза, когда сон о том дне, который был таким необычным, промелькнул у меня в голове.

- Да, это так.

- Это был ты?

- А кто еще это мог быть?

Она действительно могла читать мои мысли. Я был так уверен, что это был я. Образы того, как она лежит на этой кровати, а этот гребаный аппарат дышит за нее, всплыли у меня в голове. Это было так ясно, что я с трудом дышал, просто лежа там изо дня в день.

- Я не понимаю.

- Я делал это так много раз в течение того первого месяца, желая установить с тобой связь, вернуть тебя обратно. Мне нужно было услышать твой голос, даже если это было моих рук дело. Мне было все равно.

Образ того дня заполнил мои мысли. То, как мы целовались, казалось таким реальным. Я должен был догадаться, что так оно и было.

- Ты действительно пробовал это больше одного раза?

- Каждый раз, когда только мог, - сказал я.

Я закрыл глаза, и наши губы снова соприкоснулись. Я мог целовать ее вечно. Поцелуй превратился в жаркую страсть.

Королева Катрина, угрожающая мне, вторглась в мои мысли. Я хмыкнул и прервал наш поцелуй.

- Что? – хихикнула Елена.

- Я не могу. - Я улыбнулся. - Я дал обещание держать гормоны в узде до того дня, когда ты выйдешь за меня.

Мы оба рассмеялись, когда я заговорил в рифму.

- И твой отец только что сказал мне, что еще слишком рано, так что мне будет трудно, но я хочу попробовать.

- Кому ты обещал?

Я пытался скрыть от нее свои мысли.

- Твоей матери.

Она нахмурилась. Я ненавидел то, что это не был двусторонний поток.

- Когда?

Я посмотрел на нее, и в моем сознании промелькнула Святая Земля. Лицо Люциана промелькнуло в моих мыслях.

- Когда я использовала половину способностей сфер, чтобы поговорить с ним.

- С кем?

- Люцианом. Я думал, ты у него, Елена.

Она уставилась на меня.

- Ты связался с Люцианом так же, как с моей мамой?

Я усмехнулся и покачал головой.

- Нет, он не хотел со мной разговаривать, что только подтвердило мои опасения, так что мне пришлось отправиться в путешествие, чтобы надрать ему задницу. - Я ухмыльнулся.

Еще больше воспоминаний, королева Мэгги и Гельмут с Дейзи промелькнули у меня в голове.

- Ты был на другой стороне?

Я кивнул.

- С той стороны время течет по-другому. Я изо всех сил пытался разыскать его и пообещал, что если найду его с тобой, то испепелю. Не имело значения, насколько он был святым, пока он не отказался от тебя. Когда я наконец нашел его, девушки окружали его. - Я улыбнулся. - Люциан сказал мне, что это не было причиной, по которой он не хотел со мной разговаривать. Он хотел покоя. Он сказал, что тебя там не было, и именно так я познакомился с твоей матерью. Она очень похожа на тебя. Когда она узнала, кто я такой, то напугала меня до полусмерти.

- Ты сказал ей, что больше не относишься ко мне как к дерьму, верно?

Я усмехнулся.

- Не этим. О тем, чтобы воспользоваться тобой. Она очень традиционна и не хотела, чтобы ты делала со мной то, чего не должен делать до первой брачной ночи.

Она рассмеялась, когда в моем сознании промелькнули образы королевы, прижимающей меня к дереву.

- Ты не упоминал...

- Черт возьми, нет, - прошептал я, и мы тихо рассмеялись, наконец-то поняв, почему она была так расстроена из-за Люциана.

Наши глаза снова встретились, и я посмотрел на нее.

- Мне жаль, что я не смог уделить тебе больше времени. Оказывается, мне все еще нужно было научиться быть терпеливым.

- Тсс, у меня та же проблема.

- А теперь я просто взял и сделал все еще хуже.

Она обвила руками мою талию и притянула меня ближе к себе. Моя нагота действительно больше не беспокоила ее?

- Мы будем рассматривать это как полезный опыт.

Я зарылся лицом глубоко в ее плечо и просто вдыхал ее запах.

- Ты действительно перешел на другую сторону ради меня.

Я приподнял ее подбородок, чтобы она могла посмотреть на меня, и улыбнулся.

- Когда ты поймешь это, Елена? Даже смерть не сможет разлучить меня с тобой.

В ту ночь все наши друзья постелили семейную кровать в комнате Елены.

Даже группа осталась на ночь.

Все шутили о том, когда Елена была в коме, и о том, как я себя вел. Так неловко. Потом они насмехались над Еленой по поводу того, как мое отсутствие повлияло на нее, когда меня здесь не было.

Она лежала рядом со мной, я обнимал ее за талию, и мы смотрели друг на друга.

Я ненавидел, что она могла слышать мои мысли, поскольку она продолжала разражаться смехом всякий раз, когда я думал о чем-то отдаленно неуместном.

- Ты ни капельки не изменился, ты, балбес, - прошептала она с широкой улыбкой на лице.

- Я говорил тебе, что я - это все еще я, Елена.

- Твои действия были другими.

- Итак, как все было, когда ты проснулась?

Она сделала глубокий, прерывистый вдох, просто подумав об этом.

- Я слышала, как ты разговаривал со Смертью или с кем-то еще.

Я нахмурился.

- Когда?

- До того, как я проснулась. Он объяснил, что если я там, кто-то должен занять мое место. - Слезы навернулись ей на глаза. - Я думала, ты отдал свою жизнь за меня, чтобы я могла жить.

Я заключил ее в объятия и притянул ближе к себе. Я больше не хотел, чтобы она плакала.

- Я бы сделал это в мгновение ока, Елена. Вот как много ты для меня значишь.

- У меня ничего не получится, Блейк.

- Все получится. Ты сильнее, чем думаешь.

Она шмыгнула носом и вытерла глаза.

- Королева Мэгги... - Ее нижняя губа задрожала.

- Она не совершала самоубийства, - мысленно произнес я.

Она фыркнула.

- Что?

Я показал ей то, как я нашел Мэгги, о чем мы говорили. Я провел ее через все. Мне казалось, что я вернулся в Святую Землю. Она ничего не сказала, просто смотрела на то, что я ей показывал. Она рассмеялась, когда я показал ей, как Мэгги поцеловала Люциана в щеку, и какой по-настоящему счастливой она была. Я даже показал ей лимб и то, как я сошел с ума. Наконец-то все закончилось.

- Люциан действительно помог тебе?

Я кивнул.

- И я даже не смог сказать «спасибо» или «до свидания». Я даже не знал, кто он такой, когда они снова повели меня к воротам.

- Он знает. Вот почему он помог тебе, Блейк.

- Если бы я мог вернуться назад, я бы все сделал совсем по-другому.

- Например, что?

- Постарался изо всех сил рассказать всем, кем ты была, - мрачно сказал я.

Она фыркнула.

- Это моя вина, что все они мертвы.

- Тсс, это не так. Ты не убивал Брайана, и Люциана ты тоже не убивал. - Она коснулась моего лица ладонью. Она была такой теплой.

Я повернул голову и поцеловал ее ладонь.

- Ты не ответила на мой вопрос. Как это было, когда ты встретила своего отца?

Смешок сорвался с ее губ.

- Мой папа так много плакал, а потом сказал мне, что я выгляжу точь-в-точь как моя мать.

Я усмехнулся. Это звучало похоже на короля Альберта.

- Я также слышала, что ты был единственным, кто ругался с ним.

- Кто тебе это сказал?

- Это не имеет значения. Спасибо, что не отказался от меня, Блейк.

Я больше не мог держать глаза открытыми и просто крепко держал ее за руку, положив ее между нами, лежа на импровизированной кровати на ковре.

Я никогда не откажусь от нее, никогда, и если мой уход в загробную жизнь не показал ей этого, то ничто не покажет.