Глава 19

Несколько часов спустя, когда демон вернулся, стало понятно, что святая вода навредила ему. Его грудь выглядела, как будто ее обстреляли огнеметом, время от времени Райли слышала его стон боли.

– Ты умрешь здесь, – прорычал он, свирепо глядя на нее. – Ты заплатишь за мою боль.

Она проигнорировала его, отказываясь позволить этому обстоятельству закрепиться в ее сознании.

–Помнишь, Денвер Бек? Помнишь, как я тебе рассказывал о ее любовнике-ангеле? – насмехался демон.

– Оставь нас в покое, демон, – промямлил Бек.

– Она рассказала тебе о своей душе? Что она теперь наша? Как она отдала ее ему… навсегда?

Бек резко вздохнул, переваривая новости.

– Спасибочки, – пробормотала она. Райли намеревалась открыть свою тайну, когда придет время… если придет. Сейчас тайна открылась, и она задергалась как умирающий карп.

– Скажи мне, что он лжет, – требовал Бек.

Она не могла смотреть ему в глаза.

– Не лжет, я отдала свою душу Ори.

– О, девочка, – пробормотал он.

Демон триумфально рявкнул.

– Зачем она здесь? Из-за тебя, ловец, или же по приказу принца Ада? Он приказал ей найти тебя? Может, он приказал ей убить тебя?

Райли вскочила.

– Где ты этого набрался? У вас, неудачников, есть гигантская книга лжи, и вы выбираете оттуда то, что хорошо звучит?

Она сделала пару шагов вперед, вытянув нож из ножен. Затем остановилась. Демон обманывал ее, пытаясь заставить ее разорвать круг.

– Вот что здесь должно было случиться? – спросил Бек. – Этот ангел велел тебе убить меня?

Он болен, и эта проклятая мысль играет с его разумом.

– Нет.

– Как я могу верить тебе?

Она стрельнула взглядом через плечо на раненого.

– Но ты поверил этому куску дерьма из Ада?

Демон расхохотался про себя, а затем прыгнул в кусты. Он посеял семена сомнения, и теперь им нужно было просто позволить расти.

Твои россказни, демон. Я не знаю, как я собираюсь это сделать, но ты умрешь.

После этого Бек замолчал, отказываясь с ней разговаривать. Через некоторое время он уснул, но спал не спокойно. Он продолжал содрогаться и внезапно проснулся, его глаза широко раскрылись, затем он снова закрыл их. Она только подлила масла в огонь, когда он очнулся ото сна, его глаза стремительно осмотрелись вокруг, глаза и дыхание выдавали его страх.

– Бек? Что случилось? – спросила она, подходя поближе.

– Демон. Он продолжает давить на мой разум. Я слышу снова и снова, как он рассказывает мне, что этот чертов ангел сделал с тобой, и, – он прижал ладони к ушам. – О, Господи, останови это!

Запаниковав, она опустилась на колени рядом с ним. Она не собиралась петь кантри-песни, чтобы заблокировать демонские игры разума. Им нужно что-то более сильное, чем ложь Ада.

Любовь.

Райли не знала, любил ли он ее, но она знала, что он обожал ее отца. Она нежно убрала его руки подальше от ушей.

– Бек, эй, посмотри на меня, – его глаза умоляюще уставились на нее. – Расскажи мне о моем отце. Ну, там, как вы познакомились и каким он был.

– Что? – сказал он удивленно.

– Поговори со мной о моем отце, – приказала она. – Демон не сможет давить на тебя, пока ты думаешь, о том, кого ты любишь, – она не была уверена, правда это или нет, но это единственное оружие, имевшееся у них на фоне темного голоса в уме Бека.

– Ты играешь со мной, пытаешься заставить меня.

– Нет! Я пытаюсь помочь тебе. Пожалуйста, послушай меня. Я бы никогда не сделала ничего, что бы навредило тебе, Бек. Клянусь могилой отца.

Он моргнул, затем кивнул головой, мысль дошла до него.

– Я любил Пола. Он был так добр ко мне. Он был как папа, которого у меня никогда не было.

– Расскажи мне о том, как вы, парни, впервые встретились. Это было в классе, правильно?

Бек стиснул зубы, как будто демон пытался стереть его мысли.

– Это было . . . в классе американской истории. Я был в школе несколько дней, все еще зол на Донована за то, что он перевез мою задницу в Атланту.

Райли села рядом с ним, заправляя куртку, чтобы стало теплее.

– Давай, давай, я хочу услышать все. Продолжай говорить . . .

Бек глубоко вдохнул, затем медленно выдохнул.

– Я сказал Полу, что нихрена не сделал домашнее задания, что в нем не было никакого смысла. Он сказал, что я должен остаться после уроков. Я полагал, что сначала отправлюсь в кабинет директора, а затем меня оставят после уроков. Если я бы делал это достаточное количество раз, они бы выкинули меня из школы и тогда я смог бы делать все, что хотел.

– Что затем произошло? – Райли быстро проверила его разум на наличие демона. Он должен был быть где-то там.

– Вместо того, чтобы исключить мою задницу, Пол посадил меня, и задал мне кучу вопросов – откуда я, какое телешоу мне нравится, и все такое. Я не мог понять, что он делает.

Бек снова скривился.

– Не слушай другие голоса. Расскажи мне историю, – призывала она.

– Я… Я сказал Полу катиться к черту. Тогда он дал мне задание: я должен написать на бумаге о человеке, которого я считал удивительным. Я сказал ему, что никого такого не было. Затем он сказал, что я должен написать, как будто бы такой человек существовал.

Она помнила эту часть – ее отец сказал, что он не был уверен, сумеет ли установить контакт с мальчиком. Затем, после сплошной недели давления, Бек, наконец, вернулся к заданию, шестью едва читаемым предложениям, пронизанным орфографическими ошибками.

– Разве твой отец не рассказывал тебе, что я написал? – спросил он.

– Нет, – он держал это в тайне до могилы.

– Я написал, что всё, чего я хотел – быть тем, кого никто не осудит, за то, кто я и откуда пришел. Я просто хотел получить шанс, как и все остальные.

Он прислонился к дереву и посмотрел на звезды, как будто мог видеть ее отца в небесах.

– Вместо того, чтобы посмеяться надо мной, Пол сказал, что он был счастлив дать мне этот шанс, но взамен я должен был заслужить его.

– Он был удивительным, – сказала Райли, растревожив утрату в сердце. Оба ее родители были столь велики.

До сих пор. Наверное, учат ангелов тому или иному.

Он посмотрел на нее, теперь задумчиво.

– Я доводил его до чертиков неделю или около того, а потом мы начали работать вместе после школы. Большую часть времени я боролся с ним за каждую пядь земли, но он не сдавался. К тому времени, как я пошел в армию, я мог кое-как читать и писать, только медленнее остальных, – Бек удивленно моргнул. – Эй, это сработало. Я больше не слышу этого проклятого демона.

– Пожалуйста, – сказала она, и показала ему два больших пальца.

Он осторожно выглянул в темноту.

– Он вернется. Он не оставит нас.

– Мы только должны сделать это сегодня вечером, – сказала она, отказываясь верить, что утром не придет помощь. Если она начнет так думать, Ад выиграет. – Как насчет еды? – Райли порылась в сумке и вытащила небольшой пакетик с картофельными чипсами со вкусом барбекю и бросила ему на колени. – К сожалению, у меня нет хот-догов.

Он снова не смотрел на нее.

– Что случилось? Демон?

Он отрицательно покачал головой.

– Ты сказала мне, что не отдала свою душу, когда ангел.… Почему ты солгала мне?

– Я не врала тебе, Бек. Я отдала свою душу во время боя на кладбище, когда увидела статую Ори. Так он сможет пойти против Сартаэля.

– Он может отдать твою душу любому в аду, даже Люциферу.

Она покачала головой.

– Нет, не может. Это было частью сделки. Только он имеет над ней власть.

– Ты веришь ему? – спросил он недоверчиво.

– Да. Ори поклялся светом, что означает все для него.

Забытый пакетик чипсов лежал у нее на коленях.

– Если бы я не заключила сделку, мы все были бы мертвы. Миллионы . . . погибли бы.

Больше она ничего не могла добавить.

– Черт возьми! Этот демон отпустил его, – прорычал он. – Они лгут тебе, а затем слегка посыпают ложь правдой, чтобы это прозвучало подходяще, – он отчаянно покачал головой. – К сожалению. Я должен был лучше узнать. О дочери Пола. Она не опустится так легко.

Чего бы она не сказала об ангеле.

– Хочешь банан? – спросила она, надеясь сменить тему.

– Нет, ешь.

Райли не ела, хотя была голодна. Он может понадобиться утром, или утром следующего дня, если никто их не спасет. Вместо этого она слушала, как он хрустел чипсами из пакетика. Бек доел их, допил спортивный напиток, затем лег обратно и задумался.

– В моей жизни никогда не было женщины, которая верила в меня так же сильно и делала столько же, сколько и ты.

Она нежно коснулась его руки, и он сразу ухватился за нее. Они держались за руки некоторое время, затем она свернулась калачиком под одеялом на серебристом подкладе. Он молчал несколько минут, потом она услышала:

– Спасибо, Райли.

– Всегда пожалуйста, Ден.

Он провалился в сон и на этот раз он был спокойным. Она накинула одеяло ему на плечи, а затем осторожно наклонилась и поцеловала его в щеку. Сейчас он был не такой горячий, и это означало, что он излечивался.

Она вернулась поддерживать огонь, исследуя темноту на неприятности, которые обязательно будут. Демон провалил свой гамбит. И попытается снова.

Бек поднялся с постели несколько часов спустя, у него слегка кружилась голова, он бормотал что-то насчет того, чтобы прогуляться за дерево и что дело в том, что он выпил много воды. Когда он заковылял назад, он казался встревоженным.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она.

– Лучше. Время снова обработать ногу?

Райли обработала рану, и обрадовалась, что она уже начала заживать. В течение дня или около того, она станет продолговатой красной линией, еще одним из многих шрамов, что украшают его тело.

– Тебе нужно поспать. Я буду держать дозор, – предложил он.

Райли совсем не по душе была эта идея, но она звучала как приказ, поэтому она согласилась. Он настоял, чтобы она свернулась калачиком под серебристым одеялом, и они поменялись местами. Она передала ему свою куртку, волнуясь, что ему станет холодно. Она была ему не в пору, но, по крайней мере, он мог накинуть ее на плечи.

– Разбуди меня через пару часов, – сказала она, потом зарылась под одеяло: сон манил её.

Она проснулась несколько часов спустя, когда что-то шевельнулось, но это был не Бек. Он спал на земле рядом с ней, и слегка храпел, а огонь утих.

Что-то задвигалось вокруг. Райли вскочила из-под одеяла, опасаясь, что это демон, но вместо него оказался любопытный енот, шаркающий по земле. Завидев ее, он зарычал, затем поспешно побежал по листве в ночь.

Бек встрепенулся, потом сел и зевнул.

– Что случилось?

– Енот забрался в круг и разбудил меня.

– Охотился на еду, скорее всего.

– Он же не испортил ничего, правда?

– Нет, если он не рыл в кругу или еще что-нибудь. От простого перехода через святую воду ничего не изменится, – Бек застонал и потянулся. – Боже, у меня болит спина.

Он ткнул огонь и добавил дров. Затем подул на него. Когда пламя разгорелось, он поднялся и побрел назад к дереву, волоча цепь. Райли оставалась начеку.

– Что тебя тревожит?

– Что-то не так, – сказала она. – Не так, как раньше.

Она стала ходить вдоль внутренней стороны круга, изучая землю. Вдруг она замерла.

– Бек! Мне нужна Святая вода, быстро!

У него не было шанса восстановить круг. Все, что он увидел – это ярко-красные глаза и когти, которые демон погружал непосредственно в него. Райли молниеносно прибежала, занимая боевую позицию с ножом в руках. Он ни разу не видел, чтобы она двигалась так быстро.

Демон резко остановился.

– Его душа будет моей, – сказал он.

– Он не будет твоим, никогда, – ответила Райли, лезвие ножа светилось серебристо-голубым в слабом лунном свете.

Бек достиг конца цепи, но не смог к ним подобраться.

– Отходи ко мне, очень медленно, – сказал он.

Она не обратила на него никакого внимания.

– Ты думаешь, что я не убью тебя, потому что твой господин наполовину Ангел, – ответил демон. – Ты ошибаешься.

– Покинь этот круг или умри, – ровно сказала Райли.

Размытым пятном Четвертак прыгнул на нее до того, как Бек успел выкрикнуть предупреждение. Райли поймала его за горло и повалила на землю, нож прошел прямо через его грудь и глубоко вонзился в сердце.

Она поднялась, ожила, как древняя богиня войны, черная демонская кровь текла вниз по лезвию. Губы демона все еще двигались, изрекая проклятия, но ни единого звука с них не сорвалось. Потом он умер.

Какого черта это было? Бек не учил ее рукопашному бою, и он сомневался, что ее учил этому и Стюарт.

Постепенно дикость Райли иссякла, оставив ее в замешательстве шататься на ногах.

– Ты в порядке? – спросил он.

Райли покачала головой.

– Я чувствую себя странно, – она уставилась на демона и окровавленное оружие в недоумении. – Я убила его?

– Похоже на то, – сказал он, стараясь контролировать панику, проступающую в голосе.

После этого она на автопилоте очистила нож, сунула его в ножны и утащила тело демона за пределы круга в кусты. После восстановления барьера святой водой она присоединилась к Беку. Несмотря на ее заверения, что она невредима, он проверил ее на наличие ран и ничего не обнаружил.

Но Райли знала, что никогда бы не смогла уничтожить демона с такой хладнокровной точностью. Очевидно, ее ангел продлил срок защиты над ней. Как еще она могла выдержать лобовую атаку исчадия ада?

Райли переполошилась.

– Бек я не помню, как убивала его. Что со мной не так?

– Ничего, – успокоил он ее. – Так это происходит в бою, – к счастью она поверила в ложь.

Он настоял, чтобы она присоединилась к нему под одеяло, беспокоясь о том, что творится в ее голове.

– Я должна дежурить, – прошептала она, но он сказал, что ничего не произойдет. Ей нужен отдых.

– Нас не побеспокоят снова. Этот труп подскажет другим, что с ними тут не будут возиться. С тобой. Потому что твой падший позаботится от этом.

– Ладно, – сказала она, затем прижалась к нему. – Извини, от меня воняет мертвым демоном.

Он гладил ее волосы, пока она не уснула. Какие планы этот лжец имеет на нее? Зачем держать ее в живых вместо того, чтобы заполучить ее душу?

Он узнает это достаточно скоро. Если они когда-нибудь выберутся отсюда, он поохотится на Ори и немного поболтает с ним. Если Беку не понравятся его ответы, то в Ад сможет преждевременно попасть даже падший ангел.

Какой-то звук на рассвете вытащил Бека из глубокого сна. Он звучал как арфа. На мгновение он подумал, что мертв и так его приветствуют на небесах.

– Мой телефон, – пробормотала Райли. Видимо, после смерти демона восстановились средства связи с внешним миром.

Она порылась под одеялом и бросила телефон ему на грудь.

Он взял на себя ответственность ответить.

– Это Бек, – он усмехнулся. – Звучит хорошо. Скоро увидимся, – он повесил трубку и положил телефон за пределы одеяла. – Это был наш транспорт. Они около тридцати минут езды от нас.

На лице его спутницы появилась ленивая улыбка.

– Хорошо. Разбуди меня, когда они доберутся сюда.

На этот раз Бек был не в том настроении, чтобы спешить с постели. Нет, с ним все было в порядке, кроме того, что его нога пульсировала и болела спина. Он натянул одеяло на Райли, которая лежала напротив него и насладился ощущением ее близости. Это было чудо, что они оба были живы.

Я был идиотом. По-другому на это никак не взглянуть. Был так убежден, что единственный способ пережить прошлое – держать настоящее подальше. Каждый раз это было как обухом по голове. Не более того. Райли была права – он должен был доверять ей, должен был знать, что она не отвернется от него. Все, что он видел – у неё была сильная потребность защитить его, эта потребность была настолько сильна, что она рисковала своей жизнью ради него посреди проклятого болота.

Когда он был маленьким, его дедушка говорил ему, что однажды он найдет женщину, которая будет ему равна, которая бы сохранит его душу, которая захочет быть с ним, когда жизнь станет суровой и будет вставлять ему палки в колеса, и даже когда он будет вести себя как придурок. Если Бек когда-нибудь найдет эту женщину и будет держать ее близко, он будет дважды человеком, чем он был бы без нее.

Уж его-то дедушка знал кое-что – он был женат на бабушке Бека сорок пять лет, но даже смерть не разрушила эту связь. Они бы легко перешли черту в пятьдесят, но его сердце не дало ему это сделать.

У Бека была эта особая женщина? Райли останется с ним? Если да, то все, что он будет делать с этого момента, будет жизненно важным. Он не посмеет облажаться.

Бек смиренно вздохнул, зная, что им нужно выдвигаться.

– Мы должны идти, – подтолкнул её он.

– Почему? – ответила она, все еще бормоча. – Мне здесь нравится. Ну, не в болоте. Если ты понимаешь, что я имею в виду.

– Мне тоже здесь нравится, но по телефону говорил Саймон. И он кажется решит, что мы вместе.

– Его проблемы.

Он усмехнулся.

– Давай, ленивая девочка. Мы должны быть готовы уехать, когда они прибудут, – когда она и не шелохнулась, он использовал еще один рычаг, чтобы убедить ее. – Кто знает, с ними может быть репортер. Наверное, Жюстин. Она сделает несколько снимков и поместит их прямо на первой странице газеты.

Райли поднялась в одно мгновение, проведя рукой по ужасно спутанным волосам. Она нахмурилась.

– Ты – зло, Денвер Бек.

– Мне говорили, – он достал влажные салфетки и протянул ей.

– У тебя демоническая кровь на лице.

– Фу, – она села неистово вытирать лицо и расчесывать волосы. Для него она была красива без всяких усилий, но он знал, что она не поверит ему, даже если он ей скажет.

Когда Райли все сделала, он взял у нее расческу и попытался показать себя в хорошей форме. Кто знает? Может там правда будет фотограф.

Они аккуратно очистили лагерь, собрали мусор в мешки, а остальные вещи упаковали в течение нескольких минут. Тело демона пропало.

– Наверное, какой-то падальщик, – сказал Бек. Ее молчание сказало, что она не купилась на это.

Райли быстренько сполоснулась в реке, постоянно думая о змеях, но вернулась неукушенной. В ожидании они съели вяленую говядину и последний банан.

– Зачем ты пришла сюда? – спросил он. – Ты не деревенская девчонка. Ты могла бы оставить это куму-то еще.

Райли бросила кожуру в мусорный мешок, обдумывая свой ответ.

– Я знала, что если кто-то найдет тебя, то только я, – сказала она. – Если ты исчезнешь навсегда… – она вздрогнула. – Я бы не смогла с этим справиться. Потерять родителей было тяжело, а если бы еще не стало тебя…

Она отвернулась, словно была смущена тем, что настолько открылась ему.

– Ты стал частью меня, Бек. И так будет всегда.

Он не знал, как на это реагировать. Он уже подобрал было слова, но они показались недостаточными, поэтому уважительное молчание казалось наилучшим вариантом.

Вдали раздался крик, и Райли ответила на него. За короткое время Донован, Рэй и Саймон вышли на участок.

– Никакого фотографа, – сказала она Беку, стрельнув насмешливым взглядом.

– А мог бы быть, – сказал он, улыбаясь.

– Господи, как я рад тебя видеть, Денвер, – сказал шериф, склонившись над Беком. – Чертовски рад, – они крепко пожали руки.

– Я тоже, – сказал Бек. – Теперь, пожалуйста, сними эту проклятую цепь с меня.

Он застонал от боли, когда Рэй работал болторезом между его ботинком и оковами. Рэй немного надавил, лицо Бека пошло красными пятнами. Наконец, цепи сняли.

– Спасибо тебе, Боже, – сказал он. Бек расшнуровал свой ботинок, снял носок и, когда наконец встал, его лодыжка оказалась в синяках и ссадинах.

Саймон заметил засохшую кровь демона внутри круга.

– Плохая ночка?

– Да. Мне пришлось убить гипнодемона, – сказала Райли.

Он странно на нее посмотрел, но ничего не ответил.

Райли копалась в аптечке. Пока она занималась раной, Бек указал на винтовку возле его вещевого мешка.

– Тут для тебя кое-что есть, Донован, – сказал он. – Винтовка Нейта. Я узнал ее сразу.

Шериф осмотрел ее.

– Где ты нашел ее?

– У другого дерева, – заявил Бек, поворачивая голову. – МакГоверн направился этим путем, прежде чем демон догнал его. Я думаю, что Нейт и Брэд где-то здесь.

– Ты не говорил мне этого, – возмутилась Райли.

– Я не хотел напугать тебя, – ответил он.

Донован пересек поляну, а затем очистил листья и обломки с оконечности винтовки.

Ногу Бека правильно перевязали, Райли осторожно надела обратно носок, а потом ботинок. Она зашнуровала его свободно, наблюдая краем глаза за Донованом. Шериф встал на колени, покопался в грязи и раскопал что-то белое. Мгновение он рассматривал это, затем поднял над головой. Это была кость, возможно, реберная.

– Милостивый Иисус, – пробормотал Бек. Демон был прав.

Саймон перекрестился.

– Интересно, кто именно, – сказал Донован, возвращая кость, туда, где он нашел ее, потом он засыпал ее листьями. – Я вызову криминалистов. Это их заинтересует.

Бек с помощью Райли прихрамывая отправился прочь.

– Вытащи меня отсюда, – сказал он, неожиданно гораздо эмоциональнее, чем он собирался. Нейт и Брэд не были добры к нему, но они заслуживали лучшего, чем умереть посреди нигде.

Рэй помог ему идти. Бек помолчал достаточно долго, а затем оглянулся.

Покойтесь с миром, ребята. К сожалению, я не с вами.