Прежде чем я успела озвучить ужасы, пронесшиеся в голове, раздался еще один стук во входную дверь.
— Глава Джонс, — сказала Илия, выпрямляясь во весь свой шестифутовый (183 см) рост. — Он сказал, что дает мне фору всего в несколько минут.
Дерьмо. Если Атлантида снова поднималась, это означало, что я должна была отправиться туда. Я обещала Коннору, что буду там, чтобы помочь ей подняться.
Но это было раньше…
До…
Черт!
Времени прятаться или что-то в этом роде не было, поэтому я сделала глубокий вдох и стала ждать. Чья-то рука скользнула вниз и схватила мою. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что это Джесси. Его энергия была мне знакома почти так же, как моя собственная.
Я почувствовала себя немного лучше, узнав, что мне не придется справляться с тем, что меня ждет, в одиночку. Встреча с Ашером по-прежнему была лучшим событием в моей жизни. Потерять его навсегда стало самым худшим. Но осознание того, что у меня появились друзья на всю жизнь среди других Атлантов, возможно, было единственным, что помогло мне пережить этот траурный период, как бы долго он ни длился.
Вероятно, всю оставшуюся жизнь.
Делая глубокие вдохи, я старалась сохранять спокойствие. Глава Джонс был здесь не просто так. Последнее, что ему было нужно, — это истерические рыдания, которые пытались вырваться из меня.
Поэтому я сдержалась, когда он пересек крыльцо и спустился по ступенькам.
— Мэдди, — тихо сказал он, останавливаясь прямо передо мной. Его голубые глаза смотрели на меня с мягким сочувствием. — Мне так жаль.
Я ненавидела этот взгляд. Этот взгляд означал, что люди сочувствуют мне. Конечно, поскольку я была занята тем, что жалела себя, я не могла по-настоящему разозлиться.
— Какие у вас новости об Атлантиде? — спросила я тем хрипловатым голосом, который, возможно, был постоянным на данном этапе. — А Луи где-то рядом? Кажется, я потеряла свое ожерелье.
Глава Джонс внезапно смутился.
— Да, итак, первым делом… Луи сейчас на раскопках в Атлантиде, но он оставил мне сообщение, которое я должен передать, и если бы он не был таким чертовски могущественным, я бы сейчас надрал ему задницу.
Раздраженный гнев частично заглушил мою боль, и я ухватилась за него, подпитываясь эмоциями, потому что это помогало мне сосредоточиться на чем угодно, кроме Ашера.
— Какое сообщение? — выпалила я.
Я никогда не видела Главу Джонса взволнованным. Он действительно был единственным супом, который оставался невозмутимым в любой ситуации. Но я могла бы поклясться, что он был потрясен тем сообщением, которое должен был передать.
— Оказывается… — начал он, прочищая горло, — оказывается, ожерелье Луи вовсе не было волшебным.
Я недоуменно уставилась на него. Что, черт возьми, теперь?
— Простите? — выпалила я. — Конечно, так оно и было. Оно держало мою силу под контролем.
Глава Джонс покачал головой.
— В том-то и дело, что нет. Луи просто подарил тебе обычный туристический кулон, который он где-то раздобыл. Он заколдовал его так, что внутри него ощущалось легкое покалывание энергии, когда он касался твоей кожи, но в этом кулоне не было ничего такого, что помогло бы тебе контролировать свою энергию.
— Сукин сын, — пробормотала я, пытаясь осмыслить то, что он говорил. — Тогда как я контролировала это дерьмо? Потому что только что я взрывала лампочки, а в следующее мгновение уже жила относительно нормальной жизнью.
За вычетом нескольких случайных инцидентов, таких как «принести океан в Академию».
— Эффект плацебо, — прошептал Аксель.
Я повернулась к нему.
— Что?
Он покачал головой, нахмурив брови.
— Это не совсем верно, потому что больше относится к медицинским ситуациям в мире людей, но по большей части ожерелье сработало, потому что ты верила, что оно работает, и, поступая так, ты контролировала свою силу. То, на что ты была способна с самого начала.
Ой. Я вроде как поняла, о чем он говорил.
— Значит, когда Луи сказал мне, что ожерелье контролирует мои силы, мой мозг каким-то образом решил, что можно расслабиться, и, сделав это, я действительно начала контролировать свои силы, все время веря, что это делает ожерелье?
Кэлен потер затылок и застонал.
— Это чертовски сбивает с толку. Давайте просто будем благодарны Мэдди за то, что она никого не взорвала, и за то, что она крутая девчонка, которая научилась контролировать свою силу без какой-либо подготовки извне.
Я не была уверена насчет задиристости или контроля, потому что моя энергия определенно все еще давала о себе знать, но было облегчением узнать, что мне не нужно полагаться на кулон, чтобы сдерживать свое дерьмо. Чтобы обезопасить своих друзей.
Глава Джонс кивнул.
— Да. Продолжим… вам всем пора отправиться в Атлантиду. Я договорился с вашими преподавателями… они пришлют курсовые работы для ваших занятий, чтобы вы не отстали. Сегодня не выходной. Это также часть вашего школьного образования. Изучение Атлантиды.
Все кивнули.
— Я тоже иду, — сказала Илия, скрестив руки на груди, словно бросала вызов кому-то, кто мог бы с ней поспорить.
Выглядя как богиня-воительница в своей красной майке и узких черных джинсах, заправленных в сапоги, я бы не стала спорить.
— Да, Илия освобождена от всех других обязанностей, пока мы не узнаем, с чем имеем дело, — сказал Глава Джонс, ее босс.
Я встретилась с ним взглядом.
— А как же Ларисса? — Я ненавидела, что наша лучшая подруга оставалась здесь, пока нас всех не было. Я защищала семью, которую оставила. Кто знал, какие еще угрозы поджидали нас там? У нас был лучший шанс, если мы будем держаться вместе.
Глава испустил долгий вздох.
— Она сообщила мне, что отправится, нравится мне это или нет. И, по-видимому, никакие мои опасения, включая вполне реальную угрозу того, что боги уничтожат всех, кто находится поблизости от острова, не поколеблют ее в этом убеждении.
Это было похоже на мою девочку.
— Завтра утром мы сразу же выезжаем, — быстро сказал он с напряженным выражением лица. — Встретимся у главного входа.
Когда мы все кивнули, он одарил нас напоследок печальной улыбкой и ушел, его холодная энергия полностью улетучилась. Мы вшестером остались на своих местах, молча размышляя о том, с чем столкнулись. Я все еще не могла отделаться от мысли, что, возможно, именно мою энергию они хотели использовать, чтобы поднять Атлантиду. Что жертвой, о которой говорилось в прошлом году, должна была стать я. Вместо этого Ашер принял все на себя. Снова.
ЧЕРТ!
Безмолвный крик эхом отдавался в моем теле и мозгу, сотрясая меня своей силой.
— Мне нужно побыть одной, — резко сказала я.
Прежде чем они успели запротестовать или что-то сказать, я убежала в дом и переоделась, избегая комнаты Ашера, потому что воспоминания, которые я там испытывала, буквально ставили меня на колени. Я на самом деле не задумывалась о том, где я блуждаю, и когда я оказалась у водного мира, меня захлестнули еще более болезненные воспоминания.
Как бы сильно я ни хотела увидеть целебную воду, я пока не могла зайти туда. Было еще слишком рано.
Мне хотелось, чтобы школа была пустой. Люди были повсюду, бросая в мою сторону как сочувственные, так и испуганные взгляды. Я могла только догадываться, какие слухи ходили об Ашере…
Я продолжала идти. Мне нужно было скрыться от взглядов и людей. Мне нужно было найти какое-нибудь убежище, в котором было бы мало воспоминаний об Ашере или совсем не осталось. В поле зрения появилось здание, и я направилась прямиком к нему, надеясь, что это именно то, что мне нужно. Мир и покой окутали меня, когда я вошла в библиотеку, и маленькая частичка спокойствия проникла в мое тело, позволив мне усмирить энергию, которая рвалась наружу.
Я провела здесь не так уж много времени и никогда не проводила здесь время с Ашером, так что здесь остались только воспоминания об Акселе и мире. С этим я могла справиться. Вместо того чтобы занять свое обычное место в центре, я прошла назад, пока не оказалась в самой дальней части библиотеки, даже не заботясь о том, что здесь нет столов. Я села на пол, как только нашла наиболее уединенную часть комнаты.
Я никогда не заходила так далеко в прошлом и удивлялась тому, насколько темно и прохладно становилось здесь, когда я проходила все дальше и дальше между полками, заставленными толстыми и заманчивыми томами. Мои пальцы скользили по корешкам, словно я могла впитать информацию, содержащуюся внутри, простым прикосновением. Было так странно осознавать, что я могу прожить восемьсот лет и у меня будет более чем достаточно времени, чтобы прочитать все, что находится в этом здании, если захочу.
Это была мысль, которая сделала бы меня счастливой до того, как я осознала, что проживу восемьсот лет без Ашера. Никогда больше не увижу его улыбку или эти ямочки на щеках, которые были чертовски сексуальными. Никогда не услышу его смеха или поддразниваний, когда он старался улучшить мое плохое настроение, в котором заставал меня.
За всю свою жизнь я не встречала человека, который понимал бы меня так, как он. Понимал мою потребность в океане, в воде. Он разделял мои радости и боролся со страхами вместе со мной. Я знала его совсем недолго, но его влияние на меня уже изменило мою жизнь.
Казалось, что я тону в ноющей яме печали. Я не могла поднять голову над водой, она засасывала меня все глубже и глубже.
Сосредоточившись на чем-то другом, кроме Ашера, я вернула свое внимание и мысли в библиотеку, просматривая книги, надеясь, что смогу найти что-то, что отвлечет меня.
Я бы согласилась с любым, кто утверждал, что книги не спасают жизни. Они были делом рук того бога, который помогал нам функционировать, когда мир казался слишком тяжелым. Они были воздухом, когда мы не могли дышать. Кровью, когда она переставала течь по нашим венам. Биением нашего сердца, когда мы переставали пытаться заставить жизнь продолжаться.
Книги спасали жизни. Конец истории, каламбур.
Холод в воздухе усилился, освещение стало тусклым, но полки по-прежнему стояли на своих местах. Здесь было почти так же плохо, как в комнате с океаном. Мэри Поппинс устраивала свои бесконечные волшебные комнаты по всей Академии.
Проходя мимо, я прихватила несколько книг, которые показались мне интересными — я нашла раздел фэнтези, спрятанный здесь за всеми справочниками, — и не могла не усмехнуться при виде приличного количества книг о сверхъестественном. Мне было интересно, сколько из них было написано настоящими сверхъестественными существами и были ли они популярны среди людей, которые не понимали, что это не совсем вымысел.
С двумя книгами об оборотнях и двумя книгами о ведьмах в руках я, наконец, нашла дальнюю стену, прислонилась к ней в прохладной темноте и закрыла глаза, чтобы вобрать в себя тишину.
Только… это была не тишина.
Сквозь стену позади меня пробивался гулкий поток… энергии. Какого черта?
— Тебе не следовало сюда возвращаться.
Я подпрыгнула на фут в воздух, книги разлетелись во все стороны, когда я издала низкий визг. Сила вырвалась из меня, и все книги на четырех ближайших полках полетели со своих мест. Я искала существо, которому принадлежал этот низкий, звенящий голос.
Сначала показались крылья, и я заморгала, увидев крошечное существо, парящее почти на уровне моих глаз.
— Это запретная зона. Как ты вообще прошла через барьер?
— Кто ты? — спросила я, игнорируя его вопросы.
Тонкие, как паутинка, крылья, едва различимые в тусклом свете, если не считать золотистого мерцания, задвигались еще быстрее.
— Я — Мэб… фейри, — сказало оно и придвинулось ближе, чтобы я могла разглядеть больше деталей.
У него были длинные шелковистые волосы; на нем было светло-зеленое платье, переливающееся, как крылья. Интересно, был ли фейри женщиной или мужчиной, или у него был изменчивый пол? Или, может быть, у них не было местоимения, которое я бы поняла.
Я решила спросить, потому что было бы невежественно просто предполагать.
— Я — женщина, — тихо сказала она. — Я потеряла свою пару много лун назад, и теперь я живу, чтобы защищать знания о нашем мире. Вот и все.
Я крепко зажмурила глаза, впиваясь ногтями в ладони, пытаясь сдержать свои эмоции. Это было самое возбуждающее заявление, которое могло подействовать на меня прямо сейчас.
— Как ты сюда попала? — спросила она.
Ее вопрос помог мне сосредоточиться, и я сделала глубокий вдох, прежде чем открыть глаза.
— Понятия не имею. Я не почувствовала никакого барьера. Я просто продолжала идти, пока не уперлась в стену.
Мэб метнулась прочь — она была не больше моей ладони — и через несколько секунд исчезла из виду. Она вернулась минуты через три.
— Барьер цел, — сообщила она мне. Ее крошечное тельце подлетело еще ближе, чем в прошлый раз, и я заметила, что ее личико было как у самой совершенной куклы, которую вы когда-либо видели, с фарфоровыми щечками, длинными темными ресницами и золотисто-русыми волосами. Она, несомненно, была сказочной принцессой.
— Кто ты? — спросила она, разглядывая меня, пока летала вперед-назад.
— Я — Мэдди, — представилась я. — Ведьма из племени фейри, а также из Атлантиды.
Она перестала двигаться, ее неподвижность была такой неестественной, потому что за те несколько минут, что я провела с ней, она не переставала порхать. Даже ее крылья были неподвижны, и я удивилась, как она удерживается в воздухе.
— Атлант? — прошептала она.
Я кивнула.
— О да. Я сама узнала об этом только в прошлом году, так что это сюрприз для нас всех.
Она протянула руку, и мне удалось не вздрогнуть, когда она прижала ее к моей щеке. Крошечное прикосновение должно было быть едва ощутимым, но волна силы, стоявшая за ним, чуть не сбила меня с ног.
— Боже мой… — я оборвала себя на полуслове, и тут все вокруг начало греметь, пока я не задумалась, не вызывает ли наша совместная энергия какую-то сейсмическую активность.
Я попыталась отодвинуться, но мы словно слились воедино, и хотя она никак не удерживала меня, наши силы были соединены. Я не могла пошевелиться. Я не была уверена, что она могла пошевелиться, но она определенно этого не делала.
— Что ты делаешь? — Я стиснула зубы. Если давление усилится, у меня будут серьезные проблемы с выбитыми зубами.
— Ты единственная, — сказала фейри, и по ее голосу было совсем не похоже, что она испытывает те же физические страдания, что и я. Ее голос был легким и воздушным и мерцал повсюду, черт возьми. Тем временем мои клетки медленно разрушались и превращали меня в амебу.
— Закрой глаза, — выдохнула она, и, как обычно, я сделала наоборот, открыла глаза очень широко, чтобы попытаться закричать, стиснув зубы. Она подняла свободную руку и подула на нее, и пылинки разлетелись по всему пространству и попали мне в лицо.
У меня защипало глаза — возможно, я сама виноват, но я все равно винила Мэб, — и ее хватка на мне ослабла. К сожалению, я так же не могла справиться с гравитацией, когда отлетела по воздуху к стене, отделявшей библиотеку.