Толпа издает вопли предвкушения, их кровожадные крики доносятся до меня.
— Убей её!
— Покончи с ней!
Моя левая рука сжимает серебряную метку, которую оставила на мне Жнец. В то же время мои демоны-волки издают вой, который вызывает новую волну криков в толпе.
Моё дыхание внезапно учащается, и я делаю глубокие вдохи, чтобы контролировать его, заставляя себя успокоиться.
Крона чётко изложила правила. Чтобы победить, я должна убить этого волка. Я должна покончить с существом, которое выглядит в точности как Жнец, с которой я связана узами. И не только это, но и то, что мне приходится смотреть, как другие члены королевской семьи убивают её — если смогут — снова и снова.
Более того, Жнец — чудовище, которое поддерживало моего отца. От меня не ускользает, что если Арга убьёт её, то будет казаться, что он сильнее своего отца.
Я стискиваю зубы и напоминаю себе, что этот волк ненастоящий — всего лишь иллюзия. Даже если он выглядит настоящим, и даже если он может убить меня на ринге. Я не сражалась с настоящей Жнецом, чтобы понять истинную степень её силы, но у меня нет гарантий, что её версия, которую Крона создала для меня, будет соответствовать её силе. Она могла бы быть сильнее. И на самом деле… Крона могла варьировать силу каждой версии Жнеца, чтобы убивать королевских особ или быть убитой ими.
Судя по бледности их лиц, когда они уставились на заколдованного волка, остальные члены королевской семьи не ожидали, что Крона будет снисходительна к ним.
Крона улыбается мне, её бесцветные губы подергиваются от жестокого счастья.
— Давай посмотрим, насколько сильна Жнец против Арги, наследника трона Мортема.
Внутри клетки Арга направляет на меня свой кинжал, рыча на расстоянии.
— Ничто из того, что ты любишь, не застраховано от меня, младшая сестрёнка.
Я становлюсь похожей на камень, черты моего лица разглаживаются, когда каждый элитный демон в зале насмехается надо мной. Есть только один, чьи мысли действительно важны для меня, и я чувствую, как Роман приближается ко мне сзади, краем глаза замечаю вспышку руны. Он не становится объектом нападения и ни на кого не нападает, но свет успокаивает, и чувство умиротворения снова наполняет меня.
Краем глаза я также различаю тихое рычание моих демонов-волков, когда они устремляются вперёд. Их глаза горят, когда они сосредотачиваются на изображении Жнеца. Эйс находится на вершине неровного треугольника, который они образуют, и его рычание самое громкое. Предположительно, вызванная Жнецом не будет пахнуть так, как их мать, поэтому я не уверена, до какой степени её появление расстроит их.
Роман что-то шепчет моим волкам, и я достаточно разбираюсь в древнем языке демонов, чтобы понять, что он напоминает им, что это не их мать.
В этот момент Эйс рычит на меня, издавая агрессивный звук, который он издавал до того, как мы отправились охотиться на демонов в Вегас. Он говорит мне о том, что я должна драться со своим противником без пощады, независимо от того, на кого он похож.
Это последнее успокоение, которое мне нужно, чтобы оставаться на своем месте и скрывать свои чувства от Арги и Кроны. Если они ожидали от меня бурной реакции, они будут разочарованы.
Улыбка Арги становится только шире, но он быстро сосредотачивается на волке, который уже полностью сформировался в клетке и стоит по пояс в воде.
Они кружат друг вокруг друга, вызванная Жнец оскаливает зубы, в то время как Арга водит кинжалом взад-вперед по воздуху, следуя направлению движения волка.
Их схватка быстра и полна ярости.
Арга прыгает первым, его рёв эхом разносится вокруг нас. Его мощное тело наталкивается на заколдованную волчицу, одной рукой он подхватывает её за подбородок, отклоняя её мощную голову в сторону, чтобы она не могла укусить его, в то время как он вонзает кинжал ей в плечо, одновременно избегая её когтей.
Он мощный, быстрый и сильный.
Он вытаскивает лезвие, разбрызгивая кровь.
Волчица разворачивается, слегка прихрамывая, но не издаёт ни единого стона. С рычанием она снова прыгает на него, вытянув когти и яростно полосуя его.
Арга наносит удар в её правую переднюю лапу, крутанувшись и перерубив левую ногу, прежде чем вонзить кулак ей в шею, а кинжал — в другое плечо, на этот раз оставив его там. Он толкает её назад, поддерживая контакт между ними, и колотит её о металлическую сетку, ограждающую клетку, его движения становятся всё быстрее и сильнее.
Должно быть, он питается её болью.
Подняв её над головой, он опускается на колено и бьёт её об него.
Треск! У неё ломается спина
Всё это происходит так быстро, что я едва успеваю перевести дыхание.
Он сбрасывает волчицу со своих колен на коврик, где она лежит, всё ещё дыша, но он нависает над ней, прижимая ладонь к её груди. Кинжал торчит из её плеча, и он не делает ни малейшего движения, чтобы убрать его.
В то время как его ладонь прижимается к ее, он откидывает голову назад, его глаза закрываются, и болезненная улыбка озаряет его лицо.
— Страдание сладко, — говорит он шёпотом, который я бы не смогла расслышать, если бы в толпе не воцарилась мертвая тишина. Даже несколько элитных демонов, требовавших крови Жнеца, вжались в свои кресла. Если Арга станет их правителем, они, должно быть, уже начинают понимать, что их ждёт мир боли.
Я стискиваю зубы от гнева, когда Арга не прекращает страданий заколдованного волка. Он проводит пальцами по её шерсти, когда её дыхание учащается, а с губ срывается тихое хныканье.
Я закрываю глаза, жалея, что не могу заткнуть и уши. Мне всё равно, если моя реакция будет истолкована как слабость. Если я прямо сейчас не отвлекусь от Арги, то в ярости выйду на ринг и убью его.
Я убью его на хрен.
Это ненастоящее. Это выдумка. Её боль ненастоящая.
Настоящая Жнец могущественная и решительная. Она могла бы бросить вызов Арге — возможно, даже убить его — точно так же, как Роман мог бы бросить вызов Арге. Я говорю себе, что это дело рук Кроны. Она бы узнала о том, что Жнец идёт рядом со мной, из сообщения Романа, адресованного этому перепуганному демону ранее. Крона подстроила всё это, чтобы заставить меня почувствовать себя бессильной, а я отказываюсь в это верить.
Я внезапно осознаю, что Кода наклоняется ко мне, и распахиваю глаза, готовая защищаться на случай, если он собирается выстрелить в меня.
Его лоб нахмурен, брови опущены, зубы стиснуты. Его голос звучит тихо, едва слышно.
— Я предупреждал тебя, когда мы были на Центруме, Нова, что ты не знаешь, кто твои настоящие враги.
Даже если бы я протянула руку, чтобы установить контакт, я бы не смогла ощутить эмоции Кода, но я с удивлением понимаю, что он зол… на меня. Он прорвался через врата на Землю с единственной целью — избежать Устранения. Я была той, кто вернул его обратно. Я не могу сожалеть о своих решениях, учитывая, сколько боли и страданий он причинил, но теперь я понимаю, какое отчаяние, должно быть, толкнуло его на этот поступок.
— Если ты хотел, чтобы я была твоей союзницей, тебе следовало попробовать другой подход к Центруме, — шепчу я себе под нос.
— Союзницей? — спрашивает он, и его голос полон презрения. — Никто из нас не является союзником. Мы все здесь враги. Не забывай об этом, — он складывает руки на груди. — Однако я не сомневаюсь, что сегодня вечером твоё желание исполнится.
— Какое желание?
— Посмотреть, как я умираю.
Я резко вздыхаю, но сосредотачиваюсь на боевом ринге.
Внутри Арга, наконец, ломает волчице шею, прекращая её страдания. Когда он, не оглядываясь, выходит из клетки, облик волка превращается в ничто, а у меня внутри всё холодеет.
Я скрываю свои эмоции, когда Крона зовёт Беру в клетку.
— Бера, первая дочь Джарета, сделай шаг вперёд и сражайся за свою жизнь.
Бера высоко держит голову. Её сила — ревность, и я не уверена, как она сможет использовать это против Жнеца, но она выглядит такой же уверенной, какой была во время Очищения.
Она выходит на ринг, её тёмно-зелёная сила мерцает вокруг её рук. У неё нет кинжала, но в тот момент, когда тело Жнеца начинает материализовываться, Бера наносит удар, используя свою силу.
Её энергия бьет Жнеца прямо по глазам, и волчица отступает на шаг, мотая головой и фыркая. Бера наносит удар снова и снова — её кулаки молотят воздух, её энергия попадает Жнецу в плечо, грудь и нос.
Жнец отступает ещё на два шага, но, ещё раз тряхнув головой, останавливается, и тёмно-зелёное пламя, разгоравшееся в её глазах, гаснет.
Она рычит.
Уверенность Беры улетучивается. Её сила струится вокруг неё лентами, распространяясь так далеко, что касается стенок клетки и просачивается за них. Тёмно-зелёная сила разливается по переднему ряду наблюдающих за происходящим представителей элиты, которые ерзают на своих местах, с усмешками на губах поглядывая друг на друга с недовольством. Возможно, сила Беры и влияет на них, но внутри ринга вызванная Жнец избавилась от неё.
Она прыгает вперёд, оскалив зубы.
С отчаянным криком Бера высвобождает всю свою силу, ударяя ею по животу и ногам Жнеца. Она просто скользит по волчьей шкуре, пролетая сквозь прутья клетки и устремляясь в небо.
Крик Беры обрывается, и её руки опускаются по бокам, где она и остается лежать под Жнецом.
Волчица трясет головой, терзая шею Беры, в тишине, которую нарушает только крик слева от меня.
Кэрис бросается вперёд.
— Бера!
Она не успела сделать и двух шагов, как Тайрус схватил её и оттащил назад.
— Отпусти меня! — кричит она, вырываясь из его хватки.
Крона, стоящая перед возвышением, холодна и отчуждена.
— Ты знала, что этот день настанет, Кэрис, — говорит она, практически напевая сквозь вибрацию воздуха.
— Нет — Кэрис кричит. — Джарет выбрал бы себе преемника. Он бы никогда не заставил своих детей сражаться!
— Какая жалость, что его здесь нет, — отвечает Крона.
Кэрис причитает, и моё сердце сжимается так, как я не ожидала.
— Я заберу её, — Олли, член королевской семьи с длинными, ярко-оранжевыми волосами, поднимается со своего места и тянется к матери. Она падает в его объятия, когда капитан отпускает её.
Он обнимает свою мать, и сначала я думаю, что он утешает её, но потом вспоминаю… его сила — в сожалении.
Он беспокоится о ней или впитывает её сожаления, чтобы стать сильнее? В любом случае, она, рыдая, прячет голову у него на груди.
В центре арены тело Беры поднимается, её тёмно-синие волосы падают на лицо и шею, скрывая самые серьёзные раны. Её тело проплывает через открытую дверь клетки, мимо возвышения и исчезает в атриуме.
Заколдованная волчица уже исчезла, хотя кровь от обеих схваток осталась.
Олли крепче обнимает Кэрис, шепча что-то ей в лоб, прежде чем отпустить.
— Больше никаких сожалений. Я готов к своему концу.
Он не ждёт, пока Крона назовёт его имя, и выходит через открытую дверь на ринг.
К моему удивлению, он опускается на колени в центре, где обретает форму волк. Он складывает руки на коленях, его сила струится вокруг него оранжевыми волнами, которые несут с собой шквал опавших листьев. Сотни сожалений, и все они превращаются в бурю вокруг него.
Он закрывает глаза, и когда появляется заколдованная Жнец, Олли даже не сопротивляется.
Мои глаза расширяются от шока, когда волк разрывает его на части, разрывает ему горло и быстро с ним расправляется.
Когда Олли падает на пол, обгоревшие листья поднимаются вверх и пролетают сквозь прутья клетки, пролетают сквозь толпу и падают на зрителей.
Над ними воцаряется приглушённая тишина, многие из них опускают плечи, чувствуя, как их захлёстывает волна сожаления. Кэрис вырывается из объятий Тайруса и делает шаг вперёд, чтобы поймать один из листьев, сжимая его в руке, прежде чем развернуться и ударить им Аргу в грудь.
Он вернулся на своё место и наблюдал за смертью своего брата с блеском в глазах, казалось, не обращая внимания на действия своей матери, не говоря уже о её горе.
В тот момент, когда лист коснулся его, он резко выпрямился.
— Что за чертовщина!
Вскочив со своего места, он отрывает листок от груди и смотрит на неё сверху вниз. Когда она запрокидывает голову, её волосы рассыпаются по спине.
— Мне тебя жаль, — говорит она, и слёзы текут по её щекам.
Он сжимает кулаки, принимая угрожающую позу.
— Что это, мама?
— Ты сделал это, не так ли? — спрашивает она, вглядываясь в его лицо. — Ты организовал исчезновение своего отца, чтобы захватить власть! — её голос срывается на визг. — Разве нет?
Он хватает её за руку.
— Если бы я это сделал, он бы не исчез. Он был бы мёртв.
Речь Арги заглушается криком Кэрис, криком чистой агонии, когда волна силы цвета боли окутывает её руку в том месте, где Арга сжимает её. Кровь отхлынула от её лица, и она стала вырываться из его объятий, крича и отбиваясь, но он подтащил её к свободному месту Беры и усадил на него.
— Тебе нужно сесть, мама.
Она задыхается и хватается за свою руку, когда он отпускает её. Когда она сворачивается калачиком на сиденье, на которое он её толкнул, волосы падают ей на лицо, но сквозь пряди она смотрит вдоль ряда сидений на двух своих оставшихся детей: Коду и Эсту.
В передней части помоста Крона отворачивается от Кэрис с хмурым выражением на бескровном лице, причмокивая губами, как будто попробовала что-то, что ей не понравилось.
— Эста, вторая дочь Джарета, — кричит она. — Сделай шаг вперёд и сражайся за свою жизнь.
Выражение лица Эсты невозможно прочесть, когда она поднимается со своего места, поворачивается к матери и быстро кладёт руку ей на плечо, и на мгновение между ними возникают слёзы. Кроме Арги, двое самых сильных братьев и сестёр Эсты мертвы, и я не уверена, что у самого благородного из членов королевской семьи есть шанс.
Кода, стоящий рядом со мной, наклоняется вперёд, упираясь локтями в колени и сцепив руки. Опустив голову. Он сказал мне, что я увижу, как он умрёт сегодня вечером, и я начинаю верить, что это может быть правдой.
Чёрт. Неужели так Крона собирается уничтожить всех нас, кроме Арги, за одну жестокую ночь.