ТАЙСОН КОМПАСС
Грейс была разбита. Её лицо оставалось спокойным, когда мы шагнули через портал, но я чувствовал её внутренний хаос. Слишком много всего произошло. Слишком много перемен. Слишком много потерь. Она думала, что её мать и отец погибли. Её бабка осталась ждать суда в ледяном мире. Она — чертова принцесса земель фейри. Это был перебор.
Мне было плевать, что она — фейри, что она – принцесса, или что она родилась от тени. Ничто из этого не имело значения. Я любил каждую частичку Грейс. Когда я думал, что она ушла навсегда… нет слов, чтобы описать эту боль. Это было похоже на бесконечную смерть, от которой невозможно скрыться.
— Поговори со мной, маленькая ведьма. — Мы стояли на крыльце нашего дома; она смотрела в сторону леса. Вся наша стая была внутри, давая нам личное пространство и ожидая момента, когда они нам понадобятся. Остальные три принцессы без сил рухнули в гостевой комнате, но Грейс всё еще была во власти беспокойства.
Искра мелькнула в её глазах.
— Больше не ведьма.
Я пожал плечами, легонько подтолкнув её плечом.
— Для меня ты всегда будешь моей маленькой ведьмой.
Грейс потянулась к волосам и сняла корону с запутавшихся прядей, потирая уставшие глаза.
— Не уверена, что смогу всё это осознать. Я умерла. Лед и песок спасли меня. Моя теневая сторона была очищена. Мои… родители.
Я прервал её сбивчивую речь поцелуем — сначала нежным, едва касаясь губ. Она сама углубила его, открываясь мне, её язык скользнул по моему.
— Ты нужен мне, Тай, — прошептала она. — Мне нужны наши узы. Я хочу забыться. Пожалуйста…
Я нуждался в ней не меньше, и когда она просила меня вот так, я был готов отдать ей весь мир. Мои руки скользнули под её бедра; я подсадил её на перила, встав между её разведенных ног. Наши поцелуи быстро стали жаркими, и мне было мало. Мне всегда будет её мало.
Она издала тихий стон, и я был в пяти секундах от того, чтобы взять её прямо здесь. Пришлось собрать всю волю, чтобы отстраниться. Наши губы разомкнулись, но тела остались тесно прижаты друг к другу.
— Неважно, что случилось в Волшебной стране, — сказал я серьезно. — Я вечно буду благодарен тому, что жило внутри тебя и не дало тебе умереть. Мы продолжим искать твоих родителей. Если я чему-то и научился, так это тому, что никто не мертв по-настоящему, пока я не увижу тело.
Она кивнула.
— Сейчас в моем понимании они просто пропали без вести. После того как мы спасем Луи, мы начнем поиски.
Я слышал её несказанные слова. Даже если она найдет только их тела, ей нужно было знать наверняка. Ей нужно было поставить точку.
Она наклонилась и прошептала:
— Надеюсь, ты знаешь, что я ни на секунду не задумывалась о том, чтобы остаться в Волшебной стране. Мой дом там, где ты.
Я осторожно взял корону из её рук, уложив её в наш уличный ящик для хранения, после чего подхватил Грейс на руки и понес через крыльцо в сторону леса.
— Мы принадлежим друг другу, — пробормотал я, целуя её в челюсть.
Я любил свою стаю, но сейчас нам с Грейс нужно было побыть наедине. Нам нужна была природа, чтобы восстановиться.
— Тебе не обязательно нести меня. Я знаю, как ты устал. — Грейс подняла лицо, и наши губы на миг встретились.
— Я не устал. И… мне нужно нести тебя. Мне нужно чувствовать, что ты живая в моих руках.
Она не стала спорить и прижалась ко мне. Мы молча углублялись в лес; мой дракон был доволен, моя магия тоже. Я учился справляться с обеими своими ипостасями. Через пару месяцев это вообще перестанет быть проблемой.
Я направился к одному из своих любимых мест — открытой поляне, окруженной соснами. Грейс тихо рассмеялась, когда я опустил её на землю.
— Так вот почему от тебя всегда пахнет хвойной мятой.
— Я часто прихожу сюда. Здесь мне лучше всего думается.
Если бы она огляделась, то нашла бы массу доказательств моих визитов за эти годы: резьба на деревьях, магические знаки, остатки ингредиентов для заклинаний. Словно услышав мои мысли, Грейс провела рукой по одному из широких стволов. Я встал рядом, и она посмотрела на меня.
— Это мои инициалы.
Я кивнул, обнимая её сзади.
— Я всегда видел только тебя, Грейс Картер.
Её зрачки расширились, когда она облизала губы. Желание прошило меня насквозь; я издал тихий рык, притягивая её ближе. Развернув её, я прижал её спиной к дереву с её инициалами; мои губы жадно накрыли её губы. Мы целовались долго, самозабвенно, наши тела ритмично прижимались друг к другу. Она запрокинула голову, сбито дыша и выкрикивая мое имя. Мои губы перешли на её шею, а рука медленно скользнула под футболку, желая почувствовать кожу. Её тихий вскрик заставил всё внутри меня натянуться струной.
Теряя терпение, я отстранился и схватился за край её футболки, готовый сорвать её. Но воспоминание остановило меня — воспоминание о том, как её кузен поступил с ней. Он сорвал с неё одежду, и я не собирался делать ничего, что напомнило бы ей об этом кошмаре.
С максимальной нежностью я медленно стянул футболку через её голову, поддерживая её, чтобы она не терлась кожей о грубую кору.
— Всё в порядке? — спросил я, глядя прямо в её светлые глаза.
— Да… да, более чем, — прохрипела она, глядя на меня припухшими губами. Эти колдовские глаза уже казались неотъемлемой частью её самой. Лунный свет, пробивавшийся сквозь кроны, отражался от её мерцающей кожи.
— Ты чертовски красивая, — прошептал я, пораженный тем, насколько она невероятна.
Она сжала в кулаке мою рубашку.
— Если ты сейчас остановишься, я тебя побью.
С полуулыбкой я в мгновение ока избавил её от остатков одежды с помощью магии. Кора была слишком грубой для неё, но для мага достать ковер — пара пустяков. Плотный ворс лег на лесную подстилку, и вот она уже лежала обнаженная подо мной. Мои губы коснулись её груди, я спускался ниже, продолжая начатое. Очерчивая языком контуры её тела, я не мог сдержать стон. Она была на вкус просто божественна.
«Я слышу тебя, пара».
Наши узы уже начали работать в полную силу.
«Я мог бы пробовать тебя весь день».
Мой язык коснулся её упругого розового соска, и она ахнула, выгибаясь навстречу. Нужда между нами росла, становясь осязаемой. Пока мой язык ласкал её грудь, правая рука скользнула по бедру, опускаясь ниже, к внутренней стороне. Я коснулся её лона, и пальцы тут же стали влажными. Её негромкий вскрик растворился в ночном воздухе. Я медленно ввел один палец внутрь, переместив рот к другому соску. Было бы несправедливо обделять его вниманием.
Грейс начала двигаться навстречу моей руке, и я быстро добавил второй палец, а затем и третий. Она громко выдохнула мое имя, и я накрыл её губы поцелуем, не прекращая движений руки.
— Я хочу тебя внутри. Сейчас! — Её голос был прерывистым и требовательным, и мне это безумно нравилось. Я вывел пальцы, медленно поглаживая её. Когда рука освободилась, я поднес пальцы к губам, слизывая её влагу. Её сладкий вкус сводил меня с ума, тело горело, всё внутри ревело от вожделения. Она стянула с меня рубашку и магией избавилась от моих штанов и ботинок. Я был «коммандос», как обычно.
Глаза Грейс расширились, когда я навис над ней, упираясь руками по обе стороны от её головы.
— Я всегда знала, что Компассы — перфекционисты, — сказала она, глядя на мой член. — Но серьезно… у тебя вообще есть изъяны?
Я пожал плечами.
— Был один когда-то. Но он оказался переоцененным.
Она фыркнула, качая головой, её густые волосы рассыпались по ковру. В окружении природы она выглядела как лесная нимфа, раскинувшаяся передо мной. Я не выдержал и снова поцеловал её.
— Нам нужно беспокоиться о защите? — Я не был уверен, как она относится к детям; судя по тому, что я знал, она еще не была готова.
Она замерла на мгновение, затем покачала головой.
— Я сейчас не в фертильной фазе, и даже если бы… думаю, всё было бы в порядке.
Облегчение накрыло меня; я хотел собственных детей. Не обязательно сегодня или даже в этом году, но когда-нибудь — обязательно. Было приятно знать, что Грейс не против этой идеи в будущем.
После этого разговоры закончились. Наши рты встретились, и одним плавным движением я вошел в неё на всю глубину. Я ни на секунду не думал, что она девственница — супы довольно продвинуты в плане секса с ранних лет — но она была узкой, поэтому я дал ей мгновение привыкнуть к моему размеру, прежде чем начать медленно двигаться.
Её тихие стоны становились громче, когда она закинула ноги мне на талию, отвечая на каждый толчок. Я чувствовал, когда она была уже близко; её зрачки расширились, и она крепко сжимала меня. Наши узы, такие хрупкие после Волшебной страны, внезапно завибрировали энергией, словно превратились в толстый стальной канат.
«О боже. Тай… я сейчас кончу. Черт».
Она нечасто ругалась, и это заводило меня до предела. Я простонал, чувствуя, как нарастает моя собственная разрядка. Ускорив темп, я довел её до пика, и она закричала, сжимаясь вокруг меня. Звуки её оргазма наполнили лес и столкнули меня в бездну. С последними толчками я излился внутри неё, ощущая, как интенсивность эмоций буквально сдавливает грудь.
Мы лежали какое-то время, наше тяжелое дыхание смешивалось. Я не был уверен, что у меня когда-либо был такой секс — когда разум и энергия настолько открыты друг другу. Казалось, будто я сам был девственником, познающим всё это впервые.
— Это было потрясающе, — выдохнула Грейс. — Можем повторить?
Я рассмеялся, перекатываясь на бок, чтобы не раздавить её своим весом. Я потянул её за собой, наши тела всё еще были соединены, прежде чем я медленно вышел из её тепла. Если бы я не знал, что захочу её снова через три минуты, я был бы разочарован.
Притянув её к себе, я сказал:
— Детка, мы будем делать это столько раз, что ты не сможешь ходить.
— Не уверена, что могу ходить уже сейчас, — призналась она.
Я крепко обнял её, и она прижалась еще теснее.
— Я люблю тебя, Тайсон.
Мое сердце сжалось.
— Я тоже люблю тебя, Грейс. Я чертовски тебя люблю.
Она рассмеялась.
— Я должна была ожидать, что ты вставишь «чертовски» и сюда.
— О, я вставлю еще много чего, не переживай. — Моя шутка была встречена фырканьем и шлепком по плечу. Я был счастлив видеть искреннюю радость на её лице, даже если в глубине души еще таились замешательство и печаль. Она справлялась, и я собирался быть рядом на каждом шагу.
Когда она заерзала, мой член снова затвердел, и Грейс вскинула брови. Я ждал какой-нибудь колкости, но она просто провела рукой по моему телу и сжала меня.
— Я готова.
В этот момент я любил её так сильно, что это причиняло почти физическую боль. Отпустив меня, она забралась сверху. Я обхватил её лицо ладонями, приподнялся и поймал её губы.
— Хорошо, что у тебя штук двадцать кубиков пресса, а? — рассмеялась она, отстраняясь. — Иначе такую позу было бы трудно удерживать.
Она начала двигаться на мне, и я забыл всё, что собирался сказать. Положив руки ей на бедра, я направлял её, помогая войти глубже. Она замерла на мгновение, затем наклонилась вперед, упираясь руками в мою грудь, и начала двигаться — медленно, ритмично, принимая меня настолько глубоко, насколько это было возможно. Её рыжие волосы рассыпались по её груди. Я поднял руки, лаская её; когда темп ускорился, я начал поглаживать её соски большими пальцами.
Она вскрикнула и наклонилась для поцелуя. Это был отчаянный, полный нужды поцелуй, и я отдавал ей всё, что у меня было. Судьба могла свести нас вместе, но я бы выбрал её в любом случае. Она была моим «навсегда».