— Миша!
Я попыталась понизить голос, но после сорока двух неудачных попыток перекинуться я уже начинала слегка ворчать. Я замерзла и проголодалась; кто-то должен был покормить меня, пока я трудилась в поте лица. Прошла неделя с тех пор, как мальчиков отпустили. Они сузили область леса, под которой находилась тюрьма, так что теперь оставалось только найти вход. Поскольку тюрьма перемещалась каждые два дня, они искали постоянно, по очереди. Остальные ждали сигнала, чтобы проникнуть внутрь, а до тех пор я пыталась помочь своей бесполезной сестре. Да, я бываю настоящей мерзкой стервой, когда голодная.
Мише приходилось нелегко. Ее способности оборотня были раскрыты, но страх не давал ей расслабиться и позволить трансформации произойти. Рано или поздно ее волк – или дракон – заставит, но на данный момент максимум, чего мы добились, — это волосатые руки. Не слишком большой успех. Максимус появился у меня за плечом. Я поняла по румянцу на его щеках, что он давно не ел. Он поцеловал меня в щеку.
— Как поживает наша девочка? – спросил он.
Мы оба остановились и уставились на нее, корчащуюся на лесной подстилке. Тайсон использовал заклинание, чтобы расчистить это место от остатков снега, а Джейкоб развел поблизости костер, но Миша все еще выглядела замерзшей.
— Думаю, это говорит само за себя, — сказала я, приподняв брови. — Мы достигли той стадии, когда ей нужна хорошая эпиляция, и все. — Я надеялась, что волосатость указывает на то, что она была волком, а не каким-то мохнатым драконом. Что было бы нелепо.
— Да пошла ты, — рявкнула она на меня.
— О, и мы научились ругаться, и наш слух значительно улучшился.
Максимус подошел к Мише, которая теперь лежала в позе эмбриона. Наклонившись, он начал что-то шептать ей, но, как я ни напрягала слух, слов расслышать не смогла. Испортил удовольствие.
Джейкоб тоже бежал к нам, его лицо сияло, в светлых волосах снова запутались листья. Я шагнула к нему.
— Все в порядке?
Он подхватил меня на руки и развернул к себе.
— Все в порядке, мы свободны от тюрьмы, и нападений не было. Я не собираюсь жаловаться.
Я снова встала на ноги.
— Лично меня немного нервирует, что никто больше не нападал на вас и не пытался подставить. В прошлый раз все было так небрежно, что я думаю, в чем, черт возьми, был смысл.
Я скрестила руки на груди, прежде чем повернуться и посмотреть на Максимуса и Мишу. Вампир держал ее за бицепсы, и я видела, что он пытается ее тренировать. Он не был оборотнем, поэтому не мог знать точного процесса, но он понимал, как направлять силу.
— Я тоже в замешательстве. — Джейкоб устроился рядом со мной, положив руку мне на плечо. — Сначала я подумал, что это для того, чтобы увести нас подальше от тебя, а потом подумал, что это для того, чтобы запереть нас четверых, чтобы мы не смогли возглавить совет. Но ты права, это был небрежный, безрассудный беспорядок. Так какой, черт возьми, был смысл в том, что мы провели там несколько дней?
Я выпрямилась, и его рука соскользнула с моего плеча. Был ли смысл просто в том, чтобы задержать их на достаточное время, чтобы найти Нэша? Было ли это подстроено? Нам нужно было выяснить, кто такой Нэш и есть ли какая-то связь между ним и кем-то со стороны. Или это было сделано для того, чтобы убедиться, что мы обнаружили, что в тюрьме могут быть отмеченные драконы. Это все еще было направлено против нас с Мишей?
Список людей, которые знали, что мы отмечены драконом, был коротким: Джонатан, Лиенда, Луи. Я не могла представить, что это мог быть кто-то из них. Конечно, Луи был самым очевидным вариантом. Я не очень хорошо его знала. Может быть, у него были какие-то планы на этот счет? Но все же, какие, черт возьми? Я должна была пойти с ним на свидание завтра вечером. Возможно, я задам несколько уместных вопросов.
— Йоу! — Мы все обернулись и увидели, что к нам приближаются Тайсон и Брекстон.
Голос Брекстона звучал ровно.
— «АиЗ» начинается через десять минут, и мы не можем снова пропустить.
Да, в 9 утра у нас были занятия по атаке и защите. Брекстон выглядел уставшим, он почти не прекращал поисков с тех пор, как мы вернулись. Его снедало желание найти Нэша. К сожалению, нам приходилось соблюдать приличия, а колледж никуда не делся. Нам оставалось учиться еще три года. И это было важно для Миши. Ей нужно было узнать о сверхъестественном мире больше, чем кому-либо из нас. Несмотря на то, что она училась в человеческом колледже и имела степень в области искусств или еще какой-то ерунды, она была крайне необразованна в важных вещах. Максимус помог Мише подняться на ноги. Она поправила рубашку и стряхнула грязь и листья с волос. Ладно, пора чапать, иначе мы снова окажемся в дерьме.
Мы шли молча по улицам и через весь город к зданию школы. Нам приходилось двигаться быстрой трусцой, так как расстояние было приличное. В этой зоне располагались школы всех уровней подготовки. Территория была огромной, и колледж занимал большую часть этого пространства. Здания были старой архитектуры, большие деревянные конструкции, в которых было много места. Мы не особо стремились менять то, что еще работало, и большинство из них простояло очень долго. Мне нравился характер каждого здания, шрамы от драк с оборотнями, черные метки от ошибок с чарами. На стенах была запечатлена история.
— Я правда не горю желанием снова это делать, — сказала Миша, когда мы открыли дверь и вошли в тренажерный зал.
Первым, что поразило меня, был запах. Я, конечно, привыкла к этому, но застарелый пот и кровь мне никогда не нравились. Вокруг были разбросаны мягкие коврики, чтобы хоть как-то уберечь от боли, которая вот-вот должна была случиться. В первом и единственном классе Миши с тех пор, как она вернулась в Стратфорд, над ней немного доминировали. Большинство из нас годами дрались, и внешне она была чирлидершей… что здесь никак не помогало.
Я не смогла сдержать улыбку.
— Надеюсь, Линкольн — учитель, большой конь-оборотень, — добавила я, заметив ее смущенный взгляд, — на этот раз поможет тебе с кем-нибудь менее… энергичным.
Она вернула мне улыбку, прищурив глаза. Джейкоб и Тайсон прыснули со смеху, когда мы пересекли комнату. Что? Я не виновата, что она связалась с кроликом-оборотнем. Малыши были… полны энтузиазма. Ей повезло, что это была драка, а не секс. Были некоторые вещи, которые никогда бы не вызывали восторга. Кролики были одним из них.
Комната уже была заполнена различными сверхами. Все были на площадке, и в основном они уже были в команде.
— Джесса, ты с Кэндис, — сказал Линкольн, показав свою лысую голову и идеально белые, но немного неровные зубы.
Закатив глаза, я покачала головой, глядя на Компассов, прежде чем пересечь комнату и встать перед женщиной-вампиром. Кэндис была выше меня, широкоплечая и сильная на вид. У нее была загорелая кожа и золотисто-светлые волосы. У нее были молчаливые, внимательные карие глаза, и я знала, что было бы ошибкой недооценивать ее. Правило номер один в бою: всегда наблюдай за тихими.
Я не знала лично ни одного человека, но я смотрела их телевизионные шоу, и мне было ясно, что-то отличает нас, сверхов, от них. Дело было не только в том, что большинство сверхов были исключительно хороши собой – даже полу-фейри, несмотря на все их отличия, все равно были невероятно завораживающими. Более того, именно эта энергия была вложена в нас. Мы сияли от этого, и сияние нашей кожи и блеск в наших глазах говорили о том, насколько мы отличаемся от обычных Джо в человеческом мире. Несколько человек, казалось, излучали сияние – во всяком случае, из того, что я видела по телевизору, – и, вероятно, были полукровками, но большинство рядом с нами просто меркло. Я не была тщеславна, это был простой факт.
Полу-фейри, которые по человеческим меркам считались бы уродливыми, таковыми не были, они просто были другими. Но если по-настоящему изучить их — узловатые колени, чужие черты лица, — можно обнаружить их уникальность. Люди считали незнакомцев из рода полу-фейри уродливыми, потому что не понимали их. И, как все существа, они боялись того, чего не понимали.
Миша оказалась рядом со мной, справа от меня, против пикси. Ее партнершей была одна из полу-фейри, которая могла менять свой рост по желанию. У нее были очень большие круглые глаза, а нос и рот были маленькими и сливались с остальными чертами лица. У нее были жесткие волосы, которые торчали вокруг головы, а кожа была цвета заката. В прошлом на полу-фейри охотились почти до полного исчезновения те самые люди, которых мы пытались защитить. Теперь я была рада, что сверхъестественные сообщества предоставили им убежище.
Линкольн стоял впереди всех, его голос был громким и раскатистым. Типичная лошадь.
— Хорошо, сегодня у нас смена. Переходим к рукопашной.
Обычно мы тренировались со всеми видами оружия. Я могла постоять за себя практически с любым, но особенно хорошо владела арбалетом. Мне нравились мощь и легкость, хотя в беге не хватало точности. Я оценила своего противника. Кэндис была вампиром и должна была быть быстрой и сильной. Мне нужно было использовать свою силу оборотня, иначе она раздавит меня. Она шла прямо на меня, выставив руки перед собой и уверенно шагая. Я, не колеблясь, уклонилась от ее первого удара и локтями ударила ее в незащищенный подбородок. Она была атакующим бойцом, но не умела держать оборону. Я отвлеклась на то, что Миша шлепнулась на коврик рядом со мной. Пикси обошла ее сзади и уперлась обеими ногами ей в спину, впечатав мою близняшку лицом в вонючий, мягкий пол.
Конечно, моего секундного замешательства было достаточно, чтобы Кэндис налетела на меня и, используя борцовский прием, перевернула и заломила мне руку за спину. Она держала ее так, что малейшее усилие могло сломать кость. Я разозлилась, потому что даже у меня на то, чтобы вылечить сломанную кость, уходило двенадцать часов, если только не вызывать целителя. К счастью, я была хитрой, и она оставила свободной мою вторую руку. На самом деле, глупый ход. Пытаясь найти опору, я дернулась, что ослабило ее хватку. Похоже, она не очень крепко держала меня за запястье. Размахнувшись ногами, я изогнулась, чтобы создать достаточную опору для апперкота. Я перенесла на нее весь свой вес – ну, насколько это было возможно с моей позиции в партере. Ее крик оборвался, когда она упала обратно на мат. Я вскочила и двинулась вперед, но свисток прозвучал прежде, чем я успела ударить ее еще раз.
— Сдвигаемся влево, — крикнул Линкольн.
Это продолжалось снова и снова, и у каждого противника было свое преимущество, в зависимости от того, к какой сверхъестественной расе он принадлежал. Вампиры были очень быстрыми и сверхсильными. Оборотни обладали непревзойденным чутьем, наша скорость и сила не сильно уступали вампирам. У магов была дополнительная энергия и возможность использовать заклинания, если они были достаточно быстры – хотя Линкольн и не поощрял использование заклинаний в рукопашной схватке, предполагалось, что это больше зависит от физических способностей. Фейри обладали магией, не нуждаясь ни в каких заклинаниях. Они могли размываться и вести себя почти как хамелеоны, чтобы слиться с окружающим миром. Они были настолько в гармонии с природой, что сам воздух шептал, помогая им обрести преимущество. В Стратфорде у нас было мало женщин-фейри, которых мы называли сиренами. Они обладали способностью очаровывать разум своей призывной песней. Похоже, это в основном касается мужчин… поди разберись. Вероятно, поэтому нас было так мало. Мужчины совершали множество глупостей без дополнительной помощи со стороны затуманенного разума.
И, наконец, все полу-фейри были разными. Пикси могли летать, заряжаться энергией и колдовать с помощью волшебной пыльцы. Тролли были как кирпичные стены. Можно ударить их, а они даже не пошевелятся. Иногда я гадала, замечали ли они, что я их бью. В Стратфорде было около двадцати разных полу-фейри, но только шесть видов. Хотя за прошедшие годы появлялись и исчезали другие, так что я познакомилась с большинством из них. Русалки были самыми странными. Они предпочитали места с большими водоемами, а не с лесами, поэтому, несмотря на нашу большую затопленную территорию, у нас никогда не было постоянных обитателей-русалок.
Мы продолжали перемещаться. Я начала ощущать синяки. В моем рассеянном состоянии было несколько удачных попаданий. Максимус каким-то образом оказался рядом с Мишей и помогал ей справиться. Что, к счастью для нее, привело к тому, что ее противники перестали обращать на нее внимание, думая, что ее телохранитель-вампир может втоптать их в землю. Он уже делал это для меня раньше, и я чувствовала себя немного расстроенной из-за того, что он больше не прикрывал мне спину.
Чертовы сестры, вечно крадут твои любимые игрушки.
Я застонала, когда увидела своего последнего противника на сегодня – Мелли, мускулистого придурка ростом шесть футов шесть дюймов (198,12 см). И я говорю это без всякой любви, потому что он был мудилой, который мучил меня много лет. По какой-то причине медведь-оборотень питал ко мне ненависть, которая не исчезала, что бы я ни делала.
— Ну, если это не принцесса волков. — Рыжие волосы Мелли до плеч всегда были растрепаны. Его кожа была усыпана рыжими веснушками, а глаза были цвета мха. Большую часть времени он проводил в лесу. Вся его семья уехала из Стратфорда в прошлом году, и, к сожалению, он решил не ехать с ними. Мне было жаль его… примерно восемь секунд, прежде чем он похоронил меня под огромной кучей осенних листьев. — Волнуешься, принцесса? Ненавижу, когда ты ломаешь ноготь… — Насмешливая ухмылка исчезла с его лица. — Или свою шею, — тихо добавил он.
Я не очень боялась, но он заставлял меня чувствовать себя неуютно. На самом деле дело было не в комментариях, альфам часто угрожают, а у меня был длинный язык – да, я в значительной степени заслужила все, что получила. Нет, дело было в его взгляде. Когда он смотрел мне в глаза, зелень темнела, и я чувствовала, что он хочет, чтобы я исчезла с лица земли. И, что хуже всего, я понятия не имела, что я ему сделала.
Я внимательно наблюдала за ним, но ничего не говорила. Все, что я могла сказать, только усугубило бы ситуацию. На протяжении многих лет я пыталась решить проблему, но безуспешно.
— А теперь появилась более молодая и трогательная принцесса-волчица. — Он перешел к Мише, которая наконец-то начала обращать внимание на медведя-оборотня. Возможно, он не заметил ее нового телохранителя. Он собирался вывести Максимуса из себя. Должно быть весело. — Может быть, однажды мне выпадет честь уничтожить всю линию Лебронов. Медведи не водятся с волками.
Любопытно.
Это была самая большая информация, которую он раскрыл за долгое время. Возможно, эта ненависть не была личной по отношению ко мне, просто им управляли волки-оборотни, которые, как оказалось, были моими родственниками. Я заметила, что Максимус начал приближаться ко мне. Он сражался с фейри мужского пола. Его рубашка немного дымилась от нескольких попаданий огненных шаров.
Мне не следовало отвлекаться. Когда я обернулась, Мелли уже двинулся вперед, и кулак летел прямо мне в лицо. Я запрокинула голову и вывернулась, надеясь избежать его массивных пальцев. Но не тут-то было. Мясистый кулак ударил меня сбоку по подбородку и скуле. Я услышала хруст; мои крики эхом разнеслись по огромному тренировочному залу. Упав на мягкий коврик, я зажала рот, чтобы не издать ни звука, вызванного агонией, поскольку, когда я открывала рот, казалось, что он раскаляется еще сильнее. Начался хаос, и все сбежались посмотреть, что случилось. Я была совершенно ошеломлена и не была уверена, что именно пропустила в следующие несколько мгновений. Пульсирующая агония в моей щеке отвлекала меня от всего остального в комнате.
— Джесса! — Мягкие руки нежно коснулись неповрежденной части моего лица. — Ты в порядке? Открой глаза. — Голос Миши звучал немного взволнованно, и я не хотела знать, как выглядит мое лицо.
Я открыла рот, но боль, снова пронзившая меня, заставила меня крепко сжать губы. Дерьмо. Я убью Мелли, как только лицо заживет. Я отрежу ему руки и ноги, а затем нарежу их на маленькие кусочки, а после этого его глаза… да, один за другим я вырву их и скормлю ближайшему оборотню…
Максимус прервал мои размышления.
— Джесса, открой глаза, детка. — Как раз когда я подбиралась к самому интересному. Как обычно.
Я медленно приоткрыла глаз с неповрежденной стороны; другой уже заплыл и не открывался. Свет был таким ярким, что мне потребовалось некоторое время, чтобы преодолеть слепоту и попытаться что-то разглядеть. Я знала, что у меня сломана скула, и была уверена, что у меня сотрясение мозга. Все было размыто и не в фокусе. Не говоря уже о том, что у меня ужасно болела голова, и я была на грани того, чтобы меня стошнило. Я была вынуждена снова закрыть этот глаз.
— Нам нужен целитель. Срочно! — Я услышала приказ Брекстона, стоявшего совсем рядом. Его слова были такими отрывистыми и ледяными, что я была уверена, что в комнате повис холод.
Я снова потеряла счет времени. Я сосредоточилась на том, чтобы удержать содержимое желудка на месте, и тут почувствовала на себе чьи-то руки. По моему телу разлилось тепло, и я поняла, что ведьма или маг использует целительную энергию, чтобы залечить мое разбитое лицо. Все пользователи магии обладали некоторыми способностями к исцелению, но были и те, кто был особо одарен в этой области. Если они проявляли эти способности, у них был дополнительный год обучения этому искусству после окончания колледжа, и тогда они становились целителями. Я вздохнула, когда тепло превратилось в сильный жар, и я почувствовала, как кости начинают срастаться. Просто это было в десять раз быстрее.
— У нее были сломаны челюсть и скула, а череп треснул в двух местах, – произнес мягкий женский голос. Моим целителем была ведьма. — Я в основном привела ее в порядок, но ей нужен постельный режим на несколько часов или около того. Просто чтобы дать телу время для дополнительного заживления, в котором она нуждается.
Мои глаза распахнулись, и я приподнялась. Максимус стоял по одну сторону от меня, а Брекстон — по другую. Они подхватили меня под руки и подняли на ноги. Передо мной стояла высокая, стройная рыжеволосая женщина. Ее темные глаза внимательно изучали мое лицо. Она показалась мне знакомой, но я не могла вспомнить ее имени.
— Спасибо…
— Грейс, — пробормотала она. — Меня зовут Грейс.
Ааа, точно, теперь я вспомнила. Когда мне было около четырнадцати, Грейс призналась Тайсону в вечной любви, несмотря на то, что была на несколько лет старше. Он был типичным незрелым мальчиком и послал меня, чтобы я ее мягко успокоила. Конечно, такта у меня было не больше, чем у тролля или дерева, и после моего краткого, сбивчивого объяснения она убежала в слезах.
— Спасибо, Грейс, — попыталась я еще раз. — Я правда ценю, что ты меня вылечила.
Она улыбнулась. Это было искренне, и все ее лицо из по-детски милого превратилось в неземную красоту. Она стала еще более долговязой.
— Пожалуйста. Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, Джесса, пожалуйста, не стесняйся, зови меня.
Когда она встала, ее взгляд метнулся к Тайсону, и это движение было почти таким быстрым, что я не успела его отследить. Я не могла прочесть выражение ее лица, но, похоже, она смотрела на него не так романтично, как когда-то. На самом деле она выглядела немного раздраженной.
Когда Грейс зашагала прочь, Тайсон проводил ее взглядом. Маг выглядел немного потрясенным, в его глазах горели золотистые капельки. Как странно, что мы не видели Грейс почти десять лет? Я подумала, не уехала ли она из Стратфорда. Я отвлеклась от своих мыслей, когда остальная часть класса вернулась на свои места.
Линкольн разговаривал с учениками.
— Отведите Джессу домой, уложите ее в кровать и проследите, чтобы она там и оставалась. — Все знали, что они — моя стая. — Увидимся на следующем занятии. Я сообщу ее отцу о случившемся, и он сможет принять решение о наказании для Мелли. Он сейчас страдает, но сомневаюсь, что этого будет достаточно для Джонатана.
Я совсем забыла об этом трусливом куске дерьма, который ударил меня кулаком, когда я стояла к нему спиной. Подонок. Я протолкалась сквозь толпу и увидела, что он был подвешен к одной из огромных балок на толстой, крепкой веревке. Его голова была примерно в двух футах от земли, когда он бился вверх тормашками. Судя по синякам, которые уже появились на его лице, и крови, капающей на пол из пореза, его несколько раз «ударили» во время задержания. Я оттолкнула еще нескольких сверхов в сторону и, наклонившись, оказалась довольно близко к его лицу. Несмотря на свое затруднительное положение, он все еще насмехался надо мной.
— Всегда такая храбрая, когда тебя прикрывает Четверка. — Его зубы были слегка запачканы кровью. Он сплюнул на пол. — Ты мне отвратительна.
Протянув руку, я крепко схватила его за подбородок, медленно сжимая его между пальцами и ладонью, позволяя силе оборотня течь по руке. Его глаза расширились, но он больше не издал ни звука.
— Еще раз подойдешь ко мне, Мелли, и я, черт возьми, разорву тебя на части, кусочек за кусочком. — Я уже начала это планировать. — Мне не нужны Компассы, чтобы уничтожить тебя, у меня под рукой уже есть все оружие. Теперь ты живешь только благодаря моей щедрости. За подобное нападение на дочь главы городского совета… Джонатан потребует твою голову. — Я сильно толкнула его, он увернулся от меня. — И я, возможно, просто позволю ему это сделать.
Когда он замахнулся, я развернулась и нанесла удар ногой. Голенью я попала ему в висок, отчего он потерял сознание.
— Скажи моему отцу, чтобы на этот раз он отпустил его с предупреждением, — сказала я Линкольну, зная, что сначала он поговорит с Джонатаном. Если Мелли снова нападет на меня, я его убью.
Брекстон остановил меня, положив руку мне на правый бицепс.
— Джесса, он должен умереть. — Я стряхнул его руку. — Он, черт возьми, ударил тебя, когда ты стояла к нему спиной. Он — трус, и его слабость только навредит Стратфорду в долгосрочной перспективе.
По плотно сжатым челюстям, кулакам и ярости в его глазах я поняла, что Брекстону наплевать на город. Он был зол, что я пострадала. Он всегда был моим милым защитником. Но я была большой девочкой и могла сама о себе позаботиться.
— У меня такое чувство, что он больше не придет за мной. — Я пожала плечами. — Урок усвоен. — Ладно, возможно, я была излишне оптимистична, но я должна была дать парню последний шанс.
Мелли застонал, когда очнулся от своего недолгого сна.
— Если он еще раз приблизится к тебе на расстояние десяти футов, он — покойник. — В голосе Брекстона не было ни малейшей интонации. Он был серьезен. И пугал. — Шансов больше нет.
Миша последовала за нами, когда мы выходили из комнаты. Внимание остальных было приковано только к нам шестерым, но, когда за нами захлопнулись двери, я услышала, как внутри снова поднялся шум. Слухи уже разлетелись по округе.
Брекстон смотрел в землю, пока мы шли, его кулаки все еще были сжаты, и, клянусь, в груди у него что-то тихо грохотало, хотя я ничего толком не слышала.
Джейкоб отвлек меня от своего брата.
— Не оставайся наедине с этим парнем, Джесс. У него хватит сил убить тебя. Если бы ты не сжалась в последнюю секунду, он, вероятно, сделал бы это.
Я встряхнула волосами, морщась от малейшей боли, которая все еще терзала мою голову.
— Я могу с ним справиться. — У меня отлично получалось изображать напускную браваду. — Но я не понимаю, зачем ему пытаться убить меня.
Это могло бы закончиться его смертью или тюремным заключением в Вангарде на очень долгий срок. Но я ставила на то, что он погибнет… от одного из Компассов.
Брекстон поднял голову, и я застыла на месте. Его голубые глаза горели адской яростью. Он буквально вибрировал, так он был взвинчен.
— Я видел, как это происходило, и не смог добраться до тебя достаточно быстро.
— Это ты его вздернул? – спросила я. Брекстон, должно быть, был на шаг позади Максимуса, несмотря на то, что находился в другом конце комнаты.
— Я бы убил его, но сначала мне нужно было убедиться, что с тобой все в порядке. Я уже собирался свернуть ему шею, когда Макс убедил меня, что это не лучший вариант.
Максимус застонал, потирая рукой левый бок.
— И я уверен, что ты сломал мне ребро, придурок. Я в долгу перед тобой за это, и, несмотря на то, что его убийство было отличным вариантом, я решил, что это не тот способ, которым ты хотел бы вернуться в тюрьму.
Тогда я заметила, какой заплаканной и испуганной выглядела Миша. Она крепко обхватила себя руками.
— Ты в порядке? — Я подошла ближе, встав прямо перед ней. Боже, я понятия не имела, как кто-то мог не заметить, что мы — близнецы. Мы были похожи во всем, за исключением глаз и нескольких веснушек.
— Не думаю, что создана для такой жизни, полной насилия. Как вы все время с этим живете? Прикрываете спины? Я не могу ни спать, ни есть. У меня нервный срыв, а я не пробыла здесь и месяца.
Она не могла уснуть? Все оказалось серьезнее, чем я думала. Я попыталась сдержать улыбку, но не смогла.
— Ты просто не привыкла к этому. Сверхи — жестокие ублюдки; в этом мире волки едят волков. — Я говорила метафорически, потому что было так много разных рас. — И у тебя есть мы, которые прикроют твою спину. Поверь мне, у тебя не могло быть лучших супов в команде.
Тайсон похлопал Мишу по плечу.
— Она не шутит.
Несмотря на драку между Максимусом и Тайсоном в день инсценированного убийства Маркусом, в группе больше не было драм. Миша была в основном принята в наш внутренний круг, хотя я все еще чувствовала небольшое недоверие, в основном со стороны Тайсона.
Маг предложил свою мудрость.
— Если ты будешь слишком сильно волноваться, то сойдешь с ума. Сегодняшнее беспокойство не предотвратит завтрашних бед. Мы просто должны принять то, что произойдет, и сделать все возможное, чтобы защитить друг друга.
Умный, самодовольный ублюдок. Хотя он высказывал здравые мысли. Он все еще казался немного не в себе, когда осматривал город. Я уже начала думать, что встреча с Грейс по-настоящему потрясла его.
— Давай, Джессе пора в постель. — Брекстон снова начал торопить нас по дорожке.
— Джейк, — окликнула я белокурого фейри.
Он подскочил ко мне.
— Ты звала меня, Джесса, детка? — Он крепко обнял меня за плечи своей длинной рукой.
— Ты можешь спеть для меня? — У меня снова начала пульсировать голова, а его голос был самым успокаивающим на свете.
Он говорил непривычно тихо.
— Я сделаю для тебя все, что угодно. — А затем он начал петь.
Это была моя любимая баллада о фейри, завораживающая, гипнотизирующая, успокаивающая. Это была песня о рождении или о том, что произошло. Фейри поют ее, когда рождается кто-то из их малышей, чтобы поприветствовать их появление на свет. Я громко зевнула.
Джейкоб подхватил меня на руки, и у меня подкосились ноги.
— Вы, ребята, мои лучшие друзья… и я люблю вас, — сонно произнесла я, закрывая глаза. — Я не часто говорю вам об этом. — Я могла умереть сегодня. Мысль о том, что я должна сказать своим друзьям и семье, как много они для меня значат, промелькнула у меня в голове, когда я готова была отрубиться.
Джейкоб снова усмехнулся, его грудь подо мной задвигалась.
— Мы тоже тебя любим. Ты — наша стая, наша семья. Не оставляй нас снова на грани смерти.
Я почувствовала, как чьи-то руки коснулись моего лица, и поняла, что они согревают меня своим теплом. В этом тепле и под напев песни Джейкоба я погрузилась в сон.