В отличие от Лена, Тень кажется не беспокоился о том, что покидать волшебный сад опасно.
Когда мы вышли, чтобы найти Инки, который был за цветами-стражами, я поняла почему. Между Тенью и Инки не было ничего, что могло бы удержать нас. Даже окружающие цветы, расступались, создавая для нас безопасный проход.
— Инки, кто он? — спросила я Тень, как только мы ступили на тропинку, которая шла вдоль волшебного сада и в конце которой, виднелся огромный дом. Нууу, даже не дом… это был величественный особняк. И он парил. Да уж, фейри, точно знали, как сделать жизнь лучше, особенно если это касалось роскоши и волшебства.
Тень метнул в меня косой взгляд.
— Ты же не всерьез думаешь, что я тебе это расскажу? Это связано со мной. И я не собираюсь отдавать тебе оружие против себя.
Хм… Значит, Инки — ключ к слабости Тени, интересно…
По выражению лица Тени было ясно: сегодня я не узнаю больше ни слова о нем. Пришлось оставить попытки и сосредоточиться на другом: я решила впитать в себя каждую крупицу этого мира, увидеть как можно больше из того, что может предложить мне мир фейри.
С той самой минуты, как я открыла дверной проем и услышала ту музыку, во мне проросла тяга к этому месту.
Будто мелодия, просочилась прямо в душу, пока я не смотрела.
— Почему я вообще могу быть здесь и не чувствовать никаких последствий? — спросила я Тень, когда мы остановились перед парящим дворцом.
Мне ужасно хотелось рассмотреть здание — до мелочей, до каждой линии, — но все мое внимание вновь было приковано к существу рядом.
Как всегда, его присутствие затмевало все остальное.
— Ты пришла сюда не по своей воле, поэтому фейри не могут тебя удержать.
— Серьезно? Лен мне об этом ни слова не сказал. — Я задумалась над новыми сведениями.
— Впрочем, это многое объясняет. Например, почему он так со мной поступил. Он должен был хоть что-то сказать, я бы тогда, может, была более снисходительна.
А вместо этого позволил мне ударить его, извинился и признал вину. Что ж… любопытно.
Улыбка Тени, была теплой, так он часто улыбался в кругу друзей.
— Магия — живое существо, как и всех у нее есть правила. Волшебная срана самый магический мир, среди всех остальных, и поэтому если ты знаешь их правила, то это, самый идеальный мир для посещения. Если же нет, их магия поглотит тебя заживо. У Лена, были свои причины, чтобы не говорить об этом.
Теперь я чувствовала себя виноватой. Это было непростое время, сначала сражение с охотниками….
Подождите-ка!
— Я прикоснулась к Теневым Охотникам, — выпалила я, внезапно вспомнив о самом недавнем странном происшествии, связанном со мной и моим волком. — И они не украли мою душу, или что там еще должно было случиться.
Тишина. Тишина расходилась долгим эхом.
Черт, ну скажи что-нибудь. Что-нибудь успокаивающее.
Вместо этого Тень с непроницаемым выражением лица отступил от меня, повернувшись и прижав ладони к стене здания. Оно перестало мерцать и светиться, когда появилась лестница, ведущая к большим двойным парадным дверям.
-Тень, — мне нужна была его реакция.
Он остановился, поставив ногу на первую ступеньку.
— Обычные правила на тебя не действуют, Солнышко. Становится все более очевидным, что ты родом из Царства Теней. Нет другого объяснения тому, что ты можешь делать.
Мне хотелось закричать, напряжение внутри нарастало, угрожая взорваться.
— Как? Дверь была заперта тысячи лет! Как я смогла пройти? И я выгляжу точно так же, как мои родители…?
Он вернулся, смотря на меня сверху вниз.
— У меня нет ни одной идеи, почему и как такое возможно, и пока мы не откроем дверь, мы не узнаем ответ.
Его глаза говорили мне, что именно по этой причине он так настойчиво добивался от меня выполнения задания, но мы оба знали, что оно будет сделано для него и ни для кого другого. Выяснение того, кто я такая, превратилось в забавное побочное приключение.
Он вернулся ко мне и протянул руку, чтобы коснуться моего лица. Это было странное, почти нежное движение.
— Не думай ни о чем сегодня. Прокручивая это в голове, ты не получишь ответов. Подумай об этом с другой стороны… ты все еще жива. Продолжаешь бороться. Ты пережила то, чего не пережили бы девяносто процентов оборотней, и это не может быть плохо. В конце концов, мы докопаемся до правды. А пока просто прими ту жизнь, которой живешь.
Черт возьми, думаю, что этот древний зверь-философ был прав, и, вероятно, не мешало бы последовать его совету.
Хотя бы пока.
Тень снова начал подниматься по лестнице, и на этот раз я последовала за ним, наконец-то получив возможность по-настоящему осмотреть потрясающий дворец. Я не могла не вздохнуть, когда рассматривала его со всех сторон. Это было прямо как в сказке — ирония судьбы состояла в том, что мы ведь в буквальном смысле оказались в месте под названием «Волшебная страна» — с белыми каменными стенами, испещренными сверкающими кристаллами, башенками и множеством барельефов, увенчанных на разных уровнях элегантными крышами из темно-серой черепицы.
Он оказался даже больше, чем я думала вначале, и, поднимаясь вслед за Тенью по лестнице, я ахнула от огромных размеров двойных дверей. Они должно быть были, футов двадцать (6,1м) в высоту и столько же в ширину, и когда обе двери бесшумно распахнулись, позволяя нам войти, я снова огляделась с широко раскрытыми глазами.
Вход был белым, совершенно голым, на стенах висели всего несколько произведений искусства. Картины не были неподвижными, как картины на Земле; изображения кружились и перемещались, окутанные сверкающей магией, изображая цветы, водопады и оазисы. Они были настолько реальными, что мне казалось, я могу войти прямо в них.
Все, что я знала о Волшебной стране, так это то, что здесь возможно все.
— Это дом Лена? — спросила я. Он казался таким же гладким и серебристым, как и он сам, но в то же время не совсем подходящим. У него были современные линии и минимализм. Снаружи все было богато украшено, и чем дальше мы продвигались, тем больше становилось очевидных различий. Богатые гобелены, большие предметы мебели, предназначенные для тех, кто привык к комфорту, с вкраплениями красного и золотого, которые напомнили мне об одном человеке…
— Нет, он – мой, — сказал Тень, подтверждаю мою теорию. — Мне нравится бывать здесь, и ты будешь здесь в безопасности от всяких волшебных созданий до тех пор, пока остаешься внутри.
Он повел меня вверх по лестнице, Инки шел рядом, пока мы поднимались на второй этаж. Здесь была библиотека. Конечно. У меня начало складываться впечатление, что Тень был немного помешан на книгах, и, во всяком случае, это только усиливало его привлекательность. И, черт возьми, ему не нужна была никакая помощь в этом вопросе.
Войдя в библиотеку, Тень направился в центр, к ряду диванов, похожих на те, что были в его логове. Инки пошел с ним, а я подошла к огромному, от пола до потолка, оконному проему, обрамленному черной сталью, из которого открывался вид на мир внизу.
Остановившись раньше них, я оглядела пейзаж.
— Мы движемся! — воскликнула я, заметив быстро меняющийся пейзаж внизу.
Я не ожидала, что Тень услышит меня — он был не так уж близко, — но когда я повернулась к нему, то обнаружила, что он каким-то образом оказался рядом со мной. Это произошло так быстро, что мне пришлось пересмотреть свою позицию по поводу того, мог ли он прикасаться ко мне, когда я проснулась. Это было такое чувственное прикосновение, что в нем не было никакого смысла, так что, вероятно, это был просто очень яркий сон.
Это было моим заблуждением, но я придерживалась его.
— В Волшебной стране ничто не стоит на месте, — сказал он, и мне пришлось несколько раз прокрутить мысли в голове, чтобы вспомнить, о чем мы говорили. Мои мысли были поглощены теплом, разливающимся у меня в животе и стекающим к моему…
— Ни что не стоит на месте?
Лицо Тени осветилось золотым солнечным светом, который в этот момент эффектно ударил в окно. Мы летели сквозь низко нависшие облака, и когда они рассеялись, свет стал ярче, чем когда-либо, а под нами была… лава. Просто цветущие красные поля.
— Пейзаж здесь меняется так же часто, как и изображения, украшающие мои стены, — объяснил Тень.
Я постаралась это осмыслить, но это оказалось нелегко. Людям и оборотням нравилась неподвижность. Это было обычно и удобно.
— Но сад Лена, ведь он был неподвижен?
Тень ухмыльнулся.
— Ты сообразительная. Мне это в тебе нравится. Большинству людей требуется целая вечность, чтобы поддержать разговор.
Я показала ему язык.
— Так лучше?
Он кивнул:
— Вот это уже больше похоже на то, чего я от тебя ожидал. Но да, у Лена — маленький стационарный участок. Таких здесь много, они разбросаны по всему миру, но все изолированы, так что тебе все равно придется найти способ передвижения.
Вот почему у него здесь парящий дом — это, по сути, фейрийская версия дома на колесах.
Покачав головой, я снова повернулась к пейзажу, заметив несколько маленьких островков, разбросанных среди лавы.
— Мы можем вернуться в Библиотеку знаний из этого дома?
Тень покачал головой:
— Нет, из Волшебной страны в библиотеку ведет всего несколько входов. Нам придется вернуться в сад Лена через два дня, чтобы попасть обратно. Это ближайший портал на этой стороне великого разлома.
Ну вот, теперь мне действительно захотелось узнать, что это за великий разлом. Надеюсь, за несколько дней, проведенных здесь, я узнаю гораздо больше.
— Встань сзади, Мера — резко сказал Тень.
Я за моргала, глядя на него и мечтая понять, о чем, он, нахрен, говорит…
Инки увеличился в размерах в двадцать раз, и меня чуть не затянуло черным дымом.
— На нас снова напали? — закричала я, прикрывая голову, пока не нырнула в сторону.
Тень рассмеялся, я остановилась, потому что никто кроме меня не волновался. На нас точно никто не нападал, но что же случилось?
Инки продолжал раздуваться, а огоньки внутри становились все ярче и ярче, пока… из середины не выскользнула коробка. Что, черт возьми, здесь происходит?
Тень выглядел повеселевшим, увидев, как я уставилась на то, что только что доставили.
— Доставка твоей еды, — сказал он.
Я приложила руки к лицу, открыв рот, для того чтобы что-нибудь сказать, но сразу закрыла опять. Инки, только что родил эту чертову коробку, а теперь я должна это съесть?
В животе опять заурчало, на этот раз громче.
Ну, ладно, хорошо, возможно, я смогу. Но…
— Как он это сделал?
Тень, зверь скрытности, только ухмыльнулся.
Всплеснув руками, я развернулась, раздраженная тем, что все в этом мире держится в секрете. Моя любопытная натура сходила с ума от всех этих вопросов, на которые не было ответов, и мне казалось, что Тень делает это намеренно на данном этапе.
Всплеснув руками, я раздраженно развернулась, раздраженная тем, что все в этом мире держится в секрете. Моя любопытная натура сходила с ума от всех этих вопросов, на которые не было ответов, и мне казалось, что Тень делает это намеренно на данном этапе.
— У Инки, есть некая связь с библиотекой, которую сложно объяснить. — Через несколько секунд ответил Тень, нарушая неловкую тишину. Мне казалось, что он уже не ответит, поэтому я выглядела шокировано. — Еще, он связан со мной и может создавать маленький магический портал между нами двумя. Иногда это очень полезно.
Тьма Инки обвилась вокруг нас обоих, и я провела кончиками пальцев по этой тени. В какой-то момент — так же, как и с Тенью — я научилась прикасаться к ней без последствий. Как это произошло, я понятия не имела, но меня это не тревожило. У нас был некий прогресс, с того времени как мы оказались вместе. Тень, возможно, доверял лишь пятерым существам в этом мире, но я больше не была для него врагом.
Чтобы проверить свою догадку, я небрежно провела рукой сквозь Инки и задела пальцами руку Тени — ту самую, что покоилась у него сбоку. Лишь легкое прикосновение. Но боли не было.
Я не смогла сдержать широкой, торжествующей улыбки, расплывшейся на лице. Тень одарил меня полуулыбкой, будто прекрасно знал, что я задумала.
— Не расслабляйся слишком, маленький волк, — предостерег он. — Тебе стоит беречь себя любой ценой.
Я кивнула.
— Всегда так делала, Тень. И всегда буду. Меня слишком часто подводили, чтобы я могла поступить по-другому.
Он не выглядел убежденным, но это было нормально. Меня недооценивали столько же раз, сколько и подводили в моей жизни.
Если отбросить смутные предупреждения, оставшееся время, проведенное с Тенью, прошло гладко. Коробка была похожа на волшебный ларец, но для пикника, с бутербродами, салатами и мясным ассорти. Он не ел вместе со мной, но оставался рядом, пока я поглощала еду. Когда я наелась и больше не смогла прожевать ни кусочка, коробка захлопнулась. Я с грустью посмотрела на нее, а Тень весело сказал:
— Она запечатана волшебством. Внутри все останется свежим и холодным.
Я облегченно вздохнула.
— Хорошо, потому что тратить еду впустую — грех.
Тень, развалившийся на диване напротив меня, лениво ухмыльнулся.
— Грех — моя визитная карточка, Солнышко. На этом я построил всю свою репутацию, и именно по этой причине меня вышвырнули с моих земель.
Возможно, он и не ел, но в руке у него был напиток, и он вертел стакан, так что янтарная жидкость кружилась. Он выглядел расслабленным, и, поскольку в данный момент он не мог никуда уйти, чтобы скрыться от меня, я решила расспросить его о Царстве Теней.
Наклонившись вперед, я прижала к груди пушистую подушку и устроила на ней подбородок.
— Расскажи мне о Царстве Теней, — тихо произнесла я. — Почему проход туда заблокирован? И какого черта я вообще притягиваю существ оттуда сюда?
Повинуясь инстинктам, сначала он хотел скрыть от меня информацию. Я видела, как на его лице, появилось холодное и закрытое выражение, которое сменило расслабленное.
— Это касается меня, — напомнила я ему. — А ты просишь меня выполнить задание, не давая всей информации, которая для этого нужна. Ради нашего общего спокойствия — и, возможно, ради наших жизней — самое время рассказать все сейчас.
Его лицо оставалось непроницаемым, упрямый ублюдок.
— Почему эта гребаная дверь заперта? — Я растерялась, и эти слова прозвучали немного громче, чем я ожидала.
— Из-за меня, — резко ответил он. — Я родился как следующий Верховный, истинный наследник, а моя семья устроила заговор, отняв у меня корону и силу. Меня предал тот, кто должен был быть на моей стороне. А когда они вышвырнули меня за пределы моего мира, они запечатали дверь заклятием, которое я так и не смог преодолеть.
Под его циничным выражением скрывалась глубокая, въевшаяся боль. На протяжении тысяч лет его семья держала его вдали от дома… от его земли.
Ублюдки.
— А я-то думала, у меня в семье трагедия, — прошептала я. — Это просто жутко. Даже если ты и совершил что-то ужасное, чтобы заслужить их гнев… никого не должны навсегда лишать права вернуться домой.
Пламя Тени вспыхнуло с новой силой, окружив его, словно гигантский огненный шар, который вскоре обрел форму пылающего волка. Я никогда раньше не видела, чтобы он превращался в Зверя буквально, но на этот раз, когда пламя сформировало облик волка, изменились и его черты. Его лицо вытянулось, руки удлинились, а из кончиков пальцев вырвались когти.
Мое сердце бешено заколотилось, это была естественная реакция на страх. Это был Теневой Зверь во всей своей красе — или, по крайней мере, на девяносто процентов. Его огненная версия была поистине прекрасным зрелищем.
— Тень, — пробормотала я, когда он поднялся на ноги, возвышаясь на двенадцать футов (3,66м), дьявольская тьма плясала вокруг его тела, а языки пламени взмывали все выше.
— Им не будет ни прощения, ни забвения, — пророкотал он, и с каждым словом волк в его лице и голосе проявлялся все отчетливее. — Мне нужно, чтобы эта дверь была открыта, чтобы я мог разорвать их всех в клочья и станцевать на их могилах.
Я вскочила на ноги, испытывая острую потребность подчиниться. От него исходила такая мощь, когда охотник настигает добычу. А также грохот его голоса, что я чуть не упала на колени. Это был Зверь, создавший оборотней, тот, кого боялись, почитали и любили оборотни по всему миру.
— Я помогу тебе открыть дверь, — пообещала я, вкладывая в каждое свое слово смысл. — Впервые это задание по-настоящему обрело смысл для меня. Теперь я понимаю, почему ты держишь меня при себе… Я — единственная за все это время, кто смог обойти заклинание на двери. Заклинание, которое отделяет тебя от твоей земли, семьи и судьбы.
Он, наконец, начал успокаиваться; пламя отступило, и его лицо вновь стало лицом мрачно-прекрасного мужчины, а не грозного, величественного зверя. Когда огненный волк исчез, я смогла расслабиться, меня больше не тянуло вперед к его мощи.
По правде говоря, я не знала, какая его сторона мне нравилась больше. И уж точно не понимала, что означает то, что я надеялась увидеть, как он снова полностью превращается в волка.
Он медленно приблизился ко мне, энергия струилась по его коже, пока он сбрасывал облик зверя.
— Ты — первое существо за тысячу лет, которое способно прикоснуться к Царству Теней, — сказал он голосом, настолько глубоким, что это не должно было быть возможно в принципе. — Я не знаю, как и почему… Ты не похожа ни на одно создание, которое я встречал за всю свою жизнь. И я не понимаю, что мне с тобой делать.
Я сделала шаг вперед, больше не в силах бороться с этим порывом. Тень утратил контроль над собой, и именно этим притянул меня так сильно, что я уже не могла сопротивляться.
Он смотрел на меня с настороженным любопытством, внимательно наблюдая, но не останавливая.
И прямо в тот миг, когда я почти коснулась его пальцами, по библиотеке вдруг поплыла тихая мелодия.
Тень застыл, резко дернув головой в сторону окна, за которым виднелась лишь фиолетовая дымка неба.
— Черт! — резко выругался он. — Лен, идиот хренов.
— Что это? — выдохнула я, сжатым от страха голосом.
Он зарычал, грудная клетка вибрировала от этого звука.
— Это Лунное Полнолуние фейри. Их пять лун сольются в одну, и на эту землю снизойдет Время Плодородия.
Он зарычал, и этот звук прошелся гулом по всей его груди.
С трудом сглотнув пересохшим горлом, я, пошатываясь, шагнула к окну.
— Время Плодородия?
Музыка нарастала — становилась громче, быстрее — и я застонала, колени подкосились, и я рухнула на пол. Мое тело вдруг оказалось охвачено странной смесью наслаждения и боли.
Обычное томление желания, которое я иногда ощущала, не могло сравниться с этой новой волной жажды и потребности, охватившей меня с головы до ног.
— Боги, — закричала я, ноги дрожали, а руки скользили вниз по телу, направляясь прямо к моей ноющей сердцевине в отчаянной потребности снять напряжение.
— Мера, — подступив ближе, сказал Тень. — Ты должна сражаться с наваждением.
Руки дрожали, и когда я заставила себя сесть, сразу почувствовала — трусики промокли до невозможности. Ткань терлась о клитор, и я едва не кончила прямо в этот момент.
— У меня нет сил бороться, — жалобно всхлипывала я. — Мне так больно.
Боль пронзила живот, будто ножом, и как бы я ни пыталась пошевелиться или извернуться, она не ослабевала. Тень резко поднял меня на руки и побежал прочь от окон. Но от музыки не было спасения. Она плыла по волшебным потокам ветра, несясь на пыльце фейри, и была создана для того, чтобы проникать в самую суть нашего существа.
— Фейри бывают плодовиты всего раз или два в год, — процедил Тень, будто говорил это лишь затем, чтобы отвлечь меня. — Эту музыку они используют, чтобы стимулировать новое плодородие.
— Звучит как какое-то снадобье для изнасилований, — пробормотала я, язык едва ворочался, а в голове все плыло. Пламя загорелось в пальцах ног и рук, прежде чем стремительно охватить все тело.
— Нет, — отрезал он. — Твой разум не способен сопротивляться, как у фейри. Музыка — это стимул, а не контроль сознания. Но, судя по всему, на тебя она действует особенно сильно.
Я услышала, как он пробормотал что-то про девственниц и прочее, но была уже слишком далеко от реальности, чтобы волноваться. И в тот самый момент, когда огонь вот-вот должен был взорваться внизу живота, пронзив все тело, он просто швырнул меня в душ и включил ледяную воду. Поток окатил меня с головой, насквозь промочив одежду.
— Ты должна бороться, Мера, — сказал он серьезно.
Мой сдавленный смех сказал ему все. У меня не было ни малейшей надежды.