Мои ноги оставались ватными и слабыми даже после того, как мы вошли в библиотеку. Но то, что я увидела все это целым и невредимым, придало мне сил и восстановило равновесие. Полные полки и небольшая армия гоблинов были одними из моих любимых вещей, и мне нужно было время, чтобы оценить все это по достоинству.
— Мера? — окликнул меня Тень, заметив что я застыла. — Ты в порядке?
— Да… — Мой голос сорвался, и он прищурился, на его лице отразилось беспокойство. Я отмахнулась от него. — Серьезно, я в порядке. Просто очень счастлива.
Морщина на его лбу разгладилась.
— А, я понял. Обещаю присмотреть за твоей библиотекой, — сказал он, теперь уже зная, что меня так беспокоит. — Что бы ни случилось, они будут в безопасности, пока я жив.
Я бросилась к нему, наконец-то поверив, что он меня поймает.
— Спасибо, — пробормотала я, отстраняясь. — Но я открою тебе секрет. Они входят в десятку моих любимых вещей, но не на первом месте.
Он поцеловал меня так, словно ничего не мог с собой поделать, и я была в некотором роде влюблена в эти случайные вспышки нежности.
— Это не секрет, — пробормотал он.
Да?
— Что или кто, по-твоему, является номером один?
Я имела в виду, что никто не собирался говорить об этом сам, верно?
— Я.
Ладно, конечно, никто кроме, высокомерного Теневого Ублюдка. И хотя он был прав, он мог хотя бы изобразить некоторое изумление.
— Ты определенно в десятке лучших, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. — Вместе с Симоной, Ангел, Миднайтом, Инки, библиотекой и логовом. И со всеми теневыми созданиями тоже, а также с пятью идиотами, которых ты называешь лучшими друзьями. И Гастером. И Сэм…
Он прервал меня сардоническим смехом.
— Математика — не твоя сильная сторона, не так ли?
Я мило улыбнулась.
— Некоторые из вас занимают одно и то же место в первой десятке, так что мои расчеты на самом деле верны.
Он покачал головой, глядя на меня.
— Не уверен, что моя математика и твоя математика — это одно и то же.
Я задумалась над этим.
— Возможно, ты прав, но это не значит, что мои расчеты неверны.
Я была совершенно уверена, что он пробормотал «на самом деле, именно это и значит», но у меня не было времени подтверждать это и отчитывать его, потому что он повел меня через библиотеку, остановившись только тогда, когда мы подошли к двери Ангел.
— Как мы ее найдем? — спросила я, когда он потянулся, чтобы открыть дверь. — А что произойдет, если мне захочется пописать?
Потому что, честно говоря, за обедом я выпила много воды, и мой мочевой пузырь испытывал явный дискомфорт. Тени действительно следует научиться проверять, чтобы никому не понадобился туалет, перед тем как мы отправляемся в другой мир.
— Сначала мы посетим территорию семьи Ангел, — сказал он, каким-то образом умудрившись не выдать своего раздражения на меня. — Благодаря вашей с ней связи, это должно позволить тебе снова попасть туда. И если ты поторопишься, то сможешь воспользоваться туалетом прямо сейчас, пока мы не ушли.
Моя улыбка могла бы осветить темную комнату.
— Спасибо! Серьезно, спасибо тебе.
Я бросилась бежать в сторону ближайших уборных. Возможно, было странно видеть уборные в таком месте, населенном фантастическими существами из других миров, но, по правде говоря, большинству из них нужно было в уборную по разным причинам, о большинстве из которых я не хотела знать.
Закончив, я вернулась и обнаружила, что Тень стоит на том же месте, практически охраняя открытую дверь в Луга Благодати.
— Все в порядке? — спросила я, заметив, как пристально он вглядывается в клубящуюся белую бездну, которая находилась по другую сторону дверного проема.
При звуке моего голоса его внимание вернулось ко мне.
— Все хорошо, — сказал он, кивнув. — Я просто проверял Солнечную систему, как она работает после перезагрузки.
Несмотря на то, что многие существа уже проходили по путям между мирами, было очевидно, что некоторые части системы еще не совсем запущены.
— Ты нашел какие-то проблемы? — спросила я, на самом деле не ожидая их, потому что Тень не допускал ошибок.
Он заколебался, и я нахмурилась, глядя на него.
— В чем проблема?
Теперь он был единственным, кто нахмурился.
— На поверхности моей магии присутствует чужеродная сущность, — медленно произнес он, словно не был уверен, правильно ли понял. — Она такая легкая и тончайшая, что едва заметна, но она не моя. Похоже, это не влияет на общую работу, но мне нужно будет разобраться с этим, когда мы вернемся.
Он не хотел оставлять все как есть, но в то же время ни за что на свете не позволил бы мне отправиться в Луга Благодати одной.
— Все ли здесь будут в безопасности, пока мы не вернемся?
— Да. — На этот раз он был уверен. — В ней нет злобы. Она просто чужая, и, поскольку она создана из нашей с Инки энергии, только мне очевидно, что в самом сердце бьется что-то чуждое.
Словно услышав свое имя, Инки устремился вниз, окутывая Тень.
— Инки тоже это чувствует? — прошептала я.
Тень кивнул.
— Да, и Инки считает, что будет лучше, если он останется здесь и проведет расследование.
Я почувствовала себя лучше, зная, что кто-то будет присматривать за всем.
— Я согласна, если только ты не думаешь, что нам понадобится Инки в Лугах Благодати.
Тень покачал головой.
— Если мы попадем в ситуацию, из которой мы с тобой не сможем выбраться, Инки мало чем сможет помочь. Я могу назвать только одно существо, обладающее достаточной силой, чтобы нас беспокоить, и это та, кого я называю Мама.
Это были хорошие новости… если закрыть глаза. Я вообще в последнее время цеплялась за любые светлые стороны, и тот факт, что я сейчас не в Торме вместе с Торином, означал, что все остальное — уже хорошие новости.
Инки растекся по потолку, и я представила, как он распространяется по всей библиотеке.
— Береги себя, приятель, — крикнула я ему вслед, как раз когда Тень подтолкнул меня ко все еще открытой двери.
Луга Благодати показались мне такими же, как и в прошлый раз, когда я проходила по ним. Теплыми, манящими и древними в том смысле, который я не могу полностью описать. Я просто почувствовала это в глубине своей собственной магии.
— Этот мир по-настоящему завораживает меня, — сказала я, когда мы стояли на длинном золотом поле, единственной части страны Ангел, где я побывала. При воспоминании об этом моя волчица восстала, и я с облегчением почувствовала, что она снова сильная и довольная в моей груди. Вернувшись к нашей настоящей половинке, мы снова стали единым целым. Возможно, моя волчица какое-то время и хотела быть в команде Торина, но после того, как мы в последний раз увидели ее меланхолию рядом с ним, стало ясно, кого мы обе выбрали.
Нашего Зверя.
— Это одна из самых древних земель, — сказал мне Тень, бесшумно ступая по золотистой траве длиной по щиколотку. — Это определенно основа человеческого восприятия Рая, и я считаю, что это, скорее всего, заслуга тех, кто слышал истории от своих ангелов-хранителей. Знаю, Ангел рассказала кое-что из истории своей семьи и работы на Земле. Я был тем, кто подтолкнул их в этом направлении, в качестве дополнительной защиты от людей и оборотней.
Я чуть не лишилась дара речи.
Не то чтобы я была особенно религиозна и уж точно не верила в ангелов, богов и дьявола как таковых, ведь я всегда поклонялась Теневому Зверю — и до сих пор поклоняюсь, просто по-другому. Но я знала, как сильно люди привязаны к своим религиям, и как они почитают своих богов. Я не винила их, потому что мир был чертовски мрачным, и вера во что-то большее, даже если это были лишь проблески надежды, рассеивающие тьму, стоила гораздо большего, чем то, что они получали взамен. Тень помог зародить в них эту надежду, и я чувствовала себя ничтожной по сравнению с ней.
— Все трансценденты отправляются на Землю?
Тень покачал головой.
— Нет. Их роль в общей картине похожа на роль моей матери в Нексусе. Они поддерживают баланс. Для этого они должны перемещаться между мирами, сдерживая зло и защищая тех, кому суждено совершить великие дела. Они чувствуют, где их присутствие необходимо, с помощью медитации и собственных экстрасенсорных способностей. — Он выпрямился, и свет окрасил его в идеальный золотистый оттенок, превратив бога в нечто величественное. — Сейчас осталось не так много трансцендентных существ. Может быть, несколько сотен тысяч, и, как ты понимаешь, они работают на пределе возможностей.
Поддержание равновесия было чертовски неблагодарной работой, а учитывая количество миров, нескольких сотен тысяч явно не хватит.
— Почему они вымирают? Я думала, они бессмертны.
Выражение лица Тени мало что выдавало, но его глаза были такими же ярко-золотыми, как и свет вокруг него.
— По мере того, как мировое зло становится сильнее, оно ослабляет их. Затем начинаются войны. Дэнни — не первая, с кем нам пришлось столкнуться, когда дело доходит до тех, кто считает, что заслуживает больше, чем положено ему по праву. Возможно, это худший случай, но таких было много. Вся семья Ангел погибла в такой битве, и только ее невероятная сила, упорство и унаследованная от каждого члена семьи мощь позволили ей вырваться на свободу и вернуться в Благодатные Луга, прежде чем ее забрали.
— Она сказала мне, что сохранение власти их семьи — самую важную часть их культуры.
Он кивнул.
— Да, ничто другое не стоит выше этого. Каждая семья здесь обладает уникальной силой. Вот почему баланс становится все более и более нарушенным, поскольку все больше семейных линий и способностей теряются.
Бедная Ангел. Мое сердце все еще болело из-за ее трагической истории, и осознание того, что она снова осталась тут одна, думая, что у нее не осталось семьи, придавило меня к земле тяжестью.
— Мы должны найти ее, — сказала я, поворачиваясь на месте, будто она могла появиться при этом движении. — Ты чувствуешь ее здесь?
Тень глубоко вдохнул, и туманные татуировки на его руках зашевелились, как это часто бывало, когда он направлял свою силу.
— Эта земля настолько пропитана ее энергией, что я не могу определить ее точное местоположение. Нам придется прорваться сквозь магию, снять слои и посмотреть, не появится ли из них Ангел.
Я сглотнула.
— Похоже, это заставит ее атаковать. Я имею в виду, ты видел ее изогнутые лезвия? Мне действительно нравится, когда мои внутренности остаются внутри. По эстетическим соображениям.
Тень притянул меня своей силой, с его губ сорвался тихий смешок.
— Она никогда не причинит тебе вреда, Мера. Ангел, возможно, не помнит тебя, а я, возможно, не смогу проникнуть в магию ее страны, чтобы освободить ее воспоминания, но когда она увидит тебя, ваша связь напомнит ей об этом. Я уверен в этом.
Его голос звучал уверенно, но, с другой стороны, он всегда был уверен в себе. Возможно, если бы я принимала часть этой уверенности, то чувствовала бы то же самое. Помня об этом, я подавила свое беспокойство и последовала за ним через всю страну.
Когда он резко остановился, я врезалась прямо ему в спину, но он, должно быть, ожидал этого, поскольку уже успел извернуться, чтобы поймать меня, прежде чем я шлепнулась на задницу.
— Здесь в ее энергии произошел сбой, — сказал он, ставя меня на ноги.
Прежде чем я успела спросить, что, черт возьми, это значит, он потянулся к золотой земле и, проведя кончиком пальца по небольшому участку, разрезал его, как нож бумагу.
Он что, издевается надо мной прямо сейчас? Снять слои — это было буквальное выражение.
Он собирался отвести нас в самое сердце мира Ангел.