На секунду Эйра была слишком ошеломлена, чтобы пошевелиться. Даже чтобы заговорить. Она стояла, снова и снова прокручивая эти слова в голове.
— Он… здесь, — выдавил Каллен, понимая, насколько невероятно это звучит.
Эйра слегка кивнула, не решаясь заговорить, и вернулась на палубу «Шторма». Дождь начал стихать. Крупные капли, которые тяжело падали на палубу, теперь превратились в легкий туман. Облака рассеялись, и лунный свет стал проникать сквозь них.
На палубе «Шторма» по-прежнему было темно. Адела оставила лишь несколько магических фонарей, которые светились бледно-голубым биолюминесцентным мхом, привезённым, как слышала Эйра, из Сумеречного королевства. Управление темным кораблем помогло им проскользнуть незамеченными и дало элемент неожиданности.
Поэтому Эйра не могла разглядеть лица в толпе моряков. Но она заметила Аделу, стоявшую среди них. Ее одежда, белая с серым, отражала свет, словно ее тело было полностью сделано из снега и льда, а не только одна рука и нога. Королева пиратов дернулась, без сомнения, почувствовав приближение Эйры, а не услышав или увидев её, учитывая суматоху, царившую вокруг Аделы.
— Каллен, кажется, думает, что ты знаешь этого человека, и он утверждает то же самое. — Несмотря на то, что за него поручились два человека, один из которых был знаком с Аделой лично, она всё равно была настроена скептически.
Команда, окружившая мужчину, расступилась, пропуская ее. Эйра остановилась, как только ее взгляд упал на сгорбленную фигуру. Он промок до костей и был связан. В рот ему был засунут кляп, хотя он даже не пытался заговорить, по крайней мере, не в этот момент.
Но волосы, зачесанные назад, были, несомненно, золотистыми, что подчеркивалось светом одинокого фонаря, который держал один из членов команды. Его глаза, когда он поднял их на нее, расширились до такой степени, что невозможно было ошибиться в их голубом оттенке. Они тут же наполнились слезами, а брови нахмурились от облегчения.
Эйра шагнула вперёд и опустилась на колени. Она протянула руку, схватила один из узлов на его кляпе и потянула, освобождая его лицо. Она никогда раньше не видела дядю с такой щетиной и такими тёмными кругами под глазами.
— Эйра. — Её имя прозвучало как потрясённый выдох.
— Привет, дядя, — сказала она достаточно громко, чтобы услышала вся команда, включая Аделу. Она не хотела, чтобы у кого-нибудь из них возникли подозрения, что его собираются выбросить за борт. — Ты продолжаешь удивлять меня, появляясь там, где я меньше всего ожидаю тебя увидеть.
— На этот раз я могу сказать то же самое о тебе. — Он на мгновение задохнулся от нахлынувших эмоций, пытаясь быстро взять себя в руки. — А я-то думал, что потопление корабля и пленение пиратами станут моей погибелью. Никогда прежде я не испытывал такого облегчения, узнав, что Адела и «Шторм» не миф.
— Как и моя жестокость, — добавила Адела с ледяной горечью в голосе.
— Капитан. — Эйра выказала королеве пиратов почтение, особенно учитывая, что она собиралась попросить ее еще об одном одолжении так скоро после получения такого важного подарка. — Я бы хотела попросить у вас свежую одежду из запасов и горячую еду для моего дяди. Он талантливый Бегущий по воде и может помочь кораблю любым способом, соответствующим его навыкам, прежде чем мы отправим его в путь. — Эйра предугадала другие возражения, которые могла бы высказать Адела: что на «Шторме» нет бесплатных услуг, и что Эйра не собирается просить о добавлении ещё одного члена экипажа. Однако ей нужно было время, чтобы понять, что с ним делать.
Адела слегка прищурилась. Она подняла трость, поднесла ее к подбородку Фрица и посмотрела ему в глаза. От нее исходило неодобрение.
— Если ты хоть раз моргнёшь не так, как мне нравится, я убью тебя и её за это.
Фриц открыл и закрыл рот, не в силах сформулировать ответ.
После его ошеломленного молчания Адела опустила трость и повернулась, направляясь обратно в свою каюту.
— Полагаю, у вас у всех есть работа, которую нужно сделать.
Команда бросила на Эйру настороженные и неуверенные взгляды. Даже, несмотря на то, что она была объявлена наследницей Аделы, они так быстро стали относиться к ней скептически. Не то чтобы она винила их, но продолжала испытывать судьбу на каждом шагу.
— Ладно, дядя, давай согреем тебя. — Эйра быстро разобралась с узлами, которыми он был связан.
— Похоже, ты умеешь развязывать пленников, — задумчиво заметил он, но по его тону было непонятно, считает ли он это хорошим или плохим качеством.
— У меня было несколько месяцев, чтобы освоиться с различными узлами. – Эйра оставила замечание без внимания. Она встала и протянула руку, помогая ему подняться.
Когда команда разошлась, её друзья остались и подошли к ней.
— Спасибо, — бросил назад Фриц, обращаясь к Каллену.
— Конечно, министр. — Каллен склонил голову. — Я не собирался позволять им утопить вас, когда вы так сопротивлялись.
— Это действительно вы. — Элис шагнула вперёд и, не колеблясь, заключила Фрица в короткие, но крепкие объятия. Этот жест немного удивил Эйру. Несмотря на то, что Элис была давней подругой, она никогда не была так близка с дядями Эйры. Хотя то, что она сказала дальше, немного прояснило Эйре ситуацию. — Приятно видеть знакомое лицо. Я думала, что после Колизея никого не осталось.
— Я хотел бы услышать, как вы выжили, — скептически добавил Оливин.
Эйра заметила, что Йонлина нигде не было видно, и понадеялась, что его раны действительно зажили. Но у нее было время только на одно дело.
— Давайте обсудим это в моей каюте. — Экипаж уже был явно недоволен таким поворотом событий, и Эйра не хотела выяснять все при них. К тому же теперь у неё была возможность уединиться в каюте, так что она могла этим воспользоваться.
— В твоей… каюте, — тихо повторил Фриц, когда она подвела их к ней.
— Оливин, ты не мог бы найти что-нибудь теплое, что бы там ни варилось на камбузе? Каллен, ты не мог бы найти сухую одежду? — распорядилась Эйра, и двое парней направились на нижнюю палубу. — Сюда. — Она провела дядю в узкую каюту, Элис по-прежнему следовала за ней.
— Она твоя? — Он всё ещё говорил медленно, с недоверием в голосе, словно считал, что всё происходящее какой-то странный лихорадочный сон.
— Только в последнее время.
— И ты… дружишь с Аделой? — Фриц посмотрел в её сторону.
— Всё сложно. — Эйра не знала, как это сформулировать. Дружба было не совсем подходящим словом. Её отношения с Аделой были чем-то большим, но и не такими тёплыми, как подразумевалось под словом «дружба». Её спас стук в дверь.
Каллен вернулся первым.
— Я угадал с размерами.
— Мы выйдем наружу и дадим тебе переодеться. — Эйра воспользовалась предлогом, чтобы сбежать, практически швырнув одежду дяде и вытащив Элис, чтобы захлопнуть за ними дверь.
Уперев руки в бока, она пересекла палубу и посмотрела на серебристую луну в небе. Дождь прекратился, и оставшиеся облака превратились в тонкую сетку, почти прозрачную. Эйра тихо выругалась.
— Что не так? — спросила Элис, догоняя её и, без сомнения, услышав её слова. — Ты не рада его видеть?
— Конечно, рада, — поспешно ответила Эйра, осознав, что её действия могут быть истолкованы не только Элис и Калленом, но и её дядей. Ей нужно быть более внимательной. — Но я понятия не имею, как всё это объяснить. — Эйра обвела рукой вокруг себя.
— Ну, рано или поздно ты бы это сделала, верно?
Эйра неопределённо хмыкнула.
— Если бы я могла обойти острые углы, я бы так и сделала.
— И никогда бы не рассказала? — Элис моргнула.
— В идеале.
Элис рассмеялась, и в ее смехе послышались отголоски их пребывания в Башне — таким же тоном она всегда мягко и любовно говорила Эйре, что та ведет себя нелепо.
— Лучше выговориться.
— Легко говорить, когда не ты выкладываешь все начистоту, — пробормотала Эйра.
— Ты же не думаешь, что я не думала о том, что скажу родителям, да?
— Я предполагала, что мы все сохраним это в тайне. Никому не нужно знать о наших прошлых жизнях. — Теперь, когда она произнесла это вслух, это прозвучало совершенно неразумно.
— Эйра… — Элис слегка коснулась её локтя, привлекая внимание Эйры. Казалось, она сияет в лунном свете. Как будто всё хорошее, что когда-либо было и будет, заключено в ней. — Как ты справишься со своим прошлым и его влиянием на твоё настоящее, решать тебе. Никто из нас не осудит тебя за это.
— Сомневаюсь, — пробормотала Эйра себе под нос, но Элис услышала.
— Никто из нас этого не сделает, и ты это знаешь, — твёрдо сказала она. — Ты просто все усложняешь. — Эйра искоса посмотрела на Элис. Почему-то это только позабавило Элис. — Я понимаю, почему ты хочешь, даже должна, отпустить своё прошлое и двигаться вперёд. Но это не значит, что остальные захотят этого. Некоторые из нас, возможно, захотят оставить это при себе.
Эйра вздохнула. Мысль о том, что не все бегут от прошлого, казалась… невероятной. Но она знала, что это правда, с логической точки зрения. Эмоции просто скрутили ее изнутри и взяли верх над логикой.
— А теперь тебе следует вернуться и поговорить с ним. Я уверена, что он готов и захочет услышать тебя, как и я уверена, что у него есть информация, которую ты хочешь знать. — Когда Элис закончила, появился Оливин, ведя за собой Дюко. Первый держал в руках большую кружку, от которой, как заметила Эйра, шел пар.
— Ты права. — Смирившись, Эйра несколькими быстрыми шагами направилась к Каллену, ожидавшему ее у двери. Элис пошла за ней. — Сомневаюсь, что мы все поместимся, — скептически сказала Эйра, когда поняла, что никто из них не уходит.
— Я хочу услышать, что он скажет. — Тон Оливина был таким твердым, что она испугалась. Это не оставляло места для споров.
— Как и я, — добавил Дюко почти в той же манере. Мужчины были готовы драться, если она окажет сопротивление.
— Хорошо, но будет тесновато. — Эйра взяла кружку у Оливина и постучала в дверь. — Дядя?
— Я переоделся, — крикнул он изнутри.
Эйра позволила себе сделать один глубокий вдох. Она успокоилась на вдохе. Она была избранной наследницей Аделы. Она дважды побывала в Карсовии. Она пережила несколько встреч с Ульвартом. Она изучала магию, о которой Фриц мог только мечтать, обедала с аристократами и действовала как Тень от имени королевской семьи. Половину её неприглядной истории он уже знал.
Но станет ли это переломным моментом, и если да, то волнует ли это ее по-прежнему?
Это был вопрос, на который Эйра не знала ответа. Было ли это из-за того, что ей все еще было небезразлично, что он думает о ней, потому что она любила его и искала его одобрения? Или это чувство было результатом воспитания маленькой девочки, которой снова и снова говорили уважать своих дядюшек?
Был только один способ выяснить это…
Эйра открыла дверь и собралась с духом.