Сиерра
Хотя картина была небольшой, Сиерре казалось, что это её лучшая работа. На ней была изображена женщина, стоящая на коленях в наручниках среди поросших мхом надгробий, пока над её головой взрывались фейерверки. Яркие краски переливались в ночном звёздном небе, откуда с небес за происходящим наблюдал скелет девушки. Её череп и ключицы были украшены красными розами и чёрными лилиями. Она была мертва, но она улыбалась.
Сиерра сжала холст обеими руками, глядя сверху вниз на надгробие своей сестры.
— Я люблю тебя, — прошептала она в пустоту кладбища. Странно, насколько неловко эти слова отзывались на языке. Прошло слишком много времени с тех пор, как она произносила их в последний раз. Они с Алисией так много ссорились. Не сходились ни в чём. Обижались друг на друга, кричали друг на друга…
Но в последней записке Алисии, в том зашифрованном послании, которое она оставила для Сиерры, были именно эти слова: Я люблю тебя.
Порой самые простые вещи сказать труднее всего.
Бек высмеял бы её за такие мысли. Он донимал бы её своим неугасающим оптимизмом до тех пор, пока она не признала бы, что говорить близким людям о своих чувствах совсем не трудно. По крайней мере, не должно быть трудно.
Но Бек всё ещё находился в искусственной коме. Врачи не давали никаких прогнозов о том, когда он проснётся.
Господи, как же она скучала по своей команде. По нервному хихиканью Картер и её безумной преданности. По острому уму Ади и тому, как он вечно прятался за книгой. По безупречной улыбке Бека и его безграничному энтузиазму.
Прошла неделя с тех пор, как она передала полиции свои показания и акулий зуб. Не имея другого пути, она вернулась домой — в квартиру, заваленную незавершёнными набросками и сохнущими тюбиками краски. Ей нужно было начинать разбираться со своей жизнью. Собирать её по кусочкам. Перестать жить прошлым.
Ей нужно было двигаться дальше. Отпустить смерть сестры. Забыть про «Выживалити».
Она сразилась с монстром и победила.
Что ей делать теперь?
Когда она прислонила холст к надгробному камню, то почувствовала на себе чей-то взгляд. Сиерра огляделась. На кладбище не было никого, кроме неё и стаи ворон, но за дальними воротами стоял автомобиль. Роскошный чёрный седан с наглухо тонированными стёклами.
Двигатель завелся, разрезая тишину, и машина медленно тронулась с места.
Мороз прошёл по коже Сиерры. Лишь подходя к выходу с кладбища, она заметила чёрный конверт, висевший на железных прутьях ворот и покачивавшийся на золотой бархатной ленте.