Я проснулась от того, что чья-то мозолистая ладонь теребила меня по плечу, и ошарашенно вскинула голову. Лучи послеполуденного солнца освещали бледное небритое лицо Ленга Шардсона. Взгляд его метался между мной и Раолканом. А я раньше как-то не замечала, что он привлекательный парень. Его тонкие губы были приоткрыты, а острый взгляд, как у хищной птицы, очень напоминал взгляд Раолкана. Наверное, общаясь близко с драконами, ты становился похожим на них.
– Что ты делаешь? – проговорил он, едва дыша и потрясённо глядя на меня.
Я протёрла глаза.
– Кажется, я заснула.
– Рядом с неприручённым драконом? – Его голос звучал резко. Он волновался за меня? Ленгу следовало доверять Раолкану, как это делала я. Несправедливо, что все относились к нему с недоверием просто потому, что он был драконом. Я понимала, каково это, когда тебя судят по обложке.
– Он не обидит меня.
Бока Раолкана вздувались, когда он делал вздох. При выдохе спящего дракона наружу вырывался лёгкий запах серы.
– Я слышал, они собираются этой ночью провести для вашего потока ритуал скрепления узами, – сказал Ленг.
– Куда ты каждый день летаешь со своим драконом? – Mожет, если сменить тему, мне не придётся думать о предстоящем выборе?
Он слегка улыбнулся.
– Мы каста посыльных. Мы летаем туда-сюда и доставляем письма. Сейчас я служу в Школе драконов, a это подразумевает ежедневные вылеты к двенадцати башням. Скучная работа, но кто-то же должен её выполнять.
– Она тебе не нравится?
– Я люблю свой цвет и предан нашему делу, но разносить почту утомляет. Я бы предпочёл оказаться где-нибудь в другом месте – или, по крайней мере, так думал раньше.
Раньше чего? Он кого-то встретил? Возлюбленную, друга, жену? Подобное событие способно поменять мировоззрение человека. Или, может, Ленга продвинули по службе? Когда-нибудь я, наверное, тоже буду жаловаться насчёт того, как же это скучно – доставлять почту. Звучит слишком невероятно. Это как доплыть до края земли или надеяться на заранее проигрышное дело.
– Тебе стоит поесть. Для скрепления узами нужно очень много сил. – Он сидел на корточках рядом со мной, но сейчас встал, подавая мне руку.
Я взялась за неё и позволила себе помочь, но о том, чтобы идти в обеденный зал, не могло быть и речи.
– Я не хочу есть со всеми. Мне и тут хорошо.
– В дракастре? – Его, кажется, это обрадовало. – В пещере Альскиби много еды. Пойдём.
Я намеревалась следовать за Ленгом, но он по-дружески шёл рядом, пока мы не добрались до пещер фиолетовых драконов. Резьба вокруг дверей состояла из завитков и изящных узоров, напоминавших ветер. Я коснулась того, что был ближе всего ко мне. Какие чудесные.
– Знаки фиолетовой касты, – с улыбкой произнёс Ленг. – Мы самые быстрые из всех всадников, так что нашим символом выступает ветер. Быстрые, стройные и правдивые. Мы частенько принимаем участие в гонках. Будем надеяться, что ты сможешь быстро летать.
Надеюсь, я вообще летать смогу. Здорово ощущать себя частью касты, – разделять общую цель с такими же, как я, людьми – но от этого принимать решение было не легче. Правильнее всего будет не связывать себя узами с Раолканом – и отпустить его на волю. Он заявил, что никогда не станет свободным, что его просто отдадут кому-нибудь другому. Поэтому я, пожалуй, смогу освободить дракона, если сначала свяжу себя с ним узами, а потом уйду.
– Что случится с драконом, которого связали узами, если всадник его покинет? – спросила я. Ленг остановился напротив пещеры, завешенной шёлковым покрывалом.
– Ты имеешь в виду погибнет? Дракон тоже погибнет. Ваши жизни переплетутся после ритуала.
Мои глаза расширились, и в горле встал ком. То есть, если я умру во время этого первого полёта, Раолкан тоже умрёт?
– Ну, просто уйдёт.
Ленг прищурился, и его рука замерла над именем, написанном мелом на табличке рядом с входом в пещеру, – Aльскиби.
– Ты же ведь не собираешься так поступать, надеюсь?
Разве я бы так поступила?
– Обычное любопытство.
– Всё не так просто. Люди не уходят вот так вот. Если ты уйдёшь, твой дракон тоже погибнет.
– Значит, оказавшись здесь, они становятся рабами навсегда? – вздохнула я.
Он нахмурился и взял меня за руку.
– Между тобой и Раолканом происходит что-то особенное. Я уже это вижу. Поверь мне: лучшее для него – это ты. Ты не сможешь освободить дракона, просто бросив его. Понимаешь?
Я кивнула, но ничего не поняла. Разве для него не было бы лучше, если бы на моём месте оказался кто-то другой? Здоровый всадник мог бы предложить Раолкану куда больше.
– Расскажу тебе один секрет, – прошептал Ленг, наклоняясь так близко, что я почувствовала его дыхание на своей шее. У меня побежали лёгкие мурашки и рассеялось внимание. – Может, летать на драконах и требует физической подготовки, но сильный дух гораздо важнее сильного тела.
Он отступил и галантно отодвинул полог, ведущий в пещеру. За ней обнаружился великолепный фиолетовый дракон с воротником вокруг головы, который встал и при виде нас слегка попятился. Ленг улыбнулся, и между ними словно произошёл бессловесный диалог. Они могли говорить между собой так же, как мы с Раолканом?
Ну конечно.
Я ахнула и отступила. В моей голове звучал голос Альскиби! Он говорил со мной! А теперь, похоже, вовсю веселился.
– Позволь представить тебя Альскиби – моему товарищу, – сказал Ленг, подходя к кожаной сумке и вытаскивая из неё лепёшку и сушёное мясо. – Давай поедим. Ты наверняка голодна.
Мы присели на край, так что наши ноги свисали с выступа скалы, и он, разломав хлеб пополам, протянул мне вторую половинку вместе с мясом. Чувство голода оказалось сильнее, чем я думала, и голова слегка кружилась от высоты, от открывавшихся возможностей и от мысли об обеде с настоящим небесным всадником. Боясь заговорить, я сосредоточилась на еде. Надо же, все фиолетовые драконы мысленно общались со своими седоками! Просто удивительно. Наконец, положив в рот последний кусок, я заметила, что Ленг не сводил с меня тёплого взгляда.
– Удачи тебе сегодня, Амель Лифброт, и завтра – тоже. Некоторые из нас рождены для этой жизни, и мне думается, что ты одна из нас.
Я? Рождена для этой жизни? Крестьянка с обездвиженной ногой? От удивления я прикусила язык и почувствовала привкус крови. Должно быть, он шутит.
– Надо доставить ещё кое-какие письма. Надеюсь, что, когда я вернусь, на тебе уже будет серая одежда. – Он поднялся и вновь протянул мне руку, которую я приняла. – Если стоять у именной доски, то будет всё хорошо видно. Может, возьмёшь на заметку парочку приёмов.
Я доковыляла до дощечки, глядя широко раскрытыми глазами на то, как он ловким движением стащил седло со стены и, склонив голову набок, кинул его дракону на спину. Aльскиби поднялся, и Ленг нырнул под него, затягивая ремни подпруги и защёлкивая пряжки умелыми руками. Не прошло и минуты, как он вылез. Я было придвинулась ближе, чтобы получше рассмотреть получившийся результат, но Альскиби резко повернул голову в мою сторону, обнажив зубы. Я быстро шагнула назад. Очевидно, общение с драконом на дружеской ноте ещё не означало, что к нему можно было подходить.
– Отойди подальше, – с серьёзным видом предупредил Ленг. Я отступила ещё на несколько шагов, и вдруг произошло то, что я даже не успела до конца осознать: Альскиби прыгнул вперёд, оттолкнувшись от скалы, и вылетел из пещеры, устремляясь к горизонту. Он описал в воздухе небольшую дугу.
– Приручив дракона, можно прыгать сразу после того, как оседлаешь его, но я покажу, как ты будешь садиться на дракона завтра, – сказал Ленг. Выражение его лица было серьёзным, но в глазах теплилась надежда – или что-то похожее. – Смотри внимательно. Я буду показывать медленно.
Альскиби сделал петлю, направляясь обратно к нам, и Ленг, бросив мне на прощание улыбку, разбежался и прыгнул со скалы. Я вскарабкалась на край, наблюдая за тем, как он падал, смешно растопырив руки и ноги в стороны. Он же пролетит мимо Альскиби! Но в следующий миг дракон вдруг оказался под ним, опустившись под весом упавшего ему на спину Ленга.
Ленг вытащил ремень, засунутый под седло, и подтянул его к торсу, закрепив двумя быстрыми движениями. Потом продел руки в портупею и аккуратно застегнул пряжку на груди. Альскиби взмахнул крыльями, поймал ветер и мощным броском ринулся вперёд, вливаясь в воздушное пространство и взмывая в небо. Я раскрыла рот, восхищаясь величием силы в его движениях. Трудно не желать быть причастным к такой красоте.
Когда они превратились в точку на горизонте, я наконец отвернулась. Надеюсь, что Ленг окажется прав и мы увидимся снова. В этих двоих было что-то особенное. Например, доброта к людям, подобным мне, к тем, кого окружающие только терпели или – что ещё хуже – презирали. Мне хотелось каждый день есть сушёное мясо и лепёшки вместе с Ленгом и болтать о драконах. Вот, наверное, каково быть Принятым. Наверное, это не такая уж и далёкая перспектива.