Беллами
Когда наступила ночь, Серена, наконец, подошла ко мне, после того как довела меня до безумия своими косыми взглядами с другого конца палубы. Она поцеловала меня в щеку и, подмигнув, скользнула своей рукой по моей.
— Ты знаешь, что в нашей первой жизни мы были женаты?
— Хотел бы я вспомнить ту жизнь, которая была у нас с тобой. Очень надеюсь, что она была не такой сложной, как эта.
— Это было не так. Не сразу, — Серена вздохнула.
— Тогда я был таким же? — спросил я, когда она прислонилась к моему плечу, а я другой рукой придерживал руль.
— Ты был таким же. Ты выглядел так же. У тебя был такой же голос. И ты был таким же дерзким и упрямым тогда. — Она сморщила носик от смеха.
— Хорошо, по крайней мере, тогда для тебя не будет сюрпризов. — Я перекинул ее распущенную косу через плечо. — Ты помнишь свою жизнь, когда я встретил тебя в 1989 году? Ты помнишь свои семьи?
— Я помню некоторых из них. Конечно, я не знала, кем — или чем — я была… в то время. Но я помню некоторых из них. Как и моего отца в моей последней жизни. У него был мягчайший характер.
— Ха. Но он ненавидел меня. Он думал, что я убил тебя. — Я откинулся назад. — К счастью, Катрина доказала ему обратное, но все же. Он почти тридцать лет верил в это.
— Похоже, у нас есть талант убивать друг друга. — Серена рассмеялась, поворачивая голову, чтобы посмотреть на звезды.
Меня захлестнула волна вины, когда я подумал, что что-то пошло не так, когда мы отправились на встречу с Бастианом.
— Но не в следующий раз. Что, если мы просто сбежим и начнем новую жизнь где-нибудь в другом месте? Что, если ты останешься такой?
Она покачала головой.
— Мы не можем убежать от этого, Беллами. Не сделав твою жизнь ужасной. И мы всегда будем в опасности. У нас никогда не будет настоящего мира. А потом, когда мы умрем, то, в конце концов, просто возродимся снова, всегда подсознательно пытаясь найти друг друга.
Внезапно в моей голове раздался голос Бастиана, шепотом дразня меня.
«И если ты побежишь с ней, я всегда буду знать, где ее найти».
Нет, гребаный ублюдок.
Именно тогда я понял. Бастиан все еще мог видеть нас. Все это время он все видел и слышал. И именно так он узнал о маме Катрины и о том, что она бросила МакКензи и Ноя. Он знал все это время, еще до того, как мы с Катриной заключили сделку. И именно поэтому он заставил нас идти одних. Чем ближе я был к Серене, тем легче ему было убить ее. Он наблюдал за нами. Мы шли прямо в его ловушку. Он должен был точно знать, когда и где мы планируем прийти и встретиться с ним лицом к лицу. И даже больше того, если мы не покончим с ним, у него всегда будет доступ к людям, о которых я забочусь, через меня… навсегда. Это никогда по-настоящему не закончится. Он явно мог активировать свои метки, когда хотел, и мы ничего не могли сделать, чтобы остановить это.
Я с трудом сглотнул, осознав, что единственный способ обезопасить Катрину и Серену — это держаться от них подальше. Потом отпустил руль и чуть не опрокинулся, борясь с раскачиванием лодки.
— Куда ты? — испуганно спросила Серена.
— Я не могу тебе сказать. Потому что он слушает. — Ничего больше не объясняя, я бросился искать Майло. Он спал рядом с Катриной в каюте, и я молча разбудил его.
— Черт возьми, чувак, что ты делаешь? — прошептал он, протирая заспанные глаза.
Я говорил тихо, стараясь не разбудить Катрину.
— Мою метку все еще можно отследить. У меня нет твоего маленького фокуса солнечного вуду, который мог бы мне помочь. Он поймет, когда мы встретимся с ним лицом к лицу. Мы не можем позволить ему воспользоваться этим преимуществом.
— Хммм. Ты прав. Но что ты предлагаешь? — Он застонал себе под нос.
— Я говорю… — Я остановился. Что бы я ни подумал или ни сказал, Бастиан мог услышать. Вместо этого я огляделся в поисках бумаги и карандаша и торопливо набросал то, что хотел сказать.
«Со мной девочкам небезопасно. Мне нужно путешествовать отдельно».
Майло изучил запись в тусклом свете, затем посмотрел на меня с пониманием в глазах, которое убедило меня, что он согласен. Я был удивлен, так как почти ожидал, что он возразит. Но он, не колеблясь, кивнул и разбудил Катрину.
— Я объясню ей. — Повернувшись ко мне, он помолчал. — Кто управляет кораблем?
Я наклонил голову, пожал плечами и стиснул зубы.
— Ну, тогда иди и сделай это! — Он ударил меня по руке слишком сильно. Я отступил, оставив Майло разбираться с Катриной.
Вернувшись на палубу, без всякой спешки направился к штурвалу. Серена бросилась мне навстречу, все еще не понимая, почему я внезапно покинул ее несколько мгновений назад.
— Ты в опасности, — сказал я. — Нет, пока он может отследить тебя через меня.
Ее глаза потемнели, когда она оглядела меня с ног до головы.
— О чем ты говоришь?
Я потянулся вперед, чтобы успокоить ее, дотронувшись до плеч. Прикусил язык, стараясь не сказать лишнего, чтобы Бастиан не услышал. Потом вытащил лист бумаги, который использовал ранее, и снова принялся писать, когда Серена накрыла мою руку своей, останавливая меня.
— Я знаю, чего ты хочешь, — сказала она. — И я согласна, что это самый безопасный способ.
Немного озадаченный, я не стал спрашивать, откуда она узнала. Я сосредоточилась на том, чтобы держать свои мысли при себе, все еще опасаясь неограниченного доступа Бастиана к ним. Это было все, что я мог сделать, чтобы помочь девочкам не попасться в ловушку. Бастиан, возможно, хотел, чтобы мы поверили, что он терпеливо ждал, когда Катрина вот-вот появится, готовая обменять свою маму, но я не верил, что он сделает даже это честно.
Я был удивлен, увидев выражение ее лица — оно почти сияло от волнения, когда она смотрела на звездное небо над морем.
— Мы отправимся в путешествие моим любимым способом. Вы, мальчики, можете взять лодку. — Она улыбнулась.
В своей безумной спешке я как-то не подумал о том, что мы будем путешествовать порознь, но теперь, когда мои мысли пришли в порядок, я подумал, что, возможно, у меня есть идея, и она мне не обязательно нравилась.
Будто как раз вовремя, Катрина вышла из каюты, протирая заспанные глаза. Она поспешила к нам.
— Что происходит? — спросила она, зевая.
Серена посмотрела на нее с лукавой улыбкой и отвела к краю лодки, как я предположил, объясняя ей план. Судя по испуганному выражению лица Катрины, я думаю, что предположил правильно.
Майло присоединился к нам на палубе, заняв место рядом со мной.
— Как именно мы это сделаем? — спросил он. — Я бы солгал, если бы сказал, что не испытываю ни малейшего беспокойства по этому поводу.
— То же самое, приятель. — Я скрестил руки на груди. — Но только двоим из нас четверых нужна лодка, чтобы путешествовать по воде. Так что ты об этом думаешь?
— Понимаю. Но это именно то, что я имел в виду ранее. Если я чему-то и научился, так это тому, что мы должны доверять им, даже когда нам кажется, что мы единственные, кто может их защитить… потому что обычно доверие к ним — это то, как мы их защищаем.
Какое-то время я обдумывал его слова, несмотря на странное чувство, возникшее у меня в животе. Расставаться с Сереной было последним, чего я хотел, но если бы это помогло ей быть в безопасности, я бы сделал все, что в моих силах.
— Хорошо, мальчики, — улыбка появилась на лице Серены, когда они с Катриной повернулись к нам лицом. — Увидимся там. — Затем она прыгнула за борт.
Катрина повернулась к Майло и, крепко поцеловав и обняв, заверила его, что с ней все будет в порядке.
— Я всегда найду тебя, помнишь? Это ненадолго.
— Надеюсь, не на ближайшие два года, — поддразнил Майло, но в его голосе слышалась тяжесть. Ему приходилось бороться с желанием остановить это. Я его не винил.
Катрина перелезла через корпус и спрыгнула в воду. Мы с Майло бросились смотреть за борт и увидели, что две девушки полностью преобразились в сирен, а их блестящие хвосты поднимаются и опускаются в воду. Я стоял в благоговейном страхе, глядя на Серену в ее потрясающей форме сирены. Она была не похожа на Катрину, которая сверкала простым голубовато-серебристым блеском благодаря единственной случайности. Хвост Серены был длиннее и величественнее, а чешуя отражала все возможные цвета спектра, спинные и длинные хвостовые плавники, словно каскад лент, танцевали среди волн, окружающих ее двуустки. Это был поистине хвост, достойный богини.
— Будь осторожна, — произнес я. — Если тебе понадобится, чтобы мы притормозили, дай нам знать.
— Не волнуйся, — ухмыльнулась она. — Это тебе, возможно, будет трудно за нами угнаться.
С этими словами она нырнула под воду. Катрина бросила на нас последний взгляд, прежде чем сделать то же самое.