прим.пер.: отсылка к песне Banks — If we were made of water: если бы мы были из воды, мы бы просто обтекли всё это, но у меня больше нет сил верить твоим извинениям.
Когда я утром спустилась на первый этаж, Трейс уже сидел на кухне, одетый. Не знаю, возвращался ли он в спальню или ушёл спать в другое место. Скорее всего, он не мог находиться рядом со мной и заснул на диване или в гостевой спальне.
Заставить кого-то чувствовать себя неудобно у себя же дома? Могу, умею, практикую.
Нет, мне серьёзно нужно найти себе другой дом. И поскорее.
Я уже собиралась выйти из кухни, чтобы не беспокоить его, как его негромкий голос донёсся мне в спину:
– Тебе нужно поесть что-нибудь перед школой.
Он указал на тарелку на краю стола.
Мой взгляд скользнул по сэндвичу, нарезанным фруктам и снова вернулся к Трейсу, который пил кофе, листая что-то в телефоне.
– Я думала, всё испортилось? – зачем-то спросила я, всё ещё неловко переминаясь с ноги на ногу в дверном приёме.
– Да, – ответил он, всё ещё не глядя на меня. Когда я так и не решилась войти, он оторвал взгляд от телефона и посмотрел на меня. В его глазах была бесплодная пустыня. – Я купил новую еду, – медленно добавил он, как будто разговаривал с непроходимой дурой.
Ух. Это будет долгое утро.
– Да, точно, разумеется, – сказала я и стремительно подошла к тарелке. В животе заурчало от голода. Я взяла вилку и проткнула половинку клубники. – Спасибо тебе большое. Я дико голодная.
Тихо жуя, я скользнула взглядом по кухне и остановилась на нём. Он продолжал пялиться в телефон.
Жутко неловкое окончание прошлой ночи явно теперь продолжается утром. По крайней мере, для меня. Решив, что надо прояснить ситуацию, пока это не испортило мне весь день, я отложила вилку и прочистила горло.
Трейс поднял на меня взгляд.
– Прости за вчерашнее. – Слова давались тяжело, словно бетонные блоки на моём языке. – Мне не стоило говорить то, что я сказала.
Он долго смотрел на меня, после чего отложил телефон на стол, сложил руки на груди и откинулся на спинку стула, внимательно глядя на меня.
– За что ты извиняешься?
– В смысле?
Его вопрос сбил меня с толку.
– Ты ведь просто сказала правду, так? – Он не дал мне времени ответить. – Так зачем извиняться за свои чувства?
Очевидно, мои слова не были правдой, и поэтому я теперь чувствую себя виноватой, но я не могу ему об этом сказать.
– Я просто… – Пожала левым плечом. – Не хотела ранить твои чувства.
Его щека дёрнулась.
– Ничего ты не ранила.
– Да, ну, я… – Запнулась. Попыталась понять по его лицу, правда ли он так считает или просто возразил из принципа. Увы, его лицо совершенно не выдавало эмоций. – В любом случае, прости.
Я опустила взгляд в тарелку, чувствуя, как горят щёки от смущения и угрызений совести одновременно.
Он тихо выругался себе под нос, и моё внимание вновь устремилось к нему.
– Это я должен извиняться. Я был пьян. Я не должен был давить на тебя, – резко сказал он и мотнул головой. – Это больше не повторится.
Угрызения совести только усилились от его слов. Я вовсе не хотела, чтобы он извинялся передо мной.
– Ты не сделал ничего плохо, Трейс. Ты замечательный. Тебе удалось отвлечь меня от мыслей о… сам знаешь.
– Да, наверное, – ответил он, но что-то мне подсказывало, что сам он не считал это достижением.
Я растерянно свела брови, пытаясь разгадать, в чём дело.
– Я что-то не так сказала?
– Нет, всё хорошо. – Он хлопнул ладонями по столу и вскочил со стула. – Пойду соберу вещи. В холодильнике есть сок, если захочешь.
Бросив эти слова, он спешно вышел из кухни.
– Спасибо! Ты мне очень помог, правда! – крикнула я ему вслед, но он скрылся в коридоре ещё до того, как я договорила.
Что ж, это прошло не так уж плохо.
Вопреки моим усилиям, между нами определённо что-то изменилось с прошлой ночи. И пускай рациональная, консервативная часть моего разума кричала, что надо радоваться его остывшему интересу, другая часть была слишком занята тем, что переживала утрату, и не могла оценить всю иронию ситуации.
В школу мы поехали каждый на своей машине. Трейс уже стоял, прислонившись к своей, пока я парковалась рядом. Заблокировав двери, я обошла машину и вместе с Трейсом направилась ко входу в школу. Несмотря на холодок, пробежавший между нами, Трейс всё же подождал меня, перед тем как возобновить шаг.
Это уже что-то. Не знаю, что именно, но что-то.
– Между нами ведь всё хорошо, да? – уточнила я, едва ли не переходя на бег, пытаясь поспевать за его широкими шагами.
– А что? – спросил он, даже не глядя на меня.
– Ну… – Я поймала его за руку и остановила. – Ты ведёшь себя холодно и отстранённо.
Расправив плечи, он посмотрел на меня из-под тёмных ресниц.
– Разве не этого ты хотела?
Я хотела что-то ответить, но не смогла.
– Мы ведь просто друзья, верно? Не больше? Что ж, вот так я веду себя с друзьями, Джемма, – тихо добавил он, без капли язвительности в голосе. – Что ещё ты от меня хочешь?
Учитывая, что он приготовил мне завтрак утром, извинился за то, в чём не было его вины, и подождал, чтобы вместе пойти в школу, я и правда не могу сказать, что он сделал что-то не так. Подумаешь, он больше не смотрит на меня как раньше, общается иначе… Ерунда! Я ведь в любом случае пыталась его остудить.
Умом я это понимала, правда. Но сердце было не согласно.
– Я просто… хочу, чтобы всё было как до этого.
– Как до чего?
– Как до прошлой ночи, – прошептала я. Мимо прошло несколько младшеклассниц. Они притихли, с любопытством поглядывая на нас. – Как было до того, как я сказала тебе те слова.
– Почему? – спросил он, смотря мне прямо в глаза, словно пытаясь увидеть там ответы на вопросы. – Это ведь была просто игра, верно? Всё это не имело значения.
Я поморщилась. Эти противные слова так и будут преследовать меня.
Трейс наклонился, продолжая заглядывать мне в глаза.
– Ты же сама так сказала, разве нет?
– Да, так я и сказала.
– Так в чём же проблема? – спросил он и сделал маленький шаг ко мне, заполняя моё личное пространство своими вибрациями.
– Проблема в том, что… – Я потёрла руки, пытаясь собраться с мыслями, но это было сложно, пока он стоял так близко ко мне. – Я не знаю, в чём проблема.
– Ну, дай знать, как разберёшься.
На его лице отразилась досада. Он отвернулся от меня и пошёл прочь.
– Стой!
Я схватила его за руку, вновь задерживая его, хотя понятия не имела, что ему сказать.
Господи, ну вот адекватная ли я?
– Что, Джемма? – мягко спросил Трейс. Когда я не ответила, он устало вздохнул и покачал головой. – Я тебя совершенно не понимаю. Ты тянешь меня одной рукой и отталкиваешь другой. Словами говоришь одно, а когда я к тебе прикасаюсь, думаешь абсолютно о другом. Всё, что ты делаешь и говоришь, лишено какой-либо логики.
– Знаю.
Тут не поспоришь.
– Так в чём же дело? Ты запуталась? Не знаешь, чего хочешь? Или ты настолько помешалась на своём кровососе…
– Не делай так, – перебила я, уловив презрение в его голосе. – Я рассказала тебе о нём не для того, чтобы ты использовал это против меня.
– Знаю, – ответил он, и это прозвучало довольно искренне. – Я не собирался обвинять тебя в чём-либо. – Он замолчал. Его взгляд скользнул над моим плечом, и в них отразился свет солнца, отчего их голубой цвет стал насыщенным, напоминая Карибское море. – Прости, не стоило приплетать его сюда.
Сложив руки на груди, я кивнула, принимая извинения.
– Я уверен в том, что хочу быть с тобой, Джемма. Но если ты запуталась, сомневаешься в себе или во мне, я готов тебя отпустить. Потому что больше не могу играть в эти игры.
Сердце запнулось в груди, словно забыло, как биться, и меня накрыла всепоглощающая грусть. Не знаю почему, ведь именно этого я и хотела от него. Ну, не хотела, конечно, но так было нужно. Для его же собственного блага, для его же безопасности.
В этом ведь и заключался мой план.
Я молила об этом, но теперь, когда он отталкивает меня, я не могу вспомнить, как подавить эту боль утраты, хотя до этого мне удавалось как-то справляться на протяжении нескольких месяцев. Я ведь уже теряла его… и пережила это. Я уже должна была стать экспертом в этом вопросе. К тому же это ведь не только ради меня. Это всё ради него. Ради его защиты. Я должна помнить об этом, чтобы не потерять его вновь во всех смыслах.
Осознав, как сильно я сбилась с курса, я расправила плечи и вздёрнула подбородок, заставляя себя вспомнить изначальный план. Так будет лучше для него. Как бы мне ни было больно видеть его отчуждение.
– Ты прав.
Его челюсть напряглась.
– Думаю, нам обоим не помешает увеличить дистанцию.
Трейс вновь посмотрел мне в глаза, уголки губ слегка опустились. Он слегка качнул головой, словно разочарованный.
– Да, конечно, Джемма. Как скажешь.
С этими словами он отвернулся и направился к крыльцу, оставляя меня наедине с этим его разочарованием в глазах и прощальными словами. И ведь мне не в чем его винить. Если вспомнить то, как я вела себя с ним все эти несколько недель, это, наверное, меньшее, что я заслуживаю.