Впервые за много лет я задумалась о том, чтобы позволить другому человеку присоединиться ко мне в ванной, пока я меняю цвет волос. Ежегодный ритуал, как правило, я совершала в одиночестве, это было мое время, чтобы стереть прошлое и стремиться к новому будущему. Новый год, чтобы все сделать правильно.
В последнее время я чувствовала себя немного не в своей тарелке из-за всего этого.
Если последние два года в Академии чему-то меня и научили, так это тому, что новый цвет волос не изменял мою судьбу. Я не могла скрыть правду о том, кем я была, не могла изменить свою роль в этом мире.
Как бы я ни старалась, казалось, я ни черта не могла изменить.
И все же, весь смысл изменения цвета волос — не считая того, что я начинала «с чистого листа» — заключался в том, что это было единственное, что я могла контролировать, та часть моей жизни, которую никто не мог у меня отнять.
Итак, ритуал продолжался.
В этом году я выбрала цвет, который очень много для меня значил, — цвет океана, когда солнечные лучи попадают на него в нужный момент, окрашивая прозрачную воду в оттенки зеленого и голубого, когда она такая прозрачная, что видно на многие мили вниз. Цвет Атлантиды, его драгоценные тона наполняющие город спокойствием. Цвет моего третьего курса в Академии сверхъестественного.
Аквамарин.
У меня снова появилась мимолетная надежда, что этот цвет будет ко мне добрее, чем розовый и фиолетовый… Я выдавала желаемое за действительное. Но я ни за что не сказала бы этого вслух, искушая Судьбу, когда эта сучка ненавидела меня.
Взболтав смесь в последний раз, я была поражена идеальным аквамариновым оттенком, который смотрел на меня из чаши. Я уже подготовила основу, чтобы убрать фиолетовый оттенок. Если бы только я могла так же легко убрать шрамы от фиолетового года.
— У тебя там все в порядке, Мэдс?
— Да, у меня все хорошо, — ответила я Илии, не уверенная, правда это или нет. Может быть, если кошмары просто оставят меня в покое… если я нормально буду спать ночью… если этот чертов бог не будет появляться всякий раз, когда ему вздумается помучить меня. По крайней мере, я отключила телефон, чтобы больше не было случайных сообщений, но он все еще был где-то там.
Выжидал подходящего момента.
Уф. Мне нужно было перестать быть такой плаксивой сучкой и признать, что в жизни каждого есть плохое, но и хорошего у меня было до хрена. Мне нужно было радоваться этому. Если в этом году у меня и было какое-то решение, так это найти счастье в любой момент, потому что прошлый год был мрачным. Действительно, чертовски мрачным. Я не окунусь туда снова. Я никогда не смогу вернуться в то место.
Преисполнившись решимости, я взяла баночку с краской и приступила к работе. Я превратила это в искусство, и благодаря каким-то особенностям моих волос, новый цвет прижился и сохранялся с идеальными яркими пигментами столько, сколько я хотела.
Час спустя я выключила фен и, вернувшись в свою комнату, обнаружила Илию и Лариссу крепко спящими на моей кровати. У меня вырвался смешок, прежде чем я смогла его подавить. Илия выглядела смущенной, ее длинное тело было прижато к спинке кровати, рыжие волосы были взъерошены с одной стороны, а упругие локоны — с другой. Голова Лариссы лежала у нее на коленях, новые, более короткие светлые пряди спутались во все стороны. Они обе глубоко дышали, приоткрыв рты.
Наверное, я слишком долго укладывала волосы.
Я снова взъерошила светло-голубые пряди, наслаждаясь ощущением шелковистой длины, падающей на лицо. Этот новый тон изменил цвет моих радужек с темно-синего на более близкий к зеленому. Было почти волшебно наблюдать, как мои кожа и глаза адаптировались к новым волосам, меняя цвет в соответствии с ними. Наверное, какая-то сила атлантов/богов… одна из самых удивительных.
Бесшумно ступая, я осторожно уложила своих подруг так, чтобы им было удобнее, и накрыла их одеялом. Ни одна из них даже не пошевелилась, несмотря на усталость, и я была рада, что мы решили отказаться от посещения какой-либо вечеринки в канун Нового года сегодня вечером.
Это не означало, что Академия не была заполнена празднующими студентами. Многие вернулись, чтобы отпраздновать Новый год, прежде чем мы начнем наш новый учебный год второго января. Как, черт возьми, я провела здесь уже два года… Нельзя было отрицать, что моя жизнь изменилась почти во всех отношениях с того самого момента, как Илия похитила меня.
К лучшему. Намного лучшему. Я перенесу боль, только чтобы почувствовать всю эту любовь.
Поскольку моя кровать была полностью занята, я вышла из комнаты и довольно бесцельно бродила по залам башни магов. Было тихо, никто из обычных ведьм и магов не сновал туда-сюда. Даже в общей комнате было всего три человека, и все они смотрели рождественский фильм. По-видимому, вечеринка еще не закончилась.
В конце концов, я обнаружила, что направляюсь в свое любимое место здесь. Одно здание привлекало меня больше, чем где-либо еще. Или, по крайней мере, люди, живущие в нем, привлекали.
Особняк Атлантов.
Пятерка Атлантов захотела быть со мной сегодня вечером не только потому, что они были в восторге от преображения моей прически, но и потому, что это был мой день рождения. Я сказала им, что зайду позже, после того как пообщаюсь со своими девочками и выпью немного волшебного вина. Празднование дня рождения на самом деле не было чем-то особенным. Я была, пожалуй, единственной из моей компании друзей, кто вообще удосуживался отмечать день рождения. Атлантам это просто не нравилось, и поскольку мы были почти уверены, что большинство из нас проживет сотни, если не тысячи лет, нам казалось глупым продолжать беспокоиться о цифрах.
Некоторые привычки… ритуалы… от них было трудно отказаться. Как и от моих волос. Хотя у меня было странное чувство, что, возможно, это был последний год, когда я меняла цвет.
Почему это был последний год, еще предстояло выяснить.
Спускаясь по последним ступенькам в общую зону общежития, я почувствовала, как у меня поднимается настроение при мысли о том, что я буду всю ночь смотреть фильмы со своими мальчиками. Мне нравилось, когда мы проводили время вместе, по-семейному. Я не могла дождаться, когда увижу Ашера, мою любовь, гребаного сексуального бога атлантов, который делал с моим телом вещи, которые, вероятно, были незаконными. Не говоря уже о том, что он делал с моим сердцем.
У меня была мечта, о которой я не задумывалась в эти трудные времена, но в глубине души я знала: я хочу провести свою жизнь, познавая мир вместе с Ашером Локком.
С нашей семьей. С нашими братьями.
Аксель, выбалтывающий все интересные факты, которые он изучал на этой неделе; Кэлен, флиртующий и задающий мне миллион вопросов об Илии, на которой он был просто помешан; Рон, сильный и молчаливый, но всегда в такие моменты, которые были такими чертовски приятными, что у меня заболели бы зубы; и Джесси, моя нынешняя боль проблема в заднице. Он был погружен в раздумья, злился на весь гребаный мир, что у него происходило. Мы с Джесси были близки, возможно, ближе, чем с кем-либо другим, кроме Ашера, но в последнее время он стал замкнутым и отсутствующим.
Я ничего не сказала, потому что догадывалась, что его расстраивает, и он имел право испытывать все чувства. Я заслужила часть его гнева. Я сильно надавила на Джесси, когда думала, что Ашер мертв. Мы стали очень близки, и хотя я любила его, это была любовь члена семьи, а не родственной души.
Я просто не была уверена, что он чувствовал то же самое.
Только один задумчивый атлант владел моим сердцем и душой, и это был Ашер. Мне просто нужно было найти Джесси идеальную пару, и он поймет.
Ледяной ветер обдувал мои обнаженные руки, когда я выходила из общежития магов. В последнее время погода была более непредсказуемой — Аксель считал, что это из-за недавно «открывшихся» способностей Ашера, Коннора и меня. Он работал над заклинанием, которое положит конец неустойчивой погоде в Академии, но это была только начальная стадия тестирования.
Я ускорила шаг, когда неслась через общий зал, отметив, что здесь было гораздо оживленнее. На вечеринках было много голодных гурманов, и я восхищалась волшебным появлением еды на столах.
Я определенно могла бы съесть бургер без остатка…
— Мэддисон!
Я подпрыгнула, когда передо мной появилась крошечная фейри, нахмурив брови и уперев руки в бока, она внимательно рассматривала меня.
— Мэб, — сказала я, быстро приходя в себя, и улыбнулась ей. — Где ты была? Без тебя библиотека казалась пустой.
Мэб была настоящей королевой фейри, древним, бессмертным и откровенно пугающим сверхъестественным существом, которое много лет было хранительницей библиотеки Атлантиды. Нам потребовалось много времени, чтобы найти это, но, поскольку истинные атланты вернулись в стены библиотеки, она могла свободно уйти. Прошло несколько недель с тех пор, как я видела ее в последний раз.
— Я пошла навестить старых друзей, — сказала она мне, все еще с выражением замешательства на лице, — но твоя… энергия, она вернула меня обратно.
Она помахала передо мной своими крошечными ручками, быстро взмахивая тонкими крылышками. Она была одета в тонкое, почти прозрачное белое платье, и я подумала, согревает ли ее магия в холодном воздухе, или она невосприимчива к холоду.
— У тебя темная душа, — пробормотала она, и я издала судорожный звук, похожий на кашель.
— Что? — Я моргнула, глядя на нее, стараясь не паниковать. Она только что сказала «темная»? О, этот цвет определенно не подходит для души. Я имею в виду… насколько, черт возьми, темным он был? Что-то вроде светло-серого? Или… коричневого, может быть? Я имею в виду, что пока это был не черный, у меня был шанс, верно?
Ее маленькое, совершенное личико сморщилось, будто она усиленно размышляла.
Черт.
Мои панические мысли были прерваны, когда она стряхнула с себя это страдальческое выражение лица и взлетела немного выше, так что наши глаза оказались на одном уровне.
— Нет, нет, нет. Успокойся, Мэддисон. Твое сердце сейчас выскочит из груди. Это не темнота в зловещем смысле. Внутри тебя что-то давит… это тянет тебя вниз. Твоя искра и радость угасают.
— Черт возьми, Мэб, — выдохнула я, прижимая руку к груди. — Это способ напугать девчонку до смерти.
Моя душа была погружена во тьму метафорически, а не физически. Я могла с этим смириться.
И я не возражала. Я чувствовала это уже несколько дней. Я тонула в своих страхах… и эти чертовы сны не оставляли меня в покое. В прошлом году я чуть не потеряла все, и не один раз, и, думаю, у меня было что-то вроде посттравматического стрессового расстройства, потому что страх, что в этом году будет еще хуже, приводил меня в ужас. Самое смешное, что я даже не могла вспомнить, что мне снилось. Только то, что оно было красным и огненным, и я проснулась испуганной и измученной.
Веселые были времена.
— Я пытаюсь запечатлеть счастье, — сказала я ей. — Обещаю. Это просто… тяжело, понимаешь?
— Не дай им победить, — яростно сказала Мэб. — Если ты позволишь им проникнуть в твою голову, проиграешь битву еще до того, как она начнется. Ты сможешь это сделать, Мэддисон. Ты никогда не была бы благословлена своим путем, если бы у тебя не было умения, смелости и силы идти по нему.
Я так отчаянно хотела поверить ей, но ее там не было. Она не видела, как боги надрали нам задницы в прошлом году. То, что мы остались живы, было чистой удачей. Удачей и Сонарисом, которому я теперь была обязана. И он мог обратиться ко мне в любое время.
Отсюда и ночные кошмары.
— Он мог попросить меня о чем угодно, — пробормотала я, понимая, что на меня давило в основном это. — Я никогда не должна была давать ему такую власть надо мной. Я могла бы рискнуть всем, но мне кажется, я даже не пыталась бороться так упорно, как следовало бы. Я могла бы преодолеть свой страх, проникнуть дальше в подземный мир и найти Адских тварей. Мне следовало сразиться с богами прямо там!
На этом этапе я едва сдерживалась, чтобы не закричать, но ее, похоже, это не беспокоило. Во всяком случае, на ее лице появилось другое выражение… почти похожее на возбуждение.
— Тогда не жди, пока он сам придет к тебе, — сказала она, понизив голос. — Есть способ уничтожить богов, ты только что сказала это вслух. Теперь тебе нужно придумать, как воплотить этот план в жизнь.
Несущие Ад.
Мифические существа, которые предположительно могли убить бога, никогда не выходили у меня из головы. Единственное оружие, которым я могла бы владеть.
— Теперь уже слишком поздно, — пробормотала я. — Я не могу вернуться в подземный мир. Что ж, даже если бы и могла, он буквально кишит богами, которые, вероятно, не очень довольны мной. Они не позволят мне войти туда и найти тех самых существ, которые могут их уничтожить.
Мэб улыбнулась, слегка интригующей улыбкой.
— Есть еще одна дорога в подземный мир, доступная живым. Это будет трудно и опасно. Тебе придется совершить путешествие, в котором еще не выживало ни одно сверхъестественное существо, и ты не сможешь сделать это в одиночку. Но сможешь пережить это.
— Ты поможешь мне?
Она поджала губы.
— Жаль, что не могу сказать «да». Я хочу помочь тебе больше, чем могу выразить словами. Но мне жаль. Я не могу. Мне нельзя доверять изначальную магию, а она разбросана по всему тому месту. Просто… поверь мне, будет лучше, если меня там не будет.
Я хотела задать еще несколько вопросов по этому поводу, потому что она многого недоговаривала. Но сейчас было неподходящее время.
— Так кто же мне нужен? Ашер?
Она помолчала.
— И да, и нет. Он будет жизненно важен в этом путешествии. Но он не все, что тебе нужно.
Черт возьми, Мэб. Это было все равно что пытаться выведать секреты у мертвого.
К счастью, прежде чем я успела разозлиться на древнюю, могущественную, возможно, сумасшедшую фейри, она снова заговорила.
— Прямо сейчас ты не готова, но скоро будешь. Путь откроется перед тобой, когда придет время, так что пока тренируй свои силы и соединяйся с двумя другими рожденными из обоих миров.
Полезно. Спасибо.
— Сколько мне еще тренироваться?
Ее глаза остекленели.
— Я не все вижу. Похоже, что только однажды для тебя откроется дверь. Я чувствую, что тебя подтолкнут в нужном направлении. Когда наступит подходящий момент.
Я вздохнула.
— Ты не можешь дать мне больше информации?
Она покачала головой, снова сосредоточившись на мне.
— Нет, не могу. Как я уже сказала, я не все понимаю, и также не хочу, чтобы эти слова достигли ушей, которые не должны это слышать. Зло таится во тьме. Однако я верю, что ты узнаешь все, когда придет время.
Ах да, та старая шутка. Уверена, что мне пора было узнать об этом сейчас. Или даже пять лет назад.
Прежде чем я успела сказать еще хоть слово, Мэб исчезла, совершив свою «слишком сильную» штуку. Хотя, если быть до конца честной, я была рада, что она нашла меня. Ее визит снял с меня тяжесть, всего на минуту, но луч надежды, который она мне дала, немного рассеял тьму в душе. Если бы Мэб сказала, что есть шанс победить богов, я бы ей поверила.
Один шанс — это больше, чем десять минут назад.