Снежный пейзаж начал увеличиваться, будто мы поднимались на вершину утеса. Склон становился все круче и круче, но я ни разу не потеряла равновесия, и мне не пришлось наклоняться вперед и опираться на руки, чтобы не упасть. Просто назовите меня горным козлом или кем там еще были эти маленькие пушистые существа на склоне скалы.
Когда мы поднимались, я надеялась хоть как-то рассмотреть эту местность… по-настоящему увидеть, что там находится. Но эта непроницаемая завеса тьмы так и не рассеялась, ни сверху, ни снизу.
Чем бы ни было это место, оно хорошо скрывало свои секреты. Или скрывало ее секреты.
Гепташия тоже не дрогнула в своем восхождении на гору, и снова она ни разу не оглянулась в поисках меня. Как раз в тот момент, когда я подумала, что мы не сможем продолжать восхождение, учитывая, что теперь мы были почти вертикально, подъем выровнялся, и мы оказались на плато над облаками.
Да, теперь на небе были облака, потому что эта земля была чертовски безумной.
— Вот твое финальное испытание, — сказала она без улыбки, без интонации, просто махнула рукой, и облака рассеялись, открыв гигантскую шкалу.
— Вот это больше, чем я ожидала, — сказала я, делая шаг вперед, чтобы рассмотреть поближе. Шкала была золотистой, блестящей, как дорожка, по которой я шла ранее, и испещренной белыми надписями. Надпись была не на английском, и мой мозг автоматически не перевел ее для меня, так что я понятия не имела, что там написано.
Это соответствовало моим представлениям о весах, две стороны которых балансировали на средней подставке. Одна сторона была пустой, не более чем ровное пространство. Другая сторона была наполнена клубящейся… магией, возможно. Было трудно точно сказать, что это было, поскольку в массе не было ничего материального.
— От этого зависит твое будущее, — сказала женщина.
Я не забыла, что она здесь, но и не слышала, как она подошла ко мне так близко. Стараясь скрыть удивление, я резко обернулась.
— Мое будущее? Как можно судить меня за то, чего я еще не совершала?
Ее глаза расширились, словно она была шокирована.
— Конечно, легко. Твой путь предопределен. Твои будущие действия уже в действии, даже если они еще не начались. И прямо сейчас, если по этой шкале будет установлено, что тебя невозможно спасти, ты лишишься жизни и будешь вечно блуждать по этой земле, где ничего нет.
Что ж, с таким-то напутствием…
— А если я откажусь встать на весы?
Идеальная, как у модели, форма ее лица начала меняться, превращаясь во что-то, что больше не напоминало серебристую женщину. Теперь в ней появилось что-то змеиное, на щеках обозначились темные морщинки, глаза стали больше, а зрачки — ромбовидными.
— Лучше этого не узнавать, — прошипела она, и я судорожно сглотнула, потому что… черт. Что, черт возьми, это было?
— Да пошло оно все, — пробормотала я. Тот факт, что я была более чем довольна этим дерьмом, подтолкнула меня вперед.
Я встала на весы.
В тот момент, когда мои ноги коснулись золотой поверхности, энергия приковала мое тело к месту. Старые страхи всплыли на поверхность, и я заставила себя вызвать образ Ашера. Лучшее успокаивающее средство, которое у меня было. Ашер был моим покоем… моим убежищем.
Магия на другой чаше весов закружилась сильнее и ярче; белый свет разделил полуночную энергию пополам. Женщина наблюдала за всем этим без всякого выражения на лице, так что я понятия не имела, хорошо это или нет. На самом деле ничто из этого не затрагивало ее, и в любом случае ей было все равно, но было бы приятно знать, что я потерпела сокрушительный провал.
Красные огни разделили белый свет, а затем он стал черным. Мой пульс участился, пока я не почувствовала его в горле. Я была чертовски зла в будущем, потому что там было много черного…
Женщина прошла вперед.
— Прости, — сказала она, не отрывая взгляда от моего лица. — Мне бы понравилось быть частью твоей девичьей компании.
— Что? — огрызнулась я, не понимая, что происходит. Мои руки и ноги снова двигались… я была полностью свободна от энергии, удерживавшей меня на весах.
Это была единственная хорошая новость.
Весы затряслись подо мной, мое тело задребезжало. Пытаясь освободиться, я замахала руками и рванула вперед, но щель, которая была моим выходом, продолжала сокращаться все меньше и меньше, пока я не оказалась окружена золотом.
— Выпусти меня! – закричала я, но ответа не последовало, и в крошечном промежутке, который все еще был доступен мне, не было видно никаких признаков богини.
Я определенно провалила эту часть теста. Пугающая мысль, когда дело касалось моего будущего, но об этом мне придется побеспокоиться позже. Сейчас были гораздо более насущные проблемы. Например, тот факт, что я оказалась в ловушке на чертовой чаше весов. Или что я буду вечно бродить по этому гребаному сумасшедшему миру, если не выберусь отсюда.
Моя энергия бурлила, как и с тех пор, как я прибыла сюда, застряла, не имея доступа. Но это больше не помогало мне, и я потянулась к энергии, дергая изо всех сил. Как и в случае с Сонарисом, мне нужно было освободиться от любых тревог или блоков, которые сдерживали мою силу.
Это был мой единственный шанс; последняя щель между прутьями моей клетки почти исчезла. Я чувствовала, что, когда она исчезнет, я окажусь в ловушке, как она и предсказывала.
Мир падет перед богами. Миллионы людей умрут.
Все полагались на меня, и хотя мне хотелось свернуться в крошечный жалкий комочек и заплакать, я нашла в себе какие-то чертовы силы, глубоко внутри, и ударила руками по решетке.
— Я — бог! – закричала я. — Тебе никогда не сдержать меня.
Энергия нарастала. Она пульсировала и вырывалась из-под контроля.
— У тебя нет надо мной власти. — Гортанные слова звучали совсем не так, как у меня. — Ты. Не. Контролируешь. Меня!
Внутри меня началась физическая трещина, и блок Гепташии, сдерживающий мою силу, взорвался вспышкой белой пыли, вылетевшей из золотой клетки, расколов ее, словно она была не более чем одуванчиком, трепещущий на ветру.
Когда я поднялась в воздух, вода закружилась вокруг, наполняя меня силой и здравомыслием. Быть без моей силы было все равно что без солнца. Сначала думаешь, что это нормально, не замечая, как становишься слабее и впадаешь в депрессию. В конце концов, я бы умерла, лишившись таким образом своей энергии. Мне это было нужно не просто для выживания, но и для расцвета.
Присутствие Ашера врезалось в мой разум, и я впитывала его энергию, моя душа буквально кричала, воссоединяясь со своей второй половиной.
«Мэддисон?»
Его голос прозвучал как гром в голове.
«Ашер», я задыхалась от нашей мысленной связи. «Ашер. Блядь. Я так по тебе скучала».
Не было ничего, кроме тишины, мертвой, отдающейся эхом тишины. Я знала, что он все еще здесь, но он был не в состоянии говорить.
«Ты в порядке?» надавила я.
Еще секунда тяжелого молчания.
«Нет. Где ты?»
Он едва держался на ногах. Слова были сдавленными, будто он их выдавливал из себя, и, поскольку это был мысленный разговор, это сказало мне о его душевном состоянии.
«Я воспользовалась черным ходом в подземный мир. Думаю, это вход, который приведет нас к Несущим Ад и даст нам шанс победить богов».
Вокруг меня прогремел гром, и когда молния ударила в землю, я огляделась, гадая, рядом ли Ашер. Жозефина сказала, что есть шанс открыть для них дорогу… Удалось ли мне это сделать?
«Мэддисон.»
Он снова привлек мое внимание к себе.
«Я иду за тобой.»
Чувства внутри меня…
Я никогда ничего не испытывала с такой силой. Это было почти невыносимо для меня. Я опустилась на землю, пытаясь обрести равновесие.
«Расскажи мне, что произошло.»
Его голос звучал ближе; мое сердце колотилось так сильно, что стало больно в груди.
Я быстро рассказала ему в сжатом виде обо всем, что произошло с тех пор, как Жозефина похитила меня.
Как я провалила последний тест.
«Я вырвалась из ее клетки. Никто не может удержать бога. Я просто должна была наконец признать, что я такая, какая есть. Вот кто я сейчас». Я вздрогнула, обхватив себя руками. «Понятия не имею, что они видели в моем будущем, Аш, но, должно быть, оно было плохим».
Сила окутала меня, как защитное одеяло, и я закрыла глаза, чувствуя, как успокаивающе это ощущается. Ашер ничего не сказал, но придвинулся ближе.
Его энергия бушевала. Бурное море, полное водоворотов, разрывов и обломков.
«Я уже в пути.»
«Этот путь предназначен только для женщин», напомнил я ему.
Его смешок был низким, мрачным и рокочущим, отчего у меня по спине побежали мурашки.
«Уже нет.»
Прежде чем я успела попросить его объяснить это, я почувствовала, как что-то притягивает мою силу, а затем в мгновение ока вокруг меня оказались трое очень крупных мужчин. Двоих я хорошо знал: Ашера и Брекстона.
Третьим был вампир… вампир с энергией дракона? Я понятия не имела, что все это значит, но заметила явное семейное сходство с Брекстоном, так что выбрала другую четверку.
Без сомнения, это был партнер Миши, судя по выражению ярости на его лице. Я имею в виду, что у всех троих были лица мужчин, у которых внезапно украли их партнерш.
Страшные, пугающие мужчины.
Прежде чем другая мысль успела прийти мне в голову, сильные, крепкие руки притянули меня к нему. Наша связь послала импульс через нас обоих, и часть хаоса внутри улеглась. Золото магии Ашера вспыхнуло вокруг нас, и по земле прокатились новые бури. Прежде чем я успела сообразить, что это значит, и как такое возможно, все мое внимание было приковано к моему золотому богу.
Ашер обнял меня с отчаянием, которого я от него никогда не чувствовала.
— Черт, — прорычал он хрипло. — Никогда больше так со мной не поступай. Ни.Ког.Да. Я чуть не уничтожил Академию.
— Он чуть не уничтожил мир, — выпалил Брекстон, и его голос звучал гораздо менее расслабленно, чем обычно. Его глаза тоже были очень желтыми, и, поскольку изменение цвета у Ашера было плохой новостью, я решила, что у этого чувака то же самое.
— Где Джесса и Миша? — спросил Брекстон. — И где, черт возьми, мы?
Рядом с ним в груди вампира что-то бурчало, его глаза были такими же черными, как мир вокруг нас. Эти двое, оба сильные, высокие, красивые… они напомнили мне Ашера. Эти люди были наделены при жизни не только потрясающей внешностью, но и огромной властью. Они не привыкли бояться, выходить из-под контроля — в этой ситуации они были на грани полной потери самообладания.
Мое сердце разрывалось от боли, которую мы причинили нашим парам… непреднамеренно, конечно, но это произошло.
— Когда я видела их в последний раз, они были в полном порядке, — тихо сказала я, все еще находясь в объятиях Ашера. Я не сделала ни единого движения, чтобы разлучить нас, нуждаясь в этой близости так же сильно, как и он. Наша связь была практически мурлыкающей. — Когда начались испытания, все мы были разлучены. Понятия не имею, где они. Предполагаю, что где-то в этой темноте. Богиня назвала это место землей пустоты, но это странный, легко приспосабливаемый ландшафт, и… может быть, есть шанс, что мы сможем подчинить его своей воле…
Это была случайная мысль, но я никогда не видела ничего подобного этому миру. Он был почти подвижным по своей структуре.
— Эта земля откликается на магию Гепташии, — размышляла я. — Может быть, мы сможем воспользоваться ею и заставить ее привести нас к остальным.
Затем появилась еще одна фигура, выступившая из тени, и я напряглась, ожидая увидеть богиню.
Это была не она. Это был другой дракон.
— Рейдж! — закричала я, удивленная тем, как была рада его видеть.
Я попыталась отстранится, но Ашер зарычал и притянул меня к себе. Запрокинув голову, я собиралась напомнить ему, что я не собственность. Но когда наши взгляды встретились, я проглотила аргумент.
— Ты сдерживаешь мою силу, — пробормотал он, и его голос взорвал все мои чувства. — Я не могу тебя отпустить.
Я крепко обняла его.
— Тебе никогда не придется этого делать, — прошептала я. — Я люблю тебя больше всего на свете, и мне плевать, что показывают эти дурацкие весы. Если ты будешь в моем будущем, то оно светлое. Может, я и не идеальна, но вместе мы будем держать друг друга в узде. Я должна в это верить.
Он и так был напряжен, его мышцы были твердыми и неподатливыми, но каким-то образом его тело напряглось еще больше. Но времени на объяснения не было, потому что Рейдж добрался до нашего круга.
— Куда, черт возьми, ты подевался? — рявкнул Брекстон.
Рейдж только покачал головой, обращаясь ко мне.
— Мэддисон, я рад, что с тобой все в порядке. — Я по-настоящему улыбнулась в ответ. Ашер сверлил дракона-оборотня взглядом, но ничего не сказал. У нас не было времени на всякую их альфа-чушь, так что я была им благодарна.
— Я осмотрел окрестности, — продолжил Рейдж. — К югу отсюда есть завеса. Это магический барьер, но уверен, что впятером мы сможем прорваться без проблем.
Завеса. Я не видела ничего подобного, но она намеренно сохраняла эту землю в тайне для тех, кто проходил испытания. Даже сейчас, когда мы стояли на вершине «горы суда», я могла видеть только темноту.
— Она скрывала эту землю, — сказала я ему, чувствуя, как на меня наваливается усталость. Я прижалась головой к щеке Ашера, наслаждаясь ощущением его кожи на своей.
— Это большой участок земли, построенный с помощью магии, — сказал Рейдж. — Я бы описал его как овальную форму с несколькими заостренными отростками на южной оконечности. Он сильно пропитан магией.
— Он защищает вход в подземный мир, — наконец заговорил Максимус. — Наши пары либо все еще проходят испытания на этой земле, либо уже прошли через завесу.
— Есть один способ выяснить, — прорычал Брекстон, и через несколько секунд он уже был не в человеческом обличье. Перед нами стоял очень большой и устрашающий дракон. Брекстон был массивным, его чешуя была темной и блестящей. Я не могла оторвать глаз, пытаясь понять, как это возможно, что человек может превратиться в такое гигантское существо, как это. Я имею в виду, конечно, Брекстон был крупным парнем, но никак не драконом.
Мой мозг чуть не взорвался от этого безумия — тот факт, что я была богом, и это все еще пугало меня, был странным, — но прежде чем у меня случился нервный срыв, перед нами появились еще два дракона. Я едва успела разглядеть их, прежде чем они взмыли в воздух. У меня было время заметить, что Рейдж, бронзовый зверь, возможно, был даже крупнее Брекстона.
Ашер осторожно поставил меня на ноги, и его грудь под моими руками приподнялась от глубокого вздоха.
— Черт, Мэдди, — сказал он, на мгновение прикрыв глаза, будто все еще пытался взять себя в руки.
— Ты весь в золоте, — пробормотала я, наклоняясь, чтобы поцеловать его. — Это немного возбуждает, но в то же время пугает. Жозефина сказала, что изначальная магия вызывает привыкание, и тебе не следует использовать ее слишком часто.
Он покачал головой.
— Вот кто я сейчас, любимая. У меня нет доступа к другой магии. И я не чувствую зависимости от нее.
Он имел в виду то, что сказал, я чувствовала это через нашу связь. Поскольку на моем радаре было три миллиона более насущных проблем, я пока оставила это в покое.
Ашер приподнял меня еще выше, захватывая мой рот в жестоком, собственническом, обжигающе горячем поцелуе.
— Подожди, пока все это не закончится, и я, наконец, останусь с тобой наедине, — предупредил он, не отрываясь от моих губ, и, вероятно, это говорило о том, насколько я была в дерьме, что мне не терпелось узнать, что это значит.
Ашер неохотно поднял нас в воздух с помощью своей магии, крепко сжав мою руку. Мы последовали за драконами в темноту. Как и прежде, куда бы мы ни двигались, туман над этой землей рассеивался, и мы могли видеть больше, но затем он снова смыкался за нами.
Я надеялась, что Рейдж знает, о чем говорит, потому что я понятия не имела, как ему удалось что-то увидеть.
— Ты должна смотреть с помощью своей силы, а не только глазами, — сказал Ашер, угадав мои мысли. — Посмотри за пределы очевидного.
Я сморщила нос, глядя на него.
— Сейчас ты говоришь прямо как Гепташия, а поскольку она действительно на сто процентов сумасшедшая, это не комплимент.
Его губы дрогнули, и впервые с тех пор, как он ворвался ко мне, в его глазах снова появилась искорка зеленого.
Золотистый цвет мне нравился все больше, но зеленый всегда был моим любимым.