ЭЛИЗАБЕТ ТЕРЕЗА МОНТГОМЕРИ II
Мое сердце колотилось в груди, как барабан. С того момента, как Луи изложил свой безумный план, я жила в состоянии адреналинового передоза. Я никак не могла до конца осознать реальность его слов. Сдвиг временных линий был наглядным уроком того, как никогда нельзя использовать магию. Нас предупреждали об этом с детства почти так же часто, как о том, что нельзя поддаваться своей тьме или заключать сделки с демонами. Конечно, находились те, кто игнорировал эти правила, и большинство из них погибали.
Но это был Луи, и в самой глубине своего ноющего, слишком сильно бьющегося сердца я чувствовала, что должна поддержать его. Таков он был. Таков был мой истинный паре. Если существовал способ спасти всех, он им воспользуется. Мне оставалось только верить ему. Он не оставит меня просто так — в эту истину я верила свято.
— Как ты сможешь сдвинуть одну линию, не задев всё остальное? — спросила Миша, плотно обхватив себя руками, словно от холода.
Взгляд Луи на мгновение метнулся к моему, прежде чем он снова повернулся к своей семье.
— В этом и заключается сложность. Я не могу менять слишком много нитей мировых линий, иначе рискую задеть гораздо больше, чем просто этот кусок прошлого. Мне нужно найти конкретную нить, на которой было сотворено заклинание, и изменить только её историю.
— То есть ты не перемещаешься в прошлое физически? — с любопытством спросил Тайсон, жаждущий узнать побольше о запретной магии.
Луи пожал плечами.
— Моя… энергия вернется назад, если можно так выразиться, и я вселюсь в свою прошлую версию. Я должен суметь остановить заклинание, застав своего прошлого «я» врасплох. После этого я вернусь в свой сосуд… здесь, в будущем.
— Но если это изменится, разве не изменится всё остальное? Ты всё еще будешь парой Лиззи? — спросила Грейс, прижав ладонь к губам.
Луи притянул меня ближе; было видно, что её вопрос его задел.
— Да, мы всё равно будем парой. Если вы все будете со мной, когда я сотворю заклинание, последствия не должны вас коснуться. И моя цель — сохранить остальные линии нетронутыми, за исключением пары мелких деталей.
Он гадал. Точной науки в сдвиге временных линий не существовало, и была причина, по которой это никогда не заканчивалось добром.
— Члены совета знают, что это твой единственный вариант? — вперед вышла Джастис, и на её лице было меньше гонора, чем обычно. Она выглядела немного подавленной, и я надеялась, что у неё всё в порядке. Не считая всей этой драмы.
— Они знают, — просто ответил он.
Джастис вздрогнула и покачала годовой.
— Я бы не смогла. Ты чертовски храбрый парень, Луи, и я ни секунды не жалею, что вытащила тебя из того демонического измерения.
Он тихо рассмеялся, и мне стало интересно, действует ли его смех на остальных так же, как на меня — посылая искры по коже и сквозь энергию.
— Я ценю это. Но реальность такова, что это ошибка, которую совершил я, и мне её исправлять. Я не смогу жить с собой, если не сделаю этого.
Джесса рванулась вперед и обняла его. Ну, то есть нас обоих, так как он всё еще крепко прижимал меня к себе.
— Не забывай, ради чего тебе стоит жить, — сказала она с напором и эмоциями. — Я серьезно, Луи. Не забывай об этом ни на секунду, потому что я уверена: это заклинание ударит по мозгам, вернув тебя в тот мир и то тело, где ты был во власти тьмы.
Его глаза встретились с моими над её головой, и я едва не утонула в их фиолетовой глубине.
— Я никогда не забуду, — ответил он ей, продолжая смотреть на меня.
Сердце снова зачастило. Я глубоко вдохнула, стараясь не впадать в панику. Доверие. Я должна ему доверять. Всё будет хорошо.
— Где именно ты собираешься сдвигать линии? — спросил Брекстон. — И могу ли я чем-то помочь?
Луи и Брекстон обменялись взглядами, и я снова заметила ту близость между ними, которую дракон разделял с остальными братьями Компасс. Не знаю, когда именно это произошло, но Брекстон принял Луи как одного из своих.
— Дракон мог бы помочь заземлить мой сосуд здесь, — медленно произнес Луи. Было видно, что он не хочет втягивать их в опасную ситуацию, и почему-то это успокоило меня еще больше. Он подходил к делу максимально серьезно; он не собирался уходить без боя. Я наконец-то начала в это верить.
— Сделаем, — прогудел Брекстон. — Я буду рядом с тобой всё это время.
— Нам нужно отправиться к мощнейшей линии лей, — тихо сказала я. — Луи понадобится эта энергия, если он хочет иметь хоть какой-то шанс.
— И где она? — спросила Джесса, глядя на меня. Затем её взгляд метнулся к Луи. — Пожалуйста, только не говори…
— Антарктида.
— …это, — закончила Джесса. — Уф, я только-только согрелась после нашего последнего визита туда, и эти ублюдки ни за что не пустят нас во второй раз.
Низкий голос донесся с края почти опустевшей сцены (большинство лидеров уже спустились к своим людям):
— Вам не нужно заходить в тюрьму, так что нам нет нужды что-либо говорить или делать.
Старый суп направился к нам, его крошечная фигура была скрыта под длинными тяжелыми плащами. В нем было от силы пять футов роста, а на голове виднелись клочки белых волос — большая часть давно выпала. Это был суп на закате своей жизни, но он всё еще шел прямо и твердо.
Луи отпустил меня и сделал шаг навстречу могущественному колдуну.
— Лохлан, — сказал он, уважительно склонив голову.
Лохлан отмахнулся.
— Брось это. Мы давно прошли этот этап, мой друг.
Луи выпрямился, возвышаясь над своим другом — я и понятия не имела, что он знает знаменитого мага.
— Вы представитель Антарктиды? — спросил Луи.
Остальные не могли покинуть пост. Та тюрьма требовала постоянного обновления энергии для поддержания щитов, а внутри было слишком много опасных преступников, чтобы рисковать.
Лохлан скрестил руки под плащом.
— Да, я передал им результаты голосования, и магия признала, что я говорю от лица всех наших лидеров.
Он помолчал и добавил:
— Мы все проголосовали «против». Еще до того впечатляющего представления, что устроила твоя пара.
Его глаза встретились с моими, и мне стало неуютно под этим взглядом. В нем чувствовалась не только сила, но и такая бездна лет и опыта, что мне стало не по себе.
Словно почувствовав мой дискомфорт, Луи откашлялся, возвращая внимание Лохлана на себя.
— Я направляюсь прямиком к линии лей, — сказал он. — Пожалуйста, предупредите совет. Не хочу, чтобы они сорвались, как в прошлый раз.
Лохлан хрипло усмехнулся:
— Поверь мне, Луи, когда кто-то твоей силы приближается к нам без предупреждения — это определенно повод для беспокойства. Мы держим судьбу мира в руках точно так же, как и ты, юный маг.
Луи не стал спорить, лишь улыбнулся в ответ.
Лохлан попрощался с нами и, так же как и Луи, обошел систему безопасности Святилища, шагнув в портал прямиком к своей тюрьме. Любому другому пришлось бы выйти за стены города, чтобы совершить подобное.
Неудивительно, что они были хорошими друзьями.
— Нам пора, — прервал тишину Луи. — Каждая минута ожидания — это лишняя минута, на которую мне придется возвращаться назад по линиям.
Вот почему он так злился из-за задержки голосования.
Все двинулись вперед, но он покачал головой.
— Нет смысла всем нам морозить задницы. Брекстон и Ти остаются со мной, но остальные вполне могут подождать здесь.
Не только Джесса одарила его свирепым взглядом, но только она начала спорить.
— Ни за что на свете ты не отправишься туда без меня, — прорычала она. — Я иду.
Максимус подал голос:
— И я буду там, конечно же, потому что Брекстону может понадобиться сила связи нашей четверки. Не говоря уже о том, что мы все тоже драконы.
— Точно, — в один голос подтвердили Тайсон и Джейкоб.
Голос Грейс был тихим, но твердым:
— Куда Тайсон, туда и я.
— Вы же знаете, что я тоже буду там, — мягко добавила Миша. — Мы с Максом — команда.
Луи, казалось, хотел возразить, но лишь тяжело вздохнул.
— Стоило этого ожидать. — Он повернулся к единственной, кто еще не высказался — к Джастис.
Она помолчала, а затем выдала долгий вздох.
— Честно говоря, мне больше некуда податься. Мои жемчужные земли… скажем так, я не прижилась там так быстро, как Кэм и Гретли. Они вообще не хотят оттуда уходить. Уже вовсю вникают в политику и учат свои роли. А я… я на распутье.
— Это может быть опасно, — предупредил Джейкоб, и выражение его лица было нечитаемым. На нем была та самая маска фейри — идеальная оболочка, скрывающая всё, что он чувствовал на самом деле.
Я ждала, что Джастис огрызнется — Джейкоб бесил её, что бы он ни делал. Но вместо этого она тяжело сглотнула.
— Я не боюсь опасности. В мире есть вещи похуже смерти. Смерть хотя бы окончательна, в ней нет страданий. К тому же, уйти, спасая мир — не самый плохой способ закончить эту жизнь.
Маска Джейкоба наконец треснула, буквально на секунду, но я увидела это — ярость настолько чистую, что она пугала своей интенсивностью. В его глазах заплясало пламя, а над землей завыл ветер. Он подавил это почти мгновенно, но мы все видели этот срыв.
— Ты пойдешь с нами, — холодно сказал он. — Мне нужно приглядывать за тобой, потому что мне чертовски не нравится твой настрой.
Джастис показала ему средний палец.
— Пошел ты, Джейкоб. Не тебе беспокоиться о моем настрое.
Он двигался так быстро, что вокруг нас снова пронесся порыв ветра. Я не могла оторвать глаз от этой парочки. Святые небеса. Накал страстей зашкаливал. Несмотря на рост Джастис, Джейкоб всё равно возвышался над ней, заставляя её казаться маленькой.
— Сходить «пойти» — определенно мой приоритет, — прошептал он, наклоняясь к ней еще ближе. Джастис судорожно вздохнула, и я услышала её тихий всхлип. — Но еще важнее — убедиться, что моя стая в безопасности. Теперь ты — её часть. Ты останешься жива, черт возьми, иначе я не отвечаю за свои действия.
Он отвернулся, отпуская её. Она начала судорожно хватать ртом воздух, её глаза были широко распахнуты и расфокусированы. Я почувствовала веселье через нашу связь и поняла, что мы с Луи думаем об одном и том же. Между этими двумя было слишком много напряжения. Их взаимное притяжение было неистовым, и я не сомневалась, что скоро Джейкоб и Джастис окажутся в одном переплетении обнаженных тел. Оставалось надеяться, что они оба переживут это столкновение.
Все собрались вместе, и я усмехнулась, когда Джастис встала рядом с Грейс, стараясь держаться как можно дальше от Джейкоба. Впрочем, это не помогало: Джейкоб не сводил глаз с сапфировой принцессы, и взгляд его был обжигающим.
— Хорошо, я снова открываю проход. Мне нужно, чтобы вы двигались быстрее, чем когда-либо. Святилище пытается заблокировать меня, как только я начинаю, а я не могу тратить силу впустую. Только не сейчас.
— А как же Квейл? — спросила Джесса, и её лицо стало настороженным. — Мы должны сказать ему, что происходит?
Луи покачал головой.
— Он уже знает. Он не может уйти, потому что он — последний мистик в Святилище. Он нужен здесь, чтобы всё работало как надо.
Квейл и Луи были разлучены большую часть жизни. Я слышала эту историю много раз. Семья Луи была богатой и влиятельной, но холодной. Вот почему он проводил столько времени в нашем доме — ему не хватало простой любви. Деньги и власть не приносят счастья, если за ними ничего нет. Мое сердце всегда сжималось от мысли, что брата, который должен был быть его опорой, так жестоко у него отняли.
Я надеялась, что теперь у них появится шанс наладить отношения.
— Теперь у него есть и мы, — прошептала Джесса. Она смотрела на меня понимающим взглядом. Проклятье, я так и не научилась скрывать эмоции.
— Я благодарна за это, — ответила я ей.
Энергия Луи окутала меня, и моё тело вспыхнуло, когда он прижался губами к моим. Остальные сошли со сцены, но он остался, крепко держа меня.
— Правда в том, что я люблю свою семью, но ты — единственная, кто мне нужен, чтобы выжить.
Он сказал это так тихо, что никто другой не мог услышать, даже те, у кого был сверхчуткий слух.
Мне хотелось плакать, но в последнее время я и так много это делала, и сейчас был не лучший момент раскисать. Я должна была быть сильной ради того, что предстояло. Ради того огромного риска, на который шел Луи.
— Я бы очень хотела, чтобы тебе не приходилось этого делать, — сказала я так же тихо, и мой голос всё-таки дрогнул.
В его глазах отразилось сожаление.
— Я тоже, любовь моя. Но ты не представляешь, насколько я полон решимости вернуться живым. Мы заслужили целую жизнь вместе, и я не позволю снова её у меня отнять.
Мне нужно было, чтобы он назвал меня «любовь моя» еще как минимум миллиард раз, так что я собиралась заставить его сдержать эту клятву.
— Давай сделаем это, — сказала я, разворачиваясь и увлекая его со сцены.
Мы спустились к остальным, и Луи открыл проход. С той стороны бушевала настоящая метель, выл ветер, а температура была опасной даже для супов.
Луи не мог тратить энергию, поэтому я быстро возвела барьер, давая всем передышку от бури. Внутри сразу стало теплее, во многом потому, что супы сами по себе излучали много тепла. Особенно Компассы и их драконьи души.
Кстати, об этом…
— Всем отойти, — скомандовал Брекстон, и я почувствовала, как волна энергии оборотня накрыла его. Он начал сбрасывать одежду. Джейкоб, Тайсон и Максимус последовали его примеру, и внезапно мы оказались в окружении голых парней.
— Люди бы за это огромные деньги заплатили, — хмыкнула Джесса. — Серьезно. Я бы могла…
Она осеклась, когда рука её мужа легла ей на рот. Он улыбался, но в глазах полыхал огонь. Джесса так расхохоталась, что когда он её отпустил, она буквально согнулась пополам.
Стая с улыбками наблюдала за ней, прежде чем все четверо Компассов обратились в драконов. Я едва успела расширить барьер — внутри внезапно стало очень тесно.
— Я никогда к этому не привыкну, — выдохнула Джастис, не сводя глаз с чешуйчатого зеленого зверя, стоявшего ближе всех к ней. — Посмотрите на них. Вы когда-нибудь видели что-то более величественное?
Даже для нас, выросших в этом мире, драконы были редкостью. А увидеть четверых сразу… Я понимала её трепет. Я и сама его чувствовала.
— Я начинаю, — объявил Луи, когда драконы выстроились за его спиной. — Я использую энергию драконов, чтобы закрепить свой сосуд здесь. Что бы вы ни делали, что бы ни видели или ни чувствовали, — на последнем слове он посмотрел на меня, — вы должны пообещать, что не коснетесь меня. И никого из Компассов. Это жизненно важно. Вас может затянуть в заклинание, и тогда у нас у всех будут проблемы.
Джесса оскалилась, но спорить не стала.
— Ладно, — сказала она. — Обещаю не трогать тебя, что бы ни случилось.
Остальные согласились, и тогда Луи повернулся ко мне:
— Ти? Любовь моя, я должен услышать это от тебя.
Я покачала головой.
— Не могу этого обещать, Луи. И прежде чем ты что-то скажешь — ты и сам знал, что я не пообещаю. Если тебе понадобится моя помощь, я отправлюсь следом за тобой по этой линии времени.
Он хотел разозлиться — я видела страх и беспокойство в его глазах, — но не стал тратить время. Он знал меня достаточно хорошо, чтобы понимать: если я упрусь, я буду самым упрямым ослом на свете.
Он снова обхватил мою шею ладонью, властно, как тогда на танцполе.
— Только в самом крайнем случае, поняла? Только когда не останется вообще никакой другой возможности и все варианты будут исчерпаны.
— Это я могу обещать, — тихо ответила я.
Он впился в мои губы жестким, властным поцелуем. Наши узы гудели, пропитанные отчаянием. Верь мне. Я готова была поклясться, что эти слова повисли в воздухе между нами. Это немного успокоило меня. Ровно настолько, чтобы я смогла отпустить его и отойти к девушкам. Я наколдовала нам всем пальто — хотя внутри барьера было тепло, мне просто нужно было чем-то занять руки, пока Луи начинал ритуал.
Я понятия не имела, откуда он знает слова заклинания для сдвига времени, но подозревала, что он вычитал их в той же книге, с помощью которой объединил миры. Когда я снова увижу эту проклятую книгу, я её сожгу.
— Он справится, — сказала Джесса, беря меня за руку. Я видела, что другой рукой она держит Мишу, а та — Грейс. Джастис стояла чуть поодаль, но затем подошла к нам и, почти не колеблясь, взяла меня за другую руку. Мы пятеро стояли этой живой цепью поддержки, не сводя глаз с наших мужчин. Нашей семьи.
Это должна была быть битва за их души. Драконы были якорями Луи, а значит, если они оступятся, их тоже может утянуть в океан прошлого вслед за ним.
Их жизни были под угрозой, и нам предстояло долгое ожидание, чтобы узнать, хватит ли им сил.