На доставку еды ушло непомерно много времени. Через пять минут я начала притоптывать ногой, а через десять минут Миша уже практически сидела на мне, удерживая на месте.
— Слезь, дай мне пройти, это чертовски смешно.
Миша ухмылялась.
— Джесс, прошло уже минут двенадцать, ждать осталось недолго.
Я рычала, плевалась, шипела как резаная. Ладно, возможно, все было не так уж плохо, но я здорово разозлилась. Это не было одинаково для всех сверхъестественных групп, но оборотни были отчасти животными, и если ты позволишь животному проголодаться… Что ж, мы, скорее всего, оторвем тебе лицо или какую-нибудь другую часть тела, которая тебе, вероятно, очень нравилась.
Я была ровно в трех минутах от точки невозврата.
К счастью, в этот момент мальчик-кролик вышел из парадной двери с двумя большими тарелками в руках и направился в ту часть внутреннего дворика, которую мы заняли. Он принес пиццу.
— Серьезно, — рявкнула я на него, — в каком итальянском заведении даже хлеба на столе нет.
Он и глазом не моргнул. Очевидно, я была не первой, кто набросился на него. Вместо этого он достал корзиночку с хлебом, на которой неуверенно балансировала тарелка с чесночным маслом — Где, черт возьми, это было? – и поставил ее прямо передо мной.
Миша подняла обе руки перед собой, словно взывая к кому-то, у кого есть здравый смысл.
— Прости за Джессу. Ты не ты, когда голоден.
Я перевела взгляд на нее.
— Ты только что процитировала мне гребаную рекламу «Сникерса»?
У нас было человеческое телевидение, и я знала, что она делает. Я открыла рот, чтобы еще больше разозлиться на нее, когда Джейкоб наклонился, намочил ломтик хлеба и сунул мне в рот.
— Беги, пока можешь, — прошептал Тайсон кролику, и, конечно же, верный своей породе, он бросился прочь. Я посмотрела на ухмыляющегося мага, но, по правде говоря, я уже чувствовала себя лучше.
Черт, этот хлеб был ароматным… и мягким… и восхитительным. Может быть, мне все-таки не придется убивать кролика.
После этого еда продолжала прибывать: пицца, паста, хлеб, салат. Я проигнорировала зелень, за исключением сыра, но смогла попробовать все остальное. Я гордилась тем, что Компассы и Квейл уничтожили все, что осталось нетронутым. Миша и Грейс делали жалкие попытки не отставать.
Это были замечательные блюда итальянской кухни, сытные и аутентичные. Кто-то знал, что делает на этой кухне. Я не могла дождаться, когда смогу пообедать в других ресторанах. Возможно, застрять здесь на следующий месяц было бы не так уж и плохо.
Пока я набивала рот, заметила двух маленьких девочек, сидевших за столиком напротив нас – в другом ресторане, но прямо в поле моего зрения. Они показались мне такими знакомыми.
Я наклонилась к Брекстону.
— Это те дети из группы Нэша в Вангарде?
Они были точными копиями тех двоих, которые разбили мне сердце, обнимая друг друга. Брекстон проследил за моим взглядом и смотрел секунды три, прежде чем кивнуть.
— Да, они были в комнате.
Он, наверное, учуял их даже отсюда. Драконы были такими страшными.
Я снова оглядела девочек. Они сидели с другими детьми и несколькими взрослыми оборотнями. Неудивительно, что я не сразу узнала их. В Вангарде они были худыми, грязными и невыразительными. Здесь они были хорошо одеты, опрятны и явно набивали рты едой. Они выглядели почти довольными. Ну, если не считать глубоких теней у них под глазами. Какими бы расслабленными они ни казались, язык их тела все равно выдавал страх и настороженность… Да, неудивительно. Эти бедные дети всю свою жизнь провели в клетке.
Я просто надеялась, что они обрели хоть какое-то подобие покоя в этом убежище. Та Четверка должна была умереть. Брекстон отвлек меня, потянувшись и схватив за руку. Он ничего не сказал, но выражение его лица говорило само за себя. Он понял меня.
Снова появился мальчик-кролик, принес десерт и умчался прочь. Я была слишком сыта, чтобы насладиться им, но я справлюсь. Брекстон отпустил мою руку, позволив мне дотянуться до шоколадного лакомства.
Как только я собралась откусить пирожное, по улице разнеслось нервное напряжение. Сопровождаемое восторженными возгласами, которые эхом прокатились по рыночной площади, я бросила свою недоеденную конфету обратно на тарелку. Затем, пока мы осматривались, по улицам начали бегать сверхи. Стулья были отброшены в сторону и оставлены перевернутыми на своих местах, будто ни у кого не было времени остановиться даже на мгновение.
Я сосредоточилась на Квейле.
— Что происходит? — Это безопасное – и подозрительное – маленькое сообщество не показалось мне местом, где сверхи сходят с ума и начинают бегать по улицам. Они были слишком мрачными по своей природе, мрачными и ущербными. Так что же, черт возьми, происходило?
Квейл поднялся, а остальные последовали за ним.
— В прошлый раз это были близнецы, — сказал он и двинулся дальше. — Они, должно быть, вернулись со следующей партией отмеченных… Я должен найти мистиков.
Мы точно не могли это пропустить. Я схватила пирожное и опустила ноги на тротуар.
Брекстон улыбнулся мне.
— Не могла оставить десерт.
Мой рот был слишком набит, чтобы говорить, поэтому я просто улыбнулась ему в ответ, что в точности объяснило, насколько вкусным было это печенье с шоколадной начинкой, слоеное, маслянистое… о, Боже…
Его улыбка стала шире.
— Черт, надо было прихватить свое.
Я заколебалась, прежде чем отправить в рот последний кусочек. Вместо этого я протянула его ему.
Его голубые глаза горели, пока не превратились в лужицу расплавленной жидкости. Господи, помоги мне. Как, черт возьми, он это сделал, и что происходит с моими внутренностями? Я как будто сгорала от нетерпения или что-то в этом роде.
— Спасибо, Джесс, но я бы ни за что не взял еду, предназначенную для твоего удовольствия, — проворчал он. В его тоне чувствовался жар, который полностью соответствовал этим глазам.
Мне пришлось отвести взгляд. Он только что вывалил на меня очередную порцию дерьма. Мужчины-оборотни не берут еду, предназначенную для их самок, если они знают, что она все еще этого хочет. Своего рода мачо, обеспечивающий все потребности своей самки.
Это было странно, Брекстон определенно крал что-то с моей тарелки на протяжении многих лет, но если я оглянусь назад, по-настоящему задумаюсь об этом, то… … он никогда не брал еду, пока я не покончу с ней. И он всегда позволял мне взять что-нибудь из своей еды… почти все. Как я могла не заметить, что он вел себя как пара на протяжении чертовых лет?
Смех Джейкоба прервал мои мысли, и я с облегчением поняла, что есть на чем сосредоточиться.
— Джесса только что предложила свой десерт? Ты в порядке, детка? — Фейри протянул руку и схватил меня за подбородок, поворачивая мое лицо к себе. — Ты ударилась головой или что-то в этом роде?
Я оттолкнула его руку, качая головой на его глупые выходки.
Мы замедлили шаг, когда приблизились к собравшимся супам. Они собрались на окраине города. Очевидно, не все сверхи, которые были заметны, примчались сюда, но около двух-трех сотен слонялись вокруг.
Перед нами были красные пески пустыни, справа окаймленные бесконечной зеленью леса, а слева — синие и зеленые просторы океана. Соленый воздух был отчетливым и на самом деле довольно приятным. Я бы никогда не отказалась от своих любимых лесных ароматов, но, черт возьми, океан обладал такой притягательной силой.
Несмотря на то, что мы стояли в конце группы, нам все равно удалось привлечь к себе кучу взглядов. Каким-то образом они все узнали, что мы здесь.
— Что за взгляды? — Я, как всегда, напрямик спросила стоявшую рядом вампиршу.
У нее были длинные, черные как полночь, кудри и глаза цвета свежей вспаханной земли. Она была потрясающей и ненамного выше меня ростом. Я знала, что ее клыки были спрятаны, потому что она зарычала на меня.
— Мы не доверяем незнакомцам, и не все из вас отмечены. Мистики сказали нам, что вы — защитники отмеченных близнецов, но вы – Четверка. Четверка — охотники.
Я понимала их страх, они не знали и не любили Компассов так, как я. И та Четверка была страшноватой штукой. Но как они вообще узнали, что мои мальчики были Четверкой? Очевидно, у мистиков были чертовски длинные языки.
Максимус подошел на шаг ближе.
— Если вы не представляете угрозы для нашей стаи, мы не причиним вам вреда. Но распространите слух, что если кто-то из вас нападет на нас с враждебными намерениями, мы ответим тем же.
Увидев вампиров лицом к лицу, я вспомнила, что Максимусу нужно подкрепиться, и как можно скорее.
Брекстон приблизился к брату, прижавшись широкими плечами.
— О чем так красноречиво говорит Макс… мы убьем любого, кто прикоснется к нашим девочкам. Конец истории.
Бледная кожа вокруг глаз женщины-вампира напряглась. Но в выражении ее лица было и нечто большее — уважение и принятие.
— Сообщение получено громко и четко. У вас не будет проблем ни от меня, ни от моих товарищей по гнезду.
Кстати, я заметила, что в нашу сторону движется несколько здоровенных мужчин. Определенно, вампиры, и у них был такой взгляд. Этот взгляд был мне более чем знаком.
— Я — Кардия. Не стесняйтесь, найдите меня, если вам понадобится краткая информация о работе святилища.
Когда она повернулась, на ее лице было меньше насмешки и больше улыбки. Именно тогда я заметила маленькую метку у нее на шее, видневшуюся над топом без бретелек. Это была миниатюрная версия моей метки дракона, примерно в сто раз меньше.
Дерьмо. Неужели у них у всех были такие крошечные отметины? Неудивительно, что Джерард офигел, когда увидел мою.
Кардия, не оглядываясь, использовала вампирскую скорость, чтобы перехватить своих встревоженных товарищей по гнезду. Они вчетвером придвинулись ближе, и я поняла, что она передает наше послание. К ночи об этом будут знать все сверхи. Некоторые воспримут это как вызов и набросятся на нас соответственно, другие будут уважать наши чувства и справятся с этим, оставив нас в покое. Мне не терпелось узнать, кто из нас кто. У меня было много агрессии и сексуальной неудовлетворенности, которые нужно было выплеснуть. Выбить дурь из нескольких придурков могло быть как раз тем, что мне было нужно.
— Что это у тебя такой оживленный вид? — спросила Миша, изучая мое лицо.
Джейкоб и Тайсон рассмеялись.
— Это ее лицо, изображающее счастливую жестокость, — сказал маг. — Если это лицо когда-нибудь будет направлено на тебя, советую тебе бежать.
— Заткнись, ты, не-такой-смешной. — Возбужденный крик пронесся по толпе и прервал меня. Сверхи кричали и выкрикивали имена.
Брекстону, который был примерно на голову выше большинства присутствующих – всех, кроме его братьев, – приходилось лишь слегка вытягивать шею, чтобы видеть. — Кажется, они находят друзей и семью в этих новоприбывших.
Мне стало интересно, из какой тюрьмы их спасли. Это может быть где угодно в мире.
Недавно прибывшие супы – из тех, кого я могла видеть, – держались особняком от нынешних обитателей убежища. Они держались группой, их движения были нервными, когда они, словно защищая, окружали молодых людей в своей среде. Было похоже, что там всего трое детей, а младенцев нет. Они были немного чище, чем та группа, которую я видела в секретной комнате Вангарда, но ненамного, их одежда была старой и изодранной, взгляд тяжелым и усталым. Если король думал, что вернется к армии, его ждал шок. Эти супы были повреждены. Та Четверка была на первом месте в моем списке неприятностей… я даже не подозревала, что могу испытывать такую сильную ненависть.
Стоявшая рядом с нами ведьма разрыдалась. По толпе разнесся запах ее эмоций. Она привлекла мое внимание еще больше, когда начала бормотать:
— Лейси… Лейси… — снова и снова. Ее слезы усилились, когда ведьма с короткими растрепанными черными волосами отделилась от новоприбывших и без колебаний бросилась прямо в ее объятия.
Они обнялись так, словно не виделись много лет, что, вероятно, было правдой, и я была почти уверена, что они сестры или кузины. У них были одинаковые азиатские черты лица и густые, жесткие волосы, хотя первая женщина была явно лучше ухожена.
Сколько отмеченных драконов все еще были на свободе, спрятаны, замучены? Я повернулась к своей стае.
— Я знаю, что близнецы часто бывают отмеченными, но передается ли эта метка по семейным линиям?
Квейл, появившийся из воздуха или что-то – как пуля, выскочил рядом со мной. Я не подпрыгнула, у меня реакция как у ниндзя. Ладно, может и нет, но я взяла время, чтобы быть благодарной за то, что мне удалось не завизжать как сучке.
Голос мистика звучал тихо.
— Отмеченные драконами в основном принадлежат к одной линии семьи, поэтому не всегда это братья и сестры, но иногда это тети, дяди, бабушки и дедушки, двоюродные братья и сестры. У большинства отмеченных сверхов есть другие отмеченные родственники где-то на протяжении последней тысячи лет.
Я подумала, есть ли у нас с Мишей родственники в этой группе. Никто никогда не упоминал о других членах семьи Лебронов, но я должна как-нибудь спросить об этом папу.
Тогда у меня сжалось сердце. Я скучала по отцу… даже по матери, хотя она недолго была в моей жизни, так что не было ничего странного в том, что ее не было рядом. Но Джонатан, ну, мы были командой, и мне чертовски его не хватало. Я знала, что он тоже будет волноваться за нас с Мишей. Я надеялась, что Луи держит его в курсе.
Луи. Этот проклятый колдун.
Он передвигал нас, как шахматные фигуры, и меня бесило, что половина доски была скрыта. Это означало, что я понятия не имела, когда стану пешкой.
Я не была ничьей пешкой.
Пришло время начать требовать ответы.
— Луи приедет сюда?
Квейл выглядел смущенным, переминаясь с ноги на ногу.
— На самом деле, я не могу связаться с ним прямо сейчас. Мы разговаривали вчера, но с момента вашего приезда ответа не последовало.
Это должно означать, что в данный момент он находится на высоте двадцати тысяч футов над землей, летя с моими родителями в Румынию. Я знала, что он может пройти через один из своих порталов, но не была уверена, что у него хватит сил перенести трех сверхов на такое расстояние. Скорее всего, он уже в самолете.
— Уверен, что он уже на пути сюда, — сказал Квейл, уловив ход моих мыслей. — Будет очень странно встретиться с ним после стольких лет простой переписки.
У меня в голове промелькнул образ высокого, властного колдуна с фиалковыми глазами. Он был совсем не похож на робкого Квейла. Интересно, почему мистики решили, что Квейл — задира, который никого не слушает. Черт возьми, нет! Он был больше похож на зануду, который часто бродил и терялся. Либо так, либо он скрывал от нас свою истинную сущность, и делал это чертовски хорошо.
Мой взгляд упал на Максимуса. Я придвинулась поближе к вампиру.
— Тебе нужно покормиться. — Его клыки частично выдвинулись. Обычно я не могла их видеть, если он сам этого не хотел.
Он отмахнулся от моего беспокойства.
— Все в порядке. Я скоро выясню, что вампиры здесь делают, чтобы добыть кровь.
Я резко обернулась, пристально глядя на Квейла.
— Где твоя зона кормления?
Фейри повернулся к огромному вампиру.
— У нас здесь нет доноров крови, вам нужно будет найти добровольного партнера, или у нас есть бутылки в ресторане Redcell.
Максимус скривил губы в усмешке. Он ненавидел вкус старой крови.
— Я — доброволец.
Мой взгляд метнулся влево. Это снова была Кардия, и по тому, как она сверлила Максимуса взглядом, я поняла, что она надеется получить от этого предложения как можно больше. Два вампира, питающиеся друг от друга, вероятно, казались бесконечным глупым циклом, но пока один из них, в какой-то момент, также питался от других супов, они могли поддерживать друг друга.
Миша ощетинилась на женщину-вампира. Я видела, как ее волчица поднимается. Если бы она была покрыта шерстью, то встала бы дыбом.
— Ты можешь питаться от меня, — выпалила она Максимусу.
Кардия медленно повернулась и окинула Мишу взглядом от кончиков своих черных волос до кончиков пальцев ног. Пренебрежительно пожав плечами, вампирша, казалось, не была впечатлена или обеспокоена конкуренцией.
В карих глазах Максимуса плясали огоньки. Казалось, он наслаждался этой маленькой схваткой. Придурок. Я пихнула его локтем, изо всех сил стараясь попасть прямо в чувствительную зону под ребрами.
Он прищурился, глядя на меня, а затем оскалил зубы в рычании. Я показала ему средний палец, просто чтобы он понял, что я думаю по этому поводу.
Фыркнув и покачав головой, он повернулся к моей близняшке.
— Спасибо, Миша, но это может быть немного интимно для тебя. Просто подожди меня здесь, я ненадолго.
Ладно, он явно знал о ее проблеме. Оборотень-девственница.
Максимус коротко кивнул Кардии, и они вдвоем пошли сквозь толпу. У Миши был такой вид, словно ее ударили под дых, она провожала взглядом широкую спину Максимуса, пока та не скрылась из виду. Я обняла ее за плечи. Я действительно сочувствовала ей. Я знала, что у нее были чувства к Максимусу, она совершенно ясно дала это понять. Но я беспокоилась, что она на самом деле не понимала, как работают сверхи.
Мы часто меняли партнеров, пока не находили свою настоящую пару. Конечно, мы могли встречаться с одним и тем же парнем год или даже десять, но ни то, ни другое не считается длительным сроком, когда ты доживаешь почти до тысячи лет. Но если это не была настоящая пара, гарантий не было. Миша выросла среди людей, и в ее голове витало слишком много их идеалов.
Хотя, судя по тому, что я видела, даже люди изо всех сил старались, чтобы все эти брачные отношения продолжались дольше, чем год или два. Вероятно, они пытались создать пары, которые также не были настоящими парами. В сверхъестественном мире такие отношения никогда не заканчивались хорошо.
В этот момент толпа всколыхнулась, и кто-то резким движением вырвал мою руку у Миши и оттолкнул меня в сторону.
Какого черта? Никто не был достаточно близок, чтобы так трогать меня.
Я сделала шаг назад, к своим друзьям, но прежде чем смогла сделать второй шаг, толпа сверхов встала между мной и ними. Я была вынуждена отступить еще дальше, потеряв из виду свою стаю.
Отлично.
Я решила просто поболтаться на опушке леса, пока вновь прибывшие не разойдутся. Как только я ступила в тень деревьев, меня окутали ароматы земли, и я поняла, как сильно соскучилась по дому. Прохладная, влажная зелень напомнила мне о Стратфорде. Ароматы отличались в мельчайших деталях, но на данный момент они были достаточно близки. Моя волчица поднялась, оттесняя меня еще дальше в тень, ей не терпелось переодеться и убежать. Почесав ее за ухом, я снова оттолкнула ее; сейчас было не время убегать в неизвестность. Я была безрассудна, но не глупа. Ну, по большей части.
Мои чуткие уши уловили шорох задолго до того, как в темном подлеске показался блеск глаз. На свободу выскочил кролик, не оборотень, а самый обычный вид. Вероятно, ему суждено было стать чьим-то обедом. Существо не выказало ни малейшего страха, перепрыгнув через свободное пространство и скрывшись в подлеске, покрывавшем лесную подстилку.
До меня донесся еще один звук.
Дерьмо!
Я была так занята преследованием маленького зверька и попытками остановить своего волка, что не заметила, как тонкие нити магии начали оплетать меня, заключая в невидимую энергетическую клетку.
Даже не имело значения, что я находилась всего в десяти футах от толпы сверхов, которые все еще приветствовали новоприбывших. Магия была небезопасна.
Туманная фигура скользнула со стороны пустынной зоны.
Туман… Что за черт?
Я заставила себя не паниковать, хотя и понятия не имела, что за чудище надвигается. Я думала, что знаю все типы полу-фейри, но я чувствовала, что это нечто большее… что-то, что пугает до глубины души. Я не могла припомнить ни одной полу-фейри, которая обладала бы такой магией – той, что наполняла силой мою кожу и поднимала дыбом тонкие волоски на затылке. Это была энергия, не похожая ни на одну другую, которую я когда-либо ощущала.
Это была не приземленность фейри или прирожденного пользователя магии, а холод и древность, окутанные металлическим привкусом, который обволакивал мой язык. Все еще элементарная, но из твердых пород, минералов, жертвенной крови. Чертова магия крови.
Когда фигура приблизилась, неясность исчезла с ее лица. Мое сердце замерло, словно в буквальном смысле замерло в груди. А затем моя кровь потекла ледяными струйками, пока я не превратилась в застывшую глыбу, смотрящую на свою смерть.
Неудивительно, что я не узнала полу-фейри.
Это был джинн.
Но это был не обычный джинн, я была почти уверена, что это был один из богов в своем роде. Чистая, блядь, легенда. И он смотрел на меня из-за леса. Однажды я видела изображение одного из них на уроке истории. Вендир Вамисса, учитель, без умолку болтал о том, что этот вид либо сбежал в другое измерение, либо каким-то образом был уничтожен в ходе собственной войны.
Джиннов не видели тысячу лет. Вот почему я была так потрясена, услышав от Квейла, что они были в пустыне – и джинн-элементаль… Я понятия не имела, сколько времени прошло с тех пор, как их видели в последний раз. В преданиях говорилось, что элементаля можно узнать по замысловатым черным отметинам, которые начинались в центре лба и расходились в стороны, заканчиваясь на верхней части скул. У этого были очень отчетливые метки.
Он был окрашен в оттенки красного, его кожа напоминала закат, черты лица удлиненные и выступающие, а глаза черные и блестящие. Джинны были из страны фейри, по крайней мере, так гласили легенды, но, скорее, из подземного мира. Не злые, как таковые, но в этом определенно чувствовалась черта «не связывайся со мной, или я надеру тебе зад».
Я могла только подождать и посмотреть, на чьей стороне этот тип. Если он был здесь, чтобы устранить меня, я не сомневалась, что так и будет. Возможно, та Четверка еще не нашла оружия, чтобы убить отмеченных драконом, но я просто знала, что есть множество других существ, которые могут привести к моей гибели.
Не волнуйся.
Несмотря на то, что инстинкт подсказывал мне атаковать первой, я не стала бросать вызов джинну-элементалю. У меня была очень слабая надежда, что это просто любопытство, а не жажда крови.
Вскоре эти надежды развеялись.
— Тебе не следовало приходить сюда, — сказал он, и его слова были подобны шепоту ветра, весомому в каждом слоге. — Ты на севере, а север — самое важное направление для короля.
Что ж, черт возьми, становилось все труднее притворяться, что я не являюсь одним из четырех человек, которые должны были открыть эту чертову гробницу. И, по-видимому, на севере. Джинн не двигался, но мой инстинкт самосохранения быстро поднялся до эпического уровня. Должно было произойти что-то грандиозное.
И, вероятно, мне бы это не понравилось, что бы это ни было.
Я наконец обрела дар речи.
— Ты собираешься меня убить? — Это было не так уж грубо, я даже умудрилась не назвать его мудаком.
Черные глаза сверкали, когда он изучал мое лицо. Сила произнесенных шепотом слов ударила меня по лицу.
— Я действительно планировал это, но… в тебе что-то есть. Мне любопытно посмотреть, как это будет происходить сейчас.
Из той крошечной части информации, которой я располагала о джиннах, я знала, что они обладают даром предвидения, сканируя постоянно меняющееся будущее, чтобы увидеть множество возможных исходов, которые могут измениться в зависимости от выбора, сделанного теми, кто вовлечен в процесс. Но, согласно текстам, они обычно не вмешивались в свободную волю — судьбу, называйте это, как хотите.
Этот джинн увидел что-то, что заставило его покинуть пустыню. Он хотел уничтожить меня… но теперь он снова отступил. То, что он сделал здесь, изменило будущее, которое он видел. Мне было интересно, какой путь открылся сейчас.
Его болтовня, пугающая меня до смерти, еще не закончилась.
— Я не убью тебя, но и не стану облегчать жизнь королю. Пришло время тебе продемонстрировать свою способность жить. Я предоставлю тебя судьбе.
Что, черт возьми, это значило? Наверняка что-то плохое, что-то очень, очень, очень плохое.
Черт. Я в полной заднице.
Ветры кружились вокруг нас, а эти немигающие черные глаза все еще смотрели на меня. Для меня было почти невозможно прочитать существо, настолько пропитанное магией, с самыми чуждыми чертами лица. Черт возьми, от троллей и огров было легче получить информацию.
Давление нарастало, но я не сдвинулась с места, стараясь стоять на ногах как можно тверже.
— Джесса! — Этот рев был единственным, что по-настоящему потрясло меня с тех пор, как я ступила на эту поляну. Конечно, я была напугана, но не была сбита с толку… пока голос Брекстона не прорвался сквозь магию.
Джинн-элементаль впервые оторвал от меня свой пристальный взгляд и, примерно через две секунды сканирования, сосредоточился на точке справа от меня. Я не стала оборачиваться – враг передо мной, друг за спиной.
Джинн двинулся, скользя обратно, его слова были едва слышны.
— Не знаю, как вам удалось разрушить древнюю энергию, но вмешалась судьба. Теперь у вас обоих есть три пути… один из них — это… выживание. Удачи. — Он исчез за клубящимся энергетическим туманом.
Затем меня обхватили чьи-то руки, тепло и запах Брекстона окутали меня.
— Держись за меня. — Ему пришлось кричать, чтобы его было слышно сквозь усиливающиеся чары джинна. — Будет больно.
Это было последнее, что я услышала, прежде чем энергия ударила рикошетом, и окружающий нас круг силы внезапно разорвался. Я была невероятно благодарна Брекстону за то, что он был со мной. Я даже не собиралась спрашивать, как это было, во всяком случае, пока; пришло время подготовиться к… к…
Энергетический удар был прямым, и как бы я ни сопротивлялась, была вынуждена потерять сознание.
Все потемнело.