Остаток дня — это ведь был день, да? — я провела в саду Лена. Оказалось, это его личные владения, которые он культивировал на протяжении последней тысячи лет, и никому без его разрешения входить сюда было нельзя. Растения буквально съедят тех, кто осмелится нарушить запрет.
У входа стояли два стража — огромные цветы с огромными раскрытыми «ротовыми» отверстиями, а их пестики были словно ряд острых как бритва зубов. Они напоминали увеличенные версии мухоловок, но гораздо более злобные. И если они схватят своими огромными пастями, то все — конец. Даже Лен не сможет помочь, пока цветы не раздавят тело.
— Но сейчас они меня не съедят? — в десятый раз спросила я, когда мы подошли слишком близко для моего комфорта.
— Рядом со мной, ты будешь в порядке.
Улыбка Лена была расслабленной, и я подумала, что это хороший знак. Но потом я вспомнила, что он вообще мало переживает. Он был бессмертным созданием, кто прожил тысячу плюс лет, а еще он был всемогущим принцем, наверное, его не сильно волновали растения убийцы.
А вот меня да, я не хотела умирать во рту живых растений. Девственницей. Не так черт возьми.
Когда я закончила с приключениями в ботаническом саду, то остановилась, и Лен оглянулся на меня с поднятыми бровями.
— Здесь можно что-то поесть? — спросила я, голодная и раздраженная тем, что меня снова загоняют в какую-то тюрьму по прихоти Тени. Пусть даже и ради моей безопасности, я взрослый оборотень, и меня стоило бы спросить, прежде чем какой-то варварский урод притащил меня сюда.
Они хотя бы могли покормить меня.
— Мне интересно посмотреть, как наша еда на тебя подействует, — наконец сказал он, серебристые глаза внимательно изучали мое лицо, будто ища в нем изъян. — Но рисковать не будем. Я вернусь в библиотеку и достану что-нибудь поесть.
Не закатывай глаза на этого слишком драматичного принца фейри. У него же растительные стражи.
— Ваша доброта неоценима, сир. — Я сделала полупоклон и хихикнула.
Он не рассмеялся, как я ожидала. Вместо этого, с серьезным выражением лица он сделал шаг ко мне и опустил голову, чтобы на мгновение поцеловать меня в щеку. Когда он отстранился, я моргнула, пораженная тем, насколько же он действительно великолепен. Серебристое мерцание его магии, идеальные очертания лица и очарование, исходящее от него без малейших усилий, делали его просто сокрушительным для девушек, охваченных гормонами.
— Оставайся в безопасности, красавица, — сказал он мягко. — Не трогай растения.
Он двигался, словно один из листьев, скользящих по порывистому ветру. Одним изящным прыжком он исчез, и я осталась одна в этом саду… ну, скажем так, Эдеме. С убийственными растениями и всем остальным.
Прокравшись на цыпочках обратно к каменной скамье, которая, я была почти уверена, не поглотит меня, я решила подождать там, чтобы случайно не быть убитой растениями. Было мягче, чем я помнила, и когда я потянулась, откинувшись на руки, закрыла глаза и позволила теплу этого мира обнять меня. Стояла идеальная температура, не влажная и не слишком жаркая, такая как в весенний день. Однако, как бы там ни было приятно, в воздухе чувствовалась какая-то скрытая магия, и это говорило мне о том, что этот климат — как и растения — не совсем реален.
Неужели вся Волшебная страна была такой? Мир, настолько пропитанный магией, что естественный процесс был потерян, чтобы Фейри создавали то, что хотели? И имело ли это действительно значение? Люди пытались контролировать свой мир с помощью технологий, большинство из которых не принесли положительных результатов, если судить по общему недовольству. Возможно, магия в волшебной стране была более успешной по своим конечным результатам.
Тишина, царившая в воздухе, заставила меня закрыть глаза и вытянуться поперек платформы. Я не должна была чувствовать усталости, но меня одолело желание вздремнуть, и, хотя, возможно, это была уловка этого сада, чтобы он поглотил меня целиком, я решила поддаться искушению и позволить туману окутать меня.
Сон был работой Богов. Каких богов я не знала, но хотелось думать, что Тень любит вздремнуть. Мне хотелось верить, что даже такой социопат как он, нуждается в отдыхе.
В течение неизвестного времени я пребывала в уютном состоянии дремоты, и только когда теплая рука коснулась моих щек, пришла в себя. Все еще слегка растерянная, я тихо простонала, когда эта рука скользнула по моей шее, вниз по центру груди и по изгибам живота, лаская открытую кожу там, где рубашка задралась.
Огонь разгорелся от этого прикосновения, разогревая меня до самой глубины, и когда я выгнула спину, с губ слетел тихий стон. В тот же самый миг мой мозг осознал, меня касается кто-то… или что-то незнакомое.
Я резко открыла глаза, и за долю секунды, пока я оглядывалась, поняла, я совсем одна. Или… я подавила всхлип, когда в поле зрения появился Тень. Он был далеко от меня, и даже с его скоростью я не могла поверить, что он успел так быстро переместиться. Он стоял у входа, укрытый между сторожевыми растениями, руки прижаты к их стволам, словно приветствовал любимого щенка.
Что не так было с этими чуваками, которые выращивали растения как домашних питомцев?
— Тень, — выдохнула я, все еще чувствуя жар и ломоту в теле. Казалось, меня вырвали из самого сладкого момента, оставив только тоску и жажду. -Что ты здесь делаешь?
Сделав напоследок легкий жест в сторону убийственных растений, он направился ко мне. Прошло несколько минут, прежде чем он подошел вплотную — и это только укрепило мою уверенность: он не мог прикоснуться ко мне раньше.
Поскольку он сейчас находился в своем самом гигантском обличье, мне пришлось запрокинуть голову, чтобы разглядеть его лицо. Казалось, прошли недели с тех пор, как я в последний раз видела эти мрачные, но безумно привлекательные черты — и одного только взгляда на его растрепанные волосы и полные губы хватило, чтобы я поднялась с колен и, не сдержавшись, кинулась к нему.
— Я думала, ты умер, — сказала я, мой голос был хриплым и приглушенным, когда я уткнулась в его грудь. — Камин погас.
Тень оставался неподвижным, как статуя, пока я обнимала его, и мгновение спустя здравомыслие вернулось ко мне… я обнимала гребаного Теневого Зверя. Как только я собралась отпрянуть, его руки шевельнулись, и он заключил меня в объятия.
Постойте… Что?
Моя душа закричала, когда он сжал меня в своих крепких объятиях, и я почувствовала, что немного задыхаюсь. Объятие Тени было похоже на то, как если бы я нашла самый редкий, самый желанный камень в мире, и на мгновение я подержала его в руке.
Он отстранился почти сразу, но это уже произошло, и, чувствуя, как сердце бешено стучит в груди, я знала: отрицать его влияние на меня больше не получится. Он всегда был источником бушующего пламени внутри меня, мои гормоны сходили с ума при одном его появлении. В самом начале я списывала все на то, что Тень — самый чертовски опасный и сексуальный мужчина, которого я когда-либо видела. Ну серьезно, кто бы не влюбился в такого, но тогда это было поверхностный интерес.
То, что я чувствовала прямо сейчас, было чем-то большим. Глубже.
Эти объятия что-то значили для меня.
Насколько же глупо было с моей стороны — испытывать хоть что-то к чертову богу, которому я была нужна только ради одного: открыть дверь в его мир.
Да уж. Просто верх идиотизма.
Конечно, как только он снова превратится в полного засранца — а мы все знали, что так и будет — я смогу вернуться к ненависти в своем сердце. Это будет безопаснее и полезнее для всех, кто замешан в этой истории.
Казалось, Тень наблюдал за мной так же пристально, как и я за ним, но, надеюсь, ни одно из моих более мягких чувств к нему не выдало меня; у него и так было слишком много власти надо мной, просто из-за нашего положения в этом мире. Бог против оборотня — очевидный расклад. Все поставили бы на Тень. Это была чистая логика.
И последнее, что ему было нужно узнать — это то, что он вызывает у меня чувства. Эмоции заставляют людей делать глупости и жертвовать своей моралью… Я никогда не позволю ему обладать такой властью. Никогда.
— Ты заметила, что огонь потух в библиотеке? — наконец спросил он.
— Конечно, заметила, — воскликнула я, с готовностью бросаясь в обсуждение. — Логово стало до ужаса холодным и пустым без него.
Мои слова, похоже, удивили его — зрачки едва заметно расширились, а греховно прекрасные губы плотно сомкнулись.
— Мне нужно было использовать его для заклинания, — сказал он, и я сразу стала внимательно слушать: когда Тень был в настроении делиться, от него можно было узнать многое.
— Пламя призывает теневых существ в одно место, — продолжил он. — Так мне не приходится выслеживать каждого по отдельности. Это самый простой способ минимизировать разрушения.
— Упс… — пробормотала я про себя. Мне правда пора перестать все к чертям ломать.
— Почему ты не использовал пламя в первый раз, когда я прикоснулась к теням? — спросила я вслух.
Загадочный взгляд.
Следовало бы догадаться, что это все, что я получу, но на этот раз я не позволила ему уйти безнаказанным, я скорчила лицо и скрестила руки на груди, я серьезно хотела получить ответ.
Тень выдохнул, и прежде чем я успела закончить мысль, он сел рядом со мной на каменный выступ. Что, черт возьми? Это точно был тот самый Теневой Зверь? Мне, может, стоило задать ему парочку контрольных вопросов, на которые знал ответ только он? Или придумать секретное кодовое слово? Потому что вел он себя… совсем не как обычно.
— Огонь охраняет мое логово, когда меня там нет, — сказал он, и в его голосе зазвучал более глубокий, гулкий акцент. — Я никогда не отпускал его на волю, особенно когда мог справиться сам. Но сейчас ситуация стала гораздо сложнее, и чтобы сэкономить время и силы, я решил применить серьезные меры.
— И почему ты здесь, а не занимаешься огнем? – подталкивала я его, надеясь, что он продолжит откровенничать.
Он посмотрел на меня этим своим тревожным взглядом:
— Заклинание, которое собирает всех существ из Теневого мира, затрагивает и меня. Оно проникает почти в каждый мир, кроме Волшебной страны. Тени здесь нежеланны, поэтому мы останемся здесь, пока заклинание не завершит свое действие.
Я тихо усмехнулась:
— Ты хочешь сказать, что сам мог оказаться под действием заклинания, хотя и наложил его?
Его губы приподнялись в улыбке.
— Да. Сила моего пламени превосходит все остальное. Никто не застрахован, и, хотя, его энергия связана с моей собственной, я не смог бы устоять перед притяжением.
Интересно.
— Не думала, что у тебя вообще есть слабости, когда ты создан из магии, — сказала я, пытаясь пошутить, но говорила правду.
Тень покачал головой:
— У всех и всего в этом мире есть слабости. У некоторых их больше, чем у других.
Он бросил на меня проницательный взгляд, будто я была самым хрупким цветочком на свете. Но ему не нужно было напоминать, что как и в этом саду, порой самый нежный на вид цветок наносит самый сильный укус.
— У тебя много слабостей?
Он рассмеялся — низким, хрипловатым смехом, в котором явно слышалось истинное удовольствие.
— Ты освежаешь своей прямотой.
Мне никогда такого не говорили, и он сказал это не как комплимент, но все же было приятно слышать это от Тени.
— Ты не собираешься мне рассказывать, не так ли?
В его глазах вспыхнула искра огня.
— Ни за что, Солнышко. В этом мире есть лишь двое, кто знает мою слабость, и третий мне не нужен.
Теперь был мой черед посмеяться.
— Хватит врать.
Если даже все пятеро его лучших друзей не знали, то я уж точно не попадала в список для рождественских открыток.
Мой живот выбрал именно этот момент чтобы заурчать, напоминая мне, что я была голодной.
— Лен пошел за едой, — сказала я в свою защиту, заметив, как Тень оценивающе посмотрел на мой живот, будто он вот-вот оживет и начнет куда-то уходить.
— Знаю. Я освободил его от должности твоего охранника, теперь сохранение твоей жизни моя забота.
Моя улыбка исчезла, и я уставилась на него.
— Серьезно, ты не подходишь для этой работы. Ты же, по сути, пытался меня убить чуть ли не каждый день с тех пор, как мы познакомились. И это я еще не говорю о тех днях, когда ты запер меня в комнате без еды.
Тень обвил меня рукой, резким движением, и я оказалась окружена его теплом. Это должно было быть слишком, но получилось на удивление идеально.
— Ты жива только благодаря мне, Мера, — сказал он, без капли шутки в голосе. — Я мог убить тебя в любой момент, и, хотя, мой разум твердит, что именно ты можешь стать причиной моего падения, ты все еще дышишь.
Только когда он смел меня в объятия с этого камня, я осознала кое-что очень важное. Раньше я уже обнимала его первой, и тогда не было боли. Это случалось и раньше, но я списывала это на то, что он словно предвидел мои намерения и гасил боль. Но сейчас я застала его врасплох, и все равно не почувствовала огня, жгущего мои нервы.
Что это значило?
Прежде чем я успела спросить, он поставил меня на ноги.
— Пойдем. Давай перекусим. У нас есть день или два, прежде чем мы сможем покинуть Волшебную страну, так что нам придется чувствовать себя как дома.
Я задала единственный волнующий меня вопрос:
— Могу ли я выжить здесь, вне этого сада?
Тень снова надел свою маску загадочности — на лице было лишь покорное признание, что ему придется мириться со мной.
— Я не дам тебе умереть, Солнышко.
Звучало как обещание.
В кои-то веки я по-настоящему поверила в это обещание.