Максимус Компас
Я собирался убить Луи. Или, по крайней мере, попытаться это сделать. Какого черта он так долго? В данный момент колдун был погружен в медитацию, пытаясь понять, как добраться до земли между. Красная дымка, которая, казалось, теперь была постоянной частью моего видения, снова рассеялась, и я уже собирался броситься на чародея, когда тяжелый свист крыльев Брекстона отвлек меня.
Мы все повернулись к дракону, ожидая, когда он спустится обратно через просвет в линии деревьев.
Обычно спокойный, радостный тон Тайсона сменился чем-то злым и мрачным.
— Как думаете, он что-нибудь нашел?
— Нет, он ничего не нашел, потому что их больше нет на Земле, — сказал Луи, поднимаясь на ноги.
— Ну, так ты что-нибудь нашел, о великий? — Тон Тайсона был насмешливым и даже более рычащим, чем раньше.
— Ты можешь называть меня Луи. «Великий» звучит так официально, — не растерялся Луи. — И да, на самом деле, я ощутил ту же энергию. Но это на другом конце страны, так что нам придется пройти через портал, и нам нужно поторопиться, черт возьми.
Я бросил взгляд на Брекстона, который приземлился и был в процессе возвращения.
— Одень этого парня и давай пошевеливаться.
Джейкоб опустил руку мне на плечо, и я почувствовал успокаивающую энергию его волшебной силы, которая пыталась успокоить зверя. Его сутью были все стихии, природа и древние боги, но я был не в настроении.
— Что с тобой, Макс? — спросил Джейкоб, когда я сбросил его руку. — Я имею в виду, знаю, что девочки ушли, но мы еще не знаем, случилось ли что-нибудь плохое. Обычно ты самый спокойный из всех, кто помогает Брекстону не сойти с ума. Теперь нам остается надеяться, что мы с Таем справимся с вами обоими.
Удачи вам в этом. Мы с Брекстоном оба были сильнее физически и энергетически, чем наши младшие братья. Ненамного, но ровно настолько, чтобы у Джейкоба и Тайсона были проблемы, если им придется сдерживать нас обоих.
— Тогда вам повезло, что я здесь, не так ли? — Луи снова стал раздражающим и веселым, хотя я все еще чувствовала в нем ту скрытую злобу, которую он испытывал раньше. Он беспокоился о девочках, особенно о Джессе. Он объявил ее своей семьей, и это означало нечто очень реальное в нашем мире.
Его пристальный взгляд фиолетового цвета остановился на мне.
— Думаю, что смогу справиться с несколькими влюбленными мужчинами, которые сходят с ума.
Какая-то пустота опустилась на красную ярость, и я впервые за целую вечность вспомнил, что Кардия мертва. Дерьмо. Неужели я вообще так сильно отреагировал, когда она умерла? Несмотря на утверждение Луи о том, что у меня есть пара, Миша не была моей парой… и все же мой вампир был убийцей, абсолютно безутешным в своей ярости. Мы жаждали найти ее. Нам нужно было убедиться, что она в безопасности, и не только из-за ребенка. Нет… из-за нее.
Я был в полном дерьме.
Тайсон волшебным образом одел Брекстона, и к тому времени, когда пара добралась до нас, Луи уже подготовил вращающийся портал к работе.
Голос Брекстона звучал гортанно:
— Ты нашел их, колдун? — Хотя на нем больше не было чешуи и когтей, его глаза все еще горели желтым.
Несколько месяцев назад, когда король-дракон похитил Джессу у него из-под носа, он потерял свою душу. То, что осталось, превратилось в настоящую машину для убийства, и только благодаря связи четверняшек нам удалось вывести его из этого безумия. Я гадал, буду ли я вообще беспокоиться на этот раз или просто присоединюсь к нему в убийстве.
— Я еще не нашел девочек, они не в этом мире. — Брекстон не выглядел удивленным, что означало, что он уже догадался об этом. — Но используемая магия перемещения явно отдавала темной магией. Я заметил нечто похожее где-то в национальном парке Секвойя в Калифорнии.
Дракон-оборотень не сказал больше ни слова, он просто шагнул в портал, и остальные последовали за ним. Путешествие было коротким. Когда мы вышли из перехода в лес с массивными деревьями, меня обдало теплом. Определенно, здесь стояла погода западного побережья.
Я стоял плечом к плечу с Брекстоном, и на этот раз, думаю, мы оба были в одном и том же ментальном пространстве – полностью сходили с ума. Его гнев был ощутим, и это усилило мой. Никто из нас не мог усидеть на месте, пока мы ждали, пока все пройдут и Луи закроет за собой портал. К счастью, он сразу же тронулся в путь, практически бегом, и повел нас примерно через милю леса. Мы с Брекстоном шли по обе стороны от колдуна. Нашей главной задачей было обеспечить его безопасность, пока он следовал за энергией. Без его руководства у нас ничего не выйдет, а девочки полагались на нас.
— Здесь все гораздо сильнее, — пробормотал Луи. — Энергия. Это все часть заклинания, чтобы другим пользователям магии было сложно определить местоположение… но им нужно встать пораньше, если они хотят попытаться скрыть от меня магию.
Брекстон снова зарычал. Звук затих, когда мы пересекли небольшой журчащий ручеек и оказались на лесной поляне. Обычно я бы подумал, что зрелище, открывшееся перед нами, было совершенно безумным, если бы мы оказались посреди охраняемого национального парка. За исключением, конечно, того, что мы только что ушли от адского кондитерского домика, так что все начинало казаться нормальным.
— Черт возьми… Это реально? — Тайсон удивленно приподнял брови и открыл рот. — Это домики трех поросят?
Я посмотрел на Луи. Колдун пристально посмотрел на меня, пытаясь понять, что, черт возьми, происходит. Наконец, он сдавленно рассмеялся.
— Это чертовски гениально. Это действительно так.
— Что, черт возьми, гениального в этой… сцене? — прорычал я. — И как это должно помочь нам найти девочек?
Три крошечных домика. Острия их крыш были мне не выше пояса. Первый был сделан из соломы, второй — из прутьев, а последний, как вы уже догадались, из кирпича. В нашем мире дети не особо интересовались человеческими историями, но некоторые из их «сказок» на самом деле были историями, переданными супами, просто модифицированными для людей. Вы когда-нибудь читали братьев Гримм? Мрачные истории, и не все из них выдуманы.
Луи подошел на несколько шагов ближе к соломенному домику.
— Нет лучшего способа заманить могущественных существ, чем использовать магию сказок.
Магия сказок… о чем говорил маг?
Брекстон, все еще пребывавший в режиме желтоглазого, издал оглушительный рев.
— Объяснись сейчас же и отведи нас к девочкам. Мы нужны им. Я не буду больше ждать ни секунды.
Луи отбросил все притворство веселости и перешел в режим страшного, задиристого колдуна. Его голос был тихим, в каждом слоге звучала сила.
— Волшебные сказки питаются энергией людей и супов. Каждый раз, когда читается сказка, каждый раз, когда ребенок в нее верит, в сказке появляется определенная сила. Кто-то воспользовался этим и наслал заклинание, которое воссоздает волшебные сказки, используя энергию, содержащуюся в каждой истории. Затем они заманивают ничего не подозревающих людей и супов. Разве ты не чувствуешь, как это притягивает нас? Разве тебе не хочется сделать шаг вперед и потрогать дома?
Теперь, когда он упомянул об этом, внутри меня началась борьба за власть. Я хотел быть поближе к маленьким домикам, и это было нечто большее, чем врожденное любопытство. Это было заклинание, тонкое и медленно действующее, достаточно коварное, чтобы я ничего не заметил, пока не попадусь в ловушку. Вот почему Луи не подошел ближе. Он знал, что, если переступит его границу, заклинание сработает, и он не сможет убежать.
— Так как же нам снять заклятие? — спросил Джейкоб. — Это противоестественно, лесу это не нравится. Мы должны покончить с этим сейчас.
Луи улыбнулся в ответ, но это не было приятно. Это было тяжело и пугающе.
— О, это довольно просто. Мы пойдем и представимся друг другу лично. Самый простой способ добраться до Великой Пропасти.
Ладно, не будем об этом. Он пересек пространство, а остальные остались стоять рядом с ним. Как и в случае с девочками, вокруг нас поднялся сильный ветер, и крутящийся вихрь начал относить нас ближе к домам. Я не стал дожидаться, пока он нас засосет. Если Луи сказал, что это путь к Мише, то больше нельзя было терять времени.
Конечно, я понятия не имел, как я должен был поместиться в домике, который был мне всего по пояс. Или даже какой из трех домов выбрать.
Не имея времени на дальнейшие споры, я побежал прямо к среднему дому, готовый последовать примеру большого злого волка и снести его. Но как раз перед тем, как я успел это сделать, видение изменилось, и когда моя рука коснулась стены из прутьев, вся сцена исчезла, превратившись в клетку.
Я не останавливался, и, преследуемый Луи и моими братьями, мы впятером ворвались прямо в бокс. В тот момент, когда последний из нас переступил порог, раздалось жужжание, за которым последовал грохот закрывающейся двери.
Луи все еще выглядел зачарованным колдуном, осматривая нашу тюрьму.
— Обычно магическая иллюзия держится гораздо дольше. Определенно, до тех пор, пока заманиваемый не окажется внутри дома. Но мы слишком сильны. Максимус разрушил заклинание. Все, что осталось, — это портал. Сейчас мы должны быть на пути в страну между. Я просто надеюсь, что нас не сочтут угрозой. Если это произойдет, есть вероятность, что тюрьма откажется от нас и вышвырнет на полпути.
Нам следовало заходить по одному. Мы были одними из самых могущественных супов во всем нашем мире. Добавьте сюда Луи, и ничто не смогло бы нас остановить. Если бы в этом месте была какая-то магическая система безопасности, мы вполне могли бы оказаться в бездне. На что у меня не было времени.
Жужжание стало громче, и вокруг нас сгустилась темнота, настолько всеобъемлющая, что, если бы я не чувствовал, как мои братья прижимаются ко мне, я бы и не узнал, что рядом со мной есть кто-то еще.
Мое сердце сжалось, и мне пришлось бороться с болью в груди. С тех пор как я потерял Кардию, я старался не находиться в темноте. Когда моим глазам не на чем было сфокусироваться, мой мозг начал требовать внимания – боль начала требовать внимания. И у меня не было сил поддаваться этому чувству.
На этот раз, однако, я мог видеть только Мишу, с ее нежными зелеными глазами и округлившимся животом, в котором был мой ребенок. Образ был таким ярким. Почему я мог видеть ее так, словно она стояла прямо передо мной, и все же, когда я пытался вспомнить свою истинную пару, от нее не было ни тени, ни деталей, будто она исчезала из моего сознания и души, что, будь она настоящей парой, было бы чертовски невозможно?
Теория Брекстона, а теперь и моя теория, начинала казаться мне верной. Когда мы вернем близнецов, я собирался сосредоточиться на поиске ответов на все вопросы. Если окажется, что Кардия не была моей истинной парой, что кто-то по какой-то причине обманным путем создал эту связь, я не остановлюсь, пока не разрушу все до единого аспекты чар и не избавлюсь от любой затянувшейся эмоциональной привязанности.
Но с этим мы разберемся позже. Сейчас мое внимание было сосредоточено на другом. Я вцепился в решетку перед собой, мое тело было напряжено и готово атаковать, как только мы прибудем на место. Я почувствовал несокрушимую прочность материала, из которого были сделаны решетки. Они использовались для перевозки людей, обладающих силой и физическим мастерством. Были ли мы достаточно сильны, чтобы вырваться на свободу?
Будто у него были те же мысли, Брекстон инициировал нашу связь Четверки; когда наши силы слились, вспыхнул свет. Пространство было действительно слишком маленьким, чтобы вместить наши только что окрепшие, сросшиеся тела, но каким-то образом мы уместились. Луи, без сомнения, чувствовал себя очень неуютно.
В коротких вспышках света казалось, что мы путешествуем по червоточине. Бесконечная тьма окружала нашу клетку, несущуюся сквозь время и пространство.
Мои братья выглядели мрачными, Луи — не очень. Колдун очень хорошо скрывал свои истинные эмоции. Я бы не хотел встретиться с ним лицом к лицу за игрой в покер или перечить ему в судебном процессе. Мастер конспирации, он держался жестко. Но однажды это пошатнется. Никто не мог бесконечно сдерживать уровень сверхъестественной силы, которой обладал он. Он сломается, и пока я не был в центре его внимания, я буду счастлив сидеть сложа руки и наслаждаться шоу. Это будет не похоже ни на что другое.
Когда мощь нашей Четверки снизилась, свет над нами начал меркнуть, и вскоре мы снова оказались в темноте. Но на этот раз беспокоиться не о чем. В моей голове было множество голосов, которые составляли мне компанию. И чертовски раздражали меня.
Джейкоб снова набросился на меня:
Макс, я никогда не видел, чтобы ты так хорошо контролировал свою вампирскую натуру.
На этот раз мне было трудно избежать пытливого взгляда моего брата-фейри. Я слышал его беспокойство.
Я не хотел его беспокойства.
Я зол. Так чертовски зол, что едва могу продолжать функционировать без желания разорвать мир на миллион кусочков. Кто-то забрал мою девушку и моего ребенка. Никто не смеет трогать то, что принадлежит мне.
Я не ожидал, что смогу так сильно выплеснуть свою внутреннюю ярость, но другого выхода у меня не было. Я доверял братьям больше всего на свете; они никогда не используют мою слабость против меня. Брекстон сменил позу; благодаря нашей связи, вспышки его страха и гнева продолжали подпитывать мои собственные. Присоединившись таким образом, я почувствовал, что Тайсон и Джейкоб не так уж сильно отстают от нас по уровню раздражения. Они тоже любили Мишу и Джессу. Им было немного меньше, что терять, но в стае мы все были семьей. Нам всем было что терять.
Мы их не потеряем, сумел выдавить Брекстон. Если это будет последнее, что я, блядь, сделаю, я буду трясти эту чертову землю, пока она не вернет мне мою пару.
Впервые я получил представление о том, каково ему было, когда Живокость отвел Джессу в Волшебную страну. Такие же эмоции переполняли и меня, будто внутри меня бурлила яма ненависти, будто я мог потерять последнюю грань человечности, за которую цеплялся, когда умерла Кардия. Если я потерю Мишу и нашего ребенка, не будет ничего, за что я мог бы уцепиться, ничего, что помешало бы мне стать изгоем.
Что такое Миша для тебя, брат?
Тайсон был необычно серьезен. Я понял, что связь, которую я наблюдал между ними, была сильнее, чем я думал. Очевидно, она возникла за то время, что меня здесь не было, за то время, что я вычеркнул ее из своей жизни со свирепым и жестоким намерением. Я был слишком растерян, чтобы дать Тайсону какой-либо другой ответ, кроме того, который вертелся у меня в голове.
Она моя. Она — все.
Я чувствовал замешательство, их и свое собственное.
Кто-то напутал с нами, с тобой, Макс. Джейкоб был настроен на все, всегда обращался к богам и природе. Он ни хрена не знал. Кардия никак не могла быть твоей настоящей парой, так как, черт возьми, она оказалась в убежище? Как она установила с тобой связь?
Я глубоко дышал, понимая, что если не смогу держать себя в руках, то, вероятно, причиню боль братьям. Мы были слишком близки. Мне некуда было деться. Брекстон положил руку мне на плечо, и я понял, что он обещает мне, что вступится за меня, если я сорвусь. Он защитит остальных.
Эта мысль успокоила меня. Как раз настолько, чтобы я мог мыслить рационально.
Как только мы спасем девочек, я собираюсь разобраться в своих отношениях с Кардией. Все в порядке, это была необычная связь для истинной пары. Мне нужны ответы. Мне нужно знать, кто испортил мне жизнь.
Спроси Луи, сказал Тайсон. Может, я и ненавижу этого самоуверенного придурка, но он силен. И стар, как мир. Он, вероятно, лучше всех знает, возможно ли такое вообще.
Черт. Он был прав. Я не воспользовался своим лучшим источником информации. Конечно, в тот момент, когда я открыл рот, чтобы спросить его, наша клетка достигла места назначения, с грохотом остановившись в месте, где было сыро и почти не пахло.
Мы прибыли, ребята. Время представиться.
Голос Тайсона звучал чересчур радостно. Ему не терпелось выплеснуть свой внутренний гнев на тех тупых засранцев, которые решили тронуть наших товарищей по стае.
Они все умрут. Эта мысль скрасила мой день.
Где бы мы ни приземлились, все было окутано волшебной тьмой. Редко можно было найти место, где бы по-настоящему не было света или тени, если только не задействована магия. Однако Луи это не беспокоило. Колдун просто щелкнул пальцами, и над нашими головами появилось что-то вроде луковичного света. Его лучи прорезали темноту и, несмотря на небольшие размеры, рассеивали приличное количество света во всех направлениях.
Теперь я мог ясно видеть нашу клетку. У нее были прочная крыша и пол, а все четыре стороны были забраны толстыми и прочными прутьями от пола до потолка. Наверняка усиленные магическим образом.
Брекстон протянул руку и схватился за прутья. Благодаря нашей связи я почувствовал, как он соединяется со своим драконом. Зверь был свирепым, почти совершенно неприрученным, когда искал свою пару. Силе, которая исходила от моего брата, можно было позавидовать. Во мне не было ничего подобного, но вампир был не лишен своих преимуществ. Больше никто не пошевелился. Мы могли помочь ему, не прикасаясь к клетке даже пальцем. Я направил свою энергию по каналу связи; Тайсон и Джейкоб сделали то же самое. Дракон метался во внутренней клетке, которую Брекстон окружил вокруг себя, и я чувствовал, как он теряет контроль, по мере того как все больше и больше энергии разливалось по его телу.
Джесса, мысленно напомнил я ему. С ревом Брекстон рванулся к стенке клетки. Один раз, а затем еще раз. Я услышал скрежет металла и обжигающий металлический запах разрушаемого заклинания. Одним последним рывком боковая стенка клетки была полностью оторвана и отброшена в темноту. Он приземлился на другую клетку, которая, как я только сейчас заметил, была напротив нашей.
На самом деле, когда я вышел из клетки, то понял, что все это место было заставлено клетками. Глаза начали следить за нашими движениями. В каждой зарешеченной камере находился заключенный. Там было так много полу-фейри: горгульи, тролли, бесы, кентавры; а также супы вроде нас: маги, вампиры, оборотни и фейри. Возможно, там даже были какие-то люди или, по крайней мере, супы с очень малой магической энергией.
По мере того, как магический свет перемещался по большому зданию, на нас смотрело все больше лиц. Их были сотни. Я подошел к вампиру, сидевшему в двух камерах от нас. Он был изможден до такой степени, что легкий порыв ветра сбил бы его с ног. Наши клетки работали в удвоенном темпе, чтобы поддерживать наше здоровье, но без регулярного притока новой крови наш организм начинал работать сам по себе, высасывая из нас жизнь.
— Как долго ты здесь находишься? — спросила я его, когда его пустые темные глаза встретились с моими.
Он несколько раз моргнул, открыл рот, чтобы ответить, но не издал ни звука. Странно. Я потянулся к прутьям и обнаружил, что моя рука отскакивает от них примерно в футе от клетки.
— Снаружи этих тюрем есть заклятия, — сказал Луи тихим и ломким голосом. — Внутрь может проникать шум, но наружу ничего не выходит. Снаружи также нельзя прикасаться к решеткам.
— Что это за место, черт возьми? Зачем они держат всех этих супов? — спросил Тайсон, прогуливаясь вдоль ряда.
Луи потребовалось время, чтобы ответить, и это прозвучало так, словно он пытался сдержать свои эмоции.
— Полагаю, что это контрабандистская шайка, что-то вроде аукциона. Заманивают их сюда, сажают в клетки, а затем, когда все клетки заполняются, организуют грандиозный аукцион и предлагают их покупателям.
Чертова банда контрабандистов!
— Нам нужно немедленно найти девочек, — почти прорычал я.
Луи покачал головой.
— Их нет в этой комнате. Я уже просканировал. Понятия не имею, какая здесь разница во времени. Насколько нам известно, они могли быть проданы несколько месяцев назад.
Брекстон уже не мог его слушать. Мы все бросились врассыпную, когда он потерял контроль и превратился в огромного черно-синего дракона. Его масса сокрушила клетки по обе стороны от него, а драконья магия полностью обошла все заклинания, наложенные на эти тюрьмы.
В течение многих минут Брекстон метался по ряду и освобождал заключенных, свет Луи следовал за ним. Супы высыпали на тропинку, по которой мы шли, и каждый из них появился в порыве ярости. Похоже, мы нашли себе союзников.
— Давайте найдем засранцев, которые нас сюда засунули, — взревел Джейкоб, его белокурые волосы развевались за спиной, когда энергия фейри зажгла его изнутри. — Они должны заплатить за это. Это нужно остановить, чтобы больше никто из нас не был принесен в жертву.
Это также был наш лучший шанс найти Мишу и Джессу. Кто бы ни руководил этим делом, у него была информация. Супы вокруг меня кричали и колотили по обломкам клеток рядом с ними. Я выпустил своего вампира на свободу, и когда у меня заболели десны и появились клыки, я понял, что будет трудно вернуться к более цивилизованной жизни, когда все это закончится. Конечно, если я не найду Мишу, это не будет проблемой.
Переход Брекстона в дракона нарушил нашу связь Четверки, но это было нормально, я все еще чувствовал братьев. Мы все вместе неслись по дорожке с кучей разъяренных супов и одним разъяренным драконом. Мы проталкивались мимо разбитых клеток, направляясь в одном направлении и надеясь, что это правильный путь. За пределами зоны, освещенной Луи, все еще было темно, но затем все больше магов включали свои фонари, оставив совсем немного темноты, в которой можно было спрятаться.
В конце этого пути была платформа, вероятно, по которой заключенные проходили парадом, чтобы их купили. Мы проломили стулья и поднялись на возвышение. Не все могли здесь поместиться; нас было не меньше сотни, но с другой стороны был дверной проем. Мы все продолжали двигаться. Луи, не колеблясь, выплеснул всю свою энергию и распахнул дверь. В проем хлынул свет, и как только я прошел через него, то увидел еще одну сцену.
С ревом я протолкался вперед, решив первым оказаться на другой стороне. Дракон Брекстона прошел следующим. Никто из нас не ждал остальных. Мы были на задании.
Свет с этой стороны был ослепительным. Мне потребовалось десять секунд, чтобы привыкнуть и оценить обстановку. Мы оказались в задней части помещения с цементным полом и запахом сырости. Это помещение было небольшим и, похоже, находилось на нижнем уровне. Мы с Брекстоном так быстро, как только могли, двинулись в противоположный конец.
— Черт, — прорычал я.
По другую сторону этой дорожки располагался огромный склад, который, как я сразу понял, был зеркальным отражением того, который мы только что покинули, вплоть до возвышения, за которым мы находились. Единственное отличие… в этой части зала была в самом разгаре распродажа супов.
А Джесса стояла на сцене.
Ведущий этого мероприятия еще не заметил нас. Он был слишком занят, расхваливая все достоинства Джессы.
— … одна из отмеченных драконов до сих пор носит эту метку. Она жила в доме настоящего дракона и имеет связи в волшебной стране. Считается, что у нее близнецы-драконы, зачатые естественным путем, которые будут править расами супов. Сегодня вечером это особенный лот, и очень немногие из присутствующих здесь могут позволить себе такую цену. Как вы уже видели, она феноменальный боец и могла бы стать отличным помощником в вашей личной охране. Незадолго до этого ее сестра установила рекорд — восемнадцать редких камней фейри. Давайте посмотрим, насколько лучше мы сможем справиться с ней.
Если он и сказал что-то еще, я пропустил это мимо ушей. В моей голове не было ничего, кроме белого шума и смерти. Миши больше не было. Ее уже продали.
Брекстон двигался, но я был быстрее его. Я добежал до сцены и схватил диктора за горло, прежде чем он успел моргнуть. Глаза Джессы были огромными, в них кипело столько гнева, что я почти мог видеть жидкий огонь. Она не двигалась ко мне, ее тело, казалось, застыло в неподвижности.
Именно тогда я заметил изогнутый посох, который был в руках того, кто скоро умрет. Мои пальцы сомкнулись на его горле, когда я потянулся, чтобы вырвать у него посох. Но в тот момент, когда он коснулся меня, я застыл на месте.
Внезапно в моей голове раздался голос.
Итак, что у нас тут? Ты думаешь, что, придя в мой дом и угрожая мне, ты станешь отличным товаром для продажи.
Мое тело потеряло контроль. Я мог видеть, чувствовать и слышать, но двигаться было выше моего понимания. Мой вампир дремал, подчиняясь посоху, прижатому к моей груди. Суп, от которого исходила атмосфера колдуна, оторвался от меня и издал смешок, вероятно, пытаясь разрядить напряжение, охватившее толпу мертвых ублюдков в зале.
Как только я освобожусь отсюда, то начну преследовать каждого из них. Это было незаконно и совершенно неправильно. Вы не занимались торговлей супами, и поскольку они были не на Земле, где законы сверхов гласили, что все они предстанут перед судом и попадут в тюрьму, я мог легко убить их и не столкнуться с последствиями.
В Великой Пропасти, если ты совершаешь преступление, тебе отрывают голову.
Тогда вспыхнула связь Четверки. Джейкоб и Тайсон уже были с нами на сцене. Брекстон, который был немного медленнее из-за того, что на него напала группа охранников, был рядом. Краем глаза я заметил множество частей тел, разбросанных вокруг него. У этих охранников не было ни единого шанса против мощи драконьего когтя.
Когда Брекстон подошел ко мне, наша связь Четверки укрепилась, и вместе с ростом моей силы контроль вернулся в тело. Драконья магия, которая пронизывала всех нас, обходила контроль посоха.
Я не терял времени даром. Я ударил обладателя посоха в челюсть — он был магом, и даже не особенно сильным. Тем же движением я вырвал посох прямо у него из рук. В тот момент, когда я это сделал, в тот момент, когда я взял его в руки, древняя сила пронзила меня, и только сила моих братьев не позволила мне окончательно сойти с ума.
Знание хлынуло на меня, и теперь я понял, что у меня в руках. Посох Градиэллы. Это был древний и утерянный магический предмет. Как этот низкоуровневый волшебник получил контроль над ним?
Как только сила посоха оказалась в моих руках, все остальное встало на свои места. Супы, которые следили за нами из другой кладовой, собрали всех, кто был вовлечен в торговлю людьми, всех старых и могущественных мужчин и женщин, собравшихся здесь, чтобы покупать и продавать рабов или приобретать представителей расы для изготовления зелий и проклятий. Не говоря уже о тех, кто просто наслаждался пытками и извращениями.
Они все должны были умереть.
Проходя вдоль ряда людей, каждый из которых стоял на коленях, ожидая нашего вердикта, я использовал силу посоха. Я прикасался к ним по очереди, и в тот момент, когда я это делал, я мог заглянуть в их мысли. Я мог видеть правду.
Через несколько мгновений я вернулся на сцену.
— Они все виноваты.
Я не отводил взгляда, когда ранее запертые в клетках супы взревели, а затем быстро совершили правосудие в его самой жестокой форме. Сила посоха удерживала приговоренных к смертной казни взаперти достаточно долго, чтобы у них не осталось шансов на сопротивление. Их смерть освободила всех купленных сверхов, они вышли из тени, и с их тел упали волшебные наручники.
Мне до боли хотелось увидеть, как Миша освободится от пут, но ее нигде не было видно.
— Правосудие восторжествовало, — сказал Луи.
По большей части, так оно и было, но это кольцо было гораздо глубже… то, что я видел в их сознании. Я подошел к Луи и в нескольких торопливых фразах рассказал ему о том, что я нашел в развратных умах.
— Они собираются на эти аукционы ежемесячно. Это продолжается уже много лет. Те, кого мы только что приговорили к смертной казни, были постоянными клиентами, хотя некоторые из них сегодня пропали без вести. Если мы обыщем их недвижимость, то найдем много пропавших супов.
Я знал, где каждый из них держит своих рабов. Я видел все это в темных глубинах их сознания. Луи сотворил из моих слов некую магию, чтобы в любой момент снова их прослушать для ознакомления. Там было много информации.
— Я обращусь к советам, — мрачно сказал он. — Мы проследим за каждым из них. Теперь, когда у меня есть волшебная сущность этих сказочных порталов, я могу убедиться, что они все уничтожены.
Этого казалось недостаточно, но, по крайней мере, у нас было с чего начать распутывать все это.
— Откуда у них этот посох? — Я протянул его, но чуть не уронил, когда он начал уменьшаться в размерах. В конце концов, это оказалась всего лишь веточка, которую я мог легко засунуть в задний карман. Я оставлю ее у себя, пока мы не решим, что с ней делать.
Луи покачал головой.
— Не знаю. Посох Градиэллы уже давно не был частью нашей истории. Я слышал, что он оказался в царстве демонов, но если это так, то как он попал в эти руки?
Отличный вопрос. И в то же время пугающий. Я никогда не видел, чтобы супы связывались с демонической энергией. Слишком легко раствориться во тьме. Если тебя коснулся демон, вернуться назад практически невозможно.
— Вероятно, именно поэтому здесь и происходила контрабанда, — сказал Тайсон, подходя к нам. — Демоны каким-то образом извлекают из этого выгоду, крадут энергию или, возможно, снижают закупочную цену.
В этом был смысл. Демоны любили власть и энергию. Всегда искали способ вырваться из этого измерения и уничтожить другие миры.
На сцене началось движение, когда Джесса ударила кулаком в лицо владельца посоха. Он был единственным, кто остался в живых; нам нужно было, чтобы он сказал нам, где Миша, кто ее купил. Я едва сдерживал страх. Я не мог поверить, что разминулся с ней на какие-то секунды. Секунды.
Брекстон был рядом с Джессой, вернувшийся в человеческий облик. Я был почти уверен, что он ни на секунду не отпускал ее с тех пор, как нашел здесь. Я видел, как боль и отчаяние отразились на его лице. Раньше он был в состоянии воина, но теперь, когда она была с ним, он был готов разорваться на части.
Я знал. Я понимал. Мое сердце воспарило, когда я увидел, что с Джессой все в порядке, но Миша все еще отсутствовала.
— Это был Кристофф, — сказала мне Джесса, когда я подошел к ней. — Он купил Мишу, а затем в спешке исчез. Он был совершенно измотан, хуже, чем я когда-либо его видела, и, по словам этого маленького слизняка… — Она пнула мага, сбив его с ног. — Он один из организаторов этой контрабандной сети.
Черт возьми. Это было плохо. Мне нужно было добраться до Миши сейчас, потому что этот колдун собирался заставить ее страдать. Все, что угодно, лишь бы наказать нашу стаю. Он ненавидел тот факт, что мы «украли» его власть и положение в совете.
В приступе ярости я запрокинул голову, и рев вырвался из глубины моей груди. Я не мог смириться с мыслью, что Миша в его руках. Мы должны были вернуть ее. Другого выхода не было.