Запах грозы и бергамота.
Поначалу он был слабым. Едва уловимым. Бринли почуяла его лёгкий след на той записке, что принесла наставница. После чего уснула, прижимая листок к груди.
А вот когда проснулась…
Запах был повсюду. Пронизывал воздух, каждую молекулу.
Это его запах.
Райкер был здесь. Его запах до сих пор витал в воздухе, чуть выветрившись, но всё же ощутим. Бринли хотела окунуться в него с головой. Это самый приятный запах на свете.
Она поискала его глазами, но всё было так же, как и прежде.
Он ушёл.
Что он здесь делал? Неужели каким-то образом раскрыл её и пришёл убить?
Бринли провела пальцами по своей подвеске, обдумывая новую информацию. Вряд ли он узнал, кто она такая. Как-никак, после той бури она взяла фамилию Джелизетт. Да и вообще разрушение Чевина старались особо не освещать в новостях.
Как и всё, что было связано с гибелью семьи Бринли, внезапное наводнение и многочисленные жертвы не стали предметом всеобщего обсуждения благодаря политическому влиянию Уотерборнов. «Небольшое природное бедствие», – заявили несколько свидетелей. Некоторые поговаривали, что у Нондия, богиня моря, просто в тот день была не в духе. Никому особо не было дела до какой-то там деревушки.
Спустя неделю в новостях появился более громкий повод для обсуждений, и все забыли о Чевине.
Но не Бринли.
Она единственная выжила той ночью. Хотя фактически она тоже погибла. Вампиры в буквальном смысле должны умереть, чтобы стать бессмертными. Если бы не Джелизетт, Бринли бы уже была на том свете.
Нет, он никак не мог об этом узнать. Иначе она была бы уже мертва.
Тогда зачем он приходил?
Бринли развернула его записку и перечитала. Сообщение было коротким и недвусмысленным.
«Жаль, мы не смогли пообщаться сегодня, милая. Надеюсь, завтра ты уже сможешь говорить».
Почерк у него был отвратительный, как у ребёнка. Но… он реально написал ей записку. Пускай это не признание в любви и не предложение руки и сердца, но всё же это подтверждение тому, что у неё всё получается. Ведь так?
Да.
Записка в сочетании с тем фактом, что он, вопреки правилам, пришёл её увидеть, была хорошим знаком. Фантастика просто.
Широкая улыбка расплылась на лице Бринли. После стольких разговоров с Райкером она знала, что правила для капитана – не пустой звук. Это было понятно по тому, как он говорил и вёл себя. Если он нарушил правила ради неё… Это лучшее свидетельство тому, что её усилия не были напрасны.
Один месяц – небольшой срок, но в Отборе каждый день ощущался как неделя.
Чем дольше Бринли думала об этом, тем больше убеждалась в своей правоте. Это определённо хороший знак. Да что там, отличный. Мятежники оказали ей услугу, потому что теперь у неё есть доказательство неравнодушия Райкера. Он был здесь. Она так долго пыталась выследить капитана-затворника. Теперь же он сам жаждет встречи с ней.
Всё идёт как по маслу.
Она добьётся своей цели, несмотря на возникшие препятствия. Свадебный марш уже играл в её голове на церемонии, о которой узнает весь мир. Хотя в её голове эта мелодия больше походила на похоронный марш, который зазвучит после свершения её мести.
Он даже не подозревает, что идёт на зов своей неминуемой гибели.
Возможно, Бринли должно быть немного стыдно за это, но её совесть была солидарна с ней. Жителей Чевина тоже никто не предупредил перед тем, как разрушительная стихия обрушилась на них и затопила их всех, пока они спали.
Бринли убьёт его тихо. Будет до последнего играть роль любящей невесты, пока жизнь не покинет глаза капитана. Ох, как же ей не терпится увидеть его лицо, когда он поймёт, что всё это было лишь притворством, что его предала та единственная, кому, как он думал, он мог доверять.
Месть воистину будет сладка.
Бринли думала только о ней, ни о чём больше. Таковы правила: она ведёт эту игру и выйдет из неё победительницей.
Часы сменяли друг друга.
Бринли по-прежнему лежала в кровати, наедине со своими мыслями. Их у неё было много. Все крутились вокруг всевозможных вариантов убийства… по крайней мере, в этом она пыталась себя убедить.
Когда уголки её губ приподнималась в улыбке, она объясняла себе это предвкушением возмездия, а не наслаждением приятным запахом Райкера.
Когда её мысли утекали к тому сну и мышцы сладко сжимались, она всячески подавляла в себе эти эмоции. Она счастлива, потому что Райкер скоро умрёт, а не потому что ей нравились его прикосновения и то умиротворение, которое она испытывала рядом с ним.
А когда она думала о том, каково будет вонзить клыки в шею капитана и попробовать его кровь на вкус, это, конечно же было, одним из вариантов его смерти, а не другого… более приятного времяпрепровождения.
Да, она думала исключительно о мести.
Ни о чём больше.
Часов в семь у доктора Керин зазвонил телефон. Резкий звук прервал тишину. Бринли подпрыгнула от неожиданности.
Керин ответила на звонок.
– Алло?
Голос её собеседника был слишком тихим даже для Бринли.
– Да, она уже выглядит намного лучше. – Взгляд Керин скользнул по вампирше. – Угу. – Она замолчала, слушая. – Поняла.
Минуту спустя доктор завершила звонок и развернулась к Бринли.
– Ты готова вернуться в Отбор?
Сердце Блинли радостно затрепетало, она широко улыбнулась, обнажая острые клыки.
– Конечно!
Усмехнувшись, врач потянулась за стол и достала оттуда ботинки и чистые носки, после чего с улыбкой протянула их Бринли. С нескрываемыми смешинками в глазах она спросила:
– Уже не терпится вновь пообщаться с капитаном?
– О да. – Бринли села, свесив ноги с кровати, и надела носки с обувью. – Ещё как!
События последних дней дали понять, что Бринли нужно сосредоточиться. И сон тому доказательство. Она позабыла про свою цель и пошла по пути плотских удовольствий.
Больше она эту ошибку не повторит.
Смерть капитана в их первую брачную ночь ознаменует торжество справедливости. Его семья будет безутешна.
Око за око.
Как только Райкер умрёт, Бринли уедет за океан и будет наблюдать за последствиями издалека.
Джелизетт пообещала, что Бринли, выполнив свою миссию, не пострадает. Древняя вампирша защитит своё творение от руки правосудия.
Дверь распахнулась, и в комнату вошла наставница Лилит. Она потопала, стряхивая снег с обуви. Затем похлопала варежками, жалуясь на непогоду, после чего хмуро взглянула Бринли.
– Готова?
– Да! – воскликнула Бринли, возможно, переборщив с энтузиазмом. – То есть… да, готова. – Она постаралась поубавить восторг в своём голосе, пока вставала. – Не хотелось бы упускать возможность вновь пообщаться с Райкером.
И ведь не соврала. Ей нужно продолжать общение с ним, чтобы он влюбился и сделал ей предложение, после чего она сможет подобраться к нему достаточно близко и убить. Только поэтому.
– О, пора влюблённости, – усмехнулась Лилит, ведя Бринли к двери. – Прекрасное время.
Бринли не стала её поправлять, хоть и понимала, что наставница сильно ошибается. Бринли не влюблена в Райкера. Она ненавидит его всеми фибрами души.
Ведь так?
Поблагодарив врача и кивнув охранникам, Бринли вышла из дома. Снежинки плавно падали с ночного неба.
Наставница Лилит провела Бринли между деревьев к красивому заснеженному поместью. Пока они шли, Лилит объяснила, что в связи с действиями мятежников Отбор теперь будет проходить здесь вплоть до бала-маскарада.
Бринли понимающе кивала. Смена площадки была разумным решением. Как и выбор изолированного поместья далеко на севере.
И только когда они начали подниматься по ступенькам к большим двойным дверям, которые как будто были изготовлены для старинного замка, наставница шокировала вампиршу ещё одним признанием:
– Продолжительность Отбора решили сократить.
– Сократить? – эхом повторила Бринли. Её мысли метались. Насколько? Повлияет ли это на её планы?
Наставница Лилит взяла Бринли за руку и сжала ладонь девушки.
– Бал-маскарад состоится через две недели.
Две недели.
Это… уже скоро. Времени остаётся мало.
Чёрт.
Вся её былая уверенность улетучилась.
У неё должно было быть ещё два месяца, чтобы влюбить в себя Райкера и подтолкнуть его к свадьбе. Но две недели?
Это… крайне мало.
Её сердце гремело в груди, голова разболелась от волнения.
Исвана, пощади. У Бринли не было даже времени на передышку. Сначала нападение мятежников, потом сон, теперь это…
– Понимаю, тебе кажется, что всё слишком быстро, – сочувственно добавила наставница Лилит. – Но поверь моему опыту, тебе не о чем переживать.
Не о чем? Бринли сомневалась, что наставница Лилит понимает, насколько это важно. Вампирша прикусила губу.
– Я…
– Кое-кто очень беспокоился за тебя вчера. – Наставница многозначительно поиграла бровями. – Я не должна об этом распространяться, но признаюсь, я бы поставила целое состояние на то, что один наш знакомый капитан будет рад опуститься на колено через две недели.
Бринли очень надеялась, что Лилит не ошибается. Ей нужно действовать активнее, чтобы точно получить предложение.
Четырнадцать дней на то, чтобы Райкер полностью и безоговорочно потерял голову от любви к ней.
И тогда она его уничтожит.
Лилит провела обзорную экскурсию по поместью, показав ей её спальню, перед тем как отвести в зал с домашним кинотеатром на первом этаже. Остальные девушки уже собрались там, чтобы посмотреть фильм.
– На этом я тебя покидаю, – сказала наставница. – Желаю приятно провести вечер.
– Спасибо, наставница.
Бринли вошла через дверь в тёмную комнату. Белое полотно было растянуто вдоль одной стены, а перед ним стояли три ряда удобных кресел. Владелец поместья, должно быть, неприлично богат, потому что вампирша ещё никогда не видела домашний кинотеатр вживую.
– Бринли!
Услышав своё имя, она подняла взгляд. Хейли подскочила к ней. Её полупрозрачные крылья трепетали за спиной.
– Слава Кайдоне, ты в порядке! – воскликнула эльфийка судьбы, крепко обнимая Бринли. – Нам отказывались говорить, где ты, а когда я погрузилась в серебряную реальность, чтобы посмотреть, то не смогла увидеть твоего будущего.
Внутри Бринли образовалась зияющая дыра от такого предсказания. Что это может значит? Скорее всего, ничего хорошего. Но рациональная часть Бринли напомнила ей, что эльфы судьбы тяготеют к загадочности и драматичности. Возможно, Хейли просто неправильно интерпретировала свои видения.
Надеясь, что всё дело именно в этом (а Бринли и без того хватало проблем), она отбросила тревоги прочь и улыбнулась эльфийке.
– Ты пыталась узнать, в порядке ли я? Это очень мило с твоей стороны.
Хейли широко улыбнулась.
– Ну конечно! Ты же моя подруга. Я волновалась за тебя.
Незнакомая эмоция расцвела в груди Бринли. Это приятно (и немного странно, если честно) – знать, что кто-то переживает за тебя. Бринли не ожидала, что найдёт на Отборе друзей, но как-то так получилось.
– Спасибо, – уже искренне улыбнулась Бринли. – Но теперь я здесь, и со мной всё хорошо.
Нарочитое покашливание раздалось позади них.
Бринли обернулась.
– Кто это тут у нас? Неужто та самая кровососущая тварь, что едва не убила нас всех? – противный голос Валентины бесил не меньше оскала на её лице.
На фейри огня был обтягивающий белоснежный свитер, который, судя по виду, стоит целое состояние. Её иссиня-чёрные волосы были собраны в высокий хвост, а лёгкий мейк подчёркивал красивые черты лица. Валентина выглядела идеально, тогда как у Бринли не было возможности позаботиться о своём внешнем виде.
Но всё же вампирша вскинула подбородок.
– Я прекрасно себя контролировала.
– Лжёшь. – Сиреневые глаза Валентины сверкнули. Она шагнула к вампирше. – Ты была готова разорвать всех на куски ради пары капель крови. Тебя не должно было быть здесь. Это соревнование не для таких, как ты. – Она нахмурилась. – Лучше вали обратно на кладбище, с которого приползла.
– Пошла. К чёрту.
Бринли сжала руки в кулаки. Тени окружили её, крылья вырвались из её спины, разорвав кофту. Осталась только фиолетовая майка со специальными прорезями. Ей было плевать на испорченные тряпки. Пора преподать зазнавшейся фейри урок.
– О, кровососка хочет поиграть, – ядовито протянула Валентина. Пламя вспыхнуло над её вытянутой рукой. – Ну давай посмотрим, как ты справишься с огнём.
Несмотря на колотящееся сердце, Бринли оставалась неподвижна. Она отказывалась поддаваться на провокации.
– Хочешь драться? Ну давай. Мало не покажется.
Она могла бы дать выход всем своим эмоциям, которые старательно подавляла.
Валентина вскинула безупречно очерченную бровь, глядя на Бринли сверху вниз.
– Должен же кто-то поставить тебя на место, пиявка.
Остальные девушки попятились от них, ахая и матерясь. Напряжение сгустилось в воздухе, едва ли не потрескивая.
Бринли уже не впервой вступать в схватку. Ещё когда ей было десять лет, она набросилась на Диану Лоран на детской площадке после школы, после того как узнала, что та задирает младшую сестру Бринли, Серай.
Злой директор пригрозил отчислить их обеих, но Бринли было всё равно. Она своего добилась. В тот день Диана вернулась домой с синяками под глазами и больше ни разу не лезла к Серай.
Пора и Валентине узнать, что с Бринли лучше не связываться.
Вампирша уже была готова направить свои тени на фейри огня, как вдруг Хейли закричала во все лёгкие:
– Стойте!
Этот крик прозвучал настолько неожиданно, что на секунду показалось, будто время остановилось.
Бринли и Валентина одновременно развернулись к эльфийке судьбы.
– Какого чёрта? – одновременно спросили они.
– Здесь нельзя драться. – Хейли взяла Бринли за руку и потянула в сторону двери. – Вас выгонят из Отбора. Этого вы хотите?
Глаза Бринли распахнулись. Она развернулась к эльфийке.
Валентина же продолжала стоять с пламенем наготове.
– Пусть только попробуют, – угрожающе произнесла она, – мама этого не допустит. Я могу делать всё, что хочу.
Скривив губы, Бринли зарычала. В этом-то всё и дело!
– Ты мерзкая, наглая…
С удивительной силой Хейли дёрнула Бринли за руку, выводя из зала, и захлопнула за ними дверь.
Её глаза сверкали серебром. Она выглядела непоколебимой.
– Райкер искал тебя сегодня, – прошипела она. – Териан говорит, что он постоянно всех спрашивает о тебе. Думай о нём, а не об этой богатой сучке.
Бринли сделала глубокий вдох чересчур сдавленными лёгкими. Завитки теней окружали её ладони. Ноздри трепетали. Она пыталась думать о Райкере, как советовала Хейли, но не могла выкинуть из головы злую усмешку Валентины.
– Она ужасна.
– Да, – согласилась Хейли. – Но она права.
– Что?
Вот что-что, а этого Бринли не ожидала услышать. Слова Хейли застали её врасплох.
Эльфийка захлопала крыльями.
– Её, скорее всего, не выгонят, а вот тебе – запросто. Ты была выбрана из народа, как и я. Ты же понимаешь, что мы не такие, как они.
Когда до Бринли дошёл смысл этих слов, ноги как будто залило цементом. Её подруга права. Бринли должна сохранять холодный рассудок. Сосредоточиться на Райкере и не отвлекаться на других. Ей нельзя драться с Валентиной, как бы та ни напрашивалась. Бринли нельзя покидать Отбор, ведь второго такого шанса может не быть.
Закрыв глаза, Бринли сделала глубокий вдох. Она сосредоточилась на ритмичных ударах сердца, успокаиваясь. Когда желание перегрызть горло Валентине перестало быть таким непреодолимым, Бринли выдохнула.
Отозвав крылья и тени, она открыла глаза.
– Спасибо, Хейли.
И не оглядываясь назад, Бринли, воспользовавшись тенями, поспешила уйти как можно дальше от фейри огня.
Кромешная тьма поглотила её. На секунду в её груди воцарились спокойствие и умиротворение.
В своей комнате Бринли приняла душ, смывая остатки воинственного запала. Она здесь не ради Валентины.
Возмездие близко, она уже чувствует это.