Где-то посреди размышлений Бринли о том, насколько плохо будет скользнуть в Пустошь, чтобы не видеть больше эту утомительную церемонию, как вдруг монотонную речь канцлера прервал женский визг. Можно ли винить Бринли за то, что она на секунду даже обрадовалась этой возможности переключиться с выслушивания истории Отбора на что-то более интересное?
Едва церемония началась, как Бринли уже с нетерпением ждала её окончания. Мало того, что речь была безумно скучной, так ещё и всех девушек одели в чёрные платья без бретелей. А десятисантиметровые каблуки так и вовсе были созданы как орудия пытки. Бринли мечтала поскорее их снять.
Второй крик раздался вскоре после первого.
Бринли запрокинула голову и сощурила глаза в поисках источника звука. Тени пульсировали внутри неё, и Бринли, сжимая пальцы в кулаки, позволила им соскользнуть с неё. Чёртова завеса посреди зала, которая, по задумке, не позволяла им увидеть мужчин, на деле увидеть что-либо вообще.
Вон там!
В дальней части зала, у самого выхода, лежала на полу зрительница. Даже сквозь завесу Бринли разглядела её распростёртую фигуру.
Ноздри вампирши затрепетали, сердцебиение ускорилось.
Кровь.
Она узнала бы этот запах где угодно. Это её жизнь, как-никак. Источник её бессмертия. Кровь для неё – это всё.
В их нише прозвучало рычание, и Бринли не сразу сообразило, что оно доносилось из её собственной груди. Она опустила глаза в пол, пытаясь справиться с инстинктами.
Часть её – дикий, смертоносный, беспощадный монстр, созданный, чтобы убивать, – хотела перепрыгнуть через перила. Бринли бы вызвала крылья и спокойно опустилась вниз. Но другая часть – рациональная, разумная – помнила, что она пришла сюда не пировать. И эта часть говорила ей, что нужно уходить, пока из-за какой-то глупости вся миссия не оказалась под угрозой.
Женщины вокруг вопили. Бринли готова была поклясться, что даже слышала плач. Но все их голоса превратились в фоновый шум.
Бринли боролась с противоречивыми желаниями. В этом она не отличается от других вампиров: кровь – это и её сила, и слабость одновременно. Проклятье и благословение. То, что даёт ей жизнь, и пульсирующая нескончаемая нужда.
Клыки царапнули язык. Бринли не могла оторвать глаз от всё увеличивающейся багровой лужи на полу. Так близко… Всего два, максимум три этажа. Никто и глазом моргнуть не успеет, как Бринли окажется внизу. Тени защитят её, пока она утоляет жажду. Она могла бы…
– Леди! – крикнул охранник, его зычный голос выдернул Бринли из раздумий.
Она заставила себя оторвать взгляд от тела и развернулась к солдату.
– Следуйте за мной, – приказал он. – Мне велено немедленно вернуть вас в Багровый зал.
Вздох облегчения сорвался с губ Бринли, когда она двинулась к стражнику. Каждый шаг уводил её всё дальше от багряного искушения.
Ещё три охранника ждали в коридоре. Двое шли впереди, указывая девушкам путь, двое замыкали.
Хищная сторона Бринли пробудилась от запаха крови, и теперь она не унималась. Кружила, извивалась, точно тени в её венах, готовилась напасть.
Бринли вздрогнула, когда кто-то коснулся её руки.
– Что происходит? – спросила Хейли дрожащим голосом, обняв себя руками. Её бледные крылышки подрагивали за спиной.
У Бринли сжались внутренности при звуке голоса эльфийки удачи. Хейли звучала почти как…
Нет.
Бринли запретила себе об этом думать. Она не может позволить воспоминаниям взять над ней верх. Она должна сохранять бдительность.
Но всё же она могла сжалиться над Хейли и постараться защитить её. Эльфийка удачи казалась слишком хрупкой для этого мира. Окружающие их жестокость и несправедливость могут сломить её.
Бринли наклонилась.
– Точно не знаю, – шепнула она. – Рискну предположить, что в кого-то стреляли.
Это было самое логичное объяснение такому количеству крови. Даже когда они ушли достаточно далеко, чтобы не чувствовать запаха, клыки Бринли всё ещё горели. Ей нужно будет утолить жажду, причём довольно скоро.
В прошлом, когда королевством Элейтой правили вампиры, дети Исваны часто заводили себе кормушки. Они могли пить кровь из вены когда хотели. Сейчас же подобное поведение осуждается. Теперь необходимую для выживания жидкость вампиры получают через банк крови.
За определённую плату, разумеется.
Платить за кровь считалось более «гуманным», чем кусать. Если уж на то пошло, Бринли ни разу никого не кусала. И она была убеждена, что все эти банки крови – это лишь один из способов обуздать вампиров, придуманный Делегатами.
Когда дети луны пьют кровь не из вены, их силы значительно уменьшаются. Да, такие дары, как крылья и тени, от этого не страдают, но Джелизетт часто рассказывала своему потомку, что в былые времена у вампиров были и другие дары. Один из их кровавых предков мог даже читать мысли. Бринли ни разу не встречала Эстрейю де ла Поинт, но была наслышана о её невероятных способностях.
Эстрейя, как и многие вампиры, жившие в Четырёх Королевствах, добровольно погрузилась в глубокий сон, когда основали Республику. Существует много легенд о древних вампирах, которые устали от жизни и мечтали обрести покой. Их местонахождение держится в строжайшем секрете, известном только избранным.
Хейли ахнула, и несколько девушек оглянулись в её сторону.
– Стреляли?
Паника вспыхнула в глазах эльфийки удачи, и Хейли споткнулась на ровном месте.
Бринли поймала её за руку и помогла вернуть равновесие, не дав эльфийке упасть.
– Не привлекай внимания, – предупредила вампирша.
Бринли, как никто другой, знала, что скрываться и оставаться в тени – лучший способ добиваться своих целей. Она не хотела давать повода кому-либо пристально наблюдать за ней.
– О боги, – простонала эльфийка удачи. – Я думала, это безопасное место. – Хейли заламывала руки, её голос был полон тревоги. – Никогда бы не подумала, что начнётся стрельба!
Не привлекать внимание, называется. К концу своей фразы Хейли уже буквально кричала.
Валентина появилась из ниоткуда.
– Разве ты не эльфийка судьбы? – оскалилась она. – Ты должна была это предвидеть.
Хейли как будто пыталась сжаться, стать меньше.
– Это не… Это не так работает… – Её крылья затрепетали. Она была белее мела. – Я не могу… мы не знаем все пути судьбы…
– Оставь её в покое, – рявкнула Бринли. – Не видишь, она в шоке.
Не все так привычны к смерти, как Бринли. Хейли, очевидно, не знала, какой ужасной бывает жизнь. В какой-то мере ей повезло.
Наивность Бринли утонула вместе с её семьёй.
Бестактная фейри сморщила нос.
– О, всё с вами понятно. Эльфийка судьбы нашла себе клыкастую защитницу. Два изгоя прибились друг к другу. Кровососка и плебейка.
– Отвали, – огрызнулась Бринли, притянув Хейли ближе к себе. Эльфийка дрожала и жадно хватала ртом воздух. – Найди себе другую жертву.
Сиреневые глаза Валентины распахнулись. Она оскалилась.
– Ты мерзкая кровопийца. Да ты хоть знаешь, кто я?
Бринли вскинула бровь и надменно ответила:
– Для меня ты просто говорящий ужин.
Совершенно отвратительный ужин. Её кровь на вкус наверняка похожа на помои. Но Бринли уже было плевать. Она не знала, к какому виду фейри относится Валентина, унаследовала ли она стихию матери или отца, кем бы он ни были, но прямо сейчас ей уже было всё равно. Её самоконтроль висел на волоске.
Валентине не стоило провоцировать вампиршу, которая и так уже распалена запахом крови.
Бринли отпустила Хейли. Эльфийка пошатнулась. Из вампирши вырвался низкий рык. Краем сознания Бринли отметила, что остальные девушки попятились от неё.
Охранников нигде не было видно.
Дочка канцлера не сдвинулась с места. Она ухмылялась, словно знала секрет, никому больше не известный.
– Ты реально понятия не имеешь, кто я, да?
Глаза Валентины грозно сверкнули, и Бринли поняла, что лучше отступить, но не смогла удержаться:
– Помимо того, что ты сука? – выпалила Бринли, окружив себя тенями. – Нет.
Валентина выставила вперёд руку ладонью вверх. Над ней вспыхнул огонёк.
Бринли инстинктивно отшатнулась.
Ну конечно, блин, Валенина была чёртовой фейри огня. Почему бы и нет? Худший из возможных сценариев. В кои-то веки Бринли думала, что удача повернулась к ней лицом. Попасть на Отбор, где одна из конкуренток могла убить её одним движением руки, было очень злой шуткой.
Вампиры в целом были бессмертны, но три орудия могли причинить им серьёзный вред и даже лишить жизни: серебро, деревянные колья и огонь. До изобретения электричества вампиры освещали свои дома магией эльфов света, лишь бы не иметь дела с огнём.
Бринли очень хотела оставаться сильной, но всё же дрогнула при виде маленького жёлтого огонёчка. Она злилась на себя за то, что желудок свернулся в узел, и кровь в венах застыла.
Она вампир, истинная бессмертная, которая никогда не угаснет, но крошечный огонёк пробудил в ней глубинные страхи.
И что сделала Валентина? Её ужасные алые губы изогнулись в противной усмешке. Она засмеялась, и этот звук был похож на то, как если бы кто-то провёл когтями по доске для мела.
В эту самую минуту фейри огня окончательно закрепилась на вершине списка будущих жертв Бринли.
– Уже не такая смелая, да? – скалилась Валентина, подходя ближе к Бринли.
Огонёк вырос, он уже был сантиметров тридцать в высоту.
Бринли попятилась и врезалась в стену. Она не сводила глаз с пламени. Пошевелив пальцами, она призвала ещё больше теней.
Она была готова вступить в бой.
Если до этого дойдёт, Бринли сделает всё, чтобы выжить, даже убьёт дочку канцлера. Она понимала, что последствия будут не очень приятными… Да что там, в лучшем случае она проведёт остаток своей бессмертной жизни в тюремной камере с прохиберисом! Но прямо сейчас угроза смерти пугала сильнее. Рациональность отошла на второй план.
– Леди! – закричала наставница Лилит, внезапно появившаяся в поле зрения. – Немедленно прекратите!
Долгая пауза, после которой Валентина всё же хмыкнула. Погасила пламя и расправила плечи.
– Вам не о чем беспокоиться, наставница, – произнесла фейри огня приторно-сладким голосочком. – Я просто показывала своей новой подруге, что я умею.
Кипящая лава растопила лёд в венах Бринли.
– Мы не подруги, – прорычала она. – Я никогда не буду с тобой дружить.
Фейри просто пожала плечами и направилась в Багровый зал, как будто вовсе не она только что угрожала Бринли огнём.
Наставница Лилит посмотрела на Бринли и, нахмурившись, покачала головой.
– Не ведись на её провокации, милая. Будет только хуже.
Бринли знала, что надо что-то ответить – её воспитывали с пониманием важности хороших манер, особенно при общении со старшими, – но в этот момент она с трудом держала себя в руках. Опустив голову, она прошла за Валентиной в Багровый зал.
Остальные девушки уже обсуждали стрельбу, но Бринли, не обращая на них внимания, направилась прямиком к бару.
Эльф смерти, протиравший стол, поднял глаза на подошедшую Бринли.
– Слушаю, мисс.
– Кровь, пожалуйста, – прохрипела Бринли, вцепившись в край рубиновой барной стойки.
Слава Исване, эльфу хватило одного взгляда, чтобы всё понять. Тяжело сглотнув, он нырнул за стойку и достал два пакета с кровью.
– Вам подогреть?
У Бринли не было времени ждать.
– Не надо, – ответила она. – Пожалуйста, быстрее.
Бармен кивнул и разрезал пакеты, налил багровую жидкость в кубок и протянул Бринли.
– Держите, мисс.
Бринли схватила кубок и сделала большой глоток. Кровь попала в желудок, немного снизив острый голод.
– Спасибо, – выдохнула вампирша.
Бармен кивнул. Бринли же выпила всё до дна. Как только она утолила жажду, злость поутихла. Жжение в клыках прекратилось. И хотя желание преподать Валентине урок никуда не делось, рациональная сторона Бринли снова взяла контроль над мыслями.
– Можно ещё, пожалуйста? – спросила она.
Эльф кивнул и потянулся за ещё одним пакетом. В этот момент открылась дверь. Бринли увидела через плечо, как вошла наставница Лилит с двумя охранниками. Оба были высокими, широкоплечими, мускулистыми, с пугающими пистолетами в кобуре на бёдрах. Похожие карие глаза обоих скользили по залу, и Бринли могла бы поставить немалую сумму на то, что они братья.
– Прошу. – Бармен подал кубок Бринли.
Наставница Лилит опустилась на один из красных диванчиков, сложив руки на колени.
– Как вы наверняка уже знаете, Церемония Открытия прошла не совсем по плату.
– Да ладно! – съязвила одна из девушек.
Бринли не увидела, кто именно.
– Что произошло? – задала волнующий всех вопрос Эсме, приобнимавшая одной рукой Хейли.
Наставница вздохнула и подала знак одному из охранников. Тот сделал шаг вперёд.
– Харпер вам всё объяснит.
Солдат прочистил горло.
– Сегодня утром нам поступила информация о возможном нападении на канцлера.
По залу пронеслись ахи и вздохи.
– Что? – воскликнул кто-то.
– Кто бы на такое пошёл?
Валентина побледнела, и на секунду Бринли даже посочувствовала ей. Услышать, что кто-то хочет убить твою мать, не очень приятно. Но затем Бринли вспомнила, как фейри огня угрожала убить её, и сочувствие вмиг рассеялось, как утренний туман.
Если канцлер Роуз была хотя бы наполовину такой же стервой, как её дочурка, то даже странно, что её так долго терпели. Бринли лучше многих понимала, что в Республике Равновесия о безопасной жизни можно лишь мечтать.
– Вам нечего бояться, – спокойно добавил Харпер.
– Нечего? – переспросила Хейли. – Кого-то застрелили!
Бринли не ожидала услышать такую силу в голосе эльфийки судьбы, учитывая, что ещё несколько минут назад Хейли была на грани обморока. Но Бринли была только рада увидеть, что её подруга готова постоять за себя. Возможно, Хейли всё-таки хватит сил выжить в этом холодном, жестоком мире.
– Уверяю вас: мы обучены справляться с любыми угрозами, – ответил Харпер. – Застреленная была мятежницей. Больше проблем она не доставит.
Подтекст был очевиден: мятежница мертва, а мёртвые женщины не приносят проблем.
Хладнокровно. Чётко по делу. Джелизетт бы одобрила.
– Ввиду сложившихся обстоятельств Церемония Открытия завершена. – Наставница Лилит указала на охранников. – Начиная с этого дня в Зале Выбора будет усилена охрана.
– Причин для беспокойства нет, – добавил Харпер. – Это просто мера предосторожности, не более того.
Кто-то в углу поднял руку.
– Да, Каллиопа? – кивнула наставница Лилит.
– А что будет с Отбором?
Каллиопа сидела на краешке красного дивана, прокручивая зелёные нити магии меж пальцев. Чёрные волосы эльфийки земли, ранее собранные в пучок, растрепались по пути в зал, и несколько прядей теперь обрамляли лицо.
Бринли напряглась. Ей даже в голову не пришло, что этот террористический акт может привести к отмене Отбора. Она ведь ещё даже не встретила Райкера. Она не может отложить месть ещё на десять лет.
Для некоторых вампиров десять лет – это совсем немного, но Бринли ещё достаточно молода, и для неё десять лет – это целая жизнь. Если Отбор сейчас завершат, капитан вернётся в своё убежище, а что делать Бринли?
Крутя в пальцах подвеску, Бринли заставила себя дышать ровно. Не ради получения кислорода, поскольку вампирам не очень-то нужен воздух для жизни, но для успокоения.
Отбор не могут завершить досрочно. Просто не могут.
Воспоминания замелькали перед глазами Бринли. Сердце забилось быстрее. Живот свело. Внезапные вспышки молний и дождь как из ведра вырвались из дальнего закутка её памяти. Бринли тут же затолкала их обратно.
Эти несколько секунд ощущались как несколько часов. Но в итоге Лилит улыбнулась.
– Отбор продолжится, как и планировалась. Канцлер Роуз убеждена, что отменить Отбор значит пойти на поводу у мятежников, которые именно этого и добивались.
Ноги Бринли затряслись от облегчения.
– И нам ничего угрожает? – уточнила Хейли.
– Абсолютно, – ответила наставница. – За всю историю Отборов не было ни единого прецедента, когда кто-то из участников был ранен или погиб. Этот Отбор не станет исключением.
Каллиопа задала ещё какой-то вопрос, но Бринли её не услышала. Всё её тело обмякло после внезапного облегчения, и она едва доплела до свободного места на диванчике рядом с Эсме.
Эльфийка света взглянула на неё, вопросительно изогнув идеальную бровь. Бринли в ответ покачала головой.
– Я в порядке, – пробормотала она.
И будет, что бы ни случилось. К чёрту мятежников, Бринли де ла Поинт не покинет Зал Выбора без кольца на пальце.