Они, пошатываясь от усталости, подошли к маленькому городку группами по двое ещё до восхода солнца. Эйра и Каллен шли первыми. За ними следовали Элис с Йонлином. Оливин шёл последним с Дюко на плече.
Эйра положила руку на локоть Каллена, когда они проходили под навесом, нависавшим над дорогой на окраине города. Как и в деревушке, которую они видели по пути к шахтам несколько месяцев назад, здесь были две вертикальные колонны с перекладиной сверху. В отличие от города, здесь никто не висел повешенным. Хотелось надеяться, что к их отъезду всё так и останется.
У входа не было рыцарей, но Эйра понимала, что это не значит, что за входом никто не наблюдает. Она осмотрела крыши и окна, выискивая признаки того, что кто-то пристально следит за происходящим. Но большинство зданий были закрыты на ночь. Лишь в нескольких окнах мерцал свет свечей тех, кто встал пораньше.
Здания были построены из цельных каменных плит, покрытых крошечными пятнами лишайника, похожими на старческие пятна на щеках старика. Выветренные резные узоры по углам свидетельствовали обо всём, что происходило на улицах внизу. Конструкция была немного похожа на здания в Квинте — магия явно повлияла на то, что некоторые камни были установлены под углом, которого невозможно добиться традиционными методами строительства. Но, в отличие от Квинта, Эйра заметила множество рун, вырезанных на стенах и дверях. Выгравированные как защитные талисманы… или как символы смерти.
Над головой развевались красно-золотые вымпелы. На каждом из них был изображён герб Карсовии: змея, свернувшаяся в кольцо, почти как восьмёрка, в бесконечность. Сияющие нити поблёскивали в первых лучах бледного рассвета, словно тысячи глаз, подмигивающих им — наблюдающих за ними.
— Их… много, — пробормотал Каллен, отмечая гнетущую атмосферу, но не желая говорить об этом прямо.
— Как ты думаешь, Солярис так же ощущался бы другими? — прошептала Эйра, придвигаясь к нему, чтобы говорить как можно тише. — У нас тоже есть наши флаги с пылающим солнцем империи.
Каллен промычал.
— Возможно.
Эйра задумалась, будет ли ей так же тяжело, когда… если она вернётся. Она и так была там не к месту. Девушка, которой она стала теперь, наверняка будет чувствовать себя ещё более чужой. Она сказала родителям, что вернётся, когда сможет. Но даже спустя несколько дней после этого разговора ей казалось, что она солгала.
— Но я думаю, что патриотизм по собственному желанию — это не то же самое, что… что бы это ни было, — пробормотал Каллен.
Что значит «по собственному желанию», когда речь идёт о патриотизме? Можно ли сказать, что он укореняется с первого вздоха? Она хотела спросить, но не стала. Сейчас было не время и не место для таких споров. Грань между гордостью и бездумным подчинением стиралась достаточно быстро, особенно когда правда хранилась под замком и на острие меча.
В самом сердце города располагалось большое, похожее на правительственное, здание. Перед ним вдоль приподнятой дорожки, окружавшей его, стояли ряды рыцарей. Единственным входом и выходом была единственная лестница. Его высокие стены были укреплены лучше, чем у других зданий.
На площади перед замком был разбит рынок, что дало Эйре и Каллену возможность почти час незаметно наблюдать за рыцарями, пока те слонялись без дела. Большинство рыцарей смотрели на горожан равнодушными, отстранёнными взглядами.
— Туда никто не входит, не выходит, — прошептала Эйра, опасаясь, что они просто тратят время впустую. — Нам придётся пойти другим путем.
— Я могу отвлечь их, — предложил он. — Отвлечь рыцарей. Ты создашь иллюзию, и мы проскользнём внутрь.
Это был немного сумбурный план, но он был лучше, чем альтернатива — продолжать блуждать.
— Сюда. — Эйра провела их через рынок в укромную нишу. Оглядевшись, она убедилась, что никто не обращает на них внимания, и наложила на них иллюзию. Тонкий слой магии покрыл их, словно иней, сверкая на плечах. Эйра плотно сплела магию, удерживая её рядом. — Готово.
Каллен закрыл глаза, и Эйра почувствовала прилив его силы. В ответ на это по городу пронёсся ураган. Он превратил палатки на рынке в паруса и перевернул их. Товары разлетелись в разные стороны. Пыль с полей и улиц попала людям в глаза. Поднялись крики и шум, люди бросились собирать вещи.
Ещё один всплеск силы. Один мужчина отлетел и врезался в другого. Каллен повторил процесс, сбив с ног ещё одного или двух.
Третий возымел желаемый эффект.
Мужчина, на которого чуть не упали, с криком вскочил. Ситуация быстро накалялась. Начался хаос.
Эйра воспользовалась шансом и двинулась одновременно с рыцарями. Крепко сжимая руку Каллена, она побежала вдоль домов, выстроившихся вдоль площади. Оглянувшись, Эйра встретилась взглядом с Калленом. Его лицо окружало мерцающее марево — единственное свидетельство иллюзии, которую она создала вокруг него.
— Ветер нам в ноги, — сказала Эйра, не слишком беспокоясь о том, кто может её услышать. На рынке и так было достаточно шумно. Вероятность того, что кто-то услышит и определит источник звука, была невелика.
Каллен в ответ кивнул, переключив внимание на здание перед ними. Эйра направилась в дальний угол, а не к главной лестнице у входа. Рыцари в центре первыми отреагировали на начавшуюся драку, остальные спустились ниже.
У стены Эйра подпрыгнула, и порыв ветра поднял её вверх. Желудок подскочил к горлу, а от невесомости закружилась голова. Она резко вдохнула, и в голове промелькнула шальная мысль о том, каково это — парить свободно, как птица. Вопрос для Каллена, когда-нибудь в будущем.
Они мягко приземлились на каменную дорожку, ближайший рыцарь был в нескольких шагах впереди.
Эйра продолжала идти, теперь уже медленнее, стараясь, чтобы их шаги не выдавали их. Её лёгкие горели, пока она боролась с учащённым дыханием, заставляя себя дышать медленно и поверхностно, даже когда от этого кружилась голова.
«Откройте двери», — молило её сердце, «откройте двери», — хотелось ей закричать. Они не видели окон. Это был единственный вход и выход, и они ещё не застали смены рыцарей. Насколько она знала, рыцари даже не выходили из этого центрального здания, когда сменялись.
Без предупреждения двери распахнулись. Эйра резко затормозила, врезавшись в стену вместе с Калленом. Группа рыцарей окружила мужчину в центре, который держал в руках файер-вспышку.
Над городом прогремел взрыв, когда он провёл пальцем по спусковому механизму.
— Быстро навели порядок! — прогремел он на всю площадь.
Сердце Эйры застучало в унисон с файер-вспышкой. Холодный пот покрыл её с головы до ног, каждая мышца в теле напряглась. С каждым морганием она оказывалась то на дорожке, то снова в шахтах. От серного запаха вспышки в сочетании с шипением магии на её коже её затошнило.
«Покончи с ним. Отомсти», — шептал голос. Эйра не знала, кому он принадлежал. Ульварту? Ноэль? Ей самой?
Сжатие пальцев Калленом вернуло Эйру в настоящее. Она повернулась к нему, когда он пристально смотрел на неё. Они обменялись тысячей невысказанных слов. Он видел, как она боролась. Он знал. Как и они оба знали, что сейчас не время поддаваться призракам или самым кровожадным порывам.
Зайди. Выйди. Сохрани всех. Выполни миссию и стань сильнее. Эйра напомнила себе, что только это и имеет значение.
Обогнув группу рыцарей, окруживших главного, они проскользнули во вход и оказались в пустом зале, отделанном мрамором. По обеим сторонам от них были четыре двери, две в задней части зала. В центре роскошного помещения стояла скульптура вечного змея Карсовии, полностью отлитая из золота и зловеще сверкавшая в лучах солнечного света, проникавших через световой люк наверху.
В остальном в зале никого не было, в том числе и людей. Но она сомневалась, что так будет долго. Суматоха на рынке уляжется всего через несколько минут.
— Куда? — выдохнул Каллен. Должно быть, он думал о том же, о чём и она.
— Чувствуешь что-нибудь в потоках воздуха? Сырость, которая может исходить из подземелий? — поспешно спросила Эйра, увлекая его за собой.
Каллен стоял в центре комнаты, закрыв глаза. Эйра ждала, не сводя глаз с дверей. Она не слышала, что говорили людям на рынке, но шум стих.
— Туда. — Каллен указал на одну из боковых дверей в дальнем углу. Не теряя времени, она подвела его к двери и прижала руку к замку.
Когда лёд заполнил его, надавив на внутренние механизмы, он сформировал кольцо с ключами, которое легло на её протянутую ладонь. Дверь распахнулась, и они проскользнули внутрь, закрыв её за собой. Судя по голосам и шагам, которые они услышали, они не опоздали ни на секунду.
Их ждал лабиринт коридоров, соединявших различные комнаты, которые были так тесно прижаты друг к другу, что толщина стен едва ли превышала толщину камня. Каллен шёл впереди. Ему не нужно было ничего говорить или спрашивать, он знал, в какую сторону она хочет пойти. Он знал, что ей от него нужно.
Без предупреждения он затащил её в нишу, образованную дверью. Эйра врезалась в него от неожиданности. Этого было недостаточно, чтобы её магия дрогнула, но этого было достаточно, чтобы отвлечь её, особенно когда его руки легли ей на бёдра, притягивая ближе — защищая.
Они вдыхали и выдыхали вместе, их взгляды были прикованы друг к другу, тела пылали.
Пара рыцарей прошла через поперечный коридор, не обратив внимания на них двоих. Отчасти благодаря иллюзии Эйры и сообразительности Каллена. Но она была сосредоточена только на нём. Секунду, которая, казалось, длилась целую вечность, они не двигались. Они не отстранялись. Были только они.
Уголок его губ слегка приподнялся в улыбке, будто он тоже не мог поверить в мысль, которая пришла ему в голову, прежде чем её озвучил.
— Ты помнишь испытания? — прошептал Каллен так тихо, что Эйра могла поклясться, что услышала его мысли. — Когда я вот так отвёл тебя в сторону? Когда я впервые поцеловал тебя?
— Я никогда этого не забуду. — Она не смогла бы, даже если бы захотела. Несмотря ни на что, он был частью её. Он был запечатлён на её губах, в её сердце, в её теле. Пятно — позолота. Стыд за всё, что она должна была сделать лучше, и гордость за то, чего они достигли. — Мне…
— Тебе? — выдохнул он.
Она понимала, что время уходит впустую. Что у них нет лишних драгоценных секунд. И всё же… Эйра наклонилась вперёд.
— Мне это понравилось, — призналась она больше себе, чем ему.
— Я бы никогда не сказал, что это так, если бы ты тогда спросила, — согласился он. Его большой палец провёл по её нижней губе. Когда он начал держать её за лицо? — Но когда я поцеловал тебя… я понял, что…
Эйра прервала его, крепко прижав губы к его губам. Рука Каллена зарылась в её волосы, ногти оцарапали кожу головы. Это длилось несколько секунд. Ничего особенного. Достаточно быстро, чтобы забыть об этом на вдохе.
И всё же, если это было не более чем дыхание, то это было первое дыхание весны. Первое дыхание воздуха после слишком долгого пребывания под водой. Когда она открыла глаза, то встретилась с ним взглядом, и тысяча вопросов пронеслась в её голове.
— Я знал, что с первого же поцелуя мне будет легче отрезать себе руку, чем вычеркнуть тебя из нашей жизни, — закончил он свою предыдущую фразу, и её сердце пропустило удар. Затем Каллен сказал очевидное. — Нам нужно идти. Я не чувствую никого рядом.
Эйра задумалась, не по этой ли причине он медлил или просто наслаждался этими моментами, как и она. В любом случае, их короткая передышка закончилась. Кивнув, они продолжили путь. Их шанс был упущен, и каждая секунда была на счету. Здесь и сейчас не было времени на поцелуи, как бы ей этого ни хотелось.
Он остановился у подножия лестницы.
— Думаю, это самая низкая точка, здесь воздух самый неподвижный. Но это значит, что я больше не могу найти для нас путь вперёд.
— Я разберусь с этим. — Эйра закрыла глаза и сосредоточилась с помощью магии, не прерывая других заклинаний, которые она одновременно использовала. Она напрягла свои магические уши, отсеивая всё, кроме ужаса, чтобы найти упоминание одного-единственного имени: Аллана. Эйра открыла глаза и решительно зашагала прочь. — Туда.
После ещё двух случаев, когда они едва избежали столкновения с патрулирующими рыцарями, они добрались до ряда камер. Найти Аллану было нетрудно благодаря эхо. Она находилась в дальней камере, замок которой был окружён толстой цепью, покрытой рунами, будто они ожидали, что она попытается сбежать, даже, несмотря, на связанные руки.
Мерцающий свет факелов плясал на железных прутьях, едва достигая женщины, сгорбившейся в дальнем углу камеры. Она была едва различима. На неё падали длинные тени.
И всё же, несмотря на их отточенные движения, несмотря на то, что Эйра искусно создала иллюзию, и на кандалы, сковывавшие запястья Алланы… она подняла голову. Карие глаза пронзили тьму и встретились с глазами Эйры, и её охватило знакомое ощущение, что за ней наблюдают. Эйра узнала эту женщину. Она видела её раньше, но лишь на мгновение, которое было омрачено пламенем того дня.
— Ну, здравствуй, — прошептала Аллана низким, медленным, зловещим голосом. На её губах появилась змеиная улыбка. — Давно не виделись, воплощение Аделы.