Адела даже не успела еще уйти, а Ноэль уже обиженно смотрела на Дюко. Ее руки были сжаты в кулаки и дрожали. Эйра подозревала, что это было не столько от страха или холода… сколько от боли и ярости.
Несмотря на то, что Дюко не мог точно разглядеть выражение ее лица, он, должно быть, почувствовал перемену в ней. Или он просто был достаточно сообразителен, чтобы понять, что только что произошло: предательство, которое Ноэль, без сомнения, ощущала в этот момент.
Дюко шагнул вперед и мягко сказал:
— Я могу показать тебе твои новые покои.
— Не прикасайся ко мне. — Ноэль дернулась от его прикосновения, когда он попытался положить руку ей на поясницу.
— Ноэль…
— Ты даже не попытался защитить меня или поддержать.
— Она мой капитан и это ее корабль, я должен поступать так, как она желает. — Голос Дюко слегка понизился. — И она мне как мать. Я знал, что она не причинит тебе вреда.
— Это не то, что она только что сказала, — прошипела в ответ Ноэль, указывая на спину Аделы.
Эйра не сомневалась, что королева пиратов все слышит. И даже если это было не так, то половина команды наблюдала за происходящим с большим интересом. Без сомнения, они потом доложат ей. Не то, чтобы Ноэль, казалось, это волновало. Она никогда особо не заботилась о конфиденциальности в личных делах.
— Если бы она хотела причинить тебе боль, она бы уже сделала это. — Дюко попытался схватить ее за руку.
Ноэль не принимала его доводы.
— Фен, — выбрала она его из группы, — не мог бы ты, пожалуйста, показать нам наши гамаки?
Фен издал звук нерешительности, но, в конце концов, сказал:
— Конечно, почему бы и нет.
— Чего вы тут уши греете? — Пайн отходил с другими по приказу Аделы, но теперь вернулся. — Вы слышали приказ капитана. Расходимся.
Пираты бросились врассыпную. Палубы внезапно наполнились энергией. Загремел такелаж. Послышались слаженные действия команды.
Эйра подошла к Дюко, когда остальные последовали за Феном на нос корабля. Он продолжал стоять неподвижно, опустив плечи. Она легонько положила руку ему на спину, и он дернулся.
— Она одумается, — тихо сказала Эйра. – У нее бывает.
— Я знаю, что бывает. — Дюко вздохнул. Эйра чувствовала пульсацию его магии под своей ладонью. Магия растягивалась, и казалось, пыталась дотянуться до удаляющейся от него девушки. — Но я бы хотел, чтобы она больше мне доверяла.
— Она…
— Если бы это было так, она бы не стала сомневаться во мне. Она бы поверила, что я в состоянии обеспечить ее безопасность. — В его тоне не было злости, просто обида.
Обе стороны уравнения были перед Эйрой как на ладони. Со стороны все казалось понятнее. Она видела, что Дюко оказался зажатым между единственной семьей, которую он когда-либо знал, включая капитана, которой он поклялся в верности… и девушкой, в которую он влюбился. В тоже время она отлично понимала Ноэль и желала, чтобы его любви было достаточно, чтобы восстать против всего и постоять за нее, несмотря ни на что. Эйра перевела взгляд, ненадолго остановившись на спине Каллена. Она судорожно сглотнула.
— Не то чтобы она сомневается в тебе, просто… — Эйра замолчала, подыскивая слова.
Дюко не собирался ждать, пока она их найдет.
— Неважно, что она говорит. Ее действия полны сомнений и недоверия. — Дюко поправил тяжелую на вид сумку, которую нес на плече. — В любом случае, нам не стоит задерживаться. Давай я отведу тебя на нижнюю палубу.
Когда они направлялись к трапу на носу судна, глухая пульсация магии заставила Эйру споткнуться. Она обернулась, ища источник, но ее взгляд проследил за направлением, в котором двигалась магия — ввысь.
В облаках образовался просвет. Небо расступилось, завеса дождя окутала лодку и унеслась прочь. Эйра моргнула, глядя на звездное небо. Очередной импульс магии привлек ее к ближайшим перилам. Море бурлило под ними, пространство наполнял тяжелый лязг якорной цепи. Маленький завиток возник под лодкой, на которой они покинули Офок, засасывая ее под темные волны.
— Лодка…
— Адела всегда может раздобыть другую лодку, — объяснил Дюко. — Для нее опаснее иметь вещи, которые могут привязать ее к определенному месту и времени.
— Понятно. – «Раздобыть другую лодку». — Слова засели в голове Эйры. Несмотря на то, что они не сидели на месте, она постоянно думала о том, что произойдет дальше с ней и ее друзьями.
Лаветт и Варрену нужно было вернуться в республику Квинт. Ей нужно было вернуться в Меру… надеясь, что у нее будет возможность покончить с Ульвартом раз и навсегда. За время, проведенное с Аделой, в подсознании Эйры зарождались идеи о том, как она могла бы использовать магию, чтобы покончить с ним. Элис, Ноэль и Каллен могут сами выбрать свои дальнейшие шаги, а Эйре надо найти средства для исполнения этих желаний.
Короткая лестница вела в салон, который простирался чуть ниже главной палубы и заканчивался гамаками, подвешенными между опорами палубы. Перед ними, на носу, находился камбуз со столами. В самой задней части была еще одна лестница, которая спускалась к тому, что, как подозревала Эйра, было орудийной палубой, исходя из анатомии корабля, которую она оценила снаружи.
Ей стало интересно, сколько там еще палуб и что на них находится. Судя по тому, что говорили другие, есть что-то вроде темницы. Без сомнения, трюм с сокровищами – одно из тех мест, что Эйра хотела бы исследовать, если бы у нее был шанс улизнуть.
— Свободные гамаки вон там, — указал Дюко. – Мне нужно кое-что сделать. — Он ушел, прежде чем Эйра успела сказать что-нибудь еще, быстро поднимаясь по трапу.
Эйра ненадолго задумалась, чтобы примкнуть к друзьям. Они были заняты беседой с Феном и Крутом, без сомнения, знакомясь с правилами. Взгляд Оливина скользнул в ее сторону, и Эйра слегка кивнула. Она отступила к лестнице, он собрался подойти, но она покачала головой. Он остался.
Никто не остановил ее, когда она вернулась на палубу. Якорь был поднят, паруса наполнились ветром, посланным чародеями, расположившимися на кормовой палубе. Команда была довольно разношерстной. Рядом с эльфом работали дракони. Морфи завязывал узлы на веревках, которые люди закрепляли на месте. Некоторые были невысокими крепышами, другие – высокими и гибкими. Старыми и молодыми. С отсутствующими глазами и конечностями. Кто-то чародеями, а кто-то нет.
Договор Пяти Королевств был заключен, чтобы объединить людей для достижения общей цели, и его приветствовали как нечто новое. «Ничего подобного раньше не делалось», — вот что говорили. И, возможно, это было правдой. Объединение пяти наций отличалось от наведения порядка разношерстной кучкой неудачников… но Адела каким-то образом нашла то, чего не было у знати, членов королевской семьи и лидеров, она нашла связующее звено, которое превратило этих людей в команду, которую и близко не коснулся договор.
Эйра направилась прямиком к величественному дверному проему, из которого выходила Ворона.
— Разве ты не должна быть на нижней палубе? — грубо спросила Ворона.
— Я пришла увидеть Ее Морозность.
— Адела не принимает гостей. — Не успела Ворона сказать это, как дверь приоткрылась от импульса знакомой магии. Адела использовала иней, покрывавший корабль, чтобы контролировать его каждую деталь. Она, без сомнения, чувствовала, куда ступает ее команда.
Поэтому неудивительно, когда она крикнула изнутри:
— Впусти ее.
Казалось, что от Вороны потребовалась каждая частичка самообладания, чтобы не возразить. Ее лицо слегка покраснело от разочарования. Но она отступила в сторону, пропуская Эйру. Ворона закрыла за собой дверь.
Каюта была намного больше и намного, намного роскошнее той, что была на лодке. Иллюминаторы в задней части были в три раза выше Эйры. С одной стороны стояли книжные шкафы, а перед ними расположился длинный обеденный стол. Хотя, судя по разбросанным навигационным приборам и картам, его не особо использовали для еды. Два кресла стояли спинками к окнам и в настоящее время были черными как смоль в ночи.
Справа от нее находилась большая кровать, и именно на ней лежала Адела. Под тонким одеялом, без пальто, уютно устроившись среди груды подушек, Адела совсем не походила на королеву пиратов, скорее на очень усталую женщину.
— Говори. — Ее голос был таким же резким, как всегда.
— Ваша магия слабеет, не так ли?
— Я вижу, ты смелая, как всегда.
— Даже попытки отрицать это красноречивы. — Эйра осмелилась подойти и остановилась у изножья кровати. – Думается, я права, потому что вы знаете, что я снова ощущаю потоки магии.
— А что, если ты права? Пришла позлорадствовать?
— Не думаю, что вы впустили бы меня, если бы думали, что я пришла именно по этой причине. Сомневаюсь, что вы позволили бы мне продолжать дышать, если бы думали, что мои чувства к вам таковы.
Адела тихо вздохнула и еще немного откинулась на подушки. Она была упрямой и гордой женщиной. Не то чтобы Эйра могла ее винить. Вся ее жизнь была наполнена властью и ужасом. Устрашающей мощью и всевозможных подвигов.
— Думаю, я могу вам помочь. — Эйра ожидала, что Адела будет спорить по этому поводу.
Поэтому была удивлена, когда Адела указала открытой ладонью на изножье кровати.
— Это очевидно. Как думаешь, почему я так долго сохраняла тебе жизнь?
— Потому что я считала, что, возможно, вы солгали мне, когда сказали, что я не ваша дочь. — Эйра медленно села на край кровати. Она не хотела настаивать. Ее слова были такими же слабыми, как ее колени. Такими же слабыми, как хрупкая надежда, которую она лелеяла, несмотря ни на что.
— Я похожа на женщину, которая способна на такое? — Адела приподняла брови.
— Возможно. Вы хороши во лжи.
Адела фыркнула.
Эйра продолжила.
— Вы не похожи на женщину, которая позволила бы кому-то увидеть себя в таком уязвимом состоянии, если бы не веская причина.
— Разве сохранение моей магии недостаточно веская причина? — возразила Адела. Эйра по-прежнему не услышала «нет», и это заставило ее сердце затрепетать. Вот и все… момент, когда все подтвердится или разобьется вдребезги.
— Вы могли бы приказать мне помочь вам и не позволять видеть себя измученной в постели.
— Мое истощение следствие магических подвигов, которые ты не можешь постичь. Вряд ли тут есть место для стыда.
Эйра в душе согласилась, но Адела все еще казалась слишком гордой, чтобы ее это не беспокоило. Кроме того, ей во второй раз предстояло опровергнуть теорию Эйры о ее происхождении, что заставляло сердце биться еще быстрее. Так быстро, что она больше не могла этого выносить. Возможно, из-за недавнего упоминания о ее дяде или просто из-за безумия дня, но, если она не узнает наверняка, то сердце может разорваться надвое. Или ее вообще остановиться.
— Это потому, что вы на самом деле моя мать? Вы оттолкнули меня, чтобы испытать меня… или чтобы уберечь меня от рисков, связанных с тем, что я ваша дочь? Наша магия достаточно похожа, чтобы вы могли попытаться извлечь ее, потому что мы родственники? — Каждое слово было хрупким, словно сделано из тонкого, как пергамент, стекла. Каждое слово требовало осторожности, чтобы произнести.
Адела закрыла глаза и тяжело вздохнула. Когда она открыла их снова, Эйра знала ответ еще до того, как королева пиратов заговорила.
— Я сказала тебе совершенно ясно, когда мы впервые встретились: ты не моя дочь. У меня нет детей. Я не лгала и не обманывала тебя. Это чистая правда.
Вот и все. Надежда рухнула со вздохом. Без треска. Не из-за того, что сердце Эйры сжалось и не могло запуститься. Конец ее оптимизму наступил тихо, темной ночью, когда корабль, наконец, начал движение.
Эйра уставилась в окно. Она снова плыла в темной воде без четкого направления. Она не знала, что будет дальше, и полного масштаба последствий всего, что она оставила позади.
— Тогда кто же мои кровные родители? — Вопрос потерянной девочки, падающей в пропасть откровения. Эйра сжала руку в кулак, и она слегка задрожала.
— Это имеет значение? — У Аделы был беззаботный вид.
— Вам легко говорить. — Внимание Эйры со вспышкой гнева снова обратилось внутрь себя. — Вы, наверное, знаете…
— Кто мои родители? — Адела приподняла брови. — Дитя, я похожа на человека, который должен знать своих родителей?
— Я просто предположила… – Большинство людей знают, кто их родил. То, что, как думала Эйра, она знала и считала само собой разумеющимся.
— Я догадываюсь, кто мой отец, учитывая, что в Солярисе эльфа особо не утаишь. — Адела тонко улыбнулась. — Двор Теней виноват в моем существовании — правда, которую, я уверена, они хотели бы узнать, — поскольку, насколько я понимаю, это был один из их шпионов, посланных присматривать за Хрустальными пещерами, который, сам того не ведая, произвел меня на свет.
— Почему же тогда наша магия так похожа? — Эйра знала, что хватается за соломинку, но она не могла остановиться.
Адела пожала плечами.
— Возможно, потому, что мы обе из Опариума, и вода там какая-то особенная? Возможно, мы какие-то дальние родственницы, сами того не зная, поскольку я никогда не удосуживалась выяснить, кем была моя мать.
— Но на пороге моих родителей осталась ваша метка.
— Я думала, ты не знаешь, кто были твои родители? — промурлыкала Адела.
— Я не знаю своих кровных родителей. Но люди, которые вырастили меня…
— Для меня это звучит так, будто ты ищешь что-то, что у тебя было все это время.
Эйра схватилась за верхнюю часть живота, сжимая в кулаке одежду.
— Мои родители сделали все, что могли, да. Были у нас хорошие времена, были и плохие, которые, как я думаю, бывают в любой семье… — Эйра замолчала, думая обо всех противоречивых чувствах, которые она все еще испытывала к ним. Чувства, которые нельзя было заглушить беспокойством только об их судьбах. — Но с того момента, как они сказали мне правду, я почувствовала, что чего-то не хватает. Как будто во мне огромная дыра, заполненная ничем, кроме неизвестности и вопросов.
— Это звучит как проблема, которую тебе придется решать самой. Ни один человек, кровный родитель или кто-либо другой, не сможет решить ее за тебя.
— Но если бы я знала…
— Если бы ты знала, тебе все равно пришлось бы смириться с обстоятельствами твоего рождения. Ты бы посмотрела в лицо человеку, который добровольно отказался от тебя. По веской причине или нет, это объяснение нелегко услышать, — резко оборвала Адела. Эйра немного выпрямилась, ее контроль на собой ослаб от этого тона. — Ты ищешь кого-то другого, чтобы положить конец войне с самой собой. Никакие родители, кровные или иные, не смогут дать тебе покоя. Это то, что ты должна найти сама.
Эйра понимала, что это правда. Яма многому ее научила. Почему она не считала, что тот же урок, который она получила после смерти Маркуса, применим и к этому? Ко всему, что приводило ее в смятение?
— Но моя магия… Наверняка мои родители должны были быть кем-то важными… может быть, они хотят найти меня, — пробормотала она. Все тайные мысли, за которые она цеплялась, тайно лелея надежду, теперь ускользали из ее ослабевающих пальцев.
— Почему они должны быть важными? Исключительные люди рождаются в обычных обстоятельствах каждый день. — Адела поерзала, усаживаясь прямее, хотя, похоже, это стоило ей больших усилий. Она наклонилась вперед, встретившись взглядом с Эйрой. — Возможно, в этом мы с тобой похожи — в этом наше родство. Не по крови, а по испытаниям и триумфу. Что мы экстраординарности в море обыденности.
Эйра пристально посмотрела в глаза Аделы. Теперь, когда она перестала надеяться, что они каким-то образом тайно связаны, она смогла увидеть различия. Глаза Аделы были немного уже. У них было более темное синее кольцо по внешнему краю. Ее подбородок был более квадратной формы, чем у Эйры…
В груди у нее все сжалось. Эйре пришлось отвести взгляд и встать.
— Мне нужно идти. Простите, что беспокою вас этим. Этого больше не повторится.
— Надеюсь, что так и будет. — Адела снова легла на подушки, поплотнее укутавшись в одеяло. — Если не ради меня, то ради тебя. Ты сдерживаешь себя только тем, что пытаешься занять место кого-то другого. Кого волнует, под каким именем ты родилась? Придумай свое собственное.
— Почему вы так добры ко мне? — Эйра не могла не спросить. – Вы не моя мама… так почему?
— Возможно, потому, что я вижу в тебе себя, девочка. Или, возможно, мне просто нужно это твое умение, чтобы шире открыть свой канал, чтобы я могла продолжать терроризировать моря со всей мощью, по крайней мере, еще пару десятилетий. — Адела слегка усмехнулась. Похожее выражение появилось на губах Эйры. — Отдохни ночь, а утром приходи ко мне. Я позволю тебе и твоим друзьям прожить еще один день, ты это заслужила.
— Как мило, — пробормотала Эйра.
Адела услышала и тихо фыркнула.
— Завтра мы решим, что с вами делать. Если повезет, вы продолжите держать головы на плечах.
Эйра кивнула и вышла из каюты обратно на главную палубу. Теперь, когда корабль был в движении, стало тише. Команда, находившаяся на палубе, никуда не спешила, сидела на ящиках, а некоторые смельчаки уселись на поручнях. Чародеи, которые помогали ветру и течениям приводить корабль в движение, ушли. Казалось, на данный момент ветры были на их стороне, и магия была не нужна.
Она поднялась на переднюю палубу, вместо того чтобы спуститься обратно в каюты экипажа. Голова была тяжелой, трудно было заснуть. Гамак рухнул бы, если бы она попыталась лечь на него сейчас.
Похоже, эта идея пришла в голову не только ей.
Каллен прислонился к перилам на носу корабля, выглядя таким же стоическим, как гальюнная фигура. Ветер отбросил его волосы с лица, пока он смотрел в великую неизвестность. Она позволила себе отдаться моменту. Любоваться им, чувствуя бриз, который, даже сейчас, казалось, объединял их обоих.
— Ты помнишь, когда мы в последний раз были такими? — тихо спросила Эйра, пытаясь не напугать его, и потерпела неудачу. Каллен резко обернулся, но мгновенно расслабился, когда его взгляд остановился на ней. Он прислонился спиной к перилам, вставая справа, давая ей место слева в узком месте на носу корабля. — Райзен был совсем рядом. — Эйра указала вперед, представляя сверкающий город Меру.
— И ты не хотела иметь со мной ничего общего.
— Я хотела, чтобы все было связано с тобой, — возразила она. — И это сделало трудное время еще тяжелее.
— Прости. — Он казался искренним в своих извинениях, и это только заставило Эйру улыбнуться.
— Вряд ли это была твоя вина, по крайней мере, в тот раз. Хотя мы оба делали то, чего не должны были.
— Или могли бы справиться со всем лучше, — добавил он. Она кивнула. Между ними повисло короткое приятное молчание. — Ты общалась с Аделой?
— Хорошая догадка.
— Не совсем догадка. Я столкнулся с Вороной, когда шел за тобой. Она ясно дала понять, что ни при каких обстоятельствах мне не будут рады в каюте Аделы.
— Похоже на Ворону. — Эйра снова посмотрела на воду, разговор с Аделой все еще был свежей раной.
— Учитывая тот факт, что тебе были рады… твои подозрения были верны? Она лгала тебе, чтобы защитить тебя?
Эйра медленно покачала головой, по-прежнему избегая его взгляда.
— Нет. Я не ее дочь. Если я вообще состою с ней в родстве, что маловероятно, а если и состою, то являюсь далекой кузиной или племянницей по ветви неизвестного генеалогического древа.
— Мне жаль. — Каллен оперся обоими локтями о перила рядом с ней, глядя в даль. Их плечи были на одном уровне, и было так хорошо находиться в этот момент рядом с ним. Она думала, что хочет побыть одна. Но иметь друга (или кем там Каллен был на данный момент), было облегчением.
Даже когда мир тянул ее в свои необъятные просторы, даже когда ее сердце падало в пропасть, созданную ею самой, ее друзья все еще были рядом. Они никогда не покидали ее.
Океаны, которые они пересекли вместе, были гуще, чем кровь любой семьи, которую когда-либо знала Эйра.
— Все в порядке.
— Неужели? — Он посмотрел в ее сторону.
Она не могла винить его за скептическое выражение лица. Эйра пожала плечами.
— Так и должно быть, не так ли?
— Тебе позволено быть не в порядке.
— Я знаю. Но… — Эйра вздохнула. — Я чувствую себя так, но я также знаю, что это не так. Думаю, часть меня понимала, что так и будет. Другая часть меня не хотела этого признавать. Думаю, я нахожусь в том месте, где могу это принять, но не хочу этого делать. — Она тихо рассмеялась. — Я знаю, что правильнее всего смириться и продолжать двигаться. Принять это с достоинством. Но… если быть честной, какая-то часть меня хочет орать. Такое ощущение, я… — какая-то дурацкая шутка.
— Да перестань, все не так.
Эйра кивнула.
— Логическая часть меня знает это. Я буду держать себя в руках. Просто сейчас такой момент, когда было бы намного проще вести себя как ребенок.
— Я могу это понять. — Каллен переплел и расплел пальцы. Нервное ерзание почти заставило ее положить свою руку на его, чтобы успокоить его. Перед этим желанием было трудно устоять. — Всю свою жизнь я учился подавлять эмоции, несмотря на то, чего я хочу, что бы ни подсказывал мне инстинкт.… Знаешь, я всегда так тебе завидовал.
— Мне? — Эйра слегка выпрямилась.
— Казалось, тебя никогда не заботило, что другие думают о тебе в Башне. Даже после того, что случилось, ты продолжала идти с высоко поднятой головой.
— Мне было глубоко не все равно. Я просто не показывала этого.
— Теперь я это знаю. — Он слегка улыбнулся ей. — Но, даже если это было притворством, той девушкой все равно была ты. Та, кто могла вести себя так, как будто мир ничего не значил. Возможно, тебе нужно вызвать ее снова, притвориться, пока она не станет реальностью.
Ветер трепал ее волосы.
— Нет, с меня хватит возвращаться назад, я не вернусь к тому, какой я была. Возможно, я еще не знаю, куда направляюсь. Но, к лучшему или к худшему, я хочу продолжать двигаться вперед. Я знаю, кем я была вчера, кем являюсь сегодня, и я готова встретить девушку, которой стану завтра.