В сельской местности росли берёзы. Солнце светило в окно Яны, на балконе росли роскошные герани — гордость бабушки Берты. Бабушка и дедушка должны были узнать обо всём через газеты или радио.
Ули уже был дома. Он стоял на балконе первого этажа, крикнул Яне:
— Нас отправили домой. Воздух заражен радиацией! Звонила Альмут, сказала, что мы должны идти в подвал дома. И я натер картофель!
— Супер! — ответила Яна.
Балконная дверь была приоткрыта. Из дома играла тяжёлая музыка — Ули включил радио. Яна побежала к дому, перепрыгивая ступени лестницы. Брат открыл ей дверь, и она, бросив сумку, побежала в гостиную.
— Постоянно говорят про какое-то облако, — взволнованно сказал Ули. — Я не всё расслышал, но какое-то облако заражено.
Музыка играла так громко, что Яна ничего не поняла из того, что сказал ей Ули. Она побежала на кухню и уменьшила громкость.
— Я знаю, что случилось, — сказала она.
— По телевизору говорили про облако, — стал рассказывать Ули. — Там что-то взорвалось, а дальше…
— Звонила только Альмут? — прервала его Яна.
— Звонили ещё раз, я тогда был в подвале. Я брал картошку. И когда я поднялся наверх, то никто уже больше не звонил.
— Это был точно папа, — сказала Яна, — или мама. Почему ты не побежал наверх?!
— Ну, я же ходил в подвал за картошкой, — вымолвил Ули.
— Ты баран!
— Вообще-то мы договаривались сделать драники, — укоризненно сказал Ули.
Яна подбежала к телефону и набрала номер Джо с кодом в Шваинфурт. Она слышала лишь гудки и собственное дыхание. Ули прижал свою голову к телефонной трубке, желая хоть что-нибудь услышать. Яна повесила трубку и снова набрала. Но уже номер Альмут. Альмут была её любимой родственницей. Мамина младшая сестра. Учительница. Жена Раинхарда. Он, кстати, тоже был учителем. Она преподавала в Гамбурге, а жила в Бад-Киссингене. А ещё она ждала ребёнка от Раинхарда.
Альмут тоже не ответила на звонок. Конечно, ведь в это время Альмут и Раинхард должны были быть в школе.
Яна задумалась. «Гамбург и Бад-Киссинген южнее Фульды?» — пыталась она вспомнить. «Но мы точно ехали через Фульду, когда навещали Альмут.»
Яна взяла с полки атлас и пролистала, пока не нашла нужную страницу.
—Я пойду, дотру картошку, — сказал Ули и исчез на кухне.
Яна села на пол и стала рассматривать карту. Гамбург и Бад-Киссинген были рядом с Графенраинфельд. Всего 20 километров. Альмут звонила, просила переждать в подвале. «Да, нужно идти в подвал!» — подумала Яна, когда из кухни послышался голос Ули:
— Снова говорят про облако!
Яна побежала на кухню. Ули сделал погромче. Из приемника раздался громкий голос:
«Мы прерываем вещание. На атомной электростанции сегодня в 10 часов произошла авария. По всюду распрострооняется радиация. Мы призываем население немедленно покинуть следующие области: Шваинфурт, Бад-Киссинген, Камелльбург, Фульда.»
— Что он говорит? — спросил Ули.
—Помолчи, пожалуйста, — ответила ему Яна, и они продолжили слушать сообщение.
«Просьба к владельцам автомобилей довести пожилых людей и матерей с маленькими детьми до ближайших контрольных пунктов.»
Яна только сделала громкость потише, как с улицы раздался голос полицейского, говорящего по громкоговорителю, и Яна с Ули побежали на балкон.
«Внимание, внимание: на атомной электростанции сегодня в 10 утра произошла авария. Жителям Шлитц и всего района Фогенсберг, ради их безопасности, рекомендовано срочно вернуться домой. Закройте все окна и двери, выключите кондиционеры. Употребляйте пищу только из консервных или стеклянных банок, имеющихся в доме. Заприте домашних животных в доме или в хлеву. Кормите их кормом, хранившемся только в доме или сарае. Включите радио. Спуститесь в подвалы домов. Если такой возможности нет, то переждите в церквях и ближайших школах, пока вас не заберут.»
Полицейский замолчал.
—Альмут тоже так сказала, — вымолвил Ули. — Что мы должны идти в подвал. Но все уезжают!
И он рукой показал на город. Люди паниковали. Толпа машин пыталась проехать к вокзалу. Все сигналили. На дороге, что вела к вокзалу, столкнулись две машины. Яна слышала крики людей. Она видела, как соседи выносили вещи из своих домов, как бросали свои машины возле тротуаров и шли пешком. Дорога, что шла на запад в Лаутербах, была забита людьми. Многие пытались выехать на трассу, ведущей на север Германии. Яна увидела, как в набитую вещами машину садились последние соседи. На заднем сидении сидела старушка, оказавшаяся зажатой среди коробок и мешков. Эта старушка — Госпожа Зольтау — высунула голову из бокового окна:
— Хотите поехать с нами? Вы же не останетесь здесь? — крикнула она Яне и Ули, стоявшим на балконе. — Облако может придти в любую минуту.
— Мы должны остаться. Наша тетя сказала идти в подвал дома.
— Ну, раз тётя сказала…— странно покачав головой, сказала госпожа Зольтау. — И всё же я настоятельно прошу вас покинуть дом. В городе не безопасно! — крикнула госпожа Зольтау своим соседям, и её машина тут же свернула на противоположную улицу.
Город опустел. На улицах лежали забытые людьми вещи и разбросанная куча всякого ненужного хлама.
— Почему они все уехали? — спросил Ули.
— Они боятся, — ответила Яна.
— И мы тоже? — снова спросил Ули.
Яна вздохнула.
— Нет, — сказала она, не посмотрев на брата.
Она оценивала их с братом положение в сложившейся ситуации. Яна понимала, что они не смогут выехать на машине, и им придётся ехать на велосипедах. Но смогут ли они избежать юго-восточного ветра? Яна посмотрела на берёзу, что росла рядом, и испугалась. Ветви берёзы колыхались по ветру из стороны в сторону. Ветер не стихал. Возможно, это и был юго–восточный ветер. Ветер раздувал завязанный у неё на шее платок. Яна, как и другие, думала, что на северо-западе им будет безопаснее.
— Мы останемся здесь или уедем на велосипеде? — вывел сестру из раздумий Ули. — Если мы остаёмся, то я пойду дотру картошку. Я проголодался.
Альмут просила идти в подвал дома. Полиция тоже. Подвал был самым безопасным местом в доме, а заодно являлся и кладовкой. Бабушка Берта хранила там банки с вареньем и джемом, мешки с мукой и крупами. Бабушка пережила войну, поэтому она позаботилась о том, чтобы в её доме были все вещи, необходимые в случае чего.
Яна посмотрела на свои часы. Двенадцать минут второго. Прошёл час и три минуты с того времени, как в школе раздалась тревога.
— Да, мы останемся здесь, — сказала она твердо. — В подвале.
Ули кивнул и уже хотел идти на кухню, как Яна объяснила, что у них сейчас нет времени для приготовления драников.
Она обежала весь дом и закрыла все двери и окна, позаботилась о щелях. В подвале не было окон, лишь небольшой люк, который был общий для них с соседями. Яна опустила жалюзи и выключила кондиционер, как просила полиция. Ули снова громко включил радио на кухне.
Яна спустилась в подвал. В подвале она услышала сообщение, доносящееся с кухни.
«Всем жителям Северной Баварии и в Восточной части Гессен: пожалуйста, не покидайте место жительства. Жители зараженных районов будут эвакуированы. Выезжая, не дожидаясь спасателей, вы мешаете службам проводить эвакуацию.»
Тем временем Ули собирал еду из шкафов.
— Будь тише! — крикнула Яна–Берта. — Так мы не услышим телефон.
Ули надел каску от велосипеда, взял хлопья, тарелки, столовые приборы и спустился в подвал. Яна–Берта пошла в комнату Ули, достала из шкафа джинсы, нижнее белье, футболки, два свитера и сложила вещи в пластиковый пакет. Затем побежала в подвал бабушки Берты, снова поднялась и забежала в комнату Ули ещё раз. Она схватила матрас и крикнула Ули:
— Нам нужна еда и одежда. Жди меня внизу, я скоро спущусь.
Затем упаковала одело и подушку. Свечки? Свечки могут дать свет. Несколько книг, игрушки для Ули, его мягкий мишка. Без него Ули никогда не засыпал. Но как быть с водой?
Яна вбежала в свою комнату. Схватила одеяло и подушку.
— Мы должны, что–то делать, — крикнул Ули из подвала, где уже лежал его матрас и остальные вещи. Об этом думала сейчас Яна. Должны ли они оставаться в доме?
Зазвонил телефон. Яна бросилась к нему через весь дом. Это была госпожа Ёрдан.
— Вы одни дома? — спросила она. — Я видела вас на балконе. Езжайте с нами, у нас есть место в машине. Мы последние, кто не уехал из соседей.
— Нет, мы должны остаться. Надо спуститься в подвал и переждать.
— Так сказали ваши родители? — спросила госпожа Ёрдан. Ваши родители должны знать, где вы и что вы делаете.
Яна–Берта повесила трубку.
«Все пропало», — подумала она про себя.
Яна сидела в кресле, как вдруг снова зазвонил телефон. Это была мама. Яна схватила трубку телефона.
— Это ты, мама! — воскликнула Яна. — Слава Богу!
— Я вам уже два раза звонила. Мне никто не ответил, — нервничала мама.
— Я только что пришла, — вымолвила Яна со слезами на глазах. — Мы действительно должны остаться в подвале? Все уезжают…
— Нет, — крикнула мама — в подвале не безопасно, облако распространяется везде. Вы должны как можно быстрее уехать. Поезжайте с Зольтау!
— Они уже уехали, — вымолвила Яна – Берта.
— Тогда с Ёрданс, Хофманс, Мальтанс! Позвони им и спроси, кто может вам помочь.
— Хорошо мама, я позвоню Мальтанс, спрошу, могут ли они взять нас с собой. Остальные все уехали.
— Если соседи не смогут взять вас с собой, тогда возьми у меня в комнате в столе зеленую тетрадь. Там все адреса и телефоны. Первый номер Хельги из Гамбурга. Возьмите с верхнего ящика комода деньги и уезжайте, — сказала мама.
—Где мы увидимся?— спросила Яна – Берта.
— Мы на вокзале. Они дали дополнительные поезда, так что мы уедим на следующем или на том, что будет после него.
— А папа, как же он? — спросила Яна, слыша, как сильно бьётся ее сердце.
— Он был на парковке, так что ему удалось уехать. Он уже далеко.
— А что с Джо?
— Не спрашивай столько всего — время стоит дорого. Джо где-то в красном кресте. Он позвонил нам уже после катастрофы. Здесь все кувырком.
Люди словно сошли с ума. Каждый пытается прорваться на вокзал.
— Облако уже над нами,— крикнула Яна.
—Срочно уезжайте! — кричала мама. — С Богом!
Разговор прервался. В трубке послышались шумы. Яна попыталась что-то сказать, но никто не отвечал. Она повесила трубку.
— И кто звонил? — спросил Ули, вернувшийся из подвала. — Кто это был?
— Мама, — ответила Яна. — С ней все хорошо. Мама сказала, мы не должны оставаться в подвале дома. Мы должны уехать с кем-то из соседей.
Яна выбежала на балкон и посмотрела по сторонам. Ёрданс уже уехали. «Возможно, Манхальтс еще не уехали», — подумала про себя Яна. Она поспешила набрать номер соседей, но никто не подходил к телефону.
— Зачем мы тогда перетаскивали всё это? — выругался Ули.
Яна увидел шедшую по улице Тину Хофманс. Тина была ее старостой в начальной школе.
— Мы остались здесь в подвале дома, — сказала Тина. — Я вышла посмотреть, может кто-то еще остался. Пойдёмте к нам. Я должна сообщить о тебе маме!
Но Яна не хотела видеться с мамой Тины.
— Мы поедем одни, — сказала она твердо. — На велосипеде.
Лицо Ули озарилось улыбкой. Он любил кататься на велосипеде. Яна сбегала в подвал, принесла пакет с одеждой Ули и надела ему куртку. Затем освободила свою сумку, сложила в нее одежду: нижнее белье, джинсы, футболку и еду: свежий хлеб и ломтики сыра из холодильника. В передний карман сумки Яна–Берта положила адрес Хельги и родительские деньги. Медведя Ули тоже взяли, без него Ули никуда не хотел ехать. Вместе с Ули Яна закрыла балконную дверь, заперла входную на ключ. Яна надела куртку и они побежали вниз по лестнице в гараж. Оттуда они выкатали свои велосипеды. Яна повесила сумку с вещами Ули и его медведя на раму, свои же вещи она разместила в корзине велосипеда. И они поехали.
— Не уезжай далеко от меня! — крикнула она брату.
Яна посмотрела на свои часы. Было без двадцати четыре. Два часа прошло с тех пор, как прозвучала тревога. Но ей казалось, что прошла вечность.
Проехав несколько улиц, уставший Ули спросил:
— Кто теперь покормит Коко?
Коко был попугаем дедушки Ханса–Георга. Его клетка висела в гостиной бабушки и дедушки. Ули обещал им присматривать за Коко и кормить его, пока бабушка и дедушка будут отдыхать на Майорке. Он думал об этом еще тогда, когда чистил картошку.
— Никто. Он сейчас не настолько важен!
— Конечно же он важен! — возмущено крикнул Ули.
Он затормозил и остановился.
— Езжай рядом, — сердито крикнула Яна брату.
Она остановилась и подошла к Ули.
— Ты будешь ехать рядом со мной. Тебе всё ясно? Разве ты до сих пор не понял? Нам надо ехать. Глупый, радиация распространяется повсюду!
Ули заплакал. Неохотно подойдя к обочине, он сел на велосипед и последовал за сестрой.
Любительские переводы книг всего мира