Зила
Я редко чему удивляюсь. В любой ситуации, я обычно подсчитываю шансы всевозможных исходов, гарантирующих, что я готова к любому развитию событий. Тем не менее, я безмерно удивлена тому, что я всё ещё жива.
Шесть секунд я медленно моргаю, удивлённо открыв рот. После этого, я прижимаю два пальца к шее, чтобы проверить пульс, и он довольно учащенный, но, несомненно, всё ещё есть. Всё говорит о том, что всё это явно не загробная жизнь.
Интересно.
Взгляд в иллюминатор кабины пилота ни о чём не говорит — нет звёзд, нет кораблей, просто мрак. Повинуясь инстинкту, я проверяю наши неисправные датчики дальнего и короткого действия. Странно, но я не обнаруживаю ни единого признака грандиозной битвы, которая разразилась тут несколько мгновений назад, прямо перед тем, как взорвалось Оружие Эшваренов, — инцидент без какого — либо возможного исхода, кроме как нашего полнейшего уничтожения. Каким бы невероятным это не казалось, вся Сильдратийская армада, вместе с Земными и Бетрасканскими суднами, и Оружием… исчезли.
…Интересно?
Нет. Пугающе.
Я позволила научной стороне одержать верх, исследуя древнее средство связи на нашем Сильдратийском корабле для каталогизации всех видимых звёзд, Складских Ворот и прочих ориентиров или явлений, которые бы смогли указать на наше местоположение.
Погодите. Наше.
Я кликаю по коммуникатору.
— Финиан, Скарлет, вы всё еще…?
— Дышим? — раздается голос Финиана, слегка дрожащий.
— Очевидно, что так.
Меня захлёстывает волна облегчения, и я даже не пытаюсь этому помешать. Бороться с подобными ощущениями — неэффективно. Лучше позволить им протекать естественным путём.
— Прям сейчас я похож на растерянного мальчика, — продолжает Фин.
— Разве мы не… взорвались мгновение назад? — спрашивает Скарлет.
— Дайте-ка проверю, — отвечает Фин.
Я слышу тихий писк. Томный вдох. Затем долгое молчание, и когда моё терпение почти исчерпано, и я хочу задать вопрос, Финиан говорит.
— Ага, — наконец докладывает он. — Мы определенно всё ещё живы.
— Я на стадии расследования, — сообщаю я им, услышав звук сигнала. — Прошу,
держитесь.
Просматривая системы навигации корабля, я чувствую, как меж бровей образуется складка. Тут не только нет признаков масштабной космической схватки, в ходе которой мы должны были быть убиты, здесь также нет признаков Земной солнечной системы. Ни Нептуна, ни Урана, ни Юпитера. На самом деле, я вообще не могу обнаружить какие-либо звёздные объекты: ни вблизи, ни вдали. Нет систем. Нет звёзд. Нас… перебросило. И я не имею понятия куда.
Интересно и пугающе.
На дисплее датчика появляется новый значок, указывающий на то, что позади нас что-то всё же происходит. Наши двигатели по-прежнему не работают, выведенные из строя во время сражения с флотом, поэтому я включаю задние датчики, осматривая обширное пространство за нашей кормой.
Это..
Иными словами….
Я, эм…
Я..
Прекращайте, легионер.
Я делаю глубокий вдох, выпрямившись. Я не понимаю, на что я смотрю. Я начинаю с каталогизации того, что я вижу, как сделал бы любой другой учёный. Датчики корабля фиксируют колоссальные колебания наряду с гравитонным и электромагнитными спектрами, всплески квантовых частиц и отражений в подпространстве. Но включив кормовые камеры, я едва ли могу что-то рассмотреть из-за нарушений в спектре обзора. На самом же деле, сперва я ошибочно подумала, что наши визоры повреждены. Всё абсолютно чёрное. А затем вдалеке вспыхивает бледный свет, слабый импульс распадающихся протонов. И по их отрывистому лиловому сиянию я понимаю, что смотрю на нечто, что можно описать как…
Буря.
Темная буря.
Она огромна. Триллионы и триллионы километров в ширину. Но она совершенно чёрная, если не считать вспышек фотонов внутри: маслянистая, бурлящая пустота, настолько совершенная, что свет в ней попросту умирает.
Я знаю, что это.
— Буря, — шепчу я. — Буря из темной материи.
Её присутствие здесь было бы довольно странным, учитывая, что всего несколько мгновений назад мы находились на самом краю Земного космического пространства, где такой пространственной аномалии просто не может существовать. Но что ещё более странно, я вижу кое-что ещё. Включив датчики увеличения, я подтверждаю свои подозрения. По правому борту, покрытая серебряной гравировкой на фоне бурлящей маслянистой бури…- космическая станция.
Это громоздкая, уродливая штуковина, явно созданная из соображений функциональности, нежели эстетики. Кажется, у неё есть повреждения — огромные потрескивающие разряды тока скользят по её поверхности, ослепительные и белые. С ближайшей к нам стороны выходит пар: топливо или, если экипажу не повезло, кислород и атмосфера, вырываются наружу, словно тёплое дыхание в морозный день и тает в бесконечной клубящейся тьме. Если она принадлежит Землянам, то технические характеристики станции определенно архаичны. Но и это не объясняет, что она тут делает. Или как мы сюда попали.
Всё бессмысленно.
— Зила? — это Скарлет. — Что там происходит? Ты видишь Оружие Эшваренов? Каков вражеский статус? Мы в опасности?
— Мы.., — я не уверена, как ответить на этот вопрос.
— Зила?
От станции тянется толстый кабель из блестящего металла. Длиной в сотни тысяч километров, он извивается, покрывается рябью, но прочно удерживает разрушенное строение на другом конце. С другой же стороны, на краю этой темной бурлящей материи, огромный ртутный парус натянутый поперек прямоугольной рамы и её поверхность закручивается, словно масляное пятно. Он кажется совсем крошечным на моем визоре, но если я вижу его отсюда, в реальности он должен быть просто невероятно огромным.
Если бы я не знала лучше, я бы подумала, что это..
— Неизвестное судно, вы вошли в ограниченное земное пространство. Идентифицируйте себя и предоставьте коды доступа, иначе по вам будет открыт огонь. У вас есть тридцать секунд на выполнение.
Голос разносится по кабине пилота резкий и неровный. Мой пульс учащается, что крайне бесполезно. Я не вижу другого судна. Откуда доносится этот голос?
Оставляя в стороне тот факт, что у нет этих кодов, я не знаю от кого сообщение: от друзей или врагов. Не то чтобы у моего отряда был длинный список друзей прямо сейчас.
Я нажимаю на кнопку внутриканальной связи и произношу:
— Скарлет, прошу, поторопитесь на мостик. Требуется твоя дипломатичность.
— Неизвестное судно, назовите себя и предоставьте коды. Неподчинение будет трактовано как враждебное намерение. У вас осталось двадцать секунд.
Я разглядываю панель управления шаттлом и тянусь… , каждый Сильдрати старше двадцати, выше меня ростом.., и нажимаю на кнопку переключения канала с аудио на визуальный. Я должна выяснить, кто к нам обращается. Лицо, которое заполняет мой экран, скрыто за черной дыхательной маской, в поле зрения попадает толстый извивающийся шланг. Маска скрывает практически всё под глазами пилота, а шлем сверху всё прочее. Однако я смотрю на Землянина, судя по всему восточно-азиатского происхождения, возраст и пол не ясны. В какой бы ситуации я не оказалось, возможно, Землянина можно было бы урезонить, мы ведь один биологический вид, в конце концов.
— Прошу, подождите, — говорю я. — Я свяжусь с представителем отряда.
— Идентификационный коды! — требует пилот, сощурив глаза. — Сейчас!
— Принято, — говорю я им, — я не могу предоставить коды, но..
— Вы нарушаете ограниченное земное пространство! У вас есть десять секунд, чтобы обеспечить надлежащий допуск, или я открою огонь!
Вокруг меня оживают сигналы тревоги, вспыхивают огни и Сильдратийские символы загораются, в то время как громкоговоритель разражается незнакомыми словами, но я не понимаю, о чём там говорится.
— ВНИМАНИЕ, ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: НА ВАС НАВЕДЕНА РАКЕТА.
— Пять секунд!
— Прошу, — говорю я. — Прошу, подождите..
— Огонь!
Я вижу, как на наших сканерах появляется крошечная линия света. У нас нет двигателей. Навигация не работает. Нет защиты. Мы уже должны были быть мертвы. Испепелены вместе с Авророй тем Оружием. Но кажется, так несправедливо умирать снова. Огни приближаются.
— Прошу..
Ракеты ударяют.
Мостик охвачен огнём.
БУМ.
Любительские переводы книг всего мира