Скарлет
Чёрный свет обжигает кожу добела. Я ощущаю звуки вокруг, на языке металлический привкус, я слышу прикосновение и ощущаю запах как всё, чем я являюсь, и чем когда-либо стану, распадается на части и собирается воедино снова и снова, и снов…
— Скар?
Я открываю глаза, вижу другую пару глаз напротив.
Больших.
Чёрных.
Восхитительных.
Финиан.
— Ты…? — спрашиваю я.
— Я что..? — говорит Фин.
— Странно, — бормочем мы оба.
Я оглядываюсь, странное ощущение, словно черная кошка пробежала по моей могиле. Мы стоим в коридоре возле двигательного отсека, мы были прямо здесь, когда минуту назад Оружие Эшваренов взорвало разрушающим планеты огнём наши любимые моськи на тысячи сверкающих кусочков.
Но, радость-то какая, мы, фактически, не умерли.
Это хорошие вести, по ряду причин. Во-первых, конечно же, честно говоря, с точки зрения Вселенной, будет просто напрасно принести в жертву задницу, подобную моей, испепелив её в огненном взрыве в глубинах космоса. Честно, такие появляются нечасто, раз в тысячелетие. Секунду, это значит, что парень, который стоит напротив, тоже не умер. И, странно, что для меня это более важно, чем, признаю, пару часов назад.
Финиан де Карран де Сиил.
Он определенно не мой тип. Мозги вместо мускулов. А чип у него на плече шире галактики. Но он храбрый. И он умный. И стоя так близком, не могу не заметить эту копну белых волос, и гладкую бледную кожу, и губы, которые я едва не поцеловала прямо перед смертью.
Но это единственная причина, по которой я сделала это. Потому что мы едва не умерли, верно?
Мы пристально смотрим друг на друга, понимая, насколько близко мы стоим. Никто из нас не отстраняется. Он смотрит мне в глаза, а я приоткрываю рот, но впервые за всё время, сколько я себя помню, понятия не имею, что сказать, и единственное, что спасает меня от неловкого молчания, раздаётся голос Зилы по каналу связи.
— Финиан, Скарлет, вы всё ещё..?
— Дышим? — говорит Финиан, его голос слегка дрожит. — Очевидно, что так.
И вот опять. Это жуткое чувство, про которое говорят точно кошка по могиле прошла. Ощущение, что..
— Прямо сейчас я похож на растерянного мальчика, — говорит Финиан.
— Разве мы не….взорвались минуту назад? — спрашиваю я.
Он снова встречает мой взгляд. Я до сих пор чувствую тот почти случившийся поцелуй между нами, и я знаю, что он тоже это чувствует. И я вижу, как он замолкает, делает глубокий вдох.
-… Дайте-ка проверю, — говорит он.
Я ощущаю электрический разряд, когда кончики его пальцев касаются моих. Он берёт меня за руку и смотрит на секунду дольше обычного, словно в безмолвном вопросе, а ведь он совершенно не в моём вкусе, но я не отстраняюсь. И вот он склоняется ко мне ближе и ближе, и даже несмотря на то, что мы больше не при смерти, он целует меня, о Творец, он целует меня, разряд тока прошивает меня через губы, спускаясь вниз по спине. Я ощущаю, как рядом с ним меня накрывает волной, и целую его в ответ, тело покалывает, когда его руки скользят по моим бёдрам, прямо к заднице, которую сама вселенная не осмелится терять понапрасну, и слегка сжимает её.
Ну, Финиан де Карран де Сиил. Благослови мои звёзды. Кто бы во всей галактике мог подумать, что ты парень с чертовщинкой?
Наши губы разъединяются, и часть меня страдает от того, что он отстраняется, чтобы
снова произнести в коммуникатор.
— Ага, — докладывает он. — Мы определённо всё ещё живы.
— Я на стадии расследования, — говорит Зила. — Прошу, держитесь.
Канал связи замолкает, оставляя нас одних. Мы с Фином всё ещё прижимаемся друг к другу, и тот поцелуй всё ещё витает между нами, и если никто из нас так ничего и не скажет, мы снова начнем целоваться. Учитывая обстоятельства, возможно, это не самая лучшая идея.
Я бросаю взгляд на его руки. Ага. По- прежнему на моей заднице.
— Знаешь, когда Зила говорит «Прошу, держитесь», не уверена, что она имела в виду это, де Сиил.
Он нервно смеётся, отпуская меня.
— Извини.
— Не стоит.
И я снова устремляюсь к его рту, всего лишь краткое касание, жёсткое и горячее. Укусив его губы, я отстраняюсь, дав ему понять, что я всё ещё голодна.
— Но нам нужно выяснить, какого чёрта только что произошло.
— Ага. — выдыхает он и отстраняется, проводя металлическими кончиками пальцев по растрёпанным белым волосам. — Так и сделаем.
Мы по-прежнему в коридоре у двигательного отсека, двери всё ещё запечатаны. В воздухе остро пахнет горелым пластиком и оплавленной проводкой. Глянув сквозь пластекло, я вижу куда именно попал снаряд из рельсотрона, и я знаю, что я не эксперт, но уверена наверняка, что наш двигатель не должен быть разбросан по всему отсеку в количестве пятидесяти кусочков.
— Они нужны нам, чтобы полететь, — говорю я.
— Кто сказал, что в тебе нет задатков Технаря?
— Все инструкторы в Академии, вместе с моим руководящим куратором и главой инженерного отдела.
Финиан усмехается и оглядывается. Его тёмные глаза блуждают по потолку, развороченному двигательному отсеку. А потом он стреляет глазами в мою грудь. Его челюсть слегка отвисает, и я вижу, как стекленеет его взгляд, даже за линзами.
Что за отношения у парней к сиськам?
— Эй, — я щёлкаю пальцами перед его лицом. — Я знаю, что они потрясные, но серьёзно, сконцентрируйся на работе, де Сиил.
— Нет. — он стучит пальцем по горлу. — Твой кулон. Помнишь?
Я тянусь к шее. К кулону, который мы нашли в Доминионе. Хранилище в Изумрудном Городе. Каждого из нас ожидал подарок в том хранилище, любезно предоставленном адмиралом Адамсом и боевым командиром де Стой. Тайлеру достались новенькие ботинки, Кэлу портсигар, который в итоге спас ему жизнь. Финиану досталась шариковая ручка, что ужасно его разозлило; Зила получила пару серёжек с ястребами. А я бриллиантовый кулон с надписью «Действуй по плану Б». За исключением того, что прямо перед взрывом, который разорвал нас на тысячу молекул, Фин понял, что это вовсе не бриллиант.
— Это кристалл Эшваренов.
И да, это странно. Мы нашли кристалл Эшваренов в Складке, прежде чем.. зонт привёл Аври в Эхо. Но это не объясняет, почему командиры академии дали мне этот кулон. Или почему мы не мертвы?
Адреналин от нахождения при смерти и почти поцелуя и, да, определенно мы уже не при смерти, но да, определенно поцеловались, почти исчез, и теперь у меня слегка дрожат руки. Но мой взгляд блуждает по телу Финиана, пока он оглядывает коридор в своей особой раздражающей манере, словно вселенная решила причинить ему ещё больше неудобств. Руки и ноги обёрнуты в металл экзоскелета, призрачно-бледная кожа и черные, как смоль, глаза чуть сузились, когда она склонил голову набок.
— Не то чтобы я жалуюсь, — тихо говорит он. — Но мы намертво застряли в корабле Сильдрати во время полномасштабного сражения в космическом пространстве Земли. Даже если мы выжили после удара Оружия…, разве Земные войска не должны разнести нас на кусочки прямо сейчас?
Я хмурюсь, нажимая на средство связи.
— Зила? Что там происходит? Ты видишь Оружие Эшваренов? Каков статус вражеского флота? Мы в опасности?
— Мы…, — её голос умолкает.
— Зила?
И я смотрю на Финиана, и чувствую, что он испытывает тоже самое, как и я. Чёртовы мурашки бегут по спинам. Чувство такое, словно..
— Зила, этот разговор кажется… до жути знакомым.
— Я знаю, что ты имеешь в виду.
Он мотает головой, нахмурившись.
— Звучит безумно, но у меня сильное ощущение..
— Дежа вю.
Он моргает.
— Что, чёрт возьми, такое «дежа вю».
— Это такое чувство. Ощущение, что всё что сказано или сделано тобой уже происходило раньше.
— Ах. Точно. — он энергично кивает. — Да. У меня оно есть. Но Бетрасканцы обычно называют его тахк-ши.
— Да, я знаю. Но на Земле мы называем это «дежа вю». Это французский.
— Я не знаю французского.
— Держись поблизости, — подмигиваю я. — И я научу тебя паре фраз.
Голос Зилы, пронизанный настойчивостью, снова раздается по каналу связи.
— Скарлет, прошу, поспешите на мостик. Требуется твоя дипломатичность.
И снова меня охватывает то самое чувство. Мы уже говорили всё это, проживали этот момент прежде. И даже больше, всё это закончилось плохо, очень плохо. Я протягиваю руку, Фин берёт её и, не раздумывая, мы бежим по коридору вместе. Экзоскелет Фина шипит и свистит, пока мы бежим, ботинки стучат по металлическому полу, когда мы поднимаемся по лестнице на мостик.
Зила сидит в кабине пилота, выглядя слегка измученной, и для неё это равносильно нервному срыву. На первый взгляд наши системы сдохли.., на экранах сплошная чернота. Ни планет, ни даже звёзд, что довольно.. Нет, минутку. Некоторые камеры всё еще работают. На одном из экранов я вижу маленькую приземистую космическую станцию, от которой тянется толстый кабель к тому, что можно назвать совершенной темнотой.
Это бессмысленно..
Мы были в эпицентре полномасштабной космической битвы на отшибе земного космического пространства всего пару минут назад. Как мы оказались тут? Откуда появилась эта станция? И почему здесь нет звёзд?
Зила встречает мой взгляд, когда я смотрю на неё в поисках объяснения, и я знаю, что это звучит безумно, но часть меня знает знает ЗНАЕТ…
— Я так понимаю, что вы тоже испытываете чувство, которое наводит на мысль, что этот момент повторяется, — говорит она.
— Это французский! — объявляет Финиан.
На экранах вспыхивает вспышка света. Тусклая, тёмно-лиловая, которая длится лишь пару секунд. Но мой желудок исполняет крошечный кульбит, когда я понимаю, что это не просто темнота. Это некая разновидность…бури. Скопление жирных тёмных щупалец, настолько огромных, что у меня разрывает голову.
Фин моргает.
— Это…?
— Буря из тёмной материи, — бормочет Зила. — Да.
Я бросаю взгляд на экран связи, ощущая привкус металла на языке, по экранам ползут сияющие надписи на сильдратийском. Я вижу черты которые выдают в Землянине на мониторе женщину, молодую, но её лицо скрыто маской пилота и шлемом. У неё на воротничке два бриллианта в качестве знаков отличия, означающих, что она лейтенант, но судя по форме, она не из Земных Сил Обороны. По моему первому впечатлению, она заноза в заднице 17 уровня. Но её голос звучит слегкааааа неуверенно.
— Послушайте.., вам нужно назвать себя и предоставить коды доступа. У вас есть десять секунд.
Технически, Отряд 312 разыскивается за галактический терроризм, поэтому я решаю немного вильнуть на фразу «Назовите себя». Я откидываю волосы, припоминая какие козыри у меня в рукаве и мурлыкаю в микрофон.
— Я не могу выразить, как я рада вас видеть, Лейтенант! Мы — то думали, что у нас большие неприятности. Наш корабль повреждён, двигатели не работают, нам нужна ваша помощь, приём.
— Эта территория под запретом, — отвечает пилот, его голос колеблется. — Как вы попали сюда? И как, чёрт вас дери, вам удаётся летать?
— Это долгая история, Лейтенант, — улыбаюсь я тепло и дружелюбно. — Но наша система жизнеобеспечения тоже не похожа на солнышко и щеночков, поэтому если бы вы смогли взять нас на буксир, я бы смогла угостить вас выпивкой и рассказать чуть больше.
Следует долгая пауза, я сжимаю челюсти.
— Хорошо, — наконец объявляет пилот. — Я собираюсь отбуксировать вас в док. Но одно неверное движение и я разнесу ваши задницы по всей системе, не раздумывая.
Я улыбаюсь.
— Это отличные новости, Лейтенант.
— Спасибоооооо! — подпрыгивает за моей спиной Финиан и машет руками. — Вы столь же мудры, сколь и прекрасны, мадам!
Голос пилота становится ледяным. А выражение её лица каменеет.
— У вас чёртов Бетрасканец на борту?
Вокруг нас оживают сигналы предупреждения, всё вспыхивает красным и Сильдратийский голос предупреждает об опасности.
— ВНИМАНИЕ, ВНИМАНИЕ: НА ВАС НАЦЕЛЕНА РАКЕТА.
На наших сканерах вспыхивает полоска света. Я беспомощно смотрю на остальных. У нас нет двигателей. Нет навигации. Мы беззащитны.
— Вот дерьмо…, — выдыхаю я.
— Скар…, — шепчет Фин.
Огни приближаются. Наши пальцы соприкасаются.
— Не бойтесь, — хмурится Зила. — Будет не больно.
— … Что? — произношу я.
Ракета ударяет. Мостик охвачен огнём.
БУМ.
Скарлет
Чёрный свет обжигает кожу добела. Я ощущаю звуки вокруг, на языке металлический привкус, я слышу прикосновение и ощущаю запах как всё, чем я являюсь, и чем когда-либо стану, распадается на части и собирается воедино снова и снова, и снов…
— Скар?
Я открываю глаза, вижу другую пару глаз напротив.
Больших.
Чёрных.
Восхитительных.
Финиан.
— Ты…? — спрашиваю я.
— Я что…? — спрашивает Фин.
— Странно, — бормочем мы.
Я оглядываюсь, меня охватывает странное ощущение, словно черная кошка прошла по могиле. Мы в коридоре у двигательного отсека.
И, радость-то какая, мы, на самом деле, не умерли.
Но…
Погодите..
Разве мы только что не…?
Я смотрю на Финиана, понимая, как близко мы стоим. Он смотрит в мои глаза, но я понятия не имею, что сказать, и от неловкого молчания меня спасает Зила.
— Финиан, Скарлет, вы всё ещё…?
— Дышим? — говорит Финиан, его голос дрожит. — Очевидно, что так.
И вот, снова оно. Это ощущение, словно черная кошка прошлась по твоей могиле. Ощущение, что..
— Прямо сейчас я похож на растерянного мальчика, — говорит Финиан.
— Разве мы не.. взорвались минуту назад? — спрашиваю я. Он снова встречает мой взгляд. Он затихает, делает глубокий вдох.
— … Дайте-ка проверю.
Я ощущаю, как меня прошивает электрический разряд, когда он касается меня кончиками пальцев, о, Создатель, потом он целует меня, и губы словно охвачены огнём и…
— Остановись, — говорю я, отстраняясь. — Нет, остановись, Фин… погоди…
Я смотрю на него, а он смотрит на меня с точно таким же озадаченным выражением лица, очевидно копируя моё же собственное, и каким-то образом, каким-то образом прежде чем он начинает говорить, я уже знаю, что именно он сейчас скажет.
— Скар, у меня сильнейшее чувство…
— Дежа вю.
Он моргает.
— … Это французский.
— А ты совсем не знаешь французского, — говорю я и у меня в животе всё сжимается.
Он отстраняется, палуба качается и, кажется, уходит у меня из-под ног, и там где у меня раньше был желудок, образуется ледяной комок, когда он оглядывается по сторонам. Мы по-прежнему в коридоре перед двигательным отсеком, в воздухе витает запах горелого пластика, оплавленной проводки и дыма. Бросив взгляд через пластекло, я вижу что именно осталось от наших двигателей, и знаю, я в этом не эксперт, но это место, этот разговор каким-то образом..
— Какого черта, Фин…?
Он хмурится.
— Мы уже делали это прежде.
— Но это.. это невозможно…
Он приподнимает бледную бровь, каким-то образом умудряясь выдавить из себя улыбку несмотря ни на что.
— Скар, поверь мне, когда я говорю, что представлял как целую тебя, уже одного этого достаточно, чтобы понять, что я делал это как минимум дважды за день.
Из коммуникатора доносится голос.
— Скарлет? Финиан?
— Зила?
— А вы оба… нормально?
— Понятия не имею, — Фин играет желваками, его голос становится серьёзным. — Послушай… это может показаться безумным, но у тебя нет случайно на экране старой потрепанной станции? Бури из тёмной материи? И Земного истребителя , который грозится взорвать нас ко всем чертям?
— Я так понимаю, что вы тоже испытываете ощущение, что этот момент повторяется.
Фин смотрит на меня, складывая губы в линию.
— Дыхание творца…, — шепчу я.
— Сейчас поднимемся, — говорит Фин.
Адреналин от нахождения при смерти и почти поцелуя, заменяется невозможностью всего этого. Мои ноги похожи на желе, голова гудит. Но я протягиваю ладонь Фину, и вместе мы бежим по коридору к мостику. Снова мы находим Зилу в кресле пилота, и она выглядит измученной. Снова на наших приборах я вижу приземистую космическую станцию в море звездного мрака, и сердитого Земного пилота.
Снова.
Снова.
Но вместо того, чтобы звучать немного неуверенно, пилот, на этот раз, говорит совершенно по-другому.
— Какого чёрта здесь происходит? — Зила смотрит на Финиана, жуя длинную волнистую прядь собственных волос.
— Временное искажение? — говорит Фин.
— Я не могу предположить никакого другого адекватного объяснения, — отвечает она.
— Дерьмооооо, — шепчет он. — Эффект уробороса?
— Теоретически. — наш Мозг мотает головой, бросая взгляд на станцию, вспышку лилового света в буре тьмы. – И, несмотря на уроки в академии по временной механике, я бы сказала, немыслимо.
— Послушайте, — говорю я, глядя на эту парочку. — Единственная лекция по временной механике, которую я слушала, я провела флиртуя с Джонатаном МакКлейном…
(Бывший #35 и #36. Плюсы: у него был идентичный близнец, не уступавший ему в сексуальности. Минусы: близнецов очень легко перепутать, особенно в темноте. Упс)
— .. и если вы позабыли, у нас тут очень злой пилот..
В коммуникаторе раздаётся треск, прерывая меня.
— Вы на запрещённой земной территории, — сообщает вышеупомянутый пилот. – У вас есть пятнадцать секунд, чтобы предоставить идентификационные коды или я открою огонь!
— Похоже, мы переживаем временное искажение, Скарлет, — объясняет Зила.
— Ты, я, Финиан, наш корабль.., как бы дико это не звучало, все мы, кажется, повторяем одни и те же минуты снова и снова.
— Десять секунд!
— Это временная петля, Скар, — говорит Фин. — Мы все находимся в некой временной петле.
— Которая заканчивается нашими смертями, — кивает Зила. — И возвращает к моменту, когда мы прибыли сюда. Как уроборос. Змея из египетской и греческой мифологии, которая поглощала свой собственный хвост.
Я хмуро смотрю на них обоих.
— Это невозможно.
— Это крайне маловероятно, — соглашается Зила. — Но если устранить невозможное, остаётся ещё маловероятное, и неважно насколько маловероятным оно..
— Я предупреждал! — кричит пилот. — Я открываю огонь!
Вокруг нас оживают сигналы тревоги, огни вспыхивают красным и Сильдратийский голос лает по громкоговорителю.
— ВНИМАНИЕ, ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: НА ВАС НАВЕДЕНА РАКЕТА!
На наших сканерах появляется крошечная полоска света. Я смотрю на остальных. У нас нет двигателей. Нет навигации. Мы беззащитны.
— Не бойтесь, — говорит Зила.
— Будет не очень больно, — бормочет Финиан.
Моя рука тянется к его руке и в животе становится тяжело и холодно.
— Надеюсь, ты прав на счёт всего этого, — выдыхаю я.
— Ну, даже если — нет.., хочешь ещё поцеловаться?
БУМ.
Скарлет
Чёрный свет обжигает кожу добела. И я ощущаю звук вокруг меня, словно все взрывается на части и соединяется снова и снова и сн..
— Скар?
Я открываю глаза и вижу перед собой пару других.
Финиан.
— Что…, — спрашиваю я.
— За…, — произносит Фин.
— Чёрт, — бормочем мы.
Я оглядываюсь, по спине снова бегут мурашки из-за дежа вю. Мы рядом с двигательным отсеком. И, радость-то какая, мы, фактически, не мертвы.
Снова.
Я смотрю на Финиана, и даже несмотря на то, что это невозможно, я понимаю как близко мы стоим. Крооооошечная часть меня понимает, что когда последнее что я помню, как этот бледный, красивый мальчик целовал меня пять секунд назад. Но другая часть меня, разумная, вопит моим женским частям тела заткнуться нахрен, потому что всем плевать чем мы занимались до этого.
Яичники, внимание, ЭТО УЖЕ БЫЛО.
— Какого чёрта, Финиан? — шепчу я.
— Финиан? — раздаётся голос. — Скарлет?
Финиан нажимает на кнопку связи.
— Мы здесь, Зила.
— Снова, — говорю я.
— Предлагаю вам двоим подняться. Быстрее.
Невозможность всего этого превращает ноги в желе, а мозги зудят в черепе, когда Фин хватает меня за руку и мы бежим по коридору на мостик. И снова мы находим Зилу в кресле пилота, клубящуюся тьму, вспышки света и космическую станцию. Всё то же самое, мы уже делали всё это прежде, и, дыхание Творца, мы всё это делали ПРЕЖДЕ. Вот только на этот раз..
— Где пилот? — спрашивает Фин. — Землянка, которая нас взорвала?
— Её корабль там, — кивает Зила. — Я вижу его на наших мониторах. Но она не выходит на радиосвязь.
— Погодите.., — я смотрю на Зилу и Фина, мозг соображает настолько лихорадочно, что голова болит. — Ты.., я думала, вы сказали, что мы во временной петле.
— Это наиболее правдоподобный вывод, учитывая текущие данные.
— Ну, а разве она не должна была кричать на нас, требуя наше разрешение? Разве она тоже не должна делать то же самое снова и снова?
Зила жует кончик своего локона, глядя на точку в прицеле. Она что-то быстро печатает на консоли, бормоча что-то себе под нос.
— Интересно.
Оживают сигналы тревоги, вспыхивают лампочки и сильдратийские символы, загорается подсветка, лает громкоговоритель:
— ВНИМАНИЕ, ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: НА ВАС НАВЕДЕНА РАКЕТА.
— О, ради Творца, только не снова.., — бормочу я.
Я поднимаю руку и нахожу ладонь Финиана. Он смотрит мне в глаза, сжимая мою руку в ответ. Зила пристально смотрит на пилота, пожевывая прядь собственных волос.
— Очень интересно.
БУМ.
Скарлет
Чёрный свет обжигает кожу добела, словно всё взрывается снова и снова и..
— Скар?
Финиан.
Я смотрю ему в глаза, когда свет вокруг нас гаснет. А сигналы тревоги вспыхивают с новой силой и, теперь уже, знакомый лай, доносящийся из динамиков сжимает внутри всё до самых ботинок.
— ВНИМАНИЕ, ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: НА ВАС НАЦЕЛЕНА РАКЕТА.
— Ладно, — вздыхаю я. — Этот день официально меня выбесил.
— Скарлет? Финиан?
— Мы здесь, Зила, — отвечает Фин.
— Пилот снова готовится открыть по нам огонь. В этот раз даже быстрее.
— Послушай, — шиплю я в коммуникатор, пытаясь удержать крик, в то время как мой голос распадается на миллионы звуковых частиц, — быть может, я не изучала временную физику, быть может, я дурочка, но если мы застряли в чёртовой петле, разве всё не должно происходить так же?
— Мои показания на станции совпадают, — говорит Зила.
— Гравитонные вспышки в буре, энергетические сигнатуры, квантовый поток.. сценарий идентичен каждый раз.
Когда кончики пальцев Фина касаются моих, меня прошивает током.
— Знаешь, ты ведь не глупая, — говорит он мне. — Не знаю, почему ты говоришь о себе так.
Я оглядываю серый металл вокруг нас. Сияющие сферы отражаются в больших восхитительных глазах парня, который держит мою руку. А потом меня осеняет. Потому что да, быть может я не Мозг нашего отряда. Но мы застряли в петле и каждый раз ведём себя иначе, и тот несчастный пилот тоже ведёт себя по-другому каждый раз, и есть лишь одно объяснение. Устранить невозможное. Всё что остаётся, каким бы невероятным оно ни было — это правда.
— Пилот застряла в петле вместе с нами, — говорю я.
— А ты не просто симпатичная мордашка, — улыбается Фин. — Я видел, что ты сделала.
Его улыбка угасает немного, когда я смотрю на его губы. И как только я прижимаюсь губами к его, он целует меня в ответ, я и я понимаю, что есть способы умереть куда хуже, снова и снова.
БУМ.