— Кто обнаружил тело? — спросил Сейлор, подмечая, что яблоко внутри стало коричневым. Яблоки окисляются через пару минут, так что с момента убийства прошло немного времени.
— Охрана музея, — ответил Вулф.
— Никого из них не вижу.
— Смена заканчивается в шесть. Я отпустил их домой.
— Они оставили музей открытым? Бросили прямо вот так?
— Мы же не в городе. Здесь всё иначе. Люди доверяют друг другу. Мы люди хорошие.
— Я бы таким хорошим дочь свою не доверил, — Сейлор кивнул на Ханну.
Вулф поджал губы, уткнув руки в боки.
— Дело в том, что здесь нет охраны, и слишком поздно их вызывать. Федералы позаботятся обо всем этом, так что до тех пор разбирайтесь сами.
— Вы их хотя бы допросили?
— Они вне подозрений.
— Вы не стали их допрашивать?
— Допросил. Они лишь нашли тела. Не видели, чтобы кто-то выходил и не знают ничего такого, чтобы могло нам помочь.
— Как их имена?
— Вы опять за своё?
— Охранники, как их зовут?
— Зачем?
Сейлор не ответил. Его взгляд стал ледяным.
— Хмм, — произнес Вулф. — Мартин и….
— Фрэнк, — подсказал Копке.
— Послушайте, Мистер Сейлор, — Вулф взмахнул рукой. — Музей был пуст целый день, и я никак не могу взять в толк ваше..
— За целый день никто не посещал музей?
— Нет, — почти неслышно ответил Копке.
— Как я уже сказал, — продолжил Вулф. — охранники могли пойти выпить пива или ответить на звонок жены, пока этот псих убивал девушку внутри. Они не несут ответственности за…
— Откуда вам знать, что убийца мужчина? — спросил Сейлор.
— Я не говорил, что это мужчина, — голос Вулфа стал выше. — Я лишь предположил…
— Мистер Сейлор, — Копке удалось говорить громче, — в это время года музей никто не посещает. Как туристическая достопримечательность, мы малоизвестны. Люди предпочитают замок Нойшванштайн на юге.
Сейлор по-прежнему не сводил глаз с Вулфа, но слова Копке звучали правдоподобно. Большинство туристов не подозревали о значимости музея Особого Искусства. С другой стороны, замок Нойшванштайн принимал более двух миллионов посетителей в год. Он находился в двух городах от Мюнхена и, по иронии судьбы, прославился благодаря Диснейленду, который скопировал его архитектуру для своего замка в США.
— Люди предпочитают замок Нойшванштайн из-за Короля-Лебедя, Людвига II, — продолжал Копке, скорее чтобы отвлечься и снять напряжение. — Мистер Сейлор, а вы знали, что позже он покончил с собой? Туристам нравятся подобные скандальные и загадочные истории.
Сейлор кивнул, ничего не сказав. Копке ошибался насчёт последней части. Позже самоубийство Людвига II было признано убийством. Сейлор знал об этом уже много лет. Несколько веков назад Людвига казнили те же люди, которые сегодня убили Ханну — вероятно, по тем же причинам. Сейлор наконец оторвал взгляд от Вулфа, который громко выдохнул. Сейлор достаточно долго оказывал на него давление, чтобы понять, что тот ничего не скрывает. Иногда лучше, чтобы тебя боялись, чем любили.
— Даже если и так, — обратился Сейлор к обоим, — Музей Особого искусства должен же ставится на маломальскую сигнализацию по ночам, верно?
— Опять же , — сказал Вулф. — Мой город облагается высокими налогами. Правительство считает, что мы зарабатываем кучу денег на туристах, но это не так. Мы действительно не можем позволить себе такую охрану. И обычно нам это не нужно.
— Могу себе представить, что убийства здесь случаются нечасто, — сказал Сейлор. — Но вы не беспокоитесь о том, что кто-то может украсть что-то из музея?
— Украсть? — хохотнул Вулф. — Что? Волшебное зеркало?
— У меня возникло ощущение, что экспонаты оригинальные.
— Выдуманные сказки на ночь не могут быть оригинальными, потому что, сами понимаете, это вымысел. — сказал Вулф.
Сейлор решил, что разговор ни к чему не приведёт, поэтому повернулся и посмотрел на труп Ханны.
— Интересно, почему я раньше её не видел, — прокомментировал Копке. — Я имею в виду, что у нас маленький городок, сами понимаете.
— Вы видели её прежде? — Сейлор спросил у Вулфа.
— Пару раз проезжал мимо на машине, — ответил Вулф.
— Никогда с ней не разговаривали?
— Ханна и её мать приехали всего неделю назад. Они ни с кем не разговаривали. Вам не кажется, что пора осмотреть тело?
Вулф был прав. Всё, что сделал Сейлор, — лишь отложил решение главного вопроса. На самом деле ему не доставляли удовольствия эти ненужные сплетни. Но они помогли ему отложить осмотр тела Ханны до тех пор, пока не подействуют наркотики и он не перестанет испытывать эмоции. Это был не самый здоровый способ справиться с ситуацией, но для человека, осматривающего тринадцатую жертву, казнённую теми же убийцами за последние пять лет, это был единственный способ не сойти с ума.