Майло
— Похоже, нам стоит задержаться здесь подольше, — пробормотала Катрина со смешком при виде Серены и Беллами, лежащих на песке, когда мы, спотыкаясь, пробирались между деревьями к паруснику.
Я отложил сеть для ловли крабов и кокосы, которые мы собрали, и взял Катрину на руки.
— Я не против.
Она поцеловала меня, уронив папайю, которую держала, и обхватила мое лицо руками. Хотя совсем недавно мы сами лежали, растянувшись на песке, ее тело подо мной в долгожданном воссоединении, этого было недостаточно. С каждым мгновением я хотел ее все больше. И я бы с радостью снова вплел себя в ее объятия здесь и сейчас.
— Знаешь, что мне напоминает это место? — сказал я.
— Что?
— Когда я встретил тебя в первый раз. Когда ты пришла на остров кораблекрушения Вальдеса и села рядом со мной, ничего не подозревая.
— Я до сих пор не понимаю, как я не заметила, что ты сидел там, на берегу. — Она скривила губы в ухмылке.
— Может быть, потому, что я не хотел, чтобы меня видели.
— Но ты заговорил со мной первым, — сказала она с подозрением.
— Да. И я рад этому. Потому что тогда я не мог устоять перед тобой и все еще не могу. Что-то словно притянуло меня к тебе… как вода. И я знаю, что не стоит бороться с течением. — Я наклонился, чтобы поцеловать ее между словами.
Когда наступила ночь, я заметил, что Беллами и Серена что-то готовят.
— Пошли, — сказал я, собирая еду обратно. — Нам нужно вернуться и развести огонь. Уверен, что не я один умираю с голоду.
Мы отправились к друзьям на берег, где поделились собранными нами крабами и фруктами. Беллами развел костер, и мы сидели вокруг него, готовя крабовое мясо и запивая его кокосовой водой, будто это было самое божественное блюдо, которое мы когда-либо пробовали.
— Лодка не получила серьезных повреждений. Стоит хорошенько перевернуть ее, и она будет готова к отплытию, — объяснил я, разминая клешню краба большими пальцами.
— Значит, мы могли бы отплыть сегодня вечером? — спросила Катрина.
— Если ты хочешь. Тебе решать, когда мы отправимся. — Я откусил кусочек, взглянув на Беллами поверх пламени костра. – Верно. Беллами?
Он стряхнул с себя ошеломленное, пустое выражение лица и выпрямился.
— Да.
Катрина наклонилась вперед, ее пристальный взгляд встретился с нашими усталыми лицами.
— Конечно, я хочу вернуться к маме… но, думаю, нам всем нужно отдохнуть. Мы можем уйти на рассвете.
— Тогда ладно. — Беллами подбросил хвороста в огонь, его голос звучал глухо. — Мы отправляемся на рассвете.