БРАТЬЯ
Впервые в жизни я мысленно умоляю Мардж оставить меня в крыле лекарей. Она освобождает меня на сегодня, но я не знаю, как попросить остаться, не вызвав подозрений или лишних вопросов. Она настаивает, чтобы я шла на тренировку — поддерживать форму.
Я направляюсь к тренировочному рингу и устраиваюсь на противоположной стороне от места, где сидит Коул. Он резко вскидывает голову, впиваясь в меня взглядом. Я не думала, что это возможно, но мешки под его глазами стали еще темнее. Волосы всклокочены, будто он не спал несколько недель. Я силой отрываю от него взгляд; жалость подступает к горлу, точно желчь, и я переключаю внимание на спарринги.
Дэриан в центре круга вместе с Арчи — показывает комбинации еще нескольким солдатам. Вместо того чтобы безжалостно кромсать Арчи, Дэриан двигается медленно: поправляет его стойку, учит блокировать и наступать. Глаза Арчи сияют от восхищения, в то время как Дэриан раздает приказы коротко и хрипло.
Арчи бросает улыбку в мою сторону. Дэриан отчитывает его за потерю концентрации, но прослеживает за его взглядом, и наши глаза встречаются. Капля пота стекает по моей шее, когда он бесстыдно осматривает моё тело сверху вниз и обратно.
— А ну-ка подмени этого щенка, раз он слишком отвлекается, — окликает меня Дэриан, кивая на Арчи.
Арчи хмурится и пытается возразить.
Я качаю головой. — По-моему, у него всё отлично получается.
— Тогда вставай вместо меня, — приказывает Дэриан.
Арчи с энтузиазмом кивает. Со вздохом я повинуюсь и, обнажая меч, выхожу на середину поляны.
— Если вот так потеряешь фокус в бою — либо сдохнешь, либо лишишься руки, — выговаривает Дэриан Арчи, когда я подхожу ближе.
— То, что нас не убивает, делает нас сильнее, верно? — Арчи выдает свою самую оптимистичную улыбку.
— Нет. Тому, что меня не убило, лучше, чёрт возьми, бежать со всех ног, — ворчит Дэриан.
Арчи в замешательстве поджимает губы. — Я… кажется, там говорится по-другому.
Прежде чем Дэриан успевает добавить что-то еще, я встаю между ними. Мы с Арчи отрабатываем медленные вращения, повороты, удары и блоки. Дэриан едва ощутимым касанием задевает мою талию, поправляя стойку, и носком сапога толкает мои ступни, заставляя расставить ноги шире. Дыхание перехватывает, ладони потеют; я стараюсь смотреть только на лицо Арчи. Мы возвращаемся к спаррингу, но, как бы сильно я ни сжимала рукоять меча, он выскальзывает из рук, когда я блокирую атаку Арчи.
— На сегодня хватит, — бесстрастно роняет Дэриан и уходит.
Я обмениваюсь удивленными взглядами с остальными солдатами. Похоже, не я одна была ошарашена внезапным решением Дэриана заняться обучением каждого.
Я подбираю меч с земли, бормоча под нос: — Я всё еще полный ноль в этом деле.
— Ага, я тоже, — признается Арчи.
Я бросаю на него взгляд. — Ты даже спорить не будешь?
Арчи моргает. — О… ну. Ты не полный ноль!
Я смеюсь над этой очевидной ложью.
Он закатывает глаза. — Ладно, признаю. Но знаешь что? Мы можем быть «нолями» вместе. Это лучше, чем поодиночке.
Я закидываю руку ему на плечо, стараясь не слишком на него наваливаться. — Как твоя рука?
— Слушай, Мардж — настоящая волшебница. Она ноет, конечно, но я могу ею махать. Она просто сказала мне «не напрягаться»!
Я выгибаю бровь, указывая на тренировочный круг, пока мы идем к остальным зрителям. — И… это по-твоему «не напрягаться»?
Он нервно смеется, похлопывая меня по плечу. Улыбка быстро исчезает, а голос падает до шепота: — Пожалуйста, не говори ей. Я её до смерти боюсь.
Я откидываю голову назад в искреннем смехе.
Когда мы возвращаемся в лагерь, Коул решительным шагом направляется прямиком к нам через всю площадь.
— Эй, я пойду проведаю Мардж. Увидимся за ужином? — Я улыбаюсь Арчи.
Он кивает, и я срываюсь в сторону крыла лекарей, успевая шмыгнуть в дверь до того, как Коул меня настигнет.
— Я разве не сказала, что ты на сегодня свободна? — Мардж подозрительно щурится.
— Я просто хотела убедиться, что вам больше не нужна помощь…
В комнату входит Коул. — Привет.
Мой взгляд дергается в его сторону, челюсть невольно сжимается. Чёрт, всё-таки не успела.
— Не хочешь пойти поесть со мной? — спрашивает Коул.
Я качаю головой, избегая его взгляда. — Я в норме, спасибо.
Он пробует снова: — Тебе всё равно стоит…
— Я сказала, что я в норме, — отрезаю я, пригвождая его тяжелым взглядом.
Он вздрагивает. — Хорошо, — шепчет он. Его взгляд побеждено падает на пол, после чего он нехотя разворачивается, чтобы уйти. Дверь за ним закрывается.
— Братья бывают навязчивыми, верно? — спрашивает Мардж у меня за спиной.
Я выдавливаю смешок, не зная, что ответить. Когда я вспоминаю своего брата, он был каким угодно, но только не навязчивым. Он был добрым, милым, сильным и независимым. — Да… откуда вы знаете? У вас есть брат?
— Было двое. Я самая младшая. Мы все были лекарями, кроме старшего. Он пошел в армию.
Я смотрю на неё через плечо. — Вы были близки?
— Были. Старший погиб в битве против короля много лет назад.
— Ваш брат был мятежником?
Она кивает. — Он ушел на север, когда нам было за тридцать. Это чуть не разбило сердце второму брату. Они были близнецами — связаны неразрывно, словно одна душа, разделенная на два тела. Когда старший погиб в бою, другой… немного помешался. Начал баловаться магией крови, надеясь его вернуть. Но потерял себя и умер в этих попытках.
— Я знаю, каково это — потерять брата. Мне очень жаль, Мардж.
Грустная улыбка смягчает её взгляд. — Иногда любовь — наша величайшая сила. А иногда — величайшая слабость. Всё зависит от того, как ты ею распорядишься.
Мы стоим в тишине, позволяя словам раствориться в моменте.
Она приносит стакан воды и протягивает его мне. — Стресс, горе и шок погубят твой аппетит. Перехватывай то тут, то там по кусочку, чтобы оживить его. Мне всё еще нужна твоя помощь. Позаботься о себе. Иначе Коул сам с ума сойдет, пытаясь тебя вылечить.
Я улыбаюсь и киваю, прежде чем сделать глоток.
Она упирает руки в бока, наблюдая за мной. — Так… ты вернулась, чтобы узнать, чем еще можешь помочь? Нам никогда не помешает лишний имбирь. Посмотри, нет ли его в лесу.
Когда я покидаю крыло лекарей и прохожу мимо обрушенной стены лагеря, моё внимание привлекает какое-то движение. Краем глаза я замечаю кошачью походку Дэриана на другом конце площади. Его взгляд ощущается на коже как интимное прикосновение. Я ускоряю шаг, и он делает то же самое. Мы добираемся до деревьев, и он уже дышит мне в затылок — достаточно близко, чтобы я могла запустить в него этой корзиной. Или ударить локтем. Я начинаю всерьез рассматривать оба варианта.
— А-а, значит, мы перешли к стадии игнорирования? — Голос Дэриана мягкий, как бархат.
— Ты ждешь какой-то благодарности за то, что соизволил тренировать солдат, ради которых тебя сюда и прислали? — бросаю я через плечо. — От меня ты её не дождешься.
Он хмыкает за моей спиной, кладет руку мне на плечо и разворачивает к себе лицом. — Одной ночи с тобой было более чем достаточно в качестве благодарности.
Я кривлюсь. — Ты невыносим. Есть хоть одна причина, по которой ты не можешь оставить меня в покое?
Ухмылка тянет уголок его губ, будто он только и ждал этого вопроса. — Потому что я знаю тебя…
— Ты ничего обо мне не знаешь…
— Вот тут ты ошибаешься. Я точно знаю, кто ты такая. — Он приподнимает мой подбородок, заставляя смотреть на него. — Потому что ты… точно такая же… как я.
Я смахиваю его руку со своего лица. — Я никогда не буду такой, как ты.
Он смеется. — И всё же ты такая. Ты злишься. Ты считаешь себя лучше меня только потому, что думаешь, будто умеешь лучше это скрывать. Но я-то вижу.
Я разворачиваюсь и ухожу, не имея ни малейшего желания продолжать этот разговор.
И всё же его голос звучит вслед, пока он идет за мной. — Единственная разница, между нами, в том, что мне плевать.
Я игнорирую его, приседая у корней дерева рядом с пучком дикой ромашки. Когда я задираю юбку, чтобы добраться до ножен на бедре, его взгляд скользит вверх по моей ноге.
Он прикрывает глаза тыльной стороной ладони с преувеличенным вздохом. — Неужели в тебе нет ни капли скромности?
Я свирепо смотрю на него. Будто он не видел каждый дюйм моей голой кожи и каждый мой уязвимый ракурс всего пару дней назад. Я срезаю стебли цветов и кладу их в корзину.
Дэйша, за мной в лесу хвост. Прячься и не высовывайся.
— Прости, я не совсем расслышал. Можешь повторить? — фыркает Дэриан.
Я резко поворачиваюсь к нему, в полном ошеломлении. Неужели он как-то прочитал мои мысли? — Как ты…
— Как мне удается быть таким дьявольски красивым? Сам задаюсь этим вопросом каждый божий день. Или… ты хотела спросить о моем выдающемся интеллекте? — Он прислоняется спиной к стволу дерева и скрещивает руки на груди. — Я также могу поведать о том, как я мастерски овладел куннилингусом…
— Ты ужасно раздражаешь, — выпаливаю я.
Он склоняет голову набок, волосы падают ему на висок. — Ты так думаешь?
— Я это знаю.
Он смеется. Смех сотрясает его плечи и грудь. Если бы он не был таким чертовски занудным, это могло бы быть даже милым — то, как веселье смягчает его угловатые и резкие черты.
— А теперь уходи… — начинаю я, но осекаюсь: солнечный свет падает на клочок травы в нескольких ярдах от нас. Лучи освещают лавандовые цветы, пробивающиеся из земли; их длинные зеленые стебли мягко покачиваются на ветру.
Он идет за мной к цветам, наблюдая за мной с любопытством. Интрига заставляет его вскинуть бровь при виде благоговения, согревающего мои щеки. Я срезаю стебли цветов, освобождая их от земли, и вдыхаю знакомый аромат. Вытесняя любые мысли о Коуле из головы, я возвращаюсь в воспоминания о реке в северном лесу, о моем доме и о моей семье.
— Что это? — прерывает Дэриан.
Я убираю кинжал в ножны на боку. — Что мне сделать, чтобы ты вернулся в лагерь?
— Скажи мне, что это. Какой-то редкий лекарственный цветок?
— Нет, это аллиумы. Я собирала их в лесу рядом с домом… — Мой голос затихает, пока я рассматриваю великолепные фиолетовые соцветия, касаясь лепестка большим пальцем.
Дэриан хитер, этого не отнять. Мне не нужно объяснять, что цветы напоминают мне о доме, который я когда-то знала.
Мама говорила, что запах — это самое сильное чувство, связанное с памятью. Мои веки смыкаются, аромат аллиумов возвращает меня к ней. К тем дням, когда моей самой большой заботой была поимка рыбы, а не доставка запретного дракона в Земли драконов при попытках избежать поимки и казни королем и его людьми. И уж точно не секс с мужчиной, которого я едва знала, потому что убедила себя, что защищаю Дэйшу, хотя отчасти это было местью Коулу. А другая часть меня в замешательстве от того, какой упоительной была моя ночь с Дэрианом? Может, мне даже понравилось?
Нет.
Я была не совсем готова это признать.
Я резко открываю глаза и поворачиваюсь к Дэриану. Но его уже нет. Я замечаю его силуэт через плечо — он исчезает среди деревьев, возвращаясь на аванпост.
По крайней мере, он человек слова.
На тренировке на следующий день Карлайл протягивает Коулу свиток, побуждая его немедленно открыть его. Коул пробегает глазами по бумаге; его глаза расширяются, он бросает взгляд на меня и бормочет какой-то приказ Карлайлу.
Я возвращаюсь к отработке комбинаций против Мелайны. Я постоянно спотыкаюсь на переходах или забываю ставить блоки. В отличие от Арчи, Мелайна не сдерживается. В настоящем бою я бы уже умерла как минимум пять раз.
— Добрый день, отряд! — раздается сильный женский голос над поляной.
Мы все прерываем спарринг и оборачиваемся на голос. Женщина выходит к краю тренировочного круга; её темные глянцевые волосы ниспадают длинными волнами до самого низа ребер. Длинное, струящееся платье облегает торс и спадает от талии каскадом изысканной синей ткани. Пряди волос заколоты жемчужинами, подчеркивая её высокие острые скулы. Она великолепна. И очевидно, что не я одна это заметила — все поворачиваются к ней с приветственными улыбками и расширенными глазами.
Коул отделяется от толпы на другом конце и пересекает тренировочный ринг мимо меня, направляясь к ней. Моё сердце падает при виде того, как она сияет, глядя на него, похлопывая темными густыми ресницами.
— Здравствуй, капитан, — нежно шепчет она — совсем не так, как обращалась к отряду. Всего два слова, но в них слышится чувственность и близость.
Коул низко склоняет голову в приветствии. — Здравствуй, Селеста. Прошу прощения, что мы не подготовили должной встречи к твоему приезду. Похоже, мы получили твое письмо лишь мгновение назад.
Она улыбается. — Должная встреча не нужна. Я просто рада тебя видеть.
Коул разрывает с ней зрительный контакт и обращается к отряду. — Тренировка окончена. Всем обед и отдых.
Все вокруг меня рассыпаются и плывут к Селесте, как мотыльки на пламя.
Должно быть, она и есть невеста Коула. А если нет, то у нас может быть даже больше проблем, чем я предполагала, судя по её неприкрытому восхищению им. Сердце разлетается на куски при мысли о нем с ней — после стольких лет, что я провела в мечтах стать той, кто будет носить его фамилию. А теперь самое большее, на что я могу рассчитывать, — это притворяться его сестрой.
Я ускользаю прочь, двигаясь против толпы.
— Кэт! — окликает Арчи; он стоит рядом с Коулом и Селестой и зазывает меня полным энтузиазма жестом.
Дьявол. Если бы я могла провалиться сквозь землю прямо здесь. Коула я, может, и смогла бы избежать, но Арчи — нет. Я тяжело сглатываю, пытаясь скрыть обиду, и тащусь туда, где стоит Арчи.
Арчи сокращает расстояние, между нами, закидывает руку мне на шею и притягивает к себе. — Селеста сказала, что хочет познакомиться с тобой!
Глаза Селесты сияют, она во все глаза смотрит на Коула, пока мы подходим. Мой желудок совершает такой кульбит, что меня едва не тошнит. Наконец Селеста переводит внимание с Коула на меня; в уголках её глаз собираются морщинки, когда улыбка тянет щеки вверх. Глубокая синева её глаз ослепляет.
— Ах, Катерина! Я так счастлива наконец познакомиться с тобой. Я Селеста, невеста Коула.
Я не могу не заметить это тошнотворно-радостное ударение на слове «невеста». Она протягивает мне руку ладонью вверх.
Я в панике пытаюсь незаметно вытереть вспотевшую ладонь о бока, прежде чем ответить на рукопожатие. — Привет. Мне тоже очень приятно познакомиться, Селеста.
Мы разнимаем руки, и я замечаю, как она едва уловимым движением вытирает руку о край платья.
— И примите мои самые искренние поздравления. Я желаю вам обоим только счастья. — Я осмеливаюсь бросить боковой взгляд на Коула.
Его руки дергаются, но черты лица застыли в безразличии.
— Мне нужно вернуться в крыло лекарей. Было приятно познакомиться, Селеста, — извиняюсь я.
— О, конечно! Мне тоже было очень приятно. Я бы хотела обсудить с тобой наши планы за ужином, — говорит Селеста.
Я прикусываю язык, чтобы не ляпнуть лишнего. Кивнув, я склоняю голову и исчезаю в глубине лагеря.
Мне до чёртиков плевать на их планы.