ЗЕЙН
Эмоциональный шок – это реакция на внезапное известие или событие. Полагаю, моё состояние при виде изменений, случившихся с Сиенной, можно назвать шоком. Я полагал, что эта медицинская процедура усилит её черты, но совершенно не готов был к такому результату. Она воплощение красоты и силы.
Она воин.
Когда она уходит в туалет, Грейнджер разворачивается ко мне.
– Получилось, – шепчет он. Широкая улыбка расплывается на его лице. – Это действительно помогло. – Он делает паузу. – Как ты?
– Я в порядке. Я просто не думал… – замолкаю, не зная, как закончить предложение. Я ведь именно этого и хотел – чтобы Сиенна снова могла ходить. Как я могу жаловаться на результат?
Сиенна всегда была сильной. Теперь её тело соответствует её духу.
Грейнджер начинает убирать оборудование. Разбирая капельницу, он говорит:
– Я тоже не ожидал. – Он встряхивает головой. – Нет, я, конечно, знал, что её способности усилятся, но не ожидал таких изменений во внешности.
– Разве ты ещё не видел сверхсолдат?
Странно, как он может работать на правительство в этой лаборатории и ни разу не столкнуться с их самым крупным проектом?
– Нет, у меня нет доступа к нижним этажам.
Сиенна выходит из туалета, и мы сворачиваем наш разговор. Она улыбается мне, так ослепительно, что глаза начинают болеть.
– Я готова, – объявляет она.
Мы с Грейнджером переглядываемся.
– К чему?
– Сражаться. – Увидев моё недоумение, она добавляет: – Разве не для этого мы здесь? Чтобы остановить создание сверхсолдат?
С чего она это взяла?
– Нет, – говорю я. – Мы приехали, чтобы помочь тебе. И теперь, когда ты в порядке, нам нужно срочно вернуться в Прайд, пока Трей не…
– Нет, – отвечает она, складывая руки на грудии. – Я туда не вернусь. Я нужна здесь. Я должна положить конец происходящему.
Она идёт к двери. На мгновение я даже забываю, что ещё вчера она не могла ходить. Её поступь твёрдая, уверенная. Спина прямая, осанка безупречная. Не будь я сам свидетелем, ни за что бы не поверил, что есть проведура, способная превратить обычного человека в нечто большее. Нечто круче. Нечто… почти нечеловеческое.
Встряхиваю головой, отгоняя эту мысль. «Сиенна – всё ещё человек», – напоминаю себе. Просто новая версия той, кем она была всегда.
Пока я размышляю о том, что новая Сиенна может быть ещё более упрямой, чем прежняя, она уже выходит в коридор. Бросаю отчаянный взгляд на Грейнджера и бегу догонять.
– Сиенна! – громким шёпотом зову её. – Сиенна!
К счастью, в коридоре никого нет.
Она медленно разворачивается на носочках и пронзает меня взглядом, способным усмирить дикого зверя.
– Сиенна, послушай, – начинаю я. – Возможно, ты ещё не до конца пришла в себя. Мы совершенно не готовились к такого рода миссии. Может, лучше подождать Трея? Наверняка он сможет придумать хороший план…
Она сощуривает глаза, и я затыкаюсь. Мне не нравится быть объектом её недовольства.
– Подождать Трея? – едва ли не выплёвывает она. – Мне не нужна ничья помощь. – Она выпячивает бедро в сторону. – Слушай, если ты боишься или типа того, можешь не идти. Я сама справлюсь. – Её тон смягчается. – Но было бы неплохо, если бы ты прикрыл мне спину. Если хочешь.
О боже. Как бы поступил Трей на моём месте?
Он убьёт меня, сто процентов, когда узнает, что я привёз его девушку туда, где её чуть было не казнили. А когда узнает, что я отпустил её на безумно опасную миссию, убьёт снова. Чтобы наверняка.
– Погоди, Сиенна, у нас нет ни оружия, ни даже плана. Разве не лучше вернуться в Прайд, всё продумать, подготовиться и вернуться? А вдруг Трей нашёл твою маму и сестру? Неужели не хочешь их увидеть?
Она колеблется. Мысль о семье немного смягчает её. Но затем Сиенна встряхивает головой и поджимает губы.
– Нет. Ни за что. Я уже здесь, и откладывать нельзя.
Вздыхаю, понимая, что если Сиенна что-то для себя решила, то уже не отступит. Вариант связать её и насильно увезти в Прайд не рассматриваем. Поэтому остаётся только пойти с ней, подстраховать в случае чего.
Мы спускаемся на три этажа вниз в подвал.
– Приготовься, – шепчет она и открывает дверь. Там стоит охранник. Я смотрю, как Сиенна с размаху бьёт ногой его в грудь, хватает его пистолет и бьёт им по голове. Это всё происходит в мгновение ока. Если бы я моргнул, то всё бы пропустил.
– Ловко, – бормочу я.
– Спасибо.
Она забирает с шеи охранника ключ-карту.
Раздаётся писк, открывается следующая дверь. Но теперь у Сиенны есть пистолет, и она начинает стрелять, едва войдя внутрь. Внутри команда врачей или учёных (точно не знаю), которые падают на пол, хватаясь за плечо или колено. Красные пятна появляются на их белых халатах, кровь течёт из пулевых ран. Ещё два охранника вбегают в помещение, стреляя, но Сиенна справляется и с ними. Не убивает, но обезвреживает.
От меня никакой помощи. Я просто стою и глазею. Она как машина, один выстрел за другим. Чуть кто дёрнется, и она уже не даёт осуществить задуманное. Я стараюсь не думать о пострадавших. Напоминаю себе: то, чем они здесь занимаются, влечёт куда больше жертв, а потом их нужно остановить.
Забрав всё оружие, Сиенна оглядывается на меня.
– Идём, – говорит она. У неё даже дыхание не сбилось. – Скоро сюда прибегут остальные.
Я не горю желанием встретиться с другими охранниками, поэтому спешу за Сиенной в следующее помещение, уже размером с футбольное поле. Там стоят ряды кроватей с людьми, подключёнными к капельницам. Все проходят ту же процедуру, что и Сиенна.
– Сюда, помоги мне, – зовёт она, начиная освобождать от капельницы парня, которому на вид лет шестнадцать.
– Сиенна, подожди. – Накрываю её ладонь, останавливая. – Мы не знаем, какие будут последствия. Если прервать процедуру раньше времени, клетки будут повреждены.
Её глаза сверкают огнём.
– Мне. Плевать. Я не оставлю их здесь. Я просто ушла в прошлый раз и с тех пор жалею об этом. Надо вывести их отсюда.
Она выдёргивает иглу. Парень дёргается в ответ. Она идёт к следующей жертве, я присоединяюсь к ней. Надеюсь, прерывание процесса не приведёт к плачевным последствиям.
Вытаскивая иглу из руки весьма мускулистого мужчины, замечаю, что что-то не так. Вместо того, чтобы дёрнуться, как все остальные, он распахивает глаза и пронзает меня взглядом. Я пячусь назад, поднимаю глаза к пакету капельницы.
Он совершенно пуст, а значит, процедура завершена.
Мужчина поднимается с кровати, подобно медведю, пробудившемуся из спячки. Он огромен. Сантиметров на пятнадцать выше меня, а меня сложно назвать низким. Сощуривает глаза. Не успеваю отреагировать, как его руки уже сжимают моё горло и поднимают над полом. Я сопротивляюсь, но тщетно. Всегда считал себя сильным человеком, но с ним не иду ни в какое сравнение. Я просто Давид, а он Голиаф.
Рыжее пятно возникает из ниоткуда. Сиенна пинает его по коленям, толкает в бок и, словно каратиска, бьёт ногой в грудь. Гигант выпускает меня из своей смертельной хватки. Я падаю на пол, хватая ртом мвоздух. Кажется, моя трахея сломана, дышать тяжело. Поворачиваю голову к Сиенне. Она запрыгивает на спину великана, бьёт по ушам. Это забавное зрелище и в то же время пугающе. Она обхватывает руками его шею, перекрывая доступ к кислороду…
Бабах. Он теряет сознание и падает на пол. Сиенна спрыгивает со спины и ухмыляется мне.
– Не благодари, – бросает она, перекидывая волосы через плечо, и идёт к следующей кровати.
А я не могу пошевелиться. Могу только лежать и смотреть на неё.
Я и раньше считал Сиенну удивительной, но теперь…
Она вышла на совершенно новый уровень.