ТРЕЙ
Информацию я так и не получил. Я бы хотел верить, что президент Тёрнер меня не обманет, но мой опыт общения с верхушкой правительства нельзя назвать положительным. К тому же она сделала обо мне поспешные и в корне неверные выводы. И, честно говоря, меня это задело.
Я никогда не считал себя гордецом. Но, полагаю, это правда.
Может, поэтому мне так сложно прийти к президенту Тёрнер и попросить список.
Однако мне не даёт покоя судьба моих друзей. Я должен выяснить, живы ли Пейдж, Трина, мама и сестра Сиенны… Поэтому я наступаю на горло своей гордости и стучусь в кабинет президента Тёрнер в полдень на третьи сутки нашего пребывания здесь.
– Войдите, – говорит она.
Я поворачиваю ручку, и тяжёлая дверь открывается. Тёрнер сидит за столом. Увидев меня, она снимает очки и жестом подзывает ближе. Я сажусь напротив неё, и она говорит:
– Чем могу помочь, мистер Винчестер?
– Насколько мне известно, представленная мной информация оказалась полезной.
– Верно. И мистер Райдер прекрасно проявил себя на новом посту.
Пропускаю её комментарий мимо ушей. Она явно провоцирует меня, но я не стану поддаваться.
– Уговор есть уговор, госпожа президент. Я бы хотел увидеть список.
Президент Тёрнер откидывается на спинку стула, касаясь дужкой очков своих губ.
– Понимаю.
– Это честная сделка. Я дал вам информацию, чтобы защитить вашу провинцию. Теперь вы дайте мне список имён моих друзей. – Пожимаю плечами. – Вы ничего не теряете.
Тёрнер улыбается.
– Согласна. Однако я сама ещё не получила этот список.
– Почему? Я не понимаю. В чём сложность?
– Ну, как минимум, ваши друзья должны пройти чистку.
– Так…
– И нужно установить личность каждого, разумеется.
– И в чём же проблема? Просто спросите их.
– Не всё так просто. – Она вздыхает. – Вы, конечно же, не поймёте.
Скрежещу зубами. Держи себя в руках, Трей.
– Почему же не пойму?
– Вы не привыкли жить по правилам, в соответствии с законами. В нашей провинции с этим строго. Благодаря правилам жить здесь безопасно.
– С чего вы решили, что я не умею жить по правилам?
Президент Тёрнер окидывает меня критическим взглядом. Как будто я пришёл знакомиться с родителями девушки, и её мать считает, что я недостаточно хорош для её дочери. Тёрнер и так уже ясно дала понять, что, по её мнению, я буду лишним на стратегических сессиях. Неужели ей обязательно нужно ещё и ткнуть меня носом в прошлое?
– Даже не знаю, мистер Винчестер. Действительно, с чего бы мне так думать?
Честно, я уже сыт по горло её правильностью. Она понятия не имеет, через что я прошёл, на что мне пришлось пойти, чтобы защитить тех, кто мне дорог. Я бы сделал это всё снова, не раздумывая. Но я сощуриваю глаза, отказываясь подтверждать её правоту.
– Вы можете быть не согласны с моими действиями, президент Тёрнер. Я и не жду одобрения. Но я выполнил свою часть сделки и буду признателен, если вы поступите так же.
Она скидывает бровь, обдумывая мои слова.
– Полагаю, мы достигли взаимопонимания, мистер Винчестер. Я непременно извещу вас, как только получу информацию.
Поднимаюсь со стула. Разговор явно окончен. И всё же меня не покидает чувства, что я совершенно ничего этим не добился.
В коридоре врезаюсь в Нэша. Я почти не видел его с тех пор, как мы прибыли в Олд-Ричмонд. Он окидывает взглядом коридор, будто кого-то ищет.
– Всё хорошо, дружище? – спрашиваю его, хлопая по плечу.
Нервно облизав губы, он отвечает вопросом на вопрос:
– Ты не видел эту девицу, Адель? Медсестру Сиенны?
Адель… Адель… Имя кажется смутно знакомым. Но, честно говоря, когда я прихожу к Сиенне, то не замечаю никого и ничего вокруг.
– Да вроде нет. А что?
Нэш трёт лицо.
– Это, наверное, покажется странным… – Он замолкает на полуслове и матерится. – Ладно, забей.
Впервые вижу его таким.
– Дружище, что происходит?
– Эта девушка, Адель… – Нэш стучит себя по голове. – Не могу перестать думать о ней. – Он снова матерится. – Мне нужно выпить, – бормочет он.
Из меня вырывается смех.
– Боже, поверить не могу. Ты запал на неё.
Нэш фыркает.
– Нет.
– Да-да, определённо. Тот Нэш, что мечтает о жене, двух детях и собаке, запал на медсестричку.
Я намекаю на нашу игру в лагере «Зенит», где мы представляли иную жизнь. Тогда ответ Нэша нас всех поразил… и открыл с новой стороны.
Если бы взглядом можно было убивать, я бы сейчас упал замертво.
– Кажется, у кого-то слишком длинный язык. Могу и укоротить.
Усмехаюсь.
– Не думаю, что президент обрадуется, если мы зальём кровью её дорогущий ковёр.
– Плевать мне на её ковёр.
Сжимаю плечо кузена.
– Слушай, Нэш, это нормально. Тебе понравилась девушка. Прекрасно. Если хочешь позвать её на свидание или типа того, я только за.
Нэш обдумывает мои слова.
– Я теперь похож на тюфяка?
Смеюсь. Помню, как сам переживал, что буду выглядеть слабым из-за своих чувств к Сиенне.
– Нет, дружище. Ты всё ещё ты. Но обещаю, если у тебя всё с ней получится, ты станешь счастливее.
– Да уж, хотелось бы, – бурчит он.
Перед глазами встаёт воспоминание о братской могиле, что мы с ним выкопали рядом с руинами лагеря. Обугленные тела. Дым, поднимающийся в небо. Запах сгоревшей плоти. У меня сводит живот.
– Как и всем нам.
Нэш кивает мне и широким шагом направляется дальше по коридору.
Чёрт бы меня побрал. Нэш влюбился.
Теперь я видел всё.