Повинуясь инстинкту, Алекс вызвала Аэнару, встретив атаку Зайлин металлическим скрежетом.
— Что ты делаешь? — вскрикнула она, адреналин наполнял ее тело, когда она оттолкнула Тиа Аурас назад.
— Значит, это правда, — сказала Зайлин, разглядывая оружие, которое держала Алекс. — Ты владеешь Мечом Звезд, точно так, как показало твое воспоминание.
Она снова бросилась на Алекс, и снова Алекс заблокировала ее. Третий, четвертый, пятый раз Зайлин наносила удар, сила и скорость Тиа Аурас увеличивались с каждой атакой.
Алекс неделю не держала в руках оружия; за это время он даже не прикоснулась к Аэнаре. И все же, казалось, что с момента битвы в Грейвеле не прошло и секунды, ее тренировка с Нийксом автоматически включилась, когда включился режим выживания.
Сила и мастерство, которыми располагала Зайлин, были непохожи ни на одного противника, с которым Алекс сталкивалась — за исключением, возможно, самого Эйвена — ее природная сила и способности доводили Алекс до предела. За пределы.
Когда взмах золотого клинка бессмертной прошел так близко, что оставил порез на шее Алекс прямо под ее ухом, Тиа Аурас даже не приостановила свою атаку.
— Ты пытаешься убить меня? — взвизгнула Алекс.
— Возможно, я просто пытаюсь понять, насколько это было бы легко, — ответила Зайлин, снова замахиваясь на нее.
Снова и снова она продолжала делать выпады, каждый раз с возрастающей скоростью и силой.
— Достаточно плохо, что ты властвуешь над Сорайей де ла Торра и можешь призвать пути эйдена, — сказала Зайлин, нанося удары своим золотым клинком влево и вправо, высоко и низко. — Это еще хуже, что ты приняла ваэлианскую связь с Повелителем Небесного Королевства. Но командовать Клинком Славы… — Она отступила назад и покачала головой. — Клянусь звездами, Алексндра Дженнингс. Кто ты такая?
Зайлин почти не запыхалась, но Алекс слишком тяжело дышала, чтобы ответить, особенно когда Тиа Аурас снова набросилась на нее.
Удар.
Парирование.
Удар.
Блок.
Алекс изо всех сил пыталась противостоять интенсивности атаки Зайлин, и все ее внимание уходило на поддержание слабой, почти жалкой защиты. Ее навыков было далеко недостаточно, чтобы противостоять мастерству Тиа Аурас… или так она думала, пока Зайлин не ткнула в нее обвиняющим пальцем и не закричала:
— Ты даже не пытаешься, Алекс! Как ты собираешься спасти своих друзей, свой мир, если уже сдалась?
Когда их оружие снова сошлось в одном сокрушительном ударе, Алекс упала на колени, вся ее сила ушла на то, чтобы не дать клинку Зайлин приблизиться достаточно близко, чтобы разрубить ее пополам.
Протянув свободную руку вперед, чтобы схватить Алекс, в то время как другая продолжала давить на их соединенные мечи, Зайлин наклонилась и сказала:
— Я знаю, что Врата были тяжелыми для тебя, Алекс… знаю. Но ты должна преодолеть это, потому что ты сильнее этого. — Ее серебристые глаза встретились с глазами Алекс, когда она прошептала: — Не сомневайся во тьме в том, во что ты верила во времена света.
Алекс закрыла глаза, когда слова нахлынули на нее, заполняя ноющую пустоту ее кровоточащего сердца.
— Ты сильнее этого, Алекс, — повторила Зайлин, грубо встряхнув ее, и Алекс поняла, что она имела в виду не только физическую силу. — Так что переживи то, что случилось с Вратами, отойди от ложных обвинений, с которыми ты столкнулась, и покажи мне, на что ты действительно способна. — Отпустив ее, Зайлин закончила: — Теперь встань и сразись со мной как следует.
Зайлин была права… Алекс сдалась. После того, что она пережила во Вратах, после того, что она терпела в течение нескольких месяцев, она потеряла силу, волю продолжать бороться. Не только физически, но и каждой своей частичкой. Она устала… так невероятно устала. И она не была уверена, что сможет больше терпеть.
«Мы все умрем из-за тебя».
Слова, брошенные Кайденом в ее адрес, эхом отдавались в ее голове, страх перед тем, что они сбудутся, вызывал металлический привкус во рту. Она знала, что на самом деле это был не он, что он никогда бы не сказал ей ничего подобного, но это не уменьшало страха, что он окажется прав.
Все, что произошло во Вратах, могло быть фальшивкой, но все равно казалось реальным, поскольку обвинения, брошенные в ее адрес, исходили из глубины собственного подсознания Алекс. Вина, осуждение… все это было тем, с чем она жила изо дня в день. Слышать слова от тех, кого она любила, было показателем не того, во что они верили, а того, во что верила она.
Врата Суда были не о том, что она столкнулась с осуждением других.
Они были связаны с тем, что Алекс осуждала саму себя.
Такой, какой она была слишком долго.
Ее вина за прошлое, ее страх перед будущим, это было настолько разрушительно, что часть ее действительно хотела сдаться, как и обвиняла Зайлин.
Но Зайлин также сказала больше.
«Не сомневайся во тьме в том, во что ты верила во времена света».
Все, что Алекс делала до этого момента, было сделано с верой в то, что у нее есть шанс. Что у смертных Медоры был шанс. И когда она посмотрела на свирепый взгляд Тиа Аурас, она поняла, что будь она проклята, если упустит это из виду. Надежда — это все, что у нее осталось, но этого было достаточно. Потому что в будущем, полном неопределенности, надежда была всем.
Ее прошлое, возможно, было омрачено чувством вины и стыда, но это не определяло ее. Этого никогда не было. Она упала и потерпела неудачу, но она никогда не сдавалась… и не собиралась сдаваться сейчас.
Эйвен выбрал свой путь, точно так же, как Алекс выбрала свой.
Теперь ей просто нужно было продолжать бороться за это.
…Начиная с Зайлин.
Стальная решимость охватила Алекс, когда она поднялась на ноги и выпрямила спину.
Увидев решимость в ее глазах, губы Зайлин растянулись в нетерпеливой улыбке. И когда она снова сделала выпад, именно она отшатнулась назад от силы перехвата Алекс.
И снова, во второй раз.
Когда третий выпад оставил Зайлин открытой для Алекс, чтобы ответить своей собственной последовательностью атак, Тиа Аурас попыталась защититься, отступая через помост, когда ее золотой клинок снова и снова встречался с огненной длиной Аэнары.
Довольно скоро Зайлин начала жульничать, имитируя ослепительные вспышки в перерывах между внезапными атаками. Но Алекс сражалась с Ходящими по Теням, используя похожие боевые приемы, и ее не испугала сверхъестественная демонстрация бессмертной. Во всяком случае, это дало ей преимущество, поскольку Зайлин явно ожидала, что ее движения будут дезориентирующими. Это оставило ее уязвимой, когда Алекс прыгнула вперед с бессмертной скоростью в следующий раз, когда она парировала, схватив Тиа Аурас и переместившись с ней во вспышке, точно так же, как она однажды сделала с Трелл во время их матча ватали тарго в Грейвеле. Затем Алекс воспользовалась шоком Зайлин, чтобы пнуть ее ногами и швырнуть на землю, направив Аэнару ей в горло, голубое пламя едва не обожгло ее кожу.
Тяжело дыша под ней, черное лицо Зайлин растянулось в самодовольной ухмылке, несмотря на то, что она проиграла.
— Готова поблагодарить меня сейчас?
Зная, что Тиа Аурас вернулась к своему первоначальному предупреждению после того, как спровоцировала их драку, Алекс послала ей печальную улыбку и предложила руку, поднимая обратно на ноги.
— Обычно я не благодарю людей, которые пытаются меня убить, — сказала Алекс, прижимая пальцы к порезу на шее, размазывая кровь, которая стекала за воротник.
— Тебе нужно было выбросить это из головы, — непримиримо ответила Зайлин, отряхивая пыль со своего кожаного черного наряда. — Но что еще более важно, тебе нужно было отказаться от своих сомнений, стыда и вины раз и навсегда. Это единственный способ, которым у тебя хватит сил встретиться лицом к лицу со всем, что грядет.
Более благодарная, чем могла бы выразить словами, Алекс с трудом подавила желание обнять женщину, уверенная, что этот поступок не будет воспринят хорошо, как и любые бурные слова признательности. Вместо этого Алекс кашлянула и сказала:
— Без обид, но я вроде как предполагала, что ваша раса будет лучше сражаться. Я имею в виду, ты великолепна и все такое, но, похоже, ты на том же уровне, что и меярины.
— Наши боевые навыки равны их, в зависимости от того, сколько тренировок мы прошли, — сказала Зайлин, убирая свой золотой меч в ножны. — И, как я уже говорила тебе, прошло много веков с тех пор, как моему народу приходилось быть готовым к битве. Наши навыки… небрежны.
Алекс убрала руку с шеи и пошевелила окровавленными пальцами.
— Ты не кажешься небрежной.
— Я держалась в лучшей форме, чем большинство, — призналась Зайлин. — Однако даже я не в том расцвете сил, какой была когда-то, о чем свидетельствует твоя победа.
Зная, что она не имела в виду это как оскорбление, а просто сравнение между их двумя расами — одна смертная, другая бессмертная — Алекс сказала:
— Выиграла или нет, я победила тебя только потому, что ты ожидала, что я буду более удивлена.
— И это прекрасный пример того, что я имела в виду под «небрежны», — ответила Зайлин. — Когда-то было время, когда я никогда бы не сделала никаких предположений и не приняла бы реакцию противника как должное. Если бы мы вдвоем поссорились по-настоящему, моя сегодняшняя самоуверенность привела бы к моей смерти.
Алекс поморщилась, поскольку Зайлин права. Как бы то ни было, Алекс не единственная, кого ранили; у Тиа Аурас также были небольшие порезы на теле от движений Аэнары, которые нанесла Алекс. Интересно, что кровь Зайлин была золотой, что неудивительно, учитывая, что все, связанное с потусторонней расой, казалось, вдохновлено этим цветом.
Убрав Аэнару, Алекс сказала:
— Итак… теперь, когда мы установили, что мне нужно отпустить прошлое и двигаться вперед, я полагаю, это та часть, где ты возвращаешь меня в мою комнату, и я встречаюсь с друзьями?
Хотя она все еще не оправилась от того, что произошло внутри Врат, и не была уверена, как другие могут отреагировать на все, что они видели… на воспоминания и видение будущего, а также на то, как Алекс мысленно изобразила их суждение о ней… что-то поселилось внутри нее настолько, что она почувствовала себя готовой к конфронтации. Во многом это произошло из-за Зайлин, даже если Алекс еще предстояло решить, была ли она благословлена или проклята упорной Тиа Аурас, которая считала насилие лучшим средством для лечения эмоциональных последствий. Как бы то ни было, ее вмешательство внесло ясность Алекс, заставив замолчать ее сомнения и возродив надежду. Это также, возможно, непреднамеренно, напомнило Алекс об одной вещи, которую она знала наверняка: что друзья любили ее так же сильно, как она любила их, и из-за этого они пройдут через все, что будет дальше, вместе, как и всегда.
Несмотря на восстановленную решимость Алекс, Зайлин не оттолкнула ее. Вместо этого ее глаза были сосредоточены на том месте, где исчезла Аэнара, когда она спросила:
— Как получилось, что Оружие Веков связано с тобой?
Алекс позвала Аэнару обратно и осторожно взяла ледяной клинок в руки, голубое пламя танцевало на ее коже. Она быстро рассказала, как Эйвен использовал его, чтобы Заявить на нее права, но как позже она освободилась от его уз, а затем как он бросил клинок в Д.К. только для того, чтобы Алекс встала на его пути. Затем она призналась, что не знала, почему оружие осталось у нее после этого… не то чтобы она жаловалась.
— Он счел тебя достойной, — сказала Зайлин.
Алекс нахмурилась.
— Как это?
— Аэнара — он счел тебя достойной, когда ты пожертвовала собой ради друга. Вот почему клинок решил связать себя с тобой.
— Я не знала об этом. Все, что связано с этим, просто… ну, странно, — сказала Алекс. Это было особенно верно, когда принимался во внимание парадокс времени… потому что она была связана с ним в прошлом до будущего, но она пережила прошлое только после будущего. — Я имею в виду, это оружие. Не похоже на то, что он способен к рациональному мышлению или принятию решений.
— Ты ошибаешься, — сказала Зайлин, качая головой. — Аэнара — это гораздо больше, чем оружие.
Алекс почувствовала, как по коже побежали мурашки, когда она вспомнила, как Эйвен однажды сказала нечто подобное:
— Аэнара — это не имя, глупая девчонка. Это личность.
— Я не удивлена, что ты не знаешь больше о Несущем Свет, — продолжила Зайлин. — Даже мой народ не до конца понимает это.
Заинтригованная, Алекс сказала:
— Я думала, что клинок был сделан Тиа Аурас?
Зайлин испуганно рассмеялась.
— Вряд ли. Это все равно что сказать, что мы заставили звезды появиться на свет.
Сбитая с толку, Алекс сказала:
— Если не вы его создали, то кто?
— Вместо этого, позволь мне спросить тебя вот о чем, — сказала Зайлин, перекидывая свои темные волосы через плечо. — Ты когда-нибудь задумывалась, почему твое оружие может разрезать что угодно, но не проходит прямо сквозь другие клинки во время боя?
Алекс была встревожена, осознав, что она никогда не рассматривала это, даже после того, как стала свидетелем того, как Аэнара разрезал Мирокс, Моксирил и предположительно непробиваемые траесос, как растопленное масло.
— Ты когда-нибудь задумывалась, почему или как он может увеличиваться и уменьшаться в длину, в зависимости от того, хочешь ли ты использовать его как кинжал или как меч? — продолжила Зайлин. — Или как ты можешь вызывать и убирать его по своему желанию? Как он узнает, что должен прибыть и отбыть по твоей команде?
По крайней мере, об этом Алекс задумывалась, хотя и не получала никаких ответов.
Зайлин продолжила:
— Ты когда-нибудь задумывалась о цвете лезвия; из какого вещества оно могло быть создано? Почему он вспыхивает звездным огнем при твоем прикосновении… это, я полагаю, началось только после того, как ты связалась с драконом, существом с происхождением за пределами звезд?
Алекс провела рукой по всей длине лезвия, посмотрела на Зайлин и сказала:
— Есть шанс, что ты хочешь ввести меня в курс дела?
Тиа Аурас на мгновение задержала на ней взгляд, словно раздумывая, но затем она открыла рот и поделилась:
— Я не могу сказать, откуда взялась Аэнара или чьими руками он был создан, поскольку даже старейшины моей расы не знают ответа на этот вопрос. Но я могу сказать, что легенда утверждает, что в него было вдохнуто существо, и он был сделан из жидкого звездного света, и по этим двум причинам он сохраняет ощущение чувствительности — интеллект, оставленный его создателем, который позволяет ему соединяться с другим, изменять длину, быть вызванным и отпущенным по желанию. Это также тот интеллект, который делает его, за неимением лучшего слова, почетным. Он знает, когда сражается с другим оружием, и достаточно уважает как противника, так и его клинок, чтобы, по сути, не жульничать.
Разумный, благородный клинок, который был вдохнут в бытие. Это было среди самых нелепых вещей, которые Алекс когда-либо слышала. И все же все это подходило… за исключением одной вещи.
Возможно, большую часть своей фреянской жизни она обучалась на дому, путешествуя с родителями по всему миру, переезжая с ними с места раскопок на место раскопок, но это не означало, что она ничему не научилась. Она была особенно увлеченной студенткой, изучавшей естественные науки, поэтому была достаточно уверена, чтобы сказать:
— Жидкого звездного света не существует.
Не обращая внимания на поднятые брови Зайлин, Алекс продолжила:
— Звезды состоят из газов — в основном водорода и гелия — и температура их ядра слишком высока, чтобы они могли превратиться в жидкость. Может быть, если бы холодный термоядерный синтез был реальной вещью, но это существует только в научно-фантастических книгах и фильмах, и… — Алекс замолчала, поняв, что она коснулась темы. — Послушай, все, что я хочу сказать, это то, что звезды нельзя превратить из газа в жидкость. Это физически невозможно.
С другой стороны, Аэнара был окутан звездным огнем, по крайней мере, когда его держала в руках Алекс. Был ли это такой огромный скачок, если учесть, что тот, кто создал клинок — вдохнул в него разумную жизнь — был достаточно продвинут, чтобы сжижать свет звезды и превращать его в оружие?
— Физическая невозможность или нет, — сухо заметила Зайлин, — во всех мирах есть два клинка, которые доказывают ложность твоего утверждения.
Алекс дернулась, точно зная, о каком другом клинке говорила Зайлин.
— Ваэварка тоже сделан из звездного света?
Рывок Зайлин был гораздо более сильным, чем у Алекс.
— Откуда ты знаешь о Носителе Тьмы?
Скривившись, Алекс сказала:
— Почему у обоих этих лезвий так много разных названий? Предвестник Смерти, Меч Теней, Носитель Тьмы… это становится абсурдом.
— Его также называют Проклятием жизни, если хочешь добавить последнее в свой список, — сказала Зайлин, хотя ее губы стали тонкими и бледными. — А теперь ответь на мой вопрос.
Сопротивляясь желанию закатить глаза от требовательного тона Тиа Аурас, Алекс ответила:
— Я знаю о Ваэварке, потому что клинок у Эйвена. И, судя по тому, что он пылал черным огнем в его руках, я предполагаю, что он тоже связан с ним.
Зайлин отшатнулась, как будто ей дали пощечину.
— Ты уверена в этом?
Алекс была удивлена, что Зайлин не знала, особенно учитывая возвращение медоранских драконов в Тиа Аурас после того, как Эйвен убил так много их сородичей своим темным клинком. Она не была свидетельницей резни, но видела, как Эйвен использовал свое огненное оружие, чтобы убить многих других, включая Леди Тайн и Нийкса. Воспоминания промелькнули перед глазами: падение древней женщины; Аэнара и Ваэварка встретились в мощных, резких ударах; лезвие пронзило грудь Нийкса, оставив смертельную рану, которая отказывалась заживать.
— Я уверена, — прохрипела Алекс. Кашлянув, сказала: — Но мне сказали, что Ваэварка сделан из траесоса.
— Это так, — согласилась Зайлин, возбужденно проводя рукой по волосам. — Это оружие — чистая тьма, с добавлением всего одной капли жидкого звездного света, чтобы придать ему чувствительность… в отличие от Аэнары, который является чистым светом и сделан полностью из звездного света. — Начав расхаживать, Зайлин продолжила: — Если у Эйвена есть Ваэварка, у него есть средства убить любое бессмертное существо одной царапиной.
Сглотнув, Алекс прошептала:
— Я знаю.
Остановившись перед ней, Зайлин наклонилась и с яростными глазами прошипела:
— Почему ты ничего не сказала раньше? Это то, что моим людям нужно было знать!
Не понимая, что, казалось, было воспринято как личное оскорбление, Алекс неуверенно спросила:
— Почему?
— Потому что, если мы хотим присоединиться к борьбе за ваш мир, тогда наши правители должны осознавать риски… с чем мы можем столкнуться. Какими бы пренебрежительными ни были наши навыки сейчас, опасность уже велика. Но против мощи Ваэварки… — Зайлин замолчала, черты ее лица напряглись.
Тихо Алекс сказала:
— Я не думала, что это будет иметь большое значение, так как, когда придет время, я сомневаюсь, что кто-то, кроме меня, будет сражаться против него.
Взгляд, который послала ей Зайлин, был резким.
— А если ты проиграешь?
Раньше эти слова съели бы Алекс изнутри. Но теперь она просто выпрямилась и ответила:
— Это не тот вариант, который я готова принять прямо сейчас. Так что тебе тоже не стоит.
Гнев Зайлин рассеялся, и намек на одобрительную улыбку тронул ее губы.
— Очень хорошо. — Она посмотрела на оружие, которое Алекс все еще держала в руках, и сказала: — Я полагаю, что если кто-то и встретится с Эйвеном и добьется успеха против Ваэварки, то это будет тот, кто владеет Аэнарой и командует им. Никогда прежде за всю историю два вида оружия не скрещивались.
— Ну, по состоянию на прошлую неделю, такое уже было.
— Это я бы хотела увидеть, — задумчиво произнесла Зайлин. — Возможно, у меня еще будет шанс стать свидетелем Баланса Сил, стремящихся к справедливости против Проклятия Жизни.
Алекс надеялась на это, потому что это означало бы, что Тиа Ауранс прийдут ей на помощь. Но часть ее также отшатнулась от этой идеи, так как это означало бы, что она снова будет сражаться с Эйвеном. Несмотря на то, что она знала, что это должно было произойти, она не торопилась на эту встречу.
Отбросив свое оружие, Алекс сосредоточилась на Зайлин.
— Я уже говорила, что думала, что Аэнара был создан вашим народом, но ты явно опровергла эту теорию. — Кривая усмешка встретила ее слова, и она продолжила, ее любопытство взяло верх: — Так что насчет Библиотеки? Сорайя де ла Торра – «Свет миров»?
Зайлин моргнула.
— Что насчет Библиотеки?
— Это твой народ создал ее?
Еще одно моргание. А потом Зайлин откинула голову назад и расхохоталась. Это был самый чистый звук, который Алекс когда-либо слышала от нее, полный неподдельного юмора, неподдельной теплоты.
Тем не менее, Алекс скрестила руки на груди и сказала:
— Почему это смешно?
Зайлин потребовалось мгновение, чтобы взять себя в руки, но когда она это сделала, то сказала:
— Никто не создавал Библиотеку.
— Кто-то должен был, — отметила Алекс.
Зайлин пожал плечами.
— Библиотека просто есть. Так было всегда, и так будет всегда.
— В этом нет никакого смысла.
— Имеет ли время смысл?
Наморщив лоб, Алекс спросила:
— Что?
— Время, — повторила Зайлин. — Когда оно началось? Когда оно закончится? Кем и как оно было создано?
— Время — это конструкция, — ответил Алекс. — Оно существует как точка отсчета. Нельзя создать время… оно такое, какое оно есть.
Зайлин посмотрела на Алекс, изогнув брови, очевидно, полагая, что ее точка зрения была высказана.
— Это не одно и то же, — возразила Алекс.
— Если ты действительно в это веришь, тогда ответьте мне вот на что: кто решил, что время должно быть точкой отсчета или как такая «конструкция» будет работать? И более того, что произошло во времена до времени… что создало время, время?
Алекс почувствовала, как у нее начало пульсировать в висках.
Зайлин быстро дала понять, что не ожидает ответа.
— Есть просто некоторые вопросы, на которые никогда не будет ответов, Алекс. Это один из них. — Она сделала многозначительную паузу и закончила: — Библиотеку нельзя объяснить — ее можно только пережить.
Алекс и раньше верила в это, но она предполагала, что у потусторонней, древней расы могло быть больше информации. Очевидно, она ошибалась. И все же, какой бы вызывающей головную боль ни была аналогия Зайлин со временем, Алекс поняла ее точку зрения. Время просто было. И это также относилось к Библиотеке… она просто была.
«Есть, была и всегда будет», размышляла Алекс. «А я думала, что Библиотека не может быть более загадочной.»
Желая знать, что хотя бы что-то, что она узнала о Тиа Аурас за время своего пребывания в прошлом, было правдой, Алекс сказала:
— Итак, «нет» Аэнаре и «нет» Библиотеке, но Валиспас — это были вы, верно?
Зайлин ухмыльнулся.
— Да, Алекс. Создателями были мы. Подарок меяринам задолго до того, как мы их изгнали.
— Почему вы изгнали их? — Алекс не могла удержаться от вопроса. — Что произошло между вашими двумя расами, что привело к Войнам Бессмертных?
По лицу Зайлина пробежала тень.
— Эта история не для ушей смертных, и это не то, что тебе нужно знать, несмотря на твое любопытство. Но достаточно сказать, что они стремились стать больше, чем они были, и им было все равно, какой ущерб они причинили, чтобы получить то, что, по их мнению, им полагалось. Их гордость в конечном счете стала их падением, их изгнание было разрушительным в большем масштабе, чем ты когда-либо могла себе представить. И для моего народа тоже.
Уже зная об их неспособности рожать детей, Алекс задумалась, какие еще последствия испытали жители Тиа Аурас после Войн Бессмертных.
— Я не могу не почувствовать здесь атмосферу падших ангелов, — сказала Алекс, думая, что сравнение удивительно уместно.
Медленно Зайлин сказала:
— Не уверена, что понимаю, на что ты намекаешь.
Алекс отмахнулась от ее замешательства, зная, что лучше не пытаться объяснять.
— Мне жаль, что ты прошла через все это с ними, — сказала она вместо этого. — Не могу представить, на что это было похоже, когда две ваши расы столкнулись друг с другом.
Зайлин выдержала ее взгляд и тихо сказала:
— Думаю, что из всех людей ты действительно можешь себе это представить, Александра Дженнингс. Но я искренне надеюсь, что исход твоей собственной войны будет более благоприятным для обеих сторон, чем то, что произошло между меяринами и Тиа Аурас.
Алекс тоже на это надеялась.
— Хватит об этом, — сказала Зайлин, снова обнажая свой меч. — Несмотря на твою готовность вернуться к друзьям, их сейчас нет в вашей комнате, все пятеро в настоящее время бродят по городу.
Алекс задумалась, откуда Зайлин могла это знать, ведь она была здесь все это время. Но учитывая, как мало Алекс знала о Тиа Аурас, она не удивилась бы, обнаружив, что между ними была какая-то ментальная связь, совсем как у драконов. Как бы то ни было, если предположить, что Зайлин права и ее друзья разбросаны по всей Вардаэсии, Алекс не было особого смысла возвращаться просто для того, чтобы с тревогой ждать их возвращения.
— Предполагая, что у тебя нет других неотложных дел, — продолжила Зайлин, — мне бы не помешала некоторая практика. — Она подняла клинок. — И ты, хотя и смертная, являешься приемлемым противником.
— Приемлемым? — Алекс ухмыльнулась Тиа Аурас, призывая Аэнару: — На случай, если ты пропустила, я надрала твою «небрежную» задницу незадолго до этого.
— Возможно, — признала Зайлин, ее серебристые глаза сверкнули. — Но если бы ты была кем-то другим, а не тем, кто ты есть, этого бы не произошло.
На вопросительный взгляд Алекс, Зайлин вернула ей ухмылку и объяснила:
— Если мой народ равен меяринам только в боевом мастерстве, как ты думаешь, как нам удалось победить и изгнать их?
— Поскольку ты мне не сказала, я понятия не имею, — многозначительно сказала Алекс.
Ухмылка Зайлин стала шире, и она сказала:
— Давай просто скажем, что твоя раса была не первой, кого осчастливили дарами.
Тело Алекс замерло от понимания.
— Не может быть, черт возьми.