Друиды

Я посмотрела на Ниневу.

— Вы могли прийти ко мне. Могли всё рассказать. Если вы видели меня, значит, знали, кто я, кем я стала. Кто-то должен был хоть что-то мне сказать.

— Да. Могли. Но мы верили, что Мелвас попытается убить тебя, если тебя опознают. С вдовой Лувель ты была в безопасности.

— Он пытался убить меня вчера.

— Ты была в безопасности, пока не вступила в ряды Красных Плащей.

— Я никогда не была в безопасности. Я другая. У меня всегда было это второе зрение.

— Это кровь Авалона. Древняя магия. Магия друидов.

— И вы — одна из них? Друид?

— Да.

— А где остальные? Другие друиды?

— Недалеко.

— Вы изъясняетесь туманно.

— Да, и мне жаль. Ты должна понять: после смерти твоей матери друиды отступили. Мы хранили наш орден — и самих себя — вдали от мира, стараясь не допустить возвращения Мелваса.

— Похоже, план не сработал.

— Нет, не сработал.

— И как же, черт возьми, он вернулся?

— Все камни и курганы охраняются магией друидов. Но есть пути — старые, забытые пути. Мы верим, что Мелвас нашел артефакт, позволяющий ему открывать порталы в Иномирье.

Артефакт. Я вспомнила разговор Виктории с агентом из Индии.

— Что это за артефакт? — спросила я.

— Амулет из трех частей. Устройство для открытия врат между мирами. Эти реликвии пропали много лет назад.

— В Индии был инцидент с Красными Плащами. Один артефакт исчез.

— Да. Похоже, всё это время одна часть была у Красных Плащей. Мы не знали. После того, что случилось с твоей матерью и Лэнгдоном, друиды и «Грубые Механики» расстались на дурной ноте.

— Вам не приходило в голову, что мой отец мог отдать все три части Красным Плащам? Может, помимо того, чтобы рассказать, кто я такая, вы могли упомянуть об этом? Я бы навела справки. Черт, да у Плащей могут быть все части! Хоть кто-то должен был мне что-то сказать!

— Клемени, я знаю, ты злишься.

— Нет. Вы ничего не знаете. Мои родители мертвы. Теперь это точно. Наверняка. Я всю жизнь гадала о них. И никогда не знала, кто они и почему погибли. Или даже — что они вообще мертвы. Почему меня бросили. Я никогда не понимала, почему я такая. И я не знала, что у меня есть семья, настоящая семья, которая еще жива. А теперь вы здесь и просите меня сразиться с тем же монстром, который убил моих родителей.

— Не ради меня, а ради общего блага. Нам нужна твоя помощь, Клемени. Мы пришли к тебе из-за того, кто ты есть на самом деле. У Мелваса есть одна часть артефакта. Это позволило ему прорваться. Ты знаешь, что будет, если он соберет все три? Все темные твари Иномирья войдут в мир людей. Существа вроде Крампуса, с которым ты сражалась — мы знаем об этом, — заполонят наш мир. Мелвас станет жестоким властелином и поработит человечество. Наш долг — стоять на страже между мирами. Мы должны остановить его. Я знаю, тебе тяжело. Мне было не легче. Моя сестра была моей единственной семьей. Ты — моя единственная семья. Я не хотела оставлять тебя, но…

Ниневу прервал другой голос, позвавший её по имени.

— Нинева.

Я оглянулась и увидела еще одну фигуру, проступающую сквозь туман. Приблизился древний старец; его длинные седые волосы и борода доходили до самого пояса.

Я положила руку на пистолет.

— Вы кто такой?

— Меня зовут Элон. Я Верховный Друид Островов. Ты должна простить свою тетю, Клемени. Это по моему приказу мы оставили тебя с Фелис Лувель.

— И никому в голову не пришло, ну, не знаю, может, когда я вступила в Красные Плащи, сказать мне, кто я?

— Теперь мы здесь, — сказал Элон.

Я нахмурилась:

— Потому что я вам понадобилась.

— Ты нужна королевству. И если я правильно сужу по плащу и жетону, которые ты носишь, для тебя это что-то значит. Полагаю, наша королева отправила тебя искать ответы. Мы даем тебе ответы, которые ты ищешь.

Он был прав, но это не значило, что мой гнев утих.

— Возможно. В плане защиты королевства вы правы. Но что касается меня, моих родителей и моей жизни — у вас нет достойных оправданий.

— У меня есть одно, — сказал Элон. — Ты до сих пор жива. Если бы Мелвас знал, что ты существуешь, он бы тебя убил.

— С чего бы? Я ведь не друид. Я просто сирота женщины, которая была важна.

Нинева покачала головой.

— Нет, Клемени. Ты не понимаешь.

— Чего я не понимаю?

— Кто ты такая. Ты — Владычица Озера, как и твоя мать до тебя, — объяснила Нинева.

— О чем вы вообще говорите?

— Ты — первая дочь. Титул и сила переходят к первой дочери, как повелели фейри много поколений назад. В твоих жилах магия Авалона. В моих тоже. Но Владычицей Озера будешь ты, как твоя мать. Только у тебя есть сила остановить Мелваса.

— Что? Это нелепо. У меня нет времени играть в старые легенды и чепуху. У меня есть работа.

— Мы можем помочь тебе, обучить тебя, — сказала Нинева.

— У вас были годы, чтобы обучать меня. Вы решили этого не делать. Теперь мне придется встретиться с Мелвасом такой, какая я есть. Того, что я уже знаю, а не этой ерунды про Владычицу Озера, должно хватить. Времени на остальное нет, хотя что-то мне подсказывает, что пара друидских заклинаний пришлась бы кстати. Знаете, тех самых, которым вы могли научить меня много лет назад.

— Она права, — сказала Нинева Элону.

Элон нахмурился.

— Мелвас не знает, кто ты и почему ты так сильна. Он знает, как сражаться с друидами, но он не знает, как сражаться с тобой. В следующий раз, когда вы встретитесь, ты убьешь его.

— Вот как? — горячо спросила я. Кем возомнил себя этот старый волшебник, чтобы командовать мной? Я не собиралась просто так подчиняться кому-то, кто называет себя Верховным Друидом. Особенно тому, кто скрывал от меня правду.

— Да, — тихо сказала Нинева. — Потому что если ты этого не сделаешь, Мелвас убьет Викторию и разрушит всё, что ты любишь.

Затем, прошептав что-то под нос, она сделала странное движение рукой.

Туман за моей спиной расступился.

Я увидела руины Гластонберийского аббатства. А потом увидела его.

Ричард стоял среди камней с мечом в руке, его глаза горели алым, пока он озирался по сторонам. Лунный свет падал на него, заставляя клинок сверкать. Заметив нас, он замер.

— Клемени? — позвал он.

— Выслеживай боггартов и других темных тварей. Они работают на Мелваса, разыскивая две другие части артефакта. Нечисть будет помогать ему возвыситься. Ты должна найти остальные части первой. Завладей ими, и ты сможешь помешать Мелвасу открыть все двери в твой мир. Часть, которая у Мелваса, должна быть возвращена. И ты должна убить его, если сможешь, — напутствовал Элон.

Краем глаза я видела, как Ричард движется к нам.

— А как же остальные Неблагие? Что сделает Серебряный Двор, если я прикончу принца Неблагих? — спросила я.

— Действия Мелваса не отражают позицию Серебряного Двора. Он принц-изгой. При этом они и пальцем не пошевелят, чтобы остановить его, но и не помешают тебе защищать это королевство, — ответил Элон.

Нинева посмотрела на меня с мольбой в глазах.

— Когда всё закончится, милая племянница, возвращайся. Я должна загладить вину. И ты права. Тебе нужно учиться.

Элон глянул мне за спину.

— Стой, тамплиер. Мы не враги тебе.

Сзади раздалось низкое рычание.

— То, о чем вы просите, несправедливо, — сказала я Элону. Я заставила себя не дрожать от миллиона эмоций, захлестнувших меня. Я чувствовала себя опустошенной, разъяренной и полной надежды одновременно.

— Да, — согласился Элон. — Но таков порядок вещей, Владычица Озера, — он поклонился. В этот миг туман вокруг него сгустился, и он исчез.

Я повернулась к Ниневе.

— Тетя, — тихо прошептала я.

— Прости меня, Клемени. Мы скоро увидимся, — сказала она и растаяла в воздухе.

Подул резкий ветер, унося тяжелый туман. Когда он рассеялся, я обнаружила, что снова стою среди обычных руин аббатства.

Я оглянулась на Ричарда. Он тряхнул головой, избавляясь от последних волчьих черт, проступивших на лице. Но его глаза всё еще светились красным.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Не совсем.

— Друиды, я полагаю?

— Да.

— Узнала, что хотела?

— И даже больше. Судя по всему, я — Владычица Озера.

— Звучит пафосно. Ты теперь должна лежать в пруду и раздавать мечи направо и налево?

— Я тоже так подумала. Но нет.

— И что же тогда?

— Мне нужно убить принца-изгоя фейри, пока он не убил Викторию и не превратил наш мир в хаос. И, кстати, это он убил моих родителей.

— Что ж, похоже, он и правда напросился на то, чтобы его прикончили, — Ричард замолчал. — Клемени…

— По крайней мере, теперь я знаю, почему от меня так хорошо пахнет.

— И почему же?

— Оказывается, в моих жилах течет благословленная фейри кровь Авалона.

Ричард хмыкнул, подошел ко мне и, обняв, поцеловал в лоб.

— Вернемся и выпьем глоток бренди?

— Или два.

— Или три? — Веди.