— Клем? Клемени? — позвала Харпер, и на этот раз в её голосе отчетливо слышалась тревога.
— Я здесь! Возвращаюсь! — крикнула я в ответ.
Кожа покрылась мурашками. Я огляделась, рассматривая камни. Всего здесь было девять пар, перекрытых сверху и образующих подобие дверных проемов; каждый был испещрен замысловатыми символами. Камни лоснились от сырости тумана, что придавало им странное голубоватое мерцание.
Сердце сильно забилось, когда я шагнула к центру круга, где был воздвигнут каменный алтарь. На нем я увидела грубо сплетенную корзину.
Я приближалась медленно, чувствуя на себе чьи-то — человеческие или нет — глаза. Помешкав, я снова вгляделась в туман. Ничего не было видно.
— Я знаю, что ты там, — произнесла я.
Я закрыла здоровый глаз и оглядела всё вокруг. Лунный глаз играл со мной в прятки, выхватывая мимолетные тени в воздухе. Шары света, силуэты, неопределенные формы скользили сквозь марево. Но чего я ожидала? Я стояла у врат царства теней.
Подойдя вплотную к алтарю, я собралась с духом и заглянула в корзину. Внутри лежали мертвый заяц, несколько яблок и лесные грибы.
Жертва? Подношение?
Судя по состоянию зайца, стало ясно, что кто-то был здесь совсем недавно. Тот же человек из разрушенного дома или кто-то другой?
Я нахмурилась.
Клемени, — позвал женский голос, тихий, как шелест ветра; он шевельнул мои волосы, словно кто-то выдохнул мое имя мне в затылок.
Мурашки пробежали по спине.
— Что тебе от меня нужно?
Тихий смех проплыл над землей. Я резко обернулась. Никого.
Я убрала оружие в кобуру. Еще раз взглянув на корзину, решила её не трогать. Древние кельтские боги когда-то правили этой землей. Хотя я провела детство в Сент-Клемент-Дейнс и не раз ощущала присутствие божественного, у меня всегда были сомнения. Как и почему исчезают боги? Может ли бог действительно исчезнуть? Если люди перестают верить, значит ли это, что богов никогда не существовало, или они просто забыты? В нашем мире бродило немало существ, в которых люди не верили. Но они были реальны. Достаточно реальны, чтобы запечатлеть поцелуй на моих губах. И если оборотни, вампиры и гоблины настоящие, то что же еще может оказаться правдой? Я снова посмотрела на корзину. Реально это или нет, я знала одно: к подношениям, оставленным богам, лучше не прикасаться.
Осторожно выбирая дорогу, я направилась обратно к холму. К моему удивлению, заметила пологую тропинку, ведущую назад к деревне. Я пошла по ней, отмечая менгиры, которые усеивали эту сторону поселения так же, как и ту, по которой мы пришли. И снова — девять камней. Я вернулась к руинам и обнаружила мистера Аарона, подбирающего фазана, и Харпер, которая пристально смотрела на лачугу, где я исчезла. Она была сильно нахмурена.
— Ну как? — спросила я. — Удалось высмотреть там ответы своим грозным видом?
Харпер издала громкий вздох облегчения.
— Куда ты делась?
— Погналась за кем-то… или чем-то.
— И что это было — «кто-то» или «что-то»?
— На эту тему грани обычно размыты, не так ли?
Харпер закатила глаза.
— Думаю, человек. Но я не успела его разглядеть. Зато я нашла миниатюрный Стоунхендж по ту сторону холма, — сказала я, указывая в туман.
— В этих местах полно стоячих камней, — вставил мистер Аарон. — Большинство из них заросли или повалились, некоторые наполовину ушли в трясину. Вообще-то в поместье Кэбеллов есть еще три каменных кольца.
— За ними кто-нибудь присматривает? — спросила Харпер.
— Отец лорда Кэбелла пытался — обнес одно из них забором, но тот развалился, и никто не потрудился его починить. Раз в сто лет кто-нибудь приезжает из Оксфорда или Кембриджа посмотреть. А так ими никто особо не интересуется.
— Думаю, ваша теория об иценах имеет под собой почву, мистер Аарон, — заметила Харпер.
Он кивнул.
— На фенах полно свидетельств древней жизни, если знать, где искать, и если болото не проглотит тебя раньше.
— Похоже на подходящее место, чтобы прятаться от римлян, — сказала Харпер.
— Или от религиозных преследований, — добавила я вполголоса.
Харпер метнула на меня быстрый взгляд, но ничего не сказала.
— И то верно, — подтвердил мистер Аарон. — Так кого же вы там вспугнули, агент Лувель?
— Трудно сказать наверняка. Лису, может быть. Кем бы оно ни было, я потеряла след в тумане.
Мистер Аарон погладил свои пышные усы.
— Для лисы следы мелковаты. Но зверь мог загнать птицу в дом. Тем лучше для нас, полагаю, — сказал он, с гордостью демонстрируя фазана.
Я улыбнулась.
— Возвращаемся? — спросила Харпер. Её вопрос меня удивил. Я ожидала, что она захочет обследовать здесь каждый дюйм. Что до меня, я чувствовала: ответы здесь есть. Я оглянулась на каменное кольцо. Однако ответы были пока вне досягаемости. Но что-то подсказывало мне: если я хочу узнать, что преследует Кэбелл-Мэнор, мне нужно прийти сюда ночью.
— Прекрасно, — согласился мистер Аарон и жестом пригласил нас следовать за ним к выходу из руин. — У нас еще должно хватить времени, чтобы по пути поохотиться на уток.
Харпер усмехнулась, и мы пошли за ним. Она приотстала, чтобы поравняться со мной.
— Думаю, было бы мудро вернуться сюда ночью. Желательно одним, — прошептала она.
Я улыбнулась, гордясь чутьем своей напарницы.
— Я думала о том же.
— Серьезно, Клемени. Лиса? — хмыкнула Харпер.
— Ну, он мне почти поверил, — ответила я и постучала пальцем по виску. — Хитрая как лиса, как минимум.
— Так кто это был? Человек?
— Думаю, да.
— А что там с камнями?
— Кто-то был там совсем недавно.
— Откуда ты знаешь?
— Во-первых, я чувствовала на себе взгляд. А во-вторых, на алтаре было оставлено подношение.
Харпер остановилась.
— Подношение?
Я кивнула, взяла её под руку и потащила вперед.
— Что-то жуткое? — спросила она, сморщив нос, будто готовясь услышать мрачную историю.
Я рассмеялась.
— Египет определенно подпортил твое воображение. Никаких расчлененных трупов, просто корзинка с зайцем, яблоками и грибами. Подношение богам, а не требуха.
Харпер облегченно вздохнула.
— Я уже вообразила, как мы гоняемся за оккультистами в тумане — перспектива так себе. С яблоками я еще справлюсь. Но кто это оставил? И зачем?
Я покачала головой.
— Не знаю, но в одном мистер Аарон прав.
— В чем именно? — Если кто-то захочет спрятаться, лучшего места не найти, — ответила я и оглянулась на руины, которые теперь окончательно поглотил туман.