Динь-Динь изо всех сил пыталась высвободиться и задыхалась, когда лидер Потерянных Мальчиков крепко держал ее, обхватив за талию. Она чувствовала, как каждый его палец впивается ей в грудную клетку, а его рука была покрыта той же вязкой зеленой жидкостью, которую он собирал, как она видела. Здесь пахло морскими водорослями и чем-то еще более диким, чем в клане лесных пикси.
Лицо Питера исказилось в уродливой усмешке. Его взгляд метнулся к Джеймсу, который стоял, парализованный страхом, затем к двум своим последователям, которые, связанные, стояли на коленях в грязи. Динь закрыла глаза, пытаясь увеличиться до своих настоящих размеров и убежать, но жар, который всегда сопровождал ее превращение, так и не появился. Зеленая жидкость, стекавшая с руки Питера на ее тело, ярко вспыхнула. Динь закашлялась, боль в груди усилилась, когда рука, державшая ее, напряглась и слегка встряхнула.
Питер рассмеялся. Мальчишеские нотки в его голосе исчезли, сменившись злобным хихиканьем, от которого у Динь волосы на затылке встали дыбом.
— Думала, ты сможешь обмануть Питера Пэна, да? Я пробыл на этом острове гораздо дольше, чем ты, пикси, — он выплюнул это слово, как грязное ругательство. — Думаешь, ты знаешь секреты Нетландии? Подумай еще раз. Твоя пыльца может сохранить тебе молодость навсегда, но кровь русалки удерживает тебя в таком состоянии. Пока она касается тебя, ты не можешь трансформироваться, — он снова рассмеялся, и от этого по-настоящему невеселого звука по телу Динь пробежала дрожь.
Динь бросила испуганный взгляд на Джеймса, который выглядел таким же испуганным, как и она сама. Она видела, как растет страх в его глазах, когда он наблюдал, как Питер поднимается все выше в воздух, находясь вне досягаемости кого-либо из взрослых, и с ухмылкой размахивает пикси, насмехаясь над пиратом.
— Итак, что мне делать с маленьким жучком, который ассоциируется с пиратом-предателем?
Динь увидела, как краска схлынула с лица Джеймса.
— Не надо, Питер! — крикнул он. — Верни ее, мы можем что-нибудь придумать.
— Твои предложения, Крюк.
— Равный обмен, один из твоих мальчиков на нее, — Динь слышала панику в обманчиво спокойном голосе Джеймса.
— Оба мальчика.
— Договорились, — Джеймс немедленно подал знак Ролланду и Чибу, которые неохотно разрезали путы и освободили мальчиков. Оба бросились к домику на дереве и начали карабкаться по веревкам, которые образовывали систему блоков на наполовину сделанной платформе. — Теперь отпусти ее.
Питер снова усмехнулся, тихо и зловеще.
— Забавно, я не помню, чтобы ты давал мне то, чего я хотел, когда похитил моих друзей и сжег мой дом дотла. Я думаю, Джимми, малыш, тебе не помешало бы попробовать свое собственное лекарство. Давай посмотрим, как тебе понравится, когда у тебя отнимут все, что тебе дорого. Если я вернусь и обнаружу, что кто-то из них, — он указал на Потерянных Мальчиков в домике на дереве, которые выглядели по-настоящему испуганными, — исчез, можете не сомневаться, я убью эту пикси медленно и у тебя на глазах.
Питер взмыл в воздух, все еще удерживая Динь-Динь в плену. Голос Джеймса был едва слышен из-за завывания ветра, он проклинал Питера Пэна, когда тот уводил Динь-Динь от единственного человека, который, как она считала, мог защитить ее.
Питер полетел прямо ко Второй Звезде. Динь продолжала бороться с давлением на живот, отчаянно пытаясь сделать глубокий вдох. Она понятия не имела, что задумал Питер, чтобы отомстить Джеймсу, и не хотела этого выяснять. Русалочья кровь, в отличие от воды, никак не влияла на ее запас пыльцы, и сверкающие частички порхали в воздухе позади нее, пока они с Питером летели в Лондон. Динь упрямо сжала челюсти. Что бы ни задумал лидер Потерянных Мальчиков, она знала, что сделает все возможное, чтобы помешать его планам.
(вставить картинку)
Расположение улицы было слишком знакомым, когда Питер спустился с неба и бесшумно приземлился на крышу. Динь огляделась и заметила памятную деревянную вывеску, тихонько поскрипывающую на ветру. Это был дом Сми Дарлинга.
Питер поднес кулак с пойманной пикси к своему носу.
— Хочешь, я открою тебе маленький секрет, пикси?
Динь-Динь отодвинулась как можно дальше от зловонного дыхания мальчика. Питер усмехнулся и понизил голос, махнув свободной рукой в сторону дома.
— Может быть, ты помнишь это место. Джимми сказал, что много лет назад ты помогла вернуть старого доброго Сми домой. Помнишь?
Взглянув на Питера со всем вызовом, на который была способна, Динь-Динь промолчала. Зловещая ухмылка Питера стала шире.
— Сми был неблагодарным предателем, и когда я вернулся, чтобы наказать его, то обнаружил… его сына. Ты ведь помнишь моего дорогого друга Джорджа, не так ли? Именно он так ловко проник на корабль твоего любимого пирата и дал мне всю необходимую информацию. Он был хорошим парнем, этот Джордж. Что делало все еще приятнее, я знал, что известие о том, что его сын присоединился ко мне, уничтожит Сми.
Глаза Динь расширились. Насколько больным и извращенным был этот монстр?
— В тот раз вы оба взяли надо мной верх и поспешили вернуть маленького Джорджи его маме и папе. Но не в этот раз… У Джорджа есть младший брат, ты знала? В то время он был слишком мал, чтобы его можно было забрать, но думаю, нам следует навестить его. Должно быть, он уже достаточно взрослый, чтобы захотеть присоединиться к Потерянным Мальчикам. Давайте посмотрим, кто сдастся первым: Сми, когда узнает, что похитили еще одного из его сыновей… или твой парень на своем корабле, когда увидит, как я отрываю тебе крылья, кусочек за кусочком.
Напряжение, не имевшее ничего общего с тем, что Питер сжал ее грудь, сдавило сердце Динь-Динь, и она прикусила губу. Она поверила ему. Она была уверена, что Питер рано или поздно планировал убить ее, но она также знала, что он захочет сделать это на глазах у Джеймса, просто ради удовольствия помучить его еще больше и отомстить своему заклятому врагу.
— А теперь правила нашей маленькой игры. Ты можешь наблюдать, и если все пойдет хорошо, то сможешь вернуться к своему драгоценному Капитану Крюку и рассказать ему о своем маленьком приключении. Ты увидишь боль в его глазах, когда он услышит твою историю, и вспомнишь, что я чувствовал, когда вы с Джимми отняли у меня всех моих друзей.
Питер прокрался по узкому карнизу, разделяющему второй и третий этажи, и направился к тому самому окну, через которое не так давно Динь вошла вместе с Джеймсом и Сми. Он тихонько приоткрыл окно, и тонкие занавески затрепетали на ветру. Питер проскользнул внутрь бесшумно, как тень.
— А теперь давайте посмотрим… — пробормотал Питер низким и угрожающим голосом. – Давай-ка отправим тебя туда, где ты не сможешь вмешиваться, но где все равно сможешь дать полный отчет своему драгоценному хозяину-пирату. Расскажи ему все о том, что станет с его любимым Сми. — Его взгляд остановился на тяжелой ночной тумбочке. Злобная ухмылка промелькнула на его лице, когда он выдвинул ящик, запихнул туда Динь-Динь и захлопнул его. Динь споткнулась о наперсток, и ее голова откинулась назад от силы закрывающегося ящика. Она покачала головой, затем лихорадочно подползла к замочной скважине, через которую открывался узкий обзор комнаты, которая значительно изменилась со времени ее последнего проникновения в дом.
Динь отчаянно оттирала русалочью кровь, покрывавшую ее тело. На каждую высохшую капельку, которую она смахивала, она, казалось, находила еще два пятнышка. Она никогда не смогла бы изменить размер, пока не приняла бы полную ванну, что уничтожило бы ее пыльцу пикси. Будь проклят Питер Пэн и его адские знания о Нетландии!
Сердце Динь бешено колотилось о грудную клетку, когда она прижалась глазом к замочной скважине, чувствуя головокружение от беспокойства. Она осмотрела каждый уголок и трещинку в комнате. У стен детской стояли три незнакомые кровати. Сколько детей было у Сми?
«Может, семья Сми переехала, — в отчаянии подумала Динь, — уехала далеко-далеко, где Питер никогда их больше не найдет». Она наблюдала, как Питер внимательно изучает лица каждого спящего ребенка, явно пытаясь решить, кого из них разбудить. Явно разочарованный, он прошел мимо спящих двух обитателей комнаты к третьей кровати, которая была больше и более богато украшена, чем остальные. Просто взглянув на нее, Динь поняла, что элегантные занавески, прикрепленные к каждому из четырех столбиков, означают, что это кровать для девочки.
В замешательстве уголки рта Питера опустились. Мерцающие свечи за его спиной отбрасывали тень на одеяло, и девочка, моргая, открыла глаза. На вид ей было не больше одиннадцати-двенадцати лет, вьющиеся светло-каштановые волосы были убраны с лица простой голубой лентой. Она зевнула и потерла глаза. На полпути к тому, чтобы прогнать сон, она заметила мальчика, который стоял, ошеломленный, над ней.
Девочка прищурилась.
— Питер? Питер Пэн?
Желудок Динь неприятно сжался. Откуда эта девочка знает его имя?
Питер, не колеблясь, самодовольно ухмыльнулся, довольный тем, что слава опередила его. «Высокомерный павлин», — с сожалением подумала Динь.
— Это я, — ответил Питер. — Кто ты? Дочь Сми или что-то в этом роде?
Теперь настала очередь девочки выглядеть озадаченной.
— Дочь Сми? — слова показались девочке иностранными. – Сми Дарлинг, ты имеешь в виду? Меня зовут Венди, и я его внучка.
— Так ты… дочь Джорджа? — Питер слегка выпучил глаза. Динь с удовольствием отметила, что-то взволновало Питера.
Венди, окончательно проснувшаяся, выбралась из постели, на ее лице было написано любопытство. Питер приподнялся на несколько дюймов над землей и начал медленно отплывать от девочки, но Венди последовала за ним, говоря что-то очень быстро и с придыханием.
— Да, конечно, глупенький. Я, конечно, все о тебе знаю. Дедушка рассказывал мне о тебе и о том, как Капитан Крюк спас всех Потерянных Мальчиков. Знаешь, он всегда был таким хорошим рассказчиком.
Питер от души расхохотался.
— Капитан Крюк спас Потерянных мальчиков? О, вот это здорово!
Венди нахмурила брови. Она изучающе посмотрела на Питера, затем обвела взглядом комнату.
— Он тоже здесь? Или Динь-Динь? — Динь-Динь навострила уши при звуке своего имени.
Теперь настала очередь Питера нахмуриться.
— Ты знаешь о пикси?
— Естественно! Она и Капитан Крюк были командой, не так ли? И ты отрубил капитану руку, вот почему у него есть крюк. Отец больше не верит в это… в Нетландию, русалок и все такое. Я полагаю, это вполне естественно, когда люди взрослеют.
Питер молчал целую минуту. Со своего наблюдательного пункта Динь-Динь почти видела, как в голове Питера крутятся шестеренки, пока он придумывает новый план. Затем на его лице появилась хитрая улыбка.
— Я понимаю, что произошло. Твой дедушка изменил историю. Видишь ли, Капитан Крюк — настоящий злодей, — Питер протянул руку. — Пойдем со мной в Нетландию, и я покажу тебе все. Пикси, русалки, Потерянные Мальчики — все это реально. Это никогда не было какой-то выдуманной историей. Присоединяйся ко мне.
В голове Динь зазвенели тревожные колокольчики. Она должна была помешать Венди пойти с Питером! Девочка была еще недостаточно взрослой, чтобы понимать ее звонкую речь, но она не могла сидеть сложа руки. Она окинула взглядом ящик, освещенный ее мерцающими крыльями, и заметила ножницы. Она просунула лезвие ножниц в щель и потянула изо всех сил. Ящик приоткрылся на долю дюйма. Динь-Динь снова собралась с духом, затем использовала весь вес своего крошечного тела, чтобы раздвинуть петли ножниц, создав рычаг, открывающий ящик ровно настолько, чтобы она могла протиснуться внутрь.
Она подлетела прямо к Венди и, схватив ее за волосы, яростно дернула.
— Ой! Прекрати! — Венди замахала руками, пытаясь отогнать Динь-Динь. Динь тянула изо всех сил, пытаясь без слов предупредить Венди об опасности, которой она подвергнется, если покинет Лондон.
Зеленая шапочка Питера накрыла Динь, заслонив тусклый свет в детской. Питер встряхнул шапочку с пикси. Динь попыталась упереться руками в потолок своей тюрьмы, чтобы защитить голову от толчков, но безуспешно.
— Сочувствую ей, — мягко сказал Питер Венди. — Она очень ревнует меня к любой красивой девушке, которая крутится рядом со мной.
Венди хихикнула, прикрыв рот обеими руками.
— Так это и есть Динь-Динь?
— Единственная и неповторимая! — воскликнул Питер. — Честно говоря, иногда она доставляет немало хлопот. Ей нужен хороший пример, но поскольку у Потерянных Мальчиков нет девочек… — Он драматично вздохнул.
— Думаю, небольшая поездка была бы кстати, если бы мы все вернулись завтра вовремя к школе. Не думаю, что мама с папой будут возражать. Они, знаешь ли, на вечеринке. Они не будут скучать по нам троим, детям.
— Троим детям? — повторил Питер.
Венди энергично закивала.
— Конечно! Джон и Майкл никогда не простили бы мне, если бы я пошла без них. Джон, конечно, боготворит Капитана Крюка, а Майкл всегда мечтал познакомиться с пикси. — Прежде чем Питер успел остановить ее, Венди поспешила к другой кровати и разбудила брата. — Джон! Джон, просыпайся! Питер Пэн здесь.
— Этот негодяй, я проткну его насквозь, — сонно пробормотал Джон, размахивая воображаемым мечом. Когда сонливость исчезла из его глаз, он заметил Питера и вскочил с кровати. — Великий Скотт, это Питер Пэн! Пришел за еще одной рукой, а? Что ж, мою ты не получишь!
Питер расхохотался так, что его смех пробежал до самых кончиков пальцев.
— Я отрубил руку Крюку в целях самообороны. В тот момент он напал на меня. Честное слово, у вас троих определенно сложилось обо мне негативное мнение, не так ли?
Джон выглядел совершенно нелепо в своей огромной ночной рубашке, когда нахлобучил на голову цилиндр и, взяв похожий на копье зонт, замахнулся им на незваного гостя, словно дворецкий, прогоняющий с крыльца бездомную кошку. Майкл сжал в руках своего плюшевого мишку и уставился на Питера Пэна широко раскрытыми глазами.
— Дедушка… Дедушка говорит, что ты крадешь детей, — сказал он тонким, дрожащим голосом.
— Я никогда ничего не краду, — возразил Питер. — Я что, похищаю тебя прямо сейчас?
— Нет.
— Мне запихнуть вас в мешки или связать?
— Нет.
— Это то, что Капитан Крюк делает постоянно. А теперь обыщите меня. — Он широко развел руками. — Разве похоже, что я у вас что-то украл?
Майкл в замешательстве нахмурил тонкие брови.
— Нет.
— Нет, конечно! Я не вор, я — защитник свободы детей во всем мире. Скажи мне, Майкл, — сказал он, дружески обнимая мальчика за плечи, — твои родители заставляют тебя работать? Поручают тебе работу по дому и отправляют спать еще до того, как ты устанешь?
— Да!
— И, Джон, — добавил Питер, меняя цель, — я могу сказать, что ты человек действия.
Джон в ответ гордо выпятил грудь. Венди, прижав ладони ко рту, смотрела на Питера широко раскрытыми глазами — выражение лица, которое часто появлялось на лице Динь-Динь, когда Джеймс оказывался поблизости.
— Это я, добрый сэр, — напыщенно ответил Джон. — Я планирую однажды вступить в армию королевы.
— И все же тебе никогда не давали свободы проявить себя? Пойдем со мной, и ты сможешь присоединиться к моей армии уже сегодня, даже возглавить ее. Ты можешь сражаться с морским народом…
— О нет! — вскрикнула Венди. — Только не русалки, Питер. Мне невыносима эта мысль!
Питер печально покачал головой.
— Только потому, что ты с ними еще не знакома. Это кровожадные монстры, которые утопят любого, кто приблизится к их лагуне. Я могу тебе показать. — Он поднял руку, в которой все еще была зажата Динь-Динь.
Венди заколебалась.
— Мама будет волноваться. Они с папой не хотят, чтобы мы уходили из детской.
Питер театрально вздохнул.
— Видите? Больше правил. В Нетландии нет правил. Никаких ограничений. Вы вольны делать все, что хотите, быть кем хотите.
— Я мог бы стать предводителем твоей армии? — спросил Джон, постукивая кончиком зонта по подбородку.
— Ты поведешь Потерянных Мальчиков в каждую битву и победишь всех наших врагов!
— Я бы так хотела увидеть русалок, — призналась Венди. — Думаю, это было бы все, что угодно… главное, чтобы мы поскорее вернулись.
Питер наклонился и поцеловал ей руку, отчего ее щеки залил румянец.
— Я сам провожу вас туда и обратно, миледи.
Динь-Динь, которая слышала приглушенный разговор из-за плотной ткани, начала впадать в панику. Как Питеру удалось убедить всех троих детей покинуть свой дом за такой короткий промежуток времени? Как она сможет рассказать Джеймсу, что стало с внуками Сми?
Динь-Динь попыталась соскрести остатки русалочьей крови, запекшейся на ее коже, одежде и волосах, но она была похожа на кашицу. Прежде чем она смогла придумать план, Питер схватил ее и с силой встряхнул над тремя детьми. Волшебная пыльца осыпала милых деток, и их ножки оторвались от пола.
Питер поднес Динь-Динь к своему лицу и прошептал:
— Давай, лети обратно к Крюку. Я знаю, он захочет услышать все об этом. — Он отпустил ее.
Динь-Динь в мгновение ока выпрыгнула из окна. Когда она взмыла в ночное небо, последнее, что она услышала, был голос Питера Пэна, говорившего детям:
— А теперь мы отправляемся… в Нетландию.