Джимми прислонился спиной к стволу плакучей ивы, которую он часто использовал в качестве укрытия, используя тонкие ветви, чтобы спрятаться от других мальчиков, которые были вовлечены в шумную охоту на человека. Игра была простой: один мальчик прятался с двадцатиминутной форой, а у остальных было два часа, чтобы найти и захватить цель. На этот раз в качестве беглеца был выбран Питер. Джимми услышал радостный смех, смешивающийся с криками испуганных чаек, когда Потерянные Мальчики побежали вдоль скалистых выступов, окаймлявших пляж Мелководья, чтобы обыскать пещеры в поисках своего вожака.
Ничего толком не видя, Джимми уставился на валуны и скальные образования, очертания которых были едва различимы с того места, где он стоял у подножия ивы. Легкий ветерок шелестел в кроне дерева, заставляя тонкие, похожие на веревки ветви раскачиваться вперед-назад. Соленый запах близлежащего моря успокоил его в редкий момент умиротворения, когда голоса товарищей затихли вдали.
Что можно было сделать в его затруднительном положении? Если он уйдет, то куда отправится? Примут ли его когда-нибудь в Лондоне, спустя столетия после его смерти? Но также… он не мог просто бросить других Потерянных Мальчиков; они были его друзьями, включая Питера, даже если они не всегда сходились во взглядах.
С каждым днем Джимми все больше укреплялся в мысли, что он найдет способ действовать самостоятельно. Одной из самых больших сложностей в этом плане был Сми. Хотя Джимми верил в свою способность самостоятельно найти еду и кров, он также был уверен, что малыш не сможет этого сделать, и ему нужно будет вернуться домой.
Всегда ли бремя ответственности сопровождало старение? Может быть, из-за того, что он был выше и старше, он внезапно почувствовал необходимость защищать окружающих, таких как Сми? Джимми ткнул носком ботинка в грязь. Сми был хорошим другом, но он чувствовал, что невинность мальчика сделала его доверчивым и несколько склонным к несчастным случаям. Ему нужен был кто-то, кто присмотрел бы за ним. Ему нужен был… родитель. Возможно, родители Сми все еще были живы, если он мог просто вернуть его без ведома Питера. Если Сми попытается вернуться самостоятельно, Джимми может только представить себе маленького мальчика, потерявшегося и одинокого в огромном районе Лондона, и некому будет проводить его домой.
На ногу Джимми сел комар и жадно присосался к нему, заработав сильный шлепок, который оборвал его жизнь. Джимми уставился на окровавленную руку, и у него скрутило живот. Скольких существ он бездумно убил или замучил, полагая, что они ничего не понимают? Долгое время он думал о пикси не лучше, чем о комарах. Кто он такой, чтобы решать, кому жить, а кому умереть?
Тихий шелест раздвигаемых листьев ивы предупредил его о чьем-то присутствии. Джимми выглянул из-за ствола дерева и увидел Сми, который кусал нижнюю губу и так сильно теребил подол своей рубашки, что тот начал рваться. Джимми похлопал по земле рядом с собой, но Сми не сел.
— Мне нужно тебе кое-что сказать, — пробормотал Сми, переминаясь с ноги на ногу и отказываясь смотреть Джимми в глаза. Нос паренька обгорел на солнце сильнее, чем когда-либо, а кусочки ярко-красной кожи начали отслаиваться.
— Что?
— Я… я сделал кое-что плохое.
В голове Джимми промелькнули разные варианты, худшим из которых было то, что Сми сообщал о растущем желании Джимми покинуть Нетландия.
К счастью, Сми пришел признаться не в этом. Он огляделся в поисках подслушивающих, и на его круглом лице отразилось беспокойство. Джимми увидел, как губы его друга шевельнулись, но с них не сорвалось ни звука.
— Я тебя не расслышал.
С испуганным выражением лица Сми слегка повысил голос.
— Я кое-что украл.
Сми осторожно достал из кармана маленький мешочек на шнурке. Джимми потянул за края кожаного мешочка и открыл его, гадая, что же такое честный, готовый угодить Сми мог украсть и у кого.
Это золотое сияние нельзя было спутать ни с чем. Сми каким-то образом удалось тайком унести больше двух чашек с пыльцой пикси, которые невинно подмигнули ему в ответ. Джимми затянул завязки мешочка, возвращая пыльцу в безопасное место. Он вернул мешочек Сми. Итак, вот кто был ночным вором.
— Похоже, у тебя есть билет домой. — Он попытался придать своему голосу бодрый оттенок, но добился лишь умеренного успеха.
Губы Сми задрожали.
— Мне страшно.
— Почему ты боишься? — Джимми улыбнулся и ободряюще положил руку на плечо младшего мальчика. — Твоя мама будет в восторге, что ты вернулся!
Мешочек с волшебной пыльцой был снова спрятан, и Сми покачал головой.
— Нет, я боюсь, что Питер узнает. Ты пойдешь со мной? Ты сказал, что знаком с пикси, верно? Как думаешь, она придет, чтобы убедиться, что у нас не кончится пыль?
— Ее зовут Динь-Динь. — Джимми потребовалось меньше пяти секунд, чтобы принять решение. Он кивнул и перенес вес тела на ноги, чтобы встать. Пока все остальные Потерянные Мальчики играли в свои игры, сейчас было самое подходящее время, чтобы попытаться сбежать. Вытащить Динь-Динь из клетки было самой сложной задачей, особенно если бы там стояла охрана, как приказал Питер. Кто знает, может быть, мать Сми была такой же доброй, как описывал его друг, и он смог бы начать с ней новую жизнь. Он уже чувствовал себя взрослым и вряд ли нуждался в матери, но Сми был еще так молод.
Когда они оба спустились по туннелю на земляной пол похожего на нору убежища, они обнаружили Питера, развалившегося в одном из гамаков, который улыбнулся им, когда они его заметили.
— Думаю, на этот раз вы выиграли охоту на человека.
— Ты даже не прятался! — запротестовал Сми.
— Конечно, я прятался. Но кто бы мог подумать, что я стану прятаться в таком обычном месте? — Питер зевнул и натянул кепку пониже на лицо. — Они всегда ищут меня на деревьях, так что все, что мне нужно сделать, это обогнуть их и вернуться сюда.
— Зачем нам об этом рассказывать? — Джимми приподнял бровь. — Теперь мы знаем твою стратегию.
Питер раздраженно выдохнул.
— Похоже, ты больше не играешь с нами ни в какие игры, и мне приходится присматривать за тобой, чтобы ты больше не выпускал моих пикси. — Он закрыл глаза и добавил вполголоса: — Предатель.
Джимми молчал, но его мысли были далеки от таких тривиальных вещей, как стратегия игры или обзывательство. Когда Питер находился в центре убежища, особенно когда он был таким подозрительным и настороженным, у них со Сми не было ни малейшего шанса тайно вывести Динь-Динь на свободу. Джимми многозначительно кивнул в сторону своей комнаты, и Сми последовал за ним.
Как только они закрыли дверь на засов, Сми повернул свое страдальческое лицо к старшему мальчику.
— Что мы будем делать?
Изображая уверенность, Джимми небрежно пожал плечами.
— Подождем, пока он уйдет. Ничего страшного, если нам придется отложить это до тех пор, пока они все не отправятся на рыбалку или еще куда-нибудь. У тебя будет время собрать все, что тебе нужно.
Сми улыбнулся, по-видимому, успокоенный.
— Ты ведь пойдешь со мной, правда?
— Не сомневайся, я пойду!
— А что насчет остальных?
Джимми колебался. Он хотел помочь другим мальчикам, но если они не были готовы прислушаться к голосу разума, это была их проблема, а не его. Возможно, однажды они поймут это сами. Кроме того, все они пробыли в Нетландии гораздо дольше, чем Сми. Кто знает, что стало с их семьями? Если бы он смог вернуть к жизни в Лондоне только одного человека, прежде чем прошло слишком много времени, он хотел, чтобы это был Сми.
— Они сделали свой выбор, а мы — свой.
Сми наморщил лоб и озабоченно сдвинул брови. Джимми сделал вид, что ничего не заметил, и занялся поисками в своей комнате чего-то, что он хотел бы взять с собой. Хотя он и сказал Сми, что пойдет с ним, происходящее все равно казалось нереальным. Все, что он мог вспомнить, — это жизнь в Нетландии, перемежающуюся несколькими смутными воспоминаниями о семье, прежде чем Питер заманил его соблазном бесконечного веселья и беззаботной жизни, лишенной труда.
Мысль о том, чтобы представить себя живущим где-нибудь в другом месте, была непростой. Поместят ли его в сиротский приют? Это слово вызвало в воображении мрачный образ голых серых стен, рядов кроватей, застеленных жесткими простынями, и суровой воспитательницы, не терпящей игр. Такая мысль была отвратительна. Но если не в Лондон, то куда? Он не знал, куда еще пойти.
— Джимми?
— Хм? — Он был так погружен в свои мысли, что не услышал, как Сми окликнул его по имени. Подняв голову, он увидел, что Сми возится со своим перочинным ножом, то открывая его, то снова закрывая.
— Я сказал, Питер зовет всех. Игра, должно быть, окончена.
Детская кроватка застонала от облегчения, когда Джимми поднялся на ноги и пересек комнату. Он внимательно оглядел окрестности. Неужели он действительно уйдет через несколько часов и никогда не вернется? Сми внимательно наблюдал за ним, и Джимми ухмыльнулся, демонстрируя уверенность, которой на самом деле не испытывал.
— Давай побудем с ними до вечера. Тогда ты должен вернуться домой как раз к тому времени, когда тебе расскажут сказку на ночь.
Это взбодрило Сми, и он вприпрыжку побежал по коридору, будто у него были пружины в ногах. Тяжелый груз ответственности лег на плечи Джимми, когда он смотрел, как маленький мальчик уходит прочь. Он вспомнил, сколько раз Питер говорил ему нечто подобное — подбадривал мальчиков и излучал уверенность в себе. Джимми всегда считал, что это признак хорошего лидера, но теперь…
Был ли он на самом деле лучше Питера? Он делал то же самое и совершал те же преступления в течение многих лет. Гнетущая мысль о том, что они с Питером больше похожи, чем отличаются, не давала ему покоя, когда он, волоча ноги, спустился в главную комнату, где было необычно тихо. Как он и ожидал, раздадутся обычные крики, но тишина вывела Джимми из задумчивого состояния.
Когда он вошел в комнату, то сразу почувствовал, как в воздухе повисло напряжение. Питер парил в двух футах от земли, оглядывая собравшуюся группу. Даже Роб, самый шумный из Потерянных Мальчиков, стиснул зубы, пока все ждали, когда Питер объявит причину собрания.
— Мне не хватает пыльцы, — прошипел Питер, и в его голосе послышались нотки яда. — Здесь должно быть что-то большее, чем то, что у меня есть. — Он открыл маленький сундучок, в котором хранил свой драгоценный порошок, и показал группе.
Хотя Джимми не видел в этом ничего особенного, он знал, что Питер яростно защищает свою коллекцию и знает до последней чайной ложки, сколько у него есть. Если он узнает, кто ее украл… наказание будет быстрым и суровым. Взгляд Джимми метнулся к Сми, который побледнел как полотно и начал дрожать всем телом. Джимми отодвинулся в сторону, скрывая от Питера виноватое лицо младшего мальчика.
— Вчера я видел там одну из тех пикси, когда некоторые из них вылетели, — внезапно подал голос Огги. Все внимание Потерянных Мальчиков переключилось на него, и Джимми немного расслабился. Может быть, Сми все-таки не заподозрят. Огги, как всегда, разговорчивый, продолжил: — Это была та блондинка в зеленом платье. Может, это она взяла ее.
Новый страх, еще более сильный, чем мгновение назад, пронзил грудь Джимми, парализовав его. Только не Динь.
Жестокая улыбка промелькнула на лице Питера, исказив красивые черты во что-то зловещее и тревожное.
— Знаете, я думаю, что дорогую миссис Крокодил давно не кормили. Кажется, я только что нашел ее следующую порцию. Мы все знаем, как она любит сладеньких пикси.
Сми и Джимми обменялись испуганными взглядами.
Питер повел остальных Потерянных Мальчиков по коридору к сараю для животных. Как только остальные поняли, что им ничего не грозит, они сразу же вернулись к своему буйному нраву — кричали и толкались, пока неслись по коридору. Джимми и Сми, все еще слишком ошеломленные, чтобы двигаться, начали панически шептаться о том, что делать.
— Я должен сказать ему, — мучился Сми. — Я могу вернуть пыльцу.
— Нет, это твой единственный способ вернуться домой!
— Но Динь-Динь…
— Я не допущу, чтобы с Динь-Динь что-нибудь случилось, — пообещал Джимми яростным шепотом. — Несмотря ни на что.
— Питер собирается убить ее. — На глаза малыша навернулись слезы. — И это будет моя вина.
— Сегодня никто не умрет. — Он огляделся и увидел, что очередь из мальчиков уже рассосалась. — Скорее!
Двое друзей бросились к сараю для животных, но Питер уже успел прийти и уйти, а клетки Динь заметно не было. Должно быть, Потерянным Мальчикам так же не терпелось покормить крокодила, как и Пэну. Джимми бросился к зазубренному выступу, возвышавшемуся над темной протокой, благодаря свои длинные ноги за то, что они сократили расстояние между ним и нападавшими на Динь. Слабые звуки пыхтения Сми быстро стихли, когда Джимми почти взлетел над землей, опередив младшего мальчика на значительное расстояние.
Когда Джимми выскочил на скалу, он увидел, что Пэн вцепился в ручку крошечной клетки Динь-Динь, подвешенной над кружащим внизу крокодилом. Пыльца пикси, стекавшая с отчаянно трепещущих крыльев Динь, только раззадорила огромную рептилию. Джимми знал, что пикси были для нее особым лакомством, но теперь пришло время покончить с этой традицией.
— Стой! — Джимми в панике бросился вперед и попытался вырвать клетку у Питера. Динь-Динь бешено металась по крошечной тюрьме, отчаянно пытаясь отгородиться от крокодила, широко раскрывшего пасть в воде внизу.
— Джимми, что ты делаешь?
— Это был я, — выпалил Джимми, и на лбу у него выступил пот. — Я украл пыльцу. Это была не она.
Лицо Питера потемнело.
— Перестань, Джимми, малыш! Я знаю, что ты лжешь.
— Тогда вышвырни меня вон! — С вызовом произнес Джимми. — Ты не должен убивать пикси. — Он снова попытался отобрать у Питера тюрьму Динь, но Питер отпрыгнул в сторону.
Питер издевательски рассмеялся.
— Столько усилий приложено только для того, чтобы спасти жука! Как это насекомое вообще заставило тебя солгать ради него? — Он яростно потряс клетку, внимательно наблюдая за реакцией Джимми.
Джимми снова бросился вперед и повалил Питера на землю. В ходе последовавшей потасовки клетка Динь упала на землю и раскололась. В миниатюрной клетке появились трещины, которые были достаточно велики, чтобы Динь смогла протиснуться наружу и взлететь в воздух, уклоняясь от цепких рук нескольких Потерянных Мальчиков, которые прыгали в бесплодной попытке поймать ее.
— Теперь смотри, что ты наделал! — взревел Питер, выхватывая кинжал. Он бросился за Динь-Динь, готовый закончить начатое, но Джимми схватил Питера за лодыжку и потащил своего друга обратно к берегу, балансируя в опасной близости от края скалы.
— Оставь ее в покое!
— Оставь меня в покое, предатель! — Питер резко опустил кинжал.
Как в замедленной съемке, Джимми увидел, как кинжал опускается и вонзается в его запястье, где острое, как бритва, лезвие проходит сквозь его левое запястье гладко, как по маслу. Ужас того, что он наблюдал, показался ему иллюзией, когда его отрубленная рука разжалась, удерживая лодыжку Питера, и упала в воду, где ее с тошнотворным всплеском поглотило море.
Джимми, ничего не понимая, уставился на это гротескное зрелище, затем перевел взгляд на своего бывшего лучшего друга. Питер уставился на ту же точку в море, ошеломленный тем, что он натворил. В сильном порыве крокодил опустился на то место, куда упала рука. Джимми оглянулся на обрубок, на месте которого раньше была его рука, и к горлу подступила желчь. Несмотря на обильное кровотечение из запястья, он не почувствовал никакой боли, которая, как он думал, должна была возникнуть.
Ощущение было такое, словно ему на уши надавили подушками. Как в замедленной съемке, он увидел, как Сми, спотыкаясь, выходит из леса, увидел, как другие Потерянные Мальчики прыгают вокруг, крича во все горло, и все взволнованно указывают через край на крокодила, пожирающего руку, но Джимми не услышал ни звука. Он поднял взгляд вверх и увидел, что Динь-Динь исчезла в облаках.
— Лети, Динь, — пробормотал Джимми. — Будь свободна.
Затем он потерял сознание.