Для многих Луксия — самая красивая из сестёр. Возможно, потому что приятно верить, что после смерти нас встретит кто-то прекрасный. Думаю, у неё было бы больше поклонников, если бы не её помощница, Керридвен. Она действительно внушает ужас.
Заметка автора в «Эпохе богинь»
Вечером второго дня, посвящённого издевательствам над Луксией, устроили очередное представление; на этот раз о том, как Теутус убил богиню. Когда несколько солдат внесли в зал платформу с костром, герцогиня притворилась, что ей стало плохо от желе (хотя она ничего не ела), и взяла меня за руку, чтобы вывести наружу. Она прикрывала рот платком, якобы сдерживая рвотные позывы.
Я показала ей записку Мэддокса, и герцогиня решила, что нет нужды смотреть на эту резню, где наверняка принесут в жертву ещё одну сидху на глазах у всего двора. Мы провели некоторое время в её комнате вместе с Йорой, и хотя герцогиня, заметив моё нарастающее беспокойство, пыталась меня отвлечь, это не сработало. Я могла думать лишь о том, как медленно тянется время.
На следующий день я обедала и гуляла, но мыслями была в другом месте. К счастью, беседы с другими дамами не требовали особых умственных усилий. Если среди них и была хоть одна с мозгами, она умело это скрывала.
Вечером меня нарядили в чёрное платье, походившее на броню. Тонкие, почти невидимые бретельки, перчатки до локтей, декольте, которое открывало гораздо больше, чем скрывало, и длинные слои чёрного шифона, ниспадавшие до пола. Несмотря на золотые блёстки повсюду, фасон был до скучного прост. Глядя в зеркало на странную причёску, открывающую золотое ожерелье, и обилие чёрной косметики вокруг глаз, я чувствовала себя очень странно.
Казалось, будто я позволила тьме окутать меня и теперь носила мантию из теней, чего избегала всю свою жизнь.
— Этот цвет невероятно тебе идёт, — отметила Игнас. — Ты будто создана для того, чтобы носить чёрное, дорогая.
Тьма кивнула, пылко соглашаясь.
После почти трёх ночей во дворце, всё казалось мне неприятно знакомым. Я не хотела чувствовать, что знаю это место или этих людей. Тем не менее, атмосфера в бальном зале казалась иной, более напряжённой, наверняка из-за того, что это была последняя ночь, завершающая Теу-Биад. Судя по тому, что я слышала в эти дни, многие придворные не смогли участвовать в паломничестве к Толл-Глору из-за плохого самочувствия. Ещё бы, три дня принимать белладонну…
Я увидела и даэг-ду, и пару банши. Двое Тёмных Всадников заняли свои привычные места у стены, недалеко от трона. Король стоял на возвышении, окружённый придворными, а видеру наблюдали за всем, держась позади. Оберон, если и был здесь, на глаза не показывался.
И как бы я ни выглядывала высокую фигуру с тёмными волосами и золотым венцом, Мэддокса нигде не было видно. Честно говоря, я не видела его с того самого момента, как получила записку. Как он раздобыл эту информацию? К тому же, я всё ещё ощущала его прикосновение к моему бедру, что никак не способствовало успокоению моих нервов.
И наконец, ближе к полуночи, я почувствовала, что что-то происходит. Я ощутила её. Сладкий привкус энергии Каэли.
Она близко.
Она здесь.
Перемены в моём настроении, похоже, были очень заметны, потому что Игнас начала обмахивать меня веером, жалуясь на жару, не обращаясь ни к кому конкретно. Между тем, я пыталась справиться с учащённым дыханием и тревогой, пронизывающей моё тело. Я не хотела всё испортить. Взяв веер, я, несмотря на ощущение песка во рту, улыбнулась.
— Всё в порядке, тётя.
И тут, как и в первую ночь, когда появились демоны, все устремили взгляды ко входу. Шепотки пронеслись над музыкой. В толпе образовался коридор, и я решительно продвинулась вперёд, чтобы увидеть, что происходит. Я всего лишь одна из очень любопытных придворных.
Я случайно оказалась прямо рядом с Реанн, бок о бок. Мы напряжённо переглянулись, но мне сейчас было не до неё. Кто-то шёл по образовавшемуся проходу. Кто-то, одетый в чёрное, как и я, и с вороном на плече. Причём, в отличие от декораций зала, это был настоящий ворон, крутящий головой и оглядывающий всё вокруг.
Это она. Наконец-то она пришла.
Краем глаза я заметила движение у её ног и опустила взгляд.
И тогда весь зал, дворец, Эйре и весь мир обрушились на меня. Кажется, кто-то взял меня за руку. Моё сердце перестало биться, звуки вокруг затихли, и единственное, что существовало для меня в тот момент, так это медвежонок, шедший впереди Морриган с чёрным ошейником и поводком, который держала богиня.
На Каэли надели цепь.
Не может быть.
Нет, нет, нет, нет, нет.
Тьма заполонила мой взор, как чернила, растекающиеся по бумаге. Сила поднялась от моих ног, окутала меня по грудь. Когда она скопилась в руках, я ощутила, как множество нитей потянулись сразу со всех сторон. От глупой Реанн, от герцогини, от женщин, шептавшихся о новой игрушке Морриган тем же тоном, каким они говорили о котах накануне; даже из других частей дворца. Сгибая пальцы, я почувствовала, что манипулирую сотнями нитей одновременно.
Общий вздох пронёсся по залу. Даэг-ду и банши закричали. Чернила немного растворились.
Отчаянный голос зашептал мне прямо в ухо:
— …понимаю. Но сейчас тебе нельзя выдать себя. Ты должна сосредоточиться.
Сосредоточиться.
Да.
Каэли. Она здесь. Она жива.
Ей нужна моя помощь.
Я тряхнула головой, и мир снова стал стабильным и чётким. Я стояла совершенно неподвижно, держа за руку герцогиню, в то время как богиня войны проходила мимо с моей сестрой. Я ненавидела Морриган за её идеальные черты, красоту, которая не отражала её внутреннее уродство, цепь, пересекающую её лицо, её глаза… чёрные? На причале у неё один был голубой. Я точно помнила, потому что это привлекло моё внимание.
Она направилась прямо к помосту, и, по мере её продвижения, проход за ней снова закрывался. Все придворные были зачарованы ею, чуть ли не пуская слюни.
Я постаралась остаться в первом ряду, когда она наконец остановилась перед королём.
— Ваше величество, — тихо произнесла она, не делая никакого поклона.
Король, плотно окружённый своими видеру, натянул на лицо улыбку, в которой не было ни капли искренности.
— Морриган. Я уже начал было беспокоиться.
Призрачная королева лениво поднялась на помост в своём платье из теней, развевающемся вокруг неё. Заметив, что медвежонок отстал, она дёрнула поводок. С тихим рыком моя сестра последовала за ней.
Вот она, совсем рядом. В пятнадцати метрах от меня. Я внимательно разглядывала её тело на предмет ран, но не нашла ничего. Это подтверждало слова Фионна.
«Морриган доставила неудобства тому, кому не следовало, и её наказали, запретив касаться, проклинать или вредить медведям всю её жизнь. Ни прямо, ни косвенно».
Это единственное, что утешало меня всё это время: уверенность в том, что Морриган не может и пальцем тронуть мою сестру. Возможно, именно поэтому она использовала поводок.
Услышав лёгкий хруст, я поняла, что вывихнула какой-то палец, сжав руки слишком сильно. Я прижала тыльную сторону ладони к ноге, пока палец не встал на место. Боль придала мне больше ярости, больше концентрации.
Принц Бран появился рядом с королём, за ним следовал Мэддокс. Если они и были на помосте раньше, я их не замечала до этого момента. Первый смотрел на мою сестру со смесью отвращения и предвкушения. Второй… Что это у него на челюсти, синяк?
— Это она, да? — радостно воскликнул Бран. — Значит, слухи не обманули. Ты превратила её в зверя.
Морриган едва шевельнула губами, отвечая резко:
— Типа того. Впрочем, это оказалось не так весело, как я думала.
Король, которому наверняка не нравилось, что его игнорируют, бросил на мою сестру взгляд чистого отвращения.
— Полагаю, вы говорите о стычке на причале.
Вдруг Бран шагнул к Морриган.
— Подари её мне. Если она тебе наскучила, дай мне её изучить.
Изучить? Как тех сидхов, чьи органы лежат в зале трофеев?
— Не знаю, я уже привыкла к этому вонючему мешку с блохами, — протянула Морриган.
Тогда Бран бросил взгляд на своего отца, словно прося его о помощи. Я не верила, что король поможет ему. Но я не учла, что между богиней и своим сыном король предпочтёт второго, просто чтобы досадить ей.
— Это было бы крайне любезно с твоей стороны. Скоро у Брана день рождения, и что может быть лучшим подарком, чем одна из сидхов, виновных в его увечье?
Увечье. Слово разнеслось по залу шёпотом. Бледная кожа принца не смогла скрыть горящее от стыда лицо.
Морриган не из тех, кто так просто поддаётся на дешёвые манипуляции, но, к моему огромному удивлению, она смиренно вздохнула.
— Ладно, — сказала она. — Я преподнесу её тебе в подарок на день рождения; если это освободит меня от других скучных обязательств на оставшееся десятилетие.
— Договорились! — мгновенно воскликнул принц. Ему не хватало только потереть руки.
Будто выполнив свою миссию, Морриган покинула помост, потянув за собой поводок, и придворные поспешили создать для неё новый проход. Она прошла так близко от меня, что мне пришлось отвернуть лицо, ведь она могла узнать меня без камней трансмутации.
Я позволила ей покинуть зал с моей сестрой. Вместе с ней ушло и моё сердце.
Сразу после их ухода я почувствовала, как энергия Каэли стремительно удаляется. Богиня, должно быть, использовала магию, чтобы поскорее покинуть дворец, а то и город.
Стиснув зубы, я развернулась обратно к помосту. Герцогиня рядом со мной проследила мой взгляд и прошептала:
— Не делай ничего…
Я решительно направилась туда. Я мгновенно привлекла внимание всех. Взгляд Мэддокса мог бы сжечь целый лес, но я его проигнорировала. Вблизи его лицо выглядело гораздо хуже. Казалось, кто-то использовал его как тренировочную грушу.
Я сделала самый глубокий реверанс из возможных.
— Добрый вечер, ваше величество. Ваши высочества.
Бран был первым, кто ответил на моё приветствие.
— Леди Сутарлан. Сегодня вечером вы особенно прекрасны.
— Сутарлан? — повторил король.
Я почувствовала, как герцогиня встала рядом со мной.
— Да, ваше величество. Это моя племянница, Плумерия. Не знаю, помните ли вы её.
— Конечно, помню. Уцелевший фрукт в гнилой корзине, не так ли?
Радость в голосе герцогини была очевидна.
— Именно так, ваше величество. Я сама её воспитала, как и обещала вам.
— И это очень ценно для Двора, безусловно. — Король оглядел меня с головы до ног, не проявляя ни малейшего интереса. — Ты что-то хотела, девочка?
— Только спросить принца Брана, не окажет ли он честь провести этот вечер со мной.
Принц спустился по ступеням, чтобы встретиться со мной.
— Неужели вы были так нетерпеливы, что решили сами прийти за мной? — Улыбнулся он и слегка понизил голос: — Мне нравится ваша смелость.
Он повёл меня танцевать, как я и рассчитывала. Как только он положил руку мне на талию, я посмотрела ему в глаза и улыбнулась.
— Вы не представляете, как я рада, что вам удастся вернуть одну из сидх, о которых вы мне рассказывали.
Возможно, я затронула эту тему слишком быстро, но мне было абсолютно всё равно. Мою сестру передадут из одних рук в другие, и я должна присутствовать при этом.
На лице принца промелькнула какая-то эмоция, столь мимолётная, что я не смогла её разобрать.
— Я тоже очень рад. Какой неожиданный сюрприз, не правда ли?
Сюрпризы всегда неожиданные, идиот.
— И не говорите! И прямо как подарок на день рождения… Простите меня, я не знала, что дата так близка.
— Через две недели. — Несмотря на то, что завуалированное оскорбление его отца унизило его перед всем Двором, радость от получения желаемого перевешивала. — Надеюсь, ты будешь свободна в этот день.
— Что?.. — Я широко открыла рот. — Я? Вы приглашаете меня на свой день рождения?
— Ты же не откажешься, правда?
— Ни за что на свете, ваше высочество!
Один из его больших пальцев скользнул выше, чем следовало, и коснулся обнажённой кожи моей спины.
— Зови меня по имени, Плумерия. Хотя бы иногда.
Едва сдерживаясь, чтобы не запихнуть этот заблудший палец ему в глотку, я прошептала:
— Как пожелаешь, Бран.
После третьего танца подряд с принцем я извинилась, сказав, что мне нужно вернуться к тёте, чтобы она не волновалась. Но вместо того чтобы искать герцогиню, я направилась к стеклянным дверям и с радостью ощутила ночную прохладу. Мраморные террасы были полны придворных, ведущих более личные разговоры, в основном мужчин, обсуждающих дела, так что я спустилась к тёмным садам.
Глубоко вдохнула несколько раз.
Даже зная, что не могла поступить иначе, я не могла избавиться от чувства, что подвела Каэли. Поняла ли она, что я была где-то рядом? Что я видела её, но не сделала ничего, чтобы защитить?
Если она покинула зал с этой мыслью…
Вдруг что-то схватило меня за руку и потащило в темноту. Я отчаянно сопротивлялась, пока незнакомый голос не пробормотал:
— Тише. Я просто хочу поговорить с тобой.
Дугалл.
Я знала, что он был не сильно выше меня, но сейчас, когда я на каблуках, мы оказались одного роста. Я выкрутила руку, и ему пришлось отпустить меня. Я потёрла запястье, надув губы.
— Что ты себе позволяешь, солдат? Ты хоть знаешь, кто я?
— А ты как думаешь, Эльма? Реально полагаешь, что пара красивых платьев и другой цвет глаз меня обманут?
Эльма. Моё имя в Гальснане. Имя, которое он шептал мне на ухо, когда мы проводили те ночи вместе.
Но Эльма, как и многие другие девушки, которыми я была, больше не существовала.
— Не знаю, о ком ты говоришь, и мне это не интересно. Тебе очень повезёт, если я не расскажу об этом своей тёте, и тебя не накажут.
Мои слова его нисколько не смутили.
— Рассказать? Ты знаешь, что с тобой сделают, если узнают, что ты притворяешься дворянкой?
За себя я не переживала, но это точно бы снова отдалило меня от Каэли. Я всмотрелась в его тёмные глаза. Когда-то они казались мне тёплыми и надёжными, как огонь в домашнем очаге. Он был добр ко мне и Каэли, и я искренне надеялась, что, несмотря на вступление в ряды королевских псов, у него будет хорошая жизнь. Что он женится, заведёт детей и сделает всё то, чего я не смогу.
— Та Эльма, которую ты упомянул… была ли она важна для тебя? — Он прищурился, не отвечая. — Будь она тебе дорога, разве не достаточно знать, что она в порядке, где бы она ни была, и что она тоже иногда вспоминает о тебе?
Он молча смотрел на меня. Я не могла прочитать ничего по его лицу. Настоящий сын Хельглаз, такой же стойкий, как эти проклятые горы.
Шорох слева подсказал, что мы не одни. Из темноты сада появился Мэддокс с копьём в руке и глазами, полными ярости, устремлёнными на Дугалла. По одной только разнице в росте можно догадаться, кто бы вышел победителем в драке. Но кроме того, я знала, на что способен Мэддокс, с копьём или без него.
— Объяснись, солдат, — потребовал принц.
Дугалл поспешил отступить от меня.
— Ваше высочество, я…
— По какой причине ты преследовал леди в темноте?
— Он меня не преследовал, — поспешила возразить я.
Мэддокс обжёг меня взглядом.
— Сейчас не время, леди Сутарлан. — Он вонзил копьё в землю, и клянусь, я почувствовала, как земля задрожала. — Ну так что?
Дугалл виновато опустил взгляд на свои ботинки, перед тем как ответить:
— Это просто недоразумение, ваше высочество. Я думал, что это нарушитель.
— Нарушитель в таком платье? — раздражённо выдохнул Мэддокс. Я не видела его таким злым с тех пор, как Фионн его опоил. — Теперь мне нужно беспокоиться о проблемах со зрением у солдат?
— Нет, ваше высочество. Прошу прощения. Это больше не повторится.
Мэддокс дёрнул подбородком.
— Убирайся. И не попадайся мне на глаза.
— Да, ваше высочество. — Он коротко поклонился мне. — Прошу прощения, миледи.
Его шаги удалились, исчезнув в тени. Не успела я открыть рот, как Мэддокс оказался прямо передо мной, его тело заслоняло слабый свет, исходящий от дворца.
— Кто такая эта Эльма?
Ах, значит, он нас слышал.
— Я скажу тебе, если ты расскажешь, что случилось с твоим лицом.
Он продолжал злиться, так что это не было притворством, чтобы избавиться от Дугалла. Неужели он действительно думал, что тот пытался ко мне пристать?
— Морриган, — ответил он неохотно.
— Что? Когда?
— Сегодня утром. Вчера я отправил ей сообщение, пообещав бой, если она придёт на последний вечер и поприветствует короля.
Я глубоко вдохнула ночной воздух. Неужели он сделал это ради меня? Чтобы гарантировать, что богиня появится? Я изучала его лицо в слабом свете. На подбородке синяк, на нижней губе небольшой порез, и хотя крови уже нет, я более чем уверена, что у него разбит нос. Моё сердце растаяло.
Я попыталась скрыть это под толстым слоем иронии.
— Ну, понятно, кто победил.
Он фыркнул.
— Знай, что я проиграл нарочно. Чтобы она пришла во дворец в хорошем настроении.
— Есть ли раны, кроме тех, что видны?
— А что, хочешь поцеловать их? — тут же ответил он вопросом на вопрос.
Я наигранно фыркнула.
— Эльма — это я. Вернее, была ею, в Гальснане.
— Значит, ты знала того парня из Гальснана? Между вами что-то было?
Я толкнула его в грудь и направилась к террасам.
— Сегодня нет, ваше высочество.