Лира не спала несколько дней.
Каждый раз, когда она закрывала глаза, что-то снова и снова будило её. То внезапный порыв ветра, то какой-то предмет с шумом падает на пол. Иногда ей даже казалось, что где-то вдали раздаётся смех, от которого кровь в жилах стынет.
Она начала подозревать, что дом в Рунтре проклят. Однако, не решаясь произнести это вслух, попросила перевезти её в другое место. Но и там странности продолжались. Оказалось, дело было вовсе не в доме.
И уж точно не в ней самой — конечно же, нет. Просто один, самых упрямых духов-озорников Иратчо, решил поиграть с «похищенной принцессой». Иратчо не причиняют реального вреда, но их упорство в проделках способно свести с ума. Некоторые из их жертв теряли рассудок и даже жизнь.
Лира до самоубийства ещё не дошла, но Иратчо явно не давал ей покоя. Он заметил, что Лира живёт в роскоши, оплаченной страданиями других, и решил устроить ей своеобразный «суд». Платья становились настолько маленькими, что едва налезали, у туфель вдруг пропадали каблуки, а вещи сами собой перемещались по дому.
Лира молчала, ни с кем не делилась своими страхами. В новом доме она путешествовала с минимальным сопровождением: слуг, охраны — всё было меньше, чем обычно. И именно тогда Орден решил, что пора выбрать из своих Ворон ту, кто сможет занять её место.
Их отправляли маленькими группами, каждая в своей роли. Задача? Узнать сокровенную тайну Лиры. Орден годами собирал информацию о принцессе — капли в океане: сколько сахара она кладёт в чай, когда у не месячные, на каком пальце носит кольцо, на кого из стражников поглядывает украдкой…
Чем более значительный секрет обнаружит претендентка, тем больше очков она заработает. Все средства были допустимы. И Одетт решила победить.
Она выбрала сложный путь: не убивать слуг Лиры, а появиться в доме в образе незнакомки. Когда Лира впервые увидела её, она была на грани нервного срыва. Иратчо успел с утра натворить дел: в бутылку духов он подлил паучий яд, в пудру — лак для ногтей, а в средство для контрацепции — лёгкий одеколон.
Отчаявшись, Лира обратилась к новоприбывшей служанке, представившейся Бланкой. Решив, что проблема будет решена, Лира запланировала избавиться от неё. Никто не должен был связать принцессу с «языческой магией».
Одетт, обнаружив случайно столь весомый секрет, с интересом наблюдала за Лирой. Она решила подыграть: расставила по комнате полынь, подарила платок «отгоняющий духов» и заставляла пить кислый лимонный сок по утрам. Всё это было абсолютно бесполезно, но Лира верила в защиту Бланки.
Скоро она уже не могла без неё обходиться: звала на ужины, завтраки, бесконечно просила её сопровождать.
Одетт, зная, что у неё достаточно тайн для победы, решила остаться. Что-то внутри удерживало её.
Она чувствовала странное тепло, будучи рядом с Лирой. А однажды принцесса пригласила её в столицу. Лира одолжила ей платье и подарила драгоценности, после чего они отправились в путь.
По дороге Лира сказала, что её волосы растрепались, и начала поправлять их. Одетт замерла, почувствовав нежные руки Лиры у своих висков.
А затем Лира, скользнув пальцем по её губам, шепнула:
— Эти губы нуждаются в капле кармина.
После чего наклонилась и поцеловала её.
Этот поцелуй был резким и требовательным. Но когда Лира отстранилась, Одетт почувствовала себя неуверенно. Она хотела большего.
И вскоре она получила это. Они провели ночь вместе, спрятавшись от глаз мира в тёмном, уединённом месте.
Но наутро Одетт осознала, что стала слишком уязвимой. Она написала письмо, оставила его на столе и ушла, зная, что следующая их встреча может стать смертельной.
Одетт никогда не узнает, что, останься она, то действительно могла бы стать Бланкой навсегда. Ведь рядом с её письмом Лира оставила маленький флакон с ядом — тем, которым собиралась отравить завтрак.