Рассвет давно наступил, вскоре инициативу перехватил день. Раолкан летел не останавливаясь. Пускай слушает мои мысли, я не обращалась к нему напрямую. Я считала, преданный друг всегда на твоей стороне. И не ожидала, что Раолкан выразит собственное мнение – по всяком случае мнение, отличное от моего. И всё же я права. Как умный дракон мог проглядеть такую очевидную истину?
Наверное, хорошо, что он сносил эти упрёки молча. Мне хотелось поругаться с ним. Хотелось убедить его поддержать меня. Тишина в ответ причиняла боль. Напоминала о том, насколько пустынен был мой разум без его голоса и насколько отчаянно я мечтала помириться. Вот только отчаяние пока не дошло до пика, чтобы я признала свою неправоту.
Я откинулась в седле, дабы перекинуться парой слов с Саветт. Хубрик посадил её со мной, но разрешил Рактарану оседлать Энкенея. Он объяснил это тревогой за мою больную голову. Бьюсь об заклад, наставник просто хотел подстраховаться на тот случай, если я вздумаю удрать. Как будто ему было мало содействия Раолкана.
– Ты чувствуешь приближение ифрита? – Я едва не содрогнулась. Вообразите, что каждое движение подобных жутких существ отзывается в вашем нутре. Кошмарная способность.
– Всегда. Но главный вопрос состоит в том, где конкретно он находится.
– На что он похож?
– Hа чистое извращённое зло. Ифрит соткан из алчности и из людской жажды власти и могущества. Он полная противоположность добру, и теперь, наполнившись светом, я могу чувствовать шевеления порождений тьмы. Они вызывают отторжение – не физическое в виде тошноты, хотя до этого недалеко. Я говорю о магните, который притягивает металл, но отталкивает другой магнит; так и ифриты отталкиваются от меня. Мы – два разных полюса.
Любопытно, как ощущается противостояние между светом и тьмой?
– A Рактаран?
– Тар прижимает меня всё сильнее и сильнее. Я постоянно замечаю: его объятия становятся крепче.
Я покраснела.
– По-моему, вам двоим следует пожениться.
– Где ты видела здесь святилища?
– Mожет, нам удастся встретить его по дороге. – Странное будет зрелище. Пышное и роскошное торжество, которое планировалось как бракосочетание двух царственных особ, объединяющих два государства, превратится в женитьбу скрывающихся беглецов, а свидетелями на церемонии выступят два запылённых всадника и три дракона.
– Если встретим, мы с Таром обязательно обменяемся клятвами и соединим наши судьбы.
– Какая уверенность. He так давно принц враждовал с тобой.
– А теперь он душа моего сердца. Живущий во мне свет единит нас. Мы стали двумя частями одного целого.
Довольно чуднóе сравнение.
– А что конкретно представляет из себя свет, Саветт? Это магия, которую выкачивают из земли?
– Я тоже раньше так думала. Что неверно. Я не умею пускать огненные шары или выстреливать молнии, как делают маги. Не умею привязывать или освобождать драконов. Просто… Я распознаю добро. Истину. Я вижу реальную сущность вещей и иногда могу вытащить её на поверхность.
– Эммм… это как?
– Ну, ифрит есть прах и ненависть. Когда в тот раз меня до краёв наполнил свет, не давая дышать, я огорошила его правдой, и он принял настоящий облик – субстанции из праха и злобы.
– A Энкеней? Он же умер!
– Он любил свою всадницу, Даширу. И Рактарана любит. Я открыла дракону истину: его сердце вместило второго всадника, ради которого однозначно стоит жить, – и он выжил.
Какое прекрасное применение магии. Преображение абсолютной правдой. Может, попросить Саветт применить её на мне? Принесёт ли истина исцеление, или я тоже обращусь в прах подобно ифриту? Спрошу. Нет! Не буду спрашивать. Вдруг я действительно не права и… Нет, лучше не думать об этом.
Выражаю надежду, что буря прошла и ты готова снова дружить, потому что сия молчанка меня убивает.
Это такая драконья манера извиняться?
А сама как считаешь?
Не похоже. Тем не менее мы опять друзья, да и мне уже невмоготу отгораживаться от него.
Я тоже тебя люблю, Паучок.
Наша ментальная связь затрепетала от общего облегчения и любви. Слишком долго тишина обреталась в моей голове.
Рад, что ты вернулась. У нас намечаются неприятности.
Неприятности?
В виде трёх конных всадников. Две лошади везут немаленькие кульки – подозрительно напоминающие формы человеческих тел. Они едут на всех парах по Северному Тракту без опознавательных знаков.
И что это значит?
Вероятно, бандиты или ещё какие-нибудь маргиналы. Из тех, кто похищает людей и засовывает в мешок. Мы настигнем их через несколько минут.
Вот и мои менее зоркие человеческие глаза разглядели мчавшуюся впереди лошадь. Притормозит ли Хубрик?
Kироват обрадовался. Давненько он не лакомился кониной на ужин.
Небылица уже пустила корни слишком глубоко. Правда. Ещё немного, и я поверю в то, что драконы едят лошадей (совершенная нелепость).