Я не мог поверить, что был так откровенен в своих чувствах к Лорне. Не то чтобы я думал, что кто-то в зале высмеял бы меня за то, что я высказал свою неуверенность; просто обычно я не делился. Было приятно, что у меня отлегло от сердца.
Деймон и Эллиотт понимающе кивнули. Они знали, как трудно было построить все, что у нас было с кланом, некоммерческой организацией и нашим прибыльным бизнесом. Они также понимали, что Лорна притягивает нас к себе.
Я наблюдал за объектом своего вожделения, пока она пыталась собраться с мыслями. Я подозревал, что ее дампир принимала активное участие в этом споре. Мир без колебаний отстранилась от Лорны во время нашей вчерашней разборки и еще раз, менее часа назад, когда я поддался своей похоти.
Мой член затвердел при воспоминании о ее обнаженном теле. Тихие, бессвязные звуки, которые она издавала, приближаясь к оргазму. Мир требовала, чтобы я дал ей больше.
Затем разочарование, когда я сказал ей «нет».
— Я… эм. — Голос Лорны заставил меня замолчать, прежде чем я начал жалеть себя. — Я думаю, вы, ребята, развеяли большую часть моей неуверенности. Я очень постараюсь не придавать значения тому, что вы говорите или о чем умалчиваете.
Она на мгновение подняла на меня глаза, но выражение ее лица было непроницаемым. Ее взгляд скользнул по нам, прежде чем она сосредоточилась на своей тарелке с недоеденной едой.
— Честно говоря, я с трудом понимаю, что вы, ребята, не против поделиться, — пробормотала она. — Я не хочу делиться вами. Мысль о том, что вы прикасаетесь к кому-то другому, заставляет меня злиться. — Она всплеснула руками и снова посмотрела на каждого из нас. — Я ожидаю, что вы будете хотеть только меня — только меня, — но при этом вы будете принадлежать только мне. Это делает меня ужасным человеком, не так ли?
Я оглядел стол, ожидая, что кто-нибудь из присутствующих ответит на ее вопрос. У меня никогда не было подобных отношений. Хотя я никогда не считал Лорну ужасным человеком, я мог понять ее точку зрения.
Кенрид нахмурился и взглянул на Деймона. Деймон поднял бровь, глядя на меня, а я покачал головой.
Эллиотт поднял руки вверх.
— Думаю, что Лорна — лучшее, что можно придумать после нарезки хлеба, — сказал он, вызвав у нас смешки.
— Я согласен с Эллиоттом, — сказал Деймон. — Ты — лучшее, что могло случиться со мной. Я никогда не думал, что найду свою вторую половинку. Кенрид уже говорил тебе то же самое. Натан никогда не верил, что у него будет такая. — Он потянулся и взял ее за руку. — У нас разные отношения, но в этом нет ничего плохого. Ты не такой ужасный человек, чтобы ревновать. Я предлагаю нам заключить соглашение. Если кто-то из нас почувствует, что нам нужно добавить кого-то в группу, мы сначала поговорим об этом.
И это был прекрасный пример гениальности Деймона. Он не обещал, что Лорна будет его единственной парой. Мы все будем жить очень долго. Мы не могли знать, что принесет нам будущее.
— Согласен, — сказал я.
— Я тоже, — сказал Кенрид.
— Согласен, но я уже знаю, что Лорна — это то, что мне нужно, — сказал Эллиотт с широкой улыбкой.
Слезы навернулись на глаза Лорны, и ее губы задрожали, когда она улыбнулась.
— Я люблю вас, ребята, — прошептала она.
— Займемся сексом?
Лорна рассмеялась.
— Мы не ссорились, Эллиотт.
— Я мог бы притвориться, что кричу на тебя. — Его многозначительная улыбка была такой наигранной, что я смутилась.
— Ты мог бы также притвориться покорным, — возразила Лорна.
Эллиотт на самом деле покраснел. Торжествующая улыбка Лорны заставила меня понять, что за этим замечанием кроется нечто большее, о чем мы все догадывались. Ревность, которую я пытался побороть, подняла свою уродливую голову. Я хотел поделиться с ней этими секретами, теми особенными моментами, о которых знали только мы.
— Мы поговорим об этом позже, маленькая богиня, — пообещал Эллиотт.
Желание Лорны росло, но я старался не реагировать. Деймон и Кенрид заерзали на стульях, вероятно, испытывая тот же дискомфорт, что и я. У меня уже давно были синие яйца, но ничего похожего на то, что я испытал, когда уходил от Лорны. Это, конечно, никуда не делось.
— Мы можем обсудить то, что произошло вчера? — спросил я, переводя разговор на что-то менее сексуальное.
Эллиотт подмигнул Лорне и скрестил руки на груди. Кенрид только улыбнулся, и это была смесь его язвительной ухмылки и улыбки, которую он приберегал только для Лорны. Деймон покачал головой.
— Во время боя Лорна поделилась со мной интенсивностью вашего обмена кровью, — сказал Деймон. — После того, как вы только что признались, предполагаю, что ваша объединенная магия была чем-то большим, чем обычный союз вампира и дампира.
Я не помнил, чтобы Лорна разговаривала с Деймоном во время нашей схватки с фейри. Мы были так заняты, пытаясь удержать щит Кенрида, что я, должно быть, пропустил это мимо ушей.
— Это было нечто гораздо большее, — ответил я. — Кенрид и Лорна могут подтвердить, но я считаю, что мы объединили наши силы с Кенридом.
Фейри кивнул.
— Да, без них я не смог бы создать и удержать такой мощный щит. Я мог видеть магию… я имею в виду, физически видеть ее. — Улыбка Кенрида стала шире, когда он посмотрел на Лорну. — Моя магия изменилась с тех пор, как ты оставил свой след, но вчерашний день был потрясающим. — Он взглянул на меня с благоговением. — Сила, которую ты мне дал, была опьяняющей.
Я нахмурился и посмотрел на Деймона.
— Ты заметил какие-нибудь изменения в своей магии?
— Нет, но я существо, созданное из магии, — ответил он, глядя через стол на Эллиотта. — Ты что-нибудь заметил?
— Ты что, шутишь, Деймон? — спросил Эллиотт. — После того, как я увидел, как ты разрушил щит Элиссы и отбил все магические атаки, которые они на тебя обрушили, ты даже не выглядел запыхавшимся. Ты обращался с ними, как с маленькими букашками, которых можно раздавить пальцами! — Он прижал большой и указательный пальцы друг к другу, будто нам нужна была демонстрация. — Не заставляй меня начинать рассказывать о том, что ты сделал с королевами и их охраной.
Деймон хмуро посмотрел на Эллиотта, затем перевел взгляд на меня. Он взглянул на Кенрида и вздохнул. Выражение его лица смягчилось, когда он посмотрел на Лорну.
— Я использую только то количество силы, которое необходимо для подавления моих врагов, — сказал Деймон. — То, что вы видели, не является показателем моей магической силы.
У меня отвисла челюсть. Он был самым сильным среди нас, и он сдерживался все эти годы. Почему?
— Ты всегда был пугающим, чувак, — сказал Эллиотт. — Хочешь сказать, что это еще не все?
Деймон сосредоточил все свое внимание на Эллиотте, в его темных глазах мерцал огонь.
— Моя магия показалась бы тебе безграничной, потому что, как я уже сказал, я — порождение магии. Демоны остаются в Подземном мире, потому что другие миры находятся так далеко от них, что их не считают достойными врагами. — Он повторил предыдущую демонстрацию Эллиотта, сжав большой и указательный пальцы вместе. — Это было бы все равно, что раздавить рой насекомых. В этой битве нет чести.
— Черт, я и понятия не имел, — пробормотал Эллиотт.
Так что нас стало двое. И, судя по выражению лица Кенрида, стало трое.
— Я всегда полагал, что демоны остаются в своем царстве, потому что не могут сохранять свою демоническую форму на Земле, — сказал я, хотя это был скорее вопрос.
Деймон кивнул.
— На Земле очень мало магии. Будучи магическим созданием, царство Земли быстро уничтожает большинство демонов. Если бы Люцифер захотел завоевать это царство, он послал бы своих высших демонов, тех, кто был менее подвержен влиянию.
— Таких, как ты? — спросил Кенрид.
— Даже если Люцифер решит завоевать Землю, — ответил Деймон, не отвечая на вопрос Кенрида, — Демоны не захотят здесь находиться. Те, кто достаточно силен, чтобы противостоять отсутствию магии, не отказываются добровольно от силы, которую они получают, оставаясь в Подземном мире. Люцифер ничего не выигрывает, приходя на Землю.
Я не знал, как реагировать на эту новую информацию, особенно учитывая интерес Люцифера к Лорне. Откровения Деймона касались части его прошлого, о которой он никогда не рассказывал. Хотя, возможно, ему придется это сделать. Мне нужно было время, чтобы все обдумать.
— Ты заметил какие-нибудь изменения в поведении своего волка? — спросил Деймон, возвращая нас к первоначальному разговору.
Эллиотт покачал головой и начал говорить, затем остановился и посмотрел на Лорну.
— Мой волк перестал жаловаться на то, что не хочет делиться. Я не чувствую себя ни сильнее, ни быстрее, ни что-то в этом роде, но у меня также нет желания убивать кого-либо из вас, когда вы прикасаетесь к ней.
Я откинулся на спинку стула и потер лицо руками. Я уже знал, что Лорна сделала для меня. Насколько сильнее была бы наша объединенная магия, если бы у нас были настоящие семейные узы? Я вздрогнул от этой мысли.
— Есть люди, которые являются проводниками, — сказал Кенрид. — Люди, которые могут чувствовать магию и направлять ее из одного источника в другой. — Он одарил Лорну еще одной улыбкой. — Мы не знаем, какая у тебя ДНК. Это может объяснить, почему наша магия изменилась. Это также может объяснить, почему ты поделилась со мной своими мыслями вчера.
Он взглянул на Деймона.
— Возможно, именно поэтому она может так легко передавать свои мысли, не имея никакой подготовки. Возможно, это сочетание ее способности фейри к проецированию и ее способности быть проводником. Она поставила королевских гвардейцев на колени, представив, как мы втроем надерем им задницы.
— Возможно, — сказал Деймон, постукивая пальцами по колену. — Вчерашнее разделение силы также может объяснить, почему Натан сейчас не испытывает к ней жажды.
Комментарий Деймона поразил меня. Я был готов спросить о ее способности к проецированию — они не упоминали об этом раньше, — но остановился, потому что он был прав. Да, я хотел Лорну. Ее кровь взывала ко мне, но не больше, чем обычно. На самом деле, это было менее требовательно, чем раньше. Но когда же это было раньше?
— Ты прав, — признал я. — Я всегда старался держаться подальше, боясь поддаться искушению. После того, как Лорна спасла меня… — Я посмотрел на нее через стол и улыбнулся. Она спасла мне жизнь, невзирая на последствия. — Для меня было невозможно находиться рядом с тобой без того, чтобы мой вампир не попытался взять верх. Но сейчас, хотя я и хочу тебя, я не дикий монстр, пытающийся лишить тебя жизни.
Глаза Лорны расширились, и она отвела взгляд от меня. Я постарался не обидеться на это. Было очевидно, что она думает или спорит с Мир. Возможно, и то, и другое. Она высвободила руки и зажала их между коленями, прежде чем посмотреть на меня. Пара черных глаз встретилась с моими. Я не смог сдержать прилив желания, растущий в моих джинсах.
— Ты прав, — сказала Мир своим резким голосом. — Твоя кровь все еще пахнет потрясающе, и я отчетливо помню твой вкус, но мое желание укусить тебя не является непреодолимым. Может быть, мы сможем контролировать прилив энергии, делясь ею с другими.
Не послышалась ли мне нотка надежды в ее голосе?
Я, безусловно, помнил вкус ее крови и ее естества. В моем воображении сразу же нарисовалась картина, как мы вчетвером ублажаем Лорну. Я не был уверен, что готов к этому, а Эллиотт определенно не был готов. Я также гадал, сможем ли мы с ней заявить права друг на друга, не кусаясь. Выдержит ли моя сила воли теперь, когда мои дикие порывы, казалось, были под контролем? Я сомневался в этом. Может быть, мы могли бы поделиться кровью, использовать магию, а затем наслаждаться близостью, которую я хотел, без посторонних. Может быть.
Переживал ли я такой же момент надежды?
— У нас есть время поэкспериментировать, — сказал Деймон.
Я сердито посмотрел на него за то, что он пытался определить сроки, когда я заявлю права на Лорну.
— Мы с Лорной должны отправиться в Подземный мир, — продолжил Деймон. — Я бы предпочел сделать это сейчас, чтобы у Люцифера не было времени готовить грандиозное мероприятие для двора. Возможно, мы сможем уйти и вернуться в один и тот же день.
— Понимаю. — Мне не нравилась мысль о том, что мой самый верный друг и заместитель вернется в Подземный мир. На протяжении многих лет он ясно давал понять, что там ему делать нечего. Он снова и снова повторял мне, что нет никаких причин говорить о его семье или прошлом, потому что он никогда не вернется.
— Мне это не нравится, — сказал Эллиотт. — Он был слишком заинтересован в нашей паре. Что, если это ловушка?
Деймон молча оглядел сидящих за столом, вероятно, ведя тот же спор с самим собой, что и я, о том, как бы не выдать свою неуверенность. Его взгляд задержался на Лорне, прежде чем, наконец, сфокусироваться на мне.
— Я не буду вдаваться в иерархию демонов или политику. Это сложно и не важно, — сказал он. — Для демонов родственные души священны. У нас нет партнеров для продолжения рода. Наша вторая половинка — это та, с кем мы будем жить вечно. Кто-то, кто сможет развеять безумие, порожденное одиночеством.
Взгляд, который Деймон бросил на Лорну, заставил мое сердце замереть. Она была причиной его существования. Я видел это в его глазах.
— Это не ловушка, — продолжил Деймон. — Но я разделяю твое беспокойство по поводу интереса Люцифера к Лорне. Вот почему я хочу уйти сейчас, пока он не успел собрать весь свой двор. Я не хочу, чтобы весь Подземный мир узнал о моей паре.