Кейлин
– Вот твоё финальное испытание, Кейлин из Двора Теней. Если ты согласишься на мои условия, я выступлю на вашей стороне. Сражусь с твоим чудовищем.
Сглатываю и выпрямляюсь, расправляя плечи.
– И какие же условия?
– Мне нужна жертва.
Резко втягиваю воздух.
– Ты предложила мне всё что угодно. Сказала, что тебе неважно, что с тобой будет. Я прошу тебя это доказать. Обещай, что добровольно отдашь мне жизнь, если я уничтожу твоих врагов.
– Нет! – выкрикивает Рев.
Я же просто закрываю глаза. Волна пронзительной грусти накрывает меня, однако следом за ней наступает принятие. Я не злюсь, не боюсь. Единственное, что я чувствую, это… поражение.
– Я согласна.
– Нет! – Рев хватает меня за плечи, разворачивает лицом к себе. – Нет, ты не можешь этого сделать. Я не позволю. Мы найдём другой способ. Если эта сволочь нам не поможет, мы… будем сражаться сами, вместе.
Киваю, глядя на него с ничего выражающим лицом.
– Будем сражаться сами, – шепчу, – и вместе проиграем.
– Нет, – тихо возражает он, его голос надламывается. – Нет, я отказываюсь в это верить.
– Я не могу допустить нашего поражения. Я лучше отдам жизнь здесь и сейчас.
Его дрожащие пальцы держат мой подбородок.
– Нет, Кейлин, пожалуйста, посмотри на меня.
Я поднимаю взгляд, смотрю в его тёмные глаза, из них текут слёзы. Это невыносимо. Я не могу. Не хочу видеть его боль.
Одно я знаю наверняка: я не смогу жить, пока живы эти чудовища. И хотя Рев верит, что можно найти другой способ, я знаю, что другого нет. Это единственный вариант. Если Королю Света нужна жертва, я дам её ему.
Земля вибрирует от рёва. Я отхожу от Рева. Он тянется ко мне, но из-под земли до самого неба вырастает непробиваемая стена света.
– Кейлин! – кричит он с другой стороны. Бьётся о стену. Колотит кулаками с такой силой, что каждый удар отзывается глухим стуком в моей груди. Он орёт, ревёт, умоляет.
Внутренности болезненно скручивает, когда я поворачиваюсь спиной к своему истинному, чтобы отправиться навстречу судьбе. Я годами ждала, что этим всё и кончится. Я легко готова была принять такую судьбу, даже с радостью. Но вряд ли это было бы настоящей жертвой.
А вот сейчас мне больно. Настолько мучительно больно, что трудно пошевелиться. Все мышцы напряжены, бёдра сводит судорогой. Руки. Живот. Эта боль пронзает грудь. Я кричу. Агония охватывает меня целиком. Как будто душа разрывается на части.
– Иди ко мне, – тихо зовёт Король. – Оставь его. Мы выполним твою миссию, и после этого я приму твою жертву.
С закрытыми глазами я поднимаю лицо к небу.
Эта дикая боль разрушает меня изнутри.
Она повсюду. Но в то же время… разум начинает проясняться. Моя боль невыносима, но то, что испытывает Рев… намного хуже. Разве я могу с ним так поступить? Разве это правильно?
Живот снова сводит. Я вспоминаю наше первое задание. Интуиция подсказывала мне, что я делаю что-то не так задолго до того, как я поняла, в чём дело. Интуиция подсказывала, что я причиняю боль тому, кто мне дорог.
И то же самое я ощущаю сейчас.
Это… неправильно.
Делаю глубокий вдох, и мучительные спазмы ослабевают.
Разворачиваюсь обратно к Реву. Я не вижу его через стену света, но всё ещё слышу его крики и удары кулаков по барьеру, который ему не под силу разрушить.
– Только не так, – шепчу я.
Я думала… думала, что всё будет проще, если я дистанцируюсь от тех, кто мне дорог. Что тогда они все будут в безопасности. Но… я слышу эти крики, я чувствую его страдания как свои собственные.
Я подхожу к его тюрьме и кладу руку на стену света.
– Что ты делаешь?
В голосе Короля слышится лёгкое любопытство, но куда сильнее – его раздражение.
– Убери стену, – говорю ему. – Пожалуйста.
– Он не даст тебе сделать то, что нужно, – спокойно отмечает Король. – Неужели ты передумала? Отказываешься выполнять мои условия?
– Нет. Я пожертвую своей жизнью, если таково твоё условие. Но не так. – Сильнее нажимаю ладонью на обжигающую стену. – Опусти стену.
Король театрально вздыхает. В следующее мгновение стена падает, и Рев вместе с ней. Он грохается на колени, вода разбрызгивается в разные стороны. Он весь съёживается, сгорбив плечи. Я опускаюсь рядом с ним и обнимаю его.
– Прости меня, – плачу. – Прости, прости. Я не брошу тебя вот так. Ни за что. Прости, пожалуйста.
На его лице отражается осознание, и он тут же вцепляется в меня, сжимает в крепких объятьях, пальцы впиваются в мою кожу и одежду. Ледяная вода омывает нас. Он поднимается, не выпуская меня из рук. Я обхватываю ногами его талию.
Мы стоим так, вцепившись друг в друга, наверное, целую вечность. Наша последняя вечность вместе. Я глотаю слёзы.
Спустя некоторое время его дыхание выравнивается.
– Что происходит? – шепчет он.
Медлю с ответом. Мои слова причинят ему боль, а я пока не знаю, готова ли закончить эти последние мгновения рядом с ним. Наконец, я всё же набираюсь решимости.
– Я всё ещё намерена обменять свою жизнь на его помощь.
Он весь вздрагивает.
– Нет, пожалуйста, – умоляет он. – Я не могу… просто взять и позволить тебе сделать это.
Напряжённо сглатываю.
– Я почувствовала, что просто отвернуться от тебя и уйти было неправильно. – Отклоняюсь назад, чтобы посмотреть ему в глаза. – Возможно, я должна объяснить тебе, почему я это делаю.
Он снова падает на колени, я сворачиваюсь клубочком, прижимаясь к его груди. С красными от слёз глазами он кивает, готовый выслушать.
– Ради чего нужно перетерпеть боль, Кейлин? – раздаётся в тишине, прерываемой лишь нашим дыханием, шёпот Короля Света.
Застываю.
– Что?
– И хоть моё сердце всё ещё бешено бьётся, я напоминаю себе, что я уже не та маленькая девочка. – Медленный, размеренный голос Короля Света заполняет всё пространство вокруг. Моргаю. Это были мои слова… Нет. Это были мои мысли. – Я пришла сюда по своей воле, – продолжает он. – Меня не заманивали обманом. Это моя судьба. И если мне нужно выдержать адскую боль, то на этот раз я согласна добровольно. Потому что мои глаза широко раскрыты. Я знаю, как и зачем я здесь оказалась. Я знаю, ради чего нужно перетерпеть боль.
Сглатываю.
– Так ради чего нужно перетерпеть боль? – повторяет он.
Ради мести. Так я думала в тот момент.
Но… сейчас, когда я открываю рот, с губ слетает совершенно иное слово.
– Ради свободы, – шёпотом озвучиваю промелькнувшую мысль.
Вот для чего всё этого. Слёзы подступают к глазам от осознания. Я всё это время думала только о справедливости, о возмездии за мои мучения, но не этого я на самом деле добивалась. Это не то, что мне нужно.
Это не та причина, почему я должна победить Несущего Ночь.
Хлюпаю носом.
– С той секунды, как Несущий Ночь поймал меня в свои когти, я жила той жизнью, к которой он меня принудил. Я была в ловушке. Каждую секунду каждого дня. – Слова свободно текли рекой, легко и быстро. Так я смогу объяснить своему истинному, чтобы он понял, зачем я это делаю. – Я жила в этой новой реальности, сотканной из боли, стыда и ненависти всех, кто был мне небезразличен. Я была в ловушке, обречённая на вечное поражение. – Закрываю веки, губы дрожат. – Я согласилась принять участие в Испытаниях, чтобы не только получить амнистию, но и хотя бы немного освободиться от этого груза позора. А в результате получила намного больше. Надежду. Ты… ты подарил мне надежду, Рев. – Он смотрит на меня широко распахнутыми глазами. – Даже когда я тонула в своей собственной тьме, когда эта инфекция распространялась с бешеной скоростью, твой свет противостоял ей. Этот свет избавил меня от страшной судьбы. Несмотря на всю боль и злость, ты выбрал меня, увидел во мне то, чего не видели другие. – Он внимательно всматривается мне в глаза, всеми силами пытаясь понять. – Но даже при всём этом, – хрипло продолжаю, – я всё ещё несвободна.
– Кейлин… – шепчет он.
– Мне есть за что бороться. И радость в жизни, и цель, и любовь, и дружба. Но я всё ещё в ловушке. Несущий Ночь должен быть повержен. Неважно как, неважно, какой ценой. Потому что я не буду свободна, пока его душа продолжает существовать в этом мире.
Рев сглатывает. Медленно качает головой, хотя его взгляд понимающе смягчается.
Мы долго сидим так, полностью неподвижно, сжимая друг друга в объятьях.
– Хорошо, – спустя время шёпотом произносит он. – Тогда мы сделаем это вместе.
– Что?
– Если ты чувствуешь, что должна это сделать, то я могу тебя понять. Но я не отпущу тебя в одиночку. – Он вскидывает голову к небу. – Забери нас обоих. Либо никого.
Яркий свет отвечает тихим смешком.
– Мне не нужны ваши жертвы, дети. Вы прошли последнее испытание.