Кейлин
Закатываю глаза на театральное восклицание Короля Древних.
– Что-то он слишком увлёкся, – бурчит Рев. Тихонько хмыкаю.
Затем подхожу ближе к Реву. Если он и злится на меня из-за того, что спустилась в подземелья без него, то не показывает этого. Когда он поднимает глаза на меня, я вижу в них только любовь. Мягко касаюсь его груди, пытаясь взять лучшее от этого момента.
Хоть схватка и вымотала меня, мне всё же в некотором роде понравилось драться с ним.
– Это был незабываемый опыт, – признаюсь ему и чувствую, как розовеют щёки.
Он облизывает губы.
– Его сложно назвать романтичным, – говорит он, хотя уголки губ всё же приподымаются в слабой улыбке. – Сначала я едва не проломил тебе череп, а потом чуть ли не задушил насмерть.
Закатываю глаза. Он слишком сгущает краски.
– А я вонзила кинжал в твоё плечо. – Он проводит большим пальцем по рваной ране под ключицей. – И вообще, некоторым девушкам нравится, когда их душат.
Глаза Рева вспыхивают. Но затем он неловко покашливает.
Ослепительный белый свет моментально вспыхивает, разгоняя тьму. Сощуриваю глаза от его яркости.
– Так что, вы готовы или нет? – гремит голос короля над нами. Я по-прежнему не вижу, где он, и даже не пытаюсь найти. Глаза всё ещё болят.
– Нет, – отвечает Рев и в следующее мгновение притягивает меня к себе. Его губы сминают мои в невероятном поцелуе, полном обожания. – Я люблю тебя, – шепчет он, отстраняясь. – Мы сделаем это вместе, хорошо?
Когда он отпускает меня, я не помню, как дышать, но всё же улыбаюсь ему.
– Мы готовы, – сообщаю королю. Прямо сейчас я готова сразиться с чем угодно.
– Второе задание: расскажите друг другу о своём самом глубоком страхе. Будьте честны. Я пойму, если кто-то из вас лжёт.
Хмурюсь. Что это за проверка такая?
На честность? Она уже была в моём списке того, что, вероятнее всего, захочет проверить Король Света. Ему важно понять, насколько искренни мы можем быть, когда речь заходит о наших слабых местах… даже если разговариваем с тем, кому доверяем больше всего на свете. У меня внутри всё сжимается, когда я задумываюсь о тех страхах, что таятся в моей душе.
Рев считает меня сильной, но он не до конца осознаёт, сколько внутри меня тьмы. Мои ладони уже мокрые от пота.
– Ты первый, – шепчу я.
Рев моргает.
– Я?
Быстро киваю. Романтическое настроение улетучилось. Рев хмурится.
– Тут тоже какой-то подвох?
Поджимаю губы.
– Не думаю. Он хочет проверить нас на честность и готовность показать себя с уязвимой стороны. Не знаю как, но он видит нас насквозь. И он знает ответ, возможно, даже лучше нас самих.
– Я боюсь потерять тебя, – признаётся он, – но вряд ли такой очевидный ответ считается.
Медленно киваю.
– Да, нужно что-нибудь… глубже. Более личное.
Рев делает медленный вдох, начиная рассуждать.
– Мой тогда, наверно, связан с отцом, – шепчет он. – И Рихганом.
Сглатываю и отвожу взгляд. Щёки горят.
– Рихган был любимчиком отца. Идеальным сыном. Умным, могущественным, уверенным в себе, обаятельным. Окружающие обожали его. Я же… совсем не такой.
Хмурюсь, вновь глядя на Рева. Для меня он как раз такой… но я не говорю этого, потому что сейчас время для его самокопания. Он должен проанализировать свои эмоции и сформулировать тот самый страх, который ему необходимо озвучить для прохождения испытания.
– Меня было легко испугать. Я слишком зависел от отцовского одобрения. Он так часто называл меня тупицей, что я начал в это верить. Я был робким и замкнутым ещё до смерти брата. Интровертом.
– А после его смерти?
Рев поджимает губы.
– Я сильно изменился. Стал жёстче, злее. Мне было плевать, что думают окружающие, главное, чтобы они видели мою силу и значимость. Так что робость быстро прошла. Обаяние удалось развить со временем. Не скажу, что это моя самая сильная сторона, но всё же на достаточном уровне. Я развивал свою силу. Стал отличным воином, превзойдя всех своих наставников. Отточил своё владение магией. Пытался преуспеть во всём, потому что мне нужно было стать лучше Рихгана. В противном случае я бы так и остался неудачником. Не только в глазах отца, но и всех остальных. Я боялся бросить тень на него, своего брата, который должен был занять трон. Я пытался… заменить его. Стать им.
Хочу взять его за руку, но сдерживаюсь.
– Даже сейчас я… чувствую эту дикую потребность проявить себя, показать достойным. Доказать, что я сильный, умный, значимый, обаятельный – такой, каким меня хочет видеть весь мир. Я стараюсь изо всех сил, потому что боюсь, что они могут узнать правду. Увидеть, что я не гожусь на эту роль. Что из меня не выйдет хорошего короля. Я не настоящий наследник. Самозванец. Обманщик. Я не так силён, как пытаюсь казаться. Я не так силён, как все вокруг думают.
Моргаю.
– Неполноценность, – шепчу я слово, которое он всё пытается подобрать. Рев всё время чувствует себя неполноценным и старается скрыть это.
– Это ужасно?
– Нет! – тут же возражаю я. – Нет, это всё объясняет. Ты пытался занять место своего брата и чувствовал себя недостойным. Но ты не должен становиться его заменой, Рев. Ты не должен быть им. Ты ценен сам по себе. Ты сильный и невероятный, просто потому что ты это ты. А не из-за того поста, на который тебя выдвинули. Ты не сын короля Светящегося двора. Но тебе и не нужно быть его сыном. Ты можешь перестать пытаться вжиться в роль, которая не была предназначена тебе.
Он ошарашенно смотрит на меня, его губы приоткрываются.
– И, честно признаться… я немного боялась, что твой страх будет связан со мной.
– Тобой? – шёпотом переспрашивает Рев. Его пальцы переплетаются с моими.
– Я переживала, что ты можешь… стыдиться того, что я твоя пара. Ещё одна деталь, не вписывающаяся в тот образ идеальной жизни, который рисуют для тебя окружающие. Даже в этом вопросе тебе приходится отстаивать своё право.
Крепко сжимаю его пальцы.
– Нет, – хрипло произносит он. – Кей, ты единственная часть моей жизни, в которой я не сомневаюсь. Если я испытываю страх и злость в отношении тебя, так только из-за того, что мир тебя не понимает. Из-за того, что они не видят, какая ты потрясающая. Они бы любили тебя, боготворили, носили на руках, если бы знали всё, что знаю я. И я чертовски горжусь, что моя истинная пара именно ты. Я говорю это от всего сердца.
Слёзы подступают к глазам, я проглатываю всхлип. Так приятно слышать эти слова; знать, что он не расстраивается из-за нашей вынужденной связи. Но моё сердце замирает при мысли, что его отношение ко мне может измениться, когда он узнает о моём самом главном страхе.
Я понятия не имею, будет ли он смотреть на меня такими же глазами после этого.
– Я боюсь, что я плохая по своей сути, – шёпотом признаюсь ему.
Рев застывает, но ничего не говорит. Внимательно смотрит на меня, серебряные глаза тускнеют.
– Ещё в детстве я была дерзкой, упрямой, заносчивой. Думала, что знаю всё лучше всех. Помню, как мечтала, чтобы весь мир пожалел о своём отношении к Двору Теней. Не просто доказать, что мы не слабые, но заставить их… бояться нас. Порой я задаюсь вопросом, что было бы, сложись моя жизнь иначе. Стала бы я одной из мятежников? Это было как раз в моём духе. Я была вечно недовольной и решительно настроенной. В итоге я… ну… в общем, этими мыслями и чувствами как раз и воспользовался Несущий Ночь. Он говорил мне, что мы похожи. И я… думаю, что он в какой-то мере прав.
Мой голос дрожит.
– Не… – пытается что-то сказать Рев, но я поднимаю ладонь, прерывая его. Быстро мотаю головой, рот не слушается. Слёзы текут по щекам. Я должна сделать это. Я должна…
Челюсть Рева напряжена. В его глазах чётко видны страх и боль. Он хочет сказать, что это не так. Хочет успокоить меня, но что бы он ни сказал, мои страхи от этого никуда не денутся. Они останутся мной, и я должна не просто жить с ними и как-то подавлять, но и принять этот вызов. Я должна поделиться этими страхами с Ревом, иначе провалю наше испытание.
– Я была жадной до власти. Мечтающей о мести. Да, когда у меня появилась такая возможность, я поняла, что не хочу никому причинять боль, не хочу быть плохой, но потенциал всё же был. Несущий Ночь показал мне это. Он показал, кем я могу стать, если дам себе волю. Я каждый день боролась с собой. Я знала, что убийство Рихгана стало точкой невозврата. Я навсегда запятнала себя. Покрыла позором. Мои руки теперь обагрены кровью, которая никогда не смоется. Но дело не только в том, что смерть Рихгана на моей совести.
Замолкаю, потому что следующие слова застревают в горле. Делаю несколько глубоких вдохов, затем заставляю себя быстро выдохнуть.
– Душа Несущего Ночь переплетена с моей. Я не могу… отличить, где его, а где моя. Он настолько глубоко, что я не уверена, смогу ли быть доброй, даже если буду очень хотеть. Я… боюсь, что он медленно высосет жизнь из настоящей меня, и я даже не замечу. Причём не так, как это было в Выжженных землях, когда я умерла, а его сознание заняло место моего. Я всё ещё буду в сознании, но мы станем единым целым. Что, если… Что, если это уже случилось, а я ещё не поняла? Что, если… – Я мотаю головой, задыхаясь от подступающих рыданий. – Эта тьма всё время со мной. Я чувствую, как она подкрадывается, просачивается, впивается в меня. Что, если я уже стала злом?
– Нет, – твёрдо возражает Рев. Его руки обвивают меня. – Нет, Кейлин. Ты ошибаешься, и я скажу тебе, в чём.
Я кладу голову ему на грудь, он крепко сжимает меня. Хлюпаю носом, уткнувшись лицом в его окровавленную рубашку.
– Ты уже десять лет живёшь с этим монстром внутри.
Я дрожу. А он такой тёплый…
– Но ты не стала от этого плохой или слабой. Это просто то, что случилось с тобой. И тот факт, что ты, несмотря на всё случившееся – несмотря на то, что ты носишь в своей душе осколок истинной тьмы, – остаёшься такой, какая ты есть, говорит о такой невероятной силе, что я не понимаю, как ты этого не видишь.
Внимательно вслушиваюсь в каждое слово. Мне хочется верить ему. Хочется, чтобы он верил в меня.
– Если бы твои страхи были правдой, Кей, ты бы не стала спасать меня на Испытаниях. Ты бы не стала бежать от славы, в которой твой двор был готов искупать тебя. Ты бы не жертвовала собой ради меня снова и снова. Ты продолжаешь бороться изо всех сил, чтобы сорвать все планы Несущему Ночь. Ты готова была умереть в Выжженных землях. Думаешь, всё это было бы возможно, имей он над тобой хоть крупицу контроля? Если бы его душа имела на тебя влияние, ты бы не была такой эмпатичной, заботливой и удивительной девушкой. Я знаю, что это так, всем своим существом.
Я вся трясусь в коконе объятий Рева. Сильно сжимаю его. С моих губ срывается всхлип.
– Ты, Кейлин из Двора Теней, настолько сильная, настолько невероятная, что даже могущественные древние не могут тебя подчинить. Ты заслуживаешь того, чтобы о тебе слагали легенды, Кейлин.
Из меня вырывается горький смешок сквозь слёзы.
– Я уже почти поверила, – пошутила. – Но тут ты уже немного перегнул палку.
– Это правда, – шепчет он в мои волосы. – Я так сильно тебя обожаю, что не могу даже представить себя с кем-то другим. Ты больше, чем потрясающая, Кейлин. И я не шучу, когда говорю, что горжусь тем, что именно ты моя истинная пара. И тот факт, что судьбой тебе предназначен именно я, придаёт мне уверенности в себе. Если уж судьба считает меня достойным такой поразительной фейри, значит, я определённо стою большего, чем кажется.
Ну всё, теперь я точно не могу сдержаться и плачу.