Майло
Я провел еще одну ночь в таверне, ожидая Бастиана, а Клара держалась поближе к моим людям, которым я приказал принять ее в команду. Никто не возражал, вероятно, потому, что я пригрозил отправить на тот свет любого, кто это сделает. Я заметил, что она отлично вписалась в их компанию, выпивая и в шутку осыпая друг друга проклятиями. Я все еще не до конца доверял ей и не понимал, почему она так сильно этого хотела, но в то время она не была моей главной заботой.
Когда Бастиан, наконец, появился в дверях, я понял, что мои шансы получить то, что я хотел, были невелики. Но я надеялся выторговать себе путь к богатству, добытому пиратским путем. Это был рискованный шаг, но я не мог позволить себе не воспользоваться им.
Каштановые взъерошенные локоны падали на выдающиеся плечи мужчины, который, вероятно, был лет на двадцать старше меня, сочетаясь с его такими же хитрыми усами и бородой. Его высокая, крепкая фигура возвышалась над стойкой, когда он вертел монету в пальцах, перекатывая ее по костяшкам пальцев и обратно. Я занял место рядом с ним, кашлянул и приготовился высказать свое предложение.
— Чего ты хочешь? — спросил он, прежде чем я успел открыть рот. Его голос был медленным и осторожным, с легкой насмешкой. — Я сейчас не работаю.
— Но ты всегда открыт для дел. — Я выложил горсть самых редких в мире бриллиантов и драгоценностей, которые мне удалось стащить с британского корабля. Сразу после того, как приказал своим людям казнить тех, кто не хотел сдаваться, и перед тем, как потопил их корабль. — И я слышал, что, если этого будет достаточно, из тебя можно вытянуть все, что угодно. У меня их полные сундуки. Ты мог бы сам купить Британскую империю.
Он осмотрел драгоценности в моей руке, и в его глазах зажглась едва заметная искра.
— Почти. Возможно, у меня есть время обсудить это, — сказал он, поворачиваясь ко мне лицом на барном стуле. — С любым мужчиной, который ходит с ними в кармане, стоит поговорить. Что именно ты надеешься получить от меня с такой ценной коллекцией?
Я сделал паузу. Я знал, что в ту минуту, когда следующие слова слетят с моих губ, ситуация может стать интересной, и я вполне могу показаться дураком. Но я должен был знать.
— Просто информацию.
Бастиан пошевелился, скрестил ноги и откинулся назад, сделав глоток рома.
— Ах да. Информацию. Секреты. Слухи. Валюта настоящей элиты. — Его голос повис в воздухе, как густой дым.
Я перевел дыхание и сжал челюсти, готовясь к вопросу, который мне ничего не оставалось, как задать.
— Ходят слухи, что у тебя есть карта, как добраться до Фонтана. Настоящего Фонтана.
У него вырвался смешок, когда он откинул голову назад и хлопнул себя по ноге, привлекая к себе взгляды по всей таверне. Именно этого я и боялся.
— Вот в чем проблема со слухами, не так ли? — Его взгляд пронзил меня, в глазах появился озорной огонек. — Никогда нельзя быть уверенным в том, что правда, а что нет.
— Какова твоя цена за правду? Потому что я заплачу ее. У меня припрятаны сокровища, которых хватило бы на весь твой фрегат. — Я стиснул зубы, думая о богатстве, которое собрал ради этого момента. — И я в любом случае получу то, что хочу.
Он на мгновение задумался, наклонившись вперед и поглаживая бороду пальцами, унизанными кольцами из бронзы, золота и серебра. На тыльной стороне его ладони был знак — черная эмблема в виде змеи.
— Давай предположим, что карта у меня есть… Возможно, я сам откопал ее у Понса. — Он сделал паузу, усмехнувшись. — А что, если я скажу, что она не закончена? Бесполезна. Мы все знаем, что Де Леон так и не нашел ее по-настоящему. Что заставляет тебя думать, что ты это сделаешь?
— Потому что у меня впереди вся оставшаяся жизнь, чтобы найти это, скажешь ты мне или нет. — Во мне росло нетерпение, нетерпеливость и нервозность одновременно. Из короткой встречи Бастиана с Вальдесом, которую я видел, я понял, что он немного похож на шоумена, которому нравится драматизировать обычную ситуацию. И я использую его склонность к напряжению в своих интересах. Я заинтригую его, если он поможет мне. Он сдастся, если я смогу заставить его поверить, что я достаточно отчаян.
— Ты действительно веришь, что я знаю, где это, не так ли? — Его голос дрогнул, будто он снова собирался рассмеяться. Я не сводил с него пристального взгляда.
— Если нет, то скажи мне сейчас и перестань тратить мое время. Я найду другой способ, если понадобится, — я встал, чтобы уйти, надеясь, что это заинтересует его настолько, что он передумает.
— Подожди секунду, — проворковал он. — Я никогда не говорил, что мы не договаримся.
— Значит, так и есть?
— Ты мне скажи. Клянусь кодексом, я говорю чистую правду, сказав, что не знаю, где на самом деле находится Фонтан. Потому что его так и не нашли.
Я заколебался, обдумывая его слова, прежде чем сказать что-нибудь еще. Но по мере того, как я обдумывал его слова, они постепенно начали обретать какой-то смысл. Если Бастиан действительно знал, где находится Источник молодости, зачем ему понадобилось сердце сирены от Вальдеса спустя годы? Он явно не получил вечной жизни от Источника. Так что, возможно, он говорил правду. В таком случае, теперь я был заинтригован, что, я был уверен, с самого начала входило в его планы. Но мне было все равно. Мне нужна была информация.
— Так что же ты мне предлагаешь? — Я отказался садиться обратно и вместо этого стоял, нависая над ним, ожидая его ответа.
— Есть карта, капитан. Но она поможет пройти только часть пути. Понс умер, не успев найти истинное местоположение. Я знаю, я пытался. — Он улыбнулся почти по-кошачьи, и я начал сомневаться, чему можно доверять и что сказать дальше. Это было похоже на какую-то подставу. Но он продолжал: — Итак, на что ты готов пойти, чтобы увидеть эту карту?
— Я же говорил тебе, — выплюнул я. — Назови свою цену.
Он притворился, что задумался на мгновение, уголки его рта изогнулись в лукавой улыбке, которая напомнила мне змею, готовую ужалить.
— Я выбираю тот карман, полный бриллиантов и золота, который у тебя при себе, просто ради забавы. Но не беспокойся о своих фрегатах сокровищ и кровавых деньгах. Я в этом не нуждаюсь, уверяю. Но вечная молодость… это сокровище, которое даже мне не под силу заполучить. Так что считай это моим поручением. Сделай то, что не смог я. Найди Фонтан и вернись ко мне, когда найдешь. Если ты согласишься, я покажу тебе карту.
Я приподнял бровь, скептически относясь к легкости, с которой он согласился расстаться с картой. Должно было быть что-то еще, о чем он мне не сказал. Он всегда был осторожен в формулировках.
— Я хочу большего, чем просто возможность увидеть карту. Я хочу карту. — Я знал, что это не так. Во всем всегда есть какой-то подвох.
— Ну и что же в этом забавного? Одного взгляда должно быть более чем достаточно. В конце концов, ты мастер-навигатор, — хихикнул он. Пока что это справедливо. Я как-нибудь вернусь к этому и смогу убедиться, что карта попала в мои руки.
— И как ты гарантируешь, что я вернусь, если найду Фонтан?
— Я умею выслеживать, когда кто-то заключает со мной сделку, капитан. — Он закатал рукав, прикрывая предплечье. Оно было почти голым, если не считать двух татуировок в случайных местах. Он напряг мускулы, и внезапно стало видно замысловатую россыпь татуировок, которые занимали всю длину его предплечья. Я никогда не видел подобной магии, но то, как чернила появлялись на его обнаженной коже, а затем быстро исчезали, заставило меня отступить на шаг.
— За каждой отметиной стоит сделка. Только когда сделка совершена, татуировка остается на теле навсегда. Как на мне, так и на том, кто заключает сделку. Можешь видеть, как часто это происходит. — Он посмотрел на меня с ухмылкой человека, который очень доволен собой. — И каждая татуировка привязывает должника ко мне до тех пор, пока он не выполнит свою часть сделки. Так что я всегда могу найти его… если понадобится.
— Как? — Я запнулся. — Это какая-то странная магия…
— Воистину магия, — медленно и плавно произнес Бастиан, и в его голосе послышалась насмешка. — Как думаешь, почему я хочу вечной жизни? Моя магия — мой успех на море — достался мне такой же дорогой ценой, как и все остальное.
— Ты продал свою душу Дэйви Джонсу за власть, — произнес я, снова взглянув на татуировку в виде змеи на его руке. Я никогда не верил, что на самом деле возможно заключить сделку с морским дьяволом.
— Не волнуйтесь, все не так уж плохо. Должник, по крайней мере, может выбрать себе татуировку. Хотя это довольно болезненный процесс, поэтому я бы посоветовал что-нибудь попроще. — Он усмехнулся и наклонился вперед, его глаза потемнели в полумраке таверны, которая теперь казалась такой холодной и пустой. — Итак, делай свой выбор, капитан. Мы пришли к соглашению?
Я заколебался, желудок сжался при мысли о том, что я каким-либо образом свяжу себя с этим сумасшедшим. Он был опаснее, чем я думал. И теперь я понял, что единственная зацепка, которую оставил Катрине, приведет ее прямо к нему. Мое сердце упало. И внезапно моя миссия приобрела еще большую важность, чем когда-либо. Но я знал, что мое время на исходе. Я не мог позволить себе роскошь все обдумать. Я должен был принять решение.
— При одном условии, — сказал я, наконец. Глаза Бастиана загорелись интересом. — Моя татуировка будет картой к Источнику молодости.
Боже, помоги мне.
Бастиан с отсутствующим видом склонил голову набок, принимая неожиданный ответ.
— Тебе, должно быть, нравится боль, — рассмеялся он. — Ты заключил сделку, капитан.
Я пожал его протянутую, покрытую кольцами руку, дрожа в знак согласия, и кровь застыла у меня в жилах, как лед.
— Тогда пойдем, запечатаем это чернилами, — он встал, жестом приглашая меня следовать за ним. Все мое тело протестовало против этого, но без этого я не смогу найти Фонтан. Я оглянулся и увидел, что Клара наблюдает за мной, когда я выходил из таверны с Бастианом. В ее глазах ясно читалось беспокойство, но времени объяснять или вовлекать ее не было.
Я развернулся и последовал за Бастианом к темному пустому месту в доках. С бешено колотящимся сердцем и мыслями, переполненными смесью страха, проклятий и молитв, я протянул левую руку, пока Бастиан готовил иглы с черными чернилами.
Стиснув зубы во время первого укола, я подумал о Катрине и в тот момент подумал, не зашел ли я слишком далеко для нее сейчас. Я пролил столько крови на морях и приказывал своим людям сделать то же самое. Это был единственный способ разбогатеть, необходимый мне для того, чтобы купить себе вечную молодость, — единственная надежда, которая у меня была, увидеть ее снова.
«Не становись таким, как они».
Я вспомнил, как она умоляла меня после того, как я убил напавших на нее людей Тэйна. Она бы никогда не захотела видеть меня таким, но у меня не было другого выбора, кроме как стать таким. Я купил себе билет сюда ценой кровопролития, а теперь практически продал свою душу, чтобы прожить остаток пути. И хотя татуировка причиняла мне жгучую боль, не похожую ни на что, что я когда-либо испытывал, страх, что я, возможно, не тот человек, которого заслуживала Катрина, терзал меня гораздо сильнее.
Прости.