Беллами
Погружение в эту ледяную воду было похоже на удар под дых, но я едва успел это осознать, как слизь этого монстра заскользила по моему телу. Оно тянуло вниз, присоски удерживали меня на месте, пока я боролся, чтобы сохранить последний вздох, который сделал перед прыжком с лодки. Здесь, под водой, я не мог видеть лица Катрины, но знал, что, несмотря на мое затуманенное зрение, она прекрасно видела меня. Я чувствовал, что она наблюдает за мной, и знал, что в этот момент девушка ненавидит себя.
Какая-то часть меня действительно хотела, чтобы у нас с ней был еще один шанс побыть наедине, просто чтобы убедиться в своей правоте. Я был не прочь сказать: «Я же говорил тебе, девочка». Но знал, что ей не нужно, чтобы я это говорил. И за это я очень сожалел.
Я ни в чем ее не винил. Черт возьми, я чуть не убил ее раньше, потому что так сильно хотел вернуть Серену. Я был не из тех, кто любит поговорить. Но когда ты тонешь в щупальцах кракена, возможно, нет ничего ненормального в том, чтобы испытывать некоторую обиду. Но даже тогда я понимал, чем рискую, пытаясь вернуть Майло — моего брата, погибшего в море. И некоторое время назад я уже решил, что если он погибнет в море, то будет справедливо, если я тоже погибну. Так что все было в порядке. Я умру… снова. По крайней мере, на этот раз это чего-то стоило.