Когда мы вышли из общего зала, мое сердцебиение пришло в норму. Илия завела нас в соседнее здание, где моим глазам потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть, пока мы толкали дверь и попадали в маленькую комнату. Это было похоже на офис, и там высокий мужчина беседовал с миниатюрной блондинкой, они оба сидели за столом, между ними стояли тарелки и столовые приборы.
— Глава Джонс, — сказала Илия, поспешив вперед.
Глава поднялся на ноги, и я была удивлена тем, насколько он молод и хорош собой: густая копна темных волос, темно-коричневая кожа без единой морщинки и завораживающие голубые глаза.
— Илия, ты нашла ее! — Пока я осматривала его, он в свою очередь изучал меня. — Розовые волосы, — задумчиво произнес он. — Мне нравится. — Он подошел ближе. — Приятно наконец познакомиться с тобой, Мэддисон Джеймс.
Я почти забыла о своем новом цвете волос и смущенно прикоснулась к ним.
— Да … пришло время для перемен. И мне… тоже приятно познакомиться с вами, Глава Джонс. — Несмотря на похищение, я действительно имела это в виду. Впервые у меня не было вялого ощущения, что «это просто еще один дерьмовый день».
Он жестом велел мне подойти к нему, и только когда я это сделала, заметила, как слегка заострились его клыки.
— Вампир? — выпалила я, прежде чем захлопнуть рот.
Это было грубо? Я понятия не имела, что приемлемо в этом мире.
Я почувствовала облегчение, когда он улыбнулся.
— Вижу, ты хорошо адаптируешься. Ты уже знала о нашем мире?
Я покачала головой, все еще разглядывая его зубы.
— Что ж, ты права. Я — вампир, как и моя дочь Лариса.
Она поднялась на ноги и встала рядом с отцом. Когда я встретилась взглядом с ее широко раскрытыми голубыми глазами, такими же, как у отца, я поборола желание прижать ее к себе и бороться за нее со всем миром. Она была хрупкой, совсем не такой, как я ожидала от вампира. Ростом чуть выше пяти футов (152,4 см), у нее была кремово-коричневая кожа и светло-русые волосы, которые могли бы выглядеть нелепо, но она прекрасно справилась с этим. Она выглядела неземной и милой.
Мой взгляд метнулся к столу, уставленному их завтраком, и я задумалась, почему она ест здесь со своим отцом, а не в столовой.
Он действительно был строгим?
На первый взгляд, он казался непринужденным, но первое впечатление часто оказывалось ошибочным.
— Привет, — сказала она таким же нежным голосом, как и ее лицо. Она опустила глаза, и я уловила в ней робость. Либо так, либо ее регулярно избивали — такое выражение лица я видела у многих девушек раньше.
Я пристально посмотрела на Главу, гадая, не скрывается ли за его веселостью чудовище. Он был вампиром. Может быть, жестокое обращение со своими детьми является частью их культуры или что-то в этом роде.
Он с любопытством уставился на меня, а я помахала связанными руками перед собой.
— Не хотите снять с меня цепи?
Мои слова прозвучали более резко, чем могли бы прозвучать до того, как я увидела его дочь. Он одарил меня, как мне показалось, искренней улыбкой.
— Приношу свои извинения. Мне неприятно заставлять тебя через это проходить, но тем, кто вырос среди людей, требуется больше времени, чтобы… принять правду. Я просто хотел, чтобы ты дала мне шанс.
Я не стала спорить с его утверждением. Я бы убежала, если бы не эти магические оковы.
Как только руки были свободны, напряжение, которое я испытывала с тех пор, как меня впервые схватили, ослабло, и я, наконец, смогла вздохнуть свободно.
— И что теперь? — спросила я, потирая запястья, хотя они не болели.
— Теперь… у тебя есть выбор, Мэддисон Мэри Джеймс, — произнес Глава Джонс, назвав меня полным именем. — Ты можешь остаться здесь, в Академии, где проведешь следующие четыре года, изучая свои способности и сверхъестественное наследие? Ты заведешь друзей на всю жизнь и вырастешь больше, чем можешь себе представить. — Он остановился — Или ты откажешься от всего этого из-за страха? — Он снова сделал паузу. — Но имей в виду. Если ты не выберешь эту Академию, тебе все равно придется оставаться в нашем мире, пока мы не определим твою расу и не обучим. Ближайший город, который может справиться с этим, находится в Германии. Боюсь, что жизнь с людьми больше не является для тебя безопасным и жизнеспособным вариантом.
Ну, если он так выразился…
Во мне боролись противоречивые чувства, потому что я чувствовала, что мной манипулируют. В то же время, теперь я была здесь, и оставаться в Академии казалось мне лучшим решением, чем в незнакомом городке в Германии.
— Что конкретно предлагает мне эта школа? — Я осторожно спросила: — И сколько это стоит?
Глава Джонс улыбнулся; мы все знали, что я попалась на их удочку, но моим девизом было никогда не упрощать им задачу.
— Я рад, что ты спросила. Сейчас я расскажу тебе в общих чертах, а потом мы можем встретиться завтра в моем кабинете, перед занятиями, и я расскажу более подробно.
Звучало как план, за который я могла бы взяться.
— У тебя будет своя комната здесь, в башне для пользователей магии, — начал Глава Джонс. — У всех рас есть отдельные башни, и, поскольку мы не знаем, какая из них твоя, я пока остановлюсь на ведьмах. Вполне уверен, что вампиры и оборотни исключены. Значит, ты ведьма или фейри… или и то и другое, если ты смешанной расы. В любом случае, рано или поздно мы это выясним.
Ведьма или фейри. Я прокрутила это в голове, пытаясь найти связь с кем-нибудь из них.
— Ты будешь посещать занятия по своему выбору, — продолжил он, — наряду с некоторыми основными, которые мы назначим, — строительными блоками для твоего будущего в этом мире. Как только мы узнаем твою расу, то сможем уточнить детали. Как я уже сказал, ты заведешь друзей, которые будут похожи на тебя, узнаешь свою историю и найдешь свое место в мире людей так, как никогда не смогла бы.
Потому что я не была человеком.
— У сверхъестественных людей есть работа? Например… после окончания школы? — спросила я, задаваясь вопросом, в чем смысл всего этого.
Он кивнул.
— Да. Некоторые работают в сверхъестественной тюремной системе, но есть множество других ролей, разбросанных по нашим сообществам. В зависимости от твоей расы.
— Что думаешь? — Илия подтолкнула меня, подходя ближе и обнимая правой рукой. — Пожалуйста, скажи, что останешься. Мне нужен настоящий друг; все мои одноклассники уже закончили школу, и я остаюсь с такими злобными сучками, как Кейт.
Губы Главы дрогнули, но он удержался от улыбки. И он не упрекнул ее за грубость, что мне нравилось. В аду будет очень холодно, прежде чем я перестану ругаться.
— Я все еще не совсем уверена, — честно призналась я. — Это много значит для меня. Большая часть меня все еще верит, что это сон, и я скоро проснусь. — Я получила не одну сочувственную улыбку. — Меня пугает, что вам нелегко определить мою расу, но я также… не хочу уходить. Вы были правы, когда сказали, что мне нет места в мире людей. Я хотела бы узнать, будет ли здесь по-другому.
Илия захлопала в ладоши, подпрыгнув несколько раз. Ларисса одарила меня застенчивой улыбкой.
— Фантастика. Я очень рад, что ты присоединилась к нашей священной школе. — Он широко улыбнулся. — Мы можем встретиться в моем кабинете завтра перед занятиями. Это первый учебный день в новом учебном году. — Он взглянул на свою дочь. — Я пришлю Лариссу, чтобы она проводила тебя.
Она с трудом сглотнула, но не стала спорить с отцом.
— Она твоего возраста, — продолжил он, будто ее здесь и не было. — Это ее второй год обучения, так что вы не будете учиться в одних классах, но она все равно будет тебе очень помогать.
— Вы уверены, что это действительно базовые знания? — спросила я, нервничая. — Я знаю, Илия сказала мне, что сначала посещаешь начальную школу, но… я имею в виду, вы все выросли, зная, что вы супы, и в сообществах и тому подобном, я, конечно, буду сильно отставать. Даже в первый год.
Я не могла понять, как я могу посещать занятия со взрослыми супами, которые знали об этом мире всю свою жизнь.
Глава покачал головой.
— Мы проводим детство, изучая те же понятия, что и люди. Чтение, письмо, естественные науки. Нам приходится существовать в мире людей, поэтому важно, чтобы наши дети могли интегрироваться в него, если это необходимо. В нашей средней школе мы больше внимания уделяем сверхъестественной стороне нашего мира.
В общем-то, именно это сказала Илия, и это заставило меня почувствовать себя немного лучше. Я беспокоилась, что она выдумала свою историю, чтобы заставить меня остаться.
— У тебя все будет хорошо, — мягко сказала Ларисса. — Ты быстро наверстаешь упущенное.
Я в этом сомневалась.
— Не хочу выделяться слишком очевидным образом, — призналась я.
Ларисса мило хихикнула, и я моргнула, глядя на нее. Я была не единственной. Даже ее отец наблюдал за ней широко раскрытыми глазами. В конце концов, наши взгляды остановились на ней, и смех стих.
— Ты никогда не смешаешься с толпой, — тихо сказала она. — Я уже могу сказать, что ты уникальна. Твоя сила и раса неясны, но запах твоей крови сильный и чужой. — Она указала на мои волосы. — А еще у тебя веснушки и самые красивые розовые волосы. Мы здесь не часто меняем цвет волос, так что твой пастельно-розовый будет выделяться.
Илия кивнула.
— О да, ты еще и чертовски привлекательная. Из-за веснушек… Я завидую. У тебя ни хрена не получится слиться с толпой. Даже если ты будешь стараться изо всех сил.
Я фыркнула.
— Народ, насколько я могу судить, все супы чертовски сексуальны, так что не думаю, что мой образ будет выделяться. — Мне также хотелось посмеяться над любовью к веснушкам. Раньше они были проклятием моего существования, но теперь я научилась их принимать. Даже когда пользовалась косметикой, я больше не прикрывала их.
Я ждала, что все согласятся и засмеются вместе со мной, но никто этого не сделал.
— В тебе есть что-то привлекательное, — сказал Мосси, стоявший неподалеку. — Обычно я не испытываю влечения к другим полу-фейри, но в тебе, девочка… в тебе что-то есть.
Отлично, привлекательная. Это не навлечет на меня неприятности.
— Почему я не заметила других полу-фейри? – спросила я. — Все выглядели… точь-в-точь как я.
А Мосси определенно не был похож на меня.
— У нас есть своя школа, — коротко ответил он. — На другом берегу реки. Напротив того места, где мы вошли. Полу-фейри предпочитают… сами заниматься преподаванием.
Я кивнула, потому что не была уверена, что сказать.
В воздухе раздался громкий музыкальный перезвон, и Глава Джонс начал двигаться.
— У меня встреча, но увидимся завтра, Мэддисон. Присмотри за ней, — обратился он к дочери и Илие.
Затем он исчез за дверью, оставив нас четверых смотреть друг на друга.
— Мне тоже пора возвращаться в Академию полу-фейри, — сказал Мосси. Он остановился рядом со мной и толкнул меня локтем. — Приятно познакомиться, Мэдди.
— Э-э, взаимно, — сказала я, удивленная тем, что говорю искренне. Многое изменилось для меня за то короткое время, что прошло с тех пор, как я впервые увидела его зеленые, чужие черты и закричала. Я почти не могла поверить, что прошел всего час или около того.
Нормально ли было так быстро все уладить? Было о чем побеспокоиться позже.
После того, как он ушел, мы втроем стояли несколько неловко. Ларисса снова уставилась в пол, и, поскольку я была от природы прямолинейна, то вторглась в ее личное пространство. Она вскинула голову.
— Твой отец бьет тебя? — спросила я, чертовски надеясь, что ошибаюсь. В основном потому, что мне было бы неприятно думать, что Глава Джонс может притворяться таким любящим отцом, а также потому, что я никогда бы не пошла в школу, где директором был жестокий человек.
Я ждала, что она начнет отрицать это — почти все жертвы жестокого обращения отрицали это. Они знали, что их ждет еще большее насилие, если их обидчики когда-нибудь узнают, что они проболтались.
Все дело было в наблюдении за незначительной реакцией. Они «рассказывают». Хотя, конечно, я еще не знала какая Ларисса, но часто признаки были довольно очевидны.
Она покачала головой и моргнула, глядя на меня. В ее взгляде не было паники; она выглядела потрясенной, словно была совершенно ошеломлена тем, что я задала ей этот вопрос.
— О, боги мои! Нет! Никогда! Он убьет любого, кто причинит мне боль.
Я испытала огромное облегчение. Если только она не была очень-очень хороша в актерской игре, она говорила правду.
Она провела рукой по лицу, прежде чем вздохнуть.
— Отец защищает меня. Я — вампир, но слабый. Моя мать умерла, когда я была маленькой, ее сонную артерию перегрыз соперник моего отца. Повсюду была кровь. Когда пришло время кормиться из вены, я не смогла этого сделать. Все, что я могу вспомнить, — это запах ее крови, который был повсюду. — Она закашлялась, качая головой. Мое сердце забилось быстрее, когда я почувствовала ее ощутимую боль. — Так что теперь я питаюсь только бутилированной кровью, — закончила она.
— Значит, большинство вампиров…? — тихо спросила я.
Ларисса кивнула.
— Да. Прокусывают вену и пьют кровь.
Верно. Я должна была догадаться. Я читала одну или две истории о вампирах раньше.
— Мне так жаль твою мать, — сказала я ей. — Я тоже нашла тело своей матери. Я знаю, как это тяжело для тебя.
Ларисса грустно улыбнулась мне, и тут меня что-то поразило. Точно так же, как Илия предсказывала, что мы станем друзьями, я почему-то знала, что Ларисса тоже станет моей подругой.
— С этого момента ты будешь сидеть со мной, — заявила я. Меня бесило, что она была здесь изолирована, вдали от всех остальных.
— И мной, — добавила Илия.
Я улыбнулась ей.
— Ты остаешься здесь?
Она кивнула.
— Ага. Глава Джонс пообещал, если я найду тебя, то смогу побыть рядом некоторое время и убедиться, что ты вписываешься в этот мир. — Она пожала плечами. — Это важно для меня. Я была освобождена от всех других обязанностей.
Незнакомое чувство сжало мою грудь, и на мгновение я испугалась, но потом поняла, что это было счастье. И волнение. Я не могла вспомнить, когда в последний раз чувствовала что-то, кроме покорности судьбе.
Должна сказать, это была приятная перемена.
— Я бы с удовольствием посидела с вами обеими, — сказала Ларисса, и в ее голосе зазвучало больше жизни. — Помочь найти твою комнату?
— Зовите меня Мэдди, — сказала я ей, — и я была бы рада помощи.
Илия сняла с плеча мою сумку, и я потянулась за ней, испытывая облегчение от того, что наконец-то вернула ее себе.
— Следуйте за мной, — сказала она, ведя нас обратно тем же путем, каким мы пришли.
Я не могла не посмотреть в сторону двух столиков, которые привлекли мое внимание раньше. Сейчас они оба были пусты, но я почти физически ощущала энергию, оставленную теми, кто там сидел.
— Так ты назвала их Клеверами, — сказала я. — Откуда взялось это название?
Они обе тоже посмотрели на пустой столик; выражение лица Лариссы было нервным, у Илии — брезгливым.
— Это трава, — прорычал Илия. — Мощная и крепкая. Сводит с ума любого, кто ее употребляет. Эти сучки были известны тем, что довольно широко употребляли ее в юности, когда пробивали себе дорогу к вершине в младших классах школы и в свой первый год здесь.
Ларисса вздрогнула.
— Да, всем приходилось быть очень осторожными во всем, что они ели и пили. Мой отец в конце концов положил этому конец. Он уничтожил или запер все растения клевера.
— Но прозвище прижилось, — сказала Илия.
Мое лицо исказилось, когда я переводила взгляд с одной девушки на другую.
— Хотите сказать, что они были такими злобными сучками, даже когда были младше?
Я просто не могла себе этого представить, а ведь я выросла в дерьмовых районах, кишащих наркотиками.
— Ты даже не представляешь, — сказала Илия, скривив губы в усмешке. — Кейт — зло. Настоящее зло. Лучше не попадайся ей на пути. Она должна игнорировать тебя, если ты не нарушаешь статус-кво.
Я подняла обе руки.
— Договорились, я, пожалуй, скажу, что не хочу иметь ничего общего с ее делами.
Мы продолжили осмотр Академии, и я снова поймала себя на том, что пытаюсь все разглядеть. Я задала больше вопросов, чем кто-либо из них, вероятно, ожидал, даже я была удивлена. Но это было увлекательно. Погружение в мир фэнтези — это не то, что случается каждый день недели. Я собиралась впитать в себя все, что смогу.
Когда мы начали подниматься по спиралевидным ступеням башни магов, я осознала, насколько огромными на самом деле были эти расовые башни. Лестничный колодец был размером с небольшую квартиру в ширину.
— Значит, все ученики, владеющие магией, спят в этой башне?
— Да, — кивнула Ларисса, широко улыбаясь. Было приятно видеть, как она вылезает из своей скорлупы. — К твоему сведению, все студенты. Супы очень свободны и непринужденны в сексуальных отношениях, так что тебе придется… отказаться от некоторых человеческих представлений на этот счет.
Я не стала комментировать это, но внутри у меня все сжалось.
— Кейт живет в этой башне? — спросила я, когда мы поднялись на второй уровень.
Мы шагнули с лестницы и оказались в просторной комнате, заполненной в основном диванами и полками. Это было похоже на очень престижную библиотеку для слэш-игр. Несколько ведьм и магов, как я предположила, расположились там. Бесеовали. Смеялись. И читали книги. Воспользовавшись последним днем перед началом занятий.
Когда мы проходили мимо, я даже заметила парочку, которая целовалась в углу. Похоже, они трахали друг друга в рот. Предупреждение Лариссы показалось мне более весомым. Я провела большую часть своей жизни, наблюдая, как моя мать занимается сексом так, словно это было необходимостью, и я сомневалась, что когда-нибудь буду достаточно опытна, чтобы заниматься сексом как обычно, но только время покажет.
— Кейт живет на пятом этаже. Именно там находятся одни из лучших апартаментов. Ее семья очень важная в нашем мире. — Неприязнь Илии к ней сквозила в тоне. — Все Клеверы там, наверху.
— На каком этаже я?
Она замолчала.
— Э-э, сейчас узнаю. — Она на мгновение задумалась, прежде чем сунуть руку в карман и вытащить маленький сотовый телефон. Она просмотрела несколько сообщений, а затем встретилась со мной взглядом. – На втором этаже. Твоя комната уже готова.
По крайней мере, я не была близко к Кейт и ее сучьей команде.
— Шестой этаж — самый лучший, но там находятся только по-настоящему сильные люди, — сказала Ларисса, подняв глаза к потолку, будто могла видеть весь путь до самого верха.
— Ашер и ребята там, — задумчиво сказала Илия. — Я больше не живу в общежитии, но когда жила, попасть на шестой этаж было мечтой каждого.
Я ничего не сказала, но у меня было ужасное чувство, что я знаю, кто такой Ашер. Один из тех, о ком она меня предупреждала.
Ларисса понизила голос.
— Ашер – один из пятерки Атлантов, — сказала она, и я сразу же обратила на нее все внимание. — Они здесь вроде как важная персона. Не братья, но все выросли вместе и близки, как семья. Они держатся вместе. Если ты связалась с одним, ты связалась со всеми. И они могущественны. Три мага, один вампир и лев-оборотень.
Я моргнула.
— Пятерка Атлантов?
Илия поморщилась.
— Это я пыталась сказать раньше, но прервалась, потому что это довольно длинная история. Но главное заключается в том, что Атланты были древней расой фейри-пользователей магии, и не смешанной расой, а своей собственной расой, которая первой перешла из Волшебной страны на Землю. У них была сильная склонность к магии воды, но большинство из них погибло, когда их земля погрузилась на дно океана. Мы изучали их на «Истории сверхъестественных существ», но о них почти все забыли.
Я вытаращилась. Атлантида. Я знала эту историю, все знали эту историю. Я не могла поверить, что это сверхъестественное явление.
— Те, кому удалось спастись, их потомки всегда очень могущественны, — добавила Ларисса. — Ашер — самый сильный и чистый из всех линий, но в остальных четырех тоже течет кровь атлантов.
Она облизнула губы, будто пыталась найти влагу.
— А много здесь таких потомков атлантов?
Обе девушки покачали головами.
— Нет, они действительно редки. По последним подсчетам, всего в мире их насчитывалось около пятисот или шестисот человек. На самом деле, это одна из причин, по которой в последнее время в нашей Академии наблюдается огромный приток новых студентов. Все хотят быть поближе к ним.
— Если они такие редкие, то как же они встретились впятером?
Я имею в виду, что шансы на то, что они найдут друг друга, были почти нулевыми.
— Думаю… Я слышала, что их родители были друзьями или что-то в этом роде, — пожала плечами Илия.
— Почему они такие ужасные? – спросила я. Обе девушки предупреждали меня, и я восприняла это всерьез.
Илия покачала головой.
— Они не ужасные. Нисколько. Я несколько раз общалась с ними, и они на самом деле милые… даже очаровательные. Но я всегда чувствовала, что если ты встанешь не на ту сторону, они могут уничтожить тебя. Думаю, лучше просто избегать их, насколько это возможно. — Она приподняла бровь, глядя на меня. — Если только ты не сможешь затащить кого-нибудь из них в постель на ночь. Я слышала, что член Атланта — это единственный и уникальный в своем роде опыт.
Я моргнула, прежде чем рассмеялась.
— Ты только что сказала член Атланта?
У нее не было границ, и, хотя меня раздражало, что она похитила меня, я уже смирилась с этим. Возможно, я даже была немного благодарна, что меня вынудили к этому, потому что теперь я жила жизнью розоволосой, как босс.
Илия пожала плечами.
— Просто говорю как есть.
— Ну, тебе не нужно беспокоиться о том, что я подойду к ним близко… или к их драгоценностям, — сказала я.
Я уже могла сказать, что эта Академия была похожа на старшую школу на стероидах, наполненную волшебными существами, рожденными из мифов и легенд. Было разумно держаться подальше от внимания кого-либо из популярных или влиятельных людей.
Возможно, это единственный способ выжить.