К моменту отплытия яхты Илия пришла в себя, за что была бесконечно благодарна судьбе, потому что океанские волны плохо сочетались с похмельем. Что касается меня, то я впервые за много дней почувствовала, что могу дышать. Несмотря на то, что моя душа болела, часть меня была довольна.
— Ты выглядишь взволнованной, — сказала я, наблюдая, как Илия подняла лицо и вдохнула свежий соленый воздух. Я сделала то же самое, хотя это был запах Ашера… и, черт возьми, я снова это делала.
Неужели все должно было напоминать мне о нем?
— Атлантида… это миф… фантазия в мире, который уже считается фантастическим, — сказала Илия. — Я знаю, что многие люди боятся того, к чему это может привести, но что-то подсказывает мне, что этот путь был проложен давным-давно, и это не конец света. А если и так, то это всего лишь конец света, каким мы его знаем, и начало новой эры супов.
Я задумалась над этим, находя связь с ее теорией.
«Новое начало», подумала я. «Мне это нравится».
Было бы ложью сказать, что тогда у меня поднялось настроение, потому что с тех пор, как умер Ашер, на меня давил этот груз. Ну… даже в те краткие секунды, когда я забывала о том, что произошло, тяжесть не уменьшалась; она постоянно напоминала мне, что я чего-то лишилась. Напоминала мне, что я потеряла его.
Нет, не потеряла, а его украли. Ашер был украден у меня, и когда я узнаю, кто это сделал, я сделаю все возможное, чтобы избавиться от него.
Кэлен снова управлял нашей лодкой; на этот раз мы взяли ее напрокат не у местных жителей, а на заранее подготовленном транспорте из Академии. Это было гораздо более крупное, мощное и черное судно с округлым носом и тремя массивными моторами сзади.
— Эй, — крикнула Ларисса слегка приглушенным голосом, — вы знали, что здесь есть настоящая кровать?
Она спустилась вниз, чтобы посмотреть, что там происходит, Рон последовал за ней, но держался на расстоянии, потому что он был чересчур заботливым идиотом, которому не помешала бы затрещина по затылку.
— Нет времени проверять ее, — крикнул в ответ Кэлен. — Мы почти у нужных координат. Этот малыш доставил нас туда в два раза быстрее, чем предыдущий.
Я продвинулась вперед так далеко, как только могла, гадая, каким будет мой первый взгляд на все это. Энергия в теле и крови начала бурлить, когда малейший намек на что-то… может быть, предвкушение, начал зарождаться в моем животе.
— Она зовет меня, — прошептала я, почувствовав это в последний раз, когда была у стены, окружавшей город Атлантиды.
Никто не услышал меня из-за завывания ветра, и я была рада, что мне не пришлось объяснять это ощущение. Я просто чувствовала.
— Срань господня, — сказала Илия, выводя меня транса и подходя ко мне. Джесси остановился по другую сторону от меня, и мы втроем заняли все свободное пространство в лодке. — Вы все это видите? Им удалось быстро установить барьер.
Магический барьер был прозрачен и виден только тогда, когда солнце падало на него под правильным углом, создавая эффект радуги; он был очень похож на пузырь, окружающий Академию, — магический щит, предназначенный для защиты от людей. Снаружи я не могла разглядеть никаких признаков Атлантиды, супов или чего-либо еще, кроме океана. Но как только мы пересекли барьер, нам открылось истинное зрелище, и я сжала кулаки в предвкушении.
Кэлен сбавил скорость, когда мы приблизились к барьеру, понятия не имея, можем ли мы наткнуться на что-нибудь внутри, и в лодке воцарилась жуткая тишина, пока мы проплывали мимо. Магия покалывала кожу, гораздо сильнее, чем в Академии, и я попыталась смочить внезапно пересохший рот.
Я нервничала.
Делать это без Ашера никогда не входило в мои жизненные планы, но будущему, которое я себе представляла, не суждено было сбыться, а это означало, что я должна адаптироваться. Я смогу быть достаточно сильной без Ашера. Я смогу выжить.
Я просто не хотела. Я никогда не искала спасителя… Я хотела партнера. Равного партнера, который разделил бы со мной бремя того, что этот новый мир собирался на нас свалить. Теперь я собиралась сделал это одна… Я сделаю это за нас обоих.
Меня будет достаточно.
— Мэдди! — прокричала Илия шепотом, схватив меня за руку. — Она там, она на самом деле поднимается. Срань господня, срань господня, срань господня…
Она начала бормотать себе под нос, крепко сжимая мою руку.
Я не могла вымолвить ни слова.
В тот момент, когда мы преодолели барьер, вокруг нас вспыхнул целый мир. Пространство за барьером было огромным, я даже не могла подсчитать его размеры, но оно было намного больше Академии. Возможно, размером с несколько городов, в которых я жила раньше. Там было пятьдесят или больше лодок, покачивающихся на волнах, окружавших вершины десяти статуй, которые я могла видеть.
— Это боги, — благоговейно произнес Джесси. — Наши Атлантские боги, а также некоторые из супов.
Он склонил голову, как и Илия, сидевшая по другую сторону от меня. Я не была уверена, что чувствую по этому поводу, потому что они были воспитаны на этих богах, но я понятия не имела, кем были большинство из них. И я была почти уверена, что Ашера убил один из богов. Так что, да, я не склоняла свою гребаную голову перед этими придурками.
— Значит, все десять статуй — боги? — спросила я почему-то шепотом, хотя вокруг было много шума от других супов, которые прибыли сюда раньше нас. До сих пор никто не обращал на нас внимания, привыкшие к тому, что лодки Академии приходят и уходят из этого района.
Джесси покачал головой.
— Боже, как бы я хотел, чтобы Аксель был здесь… он бы умер, чтобы увидеть это. Он объяснил бы все это лучше меня, потому что мои воспоминания отрывочны.
Я похлопала его по руке.
— Ты справишься, мне нужна только краткая информация. Остальное мы узнаем по ходу дела.
Джесси кивнул.
— В ерно. Итак… у атлантов был свой собственный набор богов, которые были для них очень важны. Всего их семь.
— Остальные три статуи — это королевские семьи Атлантиды, — сказал Кэлен более мрачно, чем обычно.
Я кивнула, не отрывая взгляда от верхушек гигантских статуй, которые я могла видеть. Из воды показалась лишь небольшая часть, но мне было достаточно, чтобы сказать, что каждая из десяти статуй будет такой же большой, как статуя Свободы в Нью-Йорке.
— Главные боги Атлантиды — Сонарис, бог моря, — сказал Рон, несколько минут назад появившийся из недр лодки вместе с Лариссой. Они были на корме лодки, и я, наконец, отвернулась от воды, чтобы рассмотреть их всех.
— Сонариса я знаю. Кто остальные?
— Лотос, богиня штормов и непогоды, — добавил Рон, и у меня внутри все сжалось.
— Драконис, бог подземного мира, — продолжил Джесси, загибая пальцы, чтобы всех пересчитать. — Он отправлял души, заблудившиеся в море, к их вечному покою. — Он прочистил горло. — По слухам, он также был супругом Лотос.
По моей спине пробежала еще одна дрожь, которую я проигнорировала.
— Кто еще?
Джесси торопливо назвал остальных.
— Фэллон, бог неба; Клун, богиня войны; Петуни, богиня плодородия. А седьмой бог — это всегда будет мать, которая является матерью всех богов. Наш первый бог. Та, что создала царство фейри и благословила сверхъестественных существ их способностями. Говорили, что она была супругой всезнающего бога, которому поклонялись люди. Что у него было свои творения, а у нее — свои.
Все в моем теле напряглось, будто кто-то мог щелкнуть по коже, и я разлетелась бы на миллион кусочков.
— Итак, шесть богов, одна мать всех богов и три королевских особы создают десять статуй, — тихо сказала я. Кем бы ни была моя мать, Лотос или королева Хелена, они обе были там, вырезаны из камня и им поклонялись.
— Есть много других богов, — напомнил мне Кэлен, выводя меня из шока. — Ты встретила Шеру, которая была второстепенным божеством, но есть и другие, гораздо более важные боги, которым поклоняются сверхъестественные существа. Включая бога оборотней и богиню фейри, но что касается специфического культа атлантов, то это наши основные.
Я покачала головой.
— Это много, особенно если учесть, что я все еще не уверена, как связана со всем этим…
— Мэддисон!
Меня прервал крик, и, обернувшись, чтобы посмотреть на море, я увидела знакомое лицо, покачивающееся в воде возле одной из огромных голов статуй.
— Коннор, — сказала я, наполовину раздраженная, наполовину смирившаяся с тем, что должна быть любезна с ним.
— Тебе нужно забраться сюда и посмотреть, что происходит под водой, — сказал он, подзывая меня к себе.
Скрестив руки на груди, я покачала головой.
— Честно говоря, я не верю, что ты меня не похитишь, так что пока я буду держать свою задницу на виду.
Он удивленно поднял брови.
— Трусишь?
Я фыркнула, приподняв брови в ответ.
— Чувак, мне не пять лет. Насмешки надо мной не заставят меня прыгнуть в море, чтобы доказать свою храбрость.
Коннор широко улыбнулся, и я в десятый раз пожалела, что он такой красивый. Придурки, которые похищают людей и помогают злым богиням-сучкам, не должны быть привлекательными. Их лица должны заставлять женщин бежать в противоположном направлении.
— Ты должна была навестить меня месяц назад, Мэддисон Джеймс, — сказал Коннор своим хриплым, чертовски раздражающим голосом. — Я был очень терпелив, но теперь тебе пора окунуть свою задницу в воду и принять свою Атлантскую сторону.
Джесси зарычал на него.
— А как насчет остальных нас? Мы все здесь Атланты. Почему ты уделяешь столько внимания Мэдди? — Он наклонился над краем, и его следующие слова прогрохотали сквозь стиснутые челюсти. — Она тебе не принадлежит.
Глупая счастливая улыбка Коннора исчезла, и я увидела, что его темные глаза смотрят прямо на меня.
— Сожалею об Ашере, — тихо сказал он, — но, по крайней мере, жертвой стала не ты, верно?
Мой мир перестал вращаться. Казалось, все замерло, когда его слова повисли в воздухе между нами. Я уже слышала это раньше. У меня у самой были похожие мысли, но когда я услышала это так прямо, это совершенно выбило меня из колеи.
— Как ты смеешь, — прорычала Ларисса, и на этот раз ее клыки были отчетливо видны. Она была наименее склонна к вампиризму из всех, кого я когда-либо встречала, но прямо сейчас она усиленно демонстрировала свою расу. — Мэдди никогда бы не обрадовалась, если бы кого-то принесли в жертву вместо нее. Отвали. Прекрати с нами разговаривать.
Джесси обнял меня за плечи, поддерживая, без сомнения, ожидая, что я упаду в лужу отчаяния и тоски, но я двигалась в гораздо более здоровом направлении.
Чистая ярость.
Я подскочила вверх и перелетела через борт лодки, огромный источник энергии внутри меня вырвался наружу видимыми волнами. К тому времени, как я погрузилась в воду, перед глазами у меня все помутилось от синих и зеленых оттенков, а мозг был сосредоточен на том, чтобы разнести Коннора на миллион кусочков. Он нырнул под воду и начал быстро уплывать от меня, но, черт возьми, он ни за что не мог опередить меня в моей нынешней ярости.
Я поймала его за считанные секунды, сомкнула руки у него на горле и влила в него магию воды, отбросив его обратно к статуе за ним. У меня не было времени как следует рассмотреть статую, но я заметила богато украшенную корону на ее макушке. Тогда, вероятно, это был кто-то из королевской семьи Атлантиды, что было вполне уместно. Коннор, возможно, будет раздавлен своей давно умершей семьей.
Я снова и снова бил его своей магией. Он пытался защититься, но у него не было ничего общего со мной. В конце концов он просто закрыл лицо руками и вжался в статую, чтобы не так сильно получать.
Он выглядел таким маленьким и жалким, что часть моего пыла угасла, и я как бы сникла, собирая энергию обратно внутрь. Часть меня почувствовала себя лучше, выплеснув тонну сдерживаемого гнева, печали и страха. Другая часть меня чувствовала себя точно так же: мертвой, сломленной, злой.
Я несколько раз дернулась, поднимаясь на поверхность, даже не взглянув на тот мир Атлантиды, который лежал внизу.
Когда моя голова показалась на поверхности, я не удивилась, увидев Кэлена, Джесси и Рона в воде вместе со мной. Они, как всегда, прикрывали мне спину, оберегая. Даже когда я была единственной, кого следовало опасаться.
— Ты могла убить его, — сказал Кэлен, и это не было упреком, это было как «почему ты не убил его? У тебя была сила».
Я пожала плечами.
— Он того не стоит. Мне просто нужно было кого-нибудь немного поколотить, пока я не почувствую себя лучше.
Голова Коннора показалась над водой. Он выглядел бледнее обычного, на его лице были морщины.
— Было больно, — простонал он.
— Хорошо, — выпалила я в ответ. — Может быть, в следующий раз ты будешь думать, прежде чем говорить. Поверь мне, Ашер был в двадцать раз лучше, чем ты когда-либо будешь, и ты, вероятно, не захочешь услышать, кем бы я пожертвовала, если бы у меня был выбор.
Коннор снова застонал.
— Жестко, детка.
Детка? Он что, только что, блядь?..
— Еще раз назовешь ее так, и я выпью твою кровь и скормлю тело акулам, — предупредил Рон.
Коннор посмотрел на огромного вампира, прежде чем покачать головой.
— Вы, ребята, все такие же психопаты, как и все остальные. Я понимаю, почему Мэддисон так хорошо вписалась в вашу компанию.
— Почему мы здесь? — спросила я Коннора, меняя тему. — Атлантида не поднялась. Это просто десять вершин статуй, и все.
В ту секунду Коннор выглядел менее расстроенным и более деловитым.
— Да, верно. Кажется, это снова прекратилось, и мы думаем, что это из-за жертвы Ашера. — Он вздрогнул и замолчал на секунду, но мне удалось сохранить самообладание. — Ее было недостаточно. Думаю, потребуется твоя и моя кровь, чтобы завершить поднятие.
Коннор верил во много безумного дерьма.
— Ты сказал, что я родилась незадолго до того, как затонула Атлантида, и что каким-то образом я оставалась в стазисе тысячу лет, только для того, чтобы кто-то освободил меня… возможно, родители Ашера. Ты веришь, что вы с Ашером были похожи?
Коннор заколебался.
— Ну, сначала я не верил, но после того, что мы все вместе сделали в прошлом году, после того, как мы сломали магическую печать, которая держалась столетие, я стал копать глубже. Похоже, есть вероятность, что у всех трех королевских семей родились дети в одно и то же время. Младенцев приносили в жертву, чтобы умилостивить богов. Только они не были умилостивлены. Они были разгневаны тем, что их дети были принесены в жертву таким образом, и прокляли Атлантиду, чтобы она затонула.
— Итак, теперь ты веришь, что вы с Ашером тоже из древней Атлантиды?
Он кивнул.
Я обдумала эту мысль. Это соответствовало бы тому, что мы нашли в той неприметной книге в библиотеке. Родились трое божественных младенцев. Не то чтобы Коннор, похоже, еще знал об этом…
— Если Ашер должен был умереть, то… Если мы применим логику к мыслительному процессу, не должны ли мы тоже умереть? Энергии Ашера было достаточно, чтобы поднять Атлантиду до этого уровня, но, возможно, на этом все и закончилось.
Едва эти слова слетели с моих губ, как лицо Коннора стало еще более мрачным и зловещим.
— Ах, если бы все было так просто. Но ты права. Одной жертвы, похоже, недостаточно. — Его лицо смягчилось, и я увидела в его глазах искреннее сожаление. — Я сожалею о том, что собираюсь сделать, но поверь мне, для нас это еще не конец.
Что-то схватило меня за ноги, и прежде чем я успела закричать или воспользоваться магией, чтобы попытаться спастись, меня потащило вниз так быстро, что к тому времени, как я моргнула и начала дышать под водой, я уже была у ворот Атлантиды.
Ворота были огромными — две богато украшенные резьбой части из камня и дерева, достигавшие примерно пятидесяти футов (15,24 м) в высоту и столько же в ширину. Перед ними, не двигаясь и не всплывая, несмотря на то, что они были глубоко под водой, стояли два существа.
Одной из них была женщина, холодно красивая, с волосами цвета воронова крыла, которые длинными неподвижными прядями ниспадали ей на спину. На ней было белое одеяние, которое касалось ее босых ног и оставляло свободным одно плечо. Ее глаза были такими же темно-синими, как у меня, а лицо… оно было так похоже на мое, что становилось страшно — та же форма сердечка, тот же нос с маленькой горбинкой на конце, те же веснушки на щеках.
— Дочка, — сказала она.
Однако, в отличие от меня, она практически светилась, и все в ней было неземным. От ее энергии у меня даже зубы заныли, когда я сжала челюсти. На нее было больно смотреть, и в то же время я не могла остановиться.
— Пора, дочка, — повторила она, и ее слова были ясны, как ничто другое. По ее коже пробежала молния, и я узнала ее. Сука. Это она убила Ашера.
Если бы я могла говорить здесь, внизу, как она, я бы прошептала одно слово: Лотос.
Мужчина, стоявший рядом с женщиной, хранил молчание; я едва удостоила его второго взгляда, хотя и успела заметить достаточно, чтобы понять, что он впечатляет не меньше, чем Лотос.
Тут рядом со мной появился Коннор, излучая энергию, несомненно, для того, чтобы удержать моих парней на расстоянии. В кои-то веки я была на стороне Коннора. Я не хотела, чтобы мои парни пытались защитить меня от богов… Я и так уже потеряла Ашера. Больше никаких жертв за меня.
Поэтому, когда Лотос протянула мне руку, я без колебаний пожала ее, надеясь, что она покончит со всем этим дерьмом. Я пыталась убежать от судьбы, но тут появился бог с моим лицом, и… прошлое наконец-то настигло меня.
— Я обещаю, ты ничего не почувствуешь, — прошептала она, прежде чем наклониться и поцеловать меня в макушку. Я закрыла глаза, дрожа в ее объятиях. На секунду я забыла, что она была богиней, вероятно, одержимой идеей разрушить наш мир, и вместо этого, на мгновение, у меня появилась мать.
Тепло, исходившее от ее губ, разлилось по телу, и сначала это было приятно, но очень скоро жар начал сжигать меня. Я открыла рот, чтобы закричать, но прежде чем я успела издать хоть звук, воду озарил такой яркий свет, что он мгновенно ослепил меня.
И последовавшая за этим тьма поглотила меня.
Пока меня не стало.