Спортивный зал, где мы тренируемся, напоминает наш дом — простой, немного старый, но в нём есть всё, что нужно.
Как только мы проходим через приёмную, тренировочная зона делится примерно на две части: в одной половине находятся две зоны для занятий боевыми искусствами с мягким полом и стенами, в то время как в другой половине есть зоны для гантелей, кардио-тренажеров и укрепления верхней и нижней частей тела. С потолка свисает ряд боксёрских мешков, из которых я с нетерпением жду возможности выбить всё дерьмо.
Первое, что я делаю, когда выхожу за пределы приёмной, — осматриваюсь, в том числе на предмет тех, кто ещё здесь находится. Убедившись, что наша единственная компания — группа обычных пантер-оборотней, я расслабляюсь.
Мы тренировались здесь бесплатно с тех пор, как помогли владельцу, Торпу, решить возникшую у него небольшую проблему. С тех пор мы не пропустили ни одной тренировки. Он единственный волк-оборотень в Вегасе, который не относится к нам как к дерьму. Он не только лично тренирует нас, но и следит за тем, чтобы никто не доставал нас, пока мы здесь. Как правило, другие сверхъестественные существа, которые регулярно приходят сюда, серьёзно относятся к своим тренировкам, поэтому они сидят по своим углам, а мы — по своим.
Торп уже ждёт нас, когда мы входим в главную зону для тренировок. Это крупный парень с чёрными волосами и глубокими карими глазами. Уравновешенный. Из тех, кто знает свои силы и кого нелегко вывести из себя.
Он также серьёзно относится к своей работе по нашей тренировке.
— Вы поздно, — он рявкает, как только мы входим. — Шевелите задницами!
Я ухмыляюсь, в то время как Малия и Таня бросают на него убийственные взгляды.
— Безусловно, босс, — огрызаюсь я на него.
Это игра, в которую мы играем, но она необходима. Торп — настоящий альфа, он должен был стать альфой стаи волков-оборотней Вегаса, что приводит его доминантную натуру в прямое противоречие с моей. Пока я здесь, мы поддерживаем тонкий баланс между тренером и учеником, не раздражая друг друга. В любом случае, это слишком.
Направившись прямиком в раздевалку, чтобы оставить рюкзаки и переодеться в спортивную форму, мы выходим и расходимся. Таня идёт к силовым тренажерам, Малия направляется в кардио-тренажерную секцию, а я направляюсь к боксёрским мешкам.
— Не сегодня, — говорит Торп, поймав меня, прежде чем я дошла до них. Он наклоняет голову в сторону боевого зала слева.
Я прищуриваюсь, глядя на него.
— Я бы предпочла сначала выместить свой гнев на мешках, — говорю я.
— Гнев, да? — он расправляет плечи, как будто тоже готовится к драке. — Я могу справиться с этим.
Я перевожу взгляд на него, заинтересовавшись, нужно ли ему выпускать пар так же часто, как и мне.
— Ты уверен?
Он решительно кивает мне.
— Пошли.
Я прохожу мимо него в комнату с мягкими стенами и полом и поворачиваюсь к нему лицом. Мы не кланяемся, потому что это не в наших доминантных натурах, но я предоставляю ему сделать первый шаг.
Он наносит быстрый удар в плечо, от которого я легко уклоняюсь. Я отвечаю ударом на удар, от которого он также уклоняется.
Думаю, в конце концов, мы собираемся размяться.
— Что случилось прошлой ночью? — спрашивает он.
Мы никогда не рассказываем ему о наших миссиях, но он один из немногих сверхъестественных существ, у кого есть мой номер телефона.
Я пожимаю плечами, немного пританцовывая вокруг него, размышляя, как заставить его целовать пол.
— О, ты знаешь. Меня пару раз хватали за задницу в баре. Ничего такого, с чем я не смогла бы справиться.
Я бросаюсь вперёд, нанося комбинацию ударов, за которыми следует удар ногой, который свалил бы с ног любое сверхъестественное существо, но я всего лишь приземляюсь на задницу, задрав ногу в воздух.
Торп знает все мои чёртовы приемы, потому что он научил меня всем этим приёмам.
Я смотрю на него с пола, а он продолжает сжимать мою лодыжку.
— Ну и как ты собираешься отсюда продолжать? — спрашивает он, крепко держит меня за ногу, призывая высвободиться.
Я закатываю глаза, глядя на него. Ловко поворачиваясь и упираясь левой рукой в пол, я изо всех сил бью свободной правой ногой ему в подбородок — мягко — и оставляю её там, прижав к его челюсти. Вместо того чтобы запрокинуть ему голову и сломать шею, на что у меня хватает сил, я остаюсь стоять в стойке на одной руке, с поднятыми обеими ногами.
— Вот как, — говорю я.
— Ну а что, если не сможешь? — спрашивает он.
Я морщу лоб. Мои мышцы начинают напрягаться, но внезапно мне кажется важным не двигаться.
— Не смогу что?
— Выйти из положения.
— Всегда есть выход, — говорю я.
В его голосе слышится напряжение.
— И отсюда?
Наконец, я отталкиваюсь, толкая его свободной ногой, заставляя отпустить меня, после чего переворачиваюсь назад и приземляюсь на корточки. У этого чёртова оборотня достаточно крепкий костяк, что было равнозначно тому, чтобы оттолкнуться от ствола дерева.
— Что не так? — спрашиваю я, поднимаясь на ноги и пристально смотря на него.
Он проводит пальцами по волосам, стиснув зубы.
— Ходят слухи, Нова, что прошлой ночью произошло что-то серьёзное. Стаи почувствовали это. Ведьмы тоже. Ведьмы, которые здесь тренируются, рассказали мне, что прошлой ночью весь ковен проснулся с криками от ночных кошмаров — в один и тот же момент.
Он пристально смотрит на меня, как будто может вытянуть ответы из моей головы, просто глядя на меня.
Я дрожу. Элитный демон поверг Таню и Малию — и моих демонов-волков — в ужас, который он создал, как яд в воздухе. Я и представить себе не могла, что его сила простирается за пределы гаража, но вполне возможно, что она была достаточно сильна, чтобы затронуть умы самых чувствительных сверхъестественных существ.
Мне трудно судить, как много можно рассказать Торпу. У нас с Торпом есть определенный уровень доверия, и я знаю, что он не станет добровольно разглашать информацию стае волков-оборотней, но он по-прежнему подчиняется своему альфе. Элитный демон здесь из-за меня. Альфа будет использовать всё, что сможет, против меня и моих сестёр, и слишком многое в этом новом демоне касается меня лично.
— Возможно, прошлой ночью мы столкнулись с чем-то новым, — говорю я, тщательно подбирая слова. На самом деле, с двумя «чем-то», но я пока не была готова отнести бронзового бога к определенной категории. — С чем-то опасным. Но у нас всё под контролем.
Ложь о том, что у нас всё под контролем, кажется мне особенно неприятной, но, если моя тёмная половина и позволяет мне что-то делать, так это лгать, когда мне нужно защитить дорогих мне людей. Торп — мой друг, редкий союзник, но он никогда не станет семьёй. Я стараюсь держаться непринужденно, с каждой секундой всё больше укрепляясь в своём решении не вовлекать Торпа.
Он ждёт, что я скажу больше, его брови хмурятся, а выражение лица мрачнеет, когда я не вдаюсь в подробности.
Наконец, он выдыхает.
— Просто пообещай мне, что вы будете оберегать друг друга.
— Всегда, — говорю я. Это не ложь. — Моя семья — самое главное для меня.
— Тогда ладно, — он пожимает плечами. — Давай попробуем новую комбинацию.
Я улыбаюсь в предвкушении.
— Давай, начинай.
Два часа спустя я отправляюсь в душ, вспотевшая, но уже более спокойная, после того как немного разобралась со своим разочарованием и тревогой в боевом зале, а затем позанималась с боксёрскими мешками.
Выйдя из душевой кабинки в раздевалке в джинсах и футболке, я встречаю входящих Малию и Таню.
— Все чисто, — бормочу я, поскольку кроме меня здесь никого нет.
Несмотря на это, Малия активирует руну на своей шее.
— Торп допрашивал тебя о прошлой ночи?
— Я бы не назвала это допросом, — говорю я. — Но да, он обеспокоен.
Она обменивается взглядом с Таней, прежде чем сказать:
— Пантеры в спортзале сказали, что прошлой ночью все местные стаи были взбудоражены.
— Кажется, ведьмам снились кошмары, — говорю я.
Таня прислоняется к одной из раковин в углу комнаты, по её лбу стекает пот после тренировки. После того, как Торп закончил со мной в зале единоборств, он полчаса выкрикивал приказы Малии и Тане, заставляя их поднимать ноги выше и наносить удары сильнее. Ни одна из них не жаловалась, нуждаясь в разрядке не меньше, чем я.
— Это выше наших сил, — говорит Таня, перекидывая свои карамельно-светлые волосы через плечо. — Сегодня вечером в баре нам нужно держать ухо в остро.
Я не могу не согласиться.
— Я встречу вас у входа, когда вы будете готовы.
Выйдя из раздевалки, я убедилась, что пантеры ушли. Я слышу, как Торп тренирует новую группу сверхъестественных существ в одной из боевых зон.
Но я резко останавливаюсь, когда вижу одинокую фигуру, тренирующуюся у боксёрских мешков спиной ко мне.
Описание «бронзовый бог» даже близко не стоит к тому, чтобы описать этого человека при дневном свете.
До сих пор мои демоны-волки держались в стороне, наблюдая за нашими тренировками, но внезапно их жгучая энергия устремилась к незнакомцу.
Он обнажён по пояс, на нём только тёмно-серые спортивные шорты. На его широкой спине поблескивают мускулы, когда он наносит идеально нацеленные удары по мешку, его бицепсы и умение держать равновесие говорят о внутренней силе, на достижение которой уходят годы.
Он поворачивается и убирает руки с мешка в тот момент, когда я переступаю порог раздевалки. Его тёмно-русые волосы зачёсаны назад, а глаза цвета морской волны быстро оценивают каждый дюйм моего тела — от влажных фиолетовых волос до облегающей чёрной рубашки, которая на мне надета, и от моих ног до босых ступней. Я оставила свои мотоциклетные ботинки у двери и удивляюсь, какой голой я себя чувствую без них прямо сейчас.
Это мой шанс задать ему вопросы. Этого… человека или кого-то ещё, кто пытался предупредить нас об элитном демоне. Мне нужно знать, что ему известно. На самом деле, мне нужно многое о нём узнать.
Для начала, его имя. Вчера вечером я потребовала у него эту информацию, но он ушёл от ответа.
Я шагаю к нему, лавируя между тренажёрами и останавливаясь на расстоянии, которое, по моим наблюдениям, безопасно. В смысле, не в безопасности от его горящего взгляда или воспоминаний о том, как прошлой ночью он взял меня за руку и провёл большим пальцем по моему учащённому пульсу. Но в безопасности от этих сильных, мускулистых конечностей, которые только что разрушили боксёрский мешок.
— Кто ты такой? — требую я ответа.
Его, кажется, совершенно не смущает мой резкий тон.
— Я рад видеть, что ты пережила эту ночь, — отвечает он, медовый оттенок его глубокого голоса идеально сочетается с блестящей бронзовой кожей. Гладкий. Безупречный. Это удивительно и вызывает у меня ещё большее любопытство по поводу его сверхъестественного статуса. Может ли элитный демон быть таким великолепным? Я думаю, большинству из них нравится безликая яма страха, которая напала на нас прошлой ночью.
Глубоко вдыхая, я в очередной раз отмечаю, что его аромат опьяняет. Нагретый солнцем пляж. Вкус сладкого ликера на моём языке, мои чувства обострены иллюзией разбивающихся о берег волн…
Я слегка встряхиваю головой и вздёргиваю подбородок. Опасаясь, что нас могут подслушать — что маловероятно, поскольку Торп сейчас в основном выкрикивает указания своим ученикам, — я понижаю голос и спрашиваю:
— Как ты узнал, куда мы направлялись прошлой ночью?
Бронзовый незнакомец рассматривает меня с неожиданной напряженностью.
— Давай просто скажем, что это конкретное сверхъестественное существо представляет для меня интерес по личным причинам.
Хм. Личными причинами может быть что угодно — от расхождения во мнениях до более болезненных событий, таких как смерть близкого человека.
— Ты такой же элитный демон, как и он? — прямые вопросы в большинстве случаев срабатывают, сбивая собеседника с толку и позволяя мне читать язык тела и выражения лица.
Он никак не реагирует — или делает вид, что не понимает меня.
— Мы совсем не похожи. Он подонок, которого нужно уничтожить, и я здесь для того, чтобы это произошло.
Его взгляд скользит по моим волосам, прежде чем я успеваю задать ещё один вопрос, и он рассматривает их так же внимательно, как и прошлой ночью.
— Это мой естественный цвет, если тебя это интересует, — огрызаюсь я, расстроенная тем, что он отвлёк меня одним взглядом, но в то же время всё больше осознавая силу его присутствия. Капелька пота скатывается по его рельефной груди, следуя за твёрдыми линиями, и мне требуется всё моё самообладание, чтобы не ответить на притяжение, которое я чувствую в его взгляде, сделать шаг вперед и провести кончиком пальца по этой единственной капельке воды до самого…
Он пугает меня, когда первым преодолевает дистанцию, двигаясь так быстро, что я быстро осознаю, что моя безопасность была не более чем иллюзией. Он кладет ладонь мне на плечо, туда, где покоится основная масса моих волос, — легчайшее прикосновение, как прошлой ночью, но на этот раз я замечаю вспышку света под его ладонью, и мне кажется, что мои волосы внезапно засияли ярче.
Я всё ещё не уверена, какой силой он управляет, и я очень опасаюсь, что он может использовать какую-то магию прямо сейчас. Мои волки бросаются вперёд, их энергия разгорается сильнее, когда они готовятся к атаке. Зная, что это выдаст их — а я меньше всего хочу, чтобы это случилось, — я тихо говорю: «Нет!», и они отступают, как их учили.
Одновременно с этими словами моя рука резко обхватывает его запястье, предупреждая о моей силе — по крайней мере, таково моё намерение. Внезапно я оказываюсь рядом с ним в той же позе, в какой он обнимал меня прошлой ночью, и прикосновение моих пальцев к его пульсу говорит мне о том, что его сердцебиение участилось от моего прикосновения.
Я борюсь с довольной улыбкой, которая грозит разрушить мою суровую внешность.
— Дай мне одну хорошую причину, почему я не должна сломать твоё запястье прямо сейчас? — я тихо рычу, моя волчица поднимается, чтобы взять верх. Он может говорить, что он совсем не похож на элитного демона, но это не значит, что он не представляет угрозы.
Он слишком внимательно следит за движением моих глаз, чтобы чувствовать себя комфортно.
— Твоя волчица намного сильнее большинства. Мне любопытно, почему ты не альфа в этом городе.
Я чуть не задыхаюсь, удивленная тем, как больно мне становится от напоминания о том, до какой степени мы с сёстрами изгои.
В моём ответе больше горечи, чем следовало бы.
— Ты действительно здесь новичок.
Я напоминаю себе, что у меня есть лучшая стая. Более сильная стая. Мы сильны, потому что у нас есть только мы сами. И снова я вспоминаю, что ничего о нём не знаю.
— Кто ты такой? — спрашиваю я, мой взгляд сужается, а челюсть сжимается. — Если ты не похож на элитного демона, тогда ты волк? Медведь?
В ответ его губы и глаза смягчаются, когда солнечный свет, пробивающийся сквозь тонированные стекла, продолжает подчёркивать его привлекательность.
— Ты довольно скоро всё узнаешь, — говорит он. — А пока я предлагаю вам остаться…
— Остаться дома? — спрашиваю я, заканчивая за него предложение, и крепче сжимаю его запястье. — Держаться подальше от опасности? Как хорошие маленькие девочки?
Тень пробегает по его лицу, и солнечный свет внезапно исчезает из его тела. Это определенно преднамеренный поступок с его стороны, то, как свет и тьма играют вокруг него, даже если я не могу понять, как он это делает. Я дрожу, но пока ни за что на свете не отпущу его.
— Я хотел сказать, держитесь подальше от сред с переменными, которые вы не можете контролировать, — говорит он. — Этот элитный демон умён, и он вас заманит.
Я замечаю, как Малия и Таня пересекают комнату позади меня после, должно быть, самого короткого душа в истории. Они встают по обе стороны от меня, их волосы высохли лишь наполовину.
— Всё в порядке? — спрашивает Малия, её глаза остановились на незнакомце.
— В норме, — отпуская его руку, я отступаю назад. — Пора уходить.
Я разворачиваюсь на каблуках, подхватываю свой упавший рюкзак и направляюсь к двери, Малия и Таня стоят рядом, а мои демоны-волки прикрывают нам спины.
Я не оглядываюсь, даже когда вновь раздающийся стук кулаков по боксерскому мешку заставляет меня обернуться.
— Бронзовый бог пахнет так же, как и выглядит, — бормочет Таня, когда мы возвращаемся на парковку. — Иными словами, он выглядит как восхитительная, манящая опасность.
Не могу не согласиться с ней.
— Что ты узнала о нём? — спрашивает Малия, когда мы подходим к мотоциклам и снова садимся на них верхом.
Я разочарованно вздыхаю.
— Ничего полезного. Я на мгновение подумала, что он тоже может быть элитным демоном, после того как не смогла прочитать его прошлой ночью, но он уверяет меня, что он совсем не похож на того ублюдка, с которым мы сражались на грузовой стоянке. Всё, что он сказал мне, это то, что его погоня за этим элитным демоном носит личный характер.
Малия издаёт горлом обеспокоенный звук.
— Личные причины всегда сложны и эмоционально заряжены.
— Мне ли не знать, — говорю я.
После этого мы молча едем на работу. Солнце уже начинает клониться к закату, когда мы подъезжаем к бару, заезжаем на парковку и направляемся внутрь, чтобы переодеться. Как только мы заходим внутрь, мой волчий слух обостряется, улавливая взволнованные голоса в баре. Малия и Таня застывают рядом со мной, без сомнения, заметив ту же суматоху.
Мои демоны-волки окружают нас, невидимые, пока мы спешим через помещение для персонала в таверну, где стоят владелец и бармен, уставившись в потолок.
Владелец — медведь-оборотень, вспыльчивый и невоспитанный, и прямо сейчас он сыплет ругательствами, как извергающийся вулкан, указывая своим большим кулаком вверх.
— Что за фигня? — орёт он.
Я замираю на пороге. Мне не нужно подходить ближе, чтобы увидеть, на что они смотрят.
Громадная багровая руна светится на потолке.